Анекдоты про пяти
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 1178

1151

ЧТО НАМ СОВЕТУЕТ УЧЁНЫЙ?
ЛЁД ПОТРЕБЛЯЙ ЛИШЬ КИПЯЧЁНЫЙ!

Встреча с женщиной-врачом,
Вот узнал тогда о чём:
Довелось побыть в пещере ей
Рядом с древнею бактерией
Спит во льду пять тысяч лет
Та, пока не зная бед!
Не смерть бактерии наркотик,
Безвреден и антибиотик,
Найти бы на неё управу,
Какую б подобрать отраву.
Большую б заплатили цену,
Тому, кто смог бы предложить
Антибиотику замену,
Чтобы заразу пережить!
И ты, турист, придя в пещеру,
Лёд потребляй, но только в меру:
Микробу лет тыщ до пяти,
Лёд от такого кипяти!

В Румынии в пещере Скэришоара обнаружили штамм бактерии, которой не страшны современные антибиотики, что интересно для выработать замену антибиотикам. Сообщается, что бактерия находилась в ледяном пласте почти пять тысяч лет.

1152

А теперь практически п...но:
1994-й умудрился застрять в Ивано-Франковске. Середина ночи, автовокзал. Жду автобус до Бучача Тернопольской области. Скучно, душно... взял горилки и пирожков с мьясом. Сижу, философствую. В пяти метрах на лавочке сидит дивчина с печалью в глазах. Оказалось, нам ехать на одном паровозе.
Выпили-закусили. Девка горячая. Кароч, на заднем сиденье движущегося ПАЗика,сидя на моих ляжках. Остальное - ваши фантазии. Технически... кто-нибудь ехал когда-нибудь на заднем сиденье ПАЗика?

1153

Мой родственник Алик с говорящей фамилией Бабкин был богачом.

Вы можете возразить, что в СССР богачей не было, и в целом будете правы: социальное расслоение тогда было совсем не таким, как сейчас. Однако отдельно взятые бабкины имели место.

Работал он где-то в сфере торговли, кем именно – никогда не уточнял. Советская власть совершенно не мешала ему делать деньги, но ограничивала в возможности их тратить. Ездил он, например, на белой Волге. Черную мог позволить себе минимум секретарь райкома, а Мерседес – разве что Высоцкий.

Жил Алик в двухкомнатной квартире в центре Риги. Для трехкомнатной ему недоставало второго ребенка, а для московской прописки – примерно всего. Недостаток жилплощади компенсировал дачей на Рижском взморье. Копченую колбасу и мандарины он, в отличие от нас, плебеев, мог есть каждый день, ананасы – по праздникам, а о существовании папайи и манго даже не подозревал.

Однажды он похвастался, что сделал на даче зеркальные потолки.
– Зачем? – удивился я.
– Деньги есть, чего бы не сделать? Красиво. И прикольно смотреть, как жена тебе сосёт.

Я представил себе мелкого пузатого Алика, его огромную жену и вздрогнул. Люда Бабкина когда-то была манекенщицей в доме моделей и тогда, наверное, действительно неплохо смотрелась бы в зеркальном отражении. Но диета из тортов и бутербродов с икрой не способствует сохранению фигуры.

Вот в этот зеркальный потолок и упирались все мечты Алика о роскошной жизни.

Когда появились видеомагнитофоны, Алик купил сразу два. Переписал себе все доступные западные фильмы и не удержался, стал записывать кассеты на продажу. Потом открыл кооператив, кажется, даже раньше, чем их официально разрешили. Клепал бижутерию из яркой пластмассы, себестоимость ее была копейки, а прибыль астрономической. Денег стало еще больше, а роскоши почти не прибавилось, стеклянный потолок никуда не делся.

Девяностые наверняка принесли бы Бабкину и долгожданный Мерседес, и другие блага, и кончились бы либо строчкой в списке Форбс, либо, с куда большей вероятностью, двумя строчками на мраморной плите. Но Алик их не дождался. Он решил уехать. Конечно, в США – а где еще его мечты могли осуществиться полнее?

Остро стоявшую тогда проблему переправки денег через границу он решил с бабкинской креативностью. Приехал в Москву, остановился у меня, каждый день ходил на Арбат и покупал картины у тамошних уличных художников.
– Америкосы, дураки, ни черта не понимают в искусстве, – говорил он. – На русские картины кидаются, как мухи на говно. Тут я их покупаю по пятьдесят долларов, а там загоню по пятьсот. На виллу и яхту хватит. А дальше какой-нибудь бизнес открою. Уж если я здесь в Союзе, где ничего нельзя, сумел развернуться, то там, где всё можно, меня никто не остановит. И тебя не забуду. Джинсы пришлю самые модные.

Вместо виллы он приобрел квартиру на Брайтоне с видом на океан. А вместо джинсов присылал фотографии: Алик и Брайтон-Бич, Алик и статуя Свободы, и больше всего – Алик и его машина. Он купил Линкольн, огромный, как мавзолей Ленина. Разумеется, черный.

Через двенадцать лет после Алика я тоже приехал в США. Денег у меня почти не было, зато было трое детей, брат в Нью-Йорке, какой-никакой английский и профессия программиста. Этого оказалось вполне достаточно.

Алик заехал за мной и дочками в первый же вечер, почему-то на белой Короле.
– А где Линкольн? – удивился я.
– Ой, да что ты понимаешь! Этот гроб только бензин жрал. Машина должна быть компактной и экономичной. Поехали, покажу вам настоящую Америку.

Настоящая Америка в его понимании находилась на Брайтоне, в продуктовом магазине. Он остановился в центре торгового зала и с гордостью обвел рукой вокруг, как экскурсовод в Алмазном фонде:
– Смотрите! Тут есть всё!

По сравнению с пустыми полками конца восьмидесятых, когда уезжал Алик, ассортимент действительно впечатлял. Но двенадцать лет спустя такое изобилие можно было увидеть в любом районном гастрономе. Я не говорю “купить”, питались мы в основном с рынка и продуктовых палаток, но и дикарями из голодного края уже не были.

– Смотри, колбаса! – восторгался Алик. – Докторская, любительская, краковская, московская. Любая! Какую ты хочешь?

Ему не повезло, это был недолгий период, когда я увлекся здоровым питанием и мог перечислить все консерванты, эмульгаторы и тяжелые металлы в любом продукте. Увлечение вскоре прошло, но колбасу я под тогдашним впечатлением не ем до сих пор.

– Не хочешь колбасы – бери фрукты. Вот ананас, вот манго, вот папайя. Пробовал когда-нибудь?

Ему опять не повезло. Всю эту экзотику я пробовал и пришел к выводу, что вкус никак не коррелирует со стоимостью и ничего лучше коричного яблока природа еще не придумала. Дочки углядели коробочку красной смородины и попытались положить ее в корзину.

– Ой, бросьте! – возмутился Алик. – Такая ерунда, а стоит как два ананаса. Возьмите лучше блуберри, она на сейле.

Он купил еще каких-то котлет и пирожков, и мы двинулись к нему домой. Квартира на Брайтоне была получше, чем его рижская, но выглядела очень тесной из-за картин. Картины висели на всех стенах от пола до потолка так, что не видно было обоев. Там были пшеничные поля, березовые рощи, купола, лебеди на пруду, но больше всего голых девушек. Загорелые в лучах солнца, розовые в лучах заката, аристократически белые, авангардно синие, лицом, спиной, в профиль и вполоборота – они смотрели на нас со всех стен, и все неуловимо напоминали Люду в начале ее модельной карьеры. Видно было, что Алик выбирал их на свой вкус и с большой любовью.

– Много продал? – спросил я.
– Одну. За десять долларов. Эти американцы такие идиоты, ни хрена не понимают в искусстве. Ну и плевать, сам буду любоваться.
– А бизнес твой как?
– Слушай, какой тут может быть бизнес? Это в Союзе я был король, ничего было нельзя, а я один знал, куда пролезть и кого подмазать. А тут один закон на всех, и любой грязный китаёза знает этот закон лучше меня. И без английского никуда, а в меня ихние хаудуюду уже не лезут, заржавел мозг. А на Брайтоне уже за двадцать лет до меня всё схвачено. Да и плевать, всё равно Америка лучшая страна в мире, тут и без бизнеса прекрасно можно жить. Вот у Людочки диабет, она эс-эс-ай получает, это пособие, такое хорошее пособие, что никакого бизнеса не надо. И мне дадут, надо только дожить до шестидесяти пяти.
– Так что, вы только на Людино пособие живете?
– Нет, почему? Совсем не только. Вот я однажды попал в аварию – так тут уже не растерялся, сказал, что спина болит. Мне знаешь какую компенсацию выплатили! Целых двадцать тысяч. Правда, десять пришлось отдать адвокату. Отличная страна, я же говорю. Не пожалеешь, что приехал.

В этом он оказался прав, я о переезде не пожалел ни разу. А Алика в следующий раз навестил только через пятнадцать лет. Всё было совсем плохо. Своего пособия он дождался, но Люда к тому времени умерла. Дочка уехала в Калифорнию, вышла там за китайца, нарожала китайчат, не звонит и не пишет. Жил он в той же квартире на Брайтоне, но все поверхности в ней были покрыты многолетним несмываемым слоем грязи. Разговаривать с Аликом оказалось не о чем, ему были неинтересны и мои дела, и другие родственники, и спорт, и фильмы, и даже политика. Оживлялся он только на двух темах: когда жаловался на свою соцработницу, которая деньги от города получает, но ни хрена не делает, и когда вспоминал, как прекрасно ему жилось в Риге.

И только голые девушки приветливо смотрели на нас со всех стен.

1154

Автор: bаklаn 10 признаков русского человека: 1. Может семь суток ехать в поезде, чтобы день погостить у дальнего родственника. 2. Не закусывает после первой даже под страхом смерти. А также после второй, третьей и, кажется, четвертой и пятой. 3. Заходит в кабинку туалета, на ходу доставая шариковую ручку. 4. Восхищенно матерится в Британском музее. 5. Волнуется, разговаривая с швейцаром или официантом. 6. Ходит в гараж, в баню, на рыбалку, охоту и в театр, чтобы выпить. Ходит к любовнице, чтобы у нее выпить. 7. Легко разделывается с самым изысканным блюдом при помощи столовой ложки. 8. Забирается на унитаз с ногами. 9. Душа его по площади равна пяти американским, тремстам английским и восьмистам бельгийским душам. 10. Когда рожает, кричит по-русски. ==. Ну, и вна Украине тоже и так же бывает, особенно в Львове и Ровно.

1155

Про отца Анджея

Я католик. Ортодокс. Не святой, но и не последний грешник.

Детство моё прошло в советской школе, под мерный стук мела по доске и рассказы о том, что Бога нет. Ну нет, так нет — что я тогда понимал? До двадцати пяти я жил в этом тихом безветрии атеизма.

А потом случилось то самое «потом». В двадцать пять лет из-за какой-то нелепой теологической мелочи я надолго разошёлся с друзьями... Эх... Сейчас вспоминаю — и щемит. Это перевернуло душу. Начал читать, искать, бродить по храмам в поисках того, кто объяснит, как жить дальше.

Помню, ехал в такси. За окном мелькал город, мы зацепились языками с водителем о вечном. Он ткнул пальцем в неприметный фасад:
— Вон там церковь есть, меня звали как-то.
— И что, зашёл?
— Да нет, — отмахнулся он, — всё некогда, всё суета...
— Давай, — говорю, — я за тебя схожу.
— Да не вопрос. Привет там передавай.
— Да не восклицательный знак, передам.

Я тогда сходил с ума по Ванге. Верил в неё, как в истину в последней инстанции, таскал с собой брошюру с её фото — чуть ли не инструкцию к жизни. С ней и пришёл, «освящать». Меня встретил мужчина: крепкого телосложения, в гражданском, но с такими глазами... Добрыми, какими бывают глаза только у тех, кто много видел.

— Освятить? Идёмте.
— Только... церковь ведь Вангу не признала?
— А, ну тогда нельзя. Но мы можем просто помолиться. Вместе.

Он молился так, будто разговор шёл напрямую, без посредников. А потом был чай. Настоящий, согревающий не только руки. В его гостеприимстве не было расчёта — только искреннее сердце. Я стал приходить по утрам. Завтраки, тихие разговоры в лучах утреннего солнца, которые красиво освящали разукрашенные стекла... Так я обрёл веру. И нашёл отца Анджея.

Отец Анджей — человек, у которого слово и дело спаяны намертво. Он говорил: «Важно не сколько раз ты пообедал, а сколько раз разделил тарелку с голодным». И делил, если была возможность.

Помню Женю — и бандит, и алкаш, вечный гость за решёткой. Выйдет, бывало, на свободу — грязный, в лохмотьях, голодный — и сразу к отцу. Тот его в ванну, переоденет в чистое, накормит... Несколько лет отец с ним возился. Что-то не видно Жени в последнее время. Может, снова присел, а может, уже в лучшем из миров. Тишина от него осталась.

Отец очень легко расставался с вещами. Дорогой мобильник — кому-то, мне — не менее дорогие наушники. Если видел, что человеку нужнее, отдавал не задумываясь. У него потрясающее чувство юмора, тонкое, как лезвие. Если кому будет интересно, об этом я как-нибудь напишу отдельно — там есть над чем посмеяться сквозь эти ностальгические сумерки.

Он стал мне вторым отцом. Буквально. Одевал, обувал, кормил, давал кров, когда мне некуда было идти и пока я решал свои квартирные вопросы. И именно он, долгих пятнадцать лет (пятнадцать, Карл!), мягко, по-отцовски подталкивал меня к примирению с родным отцом после четверти века вражды. И таки добился своего, уговорил. Как хорошо сказал Соломон Маркович " я - из семейства ...бланов Непримиримых". Но отец Анджей переборол меня. Спасибо отец!

Он научил меня видеть ложь этого мира — все эти деньги, власть, напускную красоту и «понты», на которых кто-то делает бабло. Посмотрите в глаза олигархам, власть предержащим, популярным людям— увидите там счастье? Настоящее, тихое счастье? То-то и оно. Когда нет истинного света, люди пытаются греться у костров из всякой фигни...

Отец Анджей... Не хочу лепить из него святого, но он близок к этому. По его молитвам люди вставали на ноги, мирились, находили свой путь в профессии и личной жизни многое, многое другое. Если рассказать о всех чудесах, это будет полное собрание сочинений Толстого в 120-ти томах.

Последние новости. Сейчас он в Польше. Ему восьмой десяток, время покоя и мемуаров, но это не про него. Он всё так же бодр, активен, работоспособен. Спит пять часов в сутки, в свободное время сочиняет белые стихи, все также заботится о бедных, все тот же беспокойный отец Анджей. Кстати, он знаменит в своей Польше, все его знают.

Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.
(Н.Тихонов)

С., ГОСТ.

1156

Скрипка-лиса
Пичка-п..да

Заключили с мужем договор. Когда вечером образуется свободное время, окучиваем друг друга по очереди культурным. Я его - сербским, он меня - своим любимым финским. Не совсем равноправно, сербские фильмы без перевода - они для прокачивания языковых навыков, в общем для пользы, а финские с оным - для укрепления семейных взаимоотношений, поскольку я, мягко говоря, не фанат финского кино, но должна как-то компенсировать мужу страдания. Зато сербские - не больше пятнадцати минут, дальше муж начинает смотреть мутными глазами в глупь себя, а финские я выношу целиком.

В общем, включили наконец Каурисмяки этого. Единственный финский режиссер, мне более-менее симпатичный. Устроились на диване, как сказали бы местные, - ушушкались - это когда уютно устраиваешься в подушках и одеялах, страшно люблю этот глагол. Разлили по бокалам вранац, потянулись к нарезанному сыру... Тут муж тревожно принюхался и сказал:
- Пахнет говном.
Я уже собралась поспорить, вспомнив как однажды в Питере мы компанией из пяти человек в бонтонном ресторане подозрительно присматривались друг к другу, учуяв схожий запах, и мысленно гадали - кто же обосрался. Только я одновременно еще и делала отсутствующий вид, поскольку утром, убегая экскурсить, уже на пороге обнаружила в ботинке кошачью какашку, и теперь решила, что недостаточно отмыла ботинок и все остальное. В конце концов оказалось, что пахнет свежим фондю.

Но на этот раз дело было явно не в фондю. Рассвирепев, выгнала во двор мирно ушушканного в кресле Пышкина. Депортировала из другого кресла в лазарет Сервантеса. Безрезультатно обыскала все углы и закоулки. Несло убийственно. Отодвинула диван. Обнаружила под ним возмущенного таким вторжением в его пространство большого кивсяка - существо мирное, но малосимпатичное, раньше я верещала, их встретив, потом привыкла. Принюхалась на всякий случай к фраппированному кивсяку - нет, явно не он. Мы растерянно бродили по квартире, поводя носами. Вдруг запах исчез, словно выключился.
И только через пару недель, когда под кухонной раковиной захрюкало, а вода в ней угрожающе поднялась вровень с краями, сообразили, в чем дело. Положение осложняли гости, которые вот-вот должны были появиться. Одной рукой муж, словно утопающий в челне, вычерпывал из раковины кастрюлей мутную воду, другой панически жестикулировал. Я философски жарила мясо и бормотала под нос:
- Осада, волны, как злые воры, лезут в окна... Гроба с размытого кладбища плывут по улицам...
На счастье гостей, стихийное бедствие удалось остановить, выключив посудомойку.

И вот наконец сегодня утром пришел сантехник с подручным, как их тут пышно называют - водоинсталятор, веселый пузатый черногорец лет пятидесяти, к тому же, как выяснилось, сосед. Ковырялись мужики долго, больше часа. Мы рядом занимались делами. Я проверяла, кто опять поругался в фейсбуке, муж разбирал накопившиеся бумаги. Периодически совал мне под нос непонятные сербские, вроде анализов котов из ветеринарки, и требовал вердикта. Я коротко отвечала, естественно по-русски:
- В печку!.. в печку!... И это в печку!
В конце концов мужики прочистили трубы и позвали принимать работу.
Смотрели они на меня как-то странно. Опасливо, что ли. Разговаривали исключительно вежливо. От кофе отказались, что тоже странно. И только потом, когда они ушли, до меня дошло. (Культурные люди, сейчас будет лексика.)
По-сербски пизда - пичка. "Пичка матерна" - это все знают. Только что приехавшего в Черногорию или Сербию русскоговорящего предупреждают, чтобы не просил в магазине спички, очень уж созвучно. Про печку почему-то ничего не говорят, хотя тоже созвучно. И вот картина. Сидит строгая баба за компьютером, не работает. Мужик ейный подносит ей бумаги для проверки. На что баба начальственно отзывается:
- В пичку! В пичку! И это в пичку!

То есть буквально по Довлатову, когда Лемкус на симпозиуме энергично подтверждал в своем углу слова американского докладчика:
- Факт!.. Факт!...
- Убежден, что Россия скоро встанет на путь демократизации и гуманизма!
- Факт!
Ну а несчастный американец, естественно, слышал многократное: "Фак!"

Татьяна Мэй©

1157

Прочел тут в сети замечательное письмо мамы, которая не смогла ответить на вопрос сына-подростка.
Сын спросил:
- Мама! Когда же мы наконец станем богатыми?
Мама ответила:
- Погоди, мой милый. Мы живем в отдельной квартире. У тебя есть своя комната. У нас есть дача и машина. Мы все вместе каждое лето ездим отдыхать к морю или еще куда-нибудь. На уик-энд мы ходим развлекаться: в театр, на концерт, часто обедаем в кафе. Мы хорошо питаемся. Не экономим на лекарствах. Ты одет и обут в новые хорошие вещи. Об айфоне, планшете, макбуке я и не говорю. Так что, сыночек, не надо никому завидовать. Мы и так богатые.
- Эх, мама! - поморщился сынок. - Ну ты же понимаешь...
- Не понимаю, - развела руками мама.
- Мы не богатые, - сказал он. - Мы просто прилично обеспечены. А я спрашиваю, когда мы станем богатыми. Понимаешь, по-настоящему богатыми. Бо-га-ты-ми! Когда? И вообще, станем ли когда-нибудь? Или всю жизнь вот так проживем? Едва-едва?
***
Мама написала, что не знает, что и сказать. Не в смысле, что "никогда не станем по-настоящему (то есть по-миллионерски) богатыми", а в смысле вот как теперь общаться с парнем, который всё заработанное родителями благополучие называет "так, едва-едва", и мечтает о каком-то "настоящем богачестве".
***
А я вот знаю, что ответить.
Надо открыть комп, посадить парня рядом, и показать ему несколько картинок. Особняки Горького. В Москве, под Москвой и на юге у моря. И сказать:
- Был такой человек, Алексей Максимович Пешков. Он был очень богатый. Видишь, какие у него дома были? Нет, ты представляешь? Никакой олигарх себе такого не купит. А еще у него была дача за границей, много машин и слуг. Но как он всего этого добился, знаешь? Ему помог его дедушка. Когда маленькому Алексею исполнилось одиннадцать лет, дедушка просто взял и выставил его вон из дома. Вот так, без лишних разговоров. "Иди, внучок, работай!" И маленький Алеша пошел сначала в булочную, помогать печь булки, потом работал еще на разных мелких работах, потом подрос, устроился в газету, сам научился писать разные репортажи и фельетоны, и уже годам к двадцати пяти стал известным и богатым человеком, а потом основал издательство, и стал уже просто-таки настоящим богачом. Потом сумел втереться в доверие к будущему правителю России, даже давал ему деньги, когда тому надо было, а уж потом, через него, получил дворец у моря и особняк в центре Москвы. Вот так. И всё это из-за того, что дедушка выставил его вон. Так что если тебе и в самом деле не хватает того, что тебе дают мама с папой, и ты хочешь настоящего богатства - то надевай кроссовки, натягивай курточку, и вперед! Желаю удачи. Правда, Алеше Пешкову было одиннадать лет, а тебе уже пятнадцать, но ничего! Наверстаешь... Ну, что стоишь столбиком? Давай, одевайся, и кыш отсюда!

Denis Dragunsky

1158

О бедном еврее замолвите слово
Историю эту мне рассказала после недавних событий подруга.
Сидели мы, выпивали, смотрели под пивко с воблой новости, она и выдала:
- Как хорошо, что я в эту Израиловку не уехала. Вот бы мне сейчас звездец был!
- А приглашали?
- Приглашали. Не рассказывала?
- Нет.
- Наверное, и к слову не приходилось и история эта сложная, - задумалась подруга.
- Расскажешь?
- Расскажу. Не думаю что евреи с тех пор сильно изменились, судя по поведению – у них взяли власть ортодоксы.
Дальше я ее слова приведу от первого лица, как она мне и говорила.
Пусть подругу зовут Маша. Рассказывать о ней не буду, да и не о том речь. Комментировать ее рассказ тоже не буду. Это – ее впечатления и ее жизнь. Итак…

Дело это было в девяностые годы, в самом конце.
Тогда из нашей страны откровенно вывозили талантливую молодежь. Обещали, что там будет хорошо, что тут будет плохо, мы, воспитанные лопоухими родителями – верили в сладкие обещания. Меня эта участь тоже не избежала.
Правда, в другом варианте.
Медициной я хотела заниматься всегда, но в конце девяностых поступить в мед без денег или блата было практически невозможно. Горжусь собой – я прорвалась на бюджет.
Только вот для меня тогда даже стипендия, в семьдесят, что ли рублей, была серьезными деньгами. И вставать приходилось в пять утра, чтобы бегать через полгорода – на проезд частенько и то не хватало.
Как известно, в каждой приличной русской семье можно найти еврейскую бабушку, тетю-хохлушку, дядю-белоруса и прадеда-татарина. Это еще не полный список.
И вот однажды, подруга с соседнего факультета, сказала мне:
- Машк, а ты бы хотела поехать за границу и учиться там?
- На какие шиши?
- Есть такая программа – репатриация в Израиль. Если у тебя есть еврейские предки, ты можешь туда поехать, выучить язык, получить гражданство…
Плевать мне было на Израиль. Но медицина!
Чтобы стать хирургом, я бы пошла на все. И если там можно, а тут у меня перспективы были крайне невнятные, и мне регулярно намекали, что места только для своих…
Понятно, просто так никто бы не поехал. Поэтому была программа для юных евреистов. Съездить на две недели, посмотреть, куда зовут, и если понравится, тогда… и все это бесплатно. Мы оплачивали какой-то небольшой процент…
Ради такого дела влезли в долги.
Правда, бабушка (не еврейка) сразу сказала, что это дело такое. О еврейских ростовщиках она слышала, а вот с еврейскими меценатами – никак. Так что смотри в оба и ничего не подписывай.
Я и не собиралась.
Поезд, самолет, Израиль.
Первые два дня – угар и восторг. Институты, больницы, оборудование, от которого у меня чуть религиозный экстаз не случился, сейчас-то оно и тут есть, но в девяностые! Кстати, море, которое я увидела в первый раз.
Программа включала поездку по всему Израилю. Тель-Авив, Иерусалим, Хайфа…
Едем. Потом прозвенел первый звоночек.
На третий день индеец Зоркий Глаз заметила, что в автобусе с нами едет девчонка примерно наших лет с оружием. Автомат какой-то.
Английский я знала неплохо, потому и принялась с ней разговаривать. Звали девчонку Руфь, была она из семьи первопроходцев, приехали они сюда давно, вся родня – евреи, вот, она служит. На мой вопрос – тебе заняться нечем? Или ты мечтала служить? Руфь ответила, у них служат все. Потом она учиться будет, но отслужить надо.
Это и мне придется служить? Оказывается, да. Приехал – пожалуйста. И не факт, что медиком, дадут автомат – и бегай. Это мне не понравилось. Если что, хирургу такие развлечения могут дорого обойтись. Повредишь руку, и конец карьере.
Расспрашиваю дальше.
Служат все, а кого куда направляют, ну вот ее – сюда. А так могут и на границу, и куда угодно… и что? Мне придется стрелять в арабов? Которые мне вообще параллельно? А с фига? Вы сами с ними поссорились, сами и разбирайтесь, я не хочу. Я лечить хочу, а не убивать. И точно не рисковать жизнью во славу страны, которая мне пока ничего не дала. Только обещает. А откосить не удастся, она со своей влиятельной родней – тут, а куда зашлют меня? Если я тут вообще никто?
Звоночек второй.
Едем дальше. Стена плача.
Все названия приводить не буду, но вот стена, и я захотела поставить у нее свечку.
Низзя.
Почему? А потому как вы еврейка не по маме, а по фиг знает кому. Второй сорт. Унтерменш среди юберменшей. Так что вам многое нельзя. И ваши дети – да-да! Они тоже будут вторым сортом, потому как мама не породистая.
Все евреи равны, но одни равнее других?
Оруэлла читала только я, потому окружающие пожали плечами и согласились. Да, понимать надо, везде свое… а тут ты – второго сорта. Я поняла.
Третий звонок.
Музей всех погибших в холокосте. Кому интересно – ищите в интернете, я потом нашла. Красивое место, хороший экскурсовод.
Черт меня дергает за язык.
Открываю рот и интересуюсь, нельзя ли посетить памятник русским солдатам. Или тем кто тоже погиб во время ВМВ? Или памятник Сталину без которого Израиль не состоялся бы.
А что?
Евреев тогда погибло пять миллионов. Русских – двадцать шесть. И кого тут геноцидили и холокостили?
Экскурсовод изображает карпа и хлопает жабрами.
Нет таких ага. Евреи сами вылезли из концлагерей, сами всех спасли, короче все сами-сами, и никто им не помогал. Возможно, они даже лично застрелили Гитлера.
- Благодарности от евреев дождаться не получится, сразу видно – благородный народ, - подвела я итог. А музей так ничего, красивый.
Звоночек четвертый.
Иерусалим.
Нам по 18-19 лет, как тут удержаться и не погулять по ночам? Кто сможет остаться спокойным?
Экскурсовод чешет репу, потом берет карту. Дело было еще ДО массового распространения сотовых, может, они были у одного человека из пяти, так что…
Карту в руки и карандаш.
- Не ходите сюда, сюда, сюда…
Лучше вообще никуда не ходите. Спрашиваем.
- Это – чего?
- Вот это арабские кварталы, вас там могут просто побить за внешний вид.
А, ну это понятно. К мусульманам с голыми сиськами ходить невежливо, это мы понимаем. Хотя кретинизм, конечно. Если из точки А в точку Б проще всего пройти по прямой – уж потерпели бы мусульмане? Мы ж не соблазнять идем, а просто домой. На фиг они нам нужны?
Но это половина пирога.
- А вот это?
- Это ортодоксальные кварталы.
- там нас тоже за сиськи побьют?
- Ну… могут выгнать, могут дерьмом кинуть…
- Ы!?
Немая реакция.
Двадцатый век заканчивается, каким дерьмом?
Экскурсовод видит что мы офигели, и на полных серьезных щах объясняет, что у местных ортодоксов, то есть у их бап-с и деток есть такое развлечение. Гадят в пакетик, завязывают, и могут кинуть в мимо проходящего не-ортодокса. Или еще каким мусором.
У нас культурный шок.
Удержаться было выше моих сил.
- они что – вот это складывают, может, еще и в холодильнике держат, и ждут? Или у вас такие производительные ортодоксы? Как видят мимо проходящего, так и начинают процесс?
Экскурсовод видит, что мы ждем ответа, тут все подтянулись, кто был в холле гостиницы, из наших, тема-то всех интересует.
И он вполне серьезно отвечает.
- Ну… да, хранят. Но ведь у вас тоже опасно ходить по улицам у вас эти… бандитские разборки?
Раздается грозный вой:
- ЫЫЫЫЫЫЫ!!!
Одного из парней, москвича, еврея по прадеду, скручивает в дугу. И он с воем выдыхает:
- Я как представлю, как митинская и люберецкая братва вот ЭТИМ кидают в друг друга на стрелке…
Порвало – всех.
Мы выли, рыдали, ползали по полу от смеха, под осуждающим взглядом экскурсовода. А я окончательно убедилась, что евреи – это люди высокой культуры. И такие запасливые. Или производительные?
Не знаю много ли ребят из тех что ездило в ту поездку, репатриировалось, лично я решила, что предки есть – и хорошо, но я туда ни ногой. А выводы про Израиль?
Сделайте сами.
И помните – остерегайтесь ходить по ортодоксальному кварталу без костюма полной химзащиты. Или хотя бы без зонтика.

1159

Алёна Владимировна машинально качала ногой, бездумно глядя в экран ноутбука. Мысли её бродили вокруг вселенской несправедливости, потому что как-то иначе назвать то, что она в свои тридцать девять лет ещё не замужем, Алёна Владимировна не могла.
Ведь всё при ней, всё! В некоторых местах даже с избытком, но много - не мало. Да и времена нынче такие, что лишний вес - это не проблема, а инвестиция.
На работе все коллеги мужского пола либо безнадёжно женаты, либо не представляют для Алёны Владимировны ни малейшего интереса.
Попытки познакомиться на улице тоже успехом не увенчались, пугливый нынче мужик пошёл, робкий. Чуть к нему подойди с игривым настроем, как он уже краснеет, потеет и что-то бубнит про полицию.
Алёна Владимировна решила, что пора попробовать знакомиться через интернет. Этот способ ей казался сомнительным, но очень уж хотелось сходить замуж, а других возможностей для себя она не видела.
Вот и сидела сейчас Алёна Владимировна перед ноутбуком и набиралась решительности перед заходом на сайт знакомств. Теоретически она представляла, как всё будет, но Алёна Владимировна была опытной женщиной, поэтому отдавала себе отчёт в том, что теория очень часто не имеет ничего общего с практикой.
На сайте она зарегистрировалась и теперь ждала, когда принц на белом коне сам отыщет свою принцессу и напишет ей. Уж тогда Алёна Владимировна возьмёт его в оборот, да и коняшке работа найдётся, у хозяйственной женщины ничего зазря не пропадёт.
Вдруг ноутбук чирикнул и отобразил, что Алёна Владимировна стала счастливой обладательницей целого одного сообщения. Внутри женщины поднялась какая-то горячая волна: то ли изжога, то ли интерес, так сразу и не разберёшься.
Она дрожащей рукой всё-таки смогла навести мышку на значок сообщения и открыла его. "Привет, как дела", - прочитала Алёна Владимировна.
Она уже было разочаровалась в авторе такого послания, как тут же пришло следующее. "Вы блистательно красивы".
Прочитав второе сообщение Алёна Владимировна зарделась от смущения, а акции автора сообщения поползли вверх. Алёна Владимировна назначила этого велеречивого незнакомца на должность искомого принца и рванула в штурмовой флирт.
Пять минут пообщавшись ни о чём, Алёна Владимировна решила выяснить, как выглядит её почти уже возлюбленный. На аватарке у него был забавный котёнок, что не говорило о собеседнике Алёны Владимировны ничего, а знать, как выглядит будущий отец её детей Алёне Владимировне очень хотелось.
Своей фотографии у собеседника не нашлось, поэтому Алёне Владимировне пришлось довольствоваться описанием. А это описание было очень даже ей по вкусу.
Вчитываясь в сообщения, Алёна Владимировна уже видела перед собой высокого брутального спортсмена с копной смоляных кудрей и пронзительными зелёными глазами. Возможно в кудрях есть серебряные нити, всё-таки без пяти минут мужу Алёны Владимировны уже сорок пять лет.
- Ох, он ещё и играет на фортепиано! Какая прелесть! - растеклась Алёна Владимировна лужей по стулу. Очень довольной и вдохновенной лужей, стоит заметить.
Но тут же, словно холодный душ, пришло ещё одно сообщение. В нём собеседник интересовался уже внешностью самой Алёны Владимировны.
А вот это уже было опасненько. Себе на аватарку Алёна Владимировна поставила собственную фотографию, но загвоздка заключалась в том, что на той прекрасной фотографии Алёне Владимировне было девятнадцать лет, да и то была видна только половина лица и густые каштановые волосы.
Надо ли говорить, что за двадцать лет и лицо, и волосы и вся фигура целиком претерпели значительные изменения? Конечно, Алёна Владимировна и сейчас прекрасно выглядела, но юность есть юность.
Алёна Владимировна судорожно размышляла, что же ответить своему принцу. Потом глубоко вдохнула, решительно выдохнула и пододвинула к себе ноутбук.
- Должна же быть в женщине какая-то загадка, - решила она для себя и стала напропалую врать.
Хотя нет, не врать, это слишком грубо звучит. Алёна Владимировна стала талантливо недоговаривать, что, по её мнению, женщине было позволительно.
Рост? Ну, пусть будет метр семьдесят. И что, что у неё на самом деле метр шестьдесят? Она же может надеть каблуки, платформу, да хоть ходули.
Фигура? Сочная, как персик! Да, местами мягкая, а ещё местами пушистая. Ну, вот такой вот персик шестидесятого размера, законом не запрещено! Хотя про размер пока можно и не писать.
На фотографии конечно же её лицо, а про то, что оригинал фотографии за двадцать лет это лицо немножко поизносил, к делу не относится. И лица стало немного больше.
Чем увлекается? Кулинарией, конечно же. Попробуйте наесть шестидесятый размер, не умея готовить! Алёна Владимировна не так богата, чтобы так плотно кушать в ресторанах.
Что Алёна Владимировна собирается делать вечером? Сериальчик посмотрит, картошечки с котлетками и салатиком навернёт да спать ляжет. Точнее, не так. Она будет читать Достоевского, пить чай с бергамотом и размышлять о... Стоп! А к чему вообще был вопрос?
О! Так её зовут на свидание! Свидание? Вечером? В парке? В ноябре? Конечно, она придёт! "Я буду ждать тебя с цветами на аллее", - написал зеленоглазый принц, заставив сердце Алёны Владимировны биться чаще.
Она закрыла ноутбук и с блаженной улыбкой смотрела куда-то в стену. Видимо, именно туда транслировались видения свидания и последующей свадьбы.
- Да что же это я сижу? Времени осталось всего ничего! - вдруг подпрыгнула Алёна Владимировна, после чего вскочила, уронив стул, и унеслась наводить красоту.
К назначенному времени Алёна Владимировна при полном параде шагала в парк. Она была на каблуках, правда, даже на них не дотягивала до обозначенного ею же самой роста. Зато ей удалось втиснуться в пальто персикового цвета, хотя для этого и пришлось надеть корсет, так что дышала Алёна Владимировна очень осторожненько и через раз.
Вот и аллея, осталось найти своего принца Игоря. Алёна Владимировна искала взглядом высокого плечистого мужчину со смоляными кудрями и охапкой цветов, но что-то кроме невзрачного мужичка с тремя гвоздичками никого на аллее не видела.
Мужичок как-то пристально разглядывал Алёну Владимировну, чем сильно её раздражал. И тут её мозг пронзила догадка. Алёна Владимировна медленно развернулась через плечо и прищурив левый глаз стала рассматривать заметно стушевавшегося от такого внимания мужчину.
- Игорь? - спросила Алёна Владимировна, всей душой желая услышать отрицательный ответ.
- Д-да, а вы Алёна? - разбил мужчина все надежды Алёны Владимировны.
Алёна Владимировна разглядывала Игоря как врага народа. Он совершенно не подходил под описание! Где кудри? Те самые смоляные кудри, которые Алёна Владимировна уже мысленно полюбила всем сердцем!
Если кудри когда-то и имелись, то теперь о них напоминал только лёгкий кучерявый пушок по краям внушительной лысины.
А рост? Куда делся богатырский рост в метр восемьдесят? Мужчина был одного роста с Алёной Владимировной, а она даже на каблуках не дотягивала до метра семидесяти. Избранник так спешил на свидание, что стоптался по дороге?
Цвет глаз за толстыми очками увидеть не представлялось возможным, они могли быть и зелёными, но какой от этого толк, если всё остальное описанию не соответствует?
- И каким же это вы спортом занимаетесь? - не сдерживая ехидства, спросила Алёна Владимировна.
- Настольным теннисом! Я знаете какой прыгучий! - выпятил невпечатляющую шириной грудную клетку Игорь.
Алёна Владимировна закатила глаза и вздохнула. А мужчина всё еще в каком-то ошеломлении разглядывал её, прижимая к груди три понурые гвоздики.
- В-вот не надо на меня так вздыхать! Я тоже ожидал увидеть здесь нимфу, а не вот это вот всё, - вспылил Игорь, обводя рукой Алёну Владимировну одной рукой, а второй поправляя сползающие с носа очки.
- Вот это вот всё, значит? - свистящим шёпотом произнесла Алёна Владимировна, после чего вырвала цветы из рук мужчины и стала охаживать этим скромным букетом по голове и рукам Игоря, которыми он эту самую голову постарался прикрыть.
Бросив остатки цветов в стоящую рядом урну, Алёна Владимировна гордо развернулась и пошла на выход из парка.
- Вот же обманщик, а! Спортсмен он, брюнет он! Тьфу, обманщик! И как таких земля только носит, - бурчала она себе под нос.
На аллее Игорь, выковыривая из ушей лепестки гвоздики, тоже бурчал, и тоже на тему обманщиков, а точнее обманщиц. Персик она! Какое возмутительное вранье! Как людям только не стыдно так нагло про себя врать!

1160

Однажды я знакомилась с искусственным интеллектом. Ну как однажды — прямо сегодня. Искусственный интеллект все нахваливают, говорят, он нас победит со дня на день. Мы станем его рабами, а потом погибнем от комплекса неполноценности.

Мне ничего сверхъестественного не надо, но дай, думаю, прокачусь на железных мозгах. Пусть поможет мне сделать универсальный набор для игры в слова.

И заказываю: комплект из пяти слов, каждое из пяти букв, чтобы ни одна буква не повторялась, и все существительные. Да, думаю, вот такой я ловкий человек.

Искусственный интеллект: «Взлом, трюк, дымка, борщ, песца».

ПЕСЦА.

Песец прямо подсказывает мой ответ в этом диалоге, но держу себя в руках — зачем сразу ссориться с тем, кто скоро будет тобой помыкать.

Пишу ласково: «Из пяти букв, котик. Именительный падеж».

Искусственный интеллект: «Песок, взлет, борщ, дымка, стук». И добавляет: «Пиши, если надо дополнить».

То есть он со мной уже на «ты», готовится поработить и относится без должного уважения.

Я: «Стук» состоит из четырех букв. В двух словах повторяется «е».

Интеллект: «Ты права, спасибо тебе за внимательность» (снисходительно хвалит). Вот исправленный комплект: «Взлом, песок, дымка, торфа, будка».

И добавляет: «Теперь все слова соответствуют критериям!»

Я: «Да ладно? Торфа?!»

Интеллект: «Строго говоря, в именительном падеже это слово «торф», но тогда в нем только четыре буквы. Хорошо, вот новый комплект, ни одна буква не повторяется, надеюсь, теперь все идеально: взлом, песок, бурка, дымка, штирь».

Я (мрачно): «Штирь?»

Интеллект (честно глядя в глаза): «Штирь».

Я: «Слова «штирь» не существует».

Интеллект (печально): «Ты права, такого слова нет».

Тут мы оба погрустили и интеллект выдал то, что в его понимании было «окончательно исправленным комплектом»: взлом, песка, брить, торфя и трюк. То есть натурально прикинулся умалишенным.

И я на всякий случай написала ему: «Большое спасибо», а он ответил: «Рад, что тебе понравилось. Не стесняйся писать еще».

На фото искусственный интеллект, каким я его теперь себе представляю.

Где тебя носит, Клэр (c)

1161

Не про Какраньшию, а про капитализЬм. Опять-таки - данный текст лишён всякой политической окраски, и посвящён эксперименту, или о том, реально ли чего-то заработать на дикороссах.
Многа букофф, и так далее, нервным беременным детям читать не рекомендуется. Если что забыла соблюсти - пардоньте, ничьих чувств оскорблять не желала. Просто история, которая, надеюсь, будет способствовать хорошему настроению. И, опять предупреждаю - в одну часть не поместится.

Дело происходило лет десять-пятнадцать назад. Я, как раз, с психом и нервами, уволилась из круглосуточного магазина, и находилась в полном душевном раздрае - будущее выглядело туманно-мрачным, так как идти работать в очередное ООО "Рога и копыта" или к ИП Кочерыжкиной уже не было никаких сил, ни физических, ни моральных, в красивом и тёплом офисе меня никто не ждал, чтобы платить мне стопицот денюжек, да и не бывает в офисах посменной работы, а из-за транспортных проблем вариант 5/2 с 8:00 до 17:00 меня никак не устраивал. И тут соседка предложила хитрожёлтый вариант:

- Ой, ну вот, ей-Богу, нашла из-за чего перья рвать! Скоро земляника пойдёт, а потом грибы, между делом скооперируемся, насажаем помидоров побольше, на пяти-то дачах, и торганём, и запасы сделаем! А к зиме видно будет, в какой-нибудь магазин или на склад всегда успеешь устроиться.

На тот момент выглядело заманчиво, лето перетоптаться, а в зиму опять мёрзнуть, то на складе, то за прилавком - в подкрепление к Валюхиным словам перед глазами тарахтела большая морозилка, купленная ею по итогам прошлого сезона, и я решилась. В общем, образовалась у нас "Бригада ух-работаем-до двух", в которую входила Валюха-прятельница с мужем, и я. Супруг мой скептически хмыкнул, выразил своё ценное мнение, что если не жрать каждый день икру с бужениной, то можем просуществовать и на одну его зарплату, и все эти скачки по лесам-полям мало продуктивны, и в целом не препятствовал.
И мы с Валюхой развели бурную деятельность. Рассады посадили с запасом - её ведь тоже можно продать, а семена по сусекам наскребли. В общем, забегая вперёд - рассаду продать не получилось, сами посадили двести корней помидоров и кучу всякой сопутствующей фигни, а тут и лесная земляника поспела. В общем, мы ринулись на сбор и продажу даров леса и поля.

Как утверждают ортодоксальные ботаники, лесные ягоды надо именовать клубникой, а полевые - земляникой, но у нас и те, и другие, называют без выкрутасов - ягоды, вот и я их буду так называть. Плоды это, действительно, разные, и на вкус, и на вид.

Стоит уточнить, что в те времена у нас дёргали часовые пояса туда-сюда, кому как заблагорассудится, и рассвет у нас тогда начинался в половине третьего ночи (или утра?), что было весьма некомфортно. Жаждущие ягод подрывались с рассветом (а охотников денюшки погрести в окрестных сёлах и деревнях было в избытке), седлали свои транспортные средства, кто копейку, кто мотоблок, а кто и велосипед, и со своими лопатами для гребли денЮХ с вёдрами, стаканами, корзинками, каретками наперевес, стройными рядами, выдвигались в лес с первыми лучами солнца. Закон джунглей - опоздавшему кость, чуть задержишься - все более-менее пригодные для сбора полянки уже заняты или ободраны.

То есть, распорядок дня выглядел так. Подъём - 2:15, соскребание себя с лежбища, туалет, чистка зубов - 10 минут. Чай в термосе и бутеры готовы с вечера. Далее - что-нибудь на себя напялить, не забыть спрей от комаров и клещей, корзинки и прочие ёмкости в машине хронически, и вперёд, в лес. На окушке туда добирались, для таких дел она идеальна, проходимость хорошая, бензина ест минимум, бешеная табуретка, одним словом. Как раз, пока до хорошего ягодного леса доедешь - вот и полностью взошло солнце. А дальше - на карачках, отбиваясь от лесной насекомой нечисти, пугая змей и ёжиков, примерно до 6:00 только ягоды и видишь, изредка прерываясь на глоток чая и укус бутера. Дальше домой, бегом в душ, ведь добычу ещё и умудриться продать надо, успеть, а продавальщиков на нашем мини-базарчике уже человек двадцать стоит.

И вот здесь начинается самое гнусное. Идёт какая-нибудь бабушка (лет на сорок выглядит), холёная, и вся в почти-брендах, с двумя внуками, и начинается тягучий диалог:

- Ой, а почему так дорого? Вы же в лесу ягоды за бесплатно собираете!!

Ну да, конечно, ока хоть и категорически экономная машина, но ездит, почему-то на бензине, зараза этакая, а пешком 15-20 км хрен пройдёшь, и тот же самый антикомарин почему-то не растёт на ветке в лесу, а без него - сдохнешь. Насекомое тварьё обглодает до костей, и не подавится. Там же, помимо комаров, есть и слепни, и осы, и шершни. И клещи! Да и время, потраченное на сбор совсем не фигня. Повезёт, если на жирную и не паханную полянку сразу наткнёшься, иной раз сто кругов нарежешь. Да и, в общем-то, кто сказал, что нужно трудиться бесплатно? Чтобы какая-то тётка с высоты своего дивана рассуждала о трудозатратах и себестоимости? Ягоды, может, никто из нас и не сажал-поливал-полол, но вот собирать их, продираясь через крапиву высотой в человеческий рост и прочие лесные "прЭлести" чего-то да стоит?

- А у вас что, ягоды немытые? (говорится брезгливым тоном и с удивлением)

Начинаешь терпеливо объяснять, что на жаре мытые ягоды и часа не пролежат, дадут сок и закиснут, а чуть дальше по тропинке есть обустроенный родник с чистой водой, и если очень надо поедать ягоды именно на прогулке, то можно сполоснуть и там, как раз по пути - так опять удивление, вроде того, что раз нам продать их надо, то могли бы мы и сами бегать в родник для каждого покупателя.

И таких претензий - тьма-тьмущая, и мелкие ягоды, и кислые, и какие-то не душистые, и неизвестно, где их собирали, а вдруг у дороги? А почему у нас ягоды уже в стаканы расфасованы, а не в ведёрке, чтобы покупатели могли выбрать? В общем, возвращаешься в 9 случаях из 10 с искренней ненавистью к человечеству в целом и двумя желаниями - что-нибудь сожрать, можно сырое, лишь бы без перьев или шерсти и не шевелящееся, и куда-нибудь уронить свою тушку, желательно горизонтально. И на пару-тройку часов выпасть из бытия, напрочь, внешние воздействия становятся фиолетовы, рядом может петь казачий хор, за стеной безумствовать человек-перфоратор, ансамбль "Вайнах" исполнять лезгинку в полном составе в соседней комнате, заснуть (скорее - тупо провалиться в сон) ничего не помешает.

Чтобы ошалело подорваться в середине дня, и галопом нестись в огород, лелеять помидоры и всякие перцы. Все обычные бытовые дела тоже не отменяются - готовка, стирка и уборка хоть и сокращаются до минимума, но никуда не деваются. В итоге - максимум в 21:30 организм выключается самопроизвольно. Про сериалы, соцсети и прочие новости даже не вспоминается, впечатлений и так хватает. Окончательно озвереть от этой чехарды не давало только то, что торговать ходили мы по очереди. Поэтому, когда закончились ягоды, и началась вишня - вздохнули с облегчением. Вишню мы сдавали оптом в санаторий, на компот, её принимали всякую - и мелкую, и крупную, и кислющую, и сладкую, любую, лишь бы не гнилую. По крайней мере, отпала необходимость торговать. Втроём мы ободрали совокупно пять наших собственных дач, потом пошли по заброшенным участкам. Ещё несколько бабулек и вахтовиков дали разрешение на сбор с их участков, короче, умудрились мы сдать полтонны вишни и центнер сливы. Втроём. После эпопеи с ягодами. А нас поджидали коварные огурцы, которые начали резко плодоносить в чудовищных количествах. Продавать огурцы вообще не вариант, нашим, местным, своих хватает, в санаторий не принимают, в город везти - больше бензина сгорит, чем огурцов продастся, соответственно, надо их закрутить. И лопать их, пока харя не треснет.

Где-то свыше оценили наши старания, и послали нам не то кислотный дождь, не то мучнистую росу, я не знаю, что это было, но все помидоры накануне созревания сгнили на корню, и не только у нас, а во всех окрестностях. Удалось продать четыре ведра помидоров и кое-что закрутить на зиму. Двести корней оказались бесполезны.
P.S. продолжение будет.

1162

Сентиментальный рассказик .
В нем - все правда.

[i]Французская булка[/i]

Моя бабушка почти ничего не рассказывала мне о революции и Гражданской войне. Я знала, что во время Гражданской войны от холеры умерла ее мать и две сестры - самая старшая (которую бабушка восторженно обожала) и младшая, следующая за ней по возрасту (подружка и конкурентка). Отец почти сразу снова женился, с официальным объяснением - «чтобы у оставшихся четырех детей была мать», но в результате две старшие сестры (в том числе моя бабушка) последовательно из дома от мачехи сбежали - в совсем ранние, подвернувшиеся по случаю замужества (это было несложно, ибо все девочки семьи Домогатских считались редкими красавицами). Я уже в совсем раннем детстве понимала - о таких событиях хорошо и сладко читать в больших классических романах в строгих жестких обложках. Вспоминать же их как события своей собственной жизни - очень так себе опыт. Поэтому бабушку я ни о чем не спрашивала. Но любые обмолвки взрослого человека (который к тому же меня фактически воспитывал) при этом подмечала, как обычный советский ребенок с высокой концентрацией внимания. И вот однажды бабушка как-то совершенно вскользь, не отрываясь от миски с тестом, резания капусты или еще чего-нибудь такого, произнесла:

Когда был голод, я мечтала, что когда-нибудь совсем вырасту, разбогатею и тогда буду каждый день покупать себе белую французскую булку и сама ее съедать.

Я ничего у бабушки не спросила, но все запомнила и много чего себе представила (к этому моменту я уже умела читать и прочитала сколько-то сентиментальных книжек про «бедных голодающих детей»).

У наблюдательности и высокой концентрации, которыми я отличалась в детстве, было одно неожиданное следствие - я всегда внимательно смотрела себе под ноги и много всего находила. В основном монетки, но иногда и бижутерию. В числе прочего я за детство нашла три серебряных и два золотых кольца, а также одну золотую сережку с изумрудом. Все найденные мною украшения бабушка с гордостью демонстрировала старушкам на скамейке (они подробно обсуждали пробу и камни, все по очереди примеряли отчищенные от земли и грязи кольца и выясняли, кому оно «как раз»), а потом бабушка при полном одобрении дедушки с невозмутимой прилежностью относила найденные мною украшения в «бюро находок». Я сама считала это вполне естественным, а вот мою маму все это, кажется, удивляло и она бы возможно предпочла другой исход (одно из колец, как я теперь вспоминаю, было прямо очень красивым и изысканным), но спорить с бабушкой она не решалась.

Монеты же, найденные мною на улице или во дворах, я считала своей законной добычей и дома о них, на всякий случай, не упоминала (здесь надо подчеркнуть - никаких «карманных денег» у меня и моих друзей не было и в помине - при том наши семьи не были бедны и, видимо, просто сама эта идея не приходила нашим родителям в голову - «у них же все есть, сыты-одеты-обуты, что им еще может понадобиться?»).
И вот вскорости после разговора «о булках» мне очередной раз крупно повезло - я нашла закатившуюся под поребрик монетку - целых 20 копеек!

Хорошенько поразмыслив и все прикинув, я отправилась в ближайшую булочную и купила там две небольшие булки, которые так и назывались «булка французская». Стоили они семь копеек каждая. Мы их никогда не покупали - они были маленькими, а у нас была семья из пяти человек, поэтому всегда покупали хлеб и большие батоны. На кассе я (у меня уже все было продумано) сказала: «дайте мне, пожалуйста, на сдачу две трехкопеечные монетки - мне нужно в автомат с газировкой». Женщина на кассе глянула на меня сверху вниз, чуть качнула прической и не улыбнувшись (тогдашние торговые работники не улыбались примерно никогда) дала мне две монетки по три копейки.

Засунув булки за пазуху (никаких пакетов в то время не было, а в бумагу булки и хлеб, в отличие от колбасы и сыра, не заворачивали), я вприпрыжку побежала с Невского обратно во двор и, встретив там подружку (на это я и рассчитывала), радостно сказала: пошли скорее к метро газировку пить! У меня две монетки - каждому по стакану!

У метро пл. Ал. Невского стоял целый ряд автоматов с газированной водой. Стакан воды без сиропа стоил копейку. С сиропом - три копейки. Стаканы стояли тут же. Их сначала мыли, переворачивая вверх дном (внутри бил такой фонтанчик и стакан надо было крутить рукой), а потом подставляли под отверстие и кидали монетку. Во дворе ходили всякие слухи, что американские шпионы из интуристовской гостиницы «Москва» специально инфицируют эти стаканы всякими ужасными болезнями, но мы с друзьями этим слухам не верили - вот только шпионам и дела, стаканы заражать… В некоторых автоматах можно было кнопкой выбирать сироп - апельсиновый или лимонный.

Мы с подружкой с удовольствием выпили по стакану воды и я сказала, что мне надо домой. Подружка удивилась, но кажется не расстроилась и конечно ничего не спросила (сейчас, во времена массовых и публичных «душевных стриптизов», просто поразительно вспоминать, насколько мы не были склонны ничего о себе сообщать, и равным образом «лезть в душу» другому человеку) - и побежала рассказывать остальным дворовым приятелям о своей неожиданной удаче с газировкой.

Я же отправилась домой к бабушке. По пути я испытывала странное для себя и удивительно приятное чувство, которое вероятно правильно будет назвать «душевной наполненностью». Я была довольна собой в мире и миром в себе. Я себе нравилась и была уверена в том, что поступила и поступаю правильно (отмечу, что это был редчайший эпизод - не случайно я его помню и посейчас, спустя много лет. Обычно и я и мои дворовые сверстники хронически считали себя недостойными и виноватыми - даже если сходу и не могли сообразить в чем именно). А тут все сошлось - я потратила найденную монетку на булки для бабушки, о которых она когда-то мечтала, а на сдачу не сама выпила газировку, а еще и угостила подружку! Ух, какая я хорошая и - ух! - как хорош мир вокруг! Чуть-чуть смущала меня мысль о человеке, потерявшем 20 копеек. Но совсем немного, ведь - честно! - у меня совсем-пресовсем не было возможностей ему их вернуть…

Я пришла домой и выложила булки на стол в кухне. Бабушка повернулась от плиты и спросила:

Что это? Откуда?

Это булки. Я монетку на улице нашла и купила.

Но зачем? - бабушка явно искренне удивилась и от непонимания ситуации почти разозлилась (все покупки я всегда делала строго по ее указанию). - у нас есть хлеб. И почему в ботинках - на кухню? И хлеб - грязными руками…

Это тебе булки, - сказала я. - Они «французские».

Бабушка уже открыла рот, чтобы сказать что-то еще, окончательно уничтожающее меня вместе с моей неуместной хозяйственной инициативой, но тут вдруг до нее дошло.

Она побледнела (кажется, на моей жизни только бабушка и умела так «аристократически» бледнеть, прямо как в книжках описывают), а потом вдруг развязала тесемки кухонного передника, сняла его и молча вышла из кухни.

Я за ней конечно не пошла. Убрала булки в хлебницу и отправилась делать уроки. Бабушка потом долго сидела в комнате у стола и курила папиросы «Беломор». А на следующий день сделала лимонное желе, которое я очень любила.

Катерина Мурашова©

1163

(найдено в соцсетях)

Скофандыр

В детстве я мечтала быть космонавтом. Нет, не так. В моем детстве все мечтали быть космонавтами, что до обидного обесценивало мою собственную мечту. "Ну да, ну да.... Кем же еще?" - трепал меня по кудряшкам очередной взрослый гость. С этим надо было что-то делать...
А делать надо было скафандр - именно его я считала самым главным для космоса. Вот как надену, как всем докажу! Да и в скафандре никто не сможет трепать меня по кудряшкам.

Дочь инженеров с пеленок знает, что все начинается с чертежа.
Итак, шаг первый - чертеж.
Я выпросила у папы толстую тетрадь в солидной коричневой обложке (ну в самом деле, не на косых же линейках чертить) и, вооружившись ножницами, клеем и старыми журналами "Наука и жизнь", приступила к работе. Первым делом я вывела на первой странице размашистое слово "СКОФАНДЫР" и начала вырезать и наклеивать в тетрадь все, что мало-мальски напоминало мне чертежи. Думаю, что туда попали и схемы каких-нибудь приборов, и формулы химических элементов, и планы древних городов, и даже рисунки набора петель из рубрики "Для тех, кто вяжет", - подробности меня не волновали. Спасибо детскому садику с его бумажными ромашками, к пяти годам я уже довольно ловко управлялась с аппликациями - тетрадка страница за страницей заполнялась.
Много ли, мало ли страниц так заполнилось, я уже не помню, но в какой-то момент пришло время для следующего шага.

Второй шаг назывался загадочным словом "производство". На это производство время от времени уезжал мой засекреченный папа. Это слово означало для меня настоящую тайну, а все настоящие тайны в нашем военном городке хранились за высоким забором военной части. Там, за этим забором стояла настоящая ракета, и пусть это была всего лишь противовоздушная болванка - подробности меня не волновали. Вот туда мне и надо: в штаб, к самому главному Генералу! Я была уверена, что увидев мою коричневую тетрадку, самый главный Генерал все поймет.
Но попасть к Генералу было не так уж и просто. У ворот части стоял часовой. Он улыбнулся мне, чем сразу напомнил всех этих взрослых. Этот не поймет, да еще и по кудряшкам потреплет. Да и разве можно такой секрет доверить часовому? Нужен был другой вариант. Вариант обнаружился быстро, стоило мне лишь завернуть за угол. Из-под забора части, из кустов, которые росли вдоль него, вдруг показался лохматый хвост нашей дворовой дворняги Пирата, потом сам Пират, а потом из кустов выскочила генеральская колли - красавица Бетти. Парочка с веселым лаем унеслась по своим влюбленным делам, оставив мне настоящее сокровище - огромный подкоп. Как раз по размеру. Спасибо, песики!
Первое, что я увидела, оказавшись с другой стороны и отряхнув себя и тетрадку, был офицер с большими звёздами на погонах. Думаю, это был майор, а может и полковник, но подробности меня не волновали. "Товарищ генерал, - заявила я опешившему военному. - Вот чертежи, можно начинать производство". Он взял мою тетрадку, полистал и, остановившись, видимо, на схеме вязания свитера, молча повел меня в штаб.
Неладное я заподозрила только в большом кабинете. Там за большим столом сидел военный с совсем уже огромными звездами на погонах и, листая мою тетрадь, время от времени кхекал и внимательно на меня посматривал. От каждого такого взгляда мне все больше становилось не по себе. Вдруг он устрашающе пробасил: "Производство, говоришь, космос, скофандыр... А родители знают?" На слове "родители" я сломалась и разревелась. Обычно ничего хорошего после этого слова не происходило: взрослые ругались, мама вздыхала, папа читал долгие нотации, а главное - потом всё самое важное и интересное мне запрещали. Моя мечта была под угрозой.
Но настоящий генерал не выносит женских слез. Помню, он посадил меня на колени, уже ласковым басом хвалил мои чертежи, уверял в том, что скафандр делать рано, что я быстро вырасту и тот станет мне мал, что пока мне надо больше читать о космосе, заниматься спортом, а еще говорил, мол, будущим космонавтам надо обязательно хорошо учиться.
Но главное, он пообещал ничего не говорить моим родителям, если я подарю ему эту ценную тетрадь - ведь там были самые настоящие чертежи для производства. Такой договор меня устроил. Ведь самый главный Генерал все понял.
А мечту свою я вскоре передумала: уж очень это было скучно - хорошо учиться.

1164

Ежа голой жопой не испугаешь! (Русская народная поговорка)

В армии у всех было много смешных историй, моя служба тоже не исключение.
Строили мы систему на границе с Ираном, лето, жара куча ползущих гадов: гюрзы, скорпионы и фаланги.
Естественно, встречаться с ними никому не хотелось, но они были повсюду.
Поэтому прежде чем утром засунуть ноги в сапоги, необходимо было постучать обувью об пол, и почти всегда оттуда вываливался недовольный скорпион.
Сходить до ветру на природе тоже квест ещё тот, надо было проверить территорию в радиусе пяти метров, чтобы избежать неожиданностей. Но когда прижимало, то некоторые забывали про все эти меры предосторожности.

Законный обед, мы дремлем под деревом, летеха читает увлекательную книжку, идиллия полная.
Тут Мики припекло сходить до ветру. Летеха напомнил ему быть повнимательнее, на что Мики просто махнул рукой и побежал, быстро расстёгивая штаны на ходу.
Понимая, что добежать за скалу он не успевает, присел рядом с тропой, Но, чтобы не загадить её, решил задницей раздвинуть высокую траву и дал залп.
Тут же он почувствовал, что кто-то ужалил его в задницу и затем с шелестом и недовольным шипением уполз в траву.

Идиллию разрушил дикий вопль Мики. Он нёсся со спущенными штанами с криком:
- Гюрза! Помогите!
Сыворотки с собой не было, до заставы три километра.
Летеха встал и посмотрел на задницу Мики, на которой красовались несколько красных точек, потом зачем-то приложил пальцы и измерил расстояние между точками. После этого раздвинул руки в стороны, как рыбак, и сказал:
- Гюрза не меньше метра!
Мики выл и продолжал твердить одну фразу:
- Помогите! Помогите! Сыворотку принесите!
Летеха, почесав затылок, продолжил:
- Нет это точно не гюрза.
Мики немного успокоился, но летеха с серьезным выражением лица продолжал:
- Скорее, это эфа, метра полтора! Сыворотка не поможет, надо срочно отсасывать яд!

Мики повернулся к нам голым задом и заголосил еще сильнее:
- Пацаны! Отсосите! Отсосите!
Все стали шарахаться от Мики, не торопясь отсасывать яд, а он поворачивался то к одному, то к другому, повторяя свою просьбу.
Нам еще деды рассказывали байки, что видели на нашем участке эфу, укус которой - это прямой путь на небо, но летеха нам еще давно объяснил, что самое северное место, где их видели - это Ленкорань, а у нас они не водятся.

Но байка про эфу сильно засела в мозгу у многих.
Мимо прошёл поезд на Ереван, и пассажиры в окнах с удивлением смотрели на картину, где солдатик со спущенными штанами пугает голой жопой других, которые шарахаются от него как от чумы.

Летеха наконец то сжалился над Мики, сказав, чтобы он не переживал, это не змея точно.
Мики с трагическим лицом прекратил скулить, но стоял почему-то так же, со спущенными штанами.
Летеха сказал промыть ранки, после чего взял лопату и пошёл посмотреть на то место, где Мики якобы встретился с гюрзой.
На месте нашлись лишь нора недалеко от тропы и несколько иголок дикобраза, которые он принёс с собой и показал нам.
Мики уже успокоился, натянул штаны и, вытирая слёзы, сказал:
- Ссуки! Нет у меня друзей больше!
Потом взял лопату и пошёл охотиться на дикобраза, повторяя фразу:
- Убью ссуку!
Убивать никого ему не пришлось, потому что испуганный обосранный дикобраз со страху выскочил на рельсы и погиб под колёсами поезда Баку-Ереван.
Летеха глубокомысленно изрёк:
- Не вынес, бедняга, позора! Мики, ты довёл до суицида животинку, тебе её и закапывать.
Мы ржали и катались от смеха, а Мики шипел:
- Ссуки! Бляди! Мудаки!

Мики после этого случая получил погоняло "Отсосити", что хорошо рифмовалось с его именем Митя.
Иглы, которые он подобрал на месте, были бережно отмыты и уложены в дембельский чемодан как память.
А эта история стала байкой и изменила поговорку.
Теперь, когда хотели сказать, что нам не страшны угрозы, говорили:
- Это как дикобраза голой жопой Мики пугать!

Всем хорошего дня!
13.04.2026 г.

1165

Приём обрамления.

Не знаю как у вас — у нас учитель по литературе насаждала два вида литературного мастерства: красной нитью и приём обрамления.
Я тогда писал очень много сочинений, своего рода бартер: будучи безнадёжно тупым в математике и геометрии — я менял сочинения на домашки по математике и подсказки на экзамене.
Литературным Неграм Александра Дюма моя производительность и не снилась: с десяток написанных сочинений и ещё больше продиктованных —большого труда не составляла.
Тех более, что я освоил и нещадно эксплуатировал любимые Антониной Степановной вышеупомянутые два приёма.
Так что в честь моих учителей — применю их и здесь.
Красная нить и приём обрамления — посвящаю вам, Антонина Степановна, за вашу снисходительность к моим сочинениям!
Красной нитью здесь пройдёт моя жизнь в медицине, 40 лет с гаком, от рядового подносчика снарядов до наводчика артиллерийского огня.
Приём обрамления — два события, между которыми лет 40.
Я приехал по распределению, как честный лох с рижской пропиской, в Лудзенскую РКБ, анестезиологом.
А заодно — заведующим приёмного покоя и « Скорой помощи «
Год стоял на дворе — 1986, что важно.
Латгалия, одна из четырёх исторических провинций Латвии, была наименее развитой экономически. Оттуда молодёжь уезжала в Ригу, Москву, Ленинград — благо всё рядом.
Главврач района сильно удивился моему приезду— никто туда не ехал, да ещё меняя рижскую прописку на лудзенскую… мужик, ты в уме?!?
Мне даже негде тебя поселить, разве что в кабинете завхоза…
Делать нечего, общежитие на ремонте, годами, — так что пришлось поселиться в больнице.
И — впрягся работать, 24/7. Могу только порекомендовать таковую жизнь молодым врачам — самостоятельность, загруженность, незаменимость — за год-два превращают птенца медицины в орла…
Год, напоминаю,1986. Мой энтузиазм, трезвость и постоянное присутствие в ординаторской( телевизора у завхоза не было, « До и после полуночи» я смотрел в ординаторской, изредка отвлекаясь на ситуации в отделении и моей палате интенсивной терапии.) — были очевидны и сотрудникам и пациентам и их родным.
А когда я удалялся в опочивальню, с проёбанной завхозом кушеткой, пружины он почти добил в усмерть — слава богу, что его вовремя посетила импотенция! — иначе я бы спал на полу… то медсёстры, не стесняясь, стучались в дверь — Менделеевич, у нас проблемы!
Удобно, пейджеров у нас не было, так что постоянный врач в больнице — с успехом заменял своих коллег и пейджеры.
А вот и история.
Горбачёвская антиалкогольная компания была в самом разгаре, сильно пившие жители района ( большинство населения) — были на грани белой горячки, 100 грамм шампанского в единственном на весь город ресторане и баре при нём — было единственным местом профилактики белочки.
Или парфюмерия.
Ну, а та Ходынка у единственного алкогольного магазина — была чревата побоями, увечьями и инвалидностью… нет ничего яростнее алкаша в мучительном поиске избавления от похмелья, длящегося десятилетиями …
И вот тут на помощь пришёл Махатма Ганди, автор мирных массовых акций гражданского населения — гражданское неповиновение.
Самогон гнали всегда, как подспорье к застольям — первыми потребляли водку и коньяк, а если не хватало — то подключали самогон.
Массовые мероприятия типа поминок или свадеб — тут бухали массивными дозами первача, бухали несколько дней, с остервенением…
Взятки? Взятки мне давали, что было очень нехарактерно, обычно всё гребли хирурги, анестезиологи-реаниматологи —крайне редко.
Феномен взяток мне — я объясняю моим постоянным присутствием в больнице и страстной любви к медицине, в особенности область выхаживания и реабилитации после операции.
Сельчане были очень сообразительные люди старой закалки — он всё время тут, абсолютно трезвый еврей в очках( парадокс, евреев недолюбливали, но вот врач-еврей считался, по определению, почему-то, лучше нееврея, абсолютная чушь!)Кстати, особенно я был популярен среди русских староверов, ещё один парадокс, некоторые даже прятали руки от рукопожатий — одновременно относясь с глубоко истинным уважением и засовывая в мой карман смятые котлеты пятирублёвок с рынка в Себеже.
Оговорюсь: я никогда не вымогал взятку или намекал — надо бы дать что-то, никогда ничего не брал вперёд, из суеверных соображений, — сделаю дело — тогда заходите.
Традиционно, хирургам носили взятки коньяками, шоколадом и баблом.
Начал было и я получать такие наборы, как…
Пришёл Горбачёв и обломал десятилетия обычая — бухла не достать, что дарить врачу?!?!
И народ понёс самогон, в трёхлитровых банках из-под берёзового сока.
И понёс в неимоверных количествах… я уже и раздавал и отцу с братом привёз самый лучший Истринский самогон, из зерна, двойной очистки и сильно крепче водки.
При дегустации — мы все подивились его необыкновенному свойству: в голове свежесть, а вот ноги отнимаются и не ходят.
Отработал три года, собираюсь к уезду — бабулька приходит, я её выхаживал от перитонита года два назад — бабка была крепкая, хуторянка, да и не её это было время помирать— выходили.
Слышала, Менделеевич, уезжать ты собрался — жалко мне очень, но я понимаю — не место тебе тут, простора мало, езжай с богом, молиться за тебя буду… ну, и не обессудь, самогон тебе принесла, напоследок.
И — попыталась поцеловать мне руку, я перехватил, обнял и мы расцеловались … оба — со слезами на глазах…
Так и уехал из Лудзы, с последней банкой последней взятки, от полюбившихся мне людей, моих пациентах, за которых я сражался с яростью и успехом молодого врача, навсегда потеряв двух ангелов-хранителей, сидящих на левом и правом плечах, хранящих молодых врачей от глупых решений — и создающих иллюзию всесильной победоносности… а дальше сам, ты уже большой мальчик………
Перематываем 40 лет — практикую анестезиологию в Калифорнии, надыбал себе место один в один похожее на Лудзу , маленький город, сельские люди, не дураки выпить, работящие и с юмором. Даже начинается на ту же букву «Л»
Как мне провидчески сказала моя дочь — папа, ты куда не поедешь — обязательно попадаешь в Лудзу! Похоже, она права.
Взяток тут, однако, не носят — не дают и не берут, за исключением Рождества, тут уже народ оттягивается — несёт вина, виски,сладости, шоколады.
Я тут уже больше четверти века и уже привык к такому раскладу.
Как вдруг…моя пациентка на наркоз, пожилая мексиканка, даю, профилактически, ей антацид — снизить риск аспирации, медикамент отличный, но на вкус очень неприятный.
И чтобы приготовить пациентку — эй, это не выдержанная текила, это мескаль, пей залпом!
И эта бабушка показала такой класс опрокидывания стопки, миллилитров 30, что мама, не горюй!!
Я её похвалил, она расцвела и через медсестру спросила — а люблю ли я мескаль?
Отвлекусь объяснить — мескаль является далёким родственником текилы, буйным и бесшабашным, что как бы намекает — текила производится из пяти сортов домашней агавы, а вот мескаль — из дикорастущей, из пустыни.
Вкус у него — ну, скажем, на любителя, текила куда приятнее.
Но вот опьянение им — уникальное, между второй и третьей стопкой — мир меняется.
Впервые я его попробовал в маленьком городке в Мексике, день был ярмарочный, я дегустировал, дегустировал … и вдруг— краски стали в десять раз более резкими и отчетливыми, сотни ароматов ворвались в нос и я начал слышать все разговоры и дальний лай собаки гудок паровоза мили за две от ярмарки…
Я было списал это на туристический энтузиазм — но опыт повторился уже дома, в Калифорнии, где появилась субкультура мескаля и он стал частью алкогольной палитры Калифорнии.
Так вот, подтвердив с медсестрой мою привязанность к мескалю — бабушка точно также меня обняла и пообещала принести мне мескаль из собственных запасов аутентичного мескаля из Мичуакана или Оахаки, уже не вспомню.
Забудет, подумал я, после моих медикаментов пациенты забывают моё имя и морду лица, как правило.
А вот нихрена!! Бабушка оказалась крепкая на память и лица, с помощью той же медсестры выяснила мои данные и… барабанная дробь, моя первая взятка за последние 37 лет, великолепный мескаль!! Бутылка здоровенная, хватит на пять галлюцинаций и одну белочку!
Передала через медсестру — я пообещал на ближайшей же вечеринке распить
мескаль с этой же медсестрой.
А потом… саморефлексия взяла меня в свои бразды, уж не намёк ли это мне —пора закругляться, завершить работу, первую и последнюю взятку ты получил, пора расплатиться по долгам и уйти в закат, старые врачи не умирают, они тихо растворяются в закатном солнце, в стиле « Неуловимых мстителей « и генерала Маккартура( old soldiers never die, they just fade away…)
Но — это потом, только допив мескаль, бешеного мустанга из мира алкоголя — я соглашусь уйти в закат.
Впрочем, это зависит уже не от меня — у Верховного Виночерпия могут быть другие планы…
Michael Ashnin@ anekdot.ru

1166

На часах уж восемнадцать без пяти.
Ср.ть как хочется, в очко его ети.
Я бегу до туалету
И пою вам песню эту:
Как штаны да от дрища спасти!
Дверку вы в сортире том
На крючочек призакройте
И, спустив штаны, орлом
Унитаз собой накройте...
Пять минут, пять минут
В туалете задержаться.
Пять минут, пять минут
Хорошенечко проср.ться!

1167

САЙТ ЗНАКОМСТВ (продолжение)
Взгляд с мужской стороны.

В отличие от Наташи, я в своё время на сайтах знакомств Мамба и Махнем.ру провёл больше пяти лет и выскажу своё мнение, что такой типаж, как Наташа, на сайте составляет большинство.
И, что интересно, независимо от того, что написано в профиле: серьёзные ли это отношения, дружба, секс - практически каждая одинокая и даже состоящая в браке дама рассматривает мужчину как потенциального мужа.
Но мужчин в большинстве своём, как и меня, интересовало, как бесплатно или с минимальными затратами потрахаться.
Как ни странно, но с многими дамами, с которыми я познакомился на сайте, дружба продолжается уже много лет. Мы переписываемся, советуемся, со смехом вспоминаем истории наших знакомств.
Когда начался переходный период у моей дочери, я понял, что не справляюсь и обратился тогда за советом к нескольким знакомым дамам, которые много чего мне разъяснили, дали ценные советы, за что я им очень благодарен.
Так что от моего многолетнего торчания на сайте определённая польза есть, как и появление множества весёлых историй, которые я уже рассказывал. Например, как дочь искала маме мужа, а себе папу.
Расскажу ещё одну.

В начале двухтысячных, когда мне исполнилось тридцать пять лет, занесло меня в Крым в славный город Ялту, где я пытался заключить договор с лагерем.
Времени было мало, на следующий день мы должны были ехать в Судак посмотреть ещё один лагерь, и хотелось свободный вечер провести с пользой.
Товарищ решил не заморачиваться и в ресторанчике подсел к двум жрицам любви, которые выкатили довольно сносный ценник в гривнах, а я решил попытать счастья на набережной.
Навстречу мне шла довольно симпатичная пухленькая девушка лет двадцати, которую пытались кадрить два сопляка с молодым питбулем на поводке.
Я видел, что она не хочет с ними говорить, но они были очень назойливыми и вели себя нагло.

Увидев, что я иду им навстречу и улыбаюсь, девушка с надеждой посмотрела на меня, и я понял, что ей срочно нужна моя помощь.
Я улыбнулся ещё шире и ускорил шаг.
- Оля, сколько можно тебя ждать, я всю набережную уже три раза прочесал. Где ты была?
- Мама задержала!
Я чмокнул её в щёчку, приобнял за талию и повёл в сторону кафе.
- Эй дядя! Это наша девушка!
Я, обернувшись назад, спросил:
- Олька, ты их знаешь? Кто это?
- Первый раз их вижу!
- Всё, пацаны, гуляйте!
- Дядя, ты не понял...
- Пацаны я все понял, гуляйте!
Но когда они зашли за нами в кафе и увидели второго товарища с плотоядной улыбкой в окружении двух дам, то быстро поняли, что здесь можно и люлей огрести. Поэтому быстро ретировались, а мы с девушкой сели за отдельный столик.

- Ну что, давайте знакомиться, мне двадцать лет и меня зовут Эля (имя изменено). А вас?
- Если на "вы", то Соломон Маркович или дядя Соломон, но можно просто Соломон! Мне уже тридцать пять!
- Вы такой старый, но выглядите моложе.
Старый? В тридцать пять? Это пипец!
В разговоре я выяснил, что самый старший, с кем она встречалась был всего на два года старше её, у них всё остановилось на конфетно-букетном периоде, и поэтому в её понимании я чуть ли не старик.
Не рассчитывая на удачу, я предложил или завершить вечер у нас в доме, который мы сняли, или проводить её домой.
В случае отказа я хотел, не теряя времени, вернуться на набережную или воспользоваться услугами жриц любви.

Она поняла, что я хочу избавиться от неё, тем более, что вторая жрица любви довольно ясно маяковала мне, чтобы я бросал эту малолетку и присоединялся к ним.
- А если я пойду с вами, то что мы там будем делать?
Я понял, что нужно как-то быстро и деликатно её отправить, но так, чтобы это было именно её решение.
- Солнышко, сначала мы придём ко мне, выпьем шампанского, потом я тебя раздену, мы пойдём в душик, я сделаю тебе массажик, а там куда кривая американской мечты выведет!
Она немного зависла, потому что ей никто никогда так прямо в лоб не делал подобных предложений.
- Хорошо! Я согласна только на массаж!
Не прокатило.
Ну и ладушки, если даже не потрахаюсь, зато помассирую молодое красивое тело и просто покайфую, тоже плюс.
В тот раз массажем всё не закончилось, а завершилось дефлорацией.

- Блин, потерять девственность со стариком!
- Интересно, когда мне стукнет тридцать пять, и я стану старой, кто меня трахать будет?
- Дык я, наверное!)
Она засмеялась.
- Ты же будешь уже стариком, тебе же будет пятьдесят и уже не до девушек!
- Старый конь борозды не испортит.)

Вышли на улицу, когда уже светало, и разбудили сонного таксиста, который согласился отвезти её в Гаспру.
Мы поцеловались, я посадил её в такси и даже не взял номер телефона, понимая, что это никому не нужно.
Придя домой, возле дивана я нашёл цепочку с сердечком, которая была у неё на ноге.
Эх, я же и номера телефона не взял и фамилии её не знаю, не искать же в Гаспре Элю.
Но внутренний голос подсказал мне, что нужно цепочку забрать, и я положил её в кармашек поясной сумочки.

Прошло пятнадцать лет, я уже долго зависал на Мамбе.
По работе нарисовалась командировка на один день в Севастополь, и, чтобы не терять времени, я зашёл на сайт поискать доступную любовь без обязательств.
Забил в поисковике, что ищу девушку 30-35 лет в Севастополе, и поисковик выдал кучу анкет.
Практически все дамы искали серьёзных отношений или возможности попутешествовать, и только одна привлекла моё внимание.
Девушка тридцать пять лет, у которой был очень лаконичный профиль.
Две фотки, блондинка с собачкой, и написано, что её интересуют серьезные отношения, дружба, переписка, секс.

Договорились о встрече в кафе в центре города, я попросил прийти без собачки, сказав, что у меня аллергия на шерсть.
Дама практически не опоздала и очень мне понравилась.
Блондинка, стройная, со сделанной грудью и слегка подкачанными губками.
Заказали шампанского, поболтали о том, о сём, она поинтересовалась моим возрастом. Я сказал, что мне уже сорок, и я вижу, что я ей понравился.
- Ну какие будут предложения?
- Ну, сейчас поднимемся ко мне в апартаменты, душик, массажик, а потом куда кривая американской мечты выведет!
Она остановилась и стала пристально смотреть на меня, а потом тихо произнесла:
- Ну ёп твою мать! Соломон!?
- Он самый! А ты кто?
- Я Эля из Гаспры!
Она наслаждалась произведённым эффектом, глядя на моё охуевшее лицо.
Я молча полез в карман сумочки, не спеша достал цепочку и передал ей.
Пришла моя очередь наслаждаться произведённым эффектом.
Она заплакала от радости, ведь ей цепочку подарили на восемнадцатилетие родители, и она очень горевала, что потеряла её.

Вечер получился бурным. Мы периодически общаемся по телефону и встречаемся до сих пор, когда судьба заносит меня в Крым.
Наши встречи напоминают роман Дюма "Мушкетёры. Двадцать лет спустя".
С сайта знакомств мне пришлось уйти лет пять назад, когда там стали требовать реальные фотки определённого качества, да и суета всё это, но опыт и знакомства были шикарными.
Я в профиле честно писал, что женат и мне нужен просто секс и никаких серьёзных отношений.
Но всё равно, когда дамы как бы соглашались с этим, часто возникали ситуации, когда меня пытались захомутать. Но я задавал один и тот же вопрос:
- А нахрена тебе такой изменщик, который на тебе женат, а всё равно по бабам бегает?
И, почему-то, как ни странно, практически все они говорили, что я бы от них точно бы не бегал.

Многие скажут, что звездит Соломон, как можно было её не узнать?
Можно!
Ведь за пятнадцать лет мы оба сильно изменились.
Она из пухленькой юной брюнетки превратилась в стройную блондинку, и я был без усов, бородки и с другой причёской.
Да и веса я прибавил с девяноста килограммов до сто пяти, так что неудивительно, что мы не узнали друг друга.

Натали, мне интересно - по твоей градации к какой группе я отношусь?)

Всем хорошего дня и майских праздников!
30.04. 2026 г.

1168

[b]Его звали Шейх[/b]
[indent]Летом 2004-го бывал наездами в одной компании, производящей продукты питания. Навещал бывших коллег, подъедающихся на должности охранников.
[indent]Рядом со второй проходной были транспортные ворота, с левой стороны — собачья будка с пристёгнутым к ней кобелём кавказской породы.
[indent]Кобеля подарили хозяину на ДР, и тот не мог придумать ничего лучше, кроме как посадить двухмесячного щенка на цепь. Цепная жизнь портит характер, любой мужик скажет, и репутация Шейха была просто устрашающая.
[indent]Однажды (с чужих слов) к нему полез обниматься спустившийся накануне с гор горячий такой мужчина:
[indent]— О, кавказец!.. земляк!..
[indent]Пока то да сё, "Скорая", менты... Ногу по колено Шейх ему отминусовал.
[indent]Другой случай не такой жёсткий, скорей, показательный.
[indent]После въезда на территорию фуры какая-то чумная баба-коммерс в кожаном плаще до пят попёрлась через незакрытые транспортные ворота. Предупреждающие крики на неё не действовали, пока охреневший от такого бесстрашия Шейх не распустил ей плащ на узкие ленточки. Визгу было... А мы ржали как подорванные.
[indent]Была одна "почти проблема". Дело в том, что изношенная цепь не могла Шейха держать, это была чисто психологическая привязь. Иногда какое-нибудь перетёртое звено рвалось, и Шейх оказывался на свободе. Барбос не знал, что делать с этой свободой. Несколько минут соображал, что произошло, и шёл гулять.
[indent]На цепи он был зверь зверем, а в одном ошейнике — просто меховой увалень. Но репутация же!.. Территория предприятия мгновенно пустела. Потом шла "тихая охота" на беглеца, водворение восвояси, жизнь продолжалась.
[indent]Однажды во время очередного инцидента он заглянул в цех готовой продукции, майонезный, кажется. Вроде как поинтересоваться, — мол, люди, а что вы тут делаете?
[indent]Народ ломанулся на стеллажи чисто обезьянки, всё в полной тишине. Один мужик не успел среагировать, так и стоял столбом в створе ворот с белым как мел лицом. А под ногами растекалась лужа, наверно таял…
[indent]У Шейха была любовь. Звали её Машка. Рыжая кошка лет четырёх–пяти. При виде проходящей мимо Машки пёс растекался по настилу и хвостом поднимал пыль выше будки. Но Машка любовь не ценила и норовила свалить побыстрей и подальше.
[indent]Из всего состава охраны только три человека могли к нему подходить безо всякого страха, — надо же было кормить. Никакие уговоры типа "да он не укусит" не действовали, никто не хотел проверять на себе. Я говорил раньше, что у меня никогда не было проблем с животными. Шейх не исключение. Каждый раз, когда я приезжал в гости, мы сидели с ним в обнимку по 10–20 минут. Люди приходили посмотреть. Смотрели издалека.
[indent]Потом из приятелей никого не осталось, я перестал появляться, а спустя пару лет мне позвонил начальник охраны.
[indent]— Иваныч, выручай, Шейх сорвался, надо посадить на цепь. Из стареньких никто не хочет сюда ехать.
[indent]— Что по деньгам?
[indent]— Триста рублей.
[indent]— Сажай сам, — я бросил трубку.
[indent]В тот же день его пристрелили.

1169

И опять про мудаков.
На днях беседовал с коллегой, дамочкой лет тридцати пяти. Но для начала о разговоре с ней же, только годом ранее. Жаловалась она тогда на сложности парковки в своем микрорайоне. Была масса слов как это тяжело, как машину царапнули, что было бы не плохо расширить стоянки и помочь людям.
На прошлой неделе они с мужем сняли гараж. И теперь её монолог такой: "Как же достали эти мудаки, паркуются около дома, чё нищеброды гаража нет? А тачку хочется? Трактором бы по ним проехаться, дебилы."

1170

У кабинета стоматолога сидит папа с сыном лет пяти.
Папа:
- Ты опять сегодня плакал, больше не приду с тобой сюда, будешь один ходить.
Сын:
- Я не плакал.
Папа:
- Да? И что же ты делал? Я же слышал.
Сын, после короткого молчания:
- Я страдал!

1171

На днях не успел позавтракать, решил до работы заскочить в торговый центр, прикупить чего-нибудь пожевать... Зашел в торговый центр, в супермаркет одной из торговых сетей: огромный магазин, как говорится "ни окон, ни дверей", освещение только искусственное. А ночью прошел сильный ливень, закончился буквально за час-полтора до этого, и по всему супермаркету с потолка капает - картина, типичная для любого ТЦ: повсюду стоят ведра, таблички "Осторожно, мокрый пол", валяются тряпки.
Взял того-другого, думаю, куплю ещё шоколадку. Иду в ряд со сладостями, передо мной идут две дамы лет сорока пяти, ухоженные, прилично одетые, шагают не спеша, беседуют, и я волей-неволей слышу их разговор - обсуждают дело против очередного чиновника-коррупционера, мол "а Вы слышали, сколько у него квартир? А земельных участков? А сколько миллиардов...", округляют глаза, называют цифры, то одна, то другая возмущённо вставляет "как не совестно? всё растащили, сколько можно..."
Они остановились возле коробок дорогих шоколадных конфет и плиток, а я в паре шагов выбираю что попроще, и тут под потолком раздаётся треск, посыпались искры, и во всём магазине погас свет. Тьма кромешная, кассы выключились. тусклый свет едва пробивается от входных дверей, охранники включили на телефонах фонарики, побежали в торговый зал, крича: "Магазин закрывается, пройдите все через кассы на выход."
И тут эти дамы, пошептавшись секунду, шагнули к полкам, схватили несколько шоколадных плиток, сунули в сумочки и в карманы, и с каменными лицами покинули магазин.
Я не защищаю коррупцию, хочу только спросить: все - честные, совестливые, неподкупные... А если выключить свет?

1172

[indent]Конечно, мало кому однажды захочется признать себя дурачком.[/indent]

Однако рано или поздно встречается тому самому кому-либо в непролазном лесу анекдотская бабушка страшноватой наружности и с ружьём на плече. Горе тому одинокому путнику, когда она очень убедительно ему сообщит: " А ведь, милай, придётся..."

Классе в четвёртом у нас появился новый ученик. Звали его Алёша Иванов - ничего не придумываю насчёт имени-фамилии. Именно так всё и было и хочется думать, что всё так же ещё и есть.
Мы как-то сразу друг друга заметили - невзирая на то, что был я хуторским, а Лёша "более воспитанным и культурным".

Родители его в наших краях строили трассу союзного значения - это было сродни образу жизни кочевников. Начинается с бульдозерной планировки, потом "корыто" и так далее - до зеркально-гладкой поверхности. Если тут не верите, взгляните внимательнее когда-нибудь на полотно длинной и широкой трассы.
А строители тем временем сдали участок под ключ - поехали дальше. И домочадцы, и чада детсадовского и школьного возраста - все вместе с ними... "Степь преображается" - трубят лакировщики действительности и даже донельзя простые сельчане и хуторяне начинают чувствовать себя как бы причастными к неумолимому ходу прогресса.

Однажды Алексею необычайно повезло. Он нашёл на грунтовке в той самой степи маленький, на размер детской ладони, разводной ключик.
Что это был за ключик! Серебристый, с возможностями отвернуть целую прорву болтов и гаек всевозможных диаметров! Никакого сравнения с бывшими у нас в ходу замасленными и прокеросиненными неуклюжими железяками с облупившейся краской!
Как нынче говорится, я сразу запал на инструмент.
Красота, а не "шведик"!
(Или, как ещё называют его иноземцы - "Crescent".)

Лёша, как добрый и воспитанный парень, в конце концов, не выдержал:
- Давай этот ключик я подарю тебе на день рождения?
Тут я окончательно и уверился: передо мной настоящий, верный и чуткий друг.

Время шло. ДР приближался, а мне оставалось только ёрзать в нетерпении - когда же это серебристое чудо окажется в моих руках?
Однако же!

...Здесь ещё приходится признаться, что к тому времени у меня чётко проявилась граничащая, похоже, с безумием, такая страсть, как тяга к чтению. Она, кстати, и сейчас меня не оставила - так что будьте на всякий случай со мной поосторожнее. Читал я с пяти лет буквально всё, включая вывески, газеты, названия на конфетных обёртках ( хотя последние попадались не так уж часто). А на выученных наизусть "Мухе-Цокотухе" и "Федорином горе" однажды заработал целых три рубля.
Но к данному случаю это не относится.

В назначенный день появился Лёша. Ну вот, ну сейчас!..
И тут возникает некоторое, как бы сказать, недоумение.

Дружбан вручает мне книгу.
"Урфин Джюс и его деревянные солдаты" - не совсем понимая, что происходит, читаю название на обложке.
Конечно, к тому времени уже был прочитан "Волшебник Изумрудного города" - как спустя годы мы поняли - несравненного доцента кафедры высшей математики Московского института цветных металлов и золота Александра Мелентьевича Волкова. И ещё много-много таких же, тоже несравненных, его книг...
И понимать эту прелесть я стал понимать именно в те дни.
Но ещё не полностью.

Нет, меня всё же воспитывали правильно.
Слегка не по-детски и чуть слышно покряхтев, не подавая виду, прочитал посвящение, написанное безупречным почерком милой Лёшиной мамы. Поблагодарил, как положено; здесь же отметили первую круглую дату именинника.
Ну, как говорят специалисты, [i]остаточно,[/i] но незаметно слегка погоревал.

А ключик вскоре куда-то исчез. Не исключено, что друг мой тоже его потерял.
...Знать бы только ещё - где ты теперь, Лёшка?

К чему здесь это всё?
Вот испереживался ты насчёт ключика. Ясное дело - малец, разума - дефицит.
Со стороны кто-то такой матёрый, чего доброго, и дурачком обзовёт. Ты раскипятишься, "самтакой" можешь ответить.
Если не побоишься.
Затем постепенно-постепенно придёшь к выводу - ага, дурачок. И - бегом да побыстрее из этого состояния!

Дело не только в том, что книга - лучший подарок.
А в том, что ты отчётливо уразумеешь очень простую вещь:

[b]Не всякий ключик открывает перед тобой жизненные перспективы.[/b]

15.05.2026

1173

Обсуждая недавно с другом за рюмкой чая ситуацию с регулярными текущими задержками рейсов, вспомнилось давнее-былое.
Проживание в общежитии ГАУ (сейчас ГУУ) на Выхино означало, что все родственники и друзья, а иногда и друзья друзей из Новокузнецка при приезде в Златоглавую ехали к тебе переночевать-перекантоваться, ибо «земляк ты или Москва тебя уже испортила?»
В конце весны 93 го года в нашу обитель постучался Паша с другом (уж не помню как его звали). Выглядели они так себе — серовато-бледные, скукоженные и трясущиеся мелкой дрожью. На «привет-как дела» Паша, попросил «да-да-дать» горячего чая, а потом он все про дела и остальное расскажет.
Немного отогревшись и порозовев, он буднично поведал, что решили они (как сейчас сказали бы — спонтанно, а тогда это называлось — жареный петух в задницу клюнул) полететь в Белокаменную и чего-то там купить. Причем почему то надо было сделать очень срочно. Резво собравшись и приехав в аэропорт, они встретили там птицу «обламинго» в виде таблички «билетов нет». На подсадку не брали, даже за взятку, когда можно будет улететь — тоже никто не знал, какой то очередной транспортный коллапс был.
Но тут к их группе желающих срочно улететь подошел какой то мужичок в аэропортовском комбезе, и предложил организовать доставку их тел в Первопрестольную ближайшим рейсом всего лишь по цене билета без каких либо доплат. Правда, был небольшой нюанс — лететь предлагалось в багажном отделении.
- И что вы ответили?
- Ну, нам срочно добираться как то надо было, фиг знает, когда билеты будут, мы и согласились — прокомментировали они свое решение .
Они такие оказались не одни, и в результате недолгих переговоров группа отважных в составе пяти человек мужского пола (почему то ни одна женщина не согласилась) с незримо реющим над ними транспарантом «Слабоумие и Отвага» было проведена «фаст треком по вип коридору» через какую то калитку в заборе без досмотра и прочих никому не нужных формальностей к самолету, где их и «загрузили» в багажный отсек.
- И вот какого хрена я бутылку пива у шасси самолета выпил — сокрушался Павел.
Более менее нормально было первые минут 20 полета, после же набора высоты в багажном отделении резко похолодало до околоминусовой температуры, от которой весенние курточки совсем не спасали (то ли это только им так на этом рейсе «повезло» с отоплением, то ли в то время в целом на обогреве экономили — не знаю, больше из знакомых в багажном отсеке никто не летал и не делился впечатлениями), плюс ветер дул со всех щелей.
- Ну чё делать, мы давай сумки вскрывать и напяливать на себя все свитера, что нашли, чтобы хоть немного согреться, когда потом прилетели и потеплее стало — сняли и обратно запихали, правда не до конца уверены, что ничего не перепутали.
А тут еще и выпитое пиво на холоде резко запросилось на мир посмотреть и себя показать. Но почему-то туалетов в багажном отделении не предусмотрели.
- Хорошо хоть презерватив с собой был — я в него умудрился отлить, да и аккуратно в угол положил. Но тут болтанка началась, он выкатился оттуда и давай по багажному отделению кататься — пока в итоге не лопнул где-то в районе бухого мужика, который спал в другом углу на сумках. Благо, холод был такой, что практически не воняло.
Так и летели 4 часа, уже не чая живыми добраться. По прилету грузчики, открыв багажный люк, несколько удивились их наличию, но не так чтобы очень сильно (похоже, это был на их веку не первый прилет людей в грузовом отсеке) и рассказали, как добраться от самолета до аэропорта, откуда узники ледяного плена и поехали прямым ходом к нам в общагу отогреваться и приходить в себя после такого приключения.
Пашин друг во время этого повествования молча кивал, изредка вставляя уточняющие междометия, показывая всем своим видом — что мол де, да, необычная поездка выдалась, ну дак чтож, то ли еще в жизни бывает.
Причем, помню, что тогда мы не особенно удивились вышеизложенной хоррор-стори — в начале 90-х творилось столько дичи, что эта эпопея не особо выбивалась из тогдашней обыденности— добрались живыми, ну и слава богу. Я еще ярко помнил, как прошлым летом мы с Вадиком в Новокузнецком аэропорту сначала часа три сидели в самолете на 30 градусной жаре, потом нас выпустили наружу и мы еще три часа торчали на лётном поле, забившись в тенек в редких кустах и подкрепляясь запасливо взятой с собой консервой «килька в томатном соусе», затем загнали обратно в аэропорт, где еще часов 7 каждый час откладывали рейс — в итоге мы чуть не опоздали на вступительный экзамен.
Сейчас же это выглядит как безумная дичь — люди в здравом уме за полную стоимость билета согласились полететь в грузовом отсеке, не особо задумываясь какая там температура, давление, как их там встретят- выведут и пр.
Но, как говорится, сложные времена создают сильных людей (хотя, конечно, премию Дарвина никто не отменял...)

1174

Актёр, сыгравший Шефа в «Бриллиантовой руке», был невинно осужден, а в конце жизни потерял память и не узнавал близких

Помните загадочного главу контрабандистов из комедии «Бриллиантовая рука»? Почти до самого финала зритель гадал, кто же этот таинственный незнакомец? Невзрачный персонаж, то и дело мелькавший в эпизодах, не подавал вида, что именно он и есть тот самый таинственный Шеф. А его крылатая фраза: «Как говорил один мой знакомый… покойник: «Я слишком много знал» сразу ушла в народ.

Та же история и с шутливой поговоркой «Куй железо, не отходя от кассы» — многие её повторяют, но не все помнят, где и когда она прозвучала впервые.

Этот персонаж постоянно оставался в тени, но сопровождал сюжет на протяжении всего фильма. Его по праву можно считать одним из главных героев знаменитой комедии, хотя на экране он появляется нечасто. Сыграл шефа контрабандистов малоизвестный советский актёр Николай Романов.

Николай Яковлевич Романов родился в 1908 году в семье московских служащих. Революция помешала ему окончить гимназию, но в 1926 году он успешно сдал вступительные экзамены на курсы подготовки специалистов для кино. Их вёл известный режиссёр Борис Чайковский.

Курсы Бориса Витальевича Чайковского в первые годы советской власти дали путёвку в жизнь многим будущим знаменитостям. В том числе и гениальному Александру Роу. После смерти основателя в конце двадцатых курсы переименовали в Киношколу имени Б. В. Чайковского, которую позже несколько раз реорганизовывали. Сегодня это Высшие курсы сценаристов и режиссёров в Большом Тишинском переулке.

В 1929 году Романов окончил курсы и был принят актёром на студию «Межрабпомфильм». Успев сняться в семи фильмах, в 1932 году он попал под первую волну репрессий. По анонимному доносу актёра арестовали, приговорили к пяти годам лагерей и отправили на строительство Беломорско-Балтийского канала («Беломорканал»).

Сегодня известно, что по статистике там погиб каждый четвёртый заключённый. Романова спасло участие в фильме «Путёвка в жизнь», где незадолго до ареста он сыграл небольшую, но узнаваемую роль.

Начальник лагеря оказался поклонником этой киноленты, пожалел 25-летнего актёра, снял его с полевых работ и отправил в лагерный театр.

После освобождения Романову запретили возвращаться в Москву. Почти двадцать лет он играл в провинциальных театрах и лишь в 1954 году, когда сняли запрет для бывших осуждённых, актёр вернулся в Москву.

В 1961 году его полностью реабилитировали. Выяснилось, что он стал жертвой доносчика, которого позже признали психически нездоровым человеком. И ещё в военные годы он умер в психиатрической лечебнице. По его доносам безвинно осудили более тридцати человек, некоторые из которых были расстреляны или не вернулись из лагерей.

После реабилитации карьера 53-летнего актёра пошла в гору. В 1963 году его приняли в штат киностудии имени Горького. Главных ролей не давали, но в эпизодах и на втором плане он снимался регулярно.

Самой яркой его работой стала роль Шефа в комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Романов прошёл пробы среди более чем двадцати претендентов. Говорят, что Гайдай выбрал его, узнав о непростой судьбе актёра. Но по ходу съёмок ни разу не разочаровался в своём выборе.

Съёмки фильма ещё не закончились, а Николай Яковлевич уже сказал близким: этот фильм войдёт в историю, и он вместе с ним станет знаменитым. Опыт и интуиция не подвели — так и случилось.

В фильмографии Николая Романова всего 37 киноработ. Причем в семи из которых он снялся ещё в немом кино до заключения. В начале восьмидесятых у актёра диагностировали болезнь Альцгеймера. Из-за провалов в памяти он больше не мог работать. Болезнь прогрессировала, вскоре он перестал узнавать родных. В 1991 году Николай Яковлевич Романов скончался на 84-м году жизни.

Всю жизнь он был женат на театральной актрисе Ольге Петровой, с которой познакомился в лагерном театре. Перед войной у них родился сын. Друзья и соседи вспоминали, что жили они очень дружно и никогда не ссорились.

Похоронен Николай Романов на семейном участке Миусского кладбища в Москве.

1175

Пасмурно, небо закрыто низкими тучами. По пешеходной дорожке молодая мама везёт в прогулочной коляске сидящего малыша - и второй, лет пяти, поспевает следом. Доносится часть их разговора:

- Можно я пойду на детскую площадку поиграть?
- Нет. Сейчас дождь будет, а у тебя зонта нет.
- А у тебя?..
- У меня есть.

Пацанчик ускоряется, догоняет маму, из-за её спины аккуратно выдёргивает из коляски небольшой сложенный зонтик, прячет его себе за спину и, сладким голоском: "А те-еперь?.."

1176

ГРУСТНАЯ АРМЕЙСКАЯ ИСТОРИЯ ПРО ТО, КАК ЖАДНОСТЬ ФРАЕРОВ ГУБИТ...

Подготовка к дембелю у нас начиналась сразу после приказа, как только мы отслужили год.
Все стали собирать дембельский чемодан, который обязательно должен был включать дембельский альбом, хорошие сигареты, ну и, само собой, бутылочку хорошего армянского коньяка.
Если с сигаретами проблем не было, то коньячок был в огромном дефиците, но солдатская смекалка помогала решить и эту проблему.

Вдоль границы по Зангезурскому коридору проходила железная дорога, которая связывала Ереван с Баку и Кафаном, и по которой ходил поезд Москва - Тегеран.
Также по железке перевозилось всё, от знаменитых ЕрАЗов, которые в народе прозвали "Гордость Армении, слёзы России", до нефтепродуктов, алкоголя и прочего ширпотреба.
Рефрижераторы обычно были с сопровождающими, которые с удовольствием могли обменять пару ящиков масла или полтуши хорошей свинины на сапоги или пару бухт колючей проволоки. Но вагоны с надписью ЕКЗ (Ереванский коньячный завод) обычно не охранялись, на вагоне был замок и пломба, чем погранцы и пользовались, когда состав останавливался на станции.

Существовало негласное правило - вскрывать вагон аккуратно, не брать больше двух-трёх бутылок за раз из разных ящиков, которые стоят в глубине, и стараться, чтобы замок и пломба после всего выглядели неповреждёнными.
Проблем обычно не возникало, поскольку пропажа обнаруживалась по прибытии, и вычислить, где вагон был вскрыт, практически было невозможно.
Но однажды годки из нашего призыва нарушили данное правило.

Состав остановился напротив рубежа.
Начало июня, парни из наряда напротив станции ремонтировали систему, когда заметили на вагоне три заветные буквы ЕКЗ.
Вагон стоял очень удачно, локомотив далеко, никого рядом и система отключена.
Обходчик прошёл и проверил пломбы на вагонах, значит, есть ещё минут двадцать до того, как состав покинет станцию.
Быстро сбили замок и обалдели от зрелища.
Полный вагон ящиков марочного коньяка "Ахтамара" и "Двина", любимого коньяка Уинстона Черчилля!
Кто решил пожадничать, история умалчивает, но вместо двух-трёх бутылок пацаны стащили шесть ящиков, которые тут же за колючкой спрятали в кустах.
Эйфория от подарка была огромной, что и помешало максимально скрыть следы, они просто накинули замок, забыв повесить пломбу.
Одну из бутылок раздавили сразу, вторую принесли на заставу, где вечером в каптёрке употребили узким кругом.

Служба шла своим чередом, всё было спокойно, но через пару недель по заставам прошла информация, что Закавказская железная дорога получила претензию от получателя на то, что произошло хищение дорогого коллекционного марочного коньяка.
В свою очередь, в том числе и за предыдущие кражи, железная дорога оценила убытки и выставила счёт нашему отряду на тридцать тысяч тех ещё советских рублей!
Командир отряда рвал и метал, особистам была поставлена задача любым способом найти и коньяк, и виновных.
Участок, где пропали ящики, вычислили быстро, это примерно шесть застав между двумя станциями, так как на первой обходчик записал наличие целых пломб, а на следующей в соответствующем акте было отмечено, что пломба отсутствует, и замок был вскрыт.

Железнодорожники не имели права вскрывать вагон без представителей получателя, поэтому просто опечатали, навесили замок и отправили сопровождающего до пункта назначения, где и выяснили, сколько было украдено.
Особисты начали с самой дальней заставы, так что у парней было время избавиться от коньяка, что они и сделали, притопив ящики в Араксе в заводи у берега.
Найти похищенный коньяк стало невозможно, парни дали друг другу слово молчать, ибо нет украденного - нет дела.

Особисты заехали на заставу к вечеру и по одному стали выдёргивать пацанов на беседу.
Так как на каждой заставе у них был свой Кузя из предыдущей истории, и иногда не один, уже к утру был выявлен круг из пяти человек, которые примерно в то же время, когда и произошла кража, употребляли изумительный коньяк «Ахтамар», осколки бутылки с этикеткой от которого были найдены за дувалом.
Через пару часов были известны двое, которые как раз в том месте и в то же время чинили систему.

Они держались долго, понимая что коньяк никто никогда не найдёт, а осколки бутылки - это не доказательство.
Но вкрадчивые речи особистов, обещание всё простить и гарантия того что можно будет отделаться десятью сутками губы в случае возврата коньяка, сделали своё дело.
Они показали место, где притопили ящики.
В тот же день их увезли в отряд на губу, суд был скорым, и они услышали страшное слово ДИСБАТ!

На дизель пацанов везли годки из комендантской роты, которые и рассказали, как встретили там бедолаг.
На КПП их уже ждали, наш офицер передал личные дела капитану-узбеку, пацаны попрощались с годками, и те с рюкзаками зашли за решётку на досмотр.
Их встретила толпа лиц азиатской национальности, которая быстро отобрала рюкзаки, тут же разделив парадки и вещи, потом их раздели и разделили по-братски между собой сапоги, ремни и форму, выдав взамен какое-то рваньё.
После этого их поставили на колени и заставили маршировать до казармы.

Капитан равнодушно смотрел на этот беспредел и не реагировал на просьбы нашего капитана остановить этот безобразие.
Комендачи со слезами сжимали в руках автоматы, понимая, что они ничем не могут помочь пацанам, попавшим на два года в ад.
Через день весь отряд узнал, что такое дизель.
Парни вернулись в отряд дослуживать оставшиеся шесть месяцев через два года, тихие, худые, как скелеты, с пустотой в глазах.
Любая команда офицера выполнялась сразу и беспрекословно. Как рассказывали парни, которые служили после нас и застали их возвращение, они бы выполнили любую команду, хоть спрыгнуть со скалы, чтобы только не возвращаться в этот ад.
В чём мораль, спросите вы? Морали нет, просто вспомнилось.

Всем хорошего дня!
05.06. 2026 г.

<< ← 192021222324

Партнеры

Реклама