Шутки про теплу - Свежие анекдоты

Результатов: 8

1

При минус 60 градусах Цельсия со скоростью ветра, достигая 200 километров в час, антарктическая метель, поразившая колонию императорских пингвинов в Пуанте. Геологи в июне середины зимы, самый темный и холодный период Антарктического года, именно тогда, когда каждый императорский пингвин балансирует на грани жизни и смерти. Такой мороз убьет любого отдельного пингвина, стоящего в одиночестве в течение нескольких часов. Колония из около 3000 особей не стояла в одиночестве. Они сделали то, что делали императорские пингвины миллионы лет именно в этой ситуации они стали одним. Образование в круг в метель - одна из самых сложных систем теплоуправления в естественном мире: живая конструкция, поддерживающая свой интерьер на устойчивых 37 градусах независимо от внешней температуры, скоординировало тепло пингвинов и поведенческий алгоритм элегантности, захватывающей дух. Физика императорского пингвина смоделирована термодинамиками, изучающими поведение для применения в инженерии изоляции человека. Пингвины на холодном внешнем краю движутся внутрь со скоростью примерно два сантиметра в минуту, достаточно медленно, чтобы сохранить целостность прижима, но достаточно быстро, чтобы пропустить каждую птицу через теплый интерьер, прежде чем потерять критический момент замерзания. В ответ на изменение направления ветра, вплоть до круга вращается как целая конструкция самая плотная секция всегда ориентированная на преобладающий ветер. Ни один пингвин не руководит этим. Ни один пингвин не ведет его. Каждый пингвин реагирует на простой местный стимул слишком холодного, слегка движется к теплу, а коллективное поведение, которое возникает из миллионов таких простых решений, является саморегулирующейся тепловой системой, которая сохраняет этот вид жизни на протяжении ледниковых периодов. Каждый самец стоит с яйцом на ногах и ждет, когда ушедшая шестьдесят дней назад самка охотиться и которая вернется, переплыв сотни километров морского льда, чтобы накормить цыпочку, с которой она еще не встречалась. Он не ел уже два месяца. Он стоял в темноте и холоде, которые убили бы большинство живых существ. У него есть яйцо. У него есть соседи. У него есть все, что ему нужно.

Из сети

2

— Мам, я его дождусь, — сказала Даша тихо, но упрямо. Двадцать лет — возраст, когда кажется, что любовь выдержит всё. Даже колючую проволоку.

Мать не спорила. Покрутила ложку в остывшем чае и улыбнулась устало, но по-доброму:
— Я понимаю. Когда любишь, кажется, будто можно починить всё одним теплом. Только проверь сначала, как оно вообще работает. Не сразу туда, где опасно. Начни там, где можно ошибиться — и тебе самой не станет хуже. На кошках, например.

Соседка, тётя Рита, уезжала в большой круиз. Дом рядом, пару улиц пройти — и всё. У неё осталась Химера — кошка с характером, как гроза: вроде красиво, а трогать опасно. Отдавать в приют жалко, вот и доверила Даше — с подробной инструкцией: «Свитер — потолще, очки — не снимай. Перчатки — всегда. Надежду — держи при себе.»

В первый день Химера шипела, как чайник, и срывала шторы. Даша приходила каждый вечер, ставила миску в одно и то же место, садилась на пол и тихо разговаривала. Пот стекал под свитер, очки запотевали. Недели через две кошка вроде успокоилась. Даша решила — можно попробовать погладить. Сняла перчатку, “на минутку, чтобы без барьеров”. Молния серого меха — и когти по запястью. Не страшно, но запомнилось. На следующий день она снова пришла — в перчатках, в том же свитере, без обиды в голосе. Через неделю Химера уже брала корм с ладони. К концу месяца легла рядом. Не на колени, но рядом. Уже победа.

Во дворе у Риты жил пёс по кличке Зверь — на привязи, гроза соседей. Даша не собиралась его перевоспитывать — просто хотелось понять, как работает спокойствие. Он настораживался, когда она проходила мимо. Однажды сказала ему:
— Ты хороший, просто пугаешь.
Первый раз он зарычал, второй — промолчал, третий — осторожно лизнул пальцы. Через пару месяцев дворник только выдохнул:
— Смотри, а ведь монстр тапочки подаёт.

Пока Химера переставала шипеть, а Зверь привыкал к голосу, письма от Артёма тоже менялись. Сначала — без брани. Потом — растерянные фразы про свет. А потом пришло короткое, измятое, с пятном кофе на углу:

«Малая, хватит. Я тут мягким становлюсь, пацаны уже базарят, смотрящий косится. Лежу, батарея гудит — будто ты рядом. Странно, да? Но не сюда ты светишь. Тут за свет бьют. Береги себя. Я свой срок отсижу, ты живи, как умеешь. Волк я. Не трогай.»

Даша сложила письмо и долго сидела у окна. Химера свернулась клубком и мурлыкала, будто моторчик. Зверь подошёл, ткнулся носом в ладонь — просто дышать рядом.

— Мам, — сказала она вечером, — добро, наверное, как ток. Если проводка целая — греет. А если коротнёт — обжигает.
— Вот и вся премудрость, — ответила мать. — Сердце пусть горит, но ум должен смотреть, куда ты этот свет направляешь. Тогда и людям, и тебе теплее.

Даша кивнула, помолчала и добавила:
— Мам… там ведь не просто стены, там люди такие. Замёрзли, привыкли к холоду, будто без него нельзя. Одной теплотой не пробьёшь. Надо искать, где хоть кто-то живой остался — с них и начинать.

Говорят, Химера до сих пор мурчит громче чайника, а Зверь теперь живёт без цепи — лает редко, но по делу. Про Артёма Даша говорит спокойно:
— Не каждый готов к теплу. Иногда лучше подождать, пока место для него появится.

Без морали. Просто намёк: пусть сердце ведёт, а ум не дремлет. Тогда добро не выгорает — только светлее становится.

3

Когда кунджа — это рыба такая, отнерестившись скатывается в море, на зимние квартиры, самое время для ее ловли. Рыба хищная, сильная, жрать хочет всегда и ловится на удочку. Поэтому зачекрыжить такую на крючок, в метр длиной, оргазм для рыбака. Но осень. Днем еще припекает, а вот ночью... Ну так и по реке уже идет шуга — первый обломанный ледок. Поэтому идти на рыбалку днем, девять километров по тундре, с полным боекомплектом, в несколько литров, закуской, снастями, котелком и прочим лучше в майке. Накрайняк в легкой ветровке, но впереди ночь, поэтому поневоле приходится тащить еще и телогрейку. Самые выносливые берут еще спальные мешки, ватные брюки. В общем все, что может помочь пережить осеннюю ночь. Как ее пережить, об этом и разговор.
Серега готовился к ночи тщательно. Сгреб остатки костра в кучу. На прогретое место притащил пожухлой травы. Кряхтя прикатил из лесу три бревна, положил их на костерок, два снизу, одно на них сверху и начал раздеваться.
-Ты не охренел случаем? - поинтересовались мы, - ночью ведь уже иней. И хмыкнув ломанулись в лес за сушняком. Наш «пионерский» костер, был явно горячее его трех бревен.
-Да и вы бы не вспотели ночью ребята! - посмотрев на наши приготовления, резонно заметил Серега.
-Жизнь покажет. Кто вспотеет, кто замерзнет, - оценив, что он снял сверху до пояса все, вплоть до майки, ответили мы. Правда потом он накинул на голый торс телогрейку. Именно накинул, а не одел в рукава. Подвернул, лег к своим бревнам спиной и захрапел. Как младенец — если те храпят конечно.
Мы опять хмыкнули, напялили все что было, допили все что оставалось и кружком расположились возле нашего костра, который взмывал в темное небо пламенем и снопами искр. Ночные заморозки почти не чувствовались, водка грела изнутри, а костер снаружи. Жизнь была прекрасна. Если бы часа через три, не начались кошмары.
-Ой, горю, горю, горю!!! - раздалось в ночной тишине и что-то тлеющее, раздуваемое на скорости ветерком, бросилось к реке. Феерично взметнуло воду и зашипело. Мы очумело подскочили и огляделись. Тлели многие. Костер уменьшился в диаметре вчетверо и мы инстинктивно ползли к теплу — во сне. Но костер отдаляясь, оставил кучу угольков и пепел на который мы наползали. Телогрейки, ватники, все тлело. У кого больше, у кого меньше. Спал только Серега. Как младенец. Улыбаясь во сне. Единственный, кто не вспотел и не замерз. Почему у многих из нас возникло желание его пнуть, я не знаю. Но наверное потому, что он ни на что не среагировал, продолжая причмокивать во сне.

5

КМД, или «Курс молодого дворника»

Миллионный чтоб узбек
Мысль не подал про набег,
Будет их учить посол –
Что свинина, что рассол?
Что за «мини»? (за микстура?
За российская культура? …)
(Позже спросят у раввина,
Как на вкус, мол, та свинина?)
Как на русском языке
Поболтать на шашлыке…
И узнают от посла,
Что авто быстрей осла,
Надо ль список продолжать? –
Или ж время уважать!
В рамках общей подготовки
Будет курс экипировки,
Чтоб, скучая по теплу,
Бодро взяться за метлу!

Мигрантов из Узбекистана посольство этой страны в России будет учить русскому языку и культурным традициям России, а также правилам трудоустройства.

6

В одном подмосковном городе Н, много лет назад сдали в эксплуатацию дом. Всем хорош был изголодавшимся по собственному жилью жильцам, - и квартиры отдельные и лифт и деревья посажены и соседи все молодые и веселые. Одно плохо, но не всегда, только зимой - холодно. И окна текут, и дети мерзнут, и утром колотун пока собираешься на работу. Все окна клеили рулонами бумаги специальной, кто всякие ухищрения делал на батареях и трубах в виде лепестков алюминиевых, кто воздух спускал...Слесарь же по теплу, имя не знаю, ровесник жильцов, уныло разводил руками и ругал систему и какие-то шайбы и экономайзеры.
Прожил я в этом доме лет 15, привык к отсутствию излишеств в виде тепла зимой и, честно говоря, не страдал особо.Потом переехал жить в другое место, еще лет через 15 довелось побывать на старом месте жительства и пообщаться с жильцами. Для поддержки разговора завел тему о том, что дом холодный, небось, зимой.. Да нет, отвечают, вполне жаркий, хороший проектик, дети зимой с открытыми форточками спят...
Оказалось, - ушел на пенсию тот самый сантехник, который ругал шайбы и прожил в доме 30 лет, а пришел другой, который выбросил из трубы шайбу с отверстием, которая заужала диаметр трубы, и горячая вода стала поступать без препятствий и греть квартиры.
Еще бы 10 лет и наш сантехник стал бы в одном ряду с Моисеем, который водил 40 лет, но хоть по теплым местам, а наш по морозу.
И ведь, знал же, наверное, в чем причина, а вот по идейным соображениям морозил шесть подъездов. Шоб ему пенсию еще сто лет носили.

7

Есть у меня друг, у него девушка уехала в командировку за границу (живут вместе). Он истосковался по женскому теплу и долго уламывал её раздеться перед веб-камерой. В конце концов она согласилась, но поставила такие условия: она снимет только те элементы одежды, которые снимет он сам с себя. Этот кадр с радостной ухмылкой говорит: "Один момент", уходит в соседнюю комнату на пару минут. Возвращается и, посмеиваясь, снимает вначале футболку... А потом, довольный своим гением, ЕЁ ЖЕ лифчик, который только что напялил.

Партнеры

Реклама