Шутки про старшего - Свежие анекдоты |
Есть такой финн Петрус Шродерус. Он работал полицейским и пел для себя, потом выиграл любительский конкурс певцов, в более чем тридцатилетнем возрасте, после чего его пригласили в Национальную оперу Финляндии, где он опять пел около 7 лет, даже исполнял главные партии. А затем ему стало там скучно, он ушёл и вернулся на работу в полицию, и дослужился до старшего констебля.
|
Не моё. Длинно. Есть риск описаться в ходе прочтения. Но - шедеврально.
Тактическое применение эксгибиционизма в условиях горного рельефа или Баллистика страсти старшего матроса Мамедова
Серия Флотские байки
Если народная мудрость гласит, что бодливой корове Бог рогов не дает, то можно смело утверждать: когда дело дошло до раздачи иных физиологических преимуществ, Всевышний был в исключительно философском настроении и решил поставить на флоте жестокий, но весьма наглядный эксперимент.
О чем думали родители товарища Мамедова, когда нарекали его Исхагом, науке доподлинно неизвестно. Возможно, о высоком и вечном. Но фонетика — дама бессердечная, а в суровых северных широтах она еще и цинична. Имя это мгновенно и безвозвратно мутировало в созвучное «Ишак». Как вы яхту назовете, так она и поплывет. В случае с Мамедовым яхта поплыла строго по заданному курсу — курсу трудолюбивого, феноменально упрямого и перманентно похотливого непарнокопытного. Эволюция обычно держит тонкий баланс между размером агрегата и объемом головного мозга, но здесь чаша весов с интеллектом с грохотом улетела в стратосферу.
Сам Исхаг, надувая щеки, гордо бил себя в грудь и заявлял, что прибыл прямиком из Баку. Но пара его земляков, настоящих столичных бакинцев, услышав это, лишь брезгливо кривились. Они авторитетно клялись здоровьем своих матушек, что до родного аула Исхага от бакинских огней нужно скакать на перекладных ослах километров триста. «Колхозник», — коротко и безжалостно резюмировали они.
Как этот спецпроект матушки-природы, чудом миновал выбраковку, никто не знает. Я до сих пор, когда не спится, смотрю в подволок и мучаюсь экзистенциальным вопросом: как, через какие фильтры и медицинские турникеты этот сын гор просочился на атомный флот? Медкомиссия в его райцентре, видимо, руководствовалась одним критерием: если при ударе молоточком по колену пациент не кусает врача, значит — годен к строевой. Писать наш Исхаг умел условно, читать — со словарем и большими паузами на отдых, и то, только азербайджанско-талышские тексты, а таблица умножения для него вообще являлась высшей эзотерикой, недоступной пониманию смертных. Пытаться объяснить ему, сколько будет семью восемь, было всё равно что читать лекцию по квантовой механики табуретке. И вот это дитя природы Родина радостно забрила и отправила охранять ядерные рубежи.
Исхаг не отрицал. По-русски он изъяснялся так, словно каждый падеж причинял ему невыносимую физическую боль, а служить его Родина отправила в самое унылое место, какое только могла родить военно-морская мысль — на консервации. Там, где у пирсов ржавели мертвые корабли да подлодки, из которых давно вытряхнули душу. Жили “консерваторы” в казарме на берегу, и маршрут Исхага представлял собой унылый ежедневный маятник: утром пятьдесят минут по сопкам пешком на свои «консервные банки», вечером — обратно в казарму.
Истинная природа его прозвища раскрылась в первый же банный день. Когда Исхаг стянул робу и предстал перед личным составом в чем мать родила, в моечном отделении повисла звенящая тишина. Между ног у этого невысокого, сутуловатого парня болтался агрегат такого стратегического калибра, что стоять с ним рядом у соседней шайки было банально страшно. ОНО свисало у колен, и было диаметром с консервную банку (и это в спящем режиме гибернации!). Казалось, при резком повороте туловища он нанесет соседу черепно-мозговую травму, несовместимую с дальнейшим несением службы.
А тогда, в казарме бербазы, он был звездой. А время-то какое стояло! Эпоха великого культурного прозрения, когда рушились запреты. До советского народа как раз докатились четыре главных шедевра кинематографа: «Новые Амазонки», «Команда-33», «Маленькая Вера» и, прости Господи, «Интердевочка». Видак крутили до расплавления видеоголовок. Для изголодавшегося матросского организма это был не просто кинематограф, это было окно в плотский рай. Но как смотрел эти фильмы Исхаг! Это надо было видеть. Если для остальных срочников это был просто повод поржать и вспомнить гражданку, то для него — чистое, незамутненное религиозное откровение.
Особенно те самые моменты. Ну, вы понимаете. С обнаженной натурой. Когда на пузатом экране появлялась женская грудь, Исхаг замирал. Он кричал, просил поставить на паузу, и переставал дышать. Его глаза, обычно выражавшие лишь легкую тоску по домашней еде, расширялись до размеров суповых тарелок. Ради него, исключительно из гуманистических соображений и спортивного интереса, кассету перематывали назад. Раз по двадцать. Пленка уже скрипела и сыпалась, экран шел полосами, а Мамедов сидел, вцепившись в банку, и с благоговейным придыханием, как заклинание, повторял одну и ту же фразу: «Баба голая... баба голая...». Народ вокруг лежал вповалку, ржал до колик в животе, а Исхаку было глубоко наплевать на насмешки. Он пребывал в нирване. Он познавал искусство.
Как вы уже поняли, с физиологией у него были связаны самые яркие моменты службы. Банный день на флоте — это святое. Шум, пар, хлорка, звон шаек и скользкий кафель. Был у них на базе один кадр, Сержио Сириченко. Парень с неиссякаемым запасом дури и таким специфическим юмором, за который на гражданке бьют монтировкой, а на флоте — искренне уважают.
Заваливает как-то Сирич в моечное отделение. Пар коромыслом. А под лейкой стоит наш Исхаг, весь в мыле, щурится, башку намыливает, фыркает от удовольствия. Сирич подходит, шлепает босыми ногами по лужам. Исхаг, протирая глаза от пены, радостно выдает:
— Здорово, Сирич!
— Здорово, Мамедушка! — отвечает Серега с интонацией английского лорда.
И вместо того, чтобы по-пролетарски пожать протянутую мокрую руку, Сириченко делает резкий выпад вниз, намертво хватает Мамедова за его главное мужское достоинство и от души, по-братски так, трясет.
Исхаг взвыл. Это был крик раненого марала, помноженный на акустику кафельного помещения. Он мгновенно присел на корточки, позеленел, схватился за пострадавший орган обеими руками и выдал на чистейшем, лишенном акцента русском:
— Да ты охренел в корягу?!
А Сирич, стоя над ним, невинно хлопает ресницами и с неподражаемым изумлением разводит руками:
— Ой, извини, братуха... Перепутал! Тут не мудрено перепутать!
Ну и началось! Баня просто рухнула. Матросня поскальзывались на мыле, роняли тазики, сползали по стенам и выли от смеха. Даже вечно хмурый дежурный по бане, заглянув в “помоечное отделение”, ржал так, что чуть не проглотил свой окурок. А Мамедов еще долго ходил враскоряку, бросая на Сирича подозрительные взгляды и, на всякий случай, прикрывая стратегические места тазиком.
Как вы уже поняли, к его монументальному оборудованию прилагался мозг, до самых краев залитый густым, концентрированным тестостероном. Женским полом Ишак интересовался с одержимостью серийного маньяка.
— Я, панымаешь, тут должэн два-три баба вы… ну, осчастливить обязательно, — доверительно сообщал он каждому, кто имел неосторожность присесть с ним рядом в курилке.
Но суровая заполярная реальность вносила свои коррективы. Господь снабдил бодливого быка отменным рогом, а кого бодать - не предоставил. Местный женский пол, едва завидев Исхага, шарахался от него, как от прокаженного. У него на лбу сияла такая первобытная, не обезображенная интеллектом похоть, что дамы предпочитали переходить на другую сторону обледенелой улицы. Завидев любое существо женского пола, он тут же приоткрывал рот, начинал идиотски улыбаться и пускать слюну на гюйс. У него случился грандиозный облом даже с местной легендой, безотказной гарнизонной жрицей любви Ферди, которая обычно не брезговала никем, у кого был пульс и пачка сигарет. Но даже она, посмотрев на Ишака, нервно перекрестилась и ушла в туман. Как он вообще прошел призывную медкомиссию и не вызвал вопросов у психиатра — величайшая загадка советской карательной медицины.
Вся эта грандиозная провокация, вошедшая в золотой фонд гарнизонного фольклора, не могла родиться в простой матросской голове. Для такого требовался холодный, изощренный ум, наглухо отравленный столичным снобизмом и тотальной полярной скукой. И вот, глядя на эти экзистенциальные муки, москвич Столица, и его собутыльник, меланхоличный литовец Альгис — решили проявить гуманизм. Они решили помочь боевому товарищу устроить личную жизнь, благо план созрел быстро и отличался поистине дьявольским изяществом.
Столица со своим литовским корешем презирали Север, флот, перловую кашу и всё человечество оптом. Но больше всего они ненавидели скуку. Чтобы не сойти с ума среди ржавеющих у пирсов посудин консервации, они превратили окружающую действительность в свой личный театр абсурда. И когда на сцену этого театра вывалился Исхаг Мамедов со своей гипертрофированной физиологией и мозгом инфузории, Столица сразу понял — вот он, идеальный солист для великой трагикомедии.
Исхаг страдал. Его монументальный, пугающий товарищей помывочный агрегат требовал срочного применения, но суровые женщины Заполярья шарахались от матроса, как от прокаженного. Столица, изобразив на лице искреннее сочувствие, взял шефство над страждущим.
— Пойми, дорогой, — вещал Столица, лениво стряхивая пепел в баночку из-под гуталина, — северная женщина — это загадка. Ей твои дешевые подкаты не нужны. Ей нужен масштаб. Развернутая презентация. Понимаешь? Товар лицом.
Исхаг не понимал слова «презентация», но интонации столичного гуру действовали на него гипнотически.
— Что делать надо, брат? — тоскливо вопрошал дитя гор, с надеждой заглядывая в циничные глаза москвича.
И Столица расписал ему диспозицию с точностью генштабиста. Место засады было выбрано стратегически безупречно. Длинный, крутой деревянный трап от пирса на сопку, по которому вечерами возвращались с катера жены офицеров и вольнонаемные. Столица лично вывел Исхага на огневой рубеж, проинструктировал запахнуть шинель и приготовиться.
— Главное, Исхаг, — напутствовал режиссер, растворяясь в спасительной тени теплотрассы, — улыбайся. Улыбка растопит лед их сердец. Как только они поднимутся — распахивай полы. Пусть видят, что ты пришел с добром и богатыми дарами.
События развернулись в точности по партитуре. Толпа замерзших, уставших женщин вскарабкалась на сопку. Навстречу им из сумерек шагнул пылкий Исхаг. Шинель распахнулась, как занавес в Большом театре, явив изумленной публике анатомическое чудо в сопровождении самой лучезарной и бессмысленной улыбки Востока.
Ультразвуковой женский визг разорвал полярную мглу. Дамы, теряя равновесие и роняя дефицитную колбасу, с яростью валькирий бросились врукопашную. Исхаг, чудом уклонившись от удара острым каблуком в выставочный агрегат, позорно бежал.
Вечером в казарме Мамедов сидел на рундуке, обхватив голову руками. Он был сломлен. Женская природа оказалась к нему жестока. Но Столица, давясь от смеха в курилке, и не думал останавливаться. Спектакль требовал второго акта.
— Ты просто не дожал, — доверительно шептал Столица на ухо окончательно деморализованному Исхагу. — Они же испугались общественного мнения. Толпа, понимаешь? Никто не хочет первой показать слабину. Но я точно знаю — одна из них положила на тебя глаз.
Столица выдумал эту даму с КНС — канализационной насосной станции — прямо на ходу. Глухое место, запах хлорки, одиночество. Идеальные декорации для любовного фиаско. Он заверил Исхага, что женщина работает там в ночную смену, помнит его во всех деталях и сгорает от страсти.
Заряженный столичными бреднями, Исхаг отправился на штурм КНС. Когда ничего не подозревающая вольнонаемная — к слову, та самая, что едва не забила его сумкой на сопке — подошла к насосной, из мрака материализовался горный орел.
— Слюшай, давай знакомиться! — плотоядно прохрипел Исхаг, делая шаг навстречу.
Женщина взяла старт с такой пробуксовкой, что из-под сапог полетела ледяная крошка. Она успела заскочить за спасительную тяжелую дверь насосной и задвинуть железный засов. А брошенный любовник, чье сердце разрывалось от непонимания, колотил в железо прогарами и ревел на весь гарнизон:
— Стой! Я же Мамедов! Ты же сама интересовалась! Мнэ пэрэдали!
На счастье дамы, внутри был телефон. Подмога в лице мужа-мичмана и пары его крепких товарищей прибыла стремительно. Они застали Ромео в тот самый момент, когда он уже почти сорвал дверь с петель.
Били его жестко, молча и с глубоким пониманием флотской анатомии, стараясь не оставлять следов на лице, но гарантируя длительные проблемы с передвижением.
После того как экзекуция у дверей насосной станции завершилась, а бдительные мужья, тяжело дыша и поправляя сбитые костяшки пальцев, удалились во мрак, судьба Мамедова была предрешена окончательно. Столица, этот великий московский комбинатор и злой гений нашего гарнизона, философски докурил «Беломор», щелчком отправил окурок в сугроб и умыл руки. Пьеса была сыграна, занавес опущен, а главный солист отправился в бессрочную, глухую заполярную ссылку.
Исхаг Мамедов продолжал появляться на тропах, проложенных по сопкам возле полярного, выскакивая перед представителями женского пола как бес из табакерки.
Командование бригады, осознав, что изолировать этот пульсирующий сгусток либидо в пределах населенного пункта невозможно физически, сослало Исхага на остров Кильдин. На ту самую точку, что носит жизнеутверждающее название мыс Могильный. Это даже не край земли. Это голая, свинцовая скала, выплюнутая океаном на границе Баренцева моря, где из развлечений — только ржавые остатки береговых батарей, пронзительный ветер да истеричные вопли полярных чаек. Ни одной женщины на десятки миль вокруг. Абсолютный, стерильный вакуум.
Именно там, в условиях жесточайшей сенсорной депривации, мозговая деятельность Исхага, и без того не обремененная сложными нейронными связями, дала фатальный сбой. Тестостерон, который раньше хоть как-то сублимировался в походах по гарнизону и мечтах о большой любви, оказался заперт в замкнутом объеме. Не найдя естественных путей отхода, он закипел, прорвал кровяно-мозговой барьер и затопил лобные доли раскаленной лавой.
Там у Мамедова окончательно, бесповоротно и грандиозно снесло крышу. В какой-то момент земные женщины с их капризами, криками и тяжелыми сумками перестали его интересовать. Его сознание мутировало, отринув мелкую мирскую суету, и вышло на новый, запредельный уровень экзистенциального прозрения. Исхаг осознал свое истинное предназначение. Его грандиозный, стратегический калибр, которым его так щедро наградила природа, был создан не для банального размножения. Он был создан для Искусства. Для диалога с самой Вечностью.
Исхаг стал отшельником-эксгибиционистом масштаба полярного бассейна.
Его ритуал обрел черты строгой, почти мистической литургии. Каждое утро, когда над серыми волнами Баренцева моря вставало тусклое северное солнце, Исхаг поднимался на самую высокую скалу Кильдина. На нем была только флотская шинель — длинная, черная, развевающаяся на штормовом ветру, словно крылья гигантского ворона.
Он стоял на краю пропасти, гордо вскинув подбородок, и ждал.
Когда на горизонте показывался силуэт — будь то наш тральщик, возвращающийся с полигона атомный ракетный крейсер или случайный норвежский сухогруз — Мамедов делал глубокий вдох. Он распахивал шинель широким, царственным жестом, являя суровому северному миру свое обнаженное, обдуваемое арктическими ветрами естество.
Это было эпично. В этом жесте не осталось ничего от жалкой гарнизонной похоти. Это был вызов стихии. Одинокий титан, бросающий свое мужское достоинство в лицо бушующему океану и ледяным шквалам.
Говорили, что чайки, пролетавшие в этот момент над скалой, забывали, как махать крыльями, и камнем падали в воду от эстетического шока. Вахтенные офицеры на проходящих кораблях, глядя в цейсовские бинокли, крестились и молча наливали себе спирта. Акустики на американских подводных лодках класса «Лос-Анджелес», патрулировавших те квадраты, регулярно докладывали в Пентагон о странных низкочастотных вибрациях, исходящих с мыса Могильный — они не могли классифицировать этот звук, не догадываясь, что это просто ветер гудит, огибая монументальные формы обезумевшего матроса.
Он стоял там, сливаясь с пейзажем, неподвижный и страшный в своем величии. Человек, потерявший разум, но обретший гармонию. И, наверное, до самого конца своих дней, пока цинга или полярная стужа не забрали его, Исхаг Мамедов оставался единственным в мире маяком, который светил кораблям не ксеноновой лампой, а голой, первобытной правдой матросской души, доведенной до абсолютного абсурда.
Но остров Кильдин, при всей его свинцовой безысходности, не мог стать финалом этой эпической саги. Рухнула Империя, затрещали по швам границы, и флот, с облегчением выдохнув, выплюнул старшего матроса Мамедова в гражданскую жизнь. Исхаг вернулся в родные горы, гремя дембельским дипломатом и пылая нерастраченным первобытным огнем.
Родня, как водится на Кавказе, тут же постановила: парня надо срочно женить, пока он не натворил дел в масштабах района. Но тут в дело вмешалась генетика, беспощадная, как трибунал. Если ниже пояса природа одарила Исхага с щедростью античного скульптора, то на лице она явно отдохнула, причем в грязных сапогах. Кривые зубы, напоминающие противотанковые надолбы, и рябое от оспы лицо делали его похожим на неудачный дубль Франкенштейна.
Сватовство превратилось в демографическую катастрофу. Гордые горные девы, едва завидев жениха, бросали кувшины, с визгом уходили в альпийские луга и прятались в карстовых пещерах. Никакой, даже самый фантастический калым в виде отар жирных овец не мог заставить их спуститься обратно. Старейшины аула схватились за головы. Ситуация пахла позором.
А тут как раз полыхнул Карабах. Война, с ее циничной прагматичностью, всё спишет. Исхага, от греха подальше, спешно упаковали в камуфляж и отправили на передовую — защищать исторические рубежи и, по возможности, пугать противника одним своим видом.
Но фронтовая грязь, окопные вши и свист пуль не смогли перепрограммировать эту мятущуюся душу. Тестостерон, настоянный на пороховом дыме, требовал выхода. И в одно прекрасное утро, когда над перепаханными снарядами склонами повисла хрупкая тишина, Мамедов не выдержал. Он вылез на бруствер. Повернулся лицом к вражеским позициям, гордо вскинул рябую физиономию к небу и, распахнув камуфляжную куртку, явил опешившему противнику свой главный калибр.
Это была не просто демонстрация. Это была психическая атака, вызов самой смерти.
И надо же было такому случиться, что ровно в эту секунду на той стороне фронта, в замаскированном блиндаже, к наглазнику снайперского прицела ПСО-1 прильнула армянская снайперша.
Это была женщина трудной, монументальной судьбы. Природа обошлась с ней столь же сурово, сколь и с Мамедовым. Густая, сросшаяся монобровь, тяжелый взгляд убийцы и такая плотная, кучерявая растительность на теле, что черные волосы хищно выбивались даже из-под наглухо, до самого горла, застегнутой гимнастерки. Замуж эту валькирию не звали даже в самые отчаянные, мирные годы. Мужчины боялись ее больше, чем артиллерийского налета.
Она вела оптику по линии окопов, готовясь привычным движением нажать на спуск, как вдруг в перекрестии прицела возник ОН.
Снайперша замерла. Палец, уже выбравший свободный ход курка, дрогнул. Оптика безжалостно приближала детали, и перед взором одинокой, ожесточившейся женщины предстал не враг. Перед ней предстал монумент. Шедевр анатомической архитектуры, гордо реющий над линией фронта в лучах утреннего солнца.
В ее суровой, заросшей волосами груди что-то предательски екнуло. То ли проснулся древний, спавший летаргическим сном материнский инстинкт, то ли банальная женская тоска прорвала окопную броню.
— Такое добро портить — грех перед Господом, — прошептала снайперша, принимая единственно верное тактическое решение.
Она чуть сместила перекрестие прицела ниже и правее, аккурат на мясистую часть бедра, и плавно потянула спуск.
Выстрел хлестнул по ущелью. Исхаг ойкнул, подкосился и кубарем скатился в нейтральную полосу, обиженно прижимая к себе свое простреленное великолепие.
Дожидаться ночи валькирия не стала. Она перемахнула через бруствер, рывком преодолела заминированную нейтралку, взвалила скулящего от боли и неожиданности кавказского Ромео на свои могучие волосатые плечи и уволокла его к себе в блиндаж.
Что там происходило в первые часы плена — история, как и военные архивы, тактично умалчивает. Но доподлинно известно одно: на фронт они больше не вернулись. Любовь, вспыхнувшая между двумя генетическими катастрофами на фоне геополитического конфликта, оказалась сильнее приказов и национальных предрассудков.
Они дезертировали вместе. Перешли тайными горными тропами через границы, растворились в хаосе девяностых и осели в какой-то богом забытой турецкой деревушке.
Говорят, они живут там до сих пор. Исхаг хромает на простреленную ногу, но ходит гоголем, а его суровая жена готовит долму и варит чай в пятидесятилитровом самоваре и больше не берет в руки винтовку. И самое абсурдное во всей этой истории, доказывающее, что у мироздания весьма специфическое, но гениальное чувство юмора, — это их дети. Двенадцать штук. Глядя на этих отпрысков, заезжие туристы теряют дар речи. Ни одного кривого зуба, ни одной рябинки. От слияния двух абсолютных, эталонных некрасавцев на свет появились ангелы с картин Возрождения.
Природа, посмеявшись над родителями, отдала детям все долги с процентами. Ибо, как говорят на флоте, если долго и упорно смешивать два минуса, в итоге обязательно бабахнет жирный, красивый плюс.
|
|
Родительский комитет, классные мероприятия, сборы денег и прочее...
В первый класс сын пошёл в 96-м.
Первое родительское собрание было, как и должно - в конце августа.
Кроме многого прочего, Валентина Петровна сказала, что хочет, чтобы все мы прошли через участие в родительском комитете. Поэтому предлагает полностью менять его состав каждую четверть, а количество родителей в нём - 6-7 человек. И очень надо, чтобы в родительском комитете были папы!
Мы тут же разбились по четвертям.
Я был тогда успешный предприниматель. И сказал только, что не смогу участвовать во второй четверти. Предновогодье - самая торговля!
Обсудили неизбежные тогда сборы на нужды класса.
Помню, что надо было поменять линолеум. Мы это потом сделали. Скинулись, купили, и я, и ещё 2-3 отца перестелили.
На том же, кажется, первом собрании, когда обсуждали денежные сборы на дни рождения детей по месяцам, Новы год, 23 февраля, 8 марта, на поездки, экскурсии... - обсудили и проблему с малоимущими семьями. Таких в классе было две или три. Одна - многодетная. Другая - просто трудно жили. Вполне хорошая семья, хороший ребёнок... Но мы знали, что у них безденежье. На том собрании предложили и решили с этих детей деньги не собирать. Дескать - не обеднеем! А дети не должны чувствовать разносортность.
Ещё Валентина Петровна сказала, что до сих пор каждый её класс обязательно в мае ходил с родителями в дневной поход. И обязательно с родителями! Дети любят, когда родители вливаются в коллектив класса! "И, - она сказала, - говорю о майском походе в августе, потому что, поверьте - дети весь год будут ждать этого похода!".
Наперёд скажу, что ходили в эти походы каждый год. И следующая их классная Ирина Ивановна это подхватила. А в 11-м они попросились в поход с ночёвкой, и мы это сделали!
Обычно дети шли пешком 5-7 км.
Несколько родителей приезжали на место машинами. Везли воду, спортинвентарь, обязательно палатки - что за поход без палаток?!
Валентина Петровна и мамы готовили конкурсы-развлекалки всякие.
По приходу на место я раздавал детям рабочие рукавицы и мешки для мусора. Расчищали территорию для себя, а перед уходом - вычищали территорию за собой. Мешки с мусором увозили машинами в город. Конфеты детям категорически не покупали! Потому что потом геморрой собирать по поляне и кустам фантики!
У старшего в классе вообще всё идеально было.
А младший потом учился - в таком походе однажды возникла яжемамка: "А почему вы заставляете моего сына мусор собирать?!". Не помню, как эта ситуация разрешилась. Сочинять не буду.
Много люди негатива рассказывают про учителей, родительские комитеты, классные мероприятия, сборы денег...
Мне и моим сыновьям повезло...
Они дружат с одноклассниками. А я, когда встречаюсь с их родителями - сердечно здороваемся, вспоминаем, рассказываем о детях, а уже и внуках...
Просто повезло!
|
|
В то лето я был в пионерском лагере на Азовском море. Мы жили в маленьких синих домиках на четыре человека, а к морю ходили через сосновую рощу, усыпанную сухими иголками, там еще по пути было маленькое озеро с коричневой водой. Азовское море оказалось мелким и очень соленым, а по песчаной косе, куда нас, конечно, не пускали, можно было дойти до его середины.
Это было лето бумажных бомбочек.
Святой Ильич, благослови жару и воду. Я был мастером бомбочек — всех размеров и форм. Я их сотни в то лето сделал. Я работал на себя и на заказ. Я мог свернуть бомбочку из одного листа бумаги, из двух, из четырех. Мои бомбы прекрасно держали воду и взрывались с гулким хлопком, гарантированно забрызгивая радиус поражения. В бумажном мире я был бы самым ценным бойцом Бумажной Ирландской Республиканской Армии (БИРА).
Когда я сидел и рисовал в свободное время, ко мне подошел пацан из отряда на два года старше. Он заглянул мне через плечо и кивнул.
- Ты умеешь рисовать, - сказал пацан из старшего отряда. Это был не вопрос, а утверждение. - А лепить ты умеешь?
- С какой целью интересуешься? - так надо отвечать, когда тебя собираются втянуть в явно криминальное дело, но тогда я не осознал угрозы.
- Умеешь?
- Да, - сказал я. И все заверте...
Пацан из старшего отряда рассказал, что ему нужно. Это был такой Дэнни Оушен, который сразу после отсидки затевает новое дело, а я при нем Брэд Питт, который жует арахис и работает голосом разума. "Ты хочешь ограбить казино?" "Четыре казино". Тут надо задумчиво пожевать арахис, но я даже не знал, что он так называется.
Дано: домик на четверых. Девчонки из отряда Дэнни, то есть старше меня. И мы должны их напугать. Клево!
Вообще-то, в идеале мы хотели достать фосфорной краски, чтобы нарисовать скелет на оконном стекле. Чтобы когда стемнело, скелет начал светиться, а девчонки увидели и завизжали. Но это план сорвался, потому что достать фосфорную краску было негде. Тогда мы приступили к плану Б. Лягушка из мыла!
Сначала мы придумали паука, но у него постоянно ломались ноги. Мышь? Нет, мышь не годится. Лягушка! Да. Все девчонки боятся лягушек. Ее должен был слепить я, потому что я талантливый, рисую, леплю, делаю бумажные бомбы, и теперь мой талант оценили по достоинству. Так сказал Дэнни.
Наконец-то.
А лягушку нужно подбросить в комнату девчонкам, чтобы...
"Смотри", учил меня Дэнни. "Девчонки испугаются, закричат, выбегут, будут дрожать и бояться. И прижиматься к тебе от страха. Там уж не теряйся". В общем, это была стратегическая цель великого проекта.
Не то, что тесные объятия девчонок казались мне в тот момент интересными, но сама мысль, что они увидят лягушку, испугаются, завизжат и начнут голышом выскакивать из домика, мне показалась забавной. Да животики надорвать!
Я слепил лягушку из розового мыла (ну, какое было). Из мыла очень сложно лепить, даже трудно сказать, с какой попытки я справился. Не помню, почему не из пластилина. Может, его у нас не было — я был в двух лагерях, но нигде не помню, чтобы я лепил. Впрочем, покажите мне человека, который испугается лягушки из советского пластилина...
Очень похоже получилось, за исключением цвета. Лягушка была полупрозрачная и словно вареная. Или больная. Так было даже лучше, потому что девчонки никогда не возьмут в руки ничего больного, если это не котенок. Мы пошли на дело. К этому времени о готовящейся афере уже знали все мальчишки моего отряда, и всем это дико нравилось, поэтому на дело вместо двух человек пошли пятнадцать. Это все равно как если бы взрывать маленький мост через ручей пришла вся партизанская бригада Ковпака. И "Красная капелла" заодно. И Зорге.
Мы подкинули лягушку в домик и затаились в ожидании. Пятнадцать человек разбежались по кустам вокруг и стали ждать, подхихикивая и пихая друг друга локтями.
Прошло пять минут.
Прошло десять. Никакого эффекта.
Никто не кричал, не визжал в ужасе, не выбегал из домика в одном белье...
В общем, что-то пошло не так.
Мы с друзьями переглянулись, я пожал плечами. Дэнни напряженно смотрел сквозь заросли. Лицо у него закаменело.
Вдруг дверь в полной тишине распахнулась. Мы вздрогнули. Сейчас! Сейчас побегут девчонки! Да!
На порог неторопливо вышла девчонка, взрослая и, как мне показалось, наглая. Волосы у нее были короткие, до плеч. Наглая девчонка огляделась. Вряд ли она собирается к кому-то прижиматься, подумал я.
- Дэнни! - крикнула она в окружающие кусты. (может, его звали Денис? Не помню) - Дэнни, я знаю, ты здесь! Слышишь!
Дэнни привстал, потом сел. Но молчал.
- Трус! - крикнула наглая девчонка.
Дэнни молчал.
- Как хочешь! - она выбросила на дорожку розовую лягушку из мыла. Мою лягушку. Фигурка развалилась на куски. Меня как ножом по сердцу резануло.
Наглая девчонка помахала красной расческой-массажкой.
- Ты все равно ее не получишь!
Дэнни сжал зубы, я видел, как он разозлился. Но Дэнни молчал, только уши багровели. Девочка покричала еще, затем ушла.
Все было кончено.
Дэнни и его пятнадцать юных друзей ушли ни с чем. Дэнни шел рядом со мной, хмурый и задумчивый.
- У тебя есть еще бомбы? - спросил он наконец.
- Только одна.
- Дай мне.
- Ладно, - сказал я. Хотя это была моя лучшая работа и мне было жаль расставаться с этой бомбой. Она казалась мне идеальной. Я сделал ее из двух тетрадных листов. Я разрисовал ее под атомную бомбу "Толстяк" и подписал. Не было ничего на свете, чего бы я боялся больше атомной войны (разве что собак), и я изживал свой страх через творчество. По оболочке в клеточку тянулись нарисованные шариковой ручкой защелки и швы.
Мне было жаль расставаться с этой бомбой, но чего не сделаешь для человека в беде?
Дэнни забрал бомбу, кивнул мне и ушел. Мне показалось, он шагал как-то по-особому решительно.
Когда мы сели ужинать, пришла вожатая. Рядом со ней стояли двое пионеров с красными повязками дежурных и в голубых пилотках. Пионеры ухмылялись. Я отложил ложку и встал.
За мной пришли.
Позже я узнал, как было дело. Дэнни взял бомбу, наполнил водой и, проходя, мимо домика девчонок, закинул внутрь. Бомба гулко лопнула и гарантированно залила водой радиус поражения. Девчонки визжали и выбегали из домика. И наглая девчонка тоже. Дэнни стоял рядом и смеялся.
В общем, фирма веников не вяжет.
В наказанных сидели мы оба. Не думаю, что Дэнни меня сдал. Наоборот, когда я вошел, он посмотрел на меня с удивлением. Меня подвело тщеславие художника. Бомба была аккуратно подписана моим именем.
Мы сидели в дисциплинарной комнате со сломанными стульями, потом нас отправили подметать двор.
- А зачем тебе расческа? - спросил я, орудуя метлой. Я наконец, сообразил, что было на самом деле целью Дэнни. Но зачем ему женская расческа? Массажки тогда считались женскими.
- Низачем, - буркнул он и смахнул волосы с глаз. - Дурацкая штука, терпеть ее не могу. Мать положила с собой. Если бы эта дура ее не взяла, потерял бы где-нибудь.
- А зачем тогда хотел забрать?
Дэнни пожал плечами. И мы продолжили трудовое воспитание.
На следующий день пришла наглая девчонка, смотрела, как мы подметаем. Дэнни упорно ее не замечал, мел и мел, поднимая пыль. Я чихнул, затем еще. Девчонка долго не уходила, даже окликнула Дэнни. Теперь она не казалась такой наглой. Дэнни поднял голову, посмотрел на девчонку и тут же отвернулся. Но что-то в нем изменилось.
Видимо, тут дело все же было не в расческе. Я так думаю.
На следующий день меня вернули в отряд, а Дэнни остался на штрафных работах. Бомбочек я больше не делал (именных точно). С Дэнни мы виделись пару раз, кивнули друг другу издалека, как старые подельники, а через несколько дней закончилась лагерная смена. Я без задних ног продрых "королевскую ночь", еле отмыл зубную пасту, вернулся в Вартовск и привез младшей сестре игрушечную плиту (увы, плита оказалась бракованной, лампочки не горели, но сестре все равно понравилось), а через неделю улетел к деду в Кунгур на остаток лета.
Это было последнее дело Дэнни Оушена.
Shimun Vrochek
|
|
«Черная пехота»
Роман Смищук родился в селе Волосо-Крикливец, что в Винницкой области Украины. Обычный сын крестьянина из обычной украинской семьи. Получил начальное образование, перенес все беды и несчастья начала XX века, успел поработать в милиции, на заводе, в колхозе.
Обычная жизнь обычного украинца, ничем особо непримечательная. Как и положено, в свое время женился, потом родился сын… Когда грянула Великая Отечественная, Роману Семеновичу было уже сорок. Призыва в армию Смищук не дождался – гитлеровцы наступали стремительно, и уже в июле 1941 года Винницкая область оказалась оккупирована.
И не просто оккупирована – здесь даже находилась ставка Гитлера «Вервольф», так что оккупационные порядки были крайне жесткими.
Смищук прожил в оккупации три бесконечно долгих года. Когда же в 1944 году Винницкую область освободили, Смищука и его сына призвали в Красную Армию.
Собственно говоря, Роман Семенович Смищук и был той самой «черной пехотой», которая, по версии режиссера Никиты Михалкова, ходила на цитадели с черенками от лопат.
Только вот в жизни все было прозаичнее – рядового Смищука после прохождения первоначальной подготовки полностью экипировали и вместе с земляками направили в 3-ю стрелковую роту 2-го Краснознамённого стрелкового полка 50-й Запорожско-Кировоградской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова стрелковой дивизии.
Боевое крещение
Из курса школьной истории все знают, что после Курской битвы в войне наступил коренной перелом, и немцы покатились на запад. Да, враг был уже не тот, но дрался по-прежнему яростно, не желая сдаваться.
50-я стрелковая дивизия рвалась в Румынию. Немцы дрались за эту территорию особенно яростно: вся техника Вермахта работала за счет топлива, поставляемого с румынских нефтепромыслов, и потеря их была бы для немцев тяжелейшим ударом.
Поэтому в конце мая гитлеровцы нанесли на этом направлении контрудар, заставив советские войска перейти к обороне.
К 3 июня части 50-й стрелковой дивизии оказались в полуокружении. Полк, в котором воевал Смищук, держал оборону севернее Ясс, на горе Оллариол.
4 июня 1944 года противник пошел на штурм советских позиций. Для рядового Смищука и многих его товарищей этот бой был боевым крещением. Немцы отсекли роту от остальных частей, заставив занять круговую оборону.
На советские позиции двинулись 16 танков, за которыми следовала пехота.
Не в парадном расчете, а в боевом строю, идущие убивать, давить гусеницами...
Те, кому приходилось сталкиваться с этим, говорят – это невыносимо страшно. Страшно было и бойцам роты, в которой сражался Смищук. Многие вжались в окопы, молодой паренек, сражавшийся рядом со Смищуком, куда-то исчез.
А ему самому вдруг вспомнился 1941-й год, когда возле его родного села немцы взяли в плен 48 советских солдат. Веселые немецкие танкисты выгнали их в поле и устроили забаву – гонялись за ними на танках, давя гусеницами.
Вот и эти шли убивать Романа и его товарищей.
За гранью возможного
Страх вдруг вытеснила ярость. Схватив противотанковые гранаты и бутылки с горючей смесью, он двинулся навстречу первому танку. Когда тот приблизился к окопу, Смищук вспомнил все, чему учили, и метнул гранату.
Первый же бросок оказался удачным, выведя из строя ходовую часть. Бутылкой рядовой поджег моторный отсек. Немецкий танк запылал факелом.
В это время боец увидел, что подходит второй танк. Сценарий повторился – граната в ходовую часть, бутылка в моторный отсек. На поле боя пылали две немецкие машины.
Экипаж третьего танка остановился в нескольких десятках метрах от советских позиций, пытаясь разобраться в том, что происходит. Но остервеневший Смищук ловко добрался до гитлеровцев и уже по отработанной схеме вывел из строя и поджег третью немецкую машину.
Свой запас гранат кончился, но солдат, пробежав по окопам, нашел еще. Танки продолжали идти на позиции роты. Силы заканчивались, но Роман Смищук сумел справиться и с четвертым танком.
Затем был пятый, шестой… Как в тумане, он увидел накатывающий на траншею немецкий танк, после которого солдата засыпало землей.
Очнулся Смищук от крика: «Дядька Роман, дядька Роман!»
Над ним склонился тот самый боец, пропавший с появлением танков. Пришедший в себя Смищук стал бранить парня за трусость, а тот покаялся: да, испугался, но когда увидел, как «дядька» бьется с немецкими танками, вернулся. Именно «струсивший» парнишка гранатой и бутылкой уничтожил засыпавший Смищука танк.
На поле боя полыхали костры из семи немецких танков. Шесть из них были на личном счету рядового Смищука. Гитлеровцы дрогнули и отступили. Рота, вдохновленная подвигом Смищука, прорвала окружение и соединилась с другими частями.
Вечером того же дня командир полка майор Твердохлебов написал представление на присвоение Роману Смищуку звания Героя Советского Союза.
Даже посреди массового героизма советских солдат то, что совершил 43-летний красноармеец, было из ряда вон выходящим. Всего через восемь дней после представления майора Твердохлебова президиум Верховного Совета СССР присвоил рядовому Смищуку звание Героя Советского Союза.
13 июня о подвиге рассказало Совинформбюро, а 18 июня Роману Семеновичу Смищуку награду вручил лично командующий 2-ым Украинским фронтом генерал армии Родион Малиновский.
На награждении Роман Смищук встретил сына, которого специально привезли, чтобы повидаться с отцом-героем. Командование удовлетворило просьбу Смищука-старшего, и далее отец с сыном воевали вместе.
А после награждения рядовому Смищуку генерал Малиновский выделил… самолет, чтобы Роман Семенович мог слетать в родное село и повидаться с женой. Летчику был дан строгий наказ – ни один волос не должен упасть с головы героя. И, как назло, на маленький По-2 напали «мессеры». Однако, проявив чудеса пилотажа, летчик ушел от противника.
Наверное, в истории родного села Романа Смищука это был самый великий день – на глазах изумленной родни, друзей, знакомых, в буквальном смысле слова к ним с небес сошел их односельчанин со звездой Героя на груди.
Сын, достойный отца
Побывка была недолгой – война продолжалась. Сын Романа Смищука, кстати, не посрамил отца героя.
Из представления на артиллериста Григория Романовича Смищука:
«16 апреля 1945 года в бою за населенный пункт Гросс-Крауш (Германия), находясь у орудия прямой наводки, своими решительными действиями бесперебойно обеспечивал работу орудия, огнем которого в этом бою было подавлено 2 станковых пулемета и 3 ручных. В момент, когда противник при поддержке танков перешел в контратаку, были ранены наводчик и заряжающий. Тов. Смищук, оставаясь у орудия, продолжал вести огонь по контратакующему противнику, подавил вражескую пушку и уничтожил до пятнадцати гитлеровцев».
За этот бой Григорий Смищук был награжден орденом Славы III степени.
Роман и Григорий Смищуки сражались до самой Победы, вернувшись героями в родное село.
Судьба отмерила Роману Семеновичу Смищуку еще 24 года послевоенной жизни, в которой он как и прежде, честно и добросовестно трудился.
Командующий войсками 3-го Украинского фронта Родион Яковлевич Малиновский (слева) во время награждения Смищука «Золотой звездой» Героя Советского Союза, 1944 год.
|
|
Сайт знакомств
Приятельница недавно зарегистрировалась на сайте знакомств. Жалуется, что ничего интересного. А я вспомнила, как несколько лет назад, после того рассталась с мужем, пройдя все стадии от «лучшие годы жизни потрачены впустую» до «все, что не делается, все к лучшему», решила первый раз в жизни зарегистрироваться на сайте знакомств. Как говорится: «Молодая была уже не молода…), поэтому я решила, что пока просто посмотрю, что там на рынке взрослых женихов происходит)
Сайт назывался «Баду» и поразил меня разнообразием вариантов) Я, конечно, тоже подготовилась, выбрала самые красивые фото, но честно сделанные не позднее 6 месяцев до регистрации. Фильтры не использовала, но возраст убавила: вместо 42-х поставила 39) Намерения мои были серьезны: встретить мужчину своей жизни, и никак не меньше) Мой оптимизм до сих пор пугает моих подруг, и я даже слышала несколько раз, что в моем возрасте, имея ребенка, разведясь с мужем, так относиться к жизни невозможно – это уже от мужчин. Но я просто не люблю жаловаться, а так, внутри среднестатистическая женщина, пытающаяся жить, балансируя между: «все будет хорошо» до «да гори оно все..» (если честно, значительно грубее).
И вот, проведя на сайте пару месяцев, я сделала свою классификацию мужчин, которые мне встречались, и объединила их в группы) Нет, конечно, все разные, но что-то общее прослеживалось, ну по крайней мере тогда) Хочу сразу сказать, что это только мои мысли, я никого не хочу обидеть, и ко всем относилась с уважением и тактом)
Итак:
Первая группа: «ОПАЛЕННЫЕ СЕРДЦА». Это группа мужчин, которые всегда страдают от женщин, но все равно относятся к ним по-доброму. Как правило, не могут забыть бывших, и в страданиях видят какой-то мазохистический кайф. Я помню, сходила на свидание с мужчиной по имени Олег. Он 40 минут рассказывал мне о бывшей жене, какая она была стерва, как она плохо к нему относилась (ну и ушла, соответственно, сама), потом спросил МЕНЯ - может ему попробовать ее вернуть, я ответила: «Поступай так, как подсказывает тебе твое сердце») Я конечно, притомилась от этого всего, хорошо, что мы встретились летом просто прогуляться в обед, и я сказала, что мне срочно надо вернуться на работу. Он позвонил вечером и предложил встречаться. Я корректно отказалась, сославшись на то, что поняла, что еще не готова к новым отношениям) Не уточнила, что с ним.
Вторая группа: «ВСЕ БАБЫ Б….». Эта группа мужчин так же пострадала от женщин, как и «Опаленные сердца», и даже, как правило, от одной и лет 20 назад, но с тех пор стойко ненавидит женщин, и это очень быстро проявляется в рассказах о бывших. Там просто женщины-монстры какие-то по рассказам. Как бедолаги вынесли 3-5-10 лет жизни с ними –удивительно) Зачем они на сайте мне было не понятно, с таким отношением трудно что-то создать. Как правило, на отказ встречаться дальше, реагируют болезненно и пишут что-то неприятное, но к ним надо относиться с понимаем: они обижены жизнью… ах, простите, женщинами)
Третья: «КАЧКИ или я офигительный»). Фото на аватарке обязательно из спортзала в майке, либо с пляжа без майки. Демонстрация шикарного торса (ну тут не поспоришь, действительно, красиво… распечатала бы, да и на стенку любоваться). Разговоры только о спортзале, ну и соответственно, просят твое фото на фоне штанги или хотя бы гантелей). Один товарищ попросил меня прислать фото в профиль, но нет, это был не профиль лица, а профиль всей фигуры. На мой вопрос: «Зачем?», резонно ответил: «Хочу посмотреть нет ли у тебя живота»))) Я написала: «Что живот должен быть у каждой уважающей себя женщины)))) Шутку не понял) Расстроился и перестал писать… Ну что поделаешь)) Живот я знаю давно, и он мне ближе)
Четвертая группа: «КРУТЫЕ». Фото на фоне дорогущей машины, фото из ресторана, фото на берегу океана или на яхте. В хорошей физической форме: да честно говоря, просто картинка: такие в метро мне ни разу не встречались))) Проникновенная анкета о том, как он невероятно занят, но так хочет найти ту единственную. А пишет так – Пушкин отдыхает) Но даже я со своим оптимизмом почувствовала подвох))) Ну и не зря… Это брачные агентства, которые вызывают несчастных, мечтающих о любви с прекрасным принцем женщин на свидание, а по факту в агентство, где женщинам обещают за деньги найти… вот, практически, такого же. Тот, что на фотографии, буквально, вчера встретил ту единственную. Подруга моя не поверила и сходила, хорошо, что деньги не отдала) А так… обидно, конечно: напланируешь, как счастливо вы будете жить вместе, а он уже кого-то встретил…. Ветреный )
Пятая группа: «РСП». Эта группа мужчин, которая называет женщин, у которых есть дети, разведенки с прицепом, сокращенно РСП. Очень неприятно звучит. Я в анкете сразу указала наличие ребенка. Для информации, а не для того, практически, цитирую: «чтобы посадить мне на шею себя и ребенка, а я должен буду еще вас обеспечивать», ну тут я возможно, была резка, ответив, что хорошо зарабатываю сама, и к ребенку его на пушечный выстрел бы не подпустила. На том общение и прекратили)
Если на фото природа, или какой-то известный актер или не разглядеть лица, то это скорее всего он из группы «ЖЕНАТЫЕ». Там все либо плохо с женой, либо просто хочется разнообразия (истории разные). Но к чести этих мужчин, они признавались сразу, оставляя выбор за тобой. Я такие отношения не приветствую, но кто я такая, чтобы судить других) Но пишут они, заслушаешься)) Сразу видно, что женщин понимают и относятся к ним великодушно))) Многолетний опыт общения чувствуется в каждой строчке, в каждом выверенном слове. Они прошли школу выживания с нами-женщинами и теперь готовы к романтическим отношениям, ну вот только не развелись) Я за месяц по манере написания научилась определять их, практически, безошибочно)
И меня удивили мужчины 23-28 лет, которые писали в анкете, что им 40, фото ставили затемненные, поначалу можно предположить, что мужчина очень хорошо выглядит и следит за собой, но вот по общению палятся сразу. Очень любили голосовые сообщения, что сразу отличало их от мужчин более старшего возраста) Шесть лет назад голосовые писала, преимущественно, молодежь. На вопрос зачем тебе женщина, годящаяся, практически, в матери, один мне ответил: «Ну вы на опыте и выглядите хорошо, и ухаживать за вами не надо»))) Расстроил меня, конечно, тем, какие мы оказывается непритязательные) Задумалась.. прав, мы, действительно, не сильно требовательны, главное, чтобы человек был хороший… не пил и не бил – уже неплохо, ну хотя: «Бьет, значит любит..» (Шутка)
В общем, опыт был интересным, забавных историй много. Моя упавшая после развода самооценка сильно поднялась и достигла своего максимума))) Даже по молодости не ходила на такое количество свиданий. Что страшно в сайтах знакомств – это иллюзия огромного выбора и как следствие пренебрежительное отношение к противоположному полу… « Ну не ты, так другая..вас тут много».. В обычной жизни так легко не разбрасываются людьми, как на сайте. Ну и вообще, я заметила, что в интернет-сообществах многие люди чувствуют себя значительно раскрепощеннее в высказываниях. Стала замечать это и у себя. Решила, что пора заканчивать. Искренне старалась никого не обижать, потому что понимала, что за всей этой внешней бравадой скрывается ранимый человек. Несмотря на отрицательное отношение к сайтам знакомств у моих приятельниц и подруг, мне понравился опыт. Если относиться к нему с изрядной долей юмора, и не обижать друг друга – возможно, из этого получится что-то хорошее) А может даже и надолго)
Всем добра)
|
|
ДИВАН
София считалась самой красивой девушкой на курсе, плюс она еще и на красный диплом шла. Естественно, у нее были толпы пассивных поклонников и даже десяток тех кто поактивнее. На тот момент в число активных ухажеров пролез Игорь. Обычный парень, не богат, звезд с неба не хватал, но всегда чем-то занимался, старался выбраться из студенческой нищеты.
Вот однажды после второго свидания, Игорь проводил Соню до подъезда, галантно попрощался, а Соня поймала ухажера за рукав и просто сказала:
- Подожди, зайди, давай хоть чаем тебя напою, а заодно с мамой и дедом познакомлю.
Что? Испугался? Не хочешь– ну, как хочешь.
- Почему это не хочу? Я очень даже с удовольствием, но как-то неожиданно. Надо было бы хоть тортик прикупить, там…
- Ты думаешь, что за тортик они тебя сразу полюбят?
- Ладно, если только ненадолго.
- А ты нам надолго зачем?
- Логично, убедила.
Вошли, Игорь напоролся на цепкий взгляд Мамы. Довольно холодно познакомились и София повела Игоря в комнату Деда.
Дед с трясущейся головой, полулежал на своем огромном, темно-сером диване.
Рядом с диваном ожидали ходунки и даже утка, на всякий случай.
- Дедушка, познакомься – это Игорь, мой одногруппник, мы в кино ходили.
Дед недоверчиво посмотрел на ухажера, протянул старческую ручку и сказал слабым голосом:
- Анатолий Севастьянович, только я не дед Софии, а прадед. Ну, так и что вы, Игорь, хотите от нашей Софии?
На выручку подоспела Соня:
- Дедушка, он ничего не хочет, просто Игорь меня до дома проводил. Или ты хочешь, чтобы я в одинадцатом часу одна добиралась?
- Нет конечно, одной нельзя. А скажите-ка мне, Игорь, чему равен определитель единичной матрицы? Или хотя-бы, чему равен «i» в квадрате?
- Оп, оп, оп, Дед, не грузи человека, он и так в шоке. Не переживай, он намек понял и уже уходит. Игорь, а, кстати, Анатолий Севастьянович работал завкафедрой в нашем институте, правда – это было еще до рождения всех наших преподавателей…
Игорь ушел, а Соня с мамой в комнате деда еще долго выслушивали, что этот Игорь слишком простоват и туповат для Софии. То ли дело Алик, у Алика хоть машина есть, уже не на метро по ночам возвращаться. Или, на худой конец, Марк, мы хоть семью его знаем. А этот, ни то, ни се. Да еще и в математике полный ноль.
Спустя неделю, Дед очень удивил всю свою небольшую семью: Вечером, когда мама вернулась с работы, а Соня из института, они обнаружили потрясающую картину – Дед, сидя на табуретке и одной рукой держась за ходунки, маленькой щеточкой мыл свой диван. Точнее сказать, домывал. Перед ним на полу стоял тазик с мыльной водой, Дед окунал в него щетку и потихоньку тер какое-то незаметное пятнышко. В том что девяностосемилетний Анатолий Севастьянович, пытался хоть что-нибудь сделать по хозяйству, как раз не было ничего удивительного, он всегда был деятельным человеком и его тяготило старческое бессилие. Но что это стал за диван! Еще утром это был темно-серый, стариковский, трагичный диван, весь засаленный, как будто бы даже немножко дерматиновый. Повсюду замытые пятна от… в общем, жуткие пятна.
А к вечеру дед отмыл свой диван, практически до первозданного состояния. Ни одного пятнышка и что самое поразительное, настоящий цвет дивана оказался не грязносерым, а почти белым, с легким, голубым оттенком. Мама даже слезу пустила, потому что внезапно вспомнила этот цвет из своего глубокого детства. Да и запах, запах старости испарился, как и не бывало, в дедову комнату воцарился запах дорогого мебельного магазина.
Дед еще долго гордился и хвастал своим подвигом Геракла, да и было чем хвастать. Мама с Соней безоговорочно признали, что им бы не хватило, ни сил, ни усердия, а упорный Дед, вот смог, ему стоило только сильно захотеть…
Как-то в разговоре Дед спросил:
- Софья, а где тот твой ухажер, Игорь? Что-то он к нам не заходит. Пригласи его как-нибудь, пусть хоть на мой голубенький, чистый диван полюбуется, а то в тот раз он смотрел на него как буржуй на маузер. Кстати говоря, я поразмыслил на досуге и пришел к выводу, что этот Игорь совсем не плохой парень и видимо относится к тебе очень серьезно.
Во всяком случае, Алик ему и в подметки не годится, а уж тем более Марик. А машина– дело наживное…
- Да все нормально с ним, если хочешь, то я его хоть завтра в гости позову…
Через полгода Соня и Игорь поженились, а Анатолий Севастьянович всю оставшуюся жизнь так и прожил на своем чистейшем диване с голубым отливом, на этом диване он и умер во сне, совсем чуть-чуть недотянув до ста.
P.S.
Прошло почти двадцать лет.
Как-то на даче, Игорь и Соня учили уму-разуму своего старшего сына – студента первокурсника:
- Сынок, дело ведь совсем не в деньгах, мы с Мамой тебя любим и нам ничего для тебя не жалко. Но откуда этот инфантилизм? Да и что это за цены на кроссовки? Они что, за тебя будут в институт бегать? Я все понимаю, но покупать кроссовки за десять стипендий, даже за одинадцать…
- Да, Папа прав, кроссовки, которые стоят как подержанный автомобиль– это уже не обувь, а что-то другое. За такие деньги можно целые олимпийские игры в нормальные кроссовки обуть. Даже вместе со зрителями. А если ты действительно хочешь такие кроссовки, не вопрос, заработай. Ты молодой, здоровый парень, заодно и покажешь, что ты не только молодой и здоровый, а еще и умный и целеустремленный.
- Легко тебе говорить «заработай». А как я заработаю? Хорошо вам с Папой было в ваше время. Повсюду можно было заработать. Сейчас другое время, дорогие мои родители, дру-го-е!
Игорь потихоньку закипал:
- Какое другое!? Что другое!? Время всегда одно и то же! Всегда бедные были одинаково бедны, а богатые одинаково богаты, всегда нужно было крутиться, чтобы добыть себе кусок хлеба. Слава богу, что ты с этим не столкнулся пока. А представь себе, я вот с самого первого курса, почти каждый день подрабатывал; и утром до лекций и после, почти до самой ночи. Ездил с огромной сумкой на колесиках по всему городу. Ты думаешь, что я от этого удовольствие получал? А весила моя телега килограммов двадцать пять, а то и больше . Таскался как Папа Карло по заказам, зарабатывал. Мне ведь нужно было не только что-то есть, еще и родителям подбрасывал.
- Ну и что ты там таскал? Что ты делал, Папа?
- Представь себе экстрактор - это такая здоровая гробина, похожа на пылесос, к нему всякая химия, бутылок двадцать, может больше. Тряпки, щетки с мотором, насадки, фен для сушки, маленький пылесос и ещё бог знает что. Я занимался химчисткой мягкой мебели. Так, бывало, умудохаешься, пока отмоешь какой-нибудь зассаный матрас, или диван…
Игорь как будто уперся головой в стену, он почувствовал на себе взгляд жены.
- Ой, черт, Соня, прости пожалуйста, ох дурак я, дурак. Я ведь Деду поклялся унести в могилу его секрет… наш с ним секрет…
|
|
Каждый суслик в поле агроном. (поговорка)
В последние дни на сайте нет ни одного выпуска где множество диванных експертов не высказались по теме Венесуэлы и Ирана.
Но если про первую страну ничего сказать не могу, то про Иран я хоть и не експерт но свои пять копеек вставлю.
Летом восемьдесят шестого года мне довелось нести службу в наряде на левом фланге нашей заставы.
Служба не пыльная, стоишь на вышке и наблюдаешь в ТЗК за сопредельной территорией, докладываешь старшему пограннаряда деду все что видишь.
Дед в отличии от меня дремлет в теньке, ему напрягаться не положено, он думает о дембеле. Поселок расположен был в двухстах метрах от Аракса так что в ТЗК легко было рассмотреть даже лица людей и если повезет полюбоваться красивой персиянкой.
- Тащ сержант, в поселке на площади базар, автолавки стоят, народу до хрена.
- Тащ сержант, вижу на поле у Аракса местные на ишаке подъехали на покос травы.
- Тащ сержант, два жандарма пришли напротив нас к Араксу.
- И что они делают?
- Срут тащ, сержант!
- Ну если к нам поплывут или ишака ебать будут тогда буди.
До конца наряда оставалось еще два часа когда услышали вызов дежурного.
- Шлем, там с правого фланга со стороны Сиарутской роты к вам движутся три грузовика, автобус и пикап с пулеметом, разбуди старшего щас тревожка подъедет.
- Тащ сержант, сюда грузовики движутся и джип с пулеметом и к нам тревожка едет.
Дед нехотя поднялся и припал к ТЗК.
- Шлем, а куда делись местные и жандармы?
- Не знаю, минуту назад были здесь, а сейчас остался только ишак который травку щиплет.
- Сам ты ишак, смотри куда съебались, проверь камыши?
Через пять минут прилетела Шишига с тревожкой в составе пятерых дедов во главе с зампобоем.
Каждый занял свою позицию, кто в окопчике кто за железкой.
Колона грузовиков на скорости влетела в поселок на площадь и из машины стали выскакивать крепкие бородачи в песочной форме с автоматическими винтоваками наперевес, часть из них окружила площадь а вторая двинула по улицам.
Народ в панике пытался бежать но бородачи окружили плотно, выдергивая по одному из толпы и пакуя в автобус.
Надо сказать что жандармы которые охраняли границу были же такими молодыми распиздяями как и мы, те же кто выскакивал из грузовиков были взрослыми мужиками, обученными и хорошо экипированными бойцами которые действовали очень слаженно.
- Тащ капитан, че за хуйня происходит? Куда они их пакуют? Кто это?
- Куда, куда, мобилизуют с Ираком воевать! Это КСИРовцы!
Корпус Стражей Исламской Революции? Мы много слышали об этой службе на политзанятиях, по рассказам замполита это были звери, отборные части, но никогда их в наших краях не видели.
За семь лет до этого в Иране произошла революция и тогда они и появились. К восьмидесятому году границу закрыли на замок, хотя до этого приграничное движение было относительно свободное.
По рассказом местных азербайджанцев на том берегу у них осталось полно родни и раньше при Шахе они могли ездить туда как и они к нам на похороны и свадьбы.
Да и наши офицеры наносили визиты к персам как и они к нам.
Еще при Шахе жандармам раз в месяц даже привозили на пост проституток из соседнего городка, а теперь прекратили.
Нравы тогда в Иране были свободными, затем наступили средние века.
Границу закрыли наглухо, и единственная связь была когда через Аракс местные азербайджанцы с той стороны криком передавали новости местным с этой стороны.
- Эй, друг, передай Мамеду Гуссейнову что его дедушка Али умер...
- Предайте Юсуфу что его племянница Гюльнара вышла замуж...
Нам ставилась задача в соответствии с инструкцией задерживать местных за общение с той стороной, но мы смотрели сквозь пальцы понимая ситуацию, тем более многих местных мы знали по именам и в лицо.
Буквально через двадцать минут в автобус погрузили еще человек десять молодых парней и толпа с воем кинулась перекрывать дорогу пытаясь помешать выезду.
Тогда пулеметчик на джипе развернулся и дал длинную очередь поверх голов в сторону гор в свой тыл.
Толпа расступилась, колонна медленно стала отъезжать.
В машины полетели камни и палки, в ответ раздались выстрелы, люди стали разбегаться.
Когда машины отъехали и пыль осела, мы увидели лежащих на земле человек пять мужчин и женщин, которые катались держась за раненые ноги.
К счастью были живы все, попало по ногам и никого не убило.
Как только машины скрылись за поворотом, тут же нашелся местный с женой и два жандарма. Увидев колонну они со скоростью суслика зарылись в стог сена и сидели там до момента отъезда КСИРовцев.
И только ишак все это время невозмутимо продолжал жевать травку отгоняя хвостом назойливых мух, и даже выстрелы не могли оторвать его от этого занятия.
Если честно, то мне восемнадцатилетнему пацану было жутко на это смотреть.
Все груились в Шишигу молча, каждый думал о своем, я понял что не только на меня одного это произвело впечатление, но даже на зампобоя. Вечером на заставу приехал особист из отряда, опросил всех в ленинской комнате, после чего настоятельно порекомендовал все забыть и никому ничего не рассказывать.
P.S. Вчера ехал на такси с флагом Азербайджана на заднем стекле и водителем азербайджанцем который был родом из Баку и уже двадцать живет в России.
Разговорились, он узнал где я служил спросил мое мнение и я ответил честно что не знаю, но мне кажется будет большая кровь и ничего хорошего.
Он же наоборот с воодушевлением отнесся к этой новости утверждая что это хорошо.
На вопрос что в этом хорошего, ответил - У Азербайджана теперь появился шанс.
- Какой шанс?
- Ну когда начнут дерибанить Иран, можно будет отжать Северный Азербайджан, ведь это наши исконные земли.
В конце разговора он уверенно заявил - Израиль нам поможет! Потом немного подумав он уже менее уверенно - Наверное...
Всем хорошего дня! Морали и двойного смысла в истории нет, просто сегодняшние события напомнили....
10.01. 2026 г.
|
|
[B]Болид в ночном небе: Владимир Иванов и цена роли Олега Кошевого[/b]
Для зрителей старшего поколения, чья юность пришлась на советские годы, чёрно-белая «Молодая гвардия» 1948 года — не просто фильм, а часть личной памяти и гражданского становления. В этом ряду бессмертных образов роль Олега Кошевого, одного из юных вожаков краснодонского подполья, в исполнении Владимира Иванова, стоит особняком.
Финальная сцена казни молодогвардейцев — одна из самых душераздирающих в истории отечественного кино. Игра Иванова настолько глубока, искренна и пронзительна, что даже сегодня, спустя десятилетия, смотреть этот эпизод без содрогания почти невозможно. Можно пересматривать три четверти картины, но последние кадры требуют серьёзного душевного усилия. Безусловно, все актёры в этой сцене трагически убедительны, но именно Иванов приковывает к себе внимание, становясь эмоциональным эпицентром всеобщего страдания.
Однако за эту гениальную убедительность актёр заплатил высочайшую цену. Он настолько глубоко вошёл в роль, так сросся с образом юного героя-мученика, что не смог самостоятельно из него выйти. Коллега по картине, Инна Макарова, вспоминала, как сопровождала Владимира Николаевича в психиатрическую лечебницу. Даже там, в приёмном покое, на вопрос «Как вас зовут?» он отвечал: «Олег Кошевой» — и рвался продолжать борьбу с врагом.
К счастью, врачам удалось помочь актёру. Он постепенно, мало-помалу, вернулся к профессии, но его карьера уже не была прежней. Следующий фильм, «Земля и люди», где он снялся, вышел лишь спустя семь лет. С тех пор Иванову, как это часто бывает с актёрами, пожизненно отмеченными одной звездной ролью, доставались в основном роли второго плана.
За исполнение своей самой яркой и трагической роли Владимир Иванов был удостоен Сталинской премии в 1949 году. Ушёл из жизни актёр 24 января 1995 года, в возрасте 70 лет.
Но даже если бы за всю свою жизнь он сыграл только одного Олега Кошевого, его след в истории отечественного кино остался бы неизгладимым. Подобно яркому болиду, вспыхнувшему на ночном небе, его творчество оставило свет, который и сегодня обжигает сердца зрителей.
|
|
«Я, воспевающий машину и Англию,
может быть, просто,
в самом обыкновенном евангелии
тринадцатый апостол»
В. Маяковский. «Облако в штанах»
Тринадцатый апостол, — образ, очень раскрученный в культуре и искусстве. Вспомним хотя бы одноимённый советский фильм! Там действие происходит на Марсе, поэтому все роли играют прибалтийские артисты. В советской киновселенной, если события происходили за пределами СССР, в действие сразу вступали Банионис, Будрайтис, Адомайтис… Отличные актёры, кстати! А мне, к стыду признаться, очень нравится американский вариант Тринадцатого апостола: в забавном фильме «Догма» симпатичный ниггер объясняет главным героям, что он 13-й ученик Христа, которого выкинули из евангельской истории, потому что он чёрный.
Шутка в том, что 13-й апостол реально существовал, и это зафиксировано в «Деяниях апостолов». Можете легко убедиться: наберите «список 12-ти апостолов» — в ИИ и в любом поисковике вам выдадут тринадцать имён. Конечно, одновременно их всегда было 12, Матфий вышел на замену выбывшего Иуды. Но всё-таки 13!!!
Факт этот не нов, я никого не хотел удивить, но в этой истории, в которой Иисусу выбрали нового ученика (а его именно выбрали оставшиеся 11) уже после окончания земной жизни Христа, есть некая загадка, о чём и хотелось поговорить.
Двенадцать апостолов, — это первые и ближайшие последователи Иисуса, каждого он отбирал лично. Нигде не сказано, что их должно было быть непременно двенадцать. Конечно, число «12», оно же дюжина, однозначно наполнено сакральным смыслом, и не надо обладать недюжинной эрудицией, чтобы накидать вдосталь подтверждений этому, в том числе и церковных: к примеру, «двунадесять» великих православных праздников.
Но Христос не набирал именно дюжину, просто так сложилось. Позже, когда круг его последователей расширился, Иисус рукоположил ещё семьдесят апостолов. Некоторые апостолы «от семидесяти» хорошо известны: в первую очередь, евангелисты Лука и Марк, а также Тимофей, которому адресовал свои послания апостол Павел. Сам Павел, к слову, не входил ни в число 12-ти, ни в число 70-ти, он вообще в земной жизни Христа с ним не пересекался. Сам Павел слово «апостол» употреблял в широком смысле «посланник, проповедник», что применимо и к нему самому.
Но вернёмся к нашим … 12-ти апостолам. Все они получили свой статус непосредственно от Христа. Кроме Матфия! В чём смысл этого заполнения открывшейся вакансии на конкурсной основе (было два претендента)? Неужели уже было некое штатное расписание, и должность предполагала какой-то функционал?
Это наводит на мысль, что уже тогда существовала жёсткая иерархия и управленческая структура. Судите сами: Матфий, он же не с улицы пришёл. От был апостолом «от семидесяти». Он уже был апостолом! Но его сделали апостолом более высокого ранга, это как прапорщику дали звание старшего прапорщика!!
Мне всё-таки, думается, что объяснение другое. Просто эти ребята поначалу решили не афишировать события Страстной недели. Все знают, что у Христа 12 ближайших учеников, — вот они, все 12 налицо, можете пересчитать. Иуда? Да, есть — Иуда Фаддей, святой подвижник. Иуда Искариот? Нет, не слышали, похоже, вброс…
Однако же вышло так, что все про всё узнали. И про предательство Иуды Искариота, и про троекратное отречение Петра от своего учителя, и про неверие святого Фомы (он же Тома), который пихал пальцы в раны Спасителя…
Что и наводит на мысль, что это всё правда. В выдумках всё всегда идеально.
А тем кто дочитал, бонус от Сергея Трофимова:
«Я скучаю по тебе,
Как апостол по святым мукам…»
|
|
Сколь я себя помню, офицеры советской, а потом и российской армии подчёркивали первостепенную важность строевой подготовки. Для тех же молодых оболтусов, которые сомневаются в мудрости поколений и необходимости муштры, я позволю себе напомнить одну в принципе известную, но не очень афишируемую историю.
30 апреля 1945-го года в результате третьего по счёту штурма батальон капитана Степана Неустроева ворвался в здание рейхстага. Рота старшего сержанта Ильи Сьянова сколь возможно расчистила путь на крышу и знаменосцы младший сержант Кантария и рядовой Егоров под руководством лейтенанта Береста установили на фронтоне красный флаг. 2 мая они же перенесли на купол уже захваченного здания то, что отныне стало называться "Знамя Победы".
24 июня 1945-го года в Москве состоялся Парад Победы. На котором, конечно же, должны были пронести и Знамя Победы. Для этого в Москву откомандировали очевидную знаменную группу и она приступила к тренировкам, в ходе которых выяснились неприятные подробности. Предполагаемый знаменосец, капитан Степан Андреевич Неустроев, в свои двадцать два года имел пять ранений, в том числе тяжёлое в ногу, сильно хромал и был физически не способен день за днём отрабатывать строевой шаг. Ассистенты Берест, Кантария и Егоров также продемонстрировали недостаточный уровень строевой подготовки, поэтому в итоге парад решили провести без них, а заодно и без Знамени.
Так что запомните, дети, наша будущая краса, слава и доблесть. То, что именно в вас в наибольшей степени воплотился образ воина-победителя, ничего не стоит без умения чётко печатать шаг и красиво тянуть носочек.
|
|
Самый страшный экзамен по английскому языку застиг меня на автобусной остановке в Англии. Килограмма два потерял, два кило живого веса.
Это был второй месяц моего пребывания, стояла ранне-осенняя солнечная погода, что для Казахстана не диковинка, а для бледных жителей Альбиона повод с несчастным видом вяло передвигать конечностями и еле-еле выполнять социально-общественные функции. Зато в дождь эти бледные подобия человеков расцветают и начинают неподецки шарить и прямо летать. Эволюция вывела нацию жизнерадостных дожделюбов.
Так значит, сижу я на остановке под лучами южнобританского солнышка, щурюсь котярой, накапливая к зиме витамин Д... Как вдруг с соседней лавочки с безупречным Би-Би-Си произношением раздается "Hello". Я поворачиваю свой слегка гудящий после вчерашнего... (что это было? Наверное, просто вечер пятницы, студенты отрывались в пабе) ...гудящий после вчерашнего жбан и...
И вижу маленького голубоглазого ангелочка шести, наверное, лет, в аккуратно отглаженном платьице, всю в кудряшках и локончиках, с красивой лентой в волосах. Я даже малость отодвинулся, дабы не накрыть ребёнка выхлопом. Но она на меня смотрит благосклонно, как смотрела бы, скажем, королева развитой европейской державы на неумытого папуаса, который как раз ради приезда коронованной особы надел нарядные калоши старшего брата и на её глазах красиво пизданулся во весь рост в кучу носорожьего навоза.
"Хэллоу," - лихорадочно согнав в кучу все скудные на тот момент познания английского языка, ответил я, покосившись слегка на мамашу которая трепалась с подругой, сидя к нам спиной, и за всё время ни разу не повернулась.
И это эфемерное существо, далёкое от всех земных проблем, которому невозможно даже помыслить объяснять, что дядя вчера чуточку накушался пива и потом хотел удаль молодецкую показать, и продолжил текилой, а водкой Popov (потому что к тому моменту было всё равно, что пить) уже в конце полирнул... - ну как это всё святому ребёнку говорить, который смотрит на тебя как на нормального ответственного взрослого... - в общем, задаёт она чертовски трудный вопрос, над которым я сам голову ломал не один день:
- Do you speak English?
"Йес, ай ду" так просто, с кондачка, не скажешь, ибо по справедливости говоря, не очень-то я "ду" сегодня, даже по-русски. Я под категорию "человек"-то с трудом нынче подхожу - так, двуногое непрямоходящее. Может как до паба дойду, так включится у меня второе "ду"... Ну вот КАК это всё милому ребёнку говорить?
- Да так, - говорю. - самую малость, - и пот со лба утираю.
Далее, собравшись с мыслями и с силами, я светски отметил хорошую погоду, и поинтересовался как её дела. Аристократично кивнув головой, ангелочек ответила, что дела в общем-то неплохо. Было бы органично, если бы она тем же светским тоном продолжила: "Только в окраинных метрополиях стали забывать старые пути, и начинают немного не платить налоги и чуточку роптать. Нужно, пожалуй, послать туда британский флот и побольше плотников сколачивать виселицы...", но она всего этого, конечно, не сказала. В этот момент презент континьюс, презент симпл и особенно презент пёфект начали играть в голове в чехарду и, гады, хохоча, стали меняться окончаниями и заниматься другими безобразиями. "Жи-ши пиши через И" - издевательски пропели английские времена, показывая факи. Брошенный на произвол, я отважился на конструкцию "куда вы ехать?" Лицо пылало. Никак не выказав удивления моими издевательствами над английским (очевидно, в то утро, мой всклокоченный вид жертвы кораблекрушения и мой runglish гармонично дополняли друг друга), это небесное существо сообщило мне, мастерски владея тоном и тембром, что они с Матерью (лёгкий кивок в сторону погруженной в беседу спины) едут в Саутгемптон навестить бабушку. "Do you know where Southampton is?" - мелодичным, как серебряный колокольчик, голосом спросила она. Чисто английским posh тоном, когда понимаешь, что твой ответ никому вообще-то неинтересен.
Я повторно вытер обильно выступивший на лбу пот. Этот "is" в конце предложения, как маленькая электрическая плётка щелкнула по синапсам и аксонам с нейронами - "чотакое, зачем он, такой is в конце, ась?" - пронеслось гулким эхом по пустым закоулкам черепа. Спине вслед за лицом стало нестерпимо жарко. И я ответил, рефлекторно оттягивая указательным пальцем ворот тишотки, что да, более или менее представляю. Далее, принцесса царственно сообщила мне, что её зовут Ellie.
- Очень приятно! Меня зовут Олег.
- 'xcuse me? Oily Egg? - и глаза большие-большие.
- Russian name, nev'r mind... А ты знаешь, что есть такая книжка про девочку Элли, которую ураган унёс с собакой в волшебную страну?
- No, I do not! - приподняла бровь Элли, которую само предположение, что пусть не её, пусть другую Элли, могло унести ураганом, да ещё и с собакой, привело в негодование.
- Да нет, всё нормально, она нашла трёх верных друзей: пугало, железного человека и льва...
Вежливый кивок ("Далее...")
- ... и они пошли в Изумрудный город, чтобы получить от волшебника...
- Wait a minute, - расширила глаза Элли, - мне кажется, я знаю эту историю. Продолжай.
- ...и они вместе преодолели много трудностей и попали в этот Изумрудный гор...
- Стоп! Вспомнила! Ты мне рассказываешь The Wizard of Oz. Только девочку звали Дороти.
Под пристальным взглядом голубых глаз я начинаю немножко ёрзать и потеть, как будто меня застали за чем-то постыдным. Как например, если бы в классе все нормальные дети нарисовали ёлочку и деда мороза, а я за тот же час - гениталии с матерной подписью и подломил у учительницы ридикюль...
- Ну, вообще, это книга одного американского писателя...
- Погоди, ты сказал "книга"? А я видела фильм. Очень старый фильм. Не как ты или другие люди старый, а как дома и деревья старый.
Мы немного помолчали из уважения к такой старости.
- Как динозавры, - прошептала она наконец, как бы сама себе.
- А у нас её переписал по-русски писатель по фамилии Volkov.
Элли смешно наморщила носик.
- Он что, украл (на слове "украл" её голос дрогнул и понизился до уровня почти шепота, как бывает, когда вынужденно говорят неприличное слово) чужую книжку?
- Ну, не совсем украл, он в предисловии честно написал, что в детстве читал книгу Фрэнка Баума...
- Honey, here comes our bus! - раздался голос. - Say bye to this gent'man and ge' ready...
- Goodbye, mister Oily, - вежливо сказала Элли, поднимаясь.
- Прощайте, Your Royal Highness...
В общем, они уехали в Саутгемптон, а я еще долго сидел на лавочке. По зрелым размышлениям, пришёл к выводу, что надо перестать валять дурака по пабам и начать серьёзно учить английский. А то при разговоре с маленькими принцессами придётся потеть и покрывать себя позором. Вот прямо сейчас, пойду-ка я не в паб, а в библиотеку... Хахаха, очень смешно, сегодня, конечно, в паб. А завтра точно начну!
И да, меня в первый и последний раз на территории Соединенного Королевства назвали джентльменом.
|
|
В этот день, 22 июня 1898 года, в немецком городе Оснабрюк родился Эрих Мария Ремарк.
Необычно совпало, что Великая Отечественная война началась в день рождения Ремарка. Ведь Ремарк является автором, пожалуй, самого известного антивоенного романа 20-го века — «На Западном фронте без перемен». Впрочем, в России традиционно были более популярны другие его романы — «Три товарища» и «Триумфальная арка». Они издавались миллионными тиражами.
Многих удивляет, что часть имени писателя женская. Находятся даже те, кто думает, что Ремарк — это женщина. При рождении Ремарк получил вполне обычное для Германии мужское имя — Эрих Пауль. Но осенью 1917 года от рака скончалась мать будущего писателя Анна Мария, которую он очень любил. Эриху тогда было 19 лет, и он находился в военном госпитале после ранения на Западном фронте. Сообщение о смерти матери так потрясло Ремарка и ему было так грустно, что он не смог провести последние минуты жизни матери с ней вместе, что он решил увековечить её имя и сменил своё второе имя Пауль на второе имя матери — Мария. Так Эрих Пауль Ремарк стал Эрих Мария Ремарк.
В семье Петера Франца Ремарка, книжного переплётчика, было четверо детей — два брата Эрих Пауль и Теодор Артур (1896—1901) и две сестры Эльфрида (1903—1943) и Эрна (1900—1978).
На детской фотографии, выбранной в качестве иллюстрации к посту, нет старшего брата Ремарка — болезненный первенец умер в возрасте пяти лет.
Мученически завершила свою жизнь самая младшая в семье Эльфрида Ремарк (Шольц по мужу), она в центре на фотографии. Её обезглавили в 1943 году по приговору о смертной казни «за возмутительную пропаганду в пользу врага и подрыв обороноспособности». По факту Эльфрида, работавшая портнихой, просто как-то в разговоре с приятельницей в сердцах сказала, что считает солдат пушечным мясом, а саму войну — гадостью, что она терпеть не может Гитлера и, если б могла, с удовольствием выстрелила бы ему прямо в лоб. Подруга зачем-то рассказала про это мужу, а тот, будучи верным гитлеровцем, незамедлительно написал донос на подругу жены.
Спустя четверть века именем Эльфриды Ремарк будет названа улица в Оснабрюке, а Эрих, будучи глубоко потрясенным гибелью сестры, посвятит ей роман о концлагере нацистов «Искра жизни».
|
|
Самым запоминающимся уроком в школе к нас был урок химии. На одном из первых уроков, когда учительница поняла, что предмет никому особо неинтересен, она на перерыве при нас стала готовить цезарь, салат выглядел просто великолепно. Мы все стояли вокруг и роняли слюнки. Когда начался урок, она сказала, что мы сейчас будем писать тест, кто напишет лучше всех - скушает салатик, а кто хуже всех, тому салат она заправит не шикарным соусом, а странной жижей, которая осталась после экспериментов на уроке старшего класса. Конечно, старались все безумно, но были как победители, так и проигравшие. Она достала колбу, вылила в салат что-то безумно странное и мерзкое и отдала на съедение двоечникам. Они воротили нос, кривлялись и кричали, что та не имеет права, но всё же ели. После занятия приходили родители, чтобы пожаловаться, но после разговора с учительницей лишь поддерживали её, и вот только в прошлом году я узнала секрет, что никакие это были не отходы от эксперимента, а обычная сметана, просто подкрашенная разными травками, перцем и куркумой... Но после этого случая химию старались учить все, чтобы в следующий раз не попробовать обещанный нам химический смузи...
|
|
Памяти Виктора Владимировича Геращенко...
У моего старшего дядьки жена была из Эстонии. Она рассказывала, что если у них в Эстонии крестьянин никак не мог свою дочку выдать замуж, то он говорил: "Ну если наши не берут, то финны уж точно возьмут".
Мой товарищ работал на "Мосфильме" вторым оператором. Как-то раз мы встретились в Лондоне и пошли на гастроли Товстоноговского театра, на "Идиота". Мышкина играл Смоктуновский, а мой приятель был с ним знаком. И вот: Рогожин убивает Настасью Филипповну, занавес потихоньку закрывается, Мышкин наклонился, держит её на коленях, жидкие аплодисменты, а мой друг кричит: "Кеша, браво!". Тот вздрогнул.
Однажды сотрудник ГАИ меня останавливает и спрашивает: "Виктор Владимирович, во что деньги перевести - в евро или доллары?". Я говорю: "А ты сколько вчера набрал?". Он смеётся и отпускает.
|
|
«Ах, Моська знать она сильна, коль лает на слона».
И.А. Крылов
Бык и моська. Рассказ старшего товарища.
В те далекие времена мой приятель был ещё не замечательным терапевтом, а 14-летним Колей, любившим посидеть с папой на бережку следя за поплавком, на костре сварить уху из улова и отобедать на природе.
Как-то, медитацию с удочкой нарушили 2 катера причалив рядом. Они были огромны и нестандартны (Николай позже узнал характеристики и происхождение), с 120-ти сильными газоновскими движками, сделанные полулегально на автозаводе и торгуемые по себестоимости или дарившиеся начальству.
С посудин высыпал многочисленный десант из женщин, детей, глав семейств и маниакально злой собачонки, готовой искусать и облаять весь мир, но крохотной на радость окружающих (аналогия с бодливой коровой). Были выгружены припасы и 20-ти местная армейская палатка, быстро установленная общими усилиями.
По утру рыболовы застали купающихся и загорающих чад и домочадцев без мужиков, ушедших на охоту. Расположились, закинули удочки. Постукивал дятел, свистели птички – ничего не предвещало... Бредущее колхозное стадо под присмотром пастуха и свирепого бычары с пирсингом в сопящих ноздрях и глазами, налитыми кровью, довершало идиллию. И, все бы ничего, но моська попутав слона с быком (почти одних габаритов), зная из классики о своём беспределе, заблажила истошным лаем. Оказалось, что квёлое хоботное не дурное парнокопытное - рогач услышав снизу звук, не видя источник, со злостью пошел на него, на что моська возмущаясь грубым нарушением жанра, негодуя над тупостью животного, не чтящего заповеди Ивана Андреевича, скользнула в палатку – бык за ней.
Что творилось в шатре можно только догадываться - треск, звон посуды давал примерное представление. Вскоре палатка осела обрисовав контур животного, продолжавшего в ужасе метаться, обессилевшего и жалобно мычавшего. Пастух в оцепенении смотрел на действо не зная, что предпринять – бык задыхался, надо было спасать жизнь, и, тогда, Колин папа предложил вырезать кусок палатки в области головы несчастного, что и было сделано.
Вечером пришедшие с охоты хозяева, увидев разгром, в ярости хотели пристрелить говядину, но это чревато - все таки кооперативная собственность - племенник цены немеренной... Как быть? Ситуация патовая - бык хочет освободиться, но не подпускает к себе. У компашки была канистра со спиртом на всякий пожарный – мало ли... тут, она и пригодилась – решено было напоить зверюгу. Соорудив импровизированную кружку Эсмарха, к шлангу присобачили длинную металлическую трубку прочную и негнущуюся, чтоб ввести ее подальше в глотку и удерживать. Процесс пошел - понемногу вливая разбавленный спирт следили за реакцией тельца, который сначала перестал мычать, затем расслабился, недоуменно поводил осоловевшими глазами и задремал.
Уже ночью, едва растолкав полорогого алкаша, пастух уводил страдающего от похмелья быка на заплетающихся ногах под торжествующий аккомпанемент моськиного брёха, провожаемый матерными напутствиями.
На другой день, утром, телега, с ушедшими вечером на разборки мужиками, выгрузила их, в алкогольной коме с сумкой полной денег за испорченное имущество и отдых, на берег, где немного очухавшись и побросав в лодки раздавленные ружья, отчалили восвояси.
Мораль: не надо заводить или брать в поход образованных мосек.
|
|
ДВЕ БУТЫЛКИ АРМЯНСКОГО КОНЬЯКА
Эта история посвящается доблестным сотрудникам военных комиссариатов России. Сегодня, 8 апреля, они отмечают свой профессиональны праздник в соответствии с Указом Президента РФ от 31 мая 2006 года № 549.
В 70–80 годы прошлого века я работал патентоведом в академическом институте и влачил мирное монотонное существование, которое скрашивалось воскресными походами на книжный рынок, отпусками на юге и нерегулярными выездами с палаткой на природу. Прочие же события, как правило, относились к разряду мелких неприятностей, в том числе приходящие раз в два года повестки из военкомата. Немного волнуясь, я шел в военкомат, и там меня ожидаемо направляли на переподготовку офицерского состава. Да, я был советским офицером: звание младшего лейтенанта мне присвоили после еженедельных лекций на двух младших курсах и лагерей после четвертого.
Что касается самой переподготовки, она сводилась к однократному выезду на стрельбы из автомата, где выдавали по 5 патронов на рыло, и двум неделям занятий после работы. Открутиться было нереально. Поэтому я, выражаясь современным языком, минимизировал издержки. Официально на час раньше уходил с работы и шел пешком в университет, где проходили занятия. В аудитории усаживался как можно ближе к двери, и, дождавшись окончания переклички и начала лекции, выжидал момент, чтобы задать вопрос, ответ на который требовал что-нибудь рисовать на доске. Преподаватель поворачивался спиной к слушателям, а я тихонько выскальзывал за дверь. Из опыта предыдущих стрельб я знал, что на второй паре перекличка не проводится.
Шли годы. В какой-то момент выяснилось, что мне присвоили звание лейтенанта, а потом и старшего лейтенанта. Тем не менее обычный порядок переподготовки оставался неизменным. Поэтому необъяснимый взлет военной карьеры меня не беспокоил, скорее вызывал веселое недоумение. Но вот пришла очередная повестка. За ней - очередной визит в военкомат. Там мне сообщили замечательную новость - я, оказывается, уже капитан, и меня отправляют на сборы для среднего командного состава на полгода с отрывом от производства.
Вот тут я сильно забеспокоился. Жена была на четвертом месяце, вдобавок вскоре предстояла защита диплома в заочном юридическом. Где-то вдали маячила эмиграция, которой излишние знания могли сильно помешать. То есть вопрос нужно было решать сейчас, но как это делается, я не представлял от слова совсем. Жена посоветовала попробовать через институт. Я начал с председателя профкома, с которым был в дружеских отношениях.
- Ну, кто ты для них? - сказал Дима, - Какой-то там патентовед. Даже мохнатой лапы у тебя нет. Никто, никогда, ни при каких обстоятельствах за тебя впрягаться не будет. Нахер ты им сдался?! Крутись сам!
Потерпев фиаско в родном институте, я стал мучительно перебирать знакомых, которые бы имели хоть какое-то отношение к армии. И такой нашелся. Отец одного моего приятеля был подполковником в отставке, участником войны и членом всех ветеранских организаций города. Он меня совершенно искренне поздравил и дал совет:
- Забудь о своих патентах и не упусти шанс! Другого не будет… Тебе дают полгода… Постарайся хорошо себя проявить. А вдруг тебе предложат оформиться на действительную службу? Такое редко, но бывает. Станешь кадровым офицером, защитником отечества. Будешь пользоваться почетом и уважением со стороны гражданского населения, в особенности женского. Выйдешь в парадной форме – все бабы твои! В Партию вступишь. Ну, и деньги другие…
Я не удержался:
- А если отправят служить в Забайкалье или, того хуже, в Афганистан?
- Могут, конечно. Но нужно сделать так, чтобы не отправили. Крутиться и на гражданке нужно, а в армии тем более. Мой зять, например, служит в Германии, в Дрездене. Всем доволен.
Поблагодарив за ценный совет, я вышел на улицу, машинально закурил и вдруг вспомнил, что муж нашей дальней родственницы, Аркадий Семенович, воевал, потерял на войне ногу. Правда, теперь он был совершенно гражданским юристом, но больше обратиться было не к кому.
Аркадий Семенович говорил мало, но он говорил смачно:
- Так, ты идешь на прием к военкому и приносишь с собой две бутылки армянского коньяка. Когда зайдешь в кабинет, сразу поставишь бутылки на стол. После этого можешь переходить к делу. И не переживай – выкрутишься.
Он открыл дверцу серванта, достал оттуда два стакана с толстым дном, а за ними бутылку с темно-коричневого цвета жидкостью и этикеткой «ВИСКИ 73».
- Виски! - сказал он со значением и понемногу налил.
О виски я, конечно, слышал, но никогда не пил. Осторожно понюхал – мне не понравилось.
- Ну, за удачу!
Мы чокнулись и выпили. Виски оказался крепости как водка и очень странного вкуса. Мне снова не понравилось.
Тут я позволю себе короткое отступление и замечу, что сейчас виски – мой любимый алкогольный напиток. Как выяснилось, ячменный самогон после двойной перегонки и многолетней выдержки в бочках из японского дуба мидзунара становится вполне годным к употреблению, особенно если пить его со льдом и не залпом, а маленькими глотками. Некоторые советуют еще и с кока-колой, но мне хватает льда.
Попасть к военкому оказалось на удивление просто - я ждал примерно четверть часа в пустой приемной, потом дверь кабинета открылась, оттуда вышли два веселых цыгана, молодой и старый. Через минуту секретарь пригласила меня. В полном соответствии с инструкциями Аркадия Семеновича я выставил на стол две бутылки дефицитного армянского коньяка пять звездочек (помог достать знакомый по книжному рынку зубной техник) и изложил свои обстоятельства, добавив:
- Товарищ полковник! Вы же понимаете, что в капитаны меня произвели по ошибке – ну, какой из меня капитан?! Пожалуйста помогите эту ошибку исправить.
Суровое лицо военкома осветила улыбка человека, давно постигшего высшую истину:
- Товарищ капитан! Вы же взрослый человек! Должны понимать, что за ошибку кто-то должен быть наказан. Не исключено, что этот кто-то - один из моих подчиненных. Вам это нужно?
Я отрицательно повертел головой из стороны в сторону.
- Сделаем так: - продолжил военком, - я представлю на вас рапорт, на его основании ваше личное дело уйдет в специальный архив. Дела, которые туда попали, уже никогда больше не трогают.
Мне стало интересно:
- А что вы напишете в этом рапорте?
- Сейчас посмотрю.
Он открыл лежащую на столе папку, которая, по-видимому, и была моим личным делом, пробежал взглядом первую страницу. Его лицо снова осветила улыбка:
- Так вы еврей! Считайте, что вам повезло. Напишем, что вы сионист. Это не запрещено в рамках действующего законодательства, но в командном составе войск ПВО сионистам не место. Ближний Восток, сами знаете, - дело тонкое. Согласны?
В какой-то мере я действительно чувствовал себя сионистом, но получить официальный статус желанием не горел. Еще удивился, чем же мне так повезло, и поинтересовался:
- А какие-нибудь другие варианты есть?
- Есть только один – педераст. Статья за мужеложство в УК имеет место, но вам беспокоиться не о чем. Чтобы ее применить, нужно поймать на горячем. С другой стороны, я, как военком, должен прореагировать на любой сигнал, даже анонимку, потому что педерасты в армии - вредный балласт. Знаете, - полковник вдруг оживился, - у Пушкина есть стих: «Кто не брезгует солдатской задницей - тому и правофланговый служит племянницей!» Официально это называется неуставными взаимоотношениями, а по жизни именно так и есть. Поэтому гоним их поганой метлой. Так что решайте сами: или сионист, или педераст.
Я немедленно согласился на сиониста и задал последний, но важный вопрос:
- А на работу не сообщат?
- Не волнуйтесь, не сообщат. Здесь вам не КГБ, нам звезды на погоны падают за другое.
Мы распрощались, крепко пожав друг другу руки.
В итоге полковник оказался человеком слова. Всегда вспоминаю его с теплотой и благодарностью. В военкомат меня действительно больше никогда не вызывали. Мой следующий (он же последний) визит был абсолютно добровольным: я пришел сниматься с учета в связи с выездом за рубеж на ПМЖ.
P. S. Дорогой читатель! Если тебе интересно то, о чем я пишу, приходи в мой блог в Живом Журнале по ссылке https://abrp722.livejournal.com/. Можешь даже подписаться.
Abrp722
|
|
Мало кто сейчас не смотрел или ничего не слышал о фильм Стивена Спилберга "Поймай меня, если сможешь"(2002). Американская детективная трагикомедия, которая повествует о реальных событиях из жизни Фрэнка Абигнейла. Его роль в фильме сыграл Леонардо Ди Каприо.
Но что же легло в основу этого бессмертного фильма, после которого Лео даже был номинирован на Оскар?) Сюжет основан на реальных событиях.
И действительно, 27 апреля 1948 года родился Фрэнк Уильям Абигнейл-младший, в США.
Обладая особым талантом и склонностью к мошенничеству, он в возрасте 16 лет начинает подделывать чеки и обналичивать их по всей стране и за её пределами. За пять лет преступной деятельности его фальшивые чеки на общую сумму 2,5 млн долларов оказались в обращении 26 стран мира. Скрываясь от уголовного преследования, Абигнейл проявил удивительные способности в перевоплощении, выдавая себя за пилота авиалиний, профессора социологии, врача, адвоката и т. п. Поймать мошенника смогли лишь в 1969 году во Франции.
Когда Фрэнку исполнилось 16 лет, его родители развелись. По суду его оставили на попечение отца. Тем не менее, по словам самого Фрэнка, его отец не очень жаждал этого. Развод родителей сильно травмировал несовершеннолетнего Фрэнка, и он вплоть до смерти отца (в 1974 году) тщетно пытался восстановить семью.
По иронии, именно отец и стал его первой «жертвой». Войдя в возраст, когда уже интересуются противоположным полом, молодой Фрэнк, общаясь с девушками, все больше нуждался в средствах.А деньги снимал с кредитной карточки, которую выпросил у отца под предлогом необходимости заправки автомобиля, подаренного также отцом. Он имел своеобразный сговор с работниками заправочных станций: покупая топливо и запчасти, он просил пробивать по карте большую сумму, а разницу от реальной цены делил вместе с заправщиками. Итоговый счёт по карте составил 3400 долларов, о чём Абигнейл-старший узнал только после личного общения со сборщиком долгов. Как оказалось, Фрэнк уничтожал приходившие по почте расходные чеки. За этим не последовало никакого наказания, что еще больше раззадорило юношу.
Пилот авиалиний.
Для беспрепятственного перемещения по стране Фрэнк Абигнейл использовал образ пилота. К тому же, это включало множество преимуществ, таких как бесплатная гостиница и еда.
Представившись молодым пилотом компании, Фрэнк рассказал руководителю отдела снабжения авиакомпании Pan American, что кто-то украл его форму, и теперь его за это могут уволить. Да не просто рассказал, а так, что сумел разжалобить доброго джентльмена, и тот выдал ему новый пилотный костюмчик.
Фрэнк ходил по барам, изучал сленг и быт летчиков, под видом репортера он узнавал от пресс-секретарей авиакомпании много полезной информации
В период с 16 до 18 лет, «работая» на одну из крупнейших американских авиалиний Pan American, он за счёт компании налетал свыше 1.000.000 миль в более чем 250 рейсах по 26 странам мира.При этом Абигнейл умудрился ни разу не сесть за штурвал самолета, мотивируя это тем, что «немного выпил накануне»
Ассистент лектора
По утверждениям самого Абигнейла, он в течение одного семестра преподавал дисциплину «социология» в Университете Бригама Янга благодаря тому, что подделал диплом Колумбийского университета. Работая в качестве преподавателя, он представлялся как Фрэнк Адамс .
Доктор
Около года Абигнейлу удавалось выдавать себя за главного педиатра одной из больниц в штате Джорджия, представляясь как Фрэнк Коннерс . В Джорджии он укрывался от преследования со стороны полиции, которая чуть не настигла его во время одного из полётов. Когда он начал оформляться в апартаментах, в графе «профессия» Абигнейл записал себя как доктора, опасаясь, что в случае с пилотом владелец номера мог бы проверить запись с данными Pan American. После этого он сдружился с одним из своих соседей, который был настоящим врачом, и заполучил место в клинике.
Юриспруденция
Работая в Pan American под псевдонимом Роберт Блэк (Robert Black), он сказал одной из стюардесс о том, что у него имеется диплом юридического факультета Гарвардского университета. Она познакомила его со своим другом-юристом, который пригласил Абигнейла сдать экзамен в адвокатуру. Чтобы стать юристом, Абигнейлу пришлось подделывать диплом и готовиться к сдаче. После 8 недель самообучения и двух неудачных попыток ему удаётся заполучить место при генеральном прокуроре штата Луизиана. Здесь он проработал восемь месяцев, пока не уволился. Причиной ухода послужили опасения, что его может разоблачить реальный выпускник Гарварда, который также работал при прокуроре.
Кстати, однажды с помощью фальшивого удостоверения он ушел прямо из-под носа старшего следователя ФБР – Фрэнк представился специальным агентом «совершенно секретного» подразделения ЦРУ.
И, что самое интересное, все это он успел проделать за пять лет. К моменту, когда его поймали, Фрэнку Абигнейлу исполнился только 21 год!
Арест
В конце концов Фрэнк Абигнейл был пойман во Франции в 1969 году. После задержания Абигнейла в 12 странах потребовали его выдачи за совершённые на их территории преступления. Французский суд за два дня вынес приговор о назначении наказания в виде одного года тюремного заключения, которое затем было сокращено до 6 месяцев.
После этого его передали в Швецию, где он отсидел ещё 6 месяцев. В связи с менее суровым характером шведского законодательства здесь Абигнейл смог почувствовать себя более комфортно. Но впереди его ждало очередное разбирательство о мошенничестве в Италии. К его счастью, Швеции и США удалось договориться о высылке арестанта на родину. Поводом послужило аннулирование паспорта Абигнейла, которое давало шведской стороне легальное основание его депортировать. В апреле 1971 года в штате Виргиния Абигнейла приговорили к 12 годам тюремного заключения. Благодаря тому, что он согласился сотрудничать с ФБР, из тюрьмы он вышел всего через 4 года.
Легальная деятельность
Освободившись из тюрьмы, Фрэнк Абигнейл пытался найти себе работу, но когда работодатели узнавали о такой серьезной судимости, то тут же отказывали в вакансии. В результате Абигнейл решил обратиться с нестандартным предложением в банковскую контору. Он рассказал о своём прошлом и заключил следующую сделку: он показывает сотрудникам банка способы обмана и подмены документов, а взамен не берёт ничего, если выступление будет бесполезным. Если же оно окажется полезным, то ему платят 500 долларов и дают рекомендацию в другие банки. Так как показанные им трюки произвели должное впечатление, Абигнейл вскоре становится легальным консультантом по вопросам безопасности.
Позже, в Талсе, штат Оклахома, он основывает агентство, которое консультирует корпорации с мировым именем. По данным сайта агентства, абигнейловскую программу защиты от мошенничества сейчас применяют более 14 000 компаний. Кроме того, он продолжает сотрудничество с ФБР, читая лекции в академии и профильных отделах бюро. Благодаря данному бизнесу Фрэнк Абигнейл на данный момент является официальным миллионером.
Он живёт в городе, где основан его бизнес, вместе с женой, на которой женился через год после освобождения. В семье Абигнейла три сына, один из которых работает в ФБР.
|
|
Священная месть Петра Шлюйкова
23 февраля 1943 года, идя в атаку со своим подразделением в районе г. Старая Русса, первым ворвался в траншеи противника и лично, в рукопашной схватке, а также из пистолета и гранатами уничтожил 40 гитлеровцев.
В неравном бою с контратакующим врагом вся группа бойцов, с которыми был Пётр Иванович Шлюйков, погибла. Он остался один и, несмотря на полученные в том бою 17 ран, истекая кровью, продолжал вести борьбу до подхода подкрепления.
* * *
Шлюйков Петр Иванович родился 10 июля 1922 года в деревне Михальки Псковской губернии в семье рабочего. Окончил семь классов. После школы, до 1941 года, когда был призван в ряды РККА, работал в паровозном депо на станции Великие Луки. В 1942 году, окончив ускоренные курсы Ленинградского военного пехотного училища им. С.М. Кирова, отправился на фронт.
Заместитель командира минометной роты 171-го стрелкового полка 182-й стрелковой дивизии 11-й армии Северо-Западного фронта старший лейтенант П.И. Шлюйков отличился при прорыве вражеских позиций в районе Старой Руссы. 2
3 февраля 1943 года во главе подразделения первым ворвался в окопы врага и лично в рукопашной схватке, а также гранатами уничтожил 40 гитлеровцев.
В неравном бою с контратакующим противником группа бойцов, с которыми был Петр Шлюйков, погибла. Несмотря на полученные многочисленные раны П.И. Шлюйков один продолжал оборонять опорный пункт до подхода подкрепления.
За этот подвиг 31 марта 1943 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.
Награду старший лейтенант Петр Шлюйков получил из рук члена Военного Совета фронта генерала-лейтенанта В.Н. Богаткина, во время лечения в госпитале.
В газете «Красная Звезда» от 13 апреля 1943 года была опубликована фотография военкора Петра Бернштейна, запечатлевавшего этот момент. (фото 3)
В том же году Политуправлением Северо-Западного фронта была выпущена листовка, посвященная подвигу старшего лейтенанта Петра Шлюйкова:
«Страшное письмо получил старший лейтенант Шлюйков из Великих Лук от отца Ивана Петровича.
«...На Богдановской улице немецкие патрули избили меня ни за что, ни про что до полусмерти. Выбросили немцы семью нашу на улицу и поселили своих офицеров...
И еще сообщаю тебе, сынок, что твою двоюродную сестру Марусю убили немцы за то, что она не покорилась им. Три дня лежало тело Маруси на улице, хоронить запретили...
Бей, сынок, этих зверей, мсти им за все, истребляй их беспощадно»
Вспомнил бывший машинист Петр Шлюйков свой город, родных, близких. Вспомнил августовский день 1941 года, когда его паровоз дал протяжный гудок и ушел на фронт.
Первый раз в жизни задрожали крепкие руки машиниста и командира. Ненависть, тяжелая, как свинец, заполнила сердце. Одно только слово, как клятва перед боевыми друзьями, вырвалось из уст Петра:
— Отомщу!
И начал он свой счет мести. Часть тогда находилась в обороне. Петр Шлюйков брал винтовку и уходил выслеживать немцев. Десять истребленных гитлеровцев было на его счету, когда часть пошла в наступление.
На подступах к деревне Н. противник оказывал сильное сопротивление. Когда старший лейтенант с шестью бойцами-десантниками выбил немцев с рубежа, они ударили по храбрецам с флангов и начали частые контратаки. Бойцы дрались, как львы, не давали гитлеровцам ходу вперед.
— Отступать некуда! — сказал Шлюйков. — Здесь будем стоять насмерть, пока не подойдет подкрепление.
Уже десятки вражеских трупов устлали подступы к рубежу. Из шести советских героев остался один тяжело раненый старший лейтенант Шлюйков. Двадцать пять ран покрыли его тело.
И вспомнил тогда Шлюйков убитую немцами сестру Марусю, любимую девушку Настеньку, наказ отца — бить врага нещадно. Раненой рукой он метнул две гранаты в немцев. Потом стрелял из трофейной винтовки. Он не считал трупы убитых врагов. Он искал живых гитлеровцев.
Напрягая силы, он нащупал в траншее противотанковую гранату. Чуть приподнялся. Четыре немца шли на него. Когда они приблизились на 5-6 метров, Шлюйков швырнул гранату. Раздался страшный взрыв и, казалось, все провалилось в пропасть.
Через час группа наших бойцов, тесня гитлеровцев, подняла израненного бесстрашного командира. Петр Шлюйков одолел врага.
Отвоеванный рубеж был устлан десятками трупов фашистских мерзавцев. Карающая рука священной ненависти настигла их. Враг захлебнулся в своей черной крови.
За отвагу и мужество Президиум Верховного Совета Союза ССР присвоил старшему лейтенанту Шлюйкову Петру Ивановичу звание Героя Советского Союза.
Честь и слава доблестному воину нашего фронта!
Учись, товарищ боец, мстить врагу у Героя Советского Союза тов. Шлюйкова.
Смерть подлым немецко-фашистским извергам!»
От Админа...
С 1944 года Петр Иванович вышел в отставку по ранению, проживал в Великих Луках.
В 1950 году окончил партийную школу в Калинине, работал инструктором военного отдела обкома ВКП(б)/КПСС, заместителем начальника по политической части лесозащитной станции.
Многочисленные раны прервали его жизнь в 1957 году.
Похоронен на Казанском кладбище в городе Великие Луки.
Имя П. И. Шлюйкова было присвоено пионерской дружине Липецкой школы Великолукского района Псковской области.
|
|
Однажды у меня разболелся зуб, работать не хотелось, идти к стоматологу тем более. Я безвольно скрылся в каморку старшего лаборанта, прополоскал рот спиртом и уткнулся лбом в край стола. Ничего не помогало.
На столе, прямо передо мной, стояла пишущая машинка, в неё уже были вправлены два листа с калькой. На них было напечатано:
АНАЛИЗ ЗАТОПЛЕННЫХ ЗАХОРОНЕНИЙ
и вдруг я решил написать детективный роман... ранее никогда такие мысли меня не посещали... и видимо от безнадёги я начал одним пальцем тыкать в клавиши:
"...миссис Хадсон бежала по взлётной полосе и отчаянно палила из шмайсера по удаляющемуся АН-2. Лицо её было перекошено страшным презрением:
- Вы бутерброды забыли, дебилы! - орала она.
Невзирая на это досадное обстоятельство, Холмс и Ватсон хладнокровно продолжили путь к ЗАТОПЛЕННЫМ ЗАХОРОНЕНИЯМ.
Тем временем доктор Мо..."
Я так отчаянно стучал, что даже не заметил, как за моей спиной возник зав. лаборатории, и уже успел ознакомится с нацарапанным:
- А почему бутерброды, у них же сэндвичи? - спросил он.
и мне стало смешно, смешно до слёз, от счастья!!! Так я познал магическую силу литературы! У меня перестал болеть зуб!!!
Потом шеф, вместе со мной, всполоснул ротовую полость казённой жидкостью, и сказал:
- Ну ты продолжай, пиши, может работать не придётся...
|
|
Не моё!
Про верблюда.
Продолжу серию рассказов про животных на подводных лодках.
Как ветеран и один из отцов основателей верблюжьего движения на славном Северном флоте, расскажу вам чистую правду.
После столкновения 24 марта 1994 года Б-138 с Гаджиевским БДР Командира убрали, и весь экипаж, который очень уважал Александра Сергеевича Стахеева начал быстро рассасываться по ходовым экипажам.
У всех было по несколько автономок, солидный опыт и неплохая репутация у флагманских специалистов. Народ расхватывали как горячие пирожки. Через год осталось человек 15 из старого экипажа, и то, на многих, в том числе и на меня были приказы на перевод.
Выход в Североморск на погрузку мин был для меня последним с 505 экипажем. Новый командир очень обидно обзывал экипаж туркменами, А мы гордившиеся своими традициями страшно бесились.
Август, лучшее время на Севере. Можно просто сняв ватник тупо пялиться на солнышко, срывать морошку и периодически шлепать по щекам, убивая комаров. Благодать. Быстро загрузив боезапас, остатки стахеевцев с примкнувшим помохой, Игорь Саленко, которго я знал еще с училища, решили пожарить на сопках шашлычок. У командира есть десять минут чтобы доложить решение на боевой поход Командующему. У нас решение заняло 3 минуты.
Через полчаса на сопке в Окольной сидело человек 10 крайне счастливых подводников, вокруг валялись не нужные ватники, а на мангале из камней жарился восхитительный шашлык. Кушая свежайший шашлык, запивая помошническим вином и минерским шилом господа офицеры с удовольствием, во взятую с корабля биноклю, рассматривали, как боцман Коля Штаненко тырит со стоявшего рядом списанного СКР 1135 проета здоровенный прожектор.
Естественно разговор перешел на то, что храниции надо традить или традиции надо хранить. Народ возмутился. Первая автономка РФ!!! Какого хрена!!!.
Короче еще после пары бутылок вина и литра шила, мрачно отправились на корабль, по пути помогли боцману затащить на корпус ПЛ охренительных размеров прожектор, который он привязал к лееру.
У самого старшего и уважаемого управленца Димы по кличке Слон нашлась пачка от Кэмела. Штурман Паша притащил МНК и на торпедной палубе группа злоумышленников начала свое черное дело.
Естественно, двухгорбый верблюд подводников не удовлетворил. Трафарет был сделан трехгорбым.
Где-то часа в три ночи мы вылезли на палубу и на правом борту через трафарет, моей белой минерской краской, которую я экономил, что бы покрасить окно на кухне сделали зоонатюрморт.
Естественно при всем этом процессе, было выпито все. Поэтому с утра: ввод, приготовление, переход в Лицу все участники славного мероприятия забыли, что они творили ночью.
Для тех кто не знает, дверь в ограждение на РТМК по левому борту, белый трехгорбый верблюд на правом борту ограждения. Где крайне редко кто-то ходит, а в Лице к 7-му мы швартовались с зюйда, то есть правым бортом. Представьте, командир дивизии Валерий Николаевич Агафонов и офицеры штаба счастливо ржали так, что я слышал в прочном корпусе.
P.S. После этого в 505 экипаже началось верблюжье движение, на аварийных буях, кроме бортового номера наносился маленький красный верблюдик, Все боевые листки выходили с эмблемой ордена красной звезды с верблюдиком в центре. Верблюд даже был на тортах, для именинников. Кстати именно в этом походе героически погиб мой кот Клаус.
Да, забыл сказать, что стыренный боцманом гигантский прожектор смыло где-то в районе Выев-наволока.
|
|
БОГАЧ/БЕДНЯК
Ниже- несколько наблюдений из жизни, вспомнившихся после после прочтения сегодняшней истории "Почему вы считаете, что богатые жадные?" https://www.anekdot.ru/id/1505373/
1. Постгорбачевская разруха. В одну региональную больницу прибыла благотворительная помощь из Германии. В этой больнице в городе в основном принимали больных из сельской местности, когда на местах возможностей для лечения оказывалось недостаточно. Из этого региона к тому времени уже много немцев переехало на историческую родину, но еще далеко не все. Языковые тесты механизаторам, многие годы только крутившим баранку да дергавшим рычаги, были нередко почти неприступной крепостью. Помощь эту привезла делегация самих благотворителей. Персонал больницы был очень тронут этой помощью, и в благодарность организовал совместный ужин. Когда делегация увидела накрытый стол, то оказалась тронутой более, чем персонал больницы,- до конфуза. По их оценке, выставленные на столе явства, включавшие настоящие черную и красную икру в громадном количестве, ценные породы сибирских и тихоокеанских рыб и другое, явно превышали по стоимости их благотворительность. (Из рассказа сотрудника этой больницы).
2. В те же годы довелось пообщаться со скотником, этническим немцем, лет 35 на вид, работавшим в совхозе, крепким и рослым. Старший брат его к тому времени уже переехал с семьей в Германию. Нормально обосновался там в одном из сел. Младший ездил к нему уже один раз в гости. Когда младший некоторое время спустя обратился вновь в консульство, с приглашением от брата, за визой, ему отказали. Заподозрили, что зачастил, что хочет "схитрить" и там остаться, чтобы не ждать в длинной очереди. Об этом скотник мне рассказывал с обескураженным видом,- чего, дескать, к нему придрались, он даже и не думал оставаться там, хотел только сьездить к брату.
Я воспринял рассказ скотника иронически, поскольку наслышан был и про бедную жизнь в тогда разваливающихся совхозах и о переводах, посылках из Германии своим родственникам сюда. Задал скотнику напрямую вопрос, как он выживает. Скотник ответил, что ему хватает, за счет домашней скотинки,- на одной совхозной зарплате не разживешься. Корма для своей скотинки, включая сено, он подворовывает в совхозе. Поведал даже детали, как. Говорил спокойно и беспечно, чувствовалось, что жизнью вполне удовлетворен.
- А чего не переедешь, как это сделал брат? Зачем тебе эта жизнь с постоянным подворовыванием?- Появится новый хозяин, может твою"лавочку" прикрыть, а может, и на нары тебя отправить. Ты же уже был у брата, видел, как он хорошо устроился.
- Да у них там сплошные то- нельзя, это- нельзя! Там нельзя пройтись с гармошкой по деревне,- сразу пойдут жалобы за несоблюдение общественного порядка. А я люблю выпить и пройтись по деревне с гармошкой!
(А вот был бы богатым, слетал бы по-быстрому на сверхзвуковом самолете в родную деревню, прошелся бы там по главной улице с гармошкой, и опять к братану,- пивком заполировать? Или не богаческое это дело?)))
Состояние души старшего брата осталось мне неизвестным. Равно как и то, была ли гармошка у младшего оставшейся от старшего.
3. В лихие 90-е ученым, как и многим другим бюджетникам, жилось очень бедно. Реакцию их можно в первом приближении разделить на две категории.
Одни реагировали "Нет денег- ну черт с ним!" и продолжали трудиться в нищете. Как пример: теоретик лет 50 в погожую осеннюю погоду ежедневно после рабочего дня надевал рюкзак и ехал на ближайшие поля совхоза, где комбайнами уже собрали картошку. Он до заката набирал по картофелине большой рюкзак, с поля не гоняли. Заготовил так на всю зиму. Жена у него тоже была бюджетница. На жизнь продолжал смотреть с оптимизмом, поведав мне как интересную метаморфозу, что практически стал вегетарианцем.
Другие же говорили "Так жить нельзя!" и уходили в бизнес или еще куда зарабатывать деньги. Или "прорубая себе окно в Европу", зарабатывая там и привозя деньги с собой. Иногда перебирались совсем, но это был небольшой процент. В других науках, слыхал, встречались и большие проценты, вплоть до "сваливания за бугор" целого подразделения. По-видимому, процент определялся соотношением востребованности там и тут.
Были отдельные уникумы, совмещавшие обе позиции,- "На ставке в НИИ и на полставки на базаре". Но не встречал ни одного, добившегоя при этом где-нибудь больших успехов.
В то время как один мой знакомый, высококлассный специалист, хорошо зашибал деньгу за бугром "вахтовым методом", в России его любимого сынишку-старшеклассника подсадили на наркоту.
Кто из них в целом был счастливее, кто больше радовался жизни, я до сих пор затрудняюсь определить. Но прямой корреляции с денежным достатком не просматривалось. Из ушедших в бизнес были случаи как пропажи без вести, так и убийства, бегства от долгов внутри и вне страны. Из уехавших за бугор были и вскоре скончавшиеся там, и возвратившиеся, порой уже в инвалидной коляске, умирать. Мёрли и среди оставшихся на прежнем месте в науке. Но по моим впечатлениям, частота случаев ухода из жизни после пребывания за бугром была выше, нежели среди не уехавших и оставшихся в науке сверстников. Но выборка моя не очень представительна, специально не изучал. Официальная подобная статистика мне неизвестна.
P.S. Что означают понятия богач и бедняк, если вдуматься? На мой взляд, это в конечном счете состояние души,- насколько она удовлетворена жизнью. Богатый деньгами не всегда богач. И наооборот.
Хотя есть и другие вкладываемые в слова "богач" и "бедняк" смыслы.
P.P.S. "А мне, Онегин, пышность эта, постылой жизни мишура..." (Из "Евгений Онегин", А.С. Пушкин)
|
|
Гаражные миражи.
Где мы проводили досуг в детстве? В свободное от тренировок и учебы время? Ответ у скуфьего поколения один: на стройках и гаражах. До сих пор не могу понять , чего нас всех в этот обоссанный промпейзаж тянуло?
Даже иной раз пытался встать на пути устоявшихся паттернов поведения. Ну когда народ на вече решал, куда в войнуху играть идем: в гаражи или на стройку?
Тут я блеял: «а , может, в парк?»
На меня смотрели , как на малохольного.
В парк! Скажет же! Кто ж в парке-то воюет?! Может, еще на детскую площадку пойти предложишь?!
Я тушевался, куксился и шел пятнами, понимая всю глубину тупизны своей. Действительно. Еще б детям на детскую площадку предложил! Кретин!
На детской площадке сломать шею можно было только на глобусе.
Приблуду эту соорудили во дворе сторонники чайлд фри.
Глобус имени царя Ирода был сварен из стальных труб по меридианам и широтам, стоял на подшипниках и свободно вертелся вокруг своей оси.
Метра три в диаметре.
Убиться об него можно (и нужно)было так: сильные садились внизу и отталкиваясь копытами, раскручивали землю до второй космической.
Смелые же прыгали на глобус, цепляясь за экватор руками.
Цель была полетать параллельно земле, вопя от ужаса.
Ну и выжить. Но это необязательно.
Сильные же крутили со всей дури: у них была задача запустить смелых на орбиту.
Приземление было жестким.
Летел то ты ногами вперед, мордой вниз и еще с отрицательным тангажом, то есть приземлялся рылом.
Об каменистую твердь земную.
Как выживали: хз. Некоторые родители ратовали за то, что б спилить этого Молоха нахер, но остальные были против.Отменить детские жертвоприношения? Чего это?
Зато хоть дома в тишине посидим. Ну разобьет рожу, руки обдерет, зеленкой замажем. Убьется-другого родим. Этот все равно не жилец был, вестимо.
Да и то… полеты на земном шаре все же побезопасней прыжков в окно на стройке в стог стекловаты.
С третьего этажа минимум. Это для трусов результат. Смелые и с 6го летали.
Были и недостатки у этого развлечения, признаю. После стекловаты чешешься, как псина шелудивая..
Ну и одежду отстирать от стекла тот еще квест.
Но гаражи! Гаражи! Это был топчик! Вернуться оттуда целым и не наступив в говно было редкой удачей. В сознании народа понятия «гаражи» и «общественный туалет» не отличались приблизительно ничем. Выражение «пойду посрать в гаражи» воспринималось как само собой разумеющееся. Ну как «пойду пожрать в столовую» или «пойду купаться на пляж»
Поэтому игры в гаражных минных полях требовали от геймера к осторожности, бдительности и острого обоняния.
Ну и ловкости, конечно. А так же прыгучести и скорости.
Любимое развлечение: бег и прыг по металлическим крышам, почему-то не находил одобрения у гаражных владельцев.
Всегда нужно было быть готовым к тому, что сиганув на очередную крышу, ты растревожишь улей гаражных алкоголиков.
Которые только лучка порезали, только сальца нарубили, только сели, только налили, только тост сказали, только выдохнули и тут сверху «ДАДАХ!!!»
И у половины штаны от пролитой водки мокрые, а у второй половины не от водки. Но мокрые. А Михалыйч так вообще подливу пустил.
Сразу и навсегда поменяв нейминг с «Михалыча» на «Того-Михалыча-что обосрался
-в-гаражах»
А ты просто вольный ветер… прыг скок, прыг скок, свист в ушах, и тут ворота с лязгом открываются, наружу вылетают клубы мата и толпа, жаждущая суда Линча.
И твой бег приобретает осмысленность. Теперь это не беспонтовый джоггинг, а борьба за выживание дикого зверя на загонной охоте.
И ты скачешь аки зебра полосатая от обосранных хищников, и тут хуяк: а гаража в ряду нету!
Недострой. Внизу только дыра зияет.
А узнаешь ты об этом за метр до.
Прыжок! Полет! Приземление! Очко может лом перекусить! Но ты живой, пакостный и быстрый и бежишь, а не подбитым мессершмидтом пикируешь в смотровую яму, куда перед этим годами срали твои сограждане!
И этот контраст делает тебя по-настоящему счастливым! Только тут ты ощущаешь настоящее биение жизни! Постигаешь смысл великих слов о упоении в бою и обгаженной бездны на краю!
«Остановись, мгновенье, ты прекрасно» орал бы ты в этот миг, если бы не экономил дыхание.
Да и некогда тебе.
Надо еще успеть метко швырнуть половиной кирпича в чан зазевавшемуся Михалычу (сегодня не его день) , увидеть, как он с воем летит в уготовленную тебе судьбой яму и бодрой кенгурой перепрыгнуть забор.
Откуда на крыше кирпичи?-вы спросите.
Так мы их в прошлый раз накидали! Когда в снежки играли. Но кирпичами.
Как выяснилось впоследствии навыки выживания , полученные в таком детстве сильно помогли в жизни…
…
Десять лет спустя я несся по гаражам от прыткого летехи-химика.
Угораздило ж болезного так пылко отнестись к обязанностям старшего патруля. Только с училища выпустился, желторотик, вот и откуда и рвение.
Наученные горьким опытом патрули нас обычно не трогали. Знали, что бегаем мы быстро ( еще бы, каждый день 12 км зарядка и раз в две недели 25 в полной выкладке), и в плен не сдаемся.
Оно надо.
Сослуживцы заклюют же. Мол, как же ты , тормоз, мазуте попался? Авторитет упадет навсегда.
Ну и начальство попреками достанет. Попрекать же тебя будут забегами в ОЗК, противогазе и полным РД песка.
Словом, мотивации отбиваться до талого было хоть отбавляй. Несколько инцидентов с разными телесными убедили комендачей, что за нами гоняться: себе дороже..
А с Дону выдачи нет. Начальство нас сторонним на суд и расправу не отдавало.
Само дрючило.
… В тот день самоход сразу пошел через пень-колоду. И бабу свою не застал , и нос к носу с патрулем столкнулся.
-Рррядовой! Ко мне!
Ага , щазз… еще лапу ему дай… ноги!!!
Солдаты отстали быстро , а вот летеха прицепился , как репей к дворняге. Бегу , и оппа: гаражи! Ну тут мне и карты в руки. Ногу на замок, рука за железку, толчок, и я на крыше. Внизу щелкает зубами летеха. Утютю , мой маленький. Не в этот раз…
Да что ж ты упрямый то такой… гляди, не поленился за мной полез…
Дежавю…
Первый гараж, второй, третий, четвертый,,пя… а пятого нету…
Дыра..
Прыжок, приземление , ура, живой сзади мокрый чвак и что то со всхлипом летит вниз.
Допрыгался лейтенантик.
Долетался, родимый.
Смотрю на офицера с крыши, нда… рыло он себе, конечно, отрихтовал будьте нате.
«И ей он больше не жених»
Глядя на корчившегося и стонущего беспомощного комедача , почти мальчишки, во мне борются человеколюбие с осторожностью. Суворовец, от мамкиной сиськи в казарму, ничего слаще печенья из чипка не пробовал небось, бедолага. Сердце кольнуло острой иглой жалости.
Я в раздумьях.
«Ссать на него или не ссать? Вот в чем вопрос!»
Обоссаный литеха точно не вломит: ему после этого не жить.
Буллинг в четверть века и погоняло «обоссанный» ему обеспечено.
Необоссанный может мне устроить проблемы.
Но время поджимает , потому обходимся без уринотерапии.
Неделю спустя иду мимо КПП, там кучка гансов о чем то спорит, тут вопль: «ВОТ! ВОТ ОН!»’
В меня тычет пальцем замотанная в бинты мумия.
Твоюждивизию…
Приплыли тапочки к обрыву…
Камера, допрос, расскажите, как вы избили офицера патруля при исполнении им служебных обязанностей…
Ахтыжсука…
Гаражом . Я его избил гаражом по роже. Поднял гараж и на ему по ебасосине. Чтоб прямее была…
Три дня меня мурыжили, потом наши как-то замяли дело.
10 суток губы вместо дизеля или зоны показалось раем. Ну и полгода я в обнимку с РД жил.
Набитым песком разумеется.
Зато авторитет в войсках вырос. Народ все спорил, чем я ганса так припечатал.
Лопатой? Об асфальт им стучал?
Ну и патрули нас замечать перестали вовсе.
И урок вынес.
«Надо было литеху обоссать»
|
|
Ох, как же хреново, когда подцепишь грипп! И вроде бережешься, и даже думаешь, что уж в этом году пронесет, ан нет! И вот - подыхаешь. То в жар, то в холод. Ломит всё... да сами знаете.
А теперь еще и осложнения появились. В виде интернета и телека. Ведь просто лежать и страдать уже непривычно. И начинаешь тыкать в планшет дрожащим пальцем, и лазить по любимым вроде сайтам, а там - засада! Ведь болезнь - это как ни крути, а демо-версия смерти. Вот и дается нам возможность поглядеть на все со стороны. Взглядом мертвого, отстраненно, без эмоций. Отшельники на это жизнь тратят, в пещерах разных. А дело ведь проще простого: выскочи из литейки под зимний ветерок. Тут тебя малое просветление враз накроет.
Так вот, обложишься подушками, и скринишь свои подписки. А они - не те! Не, вроде рожи - как раньше, да и слова из них вылезают ожидаемые, но эффекту - нету! И озаряет внезапно, что разбитные эти инфлюэнсеры - всего лишь пиздоболы. Ну в самом деле откуда знаниям у них быть, юных недоучек? Но встаёт под круглые софиты энргичное войско потрындеть за денежку, и бодро поучают подписоту уму-разуму. На любую тему. А уж про помоечные фейсбуки - инстаграммы с тиктоками даже вспоминать неохота.Кстати, может, наконец отписаться?
Ладно, захлопываю планшет, завариваю малину, и тычу пультом в телевизор.
И там - сразу реклама. Где человек в костюме доктора убеждает купить таблетки. Или семья идиотов в свитерах скачет от радости вокруг китайской машины. Или модельная девка трясет ключами от новой квартиры. Ой, на вкладе накопила! Переключаюсь.
Международная аналитика. Местных проблем нет, вот всех страшно интересует, как там за бугром. Группа строгих дядечек выстроила круг (волейбол инквизиторов), и по отмашке старшего начинает обсирать остальные страны. Причем логика у них странная: мы осуждаем то, что они делают, а значит - можно и нам. Если сосед лупит жену и детей, то это плохо. А значит, и мы имеем право. Тревожная музыка долбит без перерыва. А еще старцы требуют, чтобы быть я либо с августейшим, либо с фрондой. А вот что, ежели воротит от обеих сторон? Ну не обязан я любить апельсины только из-за того, что не нравятся яблоки! Ладно, дальше.
Шоу-шоу-шоу. Увлеченно орут, кулинарят, поют и пляшут, женят и судят. И определяют будущее по способу укладки туалетной бумаги на общественном очке. Визг, гирлянды и фанфары. Дальше!
Прощелкиваю с ходу десяток ментовских сериалов. В каждом из них умная, красивая, и независимая тетка в погонах щелкает на раз любые висяки. Иногда лишь отвлекаясь на непростую личную жизнь. Или потерявший память (брата, жену) хирург (адвокат, военный) ставит на место злодеев в глухой провинции. Сиротка ищет справедливость. Слепые прозревают, мертвые встают. Индусы кусают локти!
Человек в дорогущем костюме депутата сокрушается, что народ мало еще победоносит и патриотит. Поэтому готовит закон о запрете рыбалки. И замене букве "ы". И чтоб носить кепки козырьком вбок. Дальше!
Бородатые пройдохи с крестами на цилиндрах елейно учат незлобивости и прощению. После чего благославляют пушки с ракетами. Дальше!
О, юмор. Он подается двумя блюдами. В первом вертлявые стендаперы озабоченно ищут синонимы к слову "писька". На ними угорает силиконово-барбершопная публика. Во втором - зажившиеся кривозеркальцы травят залы шутками времен Брежнева. Пенсионеры хохочут золотыми зубами. Дальше.
Водяра, текила, пиво и виски! В каждом отечественном фильме - пьют. То от горя, то от веселья. А у меня даже мысль о коктейле вызывает рвоту.
Достало, бля! Переключаю на виды Норвегии, и засыпаю. Чтобы вскоре проснуться, задыхаясь от соплей, и поменять пропотевшую насквозь постель. А потом снова трястись от холода под двумя одеялами.
.........................................................................................................
Но вот приходит то самое утро, когда вдруг понимаешь, что выздоровел! И страшно хочется жрать! И бежишь под горячий душ. И бросаешь в стирку все эти вонючие носки, пижамы и подушки! Сметаешь в мусорку бесполезные пилюли и микстуры. И струячишь на работу, где наслаждаешься сплетнями, глотаешь офисный кофе, и быстро раправляешься с писаниной. Там же скидываешься на пятничную пьянку в боулинге, где непременно будешь орать Любэ и Лепса! И смотришь стримы экспертов (эво оно как!). И ржешь от камеди. И доверяешь властям. И всей душой веришь в то, что дальше все будет просто замечательно!
|
|
Иммигрантские мансы.
https://www.anekdot.ru/id/1436176/
Продолжение.
6.
САША, бывший москвич, слывёт городским сумашедшим, шатается такой Маркс как призрак коммунизма, всех пугает в Западном Голливуде.
Когда, то в 90х , был нормальным, имел семью, жилье, небольшой бизнес. Но, съехала крыша. Начал бить жену, суд выписал приказ не приближаться. До него не дошло. Тюрьма, затем психушка - и оказался Саша на улице. Всё бы ещё не так страшно, как его агрессивность; мог накинутся с кулаками. Пытались ему помочь: кто пристроить, кто квартиру льготную, кто одежду или пару долларов, русские магазины подкармливали.
Предлагали разные вариаинты; жить в вагончике при мастерской с туалетом и плиткой (зимы у нас нет). Ночью только изображать эффект присутствия - нет. Различные варианты жилья; от ночлежек до доступной квартиры с работой - нет. Как бездомному и больному уму положена куча льгот, но это надо ходить, выбивать, содержать в чистоте, вовремя оплачивать счета даже и при наличии средств -- он это не может. Какое то время брала над ним шефство русская синагога, ходил в кипе, какое то время кто то на себя оформлял его льготы, был прилично одет, но не изменил привычке на всех орать и быть опасным. По американским законам, против воли его не могут держать в психушке, менты стараются не связыватся.
- Саш, поехали с нами в Мексику на рыбалку?
Мир не без добрых людей:
- Да берите его с собой, в Мексике и оставите. А мы вам еще приплатим, чтобы нас не позорил...
Бывают и просветления. Как то встречаю его на заправке: стал жаловатся, что сделали операцию на ноге, а на процедуры он не ходит -- вполне адекватная речь. А в следуещей встрече - опять неконтролируемый поток агрессии.
Бытовала версия, что это он прикидывется, а когда "придут наши" - у него готовы списки)). Ну, даже если и так, то какой же это титанический труд, за 25 лет такой "службы" бездомного долбoёба - тут любого звания Героя и орденов будет мало.
7.
МИША про толерантность особо не интересовался, не до того было. Работал с семьёй первой тогда ещё жены по уборке офисов, я даже один раз присутствовал; помогал протирать, уносил мусор. Пытались показать большую активность на счёте в банке: снимали и клали вновь, перезанимали и отдавали - всё чтобы показать большой стабильный доход. И вот купили они впервые дом. Спустя короткое время, его перезаложили, получили кредит. Миша накупил такси. Они бегали, окупали себя и частично кредит. Купил второй, жильцы оплачивали расходы и даже гасили кредит. Снова рефинансирование, купил третий, четвертый, сдавал в рент. Сейчас у него четыре выплаченных дома - общей стоимостью около $10 млн, другие активы. То есть, можно стать миллионером совершенно законно, никого не убив и даже не обманув.
Но речь не об этом.
Первая жена Миши родила сына, живёт недалеко и в принципе, не препятствует его общению с отцом.
Вторая жена родила сына, бросила на отца и сбежала в рашку с заезжим актером.
Третья жена родила дочку и живет с ним.
Бывает, что религиозные праздники совпадают по времени. Зухра ведёт дочку в мечеть. Миша старшего сына в синагогу, потом в месте с женой отвозят второго сына в русскую православную церковь и ждут его там. А уж приготовить окрошку с гефельто фиш и халвайтай -- как два пальца об асфальт.
Дурдом - скажете вы и будете правы. Но я люблю бывать у них.
|
|
Школьный буллинг...
Два сына у меня. Три года разница.
Учились, понятно, в одной школе. И, - сейчас не помню, - то ли младшего в другой класс мы перевели, то ли в его родном классе новичок собрал свою группировку... И начали они моего младшего... ну, это был ещё не буллинг (хотя это слово ещё было не в ходу), но, дело, видимо, к тому шло.
Младший со мной поделился - что глупо подшучивают, мелкие пакости строят, и ржут.
А, когда он мне это вечером рассказал, мне на следующий день никак было с работы не сорваться.
Дождались старшего со школы - у него больше уроков. Говорю: "У твоего брата такие-то проблемы - ты знаешь?"
Он отвечает: "На той неделе он мне рассказывал, но было ещё не критично".
Я продолжаю: " Сейчас уже может стать критично. А я завтра никак не могу".
Старший говорит: "Ладно. Сделаем..."
А они оба у меня пацаны домашние и спокойные росли. Учились нормально, и с дисциплиной никаких проблем. Всё на понимании.
На следующий день приезжаю с работы поздно.
- Привет, папк!
- Привет, папк!
Я - ужинать. Младший заходит на кухню, рассказывает:
- Звонок на перемену прозвенел, ещё учительница не вышла, - заходит брат, а с ним человек восемь его одноклассников. В классе стало сразу тесно. И они по очереди все ко мне с рукопожатиями. Привет! Как дела? И они заняли все проходы - кроме учительницы из класса почти никто и не вышел. Я с ними проболтал всю перемену. Звонок прозвенел на урок, они такие: "Ладно, мы пошли. Ты, если что, тоже к нам заходи".
Понятно, что у младшего моего с того дня те проблемы были сняты.
А когда надо было один на один - он и сам справлялся. Дерзость нужная у него была.
|
|
Коллега сегодня рассказал забавную историю.
В Пензе есть такой вуз, "Казачий технологический институт имени К.Г. Разумовского" (князь Разумовский был последним гетманом Войска Запорожского, во времена императрицы Елизаветы Петровны).
Недавно в этом вузе сделали ремонт и нарисовали на стене охуительных размеров портрет этого самого Разумовского. Точнее - это они так думали. А на самом деле, как обратил внимание коллега, они нарисовали его старшего брата, который вошёл в историю тем, что потрахивал упомянутую выше императрицу. Причём это очень известный портрет, он даже в википедии на соответствующей странице есть.
Интересно, казаки в курсе, кого им нарисовали?
|
|
Зашел в продуктовый рано утром, повеяло нежным ароматом свежих дынь. Они вздымались недалеко от кассы на большом лотке, видимо только что выложенные, поскольку являли собой безупречную пирамиду. К ним подошел какой-то бодрый дед, хозяйственно охлопал несколько, выхватил пару, пирамиду восстановил.
Через минуту я встретил его у кассы. Выбранные им дыни, выглядевшие вполне пристойно в общей куче, лежа на прилавке напоминали тугие ягодицы любительниц танцев, плавания, фигурного катания, тенниса - в общем характерной соблазнительной формы, телесного цвета, одного размера, и дед их расположил симметрично. Восхищенно ощупывал и охлопывал, задумчиво ухмылялся себе в пышные усы, так что выглядел чокнутым дынефилом.
- Вы дыни в следующий раз на свежее сено выложите! - посоветовал он продавщице - на нем они лучше хранятся, да и аромат удачно сочетается. Мужики старшего возраста веселее брать будут!
Я оглянулся на этикетку при дынях. Это был сорт «Колхозница». Мда, у каждого свои ассоциации. Стараясь не ржать, стремительно вышел.
|
|
В небольшом уютном ресторане с изысканной кухней в окружении заботливой семьи самоопределяется с выбором еды ребенок лет десяти. У стола предупредительно застыл официант. Папа с мамой, не вмешиваясь в происходящее неторопливо потягивают напитки. Младшая сестра, чувствуя женскую ответственность за старшего остолопа, напряженно сжав губы пристально следит за братцем.
Наконец братец подымает глаза к представителю общепитовского сервиса, тыкает пальцем в меню:
- А можно мне пожалуйста пельмени из щуки? Они вкусные?
Официант ярко и сочно живописует вкус и аромат блюда. Шпингалет задумывается. Официант, чтобы поддержать выбор:
- Ты сказку «По щучьему велению» - читал?
Пацан кивает.
- Ну, вот это пельмени из той щуки.
У парня загораются глаза, он кивает:
- Хочу пельмени из щуки!!!
В ту же секунду он получает от сестренки увесистую оплеуху, на весь ресторан раздается плач и крик:
- Как ты можешь, она же столько полезного еще могла сделать….
|
|
День рождения коллеги.
Служба в милиции. Я – младший сержант, пом. деж. Вот-вот! Дежурная часть, Ленинский райотдел Новосибирска, конец октября 1992 года. Я помощник дежурного. Забот намного меньше, чем у дежурного, но, тоже хватает. Доставленные в отдел, по тем или иным основаниям люди, все на мне. Всех надо досмотреть, надо проверить документы, надо проверить основания для доставления, проверить всех по адресному бюро и по информационному центру, для этого у меня два городских телефона с дисковым номеронабирателем, дозвониться по которым до АБ или ИЦ вечером… это еще тот квест.
Да, по этим же телефонам в милицию звонят граждане, надо представиться, выяснить причины звонков, если что-то произошло, то необходимо перенаправить в нужный отдел или отделение, для этого, карту территории обязан знать наизусть, а уж улицы, по которым проходят границы территории, знать в подробности. Ну, а если на нашей территории, то, по возможности, либо пригласить в отдел, либо объяснить, где и когда ждать патрульную машину. Ах да, один из этих телефонов постоянно пишется на специальный магнитофон, днем прослушивается заместителем начальника отдела постоянно, ну а запись, по мере необходимости.
Кроме этого, по доставленным, необходимо определиться, кого куда. Кого в камеру, кого в уголовку, на кого просто составить протокол и отпустить, обязав явкой. По каждому собрать пакет документов, по арестованным, проверить отсутствие недозволенных вещей при себе… Для полноты картины, в придачу к двум городским, сорок внутренних телефонов, две стационарных радиостанции… Ну и так, для бодрости, время от времени визит прокурора, который, как раз и проверяет наличие оснований для задержания и водворения в камеру… Если выясняется, что кто-либо находится в камере дежурной части более трех часов без материала на него, то лицо немедленно выпускается на свободу, ну а мне готовится бодрящая клизма на пол ведра скипидара, настоянного на патефонных иглах. Эффект!!! Бл… Волшебный!!! Нет, я не жалуюсь… некогда, бл…У других коллег ведь не веселее.
Вечер был, как вечер, еще ни одного трупа, тьфу-тьфу. Пока ни одной шапки, тепло еще на улице… Квартирные кражи, в основном. Я одной рукой звонил, другой рукой писал, третьей рукой сигарету держал, четвертой рукой коллегам дверь открывал, нажимая на кнопку… Пятой рукой, ой, заврался, рук же у помощника дежурного всего четыре… Это только у старшего оперативного дежурного шесть рук, да еще два дополнительных глаза и одно ухо, на то он и старший дежурный! В отсутствие начальника райотдела, отдел подчиняется дежурному. Но и ответственность несет тоже дежурный по отделу. Не назначают на эту должность ни глупых, ни трусливых, ни карьеристов. Я работал в смене Петровича, человека грамотного, тертого, битого, работу свою (да и не только свою) знающего. Он мог сам отчитать (и крепко) накосячившего сотрудника, но, никогда не сдавал коллег начальству. Работать с ним было не просто, но надёжно.
Времени было уже около 23 часов, из следственного изолятора, находящегося в нашем же здании, дальше по коридору, позвонил дежурный по ИВС.
- Слушай, Виктор, сильно занят?
- Да, не особенно, Василий… Не больше, чем в прошлую пятницу, а что?
- Помощь твоя нужна… Жулика одного вытащить из камеры…
- Сейчас, у дежурного спрошу…
- Добро. Жду.
Дежурному: - Петрович, я в ИВС забегу?
- Что случилось?
- Да, я и сам не знаю, Василий помочь просил…
- Давай, только быстро, ещё надо срочно в адрес один выскочить, наши все на заявках, ты поедешь.
- Понял, я мигом.
В ИВС нельзя с оружием! Совсем! И никому!!! Ладно, я, вроде, это требование забыл… Ствол под курткой форменной, на животе, ближе к левому боку, в обрезанной кобуре, чтобы проще и быстрее было… Да и сзади никто до него не доберется.
- Ты что, левша? – как-то поинтересовался наш водитель.
- Почему ты так решил?
- Так ствол слева на животе…
- А у тебя по уставу, на правом боку?
- Ну да… Как положено.
- Ясно. Ты в дежурном Уазике мотаешься, сзади кто?
- Хы, кто… Сам не знаешь, разве. Жулики.
- Ну вот, а ствол твой где? Справа сзади? Между сидений? А ты баранку крутишь, а жулики сидят и на ствол облизываются… а ты его даже и не пристегиваешь ремешком… Что будет, если какой-нибудь жулик догадается ствол твой дюзнуть? Кто из вас до отдела доедет?
- А, е… Ах ты ж бл… а я и не думал никогда…
- А ты подумай!
Пару смен спустя, подошел он ко мне и рассказал, что ствол перевесил и понял, что так надежнее. Да и из-под одежды стало гораздо удобнее доставать… Ну и хорошо.
Ладно, бог с ним, со стволом. Я с ним в ИВС и пошел… Не видно под курткой, надеюсь.
Василий не так давно перевелся к нам в райотдел откуда-то из области, работал до это в ГАИ, не пацан зеленый, но дежурным по ИВС он стал с месяц назад. Встретил он меня в ИВС приветливо, попросил помочь вытащить заболевшего жулика из камеры, мол, живот у того разболелся, по всем симптомам, на аппендицит смахивает. Пошли с ним к камере. Камеры в ИВС без каких-либо удобств, размерами, примерно, четыре на четыре метра, в дальней половине камеры большая деревянная лежанка, на половину камеры. Что-то среднее между одним большим топчаном и полатями. Деревянное, сплошное возвышение, наверное, около полметра высотой. Дверь в камеру железная, с глазком. Дверь с ограничителем, распахнуть не получится, открывается она с таким расчетом, чтобы мог пройти человек, да и то, еле-еле. Василий отпер замок на двери и приоткрыл ее. Я заглянул внутрь. Там было человек семь или восемь, один лежал на лежанке, держался руками за живот и стонал. Стонал негромко, но, с чувством.
- Выносите его сюда, - сказал Василий в камеру.
- Оно нам надо, начальник? – ответил один из сидельцев, с синими от татуировок руками, - это тебе надо, ты его и вытаскивай, видишь, идти он сам не может. Загибается…
Не понял, почему, но ситуация мне не нравилась. Сильно. Надо что-то делать. Не дай бог, действительно аппендицит, может и умереть в камере. А за такое ЧП всем подарков надарит прокуратура.
- Так, уважаемые, - это уже я, - берем товарища и несем его сюда, к двери.
- Да вот уж х... ты угадал, начальник, - раздался ответ, - сами и тащите, вас вон двое.
- Ладно, не получается у нас нормальный разговор, - заметил я, - ну, раз так, намекаю, я сегодня как раз перед сменой новый баллон «Черемухи» у старшины получил… Я не жадный, поделюсь с вами… В камеру, сейчас, ополовиню, а дальше мы с Василием подождем за закрытой дверью, когда вам невмоготу там сидеть будет. Вот первым больного и примем, а дальше подумаем, что с вами делать.
- Да ты чо, начальник, в натуре попутал?!?!
Я достал баллон с «Черемухой» и поднес к дверному проему.
- Ну что, начинаем?
- Да пошел ты на х…, совсем менты ох… сейчас вытащим.
Матерясь и кряхтя, потащили соседи товарища своего к двери.
- Ближе, - говорю, - несите!
Подтащили и опустили страдальца на пол, рядом с дверью. Добро. Убрав «Черемуху» в карман куртки, вытащил из другого браслеты, перехватив у одного из «добровольных» помощников сжатую в кулак, правую руку страдальца, защелкнул на запястье браслет. Я за руки, соседи изнутри камеры за ноги, вытащили болезного в коридор, я застегнул вторую дужку браслетов на т-образном соединении трубы отопления, а Василий, стоявший у двери и контролировавший её, в этот момент захлопнул и запер дверь камеры. Стоим, соображаем. Страдалец извивается на полу, держится левой рукой за живот, не забывая стонать, умудряется еще и крыть нас отборным матом, за садизм, за… ну, за всё. Правая рука в браслете, сжата в кулак. Между пальцами какой-то белый порошок… Может ему таблетку, какую дали уже? Ладно… Некогда…
- Василий, - говорю, - я в адрес смотаюсь, оперативный дежурный направил. Этого не отстегивай, скорую вызови, благо, сегодня там Наседкина дежурит, знаменитый человек, доктора лучше прямо сюда проведи.
- Хорошо, - говорит, - ты без браслетов как?
- Да я у дежурного сейчас возьму, свои потом заберу у тебя.
- Ну, давай тогда…
Смотался я на выезд, даже не помню, что там было, наверное, очередной кухонный боксер… Вернулся в отдел, наверное, около часа ночи.
- Ты обедал? – спросил дежурный.
- Когда бы, Петрович, - ответил я.
- Я тоже не обедал. Поеду на хлебозавод, поем. Со мной поедешь?
- Нет, Петрович, спасибо, не хочу перед сном наедаться…
- Ха ха, сон на сутках, хорошая шутка, - сказал Петрович, - ладно, я уехал, здесь Андрей пока на пульте посидит. Да, Василий снова тебя искал, просил зайти.
- Андрей, - сказал я, - Петрович на обед поехал, я в ИВС зайду. Если что, звони туда.
- Угу, - хмуро сказал Андрей, - много не пей.
- Какое «пей» я же по делу… Да и не пью я на смене…
Постучав в дверь ИВС, дождался щелчка замка и зашел внутрь… Обалдеть, какой запах!!! Все, кто служил в армии, знают, что после отбоя «деды» лакомятся вкуснейшим деликатесом – жареной картошкой. Вот и сейчас запах жареной картошки напомнил и детство в поселке и армию… Здесь то почему так чудесно пахнет? Василий встретил меня еще более приветливо и повел в кабинет, откуда и доносился сумасшедший запах. На столе в кабинете, стояла большущая сковорода жареной картошки, рядом лежало толстенное соленое сало, нарезанное очень тонко, возле сала лежали дольки чеснока. В картошку были воткнуты две вилки. Это был пир! Вот только повод? Уселись за стол. С заговорщическим видом Василий достал из сейфа поллитровку и стаканы… Разлил. Оп-па?!?!? Это в честь чего?
- Давай за день рождения! – предложил он тост.
Чокнулись. Заели салом с чесноком. Я же обещал Андрею много не пить, но не говорил, про чуть-чуть… Вилки застучали по сковороде. М-м-м… Объеденье! А с салом! С чесночком! Да после рюмки… Да, учитывая, что завтрак был около семи утра, а обедать я с Петровичем не поехал…
- Слушай, - говорю, - а что ж ты не сказал про день рождения… Я бы что-нибудь в подарок сообразил, хоть зажигалку какую…
- Да я, - говорит, - и сам до вечера не знал. А подарок… Так ты мне его уже подарил!
- Как? - заинтригованно спросил я.
- Да, понимаешь, жулик сегодняшний, ну, этот, с больным животом…
- И что жулик больной?
- Да не больной он вовсе…
- В смысле?!?!?!
- Он по мокрухе попал сюда. Завтра ему обвинение предъявлять должны. Будет он обвиняемый. А пока он просто задержанный.
- Пока ничего не понятно, - помотал я головой.
- Сейчас по второй, дальше объясню, - сказал именинник.
- Ну так вот, слушай дальше… Всё дело в том, что уголовная ответственность за побег возникает только при определенных условиях, например, за побег, совершенный лицом, взятым под стражу, например, обвиняемым. А за побег задержанного, только штраф или пятнадцать суток максимум.
- Подожди, так ты говоришь, обвинение только завтра?
- В том и вопрос, а у «хозяина» он уже гостил, человек он бывалый… Да и в камере с ним ни одного первохода, подобралась публика, - Василий снова закурил…
- Скорая приехала, фельдшер его глянул, укольчик ему вкатил, мне потом сказал, мол, симулянт, и не сильно опытный… Никакого аппендицита, учитывая, что аппендэктомия была сделана жулику еще в школе…
- Чего сделано? – не понял я.
- Ну, аппендицит ему вырезали, короче.
- И что, ты его в камеру обратно?
- Конечно, но, только уже с бумажкой от скорой в деле. Ты слушай, дальше ещё интереснее… Я их разговоры в камере послушал, план у них был простой и реальный. Вызывают они меня, я естественно, должен меры принять, в камеру зайти и попытаться его вытащить. В правой руке у него зубной порошок был, он его мне в глаза собирался сыпануть… Пока бы я проморгался, в лучшем случае, в заложниках бы оказался. Терять им почти всем нечего. Ну а дальше, забирают они у меня ключи от камер, открывают двери и не торопясь выходят в коридор. Пользуясь ключами, открывают сейфы и дела с собой уносят. Дальше, в лучшем случае, так же спокойно, на улицу… Ну а там, дай бог ноги. В худшем, блокируют дверь в дежурку, у вас же там одна дверь, и та наружу открывается… а в окнах оргстекло вместо простого… Сидели бы вы там и смотрели, провода телефонные-то снаружи… Пока по рации с кем-нибудь связались бы… Вот и всё. Кто бы меня до утра хватился… а там, даже если и поймают, если я живой, то им по пятнадцать суток… Ну, а если…, то терять этим беспредельщикам все равно нечего.
- Ну ни х.. себе, - деликатно заметил я, - ну, тогда наливай, именинник! С днем рождения!
- Давай! С удовольствием. Да, ходит этот крендель потом по камере, кореша его пытают, мол, что же он не сделал, как планировали? Он поясняет, мол, и не думал, что не один, а двое придут… Что в камеру заходить откажутся… Что в двери ещё, браслеты на руку наденут и к батарее пристегнут… Что один со стволом будет… Стоял ты так, что добраться из камеры до тебя было не просто… Мог бы и завалить…
Призадумались… Вот как оказывается, а могли бы и не пить уже… Все под богом ходим. Да уж, за такое и водочки не грех…
- Ну что, добиваем?
- Ну, давай, да я пойду, а то я Андрею обещал много не пить…
- Да ладно, ведь за день рождения!
- Да уж!!! С днем рождения, здоровья тебе и долгих лет жизни, коллега!!!
|
|
Завершаю историю при незаметных героев. Часть третья, последняя.
Перенесемся в 23 ноября 1980 года в небольшой поселок Альванелла на юге Италии. В тот вечер мама готовила ужин, чтобы успеть к приходу папы, который обычно возвращался с работы к 8 часам вечера. Старший сын 11 лет крутился на кухне, младшая 2 лет тоже была на кухне под присмотром мамы, а средний сын третьекласник заканчивал переписывать домашку. Семья буквально 2 недели назад переехала в новую квартиру, детям пришлось поменять школу и он не хотел ударить в грязь лицом, старательно переписывал с черновика в чистовик.
В 19.34 задрожали стены, посыпалась штукатурка и мебель, мать схватила на руки младшую дочь и с криком «бежим» выбежала на улицу. Это было самое сильное землетрясение в Европе за последние 100 лет (не учитываю Мессину 1908 года), но тогда семья об этом еще не знала, просто бежали по лестницам вниз. К слову, во время толчков лестницами пользоваться нельзя. Но они об этом тогда не знали.
На улице был ад. Некоторые дома обвалились полностью, некоторые частично. Уже были видны первые раненые и говорили о погибших. Мать прижимала к себе младшую дочь, повсюду слезы, крики, неразбериха и хаос. В том землетрясении погибло 3.500 человек, прим 1.200 пропали без вести (до сих пор не нашли), около 10 тысяч раненых, прим 300 тысяч осталось без крова, и в целом в той или иной мере это землетрясение зацепило почти 5 миллионов человек. Потом все страны отправят своих спасателей, гуманитарку, полевые госпиталя и врачей. В честь спасателей и восстановителей назовут улицы и кварталы. И наряду с улицей Испании, Франции и Югославии появится улица Советская, и даже вьетнамский квартал... Но это все будет потом, а пока мать искала относительно безопасное место для своей семьи. Отец возвращался с работы, вот только сошел на остановке в 19.30, зажег сигарету и должен был минут за 20 пешком дойти до дома. Когда понял, что произошло, то побежал. Бежал к дому, как Карл Льюис, бежал и надеялся увидеть семью живой и дом целым. В хаосе среди людских криков нашел жену с дочкой, нашли старшего сына 11 лет, но нигде не было среднего 8-летнего. Мать была уверена, что все были на кухне и успели выбежать. На самом деле Массимо учил уроки в детской комнате и просто не успел. От толчков дверь оказалась заблокирована. Будь на его месте взрослый, он возможно смог бы выбить дверь, но ребенку это оказалось не под силу. Он просто остался в комнате. Догадался после первого толчка спрятаться под стол и уже под столом пересидел несколько повторных толчков. Пробовал открыть дверь самостоятельно, она не поддавалась. Окно было выбито, но оно выходило на гору, там не было людей. Не знаю, что творилось в его детской голове, но он написал шариковой ручкой на руке имя, фамилию и номер квартиры, наверное не верил в благополучный исход.
Отец бросился на поиски сына. В такой толпе легко затеряться, искали повсюду, ребенка не было. Тогда, несмотря на запреты, отец пошел на свой четвертый этаж. Сын был в квартире, дверь комнаты заблокирована. Не говорите, что легко выбить дверь, от землетрясения перекосило все. Плечом, ногами, стульями и кухонным ножом отец смог открыть дверь и вызволить сына. Дом был в плачевном состоянии, но вышли целыми. Семья снова была вместе. В дальнейшем отец не раз упрекал мать, что она не досмотрела и не поняла, что ребенок остался дома. Понятно, что час в полуразрушенном доме- это не неделя под обломками, но согласитесь, не лучшее испытание для ребенка. Мать и сейчас уверена, что все вышли вместе. Так и говорит, я несла на руках младшую, в правой руке старший, в левой средний. Прям индийская богиня с 6 руками... Хотя, не знаю, что делала бы я на ее месте, сложно судить. Не дай Бог никому оказаться перед таким выбором, кого из детей спасать.
Дом не подлежал восстановлению. Это было съемное жилье и семье не полагалась компенсация, хотя в такой ситуации важнее было найти хоть какую-то крышу над головой, а не компенсацию. Без крова одновременно остались прим 300 тысяч человек. Пропущу рассказ о том, как перебивались в палаточных лагерях, а потом у дальних родствеников в девятером на прим 40 метрах. У деда мороза в то Рождество все просили, чтобы нашелся Вася, выздоровел Петя и начал ходить Ваня. В школу вернулись только в конце января, это были контейнеры, от старой школы ничего не осталось. В школе навсегда осталось несколько пустых мест за партой. Нельзя говорить о везении, это была огромная трагедия. Но если бы толчки произошли утром, то жертв было бы куда больше. По традиции, школы падают первыми... В последние лет 15 и занялись безопасностью школ, но тогда был 1980 год.
С тех пор прошло много лет, Массимо вырос, выучился, переехал на север Италии, завел семью.
В субботу 19 мая 2012 года отправил ребенка на море с родствениками, а сам чувствовал себя буквально молодоженом, в кои-то веки, вдвоем с женой дома, ужин при свечах и грандиозные планы, вот только в ночь с 19 на 20 мая земля опять задрожала. Он прикрыл собой жену, получил картиной и штукатуркой по спине... Сказал жене быстро выходить после окончаният олчка и оставить все двери открытыми. Сам выключил газ (стальные нервы), взял ключи от машины, завернул котов в джинсовую куртку и вышел. Посадил жену с котами в машину. Потом поднялся еще пару раз, взял телефоны, документы и пару курток, внизу провел перекличку соседей, а потом сел в машину и сказал : «Дорогая, мы едем на море на несколько дней».
Землетрясения 2012 года в Эмилии было намного слабее, но были погибшие и раненые, был страх и паника, были разрушения и была волна людской солидарности.
Вы спросите почему я так хорошо знаю все детали. Просто этой женой, которую прикрыл собой Массимо, была я...
|
|
Нахлынуло…
Включаю 9-го, утром перед работой ТV, а там военный парад прямо из Белогорска. Муха-бляха я же там, с полвека назад, в двухгодичниках служил. Черным лейтенантом, командиром взвода. Белые служили при штабах, поближе к столице, а я со многими другими залетел аж в Амурскую область в КДВО/Краснознамённый дальневосточный округ/(как дурила вляпался опять), рядом с еврейской АО, где сегодня днём с огнём не найдёшь нормального еврея, и ЗБВО/Забайкальский военный округ/(Забудь вернуться обратно). В тех самых местах, где дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут. Так нам на исправление ещё присылали «штрафников» из западной группы войск, у одного из них я повзаимствовал немецкие хромовые сапоги на платформе, которые почти не снимал два года. Места прохождения службы были диковатые, но красивые. Бескрайные соевые поля Приамурья, капризная речка Зея, тайга на севере. Глухари, тетерева, кочующие стада косуль… Погода, правда, не подарок и особенно зимой. Сейчас где-то там Зейская ГЭС, космодром Восточный… Испохабили природу, но куда деваться. Так, на чём я остановился. Привалила, значит, в КДВО толпа двухгодичников после окончания вузов. Ребята крепкие и молодые. Со всех концов необъятной страны. И сразу после копеечной стипендии приличное офицерское содержание и бесплатный пролёт проезд в любую точку Советского Союза. Большой соблазн для любителей выпить и закусить. Правда, можно было купить в этих местах хорошие книги. Но не книгами одними жив человек. Остается ещё спорт. Но кто сказал, что спортсмены не пьют. Не верьте. Офицер должен быть хорошо выбрит и слегка пьян. Обед в гарнизоне. Дружно валим в нашу столовку. Обычное меню: солянка, рис с бараньей нарезкой и вместо минералки или компота стаканчик Плиски. Замечательный напиток, но если встретишь шапочного знакомого, так я его и повстречал, одной бутылкой не обойдёшься. Сталкивались когда-то в строй отрядах. Теперь он тоже лейтенант, зам. начфина дивизии. Вертаемся через спортивное поле в общежитие, пятиэтажное здание из силикатного кирпича. Навстречу ком. дивизии с проверяющим из округа. Зам.начфина пытается отдать честь. Такой восьмипудовый «мышонок» с дворянкой ножкой 37-го размера. Падает. Увлекает меня за собой прямо перед лицом высочайшего начальства. Так я вошел в контакт с начальником гарнизонной гауптвахты майором Петровым. Первые заслуженные трое суток. Майор - отличный здоровенный мужик. Трое суток детального изучения уставов и оформление всяческой наглядной агитации. – А дело было в сентябре. Сидели двое на губе, и двое, как не странно, лейтенанты. Нам было что и пить и есть, газет с уставами не счесть. Нам дайте карты, нам дайте карты. С утра майор Петров входил и нас в порядок приводил и говорил внушительно и строго: А коль не хочешь ты добром плакатным выводить пером – сиди до гроба, сиди до гроба. А двухгодичники в тоске стучат конями по доске, на волю выходить не торопятся. Здесь нет вина, здесь нет девчат, здесь ночью лисы верещат. Куда податься, с кем пободаться.- Были ещё куплеты. Забыл, не помню… Потом у меня с майором Петровым сложились нормальные деловые отношения. /Да, в качестве лирического отступления. Военные сборы, ещё студентами мы проходили в Самборе, что подо Львовом. Наш командир сборов попросил написать песню для роты будущих лейтенантов-химиков. Через несколько дней рота маршировала на стрельбище, что находилось на старом разрушенном еврейском кладбище, потом в столовую под мои дурацкие куплеты: Чеканят шаг химические роты, девчонки затихают у ворот. Мы выручаем матушку пехоту и наши армии ведем вперёд. И т.д… Заработал благодарность от командира сборов. А офицер звёздочкой повыше заметил: «Соловей, узнаю тебя по твоим копытам». Был у меня в части друг из славного Львова, были друзья и в самом Самборе, где с моим приятелем расслаблялись в самоволках. А теперь дети и внуки моих кодатошных российских и украинских друзей убивают друг друга./Полнейший идиотизм. Уму непостижимо /. Что был обязан делать любой командир взвода, помимо работы с личным составом? Ходить в патрули и караулы. Караулы – эта охрана складов и проверка постов. Распределение солдат по сменам. Заряжай, разряжай. Главное, чтобы спросонок никто себе ногу не прострелил или не потерял магазин от автомата. Летом терпимо, зимой не фонтан. Патрульная служба на порядок веселее. Приходишь к майору Петрову. Он даёт тебе 2-3 солдат и маршрут патрулирования. Добавляя при этом: «Не приведёшь двоих,- сядешь третьим». Маршрут простой: сам гарнизон, железнодорожная станция, там рядом ресторан - забегаловка «Голубой Дунай», потом Кильдым, весьма специфическое строение, где жили выпушенные на свободу и осевшие рядом с гарнизоном заключенные, ну ещё редкие вызовы на жалобы местного населения, которые попадали к майору Петрову. Милиции, как таковой, не было, её обязанности тоже выполняла патрульная служба. Собственно я вырос не в столице, а за Люберцами, в Раменском районе в поселке Фабричная. Там у нас был клуб с библиотекой и бесплатными спортивными секциями, совсем не то, что сегодня. Секцию бокса вёл Сан Сыныч, из бывших тяжёловесов, так он, даже нас легковесов, научил держать удар и давать ответку. Спасибо ему за это. В обязанности патруля входило задержка солдат без увольнительных и не только. Рядом был стройбат, какие-то летунские курсы, ещё на станции и у «Голубого Дуная» изредка возбухали вышедшие на волю бывшие заключённые/а всяких тюряг в местах этих хватало, была даже одна женская/, так что можно было при желании без труда выполнить разнарядку уважаемого начальства. Петров говорил: Не усердствуй. Нарвёшься на нож. Домой должен вернутся живым. – Вернусь, лишь бы не нарваться на кастет. Прорвусь, как чирь на..попе. Были, конечно, разные случаи. Шагаешь мимо «Голубого Дуная», а там прапор, из летунов, стоит на четвереньках в придорожной луже и вопит: «Иду на взлёт! » Что-то, наверно, удачно загнал из вверенного ему имущества. Так его свои же и заберут. Или даёт Петров вводную, поезжай на зерновой склад, разрули обстановку. Местные позвонили. Бытовуха. А там офицер из летунов, загулял с женой завсклада. Мужа выгнал. Сидит пьяный и довольный. Вязать старшего по званию одно удовольствие. Петров, его протрезвевшего, всё равно отпустит. По субботам в доме офицеров устраивались танцы. По окончании оных - напряжёнка. Подтягивались деревенские пацаны, чтобы двухгодичники, в основном холостые, не уводили клёвых девчат. А самое ответственное мероприятие перед учениями и смотрами - зачистка Кильдыма. Петров со своими бойцами окружает здание, я со своим патрулём прохожу по двухэтажному бараку и вышвыриваю из комнат дембилей и старослужащих, тех кто не успел выпрыгнуть из окон. В коридор выходит латышка Регина, дама баскетбольных размеров. У неё на руках дремлет усатенький лейтенантик из Таджикистана. «Не отдам…» рычит Регина. Картина маслом. На этом я прекращаю своё повествование, по прочтении которого можно убедиться, что автор был и остаётся совком со слабой надеждой на свет в конце туннеля.
|
|
В современном мире нам порой не хватает времени уделять достаточно внимания своим родным и близким. Зачастую, что бы кого-то поздравить с торжеством мы просто отписывается смс-кой или поздравляем через мессенджеры и социальные сети. А ведь порой так хочется подарить дорогому человеку немного своего тепла и внимания.
Петрович, вполне себе благовидный и состоятельный дядечка лет около пятидесяти. Слегка полноват, частично побрит и иногда бывает трезвым. Но несмотря на некоторые свои недостатки он хороший муж и порядочный семьянин. И как подобает хорошему семьянину, он в обязательном порядке любил свою дорогую тещу Лидию Кузьминична.
Намедни у Лидии Кузьминичны случился юбилей. Семьдесят лет и зим как сея благонравная женщина проживает на этом свете и дарит свою любовь и заботу любимому зятю.
В такой знаменательный день рождения поздравлять тещу через мессенджер ну уж очень нехороший моветон.
А признаться Петрович давеча бухнул с литрушку огненной и в нем проснулись пламенные чувства к любимой теще. И в качестве подарка он решил заказать для нее шикарнейший букет. Причем с доставкой курьером на дом.
Но повторюсь, что Петрович был слегка под градусом, а дело было в замечательном городе Бобруйске.
Бобруйск это культурная столица с очень предприимчивыми и оборотистыми горожанами. Здесь реально было замутить практически любой гешефт. И главное смотреть в оба чтобы не проворонить. Цветы ведь разные конторы могут доставлять и по любому случаю. Букетик, он ведь может быть и свадебным, и веночек поминальным. И доставляться все это может одной и той же конторой и те же самым курьером.
Хорошо если тот кто заказ принимает, на рабочем месте ничего не принимает. А то ведь без курьёзов не обойдется.
И вот «подарок» Петровичем по телефону был сделан и на том конце провода был кем-то принят. Кому звонил Петрович и кто заказ принимал история умалчивает. Но!
Контора «скорбим с вами»
Обеденный перерыв закончился и диспетчер телефонной связи бюро ритуальных услуг начал оформлять заказ.
— Михалыч! -заорал он, — слышь чё оно! ( А Михалыч был вероятно за старшего) — тут какой-то чудик для своей тещи цветы заказал. Ток подписать надо что с юбилеем, от внуков, дочки и зятя. Первый раз слышу что бы с юбилеем заказывали.
— А он деньги заплатил?
— Ну да, перевел через смс банкинг.
— Ну дак а тебе не пофиг? Да хоть с новым годом, твою мать. Запомни, клиент, который заплатил деньги, всегда прав! Выполняй заказ, мать твою!
К вечеру того же дня, уважаемая виновница торжества Лидия Кузьминична получила шикарнейший подарок. К ее дверям был доставлен шикарнейший и дорогущий похоронный венок. На перекошенное черной ленточки красивыми крупными буквами было написано поздравление.
«Дорогой любимой теще, бабушке и маме от внуков, дочери и зятя. С юбилеем. Вечная тебе память. Помним. Любим. Скорбим.»
Не то чтобы Лидия Кузьминична не отличалась стрессоустойчивостью, её в тот вечер прихватило сердце. Но к счастью всё обошлось благополучно и заказанный венок по своему назначению не понадобился.
А Петрович потом ещё целый месяц ходил синий как изолента с загипсованными по колено руками. И пить он всё таки бросил.
|
|
История СССР в мартирологах. 1. Комсомол
Комсомол в 1918 году придумали три выдающихся молодых еврея-коммуниста - Лазарь Шацкин, Ефим Цетлин и Оскар Рывкин. Первому тогда было 16 лет, второму 19, третьему 20. Цетлин и Рывкин до июля 1917-го - члены еврейской левой партии Бунда, после июльского восстания большевиков переходят к ним.
Все трое задумывали российский комсомол как часть международного коммунистического движения. Лазарь Шацкин возглавлял делегацию РКСМ на Первом Учредительном конгрессе КИМ, который состоялся в Берлине 20-26 ноября 1919 года. Присутствовали представители молодежных организаций 13 стран - России, Германии, Австрии, Италии, Франции, Швейцарии и др. Конгресс избрал Шацкина секретарём и членом исполкома Коммунистического интернационала молодежи. Слово КИМ прочно вошло в обиход. И сейчас можно нередко встретить людей старшего поколения, которые носят имя Ким.
Все трое, начиная с конца 1920-х, были резко против сталинской политики, за что и поплатились. Все трое в период "большого террора" в 1937 году были казнены.
После них первыми секретарями ЦК комсомола были Смородин и Чаплин, которых постигла та же участь.
Затем руководителем комсомола был Мильчаков. Ему повезло больше всех - он отделался 15-ю годами лагерей.
Следующий первый секретарь ЦК ВЛКСМ Александр Косарев был выдвиженцем Сталина. Он всячески поносил Шацкина и других создателей комсомола, пытался вычеркнуть их из истории ВЛКСМ. Однако это не помогло - он тоже был расстрелян.
|
|
Был у нас случай лет двадцать назад. Занималась фирма торговлей строительными материалами. Зарубежными, качественными. Никаких в помине строймаркетов ещё не было, рынок и такие вот фирмы. На рынке могут и варить, а у нас - фирмА и сертификаты. И фотографии всамделишные с зарубежными поставщиками на фоне зарубежных заводов.
Склад в Москве и в области. Закупается у нас дилер из региона, новенький. Мы обычно всех оптовиков старались в область отправить, но этому было страсть как неудобно, совсем не его направление. Поэтому крупная партия стройматериалов приехала накануне в город и ждала загрузки.
Контора у нас работала с восьми утра, но дилер очень просил загрузить его как можно раньше,чтобы он успел тем же днём добраться в свой регион. Обещал приехать до рассвета и ждать. Грузчики и менеджеры, понятно, не в восторге были, но что делать, пошли навстречу. Пришли на час раньше.
Сидели тогда в бывшем НИИ, снимали "офис". Особенностью этого офиса была его планировка, с колоннами, простенками и перегородками: при входе в дверь непонятно было сразу, кто и в каком количестве пребывает сейчас в офисе.
Далее от первого лица старшего менеджера.
Захожу в кабинет, начало восьмого, не выспавшийся, злой. Около входа уже заприметил грузовик нашего покупателя-жаворонка, поэтому сообщаю сидящему помощнику: "Там этот хрен из Н... приехал, поднимется, сделаешь ему все документы?". Из-за колонны радостно выходит наш покупатель со словами "Доброе утро! Хрен уже здесь! Спасибо, что согласились пораньше отгрузить!". Я чуть со стыда не провалился, а покупатель оказался на редкость понимающим и, к счастью, не обиделся, мы потом ещё долго и плодотворно сотрудничали.
|
|
Поздравляю всех читателей сайта с наступившим Новым 2024 годом, и вдогонку истории МАШа специально для Osta....
В 2014 году на работу к моему товарищу в фирму пришла работать референтом девушка, которая выделялась не только умом и образованностью, знанием четырех языков в том числе и китайского, но и внешностью.
Попробую описать поподробнее.
Высокая, ростом 180 сантиметров, со светлой кожей, модельной внешности с прекрасной фигурой и грациозной походкой, спасибо папе обрусевшему корейцу и маме русских кровей, хотя по внешности чистая кореянка или китаянка.
Как сказал мой товарищ это было самое короткое собеседование в его карьере.)
Сам друг напоминал китайского божка плодородия, при росте тоже 180 см., он обладал довольно упитанной фигурой и весил на тот момент 130 килограмм, к тому же с рыжей бородой.
После того как он стал брать ее на переговоры дела пошли в гору, только в офисе работа в первые месяцы была парализована полностью.)
Все мужское население срочно пошло в спортивный зал убирать пивные животы со жгучим желанием покорить сердце Лолы (имя изменено) так как инфа из отдела кадров о том что она не замужем разлетелась мгновенно. Мне довелось ее видеть очень близко когда я был на юбилее фитнес-клуба в качестве председателя жюри и вручал ей приз в категории Мисс загар.
Весной того же года товарищи начал работать с азиатским рынком и у него наметилась поездка в Китай и Вьетнам.
Кого взять с собой вопросов не возникало в принципе даже несмотря на протесты жены с заламыванием рук и скандалами.)
Но он как человек восточный (наполовину татарин) быстро заглушил конфликт в зародыше фразой - Будешь нервы делать, возьму ее второй женой.)
Далее со слов друга...
- Лола, только ты оденься поскромнее, деловой стиль там и так далее.
В аэропорту она была одета в джинсы и кофточку, а в руке такая же джинсовая курточка и чемодан.
Мужики смотрели с завистью а дамы с нескрываемым отвращением как и на нее, наверное думали сколько же денег у этого колобка если такая дама с ним готова лететь за границу?
Прилетели в Китай, на осмотре китайские пограничники долго рассматривали документы ничего не говоря, потом позвали старшего.
В соседних кабинках пограничники тоже смотрели во все глаза и штамповали документы не глядя.)
Подошел офицер в форме с любопытным взглядом и стал задавать вопросы на английском.
Лола на безукоризненном китайском с улыбкой стала ему отвечать.
Лица погранцов расплылись в улыбке, они ей сказали какие то китайские комплименты и с улыбками пожелали хорошего отдыха.
Но это было только начало.
При выходе из аэропорта их должны были встречать пока они шли к микроавтобусу на тротуаре началось столпотворение.
Первым подбежал какой то китайский малец лет пяти и попросился к ней на руки лопоча по китайски.
Лола ответила ему и взяла на руки, тут же родители попросили сфоткаться и все у кого были фотоаппараты и смартфоны начали фотографировать.)
- Лола, прекращай фотосессию нас ждут!
- Сергей Борисович нельзя обижать людей!
Потом подошли две китаянки и тоже захотели сфоткаться, потом еще одна семья стала просить ее подержать на руках их дочь..
Примерно минут через тридцать им удалось сесть в автобус и отъехать от аэропорта к гостинице.
Водитель чуть не свернул шею и не прожег ее взглядом глядя больше на нее чем на дорогу.
Перед отелем то же самое повторилось.
Там фотосессия заняла чуть меньше.
На рецепшне китаянки принялись в пол голоса обсуждать из какой провинции пожаловало к ним это чудо?
- Из России - на чистом китайском ответила Лола и вогнала в краску девушек.
Их очень удивило что мы живем в разных номерах.
- Лола, в шесть часов встречаемся внизу, мы едем на прием к товарищу Ху, поэтому оденься нормально.
- Конечно Сергей Борисович. Обязательно. Кокошник одевать?)
- Лола я тебе этот кокошник.....
Вышел в холл, пью кофе жду Лолу.
Картина маслом!
Выходит Лола в красном облегающем платье, с собранными волосами и на десятисантиметровых каблуках!
Все китайцы которые что то до этого шумно обсуждали, на секунду затихли а потом еще громче начали обсуждать это чудо.
Защелкали фотоаппараты, сразу появились желающие сделать сэлфи.
Выход занял еще минут десять.
Надо ли говорить что на приеме товарищ Ху тоже довольно высокий для китайца, не отходил от меня и от Лолы, умудрился облить ее шампанским и долго тщательно вытирал салфеткой забрызганное платье чуть не протерев его до дыр.)
Да, и мы потом подписали контракт с которым возились с пол года.
Три дня в Китае как под копирку, после первой сотни сэлфи считать перестал.
- Ну че, классно съездил!)
- Нет, это только первая часть марлезонского балета, Дальше мы полетели во Вьетнам!
В аэропорту Вьетнама наш проход через таможню был еще дольше, сарафанное радио и мобильная связь творят чудеса!
Сбежались посмотреть все кто не был занят делом, в отличии от китайцев эти не стеснялись ее потрогать за руку а кто то самый высокий даже погладил по волосам.
Лола с улыбкой на все реагировала, и на выходе из аэропорта таксисты чуть не подрались кому нас везти, а нашему водителю микрика грозили какими то страшными вьетнамскими карами если он не очистит горизонт, и только приход двух полицейских разрядил обстановку.
Они так же сделали фото и усадили нас в микрик.
- Лола, я тебя предупреждаю! Если ты и здесь оденешь свое платье, возьму тебя второй женой (ну это культурно я описал фразу я сам тебя вы..бу.)
- Сергей Борисович слово даю! Тем более на него шампанское товарищ Ху пролил сказала Лола с улыбочкой.)
На встречу с вьетнамскими товарищами она пришла в строгой деловой одежде.
После встречи вьетнамские товарищи очень захотели совершить ответный визит в Россию, хотя до этого все время отмазывались.
Во Вьетнаме были два дня.
В последний день вьетнамские товарищи предложили поехать на экскурсию на крокодиловую ферму, покушать мясо кобры и попить водку с желчью.
- А можно потом заехать на местный рынок посмотреть?
- Конечно! Обязательно!
- Ну и? Платья то нету, че было то!
Дальше непечатные выражения приводить не буду.)
Сижу в автобусе слышу какой то гам, народ стал подтягиваться и тут выходит Лола!
....... твою мать! Лола, опять?
- Сергей Борисович а про каблуки вы ничего не сказали!)
Шортики в обтяжку, босоножки на каблуках и маечка до пупка не дотягивает и все тот же пиджачок на руке.)
Видели как в Брильянтовой руке за Мироновым дети бежали? Так за Лолой был целый хоровод!
Ну короче на крокодиловой ферме крокодил чуть не откусил руку актеру потому что тот засмотрелся на Лолу, на змеиной ферме забили аж три кобры и даже денег не взяли, зато хозяин и весь персонал перефотографировался с Лолой.
Приехали на рынок.
- Так Лола, сиди в автобусе и не отсвечивай!
Возвращаюсь с рынка с гидом, у автобуса столпотворение, родители суют детей в руки как Папе Римскому для благословения, стар и млад пытается ее погладить по руке, а наиболее смелые и за шортики.
- А Лола стоит как Гуливер среди лилипутов и смеется как ребенок.
Ну а дальше все как обычно в предыдущие дни, и только в Шереметьево была как при отлете.
- Сергей Борисович, я теперь понимаю что чувствовал Гагарин когда путешествовал по миру.)
- Лола ты знаешь кто такой Гагарин?
- Сергей Борисович, я же школу с золотой медалью закончила и универ на Дальнем Востоке с красным дипломом. Я и про Терешкову знаю!)
- Да Лола, не дочитал я твое резюме.)
По прилету домой их в офисе ждало письмо с просьбой согласовать сроки прилета товарища Ху с ответным визитом!)
- Прилетал?
- А то, даже в казаки приняли.)
03.01. 2024 г.
|
|
В первом классе у нас тоже была драчливая девочка.
Без повода лягалась, и все в пах пыталась попасть. Видно, кто-то научил. Но глупенькая еще была - девчонкам туда же метила.
Достала всех очень.
А нас воспитывали, что девочек бить нельзя. Ни в коем разе.
Мы и не били. Раз просили, два. Не понимает.
Тогда мы просто испачкали ей платье. Гадкой желтой паркетной пылью с подошв сменки. Оттерлась. Ей еще раз испачкали. И еще, и еще. Пока она не побежала за своим заступником. Брат ее в пятом классе учился.
Но в школе ведь как - на каждого старшего брата найдется другой, еще более старший брат. Мужики устроили совет, разобрались - если девка не перестанет дурить, придется применить к ней силу.
В результате все и разрешилось.
Красивая девушка выросла. И умная. Только ранняя очень, в классе в седьмом уже…
|
|
В июне 1948 года четыре человека сидели в хайфском кафе. Один из них – рыжий и высокий ирландец – что-то яростно чертил карандашом на салфетках, второй (приземистый шотландец с офицерскими знаками различия на кителе) мрачно курил, двое других пытались разобраться в импровизированных чертежах, периодически задавая идиотские вопросы.
- То есть, сначала тянем вот эту херню на себя, а потом…
- Да нет же! Нет! Наоборот! Это не трамвай! Это, сука, танк! – Орал рыжий.
- Нам завтра пиздец. – Мрачно резюмировал шотландец, прикуривая очередную сигарету.
Старший сержант Майкл Фланаган танкистом оказался куда лучшим, чем педагогом. Попробуй объяснить двум пехотинцам, никогда не видевшим танка изнутри, как именно им управлять. К тому же из учебных материалов в его распоряжении были только карандаш, салфетки и семиэтажный английский мат.
Родившийся в Ирландии в 1926-м году, Майкл никогда не испытывал особых симпатий к Британской империи. Его отец – старый боец ИРА – был против того, чтобы сын проливал кровь за оккупантов зеленого острова. Но романтика мировой войны увлекла шестнадцатилетнего фермера. Тот сбежал из дома, добавил себе два года и записался добровольцем. Высадка в Нормандии произвела на него неизгладимое впечатление. Хотя и не такое сильное, как освобождение концлагеря Берген-Бельзен. Тогда ему впервые пришлось обратиться к армейскому психологу (в роли которого выступил полковой капеллан).
Война кончилась, британцы оставляли свои подмандатные территории. На аэродроме в Хайфе дежурили четыре последних танка «Кромвель». Арабские армии наступали, руководство Хаганы отчаянно нуждалось в оружии и боеприпасах, а английскому командованию было поручено «любой ценой предотвратить попадание вооружения в руки одной из сторон конфликта». Танков у израильтян не было. Почти. Имелся один собранный из украденных запчастей «Шерман» без пушки.
Вечером 30 июня подразделение Фланагана должны были забрать из хайфского порта. Тогда-то он и подбил своего командира, лейтенанта Гарри Макдоналда, дезертировать из британской армии в израильскую. Прихватив с собой танки.
Увы, для четырех машин нужно четыре водителя. Двумя учениками Фланагана и Макдональда стали бойцы Хаганы, служившие в британской пехоте. Никого лучше в распоряжении подполья не нашлось.
- Точно пиздец. – Согласился ирландец.
Они накаркали. Ночью все четверо заняли свои места в «Кромвелях». Первый пехотинец тупо не сумел завести танк. Второй танк завел, проломил ограду аэропорта и улетел в песок. Коробку передач заклинило. В итоге, от четырех танков осталось два. Салфеточное обучение не помогло.
Фланаган с Макдональдом успешно довели свои машины до условленного места, где навстречу ирландцу вышел человек в форме старшего офицера британской армии. Майк потянулся за пистолетом, когда услышал «Шалом, хавер!». Дэн Самуэль – самый молодой майор танковых войск и внук лорда Герберта Самуэля – тоже решил дезертировать. Он же помогал в сборке недоделанного «Шермана».
Англичане нашли два брошенных танка и решили, что на базу напали. Когда поняли, что произошло, объявили план-перехват. Но к тому моменту оба «Кромвеля» долетели на крейсерской скорости до Тель-Авива и были надежно укрыты в гараже в районе Гиватаима.
Наутро мэр Хайфы принес свои извинения и пригласил британского командира на чай. Тот с негодованием приглашение отверг и погрузился на корабль. Местные газеты вышли под заголовком: «ХАЙФСКОЕ ЧАЕПИТИЕ: НИ ЧАЯ, НИ ТАНКОВ».
Благодаря двум «Кромвелям» израильтянам удалось отбить у иорданцев аэропорт Лод.
После войны Фланаган сменил имя на Михаэль Пелег, прошел гиюр и женился на сержанте своего подразделения – Рут Леви. Посаженным отцом на свадьбе был майор Дан Самуэль, а шафером – лейтенант Макдональд. Шотландец вспоминает, что раввин, который должен был вести церемонию, застрял в пробке и впавший в ярость Фланаган (к тому моменту уже номинально правоверный иудей, но в душе – ревностный католик) заорал на всю синагогу: «Иисус Христос, Иосиф, Мария… Где черти носят нашего рабби?!».
Макдональд потом вернулся в Англию. Фланаган остался в Израиле и прошел еще три войны – в 1956, 1967 и 1973.
Силуэт «Кромвеля» изображен на беретах израильских танкистов. По легенде, в Суэцкую войну – когда англичане и израильтяне уже оказались на одной стороне – британский генерал, командированный в Израиль, увидел этот значок и в недоумении спросил Ицхака Садэ:
- Неужели вы не могли выбрать для эмблемы что-нибудь получше?
- К сожалению, – ответил Садэ, – ничего лучше у вас в тот момент не было. Украли, что оставалось.
Иудаизм запрещает изображения людей. Поэтому мемориал «Большая тройка» в музее под Латруном состоит из трех танков. За фигуру Черчилля отвечает танк «Кромвель», угнанный сыном ирландского республиканца, иудео-католиком Майклом Фланаганом. За фигуру Рузвельта – танк «Шерман», собранный внуком британского лорда и первого губернатора подмандатной Палестины Даном Сэмуэлем.
|
|
Алёна стала проституткой, когда ей исполнилось пятьдесят.
Не то чтоб эта древнейшая профессия была мечтой всей её жизни или целью, к которой она стремилась. Нет. Это, безусловно, был вынужденный и отчаянный шаг в неизвестность. А начиналось всё обыкновенно, как у всех.
Незадолго до означенных выше событий Алёну вызвал к себе в кабинет замдиректора по кадрам, что само по себе не сулило ничего хорошего. Алёна, будучи по образованию биологом, двадцать шесть лет работала сотрудником Зоологического музея. В музее она курировала отдельную развернутую экспозицию, посвящённую эволюционному учению Чарльза Дарвина. На ответственном хранении Алёны в числе прочих экспонатов состояли чучела животных редких пород, а также единственное в мире чучело пингвина-альбиноса — предмет гордости Алёны и зависти коллег.
— Проходите, Алёна Григорьевна, садитесь, — с трудом выдавил из себя замдиректора по кадрам. Его голос звучал так, будто замдиректора только что слегка придушили. Возможно, данный дефект был следствием многочисленных детских ангин, но, вероятнее всего, причиной послужило пагубное пристрастие начальника к алкоголю и кубинским сигарам. Алёна послушно села.
— Алёна Григорьевна, администрация музея с великим сожалением вынуждена предупредить вас о грядущем сокращении. Музею трудно выживать в сложившейся экономической ситуации. Вы должны нас понять. Через два месяца, с полной выплатой всех положенных по закону материальных средств. Дела передавайте старшему научному сотруднику Курочкину. У меня всё. Можете идти.
Алёна встала и на негнущихся ногах направилась к выходу из кабинета. Очнулась она, лёжа на антикварном кожаном диване в приёмной. Нервная секретарша совала ей под нос нашатырь, замдиректора по кадрам замер неподалёку с графином воды и стаканом в руках. В этот момент до Алёны дошло подлинное значение слова «катастрофа».
Причины сокращения скрывались под пологом каких-то придворных тайн. Не последнюю роль сыграла ревность сотрудников к чучелу пингвина-альбиноса. Но самое печальное во всей этой истории было то, что Алёна в жизни больше ничего не умела. У неё не было мужа, детей, не было даже отдельной квартиры. Алёна с пожилой мамой ютилась в крохотной комнатке, в коммуналке неподалёку от работы, на углу Среднего проспекта и 11-й линии Васильевского острова. Ни разу в жизни она не готовила, не стирала и имела весьма приблизительное представление о том, как пользоваться пылесосом.
Трудно описать словами чувства, нахлынувшие на Алёну в этот трагический день. Тем не менее на следующее утро она как всегда в положенное время была на работе.
Старший научный сотрудник Курочкин торжествовал. Алёна тянула с передачей дел как могла. Несмотря на это, Курочкин уже чувствовал себя полноправным хозяином экспозиции. Шли дни, недели, и, наконец, два месяца истекли. Наступил последний Алёнин день в музее. Это был канун дня её пятидесятилетия.
Утром Алёна надела зелёное платье в стиле «Бохо» — самое красивое из двух, имевшихся в наличии. Приколола к платью брошку с двумя красными пластмассовыми бусинами, купленную за сорок девять рублей на Апрашке, и отправилась на работу. Войдя в первый экспозиционный зал, Алёна открыла ключом витрину с чучелом пингвина и нежно, как лучшего друга, обняла альбиноса, невзирая на яростные протесты старшего научного сотрудника Курочкина. Всё-таки двадцать шесть лет вместе — это не шутка!
Затем Алёна направилась в бухгалтерию и получила причитающиеся ей расчётные средства, в том числе два оклада вперёд, что в совокупности составило немыслимую сумму в двадцать две тысячи рублей. В отделе кадров ей выдали трудовую книжку, которую Алёна с юности не держала в руках. Книжка выглядела как экспонат из далёкого прошлого. Начальные записи в ней велись перьевой ручкой.
— Анахронизм, ископаемое… — произнесла Алёна, и непонятно было, к чему или к кому относятся её слова.
Алёна медленно брела по Университетской набережной в сторону дома и вдруг остановилась, наткнувшись на трафаретную надпись, сделанную белой краской на асфальте. Надпись гласила: «Работа для девушек» и содержала номер мобильного телефона.
Алёна, несмотря на свой далеко не юный возраст, подсознательно продолжала относить себя к категории девушек. Вероятно, по этой самой причине объявление на асфальте не вызвало у неё подозрения. Алёна порылась в своей потрёпанной сумке, достала карандаш и на краешке расчётного листка записала номер телефона. Придя домой, она направилась в ванную, открыла кран и набрала номер на мобильном.
На другом конце быстро сняли трубку, хриплый мужской голос выдохнул Алёне в ухо: «Да!»
— Я по поводу объявления на Университетской набережной, — робко начала Алёна.
— Ну? — выжидающее молчание.
— Я по поводу работы для девушек, — уточнила Алёна.
— Работы очень много, дорогая, работы невпроворот!
— А зарплата?
— Зарплата сдельная, договорная. Больше работаешь, больше получаешь! Ты как работать будешь, по вызову или в стационаре?
— Я — в стационаре, — почему-то ответила Алёна, — А когда можно приступать?
— Да хоть завтра, — хохотнул мужчина, — я обычно кастинг сначала устраиваю, но, слышу, ты девочка деловая, с опытом. Приходи завтра к пяти в переулок Гривцова 14, вход со двора, магазин «Индийская роза», — и повесил трубку.
Алёна не успела ничего спросить о характере предлагаемой работы. Но отступать не хотелось, жизнь должна продолжаться. Нельзя же сказать маме, что её сократили в музее, такая новость может подорвать мамино и без того пошатнувшееся здоровье.
Проснулась Алёна в половине третьего, стараясь не производить лишнего шума, пошла в ванную, быстро почистила зубы, приняла душ и вернулась в комнату. Надела вчерашнее платье, приколола к нему брошку и без четверти четыре вышла на улицу. Путь был неблизким, общественный транспорт ещё не ходил. Было прохладно и сыро, но все мелкие погодные неприятности искупала белая ночь и красота любимого города.
Алёна без особого труда преодолела расстояние, она любила ходить пешком. Без десяти пять Алёна стояла во дворе дома 14 по переулку Гривцова. Вниз в полуподвальное помещение вели заплёванные скользкие ступеньки. На облезлой ржавой двери нагло красовалась надпись: «Индийская роза». Алёна подёргала ручку, дверь была заперта. Алёна отступила назад. Дверь с шумом распахнулась, из неё выпорхнула парочка молодых нетрезвых девушек и лысоватый, но весь покрытый чёрной шерстью мужик кавказской наружности.
Мужик сфокусировал взгляд на Алёне.
— Ты кто? — послышался уже знакомый по телефонному разговору голос.
— Я вам звонила по поводу объявления на набережной, про работу для девушек, — напомнила Алёна.
— А! Так я же велел тебе прийти в пять.
— Сейчас пять часов пять минут, — нерешительно ответила Алёна.
— Вот дура! В пять вечера! А сейчас я хочу спать. Впрочем, заходи, раз пришла. Какая же ты девушка?! Тебе лет-то сколько? — кавказец жестом указал на дверь в подвал, и Алёна нерешительно шагнула вперёд.
— Сегодня суббота, и завалялся тут один постоянный клиент. Правда, он так уже накидался, что ему сейчас до фени твой возраст. Вон та розовая дверь, иди, работай! Такса у нас — тысяча рублей в час. Половину заработка отдашь мне, иди! — с этими словами он подтолкнул Алёну к указанной двери.
Алёна вошла, не успев понять, что произошло. Несмотря на то, что помещение располагалось в подвале, интерьер комнаты был довольно приятным и даже с претензией на изысканность. Стены были обтянуты тканью кремово-розового цвета. Мягкая мебель, выполненная в стиле гарнитура генеральши Поповой из «Двенадцати стульев», была обита тканью тех же тонов. В центре комнаты под балдахином из той же задрапированной ткани возвышалась огромная кровать. На кровати, забывшись сном, лежал грузный мужчина. На сервировочном столике и на полу валялись бутылки из-под водки и дорогого шампанского «Моёт».
Алёна подошла поближе, черты лица спящего мужчины показались ей знакомыми.
Именно в этот момент в голове Алёны созрел план мести. Как бы Алёна ни была наивна, у неё хватило ума догадаться, какого рода работа предлагалась девушкам в том злосчастном объявлении.
Она сняла с себя одежду и аккуратной стопкой сложила её на стуле, стоявшем поблизости. Затем она прилегла рядом со спящим, стараясь выглядеть сексуально и непринуждённо.
Мужчина зашевелился и сонно пошарил рукой по постели. Нащупав Алёну, обнял её, открыл глаза и сразу же отшатнулся, вскочил и даже протрезвел от ужаса.
— Алёна Григорьевна! Что вы здесь делаете? Как? Где я? Почему вы голая? — завопил замдиректора по кадрам высоким фальцетом, прорезавшимся неведомо откуда.
— Я теперь здесь работаю, — тихо ответила Алёна, удивляясь новым ноткам металла в своём голосе. — Вы же меня вчера сократили!
— Алёна Григорьевна! Это всё чудовищное недоразумение! Я человек с положением! У меня семья! Я всё исправлю! Всё ещё можно исправить! Алёна Григорьевна! Только умоляю, никому ни слова, никому!
Вскоре под сокращение попал старший научный сотрудник Курочкин. А в понедельник, в установленное правилами трудового распорядка время, Алёна вошла в Зоологический музей и направилась в первый экспозиционный зал, где её дожидалось единственное в мире чучело пингвина-альбиноса.
Автор - Татьяна Горюнова
|
|
10 признаков, что вы офицер. 1. На дне вашего стакана периодически появляются звёздочки. 2. Вы носите звёздочки, но не вы октябрёнок. 3. Вы можете повышать голос на прапорщика, но вы не его жена. 4. Вы можете наплевать на приказ старшего сержанта. 5. Вы должны жёстко любить солдат. Причём, за деньги, получаемые от государства. 6. В каждом крупном городе существует Дом таких, как вы. 7. Два пальца вы суёте не в рот, а между лбом и козырьком. 8. Вы считаете, что книги читают только бездельники и дежурные по части. 9. Ваша военная специальность позволит вам в отставке легко устроится охранником. 10. Ваше сердце под прицелом.
|
|
Еще в продолжение армейской темы....
С декабря 1985 года по июнь 1986 года мне довелось послужить в прекрасном городе Ереване.
Часть находилась в районе под названием Зейтун, где располагалась учебка, оперативный отдел КГБ и погранцы несущие службу в аэропорту Раздан.
Служить было интересно, нас даже отпускали в увольнения, мы выезжали в город с шефской помощью на Ермолкомбинат, за день так сказать работы привозили мешки сыров, мацони и прочих ништяков которые сразу отправлялись на кухню для улучшения рациона.
В увольнении всегда все было отлично, местное население всегда старались нас угостить и частенько мы возвращались с теми же семью рублями с которыми ушли в увольнение а еще с полными карманами сигарет.
Эту идиллию нарушало одно - патруль который обычно состоял из танкистов из расположенного в соседнем районе Каназ Канакерского танкового полка где толи замом толи начальником штаба служил мой дальний родственник которого я называл дядей, и которому передали что я служу рядом и якобы как написали родители он даже обещал приехать в гости.)
У нас всех без исключения были новые парадки, хорошие шинели, а самое главное это кожаные ремни и кожаные юфтовые укороченные сапоги с широкими голенищами.
Патруль обычно пасся в радиусе пятисот метров от нашей части, и наша задача была оторваться от патруля и добежать в прямую видимость до дежурного который обычно дежурил на улице возле арки, и если видели что патруль гнался за погранцом, сразу выбегали еще пару человек и бежать уже приходилось патрулю.
Кому не удавалось оторваться с губы приезжали в кирзачах и в лохмотьях которые то и формой не назовешь, и тогда был грандиозный разъеб и утомительные многодневные тренировки по бегу по руководством дураковатого старшего сержанта мастера спорта по бегу.
Дважды мне удавалось убежать но третий раз не оторвался...
В феврале ко мне в гости приехала Мама, которая разместилась недалеко от части в гостинице Звезда, я получил увольнение на весь день, погулял с Мамой по городу а в восемь вечера нагруженный тяжелыми сумками с мамиными ништяками возвращался в часть.
Хрустел снежок под сапогами, я уже видел в ста метрах нашу часть как на перерез от стены отделились трое и шагнули на встречу.
Опа! Патруль! Танкисты, два азиата низкорослых которые с вожделением смотрели на мою форму и сумки, и такой же нерусский капитан.
- Таварыщ салдат предъявите ваши документы!
Если бы не сумки с ништяками, они бы увидели только мою спину, но бросить я их не мог, поэтому доставая документы из внутреннего кармана я расплылся в улыбке и говорю - Товарищ капитан вы из Канакерского танкового полка?
- Да, а щто?
- Ну это очень хорошо!
- А кому на губе бывает хорошо солдат? Шютник что ли?
- Да вот давно мечтал попасть к Вам в часть, а теперь такая удача - сказал я продолжая улыбаться улыбкой Швейка.
Капитан стал шевелить извилинами не понимая почему я такой борзый, но продолжал гнуть линию но уже как то неуверенно.
- Слышишь юморист, я сийчас заберу тибя на губу за нарушение формы одежды там и посмеешься!
- Ну что ж, я готов куда идем?
Капитан не сдвинулся с места хлопая моим военником с увольнительной себе по руке глядя на меня.
Пауза стала претендовать на мхатовскую, он взглядом требовал объяснений.
- Товарищ капитан, как привезете меня на губу то сообщите начальнику штаба подполковнику Ф...ву что вы его племянника привезли, а то пол года служу а в гости никак не выберусь.
При упоминании этого имени азиаты как то сразу расширили глаза и стали похожи на европейцев, а лицо капитана приобрело бурый оттенок.
Видя что мы ломим шведов я раздухарился - Товарищ капитан так куда идти, а то уже видите из ворот наряд наш вышел и смотрит, едем на губу? Когда еще дядю порадую?
Он молча отдал документы, козырнул и негромко матерясь на нерусском языке они пошли вниз по улице.
Наш наряд подошел помог донести сумки, спросили о чем мы говорили и почему отпустили?
Я сказал что нарушений по форме у меня нет и доки в порядке, да и вас они увидели.)
- Ну да, ссыканули наверное - сказал сержант.
- Ну да!)
Про дядю и мои понты решил не говорить, только годкам рассказал во время застолья.)
04.09. 2023 г.
|
|
Сизифов труд.
Соломон говорил, что "Многие знания-многие печали". Подозреваю, что он имел ввиду, что знания часто приходят через печаль. Особенно в армии. Что суть вещей и процессов можно постичь не через слова и образы. А только через жопу. Причем поротую и свою.
...Темной ночью мы вдевятером тащили на руках свежеукраденную железную дверь с Люберецкого завода холодильного оборудования. Дверь весом в полтонны была заказана конкурирующей качалкой у местных сварщиков. За ходом исполнения работягами левой халтуры следил наш агент. Как только дверь была готова, наш отряд полез через забор за вожделенным предметом.
Дверь была необходима, что бы уберечь спортинвентарь от краж со стороны конкурирующих качалок. Предыдущую, деревянную, нам вынесли вместе с косяком и сперли все блины, гантели и грифы. Поэтому, что бы бороться с воровством, мы пошли воровать дверь. Лечить подобное-подобным. Руководил нами будущий законный вор, это была его дебютная проба пера, так что я присутствовал, если так можно выразиться, при первом, робком взмахе смычка Ростроповича.
Дебют вышел , прямо скажем, так себе. Нас засекли. Вопли сторожей подбросили адреналина в кровь и группа слаженно перешла на рысь. Взяв разгон, мы дружно выдохнув -ыыыхбля, перекинули проклятую железяку через забор. Перелетели сами и продолжили бег. Вдалеке засверкали огни патрульного бобика. Группа крадунов дружно перешла с валкой рыси на курц-галоп.
Спасало нас то, что скакали мы по пересеченной местности и ментам было жаль гробить машину . Но это же и добавляло нам экстриму. Бежать в темноте с полтонной в руках, да по ямам-канавам этот тот еще кроссфит, прямо скажем.
Дыхание рвало в клочья, из пасти вырывался только жуткий хрип, и в этот момент я понял, что мы бежим по кругу. Все, аллес капут. Я попал в временную петлю. Теперь я обречен вечно скакать по буеракам в компании 7ми долбоебов и невылупившегося вора. С полтонной нагрузки...
...Вопли "РРРРОТАПОДЬЕМ, БОЕВАЯ ТРЕВОГА!" вырвали из этот кошмара и погрузили в новый. Что за ...полпервого ночи? Опять "веселые старты"? Ссука, что ж вам неймется.
Выскочили, оделись, с грохотом и матюгами вылетели на мороз. Странно. Оружие не выдают. Значит, война отменяется. Но шухер-то какой! К чему бы? Гансы визжали как резаные. Половина была тоже спросоня, у командора из сапога торчала незаправленная портянка. Орал он в крайней ажитации, временами переходя с мата на лай.
Оказалось, что какой то енерал ночью поперся проверять посты. В детство лейтенантское ударился, стало быть, из старческого лампасного маразма. И на тебе- ночью на скользкой дороге упал и сломал себе попчик. Енерала со сломанной жопой нашли случайно, какие то пьяные самоходчики. Шли из самоволки, бухие, благостные , а тут дедушка валяется на дороге. Пожалели старичка, идиоты.
Донесли до территорий действия дисциплинарного Устава и тут же уехали на губу.
По максимуму- на 10 суток.
Затем начался вселенский шухер. Нашу роту, отвечающую за участок скользкой дорожки, на которую вступил папахоносный маразматик, бросили на прорыв. Бегом! Еще бегомее! А то вдруг еще какой беспросветно-погонный кретин ночью попрется туда же и сраку поломает!
Поначалу воровали весь шанцевый инструмент, до которого могли дотянуться. С драками и угрозами экспроприировали у окрестных рот скребки, ломы, лопаты , носилки и проч.
Задача стояла нетривиальная- очистить от снега 2 километра дороги и посыпать все это песком. И непременно с солью! Енерал прям грозился лично проверить соленость дороги. Языком, видимо. Прискакав на жопственной сопе, которую ему доктор Бляболит пришьет.
Ни соли, ни песка, разумеется не выдали. С солью вопрос был решен мною - с немалым изяществом. Мы просто взломали продсклал и спиздили все запасы натрий-хлора, что там лежали.
Песок? Чего проще? Копаем снег, потом пробиваемся сквозь промерзшую землю, (всего-то полтора метра) - и вот он! Всю ночь рота рыла, бегала с носилками, сеяла и солила. В ритме песни Муслима Магомаева "А эта свадьба, свадьба, свадьба пела и плясала"
К 8 утра , грязные , как черти, шатаясь и глухо проклиная судьбу, мы ползли в располагу. Наивные дурачки мечтали, что им дадут поспать днем. Реалисты смотрели на будущее хмуро и матерно.
За воротами что-то оранжево, с проблеском , светило. Ворота открылись и орава грязных, звероподобных рож узрела грейдер и машину с песком. На нас опасливо таращились две водительские морды.
-Ээээ? А почему это вы тут? -поинтересовались труженики старшего Сизифа.
-Почему? -задумался офицер... ПОЧЕМУ?!!!! -заревел он белугой. ПАЧЕМУ?!!!-орал он на отшатнувшихся в ужасе водил, обильно брызгая слюной:
-ПОТОМУ ЧТО МАМА В ДЕТСТВЕ ГОВОРИЛА- "УЧИСЬ, ДУРАК!" , А Я ЕЕ НЕ ПОСЛУШАЛ!!! визжал ганс, внезапно словивший откровение. Потом завыл матерно , рванул ворот шинели и пошел прям по снежной целине куда-то в неведомую даль.
На роту снизошло истинное знание. Которое словами было не передать Рождается оно только в такие моменты, когда ты ,свершив трудовой подвиг, обляпанный грязью, соленый, потный, стоишь, шатаясь , и смотришь на грейдер. Как ишак на квадроцикл.
И в этот миг тебе все-все становится понятно. И про мир, и про страну, и про себя-мудака, и про то, что если нашел говно в самоволке, то не тащи его с собой, а присыпь снежком и иди себе дальше.
Иначе потом месяц будешь последний хуй без соли доедать. Ибо со склада ее какие-то твари сперли.
Остальное подобное мое тут https://ridero.ru/author/kamerer_maksim_zelqw/
|
|
