Шутки про прапорщик - Свежие анекдоты

Результатов: 584

1

Ледовое побоище или победа разума над сарпассариллой.

Кухонный наряд… как много в этом звуке..
Военнослужащему Советской Армии совершенно необязательно было изучать картины Босха, что бы вообразить ад. Он и так его зрил воочию.
Нет, ад не жаркий. Не холодный. Он жирный. И склизкий.
Диаволова субстанция, комбижир , пропитывала собой всю солдатскую едальню и 10 метров прилегающей территории к ней. Воробей садился почирикать на козырек столовой и улетал сальным. Скользкие крысы бродили во тьме. Все живое, побывав там, оставляло за собой жирные разводы.
Кухонный наряд вообще из себя представлял куски солидола с слипающимися глазами. И булками.
Передвигающимися с грацией фигуристок.

Итак. В роте я уже заимел репутацию простуженного головой, но, деды, зловеще ухмыляясь, пообещали мне смерть на бачках, раз «по-человечески» я не понимаю.

По-человечески я их понимал. И именно поэтому вел себя, как последняя скотина.

Итак. Меня и несколько духов нарядили в что то невообразимо грязное и рваное, построили, навили нам жути и попросили вернуться живыми. Ибо ждала нас геена .

По приходу на кухню тамошние черти -повара немедля навешали нам тумаков. Под вопли , что б мы летали, шуршали, тявкнуть не смели, ибо нам тогда пизда ваще.
Ярость служителей преисподней сразу показалась мне неискренней. Им трудно было гнобить рабсилу вдолгую: наряд менялся раз в неделю. Жили они отдельно и за пределами столовки власть нечистой силы сходила на нет. Потому необходимо было подавить возможное сопротивление сразу.
Получив вводную на работу пинком в зад от самого Сотоны ( повара Птицына) я метров 5 проскользил до мойки.
-На дикотеку, сука, орал Главбес, брызгая слюной. Сгною на бачках падлу!

-Скользить по лезвию ножа, дрожа от сладости пореза… бормотал я выбирая разбодягу поухватистее.
-Что б навсегда твоя душа привыкла к холоду железа-тут меня одолели сомнения, ибо сердце в грядущем Армагеддоне жаждало крови, а жопа опасалась дизеля.

Нет, я не Гамлет, я другой, вопрос «бить или не бить» для меня не стоял на повестке, но сносить Птице клюв сразу, или все же начать как то исподволь-ясности не было.
Милосердие никогда не было моей сильной стороной.
Стоит мне распустить нюни,и вокруг немедля закручивается спираль лютой хтони.
В итоге я вломил Птице под коленки. Разбодягой. То есть черпаком размером с каску пехотинца на древке от лопаты.
Ху-як!
На жирном плиточном полу птичьи лапки в секунду взлетели на высоту носа и он со всей дури брякнулся тыковкой об косяк. И стек вниз.
-Пиздец-похолодела жопа: я же говорила! Я же , блядь,ГОВОРИЛА!
А? А! Теперь все: тюрьма наш дом!
-Заткнись-отвечало горячее сердце. Из за тебя ногами в жир въехали! Не надо бить по голове, не надо бить по голове-кто это блажил? На,блядь, полюбуйся!
Птица лежал , дыша со всхлипами , и надувая носом кровавые пузыри.
-Надо его куда-то деть: наконец-то вмешался в дискуссию мозг.
-Куда?!
-Ну, не знаю…например, в котел…
Зачем? Почему в котел? На что я надеялся? Что полк примет поварятину за курятину? Отнюдь. Курями нас не кормили, любой бы заподозрил неладное найдя столько мяса в бигусе…

Коллектив поварят застыл «немой сценой» из Ревизора, обнаружив, как их предводителя нечто чумазое тащит за ногу к котлу, а Великий и Ужасный Шеф только еле слышно мычит и вяло конвульсирует.
Ну и кровавый след на полу добавил антуражу…

В такие моменты, когда понимаешь , что тебе пиздец, становишься на редкость сообразительным.
-ААААААААВОТВЫГДЕБЛЯДИ!!!!! завыл я голодным вепрем и бросился в бой.
Бесы ломанулись на выход. Но пара смелых таки скрестила со мной столовые приборы.

Если б Олимпийский комитет мог бы видеть это сражение, то, уверен, фехтование половниками и вилами для мяса на жирном полу в кирзовых сапогах стало бы олимпийским видом спорта. Без всяких проволочек. За зрелищность.

В пылу дуэли мне таки рассадили ухо мастерским терсом, я же, применяя мулине отоварил первого поваренка по кумполу.
Второй обманными финтами путал мне карты, но мне повезло батманом выбить у него вилы.
Ща те, сука, будет туше, но ебучая табуретка попала под ноги и я полетел в угол.
-А вот теперь тебе точно пиздец: прошептал внутренний голос.
Спасение пришло откуда не ждали.
-ЭТО ЧТО ТУТ ЗА ХУЙНЯ?!!! -раздался начальственный рык.
В белых сияющих одеждах над полем битвы возвышался архангелом прапорщик Загоруйко -властелин столовой.

-Это он, он! -завыли поварские бесы, тыча в меня сальными пальцами из-за широкой загоруйкиной спины.
Еретик! Еретик он! Оскорбил нас действием! Изрыгал хулу! И больно дерется! На костер еретика! Он птицу сварить хотел!!!!

Прапор удивился.
-Ты хотел сварить повара?! Зачем?!
-У меня от жареного изжога.

Загоруйко попятился.
Тут в углу ожил Птица, смерью смерть поправ.
Раздался всхлип, повар с трудом поднимался на карачки...
-Хуясе-удивлению моему не было предела. Мысленно я его уже оплакал , а тут нате. Какой живучий. Ну на!
И пернатому прилетело с ноги в торец. Терять мне было уже нечего.

В полной тишине я протопал мимо разинувшего рот главвора, сделал козу рогатую поварятам, те брызнули в проход , и вышел на воздуся.
Сел покурить на лавочку. Мысли текли ленивые и верные.
-Ничего… и на зоне люди живут… в самодеятельность пойду, или хлеборезом устроюсь… нет, лучше библиотекарем.. буду зачарованным зэкам роман тискать. Гамлета им декламировать. Небось, скощуха случится, выйду на свободу с чистой совестью…
А может-на рывок?
Три дня на крыше товарняка, везущего на юг партию дефицитных калош, воровство дынь на Бухарском базаре , переход границы на вырезанных из краденой табуретки копытах, закос под немого дервиша , свершающего хадж в калошах, питание подаяниями, распевное мычание ворованного Корана, впоследствии оказавшегося учебником по гинекологии на арабском , слава хафиза и исцелителя страждущих,излечение хворой дочери вождя наложением рук, свадьба, волосатые ноги жены, усатое монобровое потомство , почет, уважение, слухи о новом Пророке, покорные воинственные племена склоняются перед моим величием, общий вой : «МАХДИ! ВЕДИ НАС НА КОПЕНГАГЕН!» , зарево пожарищ, исламизация всей органики по дороге, и вот я на белой верблюдице в красном тюрбане въезжаю в Кристансборг…
Из сладких грез вырвал голос сослуживца.
-Макс! Имей совесть! Мы там вешаемся, а ты тут хуи пинаешь! Там картохи надо три ванны начистить, иначе спать не пойдем! Хоть тут помоги!
Чистилище представляло из себя помещение, прекрасно подходящее для съемок фильмов ужасов.
Щербатый кафель везде и всюду , и ванны для растворения трупов в кислоте, ясное дело.
В углу громоздилось что то зловещее над кровостоком. По центру пытошной избы на табуретках группа военнопленных кромсала тупыми ножами картошку. Куча на полу вызывала отчаяние.
-А это чего? -я кивнул на угловую мясокрутку.
-Картофелечистка.
-Так какого…
-Она не работает…
-Хм.

Полез позырить. И обнаружил, что провод кем-то заботливо перекушен. Соединил: заработало!

Картоху мы почистили за час. Но.
Меня мучили сомнения. Техника и солдаты срочной службы: понятия антогонистические.
При взаимодействии что-то одно не выдерживает и ломается.
И. Ладно бы картофелечистка гигнется. А , неровен час, солдатик туда башкой полезет? И вообще. Вода, электричество, воин в одном помещении: жди беды.
Беда придет, начнут к ней искать Фамилию Имя и Отчество.
А мне и так пятерик корячится. А тут на выездной сессии суда объявят, что я мало того, что поварей тушу в капусте, но и личный состав изничтожаю при помощи элекричества. И силой трения.
Мне три расстрела ж выпишут в неделю. Срок дадут, больше чем я вешу.
Короче: не ты сломал, не тебе и чинить, бормотал я, вырывая реле с мясом.
-Не жили хорошо, нехуй и начинать! -приговаривал я, ныкая реле в сарае.

Как ни странно, но копыта правосудия проскакали мимо. Прапор здраво рассудил, что не стоит швыряться камнями, живя в хрустальном доме.
Ибо у любого завстоловой наворовано на Сибирь. А то и на Камчатку. Оно ему надо людей с чистыми руками и горячим сердцем кликать. А повар, ну заикаться стал малеха, головенка трясется, пысяться начал. Но! Бигус готовить не разучился? Никак нет! Совершеннейшее несьедобное говно получалось! Стало быть-годен к несению службы!
Птица потом пытался через наших дедов мне отмщение аз воздать, но те не повелись. Даже за жареную картоху каждый день.
Птицына харя их спасла от опрометчивых поступков. А я… я стал Властелином Картофелечистки. Ночью ко мне шли плаксивые ходоки и умоляли запустить им шайтан машину.
За два бачка жареной картошки с тушняком я нес прогресс в массы. Шел, прилаживал реле, мудокрутил чего то с умным видом и -запускал машинерию!
Закончив, брал мзду, реле, и пер все это в роту.
Бачок-дедам, пусть подавятся, бачок-своим.
У ушлого еврея луддизм тоже может стать бизнесом.

2

Любопытная параллель: как два человека, причём великих человека! — относились к награде.
Лев Николаевич Толстой всю жизнь не скрывал сожаления, что ему не довелось получить Георгиевский крест. И ведь награда была в шаговой доступности, да вот шагала не туда. Всё время что-нибудь мешало. Один раз Лёва сам отказался: крест дали один на батарею, и все считали, что именно Толстой достоин. Но он отказался в пользу ветерана, у которого подходил к концу срок службы: знак отличия давал право на пожизненную пенсию.
А ещё случай просто трагикомичный: весь личный состав батареи представили к награде. Всех до одного! Ну, что может быть не так? Но незадолго до этого Лёва опоздал в караул. Проспал, но по уважительной причине: всю ночь перед этим в карты играл. И вот подишь ты: караулы пришёл проверить сам генерал. В итоге, когда личный состав пошёл торжественным маршем получать награды, граф Толстой полировал шконку на гауптвахте.
В принципе, наградами граф обделён не был: орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», медали «За защиту Севастополя 1854—1855» и «В память войны 1853—1856 годов», медали «В память 50-летия защиты Севастополя».
Но Егория не получил, и очень переживал. Это особая награда. Как правило, давали только за боевые заслуги.
А вот обратная история: живописец Верещагин орден Георгия как раз получил. В Туркестане живописец стал участником защиты крепости Самарканда, — крохотный гарнизон противостоял многотысячным нападавшим. Прапорщик Верещагин, с шашкой и револьвером, не просто участвовал в обороне: он вёл бойцов в рукопашную!
Наградой стал орден Святого Георгия, - поскольку Василий Васильевич был офицером, ему полагался не солдатский знак отличия, о котором мечтал фейерверкер Толстой, а настоящий орден.
Однако Василий Васильевич его никогда не носил!!! Это, кстати, было серьёзным нарушением: в соответствии со статутом награды, георгиевские кавалеры были обязаны носить её всегда в официальной обстановке.
Туркестанский начальник Верещагина, генерал Кауфман, встретив Верещагина в Петербурге, осведомился, почему Василий Васильевич не при ордене. Живописец отговорился, что у него просто ордена нет (в те времена награждённый, как правило, покупал орден за свой счёт). На это генерал сказал: «Тогда берите мой», и, сняв орден, вручил его служителю муз. На что упорный Верещагин сказал, что в его сюртуке нет петлицы с отверстием для ордена.
«Сейчас будет», — сказал генерал, и, достав кортик, проделал в лацкане Верещагина нужное отверстие. После чего, буквально насильно, украсил художника образом святого Егория.
Даже можно сказать: объегорил!!!

4

ИСТОРИЯ ПРО АРМЕЙСКУЮ СЛУЖБУ

В День пограничника у меня законный выходной. Вне зависимости от того, выходной это день в календаре или нет.
Я, как и многие товарищи по погранслужбе, кладу фуражку на торпеду машины и еду на точку сбора к друзьям. И этот год не станет исключением.
Будет и водка, и шашлык, и воспоминания, которые начинаются одной фразой:
- А помнишь?
И умудрённые жизнью мужики превращаются в тех восемнадцатилетних пацанов, которых судьба свела на границе.

Про сборный пункт писать не буду. Лучше, чем в культовом фильме "ДМБ" об этом не расскажешь, там и обоссавшиеся, и обблевавшиеся и, конечно, ветеран-генерал, который толкал речь, напутствуя зелёных юнцов, которые смотрели на него мутными пьяными взглядами.
Призывался я аккурат в День милиции, и четыре дня просидел на сборном пункте.
Потом были двое суток в поезде до самого Баку и ещё несколько часов до отряда. И уже в поезде стало понятно, кто кем будет во время службы.
Команда у нас была около пятидесяти человек, и направлялась она в Армению, в городок расположенный на Иранской границе, как нам объяснили покупатели - два бравых сержанта и прапор. Они смотрели на новое пополнение с явным неудовольствием, не вмешиваясь в процесс распития алкоголя.

Когда мы дружно завалились в плацкартный вагон, все быстренько расселись по своим местам с теми, с кем уже успели сдружиться за эти три-четыре дня. И только один паренёк, которого мы окрестили по фамилии Кузей, присел на край нижней полки в четырёхместном отсеке с покупателями, хотя свободные места в вагоне ещё были.
Он достал из рюкзака колбасу, консервы и прочую снедь и заискивающим голосом предложил:
- Товарищ прапорщик, товарищи сержанты, угощайтесь!
Наш товарищ Пашка мрачным голосом изрёк:
- Этот точно будет ссукой и стукачом!
Утром второго дня мы заметили, что он уже массирует плечи здоровенному сержанту в тельнике, посматривая на нас свысока.
- Может, дадим пизды гниде?
- Паша, да и хуй с ним, просто мы теперь знаем, кто он такой.

Первая ночь в казарме, хочется спать и жрать, но нас строят сержанты и деды:
- Так, индейцы, ваша жизнь на ближайшие три месяца будет полным пиздецом, но если вы всё-таки хотите нормально провести их, то у нас есть программа "Алло, мы ищем таланты!". Художники, музыканты и прочие самородки, выйти из строя!
Первым шагнул Кузя, а за ним человек десять тоже вышли из строя, и их повели в каптёрку на беседу.
Нас же ещё полчаса подрочили подъёмом и отбоем, после чего разрешили поспать.
Ещё на гражданке парень, который пришёл после армии в технарь, на практике в колхозе, рассказывая нам про армию, учил, что нельзя показывать таланты, чтобы деды в итоге не задолбали.
И он оказался прав, таланты вернулись часа в три, когда мы уже храпели вовсю.

Сержанты не обманули, это была действительно большая жопа.
Каждое утро кросс в гору до вышки и назад, но если кто-то падал и не добегал, то все возвращались за "раненым" и опять бежали в гору. И так могло повторяться раза три-четыре.
Через неделю раненых не было, потому что тащили к финишу всех, и пиздюлина ночью от своих годков лечила лучше любых таблеток.
И только Кузя не бегал, так как делал утренний массаж дедушкам, за что его возненавидели все.

Помимо кроссов ещё была муштра на плацу и политзанятия.
Кузя скрупулёзно конспектировал весь тот бред, который нёс замполит, хотя для нас это была единственная возможность подремать с открытыми глазами.
И, конечно, когда замполит предложил подумать о вступлении в партию, он был первым.
Желание отпиздить ссуку росло с каждым днём, а количество желающих росло в геометрической прогрессии. Но потом меня отправили в учебку, и его я увидел через семь месяцев, когда вернулся в отряд.

Сначала я даже не узнал в кругломордом ефрейторе Кузю, который курил недалеко от штаба.
Вечером годки рассказали, что его под крыло взяли замполит и особист, теперь он кандидат в члены КПСС и собирается через месяц в отпуск за хорошую службу.
- Шлём, все знают, что он стучит, но никто не хочет связываться.
- Хуйня, на дембель всё равно поедет с кем-то из наших, там ему пизды и отгрузим!

Ещё примерно месяцев через десять я был отправлен за залёт строить систему и, к своему удивлению, обнаружил там Кузю.
Замполит, который был с нами, пояснил, что это указание замполита отряда и настойчивое желание особиста.
- Понятно, в каждом партизанском отряде должен быть предатель.
Замполит заржал и удалился в свою палатку.

Мы довольно быстро приспособились жить бок о бок рядом со стукачом и даже не замечали его, а просто на автомате замолкали, когда он подходил погреть уши.
На совете мы решили, что до дембеля будем сдувать с него пылинки, а в поезде дружно дадим пизды и заберём его значки, фуражку и форму.
И ближе к дембелю он стал кожей чувствовать, что тучи над ним сгущаются. И когда наш летёха стал опрашивать, кто как едет на дембель, практически все сказали, что через Ереван, и только он сказал, что через Баку.
Ладно, отпиздим на станции.

Тридцатого декабря мы погрузились в шишигу и к вечеру были в отряде.
На следующий день после обеда мы попёрлись в штаб за предписаниями, все в предвкушении дембеля.
Зам по тылу с позывным Лампа толкнул проникновенную речь, что хоть мы и сборище долбоёбов и залётчиков, но работу выполнили на отлично. Потом вышел начальник контрразведки, который порекомендовал нам после армии не расслабляться, и как только наебёмся, идти и устраиваться на работу в КГБ, ментуру или, на худой конец, в пожарные.
Потом вышел наш замполит Гагик и раздал документы всем, кроме Кузи.
- Тащ старший лейтенант, а мои документы?
Летёха посмотрел на него, выдерживая мхатовскую паузу:
- Кузя, а ты пока ещё послужишь.
- Почему?
- Так ты ж у нас кандидат в члены КПСС?
- Да!
- Ну так жди, пока твой партбилет придёт, - с ехидной улыбкой сказал замполит.
- А когда же он придёт?
- Ну, может, в феврале? И вааще, ты должен быть горд, что вернёшься на гражданку с партбилетом в отличие от всех остальных.
После этого спича он нам подмигнул и пошёл в штаб.

Он побагровел как рак и стал грязно материться, обещая по приезду домой подтереть партбилетом свою жопу, попутно материл и замполита отряда, которого громко обозвал рыжим пидором.
Затем он побрел в казарму под наше улюлюкание и гогот.
Когда он скрылся за углом, мы, не сговариваясь, пошли в штаб сначала к начальнику контрразведки, моему земляку, где со всеми подробностями пересказали всё то, что говорил Кузя, картинно сокрушаясь, что командование просмотрело в нём антисоветского элемента.
Потом зашли к особисту и, в конце, к замполиту отряда, которому рассказали, что его любимчик и протеже мало того, что грозился осквернить партбилет, но и обозвал его самого так, что и повторить стыдно.
- Как назвал-то?
- Ну, рыжим, как его... Ну, тем самым!
- А кому вы ещё это рассказали?
- Так начальнику контрразведки, особисту, вам и ещё пойдём начштаба доложим.
- Не надо никуда ходить, я этому пидору устрою!

Через три часа мы сели в поезд, а ещё через два часа в тоннеле, недалеко от Нахичевани, мы с бутылкой спизженного армянского коньяка, встретили новый 1988-й год.
Все были счастливы, что ехали домой, но и ещё душу грело, что тот, кто портил нам жизнь, был наказан.
Лет через десять я встретил его земляка из приморского городка, который призывался на полгода позже. Так вот он сказал, что на дембель Кузя ушёл в начале марта аккурат к женскому празднику, как и те остальные партийцы, кто всю службу рвал жопу, а потом терпеливо ждал свой заветный партбилет.

Всех погранцов с праздником, и всем хорошего дня!

27.05.2026 г.

5

В мае 1973-го года меня, только что окончившего Смоленский филиал МЭИ, призвали на один год в армию. Такой был закон: мужчины, имевшие высшее образование, призывались не на два, а только на один год.
Вот 23 числа того же месяца меня и ещё одиннадцать призывников из Смоленской области, прапорщик строем привёл на ж/д вокзал и мы зашли в плацкартный вагон поезда, следующего до столицы Советской Латвии старинного города Риги.
По прибытии поезда этот прапор, понимая наше естественное после предшествовавших "проводов" чувство жажды, привёл нас, горемычных, к стоявшей рядом бочке с хлебным квасом. Выпив по большой кружке желанного напитка, мы запрыгнули под брезентовый тент грузовика, который довез нас до поселка Гаркалне, что примерно в тридцати километрах от Риги.
Началась собственно "служба" с ежедневным освоением основ ходьбы строем и первоначальным "знакомством" с автоматом Калашникова.
После окончания "курса молодого бойца", нас привезли в расположение в/ч 7458, находившейся недалеко от центра Риги, в районе под названием"Чиекуркалнс". Там мы помылись под душем, а потом одели военную форму, на плечах которой были погоны крапового цвета с буквами "ВВ", означавшими "Внутренние Войска".
Как и во всех войсковых частях, каждый день был расписан по часам: подъём в 7-00, затем строевая подготовка, в 13-00 обед, в 18-00 ужин.
Скажу прямо: каких-то особых трудностей во время службы я не ощущал, ежедневно отмечая на своём календарике, сколько дней осталось до окончания срока "отдания долга Родине".
Потом наступил период, когда моя служба была волею начальства перенесена в болотистую местность рядом с тем же Гаркалне.
На полигоне, недалеко от того же населенного пункта, было устроено стрельбище с установленной небольшой двухэтажной будкой и оборудованными на расстоянии двести метров от неё мишенями.
Там были ростовые силуэты, а также контуры плечевых фигур и одна мишень под названием "Бегущая", ездила по рельсам то в одну, то в другую сторону.
Эти "цели" были сделаны из фанеры, на обе стороны которой крепилась металлическая фольга, которая при попадании пули в мишень, на короткое время замыкалась, что вызывало появление сигнала "Цель поражена" на пульте управления.
Вот обслуживанием этих "целей" и занимался ваш покорный слуга.
Да, чуть не забыл сказать, что электроэнергией напряжением 220 вольт всё оборудование полигона снабжались
от передвижной малогабаритной электростанции, размещавшейся неподалеку.
Во время моей службы на "объект" ежедневно на "автозаках" привозили несколько зэков, имеющих гражданскую специальность "каменщик", который в очень короткий срок вместо деревянного домика построили кирпичную будку.
Однажды приехавший прапорщик решил проверить свою меткость.
Он принял соответствующую позу "лёжа" и начал стрельбу.
Я решил пошутить над ним и отключил его мишень.
Он с удивлением глянул на "объект" и решил повторить попытку. Результат тот же.
Тогда до него дошло, что это было сделано из пункта управления.
Успокоился.
Вот так.

6

В Советской Армии идет первое занятие с новобранцами, ведет молодой замполит: - Сейчас вы в армии, значит вы все одинаковые - все солдаты, а не армяне, русские, евреи и т. д. Поняли? Подходит к строю: - Ты кто? - Солдат! - Ты кто? - Солдат! - Ты кто? - Узбек! - Еще раз говорю - нет в армии узбеков, русских, татар - все солдаты! Ты кто? - Узбек! - Я тебе говорю, ты не узбек, ты солдат! Ты кто? - Узбек! - Товарищ прапорщик, позанимайтесь с этим солдатом, ничего не понимает! Через два часа замполит встречает этого солдата: - Ну, объяснил прапорщик тебе, кто ты есть? - Объяснил... - Ну, кто? - Чурка сраная!

8

Прапорщик строит на плацу танковый взвод. - Рядовой Иванов! - Я! - Выйти из строя на три шага! - Есть! - Поднять танк! - Есть! Рядовой Иванов подходит к танку и пытается его поднять. Естественно, безуспешно. - Товарищ прапорщик, разрешите обратиться! - Обращайтесь. - Поднять танк возможности не имею. - Отставить. Рядовой Петров! - Я выйти из строя! - Есть! - Помочь рядовому Иванову поднять танк! - Есть! Еще попытка. - Товарищ прапорщик, разрешите обратиться! - Обращайтесь. - Поднять танк возможности не имеем. - Отставить. Взвод! Помочь рядовым Иванову и Петрову поднять танк! Взвод окружает танк и пытается его поднять. Безуспешно. Выходит сержант: - Товарищ прапорщик, разрешите обратиться! - Обращайтесь. - Взвод поднять танк возможности не имеет. - Так хули ж вы думали - тридцать тонн.

15

Прапорщик идет по военному городку. Навстречу ему солдат, который отдает честь, прикладывая руку к подбородку. - Товарищ солдат, как вы честь отдаете? - Товарищ прапорщик, а это я по новому уставу, вы разве не читали? - Я и сам знаю. Только резче надо, резче!

18

Прапорщик на выходных решил человеком побыть – китель снял, в парк пошёл, мороженое купил. И тут – девчонка, хитрая, глаза как капканы.
Говорит: «Если ответишь правильно – сделаю приятно».
Прапорщик подтянулся, грудь колесом:
– Вопрос разрешаю.
– Следующее слово, которое ты скажешь, будет «нет»?
И всё. Стоит, думает. «Да» – нельзя, «нет» – нельзя, молчать – обидно. Завис. Девушка усмехнулась и ушла.
Прапорщик остался – без ответа и без приза.
Через неделю на плацу решил отыграться:
– Рядовой! Следующее слово, которое ты скажешь, будет «нет»?
Солдат – без паузы, чётко:
– Никак нет, товарищ прапорщик!

19

Гарда напомнила.....

Сегодня прочитал душераздирающую историю Гарды про потоп в подвале и вспомнил свою.

Февраль 1986 года, я в учебке в Ереване, и пока все смотрят в клубе заседание 27 съезда партии, мы со своим годком чеченцем Иссой в библиотеке клуба занимаемся изготовлением агитации.
Как мы туда попали?
Скажу просто - повезло потому что предыдущие художники ушли на дембель а плакаты рисовать кому то надо!
Еще на одном из первых построений замполит спросил есть ли среди нас художники?
Вышло человек десять, после чего мы за ним пошли в клуб, где нам выдали по альбомному листу и карандашу.
- Так бойцы, сеятеля вам рисовать не надо, вы не на пароходе с Бендером, а вот изобразить Товарища Ленина нужно. Проверим какие вы художники. Вам двадцать минут!
Через десять минут я и высокий хмурый паренек сдали свои произведения и с разрешения майора вышли покурить.
Молча закурили, я с интересом рассматривал долговязого парня, который хорошо бы смотрелся в папахе и черкеске с газырями и кинжалом а не с мольбертом в руках, а он флегматично изучал надписи нацарапанные на стене.
Заметив что я с любопытством рассматриваю его спросил - Че ты смотришь как на чудо какое то? Или по твоему я должен бегать с кинжалом и орать что зарэжу всех? Я окончил художественное училище.
- Да малехо удивлен! Ты на Рембранта не похож.
Мы оба засмеялись.
- Исса - представился он. Это имя если что!
- Шлем! Погоняло если что.)

Минут через десять послышался мат и из двери громко гогоча вылетели остальные восемь художников подгоняемые пинками матерящегося майора.
- Художники от слова хуй! Сгною на политзанятиях!
Угрозы на пацанов не произвели никакого впечатления от слова совсем, они продолжая смеяться пошли в казарму.
- Так бойцы, быстро оба за мной!
Мы вошли в библиотеку где на столе валялись труды остальных художников.
Что я вам скажу, сеятель Бендера еще неплохо смотрелся бы на их фоне и мне больше всех запомнился Мавзолей с надписью Ленин, выполненный явно рукой студента строительного техникума .
Ленин Иссы стоял на постаменте глядя в даль с протянутой рукой, второй он судорожно сжимал кепку.
У меня все было проще, Ленин как на партбилете, лаконично но похоже.
Непонятно зачем, но я рядом изобразил на бис еще и профиль Сталина и это майору очень понравилось.
Каптерка в библиотеке стала нашей вотчиной как и другие ништяки типа чайника, телевизора и освобождения от строевой и политзанятий.

Примерно в марте месяце меня вызвал майор.
- Шлем, книги читать любишь?
- А то тащ майор, уже пол библиотеки перечитал!
- Ну так вот, тебе неделя, ты должен списать две тыщи книг!
- Прям две тыщи?
- Ну или минимум четыре стеллажа. Так понятнее?
- И куда же их?
- Сдашь на макулатуру!
- А по какому принципу?
- Ну если есть издание восьмидесятого года, то пятидесятого или шестидесятого в мусор. Да и подсобку освободи, вот тебе ключ!
- Так жалко же!
- Не жалей, новые привезем!

Исса спокойно воспринял информацию что стенд он доделывает сам а я займусь библиотекой.
Библиотека была обычной, агитпроп и труды Ленина , Брежнева и так далее, подсобка это то было нечто!
Книги издания стихов Маяковского и Есенина двадцатых годов, труды товарища Сталина, редкие издания про которые я не слышал, картины в стиле соцреализма на пограничную тематику.
Раритеты я отложил себе, зная что скоро приедет Мама и я их передам домой.
В углу за картинами были сложены книги с портретами Сталина, цветными и с тиснением, переложенные кальками, и шикарное издание с маршалами Победы размером примерно А-3, с огромным изображением Сталина.
Исса увидев книги Сталина, предложил их сжечь, но я предложил употребить их с пользой, так как план у меня уже был,. Мода на портреты Вождя за стеклами машин была в самом разгаре и у нашего старшины на заднем стекле Москвича красовалось черно-белое фото Сталина.

Завернув в газетку первую книгу с цветным портретом Сталина, я пошел в казарму, где наш старшина армянин с погонялом Гагик слонялся по этажу из угла в угол.
Сделав вид что собираюсь читать и не вижу старшину, я открыл книгу на первой странице и с интересом стал рассматривать цветной портрет Вождя народов шелестя калькой.
Через минуту я услышал сопение над ухом и голос старшины - Шлем, где ты взял эту книгу?
- Да в библиотеке взял почитать с согласия товарища майора, завтра сдам назад.
- Шлем, ты эта! Короче, подари мне ее а майору скажешь что потерял.
- Тащ прапорщик, товарищ майор взгреет!
- Шлем, в увольнение хочешь?
- Хочу, но товарищ майор...
- Ну и еще в пятницу поедешь на Ермолкомбинат за шефской помощью.

Ермолкомбинат был мечтой каждого из нас, ведь все сотрудники сплошь женщины, смотришь и радуешься.
Все тебя угощают, кушай и пей что хочешь, сыры Мацони и даже газировка производилась там, и еще с собой оттуда привозили мешки ништяков.)
- Хорошо тащ прапорщик, только я с Иссой вместе поеду и в увольнение тоже.
- Да хоть с товарищем майором езжай, мне пох! Свободен как мух полет!
И он улетел как Карлсон хвастаться перед прапорами.

Через час через дневального меня вызвал второй прапор армянин с таможни, который хоть и был не наш, но его очень уважали.
- Эй ти, библиотекарь, тебя Шлем зовут? Да? Скажи у тебя есть такая книга еще? Да?
- Не знаю тащ прапорщик, надо поискать.
- Найди и мне, будь другом. Да?
- Такой же нет.
- Найди лучше, пэша подарю!
ПэШа!
Это была мечта каждого из нас иметь такую форму, это круче парадки, а кожаные сапоги сменить на кирзу это счастье.
- И сапоги кожаные как у ваших ребят мне и Иссе.
- Идет, но тогда две книги и только портрет побольше!
Через день счастливый прапор обменял две книги с тиснением на комплект формы и две пары юфтовых коротких сапог.

В течении месяца еще с десяток книг перекочевало за всякие ништяки нашему оборотистому прапору и его коллегам.
Самую ценную книгу с маршалами Победы я подарил старому прапору, который как он сказал был родом из того села из которого вышло два маршала Баграмян и Бабаджанян и Контр-адмирал Исаков, хотя я могу что то путать.
В благодарность за эту услугу часть книг что я отобрал себе, прапор вывез в гостиницу Звезда, когда приехала Мама.

Все произведения поэтов и писателей остались на месте.
Остальные книги которые я отобрал, а это в основном труды Сталина, Ленина в различных переизданиях, прочий агитпроп как и десятки томов Малой земли, Целины и Возрождения, были загружены вечером в Шишигу. Утром мы вывезли их в подсобное хозяйство в Советашен, где в металлической бочке постепенно под покровом ночи свинарями совершалось антисоветское действо по сожжению трудов товарища Ленина, Маркса, Энгельса и Дорогого Леонида Ильича. Жгли целую неделю!

Майор оказался доволен работой и пересчитал зачем то стеллажи и поставил задачу.
- Шлем, Исса, завтра на Шишиге с Карданом едите вот по этому адресу и наберете книг.
- А каких товарищ майор?
- Хороших и добрых, что сам любишь читать.
- На мой выбор?
- Да бля!

Утром заспанный водила по кличке Кардан матерясь вывез нас в город.
По адресу оказалась государственная библиотека Армении.
Нас встретила невысокая красивая девушка с красивой фигурой, черными вьющимися как смоль волосами, и даже черный пушок над верхней губой не смог испортить эту красоту.
Нас провели в подвал запасника государственной библиотеки в котором пахло сыростью, сотни стеллажей с тысячами книг были на метр от пола испорчены водой.
И какие это были книги!
Столетние издания и книги в шикарных переплетах, названия которых я никогда не видел, они располагались внизу и всему этому богатству пришел конец!
- В новий год батареи прарвало, воды много было, только после праздников узнали - с сильным акцентом сказала она и слезы потекли у нее из глаз.
Я человек не сентиментальный, но слезы непроизвольно потекли из глаз и у меня тоже, я стал задыхаться от обиды на вселенскую несправедливость и уродов сантехников которые не следили за батареями.
Только Иссу эта картина не тронула от слова совсем.
Слезы слезами но дело делать нужно.

На вопрос какие книги можно брать мне было сказано что угодно, все равно они пропадут от сырости!
Представляете Али Бабу в пещере, так вот им я себя и ощущал!
После стояния дома в очередях в Стимул с макулатурой за заветными талончиками на Дюма, увидеть это богатство
это что то!
Исса нашел красочную книгу про Кавказские войны с фоткой Шамиля, и отвлечь его чем то другим было невозможно, так что выбирал все я, но носили правда вместе.

Девушка по имени Ануш (изменено) принесла нам булочки и Мацони и стала с какой-то затаенной грустью смотреть на меня наверное я ей понравился.
Да и у меня при виде пушка над верхней губой и красивой груди постоянно начинался стояк.
Эх, жаль что у нас только один день!
Сотовых тогда не было, а назначать встречу не зная когда пойдешь в увольнение глупо, поэтому она так и осталась моей нереализованной эротической фантазией, которая отвлекла от грустных мыслей об утраченных книгах.
А за выбор книг меня майор похвалил!

Всем хорошего дня!

09.10.2025 г.

20

Так, в порядке бреда.
Моя жена служит Родине в одной воинской части в звании прапорщика. Так вчера её начальница, старший прапорщик, выдала распоряжение составить график по отделению ухода в ДЕКРЕТНЫЙ отпуск.
Воистину, чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона.

22

Прапорщик собирает солдат и говорит:
- Так, товарищи солдаты! Сегодня мы будем измерять окружность ракеты с помощью веревочки!
- Товарищ прапорщик, а диаметр ракеты известен?
- Да
- Ну, тогда можно просто умножить диаметр на число Пи
- Дурак ты! В полевых условиях числа Пи под рукой может и не оказаться, а веревочка- она всегда в кармане!

24

АВТОМАТ КАЛАШНИКОВА

Поплыли мы со студентом в дальнюю протоку расход воды измерять. Работа такая потому что, интересует нас этот расход воды. Заплыли в эту протоку, чуть винт не срубили, мелко там. И вдруг вижу: стоит «Казанка» брошенная. Людей нет. И лежат в этой «Казанке» несколько пустых мешков окровавленных, автомат «калашников», и к нему запасной рожок. А людей нет. И Санька это лодка, точно знаю.

Огляделся. А это ж тундра. Ну да, трава по берегам высокая, а так – ну тундра! Нет людей! И посёлок тридцать километров отсюда, здесь только Санёк с подельниками браконьерит и мы расходы воды изредка измеряем.

Думаю: «Вот и Санька, наконец, грохнули…». Почему так сходу подумал, и не знаю – видимо, Санёк давно на это нарывался, ему уже человек триста смерти желали, многим он насолил, из них мужиками бы примерно с сотней я бы ни при каких обстоятельствах так конфликтовать бы не стал. Опасно это! Омерзительный человек этот Санёк был!

И, чёрт дёрнул, прибрал я этот автомат. Отвёз его в другое секретное место, припрятал. А вдруг кто его из других плохих людей найдёт и неправильно использует? И Бог мне Судия!

А приплываем через неделю в посёлок: идут мне навстречу по мосткам Санёк и его дружбан, прапорщик с погранзаставы. «Как дела, Димон?», говорят: «А ты нам калашников-то притырь, казённый он!».

-"Что за байда, мужики? Какой калашников?".

- «А тот, что ты у нас в лодке взял!».

- «Так не было там никого!».

- «А мы в траве лежали с Петровичем. Всё видели! Мы с Петровичем тогда трёх эвенских оленей положили, которых все потом искали, думали, что вы рыбнадзор. Вот и попрятались».

- «Сука ты, Санёк! Сейчас не сезон, а уж домашних… И тебя, Петрович, предупреждаю, если что… Ты моих друзей знаешь, и начальник твой капитан - мой друг. А автомат завтра привезу и отдам».

- «Смотри, падаль, не привезёшь, мы знаем, где ты шаришься! Думаешь, тебе поможет твоя ракетница или вертикалка, Димон? А друзья твои далеко… У нас и второй калаш есть!».

Ведь знали, подонки, что у меня карабина нет! Да и пулять я ни в кого издалека и исподтишка не буду. Привёз я им автомат. Он, безусловно, казённый, пограничный… Не мой точно!

Впрочем, через месяц не стало Санька. За борт он случайно выпал. Утонул. А нехрен пьяным на нефтянке к капитанской жене в каюту врываться и её пытаться насиловать! Утонул – так утонул. Особо и не расследовал никто этот рядовой для нашей реки случай. И особенно по поводу Санька. Частенько у нас такие люди случайно нетрезвыми тонут!

Впрочем, и Петровича солдат-первогодок, якобы при чистке оружия, пристрелил той же осенью на заставе. Сильно он его, видать, достал. А солдату дал справку местный доктор Валера, неплохой он врач и человек был, дескать временное у того помутнение рассудка было, и в тюрьму его ну никак за это нельзя, а надо полечить месяца три на материке в госпитале. И домой потом до срока комиссовать. Потому что там, тогда и слов таких никто особо не знал кроме врачей, присутствовали со стороны прапорщика к солдатику нетрадиционные сексуальные домогательства. А оно кому при советской власти, да на награждённой переходящим ленинским вымпелом погранзаставе, такое афишировать надо?

Не из того ли калашникова он Петровича? Хотя, за такое можно было бы и вилкой в глаз! Тут калашников, вроде, и не нужен особо?

Надо сказать, что по этой парочке ни один человек и не горевал вовсе.

А многие так даже рады были!

Легче всем дышать стало… а у нас, на нашей якутской полноводной реке, так всегда легко всем дышится!

Видимо, климат здесь такой. И люди ему, как правило, соответствуют.

25

История про картошку или как надо правильно жарить......

Перед уходом в армию пришлось выслушать много полезных и не очень советов от тех кто уже отслужил.
Самое распространенное - Служи сынок как дед служил, а дед на службу хуй ложил!
- Когда прибудете на место старики начнут пытать у кого какие таланты, ты молчи и прикинься что ты совершенно косорукий и ничегошеньки не умеешь, а то потом пожалеешь!
Это почему то мне запало в душу.
Я тогда уже очень хорошо умел рисовать, петь и готовить но решил спрятать эти таланты поглубже.

И правда, в первую же ночь нас стали по одному вызывать в каптерку чтобы пробить кто мы по жизни и что умеем.
Моя личность не вызвала интереса, рисовать, готовить, играть на гитаре и делать массаж не умею, поэтому я отправился спать, те же кто вызвался в умельцы каждую ночь после отбоя уходили на работы, а утром злые и уставшие наравне со всеми бежали кросс.
Кормили на учебном отвратительно, вареная селедка, жидкое как вода пюре, перловка с салом со следами щетины, хлеб как пластилин и прочие подобные деликатесы.
За два с половиной месяца я похудел на пятнадцать килограммов! Ежедневные кроссы в горы давались все труднее, кровь шла носом ежедневно, так что за две недели до нового года я загремел в санчасть от истощения.

Прапор по кличке Зарин отправил меня помогать на кухню, а через два дня повар загремел на губу.
- Ты эта, гатовить умеешь?
- Немного тащ прапорщик!
- Ну давай, через два дня поменяю.
Прошла неделя но меня никто не сменил, к моему удивлению пацаны и прапор были довольны моей стряпней.
Утром с губы вернулся злой как черт повар, а вечером меня вызвал прапор и спросил - Шлем, поедешь в учебку в Ереван в школу поваров?
- Надолго?
- На пол года!

Ура, конечно поеду, там нет гор, тупых сержантов и кроссов по утрам!
Собрав вещи в сидор я вместе с десятью счастливчиками на поезде поехал в Ереван.
За два дня до нового года мы прибыли в учебку.
На построении майор замполит спросил - Художники есть?
Из строя вышел я и чеченец Муса который учился в художественном училище.
Майор завел в кабинет и спросил - Ленина нарисовать сможете?
За пять минут я набросал карандашом портрет один в один как на плакате а Муса стоящего Ильича с протянутой рукой и в кепке.
Майор похвалил и отвел в клуб, где в библиотеке была мастерская. Так у нас появилась своя каптерка и куча времени, так как стендов надо было рисовать много.
Но время пролетело незаметно и через пол года нас направили назад в отряд.

Работа в отрядской столовке была адской, кормить тыщу человек каторга, но отмазаться было сложно, типа учили тебя паши!
Через месяц я опять загремел в санчасть с сотрясением мозга после неудачного падения на паркет.)
Зарин очень обрадовался как старому знакомому и уговорил начальника тыла оставить меня на месяц в санчасти.
Проработать пришлось немного дольше, до октября пока не пришла заменя с новым призывом в лице студента кулинарного техникума.

Опять тоска, возвращаться в отрядскую столовую не хотелось, но мне повезло.
В санчасть попал заставской повар по кличке Абрек, который предложил поехать к нему на замену на заставу.
Зарин в благодарность похлопотал перед начальником тыла и я с радостью помахал рукой отряду.
Служба на заставе была легче чем в отряде, всего шестьдесят человек, прапор, два офицера с женами и холостой зампобой, который столовался с солдатами.
Отнес утром продукты офицерам домой, накормил зампобоя, отстоял четыре часа на вышке под заставой и потом на смену.
Надо сказать Абрек был асом в поварском деле и многому меня научил, если бы не его говнистый характер все бы было прекрасно.
Одно радовало, что ему в конце ноября на дембель.
В ноябре прислали еще одного повара кто учился со мной по кличке Макарон.
Первого декабря Абрек ушел на дембель.
Когда его провожали на станции он похлопал меня по плечу и сказал загадочную фразу - Ну давай наследник, не подкачай!

Прошло примерно пол года, начальник уехал в отряд в штаб, я дремлю после завтрака.
- Шлем, подойди к дежурному по заставе - прохрипел динамик.
Бля, у меня законный отдых че им надо?
Дежурный сунул листок со списком продуктов которые я должен отнести жене начальника.
Делать нечего, я поперся на ПФС где годок уже собрал все в большой картонный ящик.
Постучал в дверь, в ответ тишина.
Взялся за ручку она открылась.
В комнате полумрак, так как шторы были закрыты, поставив коробку я собрался выходить когда увидел картину которая чуть не лишила меня дара речи.
У входа в спальню стояла в распахнутом халатике жена начальника Наташа (имя изменено)!
Розовенькая, пухленькая в веснушках, в тот момент эта тридцатилетняя дама мне казалась идеалом красоты.
Она быстро без разговоров присела на корточки, стянула с меня белые штаны и стала сосать, да так умело что уже через минуту я накормил ее белковым пюре на весь день.)
Не давая опомниться она сбросила халатик, стала раком.
Дважды приглашать не пришлось.

Через пол часа с охуевшими глазами завалившись к себе в каптерку стал осмысливать чем мне это грозит, наконец то поняв смысл фразы про наследника. Решил ни с кем не делиться, так как начальник мог и пристрелить нахер.
Но все было тихо, и я решил что это разовая акция, но через месяц все повторилось.
На третий раз я проколося когда сначала на входе, а через час на выходе из дома столкнулся нос к носу с зампобоем, который как то криво усмехнулся, после чего у меня пробежали мурашки по спине.
Вечером после ужина он вызвал меня к себе и намекнул чтобы я прекратил свои побегушки, так как начальник уже начал о чем то догадываться. В отмазку что я помогал чистить картошку не поверил.)
Я уже это понял потому что начальник стал меня гнобить ежедневно и пришлось продумывать пути отхода, типа закосить в санчасть и еще куда нибудь.
А куда денешься с заставы?
Но и тут мне повезло, меня отправили как залетчика на день прокурорских знаний в отряд, потом на губу, откуда в первый же день я свалили в стройотряд инженеров монтировать систему.

Вчера прочитал историю Обика нашего Ван Кирби про коллегу повара из Казахстана с самым вкусным пюре, решил зайти в Одноклассники в наше пограничное сообщество.
Нашел в профиль Наташи.
Время безжалостно, ей уже семьдесят!
Но это как говорит Леонид Каневский, совсем другая история!
Всем хорошего дня!

28.03.2025 г.

28

Здесь было несколько ностальгических историй о детских или первых взрослых новых годах. Мне как-то ни один из них особо не запомнился. Запомнился новый год 1989 года. Мы его встречали с Мишкой, в карауле. Мишка был сержант и начальник караула, а я рядовой. Оба деды. Мы тогда служили в РВСН, а там караулы были особенные. Маленький домик среди бескрайней степи, зимой превращающейся в снежную пустыню. Вокруг несколько рядов проволоки, в том числе сетка-100 под напряжением. Из снега виднелось сооружение номер один - проще говоря, крышка ракетной шахты (злые языки говорили, что оно теплое из-за радиоактивности, но, по-моему, либо грелась какая-то аппаратура, либо его грели целенаправленно). В этом домике сидят два человека, в нашем случае мы с Мишкой. Смена наша была четыре дня, с пятницы по вторник. Нельзя сказать, что кругом совершенно ни души: в трех километрах деревня Ортабулак, ну а цивилизация (позиционный район и сооружение 101, т.е. казарма дежурной смены) - в 15 км. Но дороги хорошо занесены, проехать можно, но это нелегко, а потому есть шансы, что никто к нам не приедет. Так и вышло: за все четыре дня дежурства нас не навестил ни один офицер. Это такое счастье, что не передать словами.

Готовились мы долго. Вообще, в отпуск у нас не отправляли, но у Мишки кто-то умер из родственников, и в начале декабря он поехал в отпуск. Там его отловила моя мама, и вручила две завернутые в рулон полутораметровые елки (одну мы оставили ребятам в казарму, вторую взяли с собой на дежурство), и каких-то украшений, типа мишуры, и жратвы (колбасы, сыра, конфет). Плюс у него были свои. Потом кто-то из хохлов-шнуров получил большую посылку - сало, шоколад. Мы с ними честно сменялись, так что разнообразия вкусностей добавилось. В самоходе в гражданском магазине купили сухого молока, какао, сахара и большую жестяную пятилитровую банку повидла. В солдатском чипке - печенья и посыпанных орехами колец. Во время затарки на продскладе утащили два рюкзака картошки. Где взяли две банки сгущенки, не помню. Бухла не было, никакого, на боевом дежурстве не пьют.

И вот мы сидим в теплом карпоме, у нас украшенная елка, она пахнет на весь карпом, как ей и положено - елкой, жарится картошка, наготове много сладостей и вкусностей. Я даже изготовил сливочную колбасу (вареная сгущенка, масло, орехи из колец, печенье тертое и кусочками, какао, все смешать, свернуть колбасой, завернуть в бумагу и охладить в башенной пулеметной установке). Эстонец Туков гоняет по радиотрансляции веселую музыку. В двенадцать (а смена была моя, с девяти до трех, называется "полусобака", сидит рядовой) он дал в ту же трансляцию куранты, потом нас поздравил первый номер (это был лично командир полка), потом одиннацатый (прапорщик, начальник над караулами), пообщались с мужиками со сто первого, поздравили друг друга, и опять музыка. В том новом годе был неописуемый кайф и много надежды на долгую и счастливую жизнь. Мы были уверены, все будет ништяк, все, что для этого нужно - это дембель. А именно он в наступившем году и происходил, надо только дождаться. Ну а потом возможно только счастье, больше ничего.

Нас должны были сменить во вторник третьего числа, но смену отменили: не могли проехать. Мы сидели там еще три дня, до пятницы и совершенно не волновались: провизии было выше крыши.

Дембель случился по расписанию, ну а уж жизнь потом как-то пошла своим чередом.

30

- Ну что, засранцы, соскучились по соседям? А я вот тут он! Здрасте всем присутствующим.

С такими добрыми словами к нам в палату вошёл крепенький такой мужик – невысокий, но ладный, лет хорошо за пятьдесят. Следом за ним- прапорщик внутренних войск.

В палате восемь коек, пять заняты, три свободны. Инфекционная больница - по Питерски - Боткинские бараки. Восемьдесят шестой год, сентябрь.

- Петрович, хорош глумиться, койку выбрал? - это прапор пробасил.

- Да на такой шконке до конца жизни проваляться можно – это не у вас, бля, в крытке, смотри, как мяконько…

- Ты знай, особо тут не выступай, а то обратно – голубем сизым прилетишь.

- Мне с УДО соскальзывать интереса нет, я уж тут полечусь.

Так у нас появился новый сосед- Петрович, уголовник со стажем. Весёлый такой, всё прибаутками сыпал.

Засранцы – это потому, что все присутствующие в большей или меньшей степени брюхом страдали. Расстройство желудка – скверная штука - а уж в больнице по этому поводу оказаться – вообще радости нет.

Петрович, из тюремной больнички был переведён в обычную, гражданскую – потому, что там инфекционного отделения просто не было - а по условно досрочному освобождению, он вроде как под режим и не попадал - хотя пока и числился заключённым.

В наколках весь – с ног до головы – когда переодевался, видно было. Звёзды на плечах и на коленях. Ярче всего – во всю грудь - картина Васнецова – «Три богатыря». И явно делал большой мастер – от оригинала изображение отличалось только однообразным синим цветом, не научились ещё тогда на зонах цветные татуировки делать. А так – идеальная копия.

Но здоровенный шрам, пересекавший богатырей наискосок, сверху донизу – это вообще производило впечатление.

- Петрович, это где же тебя так угораздило?

- Да маленький был, заснул в траве, на покосе, а дядя Матвей косой и шуганул - вишь, как прилетело? Слава Богу, жив остался…

- Ну что ты гонишь, у тебя что, с детства наколки эти?

- А тебе что, байку в кайф послушать, или по правде, как на зоне за слова спрашивают, и отвечают? Не приставай с вопросами - не совру. Не веришь, сочти за сказку.

Петрович мужик оказался покладистый и неглупый. Брюхо ему конечно, подвело – по пять-шесть раз в день на горшок тащило – ну мы все такие там были. Выздоравливали потихоньку.

Совсем лежачих в палате было двое – Коля, отслуживший дембель со Средней Азии - домой ехал в Петрозаводск, но только до Ленинграда добрался, скрутило, и дед Егор – этот вообще ни на что не реагировал, мычал только тихонько, когда совсем туго становилось.

Им медсёстры судно под задницу подкладывали - если успевали. Иначе приходилось опять постельное бельё менять, и меж ног потом влажным полотенцем протирать от коричневой пенки – ну и запах стоял в палате, нарочно не придумаешь.

Больница, блин.

Сестёр было двое – Катюша - молодая такая, симпатичная барышня, лет за двадцать, и Егоровна - суровая молчаливая тётка, от неё разве матюги услышать можно было.

Петрович с Егоровной только взглядом обменялся – сразу за своих друг друга признали. Она ему потом и добавки на обед подкладывала – без слов, лишь головой кивнув.

А Катюша - та ко всем с улыбкой, милая такая. Это очень крепкий стержень надо в спине иметь, чтобы в больничном говне ковыряясь, к пациентам с поносом с улыбкой относиться. Сестра милосердия. Воистину.

- Дочка, а обход будет сегодня? Что-то опять изжога, может каких таблеток пропишут?

- Петрович, вы и раньше прописанные лекарства не приняли – я же видела, выкинули. Вы здесь подольше полежать хотите, чтоб обратно попозже вернуться?

- Молодец, дочка, раскусила старика. Ну, попить дай, и улыбнись по доброму - мне сейчас мало кто улыбается…

Катюша улыбается – говорю же, добрая барышня…

Петрович с собой притащил книжку – истрёпанное Евангелие, там листы чуть не рассыпались, и читал его, губами шевеля, сквозь очки мутные поглядывая. А странички закладывал потёртой фотокарточкой – чтоб не ошибиться, с какой строчки дальше читать.

Опять обед – в палату тележка с кастрюлями заезжает. Тарелки по койкам раздают – это только по названиям тарелки – миски алюминиевые. Но жрать в принципе приемлемо – ложками поскрипывая. Сижу, жру.

Тут у Коли, в углу палаты, что-то не то, кашей поперхнулся? Клокочет, хрипит, пена со рта - Катюша «Помогите!», громко так, а мы что, мы же не врачи?

Посинел парень, пока ему Катюша искусственное дыхание делала, и массаж сердца – отошёл, не стало его. Больница – так бывает. Все смертны. Ну его и раньше кровавым поносом несло – дышал через раз. Не повезло парню.

На каталку мы его с Петровичем вдвоём перекладывали – и простынкой покрыть помогали – Катюше одной не справиться – тяжёлый.

А уложивши, глядь – Евангелие Петровича на полу валяется, задели, уронили, и фотография эта там же.

Катюша – падает на пол, на колени -

- Откуда у Вас это фото? Голос дрожит – она никогда так не разговаривала -

- ОТКУДА У ВАС ЭТО ФОТО?

- Бля..дь, тебе какое дело? Куда ты на хрен с ногами в душу-то лезешь? Ты, бля, кто вообще?

Петрович, грубо и злобно – поднимая фотографию с пола.

Катюша, спотыкаясь, выбегает из палаты, через минуту возвращается –

- Вот, смотрите – показывает Петровичу точно такую же фотографию – только поменьше истёрханную.

Петрович, с остановившимся взглядом, держит в руках два одинаковых фотоснимка.

- Это, бля, это у тебя откуда?

- Это мама моя.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Мне довелось только услышать часть разговора Петровича и Катюши - на лестнице, где на площадке можно было покурить –
- Ты вот что, дочка…

И потом, совершенно изменившимся голосом -

- Ты вот что, Д О Ч К А….. ты подумай, на хрена тебе такой отец, как я?

- А у меня просто больше нет никого…

Дальше я не слушал – неудобно.

Из больницы меня выписали через два дня - гастроэнтероколит – дома фесталом лечится. Так что я не знаю, как закончилась эта история. Но вот в памяти осталась…

31

РУССКИЙ РАЗМЕР

Спусти трусы!
Залупи член!
Зычный голос прапорщика гулко отражался в старинных Александровских сводах зала военкомата. Мы, десятиклассники, проходили плановую медицинскую комиссию. Для этого посреди зала была обустроена импровизированная ширма из простыней, накинутых на сваренную из туб рамчатую конструкцию. За ширмой сидели на стульчиках прапорщик медицинской службы с медсестрой и обследовали члены на предмет обнаружения фимоза и шанкров. А мы стояли в очереди в одних трусах или плавках. Почти подошли к ширме. Передо мной были только черный кучерявый Грыша Пушкинского типа сложения и мой школьный друг.
Наконец прапорщик не выдержал и с горящей красной рожей пошел на выход. То ли захотел в туалет, то ли человеку стало плохо от бесконечного созерцания интимных мест, то ли наоборот возбудился?
Грыша ступил за ширму и конвейер осмотра неожиданно завис. Мой друг тихонько толкнул меня и показал взглядом на простынь. Сквозь простыню неясно проступал силуэт стоящего Грыши и головы медсестры склоненной у его паха.
-Смотри, отсасывает!
Еле сдерживая смех мы тихонько заглянули за ширму. Медсестра склонившись что-то выискивала в черной Грышиной волосне.
-Не можете найти?- саркастическим тоном заметил тот.
Мы расхохотались.
Этот малозначительный эпизод всплыл в моей памяти несколько лет спустя. Придя из армии в конце июня мне пришлось побывать на свадьбах всех моих друзей, а мне только еще предстоял процесс нахождения своей половины. Девушки почему-то срывались, как рыба с крючка у неопытного рыбака. Их было много, даже слишком. На дискотеках последний танец был традиционно белым и меня всегда приглашали. Но все знакомство заканчивались одинаково через пару дней и потом потенциальные невесты меня в упор не узнавали. Я мучался в разгадке причины их поведения и искал причины в себе. Страшный ли у меня вид, неправильный подход к дамам или что-то иное тому виной?
Ситуацию прояснил неожиданно мой друг.
-Ты встречался с Аней К.?
-Ну да.
-Она на тебя жаловалась.
Мне стало интересно и я стал выведывать подробности.
-Ты там нес какую-то ахинею два часа, а потом ее не трахнул. Ебать надо не мозги, кому это понравится? Уже по городу ходят слухи, что либо у тебя не в порядке с головой, либо ты из этих самых.
Я задумался, но так и не мог поверить в истинную причину. Когда бог что-то дарует тебе от рождения, то ты не обращаешь на это внимание. И я не обращал внимание на свой член объемно выпиравший на рельефе потертых джинсов, а дамы валили на его, как мухи на липучку.
Я пересилил себя, стал меньше говорить и уделять больше внимания дамскому гардеробу. Теперь девушки внимали мне в одних трусиках. В белых, голубых, розовых. То же разнообразие ждало в девичьих грудях от нежно-розовых сосков десятиклассниц до принявших формы грудей двадцатилетних. Все это мельтешило и амурные эпизоды наслаивались друг на друга и путались в голове. До этого дела так и не доходило, один вечерний флирт сменялся другим и казалось я плыл по течению.
Женатые друзья тем временем разочаровались в браке и взялись за старое. Одного из них Вольдемара я часто встречал под шафе. Кличка у него была Ботва. Вольдемар любил носить дома мужские колготки, его причиндалы висели, как у балеруна и вызывали ассоциации с картофельными клубнями.
Другой расстался с опостылевшей ему за четыре месяца супругой и принимал женский пол у себя на квартире. Для чего был приобретен необъятный диван, пол застелен ковролином, а на стены наклеены постеры из зарубежных эротических журналов. Его балкон хорошо просматривался из окна моей квартиры. Бывало в часов одиннадцать дня он появлялся на нем с бледным видом, сигаретой в зубах и клеткой яиц. Иногда вместо яиц были две банки сгущенки. Мечтательно курил и пробивал дырочки в скорлупе и между делом высасывал содержимое одного яйца за другим или через проделанные дырочки то же проделывал со сгущенкой.
Затем скорлупа летела вниз с балкона на заросшую клумбу, включалось итальянское диско и вытрясались простыни.
(продолжение будет в зависимости от реакции или по просьбам трудящихся)

32

Не только шашка казаку во степи подруга, но и седло кто то там.... А.Я. Розенбаум

В начале мне даже интересно было присутствовать на сходках, какая то эйфория от понимания что ты стоишь у истоков возрождения чего то там, но и любопытство что из этого может выйти?
На одном из собраний я заикнулся что у Мамы на складе завалялось классное новое седло и что я могу его подарить станичникам.

История седла была необычной.
Лет за восемь до этих событий председатель колхоза отправил делегацию под Луганск за седлами для трех коней.
Но к тому времени как их привезли, в ночь перед этим цыгане спиздили самого упитанного коня и растворились в ночи не оставив следов, кроме окурков Беломора и кучи говна перед дверью храпящего сторожа.
Так как коня нет а деньги уплочены, седло отправили на склад, а к девяностому году в колхозе и вовсе не осталось коней, только у частников а седло так же и висело на балансе.
Приехав в деревню и уплатив в контору остаточную стоимость в размере ста рублей, я стал обладателем седла со стременами и уздечкой.

Добравшись на попутках до трассы я стал тормозить любой транспорт до города.
Многие сигналили, многие смеялись но не хотели помочь чудаку с седлом.
Наконец, когда уже отчаялся и готов был выбросить седло несмотря на сто уплоченных рублей, остановился Лаз Вешенская - Ростов.
Толи у водителя всколыхнулась в душе память предков, толи что еще но вот я в автобусе за трешку хоть без места но еду!
Положил седло в проход и довольно удобно разместился, можно сказать в седле сто километров отмахал.
В Шахтах на вокзале зашли трое цыган, которые с любопытством разглядывали картину как я восседал в седле без коня и что то обсуждали между собой.
Наконец один самый толстый подошел ко мне держа руки за поясом, и улыбаясь полным ртом золотых зубов задал вопрос - - Эй казак, а где ты коня потерял?
- Дык, цыгане то спиздили!
Цыган совершенно не обиделся а заржал со всеми кто слышал нашу беседу.

Приехав на старый вокзал, я вышел с седлом и понимая что в автобус я не влезу решил идти пешком, благо до домика было пол часа ходьбы.
Скажу так, мне жалко лошадей.
Я нес его и под мышкой, и на плече, и даже на спину положил, но войлочная попона была колючей и я почему то в этом положении непроизвольно переходил с шага на галоп.
Эту картину кроме соседей наблюдала еще женская часть общежития, и многие из любопытства пришли посмотреть что я там припер.
Одна дама, дочь одного из атаманов правивших в Сальских степях даже осталась на ночь, скрасив мою усталость хотя до этого отвергала все мои попытки познакомиться поближе.
И это была единственная польза от седла.)

На следующий день сосед на Москвиче за трешку перевез мое седло к казакам.
Я чувствовал себя триумфатором, особенно после того как старый казак рассмотрев и пощупав мой подарок изрек - Справное седло!
Тут же поступило предложение вернуться к идее обеспечить казачью дружину десятком седел и лошадей, и тогда держитесь азера, казачья лава страшная сила.
Один из казачков, кругленький невысокий бывший прапорщик с рыжими усами и вечно бегающими глазами, поведал жутко интересную историю, что когда он служил на складах Северо-Кавказского военного округа, то самолично видел тысячи седел, папах, сапог шашек и бурок и даже знает как их достать.
У казачков заблестели глаза, они уже представляли сатисфакцию с торгашами как они с лошадей гонят их по проспекту да нагаечками, нагаечками!
!
На вопрос как все это получить прапорщик изрек - Эээ..... У меня там друг остался служить, так вот с ним можно решить чтобы он привез десяток седел, уздечек и комплектов формы на своем пирожке, стоить это будет недорого.
Тут он на секунду завис считая в уме и выдал с придыханием - Две тысячи рублей!
На вопрос а вдруг это вскроется, он ответил что по книгам их последний раз пересчитывали аж в 1975 году, аккурат к тридцатилетию Победы.
После непродолжительного обсуждения было решено из за отсутствия золотого запаса найти другое решение.

Постановили, написать письмо на имя командующего с просьбой выделить для поддержки казачьего движения десять седел и комплектов амуниции для казачьей дружины.
Прапорщик с жаром доказывал что это тупиковый путь, и легче дождаться волшебника в голубом вертолете чем что то получить у вояк бесплатно, и даже предлагал что в виде бонуса его друг привезет и десяток шашек за ту же цену.
Собрание обещало подумать.

Второй вопрос был кони.
Прапорщик опять взял слово и рассказал , что у него на конезаводе толи Кирова толи Буденного работает свояк и сможет помочь решить вопрос с лошадями.

Приняли решение написать директору конезавода письмо с просьбой поддержать возрождающееся казачье движение, и выделить десять выбракованных лошадей для казачьей дружины!
Прапорщик опять стал с жаром доказывать что у директора конезавода, орденоносца, который еще с Буденным водку пивал и называл его Семой, можно только дырку от бублика выпросить.
Услышав его аргументы решили подумать что ему можно дать взамен за десяток выбракованных лошадей.

Прапорщик отлучился на десять минут позвонить свояку, и вернулся весь сияя и раздуваясь от гордости.
- Свояк сказал что нужен вагон теса, и десять тонн цемента и вопрос будет решен.
Стали решать где взять десять тес и цемент.

Слово взял прапорщик, и сказал что у него есть еще друг прапорщик, который работает на армейских складах и организует и тес и цемент правда самовывозом.
- Эээээ.... Стоить это будет недорого.
На секунду опять задумался и выдал с придыханием - Две тыщи рублей!

После непродолжительного обсуждения с каких торгашей и как можно собрать четыре тыщи рублей для начала операции под кодовым названием Троянский конь, прапорщику было поручено проработать детали всей операции.
Прапорщик пританцовывая и потирая потные ручки уже считал в уме свою маржу и его усы казалось стали выглядеть еще более залихватски.
Народ бурно обсуждая новые перспективы и кто какого коня и какой масти хочет, по привычке собрался завершить собрание у ближайшей пивнушки, но тут слово взял старый казак.

Затянувшись Беломориной он глубокомысленно изрек - Чтоб конь был справный, ему казак нужен! Хозяин!
Потом затянувшись еще раз и выпустив дым изрек - И конюшня!
Казачки загалдели, и те кто еще минуту назад представлял как он на лошади рассекает по району вдруг вспомнили что живут в квартирах панельных домов, где не то что коню а даже теще места нет.
Те у кого дворы тоже стали с жаром доказывать что им никак нельзя, что как только приведут лошадку домой то как в песне их жены отправят с конем да по полю вдвоем.
Старый казак сплюнул на пол и выдал фразу - Вспопашились блять....

На прапорщика было жалко смотреть, но он еще раз попытался спасти хотя бы частично спасти ситуацию.
- Ну кони дело второе, купим когда ни будь, а форму и седла надо брать сейчас, пока мой товарищ на пенсию не вышел!
Но его уже никто не слушал, все пошли пить пиво моментально забыв и про седла и про коней и только мое седло осталось сиротливо лежать в углу.
Куда оно потом делось история умалчивает, но казачки на лошадей так и не пересели!

08.09.2024 года.

33

Мужик ест яблоки, выковыривает оттуда семена и кладёт себе в карман. Прапорщик, увидев это, интересуется, зачем. Мужик: - А эти семечки у меня потом купят, они же интеллект повышают. Прапорщик: - Может, и мне продашь одну? - Пожалуйста, сто рублей штука. Прапорщик покупает семечку, съедает его и говорит: - Блин... На сто рублей я мог бы взять целых два килограмма яблок! - Вот видишь - сразу поумнел. - Действительно... Продай мне ещё десяток.

34

Второй день рождения.

Этой истории недавно исполнилось восемнадцать лет- совершеннолетняя стало быть, можно поделиться. Мы с женой занимались просмотрами загородной недвижимости –дом себе подбирали.

В тот раз жена со мной не поехала, мы поехали вдвоём с риэлтершой – Жанна её звали. Посмотрели дом, я поснимал видео- жене показать. Дом неплохой, и место приличное- река рядом, лес сосновый, можно и по шоссе добираться, и на поезде. Цена приемлемая.

Обещал дать ответ на следующий день.

- А вы в какую сторону сейчас едете?

Мы поехали на моей машине, и я обещал подкинуть её до Московского шоссе – муж там встречает. Ехать недалеко – километров двадцать пять- тридцать, но шоссейка узкая, двухрядка и почти без обочин. Ну и еду где- то под сотню. Машин нет.

Впереди на дороге появляются три пустых лесовоза. Мы их догоняем, дорога прямая как стрела, видимость прекрасная, включаю левый поворот, вежливо обгоняю первого, второго, собираюсь обходить третьего – в это время второй резко увеличивает скорость – мне уже деваться некуда, тоже добавляю, и начинаю обходить третьего – который возглавлял колонну.

Все машины с прицепами, это значит, что длина каждого автопоезда примерно метров двадцать. И когда я добрался до половины длины переднего лесовоза, этот гондон просто вильнул налево. Не оставив мне места на дороге вообще. Не верю, что он меня не видел.

- Да что ж они, суки, делают?

Пришлось резко увеличивать скорость – фактически спасаться. Тормознуть не получилось бы- задний (который увеличил скорость) прижался к переднему так, что места для ещё одной машины уже не осталось, и тоже слегка сдал налево, на встречку. По правилам движения можно было бы побибикать, не уходя из ряда, но тогда, вероятнее всего я получил бы в бочину грузовиком и грохнулся в канаву слева.

Примерно на ста сорока я вырвался- таки вперёд, левые колёса на травке, правые на асфальте.

А дальше так – машину занесло, развернуло задницей вперёд – это всё перед бампером лесовоза, мы пронеслись юзом метров шестьдесят- семьдесят, и свалились в канаву справа. Скорость он не сбросил.

Но.

Нам повезло, что мы не полетели кувырком – третий Пассат очень устойчивая машина, а благодаря этой эквилибристике была погашена скорость, и заглох двигатель. Если бы вектор движения (машина была неуправляема) лёг чуть левее, вообще бы никакой аварии не произошло – машина просто остановилась бы на обочине. А так мы мягко перевернулись на крышу - всё, приехали. Можно вылезать.

Это не просто везение, это почти чудо. Вылети мы на левую обочину на ста сорока, там, чтобы похоронить то, что осталось бы в салоне, пришлось вероятно проводить генетическую экспертизу – где фарш от меня, а где от Жанны.

Вылезли, отряхнулись. Это неправда, что в такие моменты вся жизнь перед глазами проносится. За те несколько секунд, что нас крутило, я успел только злобно выругаться на лесовозов, предвкушая, что будет дальше, и во что мне обойдётся ремонт. Обошлось даже без адреналина- только досада – «вот попал, блин»…

Лесовозы – а эти гады видели наши цирковые пируэты- не остановились – проехали вперёд, как ни в чём не бывало.

Так. Машина помята, но не сильно, на нас ни синяка, ни царапины – только Жанну немного трясёт.

Я позвонил в ГАИ, позвонил в страховку, вызвал эвакуатор. Жанна позвонила мужу, чтоб подъехал.

Ждём.

В такие моменты остро начинаешь понимать, насколько у нас всё же порядочные люди в стране живут. Каждый третий водитель останавливался, предлагая помощь. Врач, на машине с красным крестом на стекле не поленился померить Жанне давление, и дать какую- то таблетку – волновалась она всё же.

А вот когда мимо проезжал автобус с солдатами, прапорщик со мной даже разговаривать не стал на тему – «Спасибо, ничего не надо, я сам»- скомандовал своим архаровцам, и они дружно переставили машину с головы на ноги, а потом выдернули из канавы.

Жаннин муж забрал свою пришедшую в себя супругу, и они уехали.

Появилась госавтоинспекция. Я изложил ситуацию. Инспектор-

- Бл…дь, опять эти ублюдки из Любанского лесхоза – они, суки, трезвыми вообще не ездят. Развлекаются, не первый раз уже.

- Слушай, если бы у тебя на бочине хоть царапина была, можно было бы что- нибудь придумать, ну подставить там кого- то. А так я тебе в протоколе могу написать только «Не справился с управлением», или «Скользкая дорога». Ну для страховой, протокол всё равно оформлять придётся.

- Спасибо, лейтенант, если бы я «справился с управлением»- то есть ехал точно по правилам, ты бы меня сейчас от деревьев отскребал.

Оформили протокол и он уехал.

Эвакуатор, на стоянку, договорился со знакомым авторемонтом, съездил в страховую… рутина.

Разбита фара, ветровое стекло, слегка помята крыша, и оторван передний бампер. Не вот какой дорогой ремонт.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

А ровно через год я позвонил Жанне – дом мы купили не тот, что тогда смотрели, а другой, но всё равно у неё – и номер телефона у меня остался.

Поздравил её с днём рождения. Она вначале не поняла, кто звонит, и какой ещё день рождения? Второй, говорю, второй. Посмеялись.

- Точно, говорит, я теперь всегда его отмечать буду.

36

Сука, служба в армии — это особый вид ада. Вот, казалось бы, что может быть сложного в том, чтобы выкопать яму? Но не тут-то было, ведь если ты в армии, приготовься, что самые простые вещи превращаются в полнейший пиздец.

Дали нам задание: «До обеда выкопать яму под отходы 2 на 2 на 2». Окей, думаю, задача понятная, берём лопаты и копаем. Но тут к одному из нас, Вовке, вдруг приходит гениальная идея: «Товарищ прапорщик, а может мы две выкопаем по 1 на 1 на 1?». Ну, думаем, сейчас выебнут нас за инициативу. Но нет, прапорщик отвечает: «Хорошо, копайте две».

Вроде бы всё окей, начинаем копать. Но наш умник Вовка не унимается и, уже с серьезной мордой лица, выдаёт: «Две, но по 2 на 2 на 2. Это армия, здесь инициатива ебет инициатора, а всех умников уже не раз встречали». Тут уж я начинаю потихоньку хуеть. Логики в его словах не было никакой, но в армии и логика, как выяснилось, вещи несовместимые.

Пока мы все тут охуевали с этих «инициатив», подошёл еще один сослуживец и добавил масла в огонь: «Две по 2 на 2 на 2, а потом одну закопать». Вот тут меня совсем вынесло. Какого хуя? Зачем вообще копать две, а потом одну закапывать? Но решаю молчать — меньше скажешь, меньше шансов, что прилетит. Все начинают спорить, кто-то ржёт, кто-то реально пытается понять, что делать.

В итоге, пока мы пытались разобраться, кто будет копать и что именно, прилетает командир. «Что за хуйню вы тут устроили? Две ямы 2 на 2 на 2 копать будете!» Мы все — в осадок, ведь всё, что мы обсуждали, до сих пор остаётся загадкой.

Под конец дня, когда мы всё-таки справились с задачей (если это можно так назвать), кто-то снова начал умничать: «Ой, не так, копаем две по 2 на 2 на 2, потом одну закапываем, если закопали не ту, выкапываем снова». Тут я чуть лопату не выронил — вот это был реальный пиздец! Но не успели мы все обдумать эту чушь, как опять прилетел прапор и сказал: «Хорошо, пусть будет две ямы 1 на 1 на 1, но размером 2 на 2 на 2».

Так и живём. В армии даже простая задача может обернуться в бесконечный цикл абсурда, и тебе остаётся только копать и закапывать, пока кто-то не решит, что хватит этой хуйни на сегодня.

38

Заходит прапорщик в обувной магазин.
- У вас есть такое средство, чтоб кожу размягчить?
- Вот, пожалуйста, "Растяжитель для обуви". Брызгаете вовнутрь ботинок этой пеной, потом надеваете, ходите и ботинки разнашиваются.
- Мне не для ботинок.
- ???
- Мне кобуру новую выдали, а ПМ туда не влазит.
- Тогда брызгайте вовнутрь кобуры этой пеной и суйте туда свой ПМ.
- А он не заржавеет?
- А вы его в полиэтиленовый мешочек заверните.
- Хорошо, давайте этого вашего растягивателя. Заодно и на портупею набрызгаю.

39

Третьего июля в России официально отмечается праздник – день работника госавтоинспекции.

В этот день всем рыцарям полосатой палки положено взявшись за руки, водить на площадях хороводы, распевая- «Наша служба и опасна и трудна…»

Может где- то и опасна, может и трудна. Я давно за рулём, всяких ГАИшников навидался. Позволю себе поделиться несколькими эпизодами из личных впечатлений.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Эпизод первый, крещение.

Начало девяностых, закончена автошкола, теория и вождение благополучно сданы – теория самостоятельно, вождение за взятку. Впереди волнующий момент- выдача водительского удостоверения категории В.

Надобно отметить, что у меня довольно редкое отчество- Арианович. Как только не называли –и Аверьяновичем, и Андриановичем – прапорщик, оформлявший документы, выбрал вариант Аронович. Дятел.

- Простите, говорю- не хочется вас разочаровывать, но это удостоверение немножко недействительно.

Мерзавец покрылся пятнами, рассматривая свой косяк, проворчал что- то злобно, закрыл окошко и через десять минут выдал мне права с настоящим отчеством. А в компенсацию за пережитый стресс- ему же, паразиту, отчитываться за испорченный бланк – вписал мне в права строчку- «медсправка обязательна».

Ну обязательна и обязательна- мне и невдомёк тогда, что это значило. Скоро выяснил – такая строчка вписывается инвалидам. Это значит, специальную медкомиссию проходить раз в год – и каждый раз платить за неё, параллельно доказывая, что ты не инвалид.

Ну а что сделаешь, так и ездил, пока права не поменял на новые. До конфликта только один раз дошло – но там инспектор, пытавшийся забрать у меня удостоверение из за отсутствия медсправки, сам от этого отказался, убедившись в моей решимости идти вплоть до суда.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..
Эпизод два – не мой, но очень показательный. Начало века.


У моего приятеля угнали машину- жигули шестёрку. Написал заявление, особо ни на что не надеясь, стал ждать. Повезло – недели через две нашлась ласточка – правда маленько покоцанная, и в Твери, но нашлась. А приятель мой, Миша, попал так в базу ГАИ по угонам.

Прошло с полгода- телефонный звонок-

- Здравствуйте, это вы Ди…..ев Михаил Фёдорович? Вас беспокоит управление ГАИ Красногвардейского района, это по поводу угона машины. Вы можете подъехать на улицу Коммуны 13?

Поехал. Представился. Проводили к начальнику. Вместе они спустились на штрафплощадку. На площадке стоит роскошный мерседес.

- Тут такое дело, говорит начальник. Как этот мерседес сюда попал, неважно. Важно, что по базе и по документам он числится за вами. А находится якобы в угоне. Предложение такое – вы подписываете документы, что машину вам вернули, мы по своим каналам её аккуратно сливаем – никто никогда ничего не узнает- и вы получаете свою долю.

- Ага, а потом те, кто им на самом деле владеет, придут ко мне в гости? Нет, спасибо, я в такие игры не играю.

- Послушайте, я вам гарантирую полную безопасность. Машина вероятнее всего угнана в Европе, и перегоняли её куда- нибудь в Среднюю Азию, или на Кавказ. Процедура с угоном – это чтобы выписать действительные новые документы, а не подделывать липу.

- Мы всё аккуратно оформим, поверьте, опасаться нечего. Тут ещё один момент – при отсутствии хозяина, я имею право держать машину на штрафплощадке только трое суток, а потом обязан доставить её в городское управление. А там, когда всё поймут, а они поймут- вас уже вызывать не будут – обойдутся. Машина и так и так уйдёт, только от нас – с вашей долей, а от них – просто в туман.

- Нет, спасибо. Никогда с подобным не сталкивался, и сейчас не хотелось бы.

- Вы в самом деле думаете, что отказавшись подписывать документы, сохраните для себя полное спокойствие? Пойдёмте, что покажу.

Начальник подвёл его к компьютеру, и открыл Мишкину страничку в базе ГАИ. Как мне потом Мишка сам рассказывал – «У меня, блин, на жопе волосы поседели».

Оказывается, за последние полгода, кроме жигулей, ему уже «вернули» из угона два мерседеса и ауди. То есть схема выдачи документов работает, а кому- то из больших чинов, кто в ней участвует, просто лень менять исходные данные.

Подписывать Фёдорыч ничего не стал, ушёл бледным, что там было дальше, разумеется не узнал. Какое- то время поволновался, но никто его больше не беспокоил.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Эпизод три – с неприятностями. Середина первого десятилетия нового века.


Ну грешен, было у меня во лбу грамм сто пятьдесят, было. Ехать надо было срочно, рискнул. И попался. Но у инспектора, которому я «попался» в тот день в организме не меньше поллитра бултыхалось – как он в таком состоянии вообще службу нёс, непонятно.

Дошло до конфликта – не следовало мне с ним ругаться, дал бы на лапу и всё – да и деньги с собой были. Подержал его слегка за воротничок – тот обиделся, подкрепление вызвал. Болван.

Начальник его мгновенно разложил ситуацию по полочкам-

- Вы не беспокойтесь, он своё получит. А вам предоставляю выбор – или штраф с лишением на два года, или сопротивление властям – а тут уже административкой не отделаетесь.

Ну что делать, пришлось отдавать права. Грустно. Но пока я тянул время до суда, и ездил с временным удостоверением, успел по второму разу закончить автошколу – с паспортом своего брата близнеца – нас внешне не отличить.

Получил ещё одни права и два года ездил по ним – пока не вернул свои. Один раз только глупость вышла – штраф за превышение скорости был направлен брату, но затерялся. Он звонит мне-

- Слышь, говорит, мне тут повестка какая- то пришла- за неуплату штрафа. Грозят, что на пятнадцать суток посадят, если не заплачу вовремя – это ты что ли напаскудил?

- Наверно я, говорю. Ты что предпочитаешь, чтоб я заплатил, или в тюрьму?

- Конечно в тюрьму!

Поржали. Время прошло, те запасные права сейчас уже недействительные, но храню – восстановить недолго, мало ли что.

А брат мой никогда за рулём не сидел, да и не собирается…

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Эпизод четвёртый – почти Рождественская сказка. Примерно пятнадцатый год.


Пригласил я как- то приятеля с женой к себе на дачу. Встретил их с электрички, довёз – там не далеко, пешком минут двадцать, но идти лень.

Всё как положено, шашлык, баня, посидели, повспоминали – далеко за полночь. К коньячку, естественно поприслонялись – вдумчиво так, благо его немалое количество на столе присутствовало.

Под утро Ваньке звонят из города –

- Блин, бабушке плохо, срочно надо в Питер.

Такси- не вариант, дорого слишком, да и не найдёшь в такую пору такси в нашем углу. До первой электрички по расписанию двадцать минут- и хоть зарекался я поддавши в машину садиться-

- Поехали, говорю, на поезд подкину. Пешком не успеете.

- Куда тебе таким за руль, охренел?

- Тут ехать пять минут, ментов у нас отродясь не бывало, давайте быстро.

Довёз, успели. А на обратном пути – фантастика. Останавливаемся на пустой дороге бампер в бампер – двое ГАИшников, и я. Откуда они взялись? Картина Репина «Приплыли». (На самом деле Л. Соловьёва- «Не туда заехали»).

Отдаю документы с печалью во взоре.

- Пахнет- то от вас как аристократично, Леонид Арианович, мечтательно говорит старший- просто букет. Не ниже хорошего Армянского?

- Точно. Двин. Семилетний.

- А дыхните ещё? А то у нас здесь в основном самогон пользуют- нюхать противно.

- Джентльмены, говорю, грешен. Товарища на поезд отвозил – с тёщей у него в городе что- то случилось, срочно надо было.

- Но.

- Время, почти пять утра, на дороге никого, кроме нас – а вон уже мой дом виднеется – метров шестьсот осталось. Знаю, что нарушил, были бы деньги с собой - попробовал бы понести материальный ущерб в разумных пределах, пропорционально нарушению, но увы.

- Поэтому принимайте решение- можно меня пожурить и отпустить, взявши расписку кровью, что больше никогда, или как положено- на экспертизу и по букве закона. (Сам- то помню, что по закону отобрать можно только одно удостоверение).

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Водитель, которому довелось испытать такое, никогда этого не забудет, хоть и рассказывать и хвастаться подобным чревато – никто же не поверит. Читатель, ПОВЕРЬТЕ- они меня отпустили, вернув документы. Платочками, правда, вслед не махали, просто уехали.

Хочется сказать о ребятах что- то подобрее, я действительно почувствовал тогда признательность- но история имела продолжение.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Примерно через год, несусь на дачу – дорогу я знаю, где можно нарваться на сюрприз, давно наизусть выучил.

Превышаю. Есть по пути такая деревенька в пять домов – Сомово. Населённый пункт, хочешь не хочешь, снижай до шестидесяти. А там всей деревни метров сто. Дорога прямая, как стрела, никого нет- ну и лечу, скорость не сбрасывая.

Опа. Как они ухитрились спрятаться?

- Превышаем? Ваши документы.

А дальше радостное-

- Леонид Арианович! Да мы же вас целый год поджидали!

Ну, что поделаешь, пришлось выдать им премиальные – отчасти в память о пережитом, и пропорционально ныне содеянному. Расставались с улыбками – действительно редкое совпадение.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

У читателя могло сложиться впечатление, что автор и его знакомые – злостные нарушители, и вообще асоциальные элементы. Неправда. Лично я уже много лет езжу бесплатно - ибо не нарушаю. Хотя, в нынешнюю эпоху, с таким количеством видеокамер на дорогах, это нетрудно…

40

Прапорщик проводит занятия по ОМП: - Товарищ солдат! Ваши действия при ядерном взрыве по команде ВСПЫШКА СВЕРХУ!? - Испаряюсь, в виде радиоактивной пыли поднимаюсь в верхние слои атмосферы, и заражаю территорию противника!

41

Теплый летний день в городе у Белого моря, можно сказать жарковатый. Но в спертом воздухе витает и незримый признак другой жары о которой не подозревают лениво шляющиеся обыватели, возможно завтрашние шкварки. Или же при благополучном исходе дела зашкварятся обыватели за океаном в окрестностях города Яблока. Поэтому лежим на крыше сарая с самолетными чехлами с армейским другом с лежащими рядом карабинами и дожидаемся прилета самолета зам. министра обороны СССР товарища Огаркова. Грядет большое совещание в штабе армии и утверждение особо секретного плана. Мы уже в курсе.
На первые подступы выдвинуты продвинутые во всех отношениях люди. Родители друга серебряные призеры СССР по одному из видов зимнего спорта, он тоже держит форму и ежедневно подтягивает меня. Бегаем по 3 километра в любую погоду по его методике. Я здоровею день ото дня ибо методика правильная. Впоследствии дочка друга победит три года подряд в соревнованиях "Айрон мен" во Флориде.
Наконец прилетает и выруливает персональный самолет Огаркова. Из него появляются офицеры обслуги в белоснежных техничках, стремянку устилают красной ковровой дорожкой. А у рулежки выстроена шеренга из автомобилей "УАЗ" и "Волг" у которых стоят генералы и полковники из штабов и частей армии. Зам. министра с достоинством вышагивая и окруженный свитой выдвигается к ним для приветствия. В тоже время со стороны гражданского аэропорта замечаем движущийся неопознанный объект. В той зоне выставлено несколько наших армян, но объект пересекает беспрепятственно это заграждение. Мы уже в состоянии его разглядеть и наблюдаем приближающийся к автомобильной шеренге мопед.
Огарков тем временем проходит мимо строя высоких чинов, здороваясь с каждым за руку и перебрасываясь парой слов.
Наконец свита доходит до последней "Волги" и церемония приветствия почти заканчивается, но не совсем. За "Волгой" оказывается прапорщик у мопеда. Пьяный в дупель он протягивает маршалу "краба" со словами:
-Здорова были!
Огарков слегка охуевает, но реагирует молниеносно:
-Десять суток ареста!
Обслуга тут же хватает бедолагу под мышки и забрасывает в первый же подвернувшийся "УАЗик", за прапором следует мопед. Генеральские авто выстраиваются в колонну и начинают движение в направлении штаба армии. Во главе колонны "УАЗик" с торчащими из-под брезента ногой в яловом сапоге и колесом мопеда.

43

Ностальгия по социализму- кто помнит.

А всё- таки жаль, что сейчас в школах отменили этот предмет – начальная военная подготовка – НВП. При социализме он вроде бы особо и не был нужен- мы же ни с кем воевать не собирались (ага, до Афгана оставалось всего полтора года), но там много полезного можно было узнать. И многому научиться.

Разобрать- собрать АКМ на время – я был первым. Ходили в настоящий тир, стреляли из мелкашки – тоже один из первых. Гранатами учебными кидались- кто пробовал точно попасть гранатой в окоп за двадцать пять метров? Полосу препятствий преодолевали – а там так хитро устроено, что в одиночку её не пройти – надо помогать товарищу. Интересно.

Но самое интересное – это когда на полигон поехали – была большая программа- по пять патронов на одиночную стрельбу за пятьдесят метров с обычными мишенями, и по десять на стрельбу очередями за сто метров по силуэтным мишеням – надо было просто повалить свою. Кросс по пересечённой местности с сюрпризами, и на сладкое- атака на небольшой холм. С криком «ура».

Всего собралось человек шестьдесят- мы из техникума, остальные школьники. Возраст- шестнадцать лет. Какой пацан не ощутит радостную дрожь от предвкушения пострелять из настоящего боевого оружия? Вот мы все старательно её и ощущали, построившись в очередь на полигоне.

Прапорщик, руководивший стрельбой, посмотрел на первую партию с ненавистью, и стараясь не материться, веско зачитал правила-

- Оружие боевое, относиться с уважением. Ствол оружия направляется только на мишень, или вверх. Направите друг на друга, или в сторону, автомат отберу, руки из жопы вырву, зачёт не поставлю. Оружие автоматическое, после выстрела перезаряжать не надо! Номер на лежанке соответствует номеру мишени.

Каждую мишень подписывал прапорщик и стрелок – чтобы никаких накладок и вранья. Потом скучающий солдат срочной службы укрепил мишени соответственно номерам, прозвучала команда-

- На огневой рубеж! Предохранители на одиночную! Приготовились к стрельбе, огонь!

- А у меня предохранитель не открывается- жалуется один из стрелков, поворачиваясь стволом прямо к прапорщику..

- ОТСТАВИТЬ СТРЕЛЬБУ!!! СТВОЛ ВВЕРХ БЛ….ДЬ!

Побелевший как мел прапорщик, отобрал автомат у обормота, выдернул его за шиворот с лежанки, и дал пинка-

- ВОН ОТСЮДА! ЧТОБ Я ТЕБЯ НЕ ВИДЕЛ! ПРИШЛЮТ ДЕБИЛОВ, МАТЬ ВАШУ, ПЕРЕСТРЕЛЯЕТЕ ДРУГ ДРУГА НА ХЕР, ОТВЕЧАЙ ПОТОМ! ВОН отсюда, Я СКАЗАЛ!

Так орал прапор, проверяя предохранитель трясущимися руками. Это мне сейчас понятно, что если ему такие стрельбы каждый день проводить приходилось – нервотрёпка та ещё. Охренеешь. А тогда- ну, психанул мужик…

Мне досталась предпоследняя лежанка справа. Хорошо понимая, что сейчас начнётся, я даже пытаться стрелять не стал, отвернулся, натянул на голову воротник куртки и стал ждать, пока все отстреляются – кто нибудь из присутствующих пробовал хорошо прицелиться, когда вас засыпает горячими гильзами?

Перед глазами разворачивался ещё один спектакль. Мой сосед справа, выстрелив по мишени, лихим ковбойским жестом поставил автомат на приклад, рванул затвор, выбросив на землю неотстрелянный патрон, и приготовился стрелять дальше.

- ОТСТАВИТЬ! Ё…Б ТВОЮ МАТЬ! Да чтож такое- то, бл..дь сегодня происходит!

Прапорщик отнимает у пацана автомат, подбирает патрон, резко выдернув магазин, вставляет патрон в обойму, ставит рожок на место, и заученным движением сам передёргивает затвор, отправив на землю следующий патрон.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Тут я позволил себе пропустить, не озвучивая, очередную матерную тираду. Ситуация усугублялась тем, что за спиной, в пятидесяти метрах от нас стояла остальная часть группы, и ржала в голос, чуть не пополам сгибаясь. Цирк с конями блин, а не полигон… Выезд на природу. Прапорщик, теперь уже с багровой мордой, вернул автомат неудачливому стрелку.

- Огонь!

Остальные уже отстрелялись, я в спокойной обстановке сделал свои пять выстрелов, тщательно целясь.
Уф. Оружие сдали, сходили к мишеням – мне удалось положить почти все пули в чёрный кружок по центру – довольно хороший результат.

Поле для стрельбы посередине было разделено высокой вышкой с пулемётом наверху, на которой скучали двое- снизу не разглядеть солдат, или офицеров. Дальше за вышкой – часть поля, предназначенная для стрельбы очередями.

Мы гуськом идём туда, двое рядовых лениво заряжают рожки, отсчитывают патроны и мишени, на рубеже выстраивается очередная партия стрелков, прапорщик с удвоенной ненавистью начинает по второму разу читать надоевшую ему молитву-

…Оружие, бл..дь, боевое, автоматическое… Ну вы уже слышали.

На второй половине полигона стрельбой командовал старший лейтенант. Там на удивление всё прошло гладко и культурно – без эксцессов, если не считать бестолкового эпизода – когда мы уже заканчивали, на поле выскочил настоящий живой заяц, вызвав восторг у той парочки наверху- с пулемётом.

- Бей его, уйдёт, бля! Бей!

Несчастного зайку разнесло очередью на клочки. Надобно отдать должное стрелку –он выпустил очередь всего патронов на пять, а до зверька было метров семьдесят – и заяц не сидел же на месте. Мы уходили с рубежа слушая восторженное-

- Видал, как я его? Вот- учитесь, бля, военному делу настоящим образом!

- Ну ты снайпер! Зае…ись шмальнул!

Кросс по пересечённой местности- ничего особенного, маршрут размечен флажками, да и бежать- то было всего чуть больше километра. Перепрыгнули пару препятствий, но когда наша толпа сгрудилась у мостика через речушку – даже, пожалуй просто большой ручей, через который были перекинуты сходни в два поленца, а для устойчивости поверх натянут канат, то есть пока один переходит, остальные ждут- в кустах рядом ухнуло, зашипело, и поляну заволокло дымовой завесой. Дым был густой и невообразимо вонючий- глаза драло довольно конкретно, и дышать было совершенно нечем.

Ну его на хрен, ждать тут, задыхаться– и я рванул прямо через ручей. Там в самом глубоком месте было чуть выше, чем по колено. Инициативу мгновенно поддержали остальные ожидающие- и на рубеж атаки сухими прибежали всего человек пять.

Подождали отставших, и с криком «УРА, БЛЯ!» рванули по холму наверх. А дальше, иначе, чем генетической памятью я это объяснить не могу. Четверо солдат, укрывшись в кустах в метре от тропы, открыли по нам огонь холостыми. Пламегасители со стволов были сняты, и длинные языки пламени вместе с грохотом выстрелов производили довольно сильное впечатление.

Опять же- эффект неожиданности.

После первого же выстрела я мгновенно рухнул на землю, и юлой откатился в сторону- из сектора обстрела. Никто меня никогда этому не учил.

Наши, толпой атакующие, вели себя довольно бестолково- кто- то валялся на земле, кто- то присел на корточки, несколько обормотов вообще жидко обосрались- рванули бегом обратно- только пятки сверкали.

Эти воины в кустах, для усиления впечатлений, ещё и взорвали несколько взрывпакетов – бросая подальше в сторону- чтоб никого не задеть. Ага. Вот напрасно они это сделали, совсем напрасно. Кто из наших первым заорал-

- Гранатами огонь!

Надобно отметить, что склон был усыпан довольно крупным щебнем.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Сколько лет прошло, до сих пор неловко вспоминать, что мы с ними сделали. Четверо- против примерно пятидесяти – срочники бросились в позорное бегство, закрывая от камней головы руками, а наши прекратили экзекуцию только после истошного крика какого- то офицера сверху–

- ОТСТАААВИТЬ! ОТСТАААВИТЬ БЛЯ!

Ну, меня утешает только то, что сам я бросил всего один камень – желающих было так много, что заслоняли друг друга.
Атака была завершена, выезд на полигон на этом закончился, мы, довольные что почти повоевали, поехали по домам, обмениваясь впечатлениями.

Курс НВП на этом был закончен, зачёты нам поставили.

К сожалению, применить эти знания за всю жизнь мне получилось лишь однажды.

Прошло десять лет. Я работал вожатым в пионерлагере. Одним из мероприятий в смене была вот эта самая военно- спортивная игра- «Зарница».

Пионеры мои радостно бегали по лесу, разыскивая по вручную нарисованным планам спрятанные тайники, ползали по пластунски, лазали по канатам, пели хором всякие песни. Под конец прошли строем через полянку общего сбора в лесу, и приглашённые солдаты из ближнего гарнизона дали несколько залпов холостыми. А потом мы все вместе пошли в лагерь- обедать.

Я немного отстал, гляжу, эти олухи уже разобрали чей- то автомат, и тщетно пытаются собрать его обратно. Не получается. Настроение у них на уровне – ужас осознания, что им теперь за это будет- просто тюрьма, или чего похуже. Морды бледные, глаза квадратные. Ребята были детдомовские, и к жизни относились реально.

Ага. Это они ещё не знали, что будет тому долбо…бу, который отдал им личное оружие – поиграть. Придурок, нашёл, кому отдать – этим дай волю, они из любопытства прокатный стан разберут за полчаса.

- Ну ка, дайте сюда. Болваны. Здесь ещё деталь должна быть, где? Куда дели?

- Это у вас не вставляется, смотрите как надо –

Руки- то помнят. Я собрал инструмент за несколько положенных секунд, заработав восторженное уважение пацанов, и отправился сообщать идиоту- срочнику, что только что спас его от дисбата.

Получилось так, что собственно в армии мне служить не довелось. В военном билете моя учётная специальность называется – «годные к строевой службе, не имеющие военной подготовки». Это не совсем правда. Имею я военную подготовку- хоть и генетическую, и начальную, но имею. В СССР хорошо учили...

46

- Сидоров! Опять встал в строй последним! Два наряда вне очереди! - Товарищ прапорщик, а где же логика? Ведь кто-то должен встать в строй последним? - А логика, Сидоров, в том, что кто-то всегда должен на кухне чистить картошку!

47

Пролог:

По территории воинской части мчится прапорщик с тележкой, полной дерьма. Его останавливает капитан:
- Стой! Что спи*дил?
- Ничего.
- Не верю, - капитан запускает руки в дерьмо и шарит там. Ничего не
найдя, отпускает прапорщика. Прапорщик несется дальше. Навстречу ему майор:
- Стой! Что спи*дил?
- Ничего.
- Не верю, - майор запускает руки в дерьмо и шарит там, но также ничего не находит. Прапорщик мчится дальше. Навстречу ему полковник:
- Стой! Что спи*дил?
- Ничего.
- Я те дам ничего, - полковник запускает руки в дерьмо и шарит там,
но тоже ничего не находит. Наконец прапорщик выбегает за ворота части,оглядывается, вываливает из тачки дерьмо и злобно ворчит:
-Что спи*дил - что спи*дил... Тележку спи*дил!

Этот анекдот послужил бизнес планом для одного моего знакомого .
Арсений в 90е возил машины из Голландии. Завел знакомства с местными. Кто то из знакомых местных пожаловался, что , мол, утилизация просрочки в Голландии это очень дорого.
Продукты, просроченные хоть на день надо везти на помойку, а там дерут немилосердно.
Арсюша наморщил мозг и пошел договариваться.
Выяснилось, что отправить просроченный хавчик в Питер дешевле, чем его утилизировать на родине.
Даже с учетом аренды рефконтейнера. Это такой холодильник 40 футов длиной. Довольно недешевая штука.
Голландцы были счастливы, сбагривая свою просрочку голодным папуасам.
В Питере Арсюша выкидывал содержимое на помойку, а рефконтейнеры продавал.
И продал их сотни, пока до глупых викингов дошло, что что то тут не так.
Возвратная тара почему-то не возвращалась. Транспортники начали грызть арендаторов (голландцев) и афера вскрылась.
Но Арсюша уже договорился с датчанами.
Так он умудрился продать тьму рефконтейнеров и даже не получил уголовного дела.
Фирма, как тогда было принято, была оформлена на покойника.

А еще говорят, что зависание на сайте анекдотов: пустое времяпровождения.
Как бы не так.

49

Тистык.

Карантин я и ещё двое бедолаг из ОРАТО проходили в ОБАТО. Поясню.
ОРАТО – отдельная рота аэродромно-технического обслуживания.
ОБАТО – отдельный батальон аэродромно-технического обслуживания.
В нашей отдельной роте солдат и сержантов было человек 50 максимум, в батальоне намного больше.
Из-за трёх человек заморачиваться с карантином никто не захотел и нас спихнули в соседнюю родственную часть, где было много новобранцев.
В конце карантина сарафанное радио донесло, что в ОРАТО один солдат, который отслужил год (черпак), зарезал штык-ножом бойца, прослужившего полгода (бык).
Нас троих по такому случаю даже прессовать в карантине перестали, типа: «отстань от них, они же с ОРАТО, им там и так вешаться придётся, пусть хоть тут последние деньки «потащатся»».
С одной стороны, конечно, приятно почувствовать себя человеком в армии, но с другой – несколько дискомфортно когда на тебя смотрят как на смертника, причём все: и сержанты, и товарищи по карантину, и офицеры. Как-то даже ссыкотно стало ехать после присяги к месту приписки.

В ОРАТО было три взвода: автовзвод – самый большой, человек 25, взвод охраны человек 20 и взвод связи – три человека. Командиром роты, он же командир части был майор. Автовзводом командовал старший прапорщик, взводом охраны – прапорщик, а у взвода связи (три человека) командиром был целый капитан! Не ищите логику, в армии её нет.
Я как владелец водительского удостоверения категории «С» попал в автовзвод, а мои товарищи – один в охрану, а второй в связисты.
В автовзводе машин на всех не хватало. Солдат с машиной считался элитой! У кого не было машины - ходил в наряды: дневальным по роте, дневальным по автопарку, в наряд по столовой и иногда в патруль по городу. Так повелось, что на первом году службы машину солдату не доверяли. Но мне повезло: меня сразу после карантина прикрепили стажёром к тезисту Скворцову (тезист – водитель топливозаправщика, ТЗ), который должен был научить меня премудрости заправлять керосином летательные аппараты.
Своё наставничество он начал с прайслиста:
- Государственная цена на керосин - 80 рублей за тысячу литров, мы продаём в два раза дешевле, по сорок рублей. Меньше нельзя – свои же побъют, а дороже не получится, потому что все цену знают. У нас ТЗ-7.5, что значит бочка объёмом 7,5 тысяч литров. Цена бочки – 300 рублей.
Потом он показывал как подкладывать колодку под колесо, ставить заземление, разматывать рукав, включать насос... и прочую муть.
Я слушал своего наставника в пол-уха, т.к. прекрасно понимал, что ближайшие полгода никто машину мне не доверит.
Улучив момент, я спросил Скворцова:
- Говорят, у вас тут кто-то кого-то зарезал. А кто и кого?
- Да, это чмо болотное Тистык меня в спину штык-ножом пырнул.
- Тистык?
- Ну, да фамилия у придурка такая – Тистык.
На самом деле Тистык, конечно, никаким придурком не был, иначе его не призвали бы в армию. Он был не таким как все, другим. Невысокий, тщедушный примерно 160 см ростом и 55 кг весом. С большими глазами, вылитый кот из «Шрека». У него не было друзей, его все гнобили: и старший призыв, и свой, и даже те, кто призвались на полгода позже. Тистык, хоть и прослужил больше года, так и не стал «черпаком», к нему все относились как к «духу». Каждый, проходя мимо Тистыка, отвешивал ему либо «леща», либо «поджопник». А он терпел и лишь иногда тихим голосом удивлялся: «почему вы надо мною издеваетесь, я ведь ничего плохого вам не сделал?» Святой человек, ну или «терпила», кому как...
И, что самое интересное, с ним никто даже не пытался поговорить по-человечески. Даже замполит, хотя это его прямая обязанность. Никто не интересовался его семьёй, о чём он думает, какие у него любимые книги...
Тистык был никому неинтересен ровно до того дня, когда он воткнул штык-нож в спину Скворцова.
Всё было как всегда: Тистык стоял дневальным «на тумбочке», мимо проходил Скворцов и походя, как это не раз бывало, отвесил Тистыку щелбан. Но на этот раз Тистык не стерпел и ударил Скворцова штык-ножом в спину в районе левой лопатки. Рана получилась неглубокой, т.к. штык-ножи у наших дневальных были очень тупыми. Но Скворцову всё-таки пришлось обратиться в санчасть, дело замять не удалось и в ОРАТО приехало несколько военных дознавателей.

50

Как я отдавал долг.
Что такое «долг»?
Я так думаю: долг это, типа того, когда у кого-то что-то взял во временное пользование и надо вернуть.
Знаю, что тут тусуются, кроме остальных, очень грамотные люди, которые скажут:
Долг, в праве — обязательство, возникающее в результате сделки, невыполнение которого влечет за собой возмещение вреда по решению суда.
Тьфу на вас!
Я поехал отдавать священный долг (которым не одалживался) в тогда ещё столицу Казахстана Алма-Ату.
Ну, как поехал? Поезд – самолёт, получается: поехал – полетел...
... В Алма-Ате меня (ненавижу страдательный залог) какой-то прапорщик привёз в ОРАТО (отдельная рота аэродромно технического обеспечения), посадил на лавочку в курилке и со словами «скоро бойцы подойдут, там и познакомитесь» , испарился...
Сижу я в курилке, никого не трогаю (ага, примус починяю) вокруг себя осматриваюсь: турник, бильярд, теннистный стол... нормально, думаю! Жизнь-то налаживается!
Через какое-то время в курилку стали приходить солдаты и каждый с вопросом: «сам откуда?» и «закурить есть?»
После ответа «с Волгограда» и облома с сигаретами, интерес ко мне пропал не возникнув и я услышал диалог, который перевернул моё представление о Советской Армии, почерпнутое из передачи «Служу Советскому Союзу»:
(не дословно, но очень близко к оригиналу)
- Ну, ты чё, сифон свой залечил?
- Да почти, два укола осталось.
- Можь, бухнём сегодня?
- Не-е, я в завязке!
- Да знаем мы твою завязку: тебе стоит на пробку наступить – так ты все лосьоны для бритья по тумбочкам соберёшь!
И, что самое хуёвое, я видел, что они не рисуются передо мною, а что это моя жизнь в будущие два года...

12345678910 → дальше →

Партнеры

Реклама