Шутки про памятник - Свежие анекдоты |
памятник (У вариант)
Я памятник опять свалил тоталитарный,
Визжит от радости вокруг меня толпа.
Успех, конечно, это фрагментарный,
Зато дешевле станет всякая крупа,
Вниз упадут, как памятник, тарифы
На коммуналку, на тепло, на газ
И воплотятся в жизнь придуманные мифы,
Что ждут в Европе с нетерпеньем нас...
|
Ну не знаю я, почему в начале 90х нашу контору вдруг причислили к засекреченному "Средмашу", который, как известно, "ковал ядерный щит". Главное, что к нам стали заходить от них приказы о несчастных случаях. Для нашего ознакомления, проработки, и недопущения впредь.
Мы их читали, ржали и не верили глазам. Оказывалось, что даже там, в чертогах сугубой военной тайны, перекрестных проверок и допусков, оказывались обычные люди, с абсолютно близкими глупостями и слабостями. И, судя по отчетам, дебилов-пофигистов хватало и там....
Именно это почему-то вспомнилось, когда прочел сегодня заметку о происшествии в Ки-Ларго (что во Флориде). Почти месяц одна домохозяйка доставала власти на предмет вони, периодически покрывающей ее улицу. Как будто миллион протухших яиц. И наконец, муниципалитет отреагировал.
В прекраснейшее солнечное утро к ней приехали ремонтники. Это была бригада из трех сантехников. От 25 до 53 лет. Как пишут, они долгое время занимались именно канализациями. И действовать начали вполне профессионально. Оградили место работы, повесили знаки. Когда открыли люк, вонь так и повалила.
Теперь - стоп. Прервите чтение, и представьте себя в подобной ситуации. Себя, никогда не лазившего по сточным колодцам. Не специалиста. Что бы вы конкретно стали делать? Готов спорить, но никто не скажет "конечно же, скорее лезть вниз"....
Но именно это сделал один из ремонтников. И через несколько секунд после исчезновения замолчал. Немедленно полез второй. Узнать, что с первым. И, как уже догадываетесь, повторил судьбу.
Очень хочется спросить снова о ваших действиях, но не стану. Потому что третий побегал вокруг, заламывая в отчаянии руки, и - полез. И пропал.
По прежнему было тепло и солнечно. Только над сиротливо разбросанными инструментами слалась вполне традиционная смесь сернистого газа и аммиака. Пауза. Долгая пауза.
...Которая была нарушена подъехавшей пожарной машиной. Которую вызвала та самая домохозяйка. Которой единственной здесь не откажешь ни в сметливости, ни в здравомыслии.
Командир пожарки быстро оценил ситуацию. И ТОЖЕ ПОЛЕЗ ВНУТРЬ! Он потерял сознание, но остался жив. Потому что его вытащил напарник, сообразивший, наконец, одеть противогаз.
Вот что хорошо в Америке устраивают, так это похороны. Прочувственные речи, музыка, красивые гробы. "Навечно в наших сердах....".
И только три белых креста на обочине возле того злополучного люка.
Как памятник - чему?
|
|
Эта абсолютно невероятная история естественно никак не могла произойти. В неё невозможно поверить. Но тем не менее она действительно произошла 31ого декабря 1999, ибо как всем известно в Новый Год может произойти то что никогда в другое время произойти не может. Сам я там не был (повезло), но куча моих знакомых утверждает что именно так и было.
Сказ о том как Петя встречал Новый Год и о том как можно выпутаться из любой ситуации.
Встречать Новый Год можно по разному. Можно например как шотландский лорд, в любимом кресле, в любимом замке, попивая 50-летнее виски маленькими глотками, гладя свою борзую лежащую на медвежьей шкуре. Можно в модном клубе на Ибизе зажигая под музыку супер популярных диск джокеев. Некоторые встречают его на знаменитой Таймз Сквер, дрожа от холода и желания сходить в туалет, и визжа от восторга от того что опускается шар. Кое-кто пожалуй ловит кайф от лицезрения президента в телевизоре и внимая каждому слову. Ну а пожалуй самое популярный метод встречи это в кругу семьи или друзей, около праздничного стола на котором много разных вкусностей и напитков.
Ну а можно встретить Новый Год как встретил его мой друг детства, Петя. Происходило в одном областном центре в Беларусcии когда Петя был молод и кровь играла в его жилах. В то замечательное 31ое декабря собралась небольшая, но очень весёлая компания на квартире у одного молодого человека (допустим - Игорь) и его девушки (допустим - Катя).
Праздновать начали заблаговременно, то есть около 5-6 часов вечера. И праздновали, и праздновали, и праздновали, и с грустью обнаружили чуть после 9 вечера что праздновать особенно то и нечем. Не рассчитали так сказать. Но это весёлую компанию не смутило. Они решили снарядить боевую дружину и направиться в ближайший магазинчик и прикупить то чем можно праздновать. И когда они уже подходили к двери кто-то подал радикальную идею, "а давайте-ка с собой возьмём пистолет. Парочку бутылочек на улице опустошим и во дворе по ним потом постреляем" (Дело в том что хозяин дома как раз недавно стал счастливым владельцем пневматического пистолета, который очень был похож на настоящий). Конечно "гениальный" подход, мол какая свадьба без баяна, какая стая без баклана, какая пальма без банана. До сих пор Петя клянётся что идея была отнюдь не его, но правда и не отрицает что он её поддержал.
Игорь остался дома, Катя решила прогуляться со всеми, ну а пистолет взял один из друзей, Коля, по совместительству тот самый который справлял больше всех и весёлая компания отправилась к магазинчику. К их изумлению магазинчик на котором вывеска гордо гласила что он работает до 11 вечера был закрыт. Правда изумлены были не они одни, подобное же чувство высказывало и ещё несколько жаждущих около двери. Петина справедливая душа была возмущена и он тут же присоединился к популюсу стуча по двери.
Внутри горел свет и доносились звуки. Простой вывод напрашивался сам собой. Служащие торговли наплевали на страдающие массы и начали свой праздник в узком кругу ограниченных людей. Петя естественно не мог смириться с такой ярко выраженной несправедливостью и он ринулся в бой. Вместе с другими гражданами алчущими правды и алкоголя он стучал в дверь и витрину магазина и клеймил позорными терминами недостойных служителей торговли.
Естественно рано или поздно этот хрупкий статус кво должен был быть разрушен и первыми не выдержала нервная система продавщицы, администраторши, грузчика, и охранника которые в гневе вышли из подсобки и направились к двери чеканя шаг. Препирательства соответственно перешли от абстрактных высказываний к конкретике ибо лица оппонентов были видны, хоть и разделены дверью. Наверное в конце концов торговля бы одержала победу над пролетариатом, ибо бить витрину никто не собирался, но нервы администраторши облегчённые празднеством не выдержали и с яром дверь была отворена. Правда отворила её администраторша с одной целью, вцепиться кому-то в горло мёртвой хваткой, но это не произошло по независящим от неё причинам.
Толпа страждущих увидев то что замок щёлкнул ввалилась в магазин и своей массой сдвинула администраторшу, и других с места. "Мне 3, 5, 7 бутылок, того, этого, и вон той штуки" полетели запросы со всех сторон от разгорячённых граждан жаждущих продолжения праздника." "Все нафиг" зарычала администратор, осознав свою ошибку. "Магазин закрыт, сволочи" продолжила она. "Ах мы сволочи" ощерился Петя, "да как вы смеете? Магазин открыт до 11. А мы покупатели. А ну подайте сюда жалобную книгу (в Беларуссии это страшная угроза). Я напишу письмо в министерство торговли. Я знаю министра лично" стращал он. И грозно придвинулся к администраторше.
Для охранника это был сигнал аки красная тряпка для быка, он пхнул Петю и сопроводил свои действия ненормативной лексикой. И тут Коля, которому попала шлея под хвост, выхватил пистолет из под куртки, запрыгнул на прилавок и заорал водя дулом во все стороны "какая падла тут моего друга Петю обижает." Народ притих, ибо надо признать что этот акт был весьма неординарным. Даже продавщица, которая за свою бурную жизнь повидала всякое сказала, "да хер с ними алкоголиками, давай продадим".
Коля соскочив с прилавка поставил спрятал ствол, и обмен дензнаков на товар начал происходить. Свято блюдя правило очереди, товар получали сначала те граждане которые пришли первыми. Конфликт казалось поутих. Мдааа, казалось-то оно казалось, да вот ещё одному посетителю оказалось что такое решение минимально. И он решил напакостить перед отбытием. Заметив что администраторша забыла в двери ключи он тихонько их вытащил и выбросил в снег на улицу.
Изначально этот хитрый манёвр не был замечен, но когда первые граждане отоварились и ушли, осталась наши весёлые друзья, и в магазинчике стало посвободнее. И только они взяли в руки деньги что бы оплатить за пару корзинок наполненных бутылками, охранник заорал. "А ключи. Они гады ключи украли..." И начался крики, толчки, ор, и непонятные телодвижения в результате которых часть компании оказалась в магазине, а часть на улице. Причем пистолет оказался у Кати, а сама Катя на улице. Продавщица кричала "милиция", Петя кричал "при чем тут мы", Коля кричал "бутылку разбили", администраторша просто вопила, а крики грузчика и и охранника были явным свидетельством недовольства примесью ненормативной лексики..
Милиция объявилась как будто из пустоты. "Что за крик в эту прекрасную предновогоднюю ночь. А ну всем заткнуться и в отделение." На робкие замечания продавщицы что мол ключей нет, лейтенант заметил что он не дурнее других, и что нечего ему мозги полоскать, и что все живо и с песней шагом марш. Хоть путь в отделение был совсем не долгим, Петя отрезвел на прохладном воздухе окончательно и быстро начал соображать.
Петя подвёл общее резюме одним словом "задница." Расклад по всем итогам должен был быть самым что ни на есть гадским. Опыт подсказывал, в ментовке их допросят и бросят в обезьянник при отделении. Разбираться под Новый Год особенно никто не станет. Первое января вся компания однозначно встретит в камере, причем менты будут бухие, а чем это грозит не раз писала пресса. Самое противное что есть при них ствол. Хотя из него максимум можно подстрелить воробья, в ультра консервативной Белоруссии это считается как грозное оружие. Ментам то и дело особенно раскручивать не надо. Как минимум на лицо злостное хулиганство и нарушение общественного порядка. Как максимум (как только обнаружат пистолет) могут попробовать припаять вооружённый грабёж или разбойное нападение.
Петя грустно подчитывал в уме убытке в миллионах Белорусских рублей и годах заключения для себя лично и для компании в целом. Нужен было "НЕЧТО" что бы ситуация выправилась. Но этого "НЕЧТО" ни приходило в голову. И с этими грустными мыслями Петя, уже не весёлая компания, сотрудники магазинчика, и конечно доблестная милиция пришли в отделение. Любые попытки заговорить прерывались резким окриком ментов. Единственный плюс всей ситуации состоял в том что Катя каким то образом сумела запихнуть ствол под своё пальтишко.
Парней быстренько обшмонали, но Катю они почему-то не тронули. То ли они её приняли за сопровождающую, то ли за свидетельницу, то ли за вообще постороннюю, но это был единственный временный плюс во всей ситуации. Всех ввели в комнату где в середине стоял стол, а по сторонам от стола стояли деревянные скамьи. С одной стороны рассадили/расставили уже совсем скисшую компанию наших друзей, а с другой работников магазина. В середине грозно сидел капитан. Остальные менты вышли в коридор ибо Новый Год на носу, и неплохо бы пропустить по рюмочке (хоть и на службе).
По лицу капитана было ясно, последнее чем он хочет сейчас заниматься это выяснять истину. Задница, из теоретической, вот вот должна стать реальной. "Так" проревел капитан, уже совсем смурой компашке, "быстро ваши имена, фамилии, адреса, и чего там произошло". Петя, как наиболее уверенный в себе быстро выложил данные и изложил свою версию. Вслух он произнёс "Мы всего-навсего хотели купить чуток алкоголя как обыкновенные законопослушные граждане, а на них напали дикие торговцы и хотят возвести какой-то поклёп." Одновременно Петин мозг тщетно искал выход, и мысль была одна "сейчас заговорят эти из магазина, скажут про пистолет и всё... конец... причем самый печальный".
"Ладно, заткнись" молвил капитан, записав Петино изложение. Петя отошёл чуток в сторонку и в бок и капитан повернулся всем телом к представителям магазина. "Теперь вы." Администраторша в которой уже давно всё клокотало, заорала "они ключи украли, недобитки поганые." "О ключах чуть после" прохрипел капитан "данные свое давайте."
И администраторша начала сбивчиво перечислять, через слово крича "ключи и сволочи".
И тут Петю озарило... и произошло то о чём пишут в книжках, слагают легенды, и снимают фильмы. Как в покере не имея ничего, поставить на кон всё в отчаянном блефе. Пока администраторша вела свою речь Петя, воспользовавшись тем что капитан отвернулся (а как было сказано других ментов не было в комнате), распахнул пальто, расстегнул ширинку и показал через комнату ошалевшей администраторше, продавщице, охраннику и грузчику свой хмм "инструмент". Он даже махнул им приветственно, тут же спрятал в штаны, и захлопнул пальто. Продавщица заорала на всю комнату. "Товарищ капитан, он, он, вот он - вам свой х** показал. ААААААА зашлась она в вопле." Администраторша только кивала своими глазами по 50 копеек. Капитан резко обернулся к Пете который скромно стоял в сторонке и всем своим существом показывал своё благолепие. Мол, я, да вы что, как вы могли такое подумать...?
Капитану было не до шуток, он резко обернулся обратно к представителям магазина и злобно просипел "вы чо, сдурели. Не фиг всякую хрень болтать. Данные давайте". И администраторша снова запинаясь стала говорить, а капитан записывать. И в это время Петя снова распахнул пальто, опять вытащил свой "инструмент" и сделал препохабнейший жест в сторону капитанова уха, гнусно ухмыльнулся администраторше, тут же опять спрятал своё "оружие" в штаны и опять запахнул пальто. "Капитан" заорала опять продавщица, "этот вон, вот тот, он тебя, то есть Вас, ну хотел прямо в ухо е**ть. Опять х**м дразнился".
Капитан опять в бешенстве повернулся и опять увидел Петю полного достоинства и полностью прилично одетого. И тут Петя ПРЕЛОМИЛ безнадёжную ситуацию. Он дал речь от которой бы прослезились бы камни.
"Товарищ капитан. Ну Вы посмотрите на ложь и бесстыдство этих торгашей. То они меня обвиняют что я пардон им х** показываю."
"Показывал и махал" кринула администраторша. "Да, да" хрипел грузчик.
"То Вас в ухо е**ть хочу" не обращая внимание продолжал Петя.
"Почти в****ал", орал охранник ошалевшему капитану.
"А теперь они скажут то что я например ключи краду." вкрадчиво говорил Петя.
"Ключи они с*****ли гады", перебивая друг-друга вопила администраторша и охранник.
" А может если им волю дать то они ещё скажут что мы с пистолетом в магазин пришли, на прилавки с ним прыгали." выложил козырный туз Петя
"Да был пистолет, он сучёныш грозил. И по прилавкам бегал, гад." указывая на бледного Колю и перебивая друг друга уже заходились в крике администаторша, грузчик, продавшица, и охранник.
"Ага" саркастически поддакнул Петя "и на танке мы приехали, хотели магазин весь вывести, и памятник изнасиловать хотели."
Администраторша и продавщица уже не слушая Петю и его подначки, брызгая слюной орали, "да, да, да всё так и было." .
Капитан пожалуй в первые столкнулся с такой ясной ситуацией. С одной стороны прилично одетая молодёжь, ясно излагающая свою правдивейшую позицию. А с другой какие-то непонятные изолгавшиеся торгаши, обвиняющие приличных людей. Тут и думать было не о чем. Плюс праздник вот вот наступит. Решение напрашивалось само собой.
"Сержант" заорал капитан и дверь распахнулась. Капитан на глазах порвал протокол и бросил его в корзину. "Этих м***ков" указал он пальцем на администраторшу и притихших сотрудников магазина, "в обезьянник до утра. Потом разберёмся и штраф оформим за нарушение порядка. Увести." И шокированных сотрудников магазина несмотря на протесты увели.
"А вы ребята уж извините, служба такая" молвил капитан глядя на повеселевшую компанию. "Спасибо товарищ капитан. С Новым Вас Годом. Всего самого наилучшего" от души произнёс Петя и сердечно пожал руку капитану. И компания весело ломанулась из отделения на улицу. Правда Катя немного прихрамывала ибо ствол что она засунула себе в сапог изрядно натёр ногу.
Через 2 квартала компания истерично хохотала и валялась на снегу. На Петю смотрели как на героя и он собственно им и был... По пути ребята натолкнулись на другой магазинчик который был на удивление ещё открыт и там и отоварились по полной. И под бой курантов и салют, они чокнулись шампанским во дворе и всё таки расстреляли парочку пустых бутылок.
А Петя стал навсегда легендарным героем и желанным гостем на любом Новогоднем празднике.
С Новым Годом Вас всех. И пусть всегда у Вас будет чем справить Новый Год и не будет повода встречать его в отделении милиции.
Улыбайтесь и будьте счастливы.
|
|
ХИМЕРА
Химера - в греческой мифологии чудовище с головой и шеей льва, туловищем козы, хвостом в виде змеи.
Википедия
Когда-то, в классе шестом или седьмом, попался мне красиво изданный альбом под названием «Бестиарий». В нем были изображения и описания странных животных из средневековых рукописей. Собственно, все эти животных состояли из знакомых фрагментов, но в фантастических сочетаниях. Особое впечатление, уж не знаю почему, произвел на меня василиск - петух с орлиным клювом и мощным змеиным хвостом. В описании было сказано, что он убивает одним взглядом. Из предисловия к альбому я узнал, что нигде на Земле таких животных нет, что подобные изображения существуют с древнейших времен, и что по-научному эти монстры называются химерами.
Через много лет, когда у меня появилась возможность путешествовать, выяснилось, что в средневековых храмах и дворцах как Европы, так и Азии подобных чудищ полным-полно. Но только в средневековых. С окончанием Средневековья они исчезли по простой причине: пришла эпоха великих географических открытий. Стало очевидно, что химеры не существуют. Публика потеряла к ним интерес. Художники переключились на роботов и динозавров. Поэтому я и удивился, когда в гавани английского города Плимут обнаружил химеру, подобную которой мне никогда не приходилось видеть. Она расположилась на восточном пирсе рядом с историческими ступенями, от которых в 1620 году по направлению к Америке отчалил Мейфлауэр. В путеводителе этот объект был обозначен, как «памятник креветке», но с первого взгляда мне стало понятно, что ничего общего с креветкой у этого чудища нет. Я бы мог долго рассказывать почему, но, честное слово, лучше посмотрите сами на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.
Неподалеку я заметил человека в костюме пилигрима. Зная из опыта, что часто так одеваются гиды, подошел и вежливо спросил:
- Извините, сэр, это креветка?
- Э-э-э, - ответил сэр, - нет, это не креветка.
- Тогда что это?
- Это – левиафан
- Почему левиафан?
- Если вкратце, - пилигрим задумчиво потер переносицу, - то в 90-е несколько биологов из разных стран решили создать венец гастрономии, используя методы генной инженерии. Они задумали довольно большое существо с клешнями омара и нежнейшим мясом дорады. Назвали его левиафан. Сложные расчеты показали, что результат должен выглядеть несколько странно: лапы баклана, спинной плавник рыбы-солнечника, голова морского черта, еще чей-то хвост, ну и, конечно, клешни омара. Увы, из затеи ничего не получилось, так как генная инженерия пока на нужный уровень не вышла. Но примерно в то же время шла реконструкция гавани, и немного денег было выделено на арт-объекты, разумеется, на конкурсной основе. Жених одной из биологинь, художник и скульптор, изобразил левиафана по описанию своей избранницы и послал проект на конкурс. Сверх всех ожиданий он занял первое место и был воплощен в жизнь местным умельцем. На бронзу денег не хватило. Поэтому материалом послужило кровельное железо покрытое медной краской.
Новая скульптура вызвала бешенную ненависть у местной культурной элиты. Как только ее не называли – мерзкой, идиотской, позором гавани. Требовали отправить ее на свалку. Но мэр сказал: «Пройдет немного лет, и левиафан будет в ресторанном меню. Пусть народ привыкает!» - и арт-объект остался на месте. А прозвище «креветка» к нему прилипло, наверное, потому, что на сленге так называют девушек с хорошей фигурой и страшным лицом.
Я поблагодарил пилигрима за интересный рассказ, а сам подумал, что мэр прав. Научный прогресс остановить невозможно, и очень скоро наш мир наводнит множество химер, на этот раз совершенно реальных. Конечно, лучше, если это будут вкусные левиафаны, а не смертоносные василиски. Но, как правило, получается наоборот.
|
|
В Ленинграде есть Академии связи. Что логично - имени Буденого.
Около нее поставили памятник. В продолжение той же логики - Чапаеву.
Этот памятник примечателен тем, что при открытии у Чапая, что то же разумно, в руках была сабля. Прямая. А на поясе висели ножны. Естественно, кривые.
Ножны, конечно, срезали. Да и Ленинград стал Санкт-Петербургом.
Но мы сегодня можем продолжить логический ряд. Рядом с Чапаевым нужно водрузить конного Грозного.А между Василием Ивановичем и Иваном Васильевичем поставить черный бумер и краснобая-эрудита Вадима Потомский, губернатора Орловской области в полный рост.
Скажите, у кого из потомков потом поднимица рука снести этот символище нашей эпохи ?
|
|
Личные воспоминания о 19 августа 1991 г.
В этот день я и еще два десятка моих коллег были на Украине, в длительной двухнедельной командировке, по хоздоговору с одним достаточно крупным украинским предприятием. Был жаркий август, и "хозяева" решили всех нас, командировочных, вывезти на свою пригородную турбазу на мелкой речушке, притоке Днепра - купание, шашлыки, и т.п.
17 августа (в субботу) нас туда вывезли на автобусе, а часа в 4 вечера 18 августа (в воскресенье) вернули тем же автобусом в нашу городскую гостницу. С понедельника 19 августа у нас должна была начаться вторая неделя трудовых командировочных будней - они, конечно, начались, но после просмотра с ранннего утра "Лебединого озера" и прослушивания речи Кравчука на тему "не знаю, что там эти москали опять выдумали, но нам пора уже от них отделяться".
В общем, когда мы возвращались к себе домой через Москву 24 августа, по Москве уже шастали радостные толпы алкашей с криками "Я памятник Дзержинскому валил!", а на Украине уже была принята Декларация независимости.
Маленькое "но".
На тот момент нам ГКЧП представляли как полдюжины мужиков, неожиданно собравшихся днем 18 августа и чего-то там захотевших от Горби, с чем он не согласился, после чего все и "завертелось".
Но был маленький момент 18 августа, который на тот момент я недооценил (т.к. не понял), и лишь потом он вписался в общую картину событий.
Завод, на который мы приехали в командировку, был в небольшом украинском райцентре. Рядом с нашей гостницей было отделение связи, откуда мы все (и я в том числе) звонили своим родным в Россию. Сотовых телефонов тогда, я напомню, не было, а с городских телефонов нужно было ждать соединения через телефонистку полчаса-час, автоматическая междугородняя связь с городских телефонов тогда не работала.
А вот в отделении связи висели телефоны-автоматы, с которых за 15 коп в минуту можно было позвонить домой. Обычно рядом с автоматами сидела барышня, которая принимала заказы на переговоры с теми пунктами, куда с автомата нельзя было дозвониться (мелкие городишки и села), а также могла разменять пятиалтынные монеты.
Так вот, этот переговорный пункт в это городке в выходные НЕ РАБОТАЛ - о чем сообщала монументальная вывеска на здании.
Поэтому мы все, командировочные, поговорили со своими домашними по телефону в пятницу, перед отъездом на турбазу, и попрощались с родными до понедельника.
И вот, возвращаясь с турбазы 18-го августа, в воскресенье ВЕЧЕРОМ, я замечаю из атобуса, что двери переговорного пункта - открыты! А мне что-то хотелось срочно сообщить родным - сейчас уже не помню, что именно. Прошу остановить автобус, выхожу, захожу в переговорный пункт - НИКОГО нет (ведь все же знают, что в ВОСКРЕСЕНЬЕ пункт НЕ РАБОТАЕТ!), и сидит дежурная барышня, как-то диковато на меня посматривает. 15-копеечных монет у нее не оказалось! А у меня они были, но "дома", в гостиничном номере (в 100 метрах от переговорного пункта). Я ее спрашиваю "А вы до скольки сегодня работаете?". Ее реакция мне показалось странной, у нее началась какая-то дрожь, и она ответила вопросом на вопрос: "А почему вы спрашиваете?" Я, без всякой задней мысли ей отвечаю: "Да вот хотел домой позвонить, а у меня монетки в гостинице, вы через полчаса еще не закроетесь?" Напоминаю, это день, когда переговорный пункт ВООБЩЕ работать не должен был, причем дело идет к 5 вечера...
Она вполголоса отвечает "Не закроемся". Я пожал плечами ("странные эти хохлушки, выходят на работу в выходной, сидят на работе, хотя ни одного клиента нет, не говорят, когда закрываться собираются В СВОЙ ЗАКОННЫЙ ВЫХОДНОЙ"), сбегал за монетками, поговорил с домашними, вернулся в гостиницу - а наутро все и завертелось...
И только через несколько месяцев я понял, то если в каком-то там далеком от Москвы, от Киева, и от Фороса райцентре какая-то рядовая телефонистка (или не рядовая, а особо доверенная?) была вызвана в выходной день на работу именно 18-го августа, то логично предположить, что по всей стране таких телефонисток было вызвано на работу (думаю, понятно, кем, только не вполне понятно, зачем) в тот день НЕСКОЛЬКО ТЫСЯЧ, если не десятков тысяч, то это, в общем-то, дает несколько иное представление о размахе готовившихся событий, по сравнению с официальной версией...
|
|
Утесов любил рассказывать, что такое настоящее мастерство конферансье. По случаю какого-то праздника — концерт в одесском порту. Публика та еще — грузчики и биндюжники. Артисты вертятся на пупе, смешат изо всех сил. В зале гвалт и гогот, принимают, в общем, хорошо, но уж очень бурно: реплики и все такое... Конферансье, старый волк одесской эстрады, подбегает к пианисту: «Маэстро, ваш выход следующий, идите уже, что вы стоите, как памятник Дюку Ришелье!..» Пианист, весь бледный и в поту, со стоном мотает головой: «Не пойду, не пойду, смотрите, какой зал, они же меня слушать не будут, будут топать и свистеть, какой ужас, боже мой!» «Так, — сказал конферансье, — чтоб вы знали: слушают все. Главное — как подать номер! Стойте в кулисе и смотрите!» Твердым шагом выходит на сцену и, перекрывая шум зала, возглашает: «Загадка! На заборе написано слово из трех букв, начинается на букву „Хэ“ — что?» Зал в восторге ревет в ответ хорошо знакомое слово. «Нет! — кричит конферансье. — Нет, чтоб вы пропали! Это слово „ХАМ“! Так вот, Бетховен, босяки: „Лунная соната“, и чтоб тихо мне!!!»
Борис Львович, "Актёрская курилка"
|
|
Прошлым летом мы наконец сумели выполнить давнишнюю мечту – побывать в Баденвайлере. Это место примечательно несколькими вещами. Во-первых, это немецкий курорт в предгорьях Альп прямо у границы со Швейцарией, красиво расположенный на склоне горы (виды изумительные), хотя минеральная вода оказалась так себе. Во-вторых, это место, где Чехов провел три последние недели своей жизни и скончался от туберкулеза в возрасте всего 44 лет, и в этой связи Баденвайлер является своего рода Меккой для чехов-ведов и чехов-любов. Само собой, Россия отметилась, прислав памятник Чехову в виде статуи, причем Антон Павлович изображен в полный рост в некой генеральского характера бурке, богатырской комплекции с плечами как у Шварценеггера. Этот прискорбный факт вызвал абсолютное удивление у знающей публики, поскольку Чехов рос болезненным ребенком со впалой грудью и узкими плечами, всю жизнь страдал чахоткой и выглядеть так не мог по естественным причинам. Поэтому тактичные немцы не посмели отказать, но запрятали памятник так далеко в парке, что найти его составило большого труда.
Санаторий, в котором лечился и комната, в которой лежал и умер Чехов сохранились практически в неизменном виде, во всяком случае найти его оказалось неожиданно легко просто сопоставляя фото найденное в интернете и датированное 1904 годом с местностью в 2015 году. А потом мы обнаружили и памятную табличку. Вконец обнаглев, мы с независимым видом прошли мимо ресепшена и добрались до входа в чеховскую комнату на втором этаже. Комната была занята пожилой парой, поэтому зайти внутрь не удалось, но дверь была приоткрыта, поэтому была видна мебель и часть обстановки – вполне в духе столетней давности.
Само собой, есть и музей Антон Палыча – супер модерновое здание неподалеку от санатория, набитое копиями фото и документов (из подлинников было только пенсне, коих у Чехова видимо было несколько). Впечатление оставила также небольшая кирха, в которой отпевали умершего Чехова в 1904 году, внутри все было так же, как и сто лет назад. Все это вкупе с парой прекрасных черных лебедей в пруду наводило на высокие мысли о бренности бытия и о вечности искусства…
Под горой оказался среднего размера продуктовый магазинчик самообслуживания, куда мы направили наши стопы в конце первого дня. Выбор был стандартен: немного фруктов и зелени, молОчка, мясное, пиво + спиртное. Примечательно, что сыр и ветчина вместо того, чтобы быть яростно раздавленными бульдозером прямо на задворках магазина ввиду содержания вредных веществ, бдительно выявленных соответствующими российскими органами, спокойно лежали на полках в количестве 20-30 сортов и явно пользовались спросом. Покупателями были местные пейзане расслабленного вида. Резким контрастом смотрелась пара граждан мужского пола с помятыми лицами, явно уставших от местного нарзана. Войдя в магазин, они уверенно направились к полкам со спиртным и привычным движением взяли с верхней полки по бутылке самого дешевого пойла, после чего не раздумывая пошли к кассе. Их гардероб состоял только из замызганных шорт и пляжных шлепанцев, скорее всего ввиду теплой погоды и вероятно трудного материального положения. Молча отстояв небольшую очередь (в течение коей мы, терзаемые смутными подозрениями, поглядывали в их сторону) они расплатились мятой купюрой и направились к выходу. Открывая дверь один из них споткнулся, на что второй небрежно заметил: «осторожно, ты че, слепой». Тот факт, что во время этой короткой фразы говоривший ухитрился использовать неопределенный артикль «бля» целых три раза, развеял все сомнения: наши!
|
|
Самый занятный памятник Владимиру Ильичу Ленину, из тех что довелось видеть, находился в Узбекистане, в городе Бухара. Нет, Ленин был вовсе не в тюбетейке и халате, как вы пошляки представили. Почему пишу «находился», а не стоял, или стоит, и уж тем более не установлен. Во-первых, не знаю что с ним сейчас. А во-вторых, Ильич сидел. Старенький Ленин сидел на огрызке садовой скамейки, наклонив голову, и застенчиво-глуповато улыбался. Самый человечный человек больше походил на пациента интерната для умственно отсталых, присевшего отдохнуть на прогулке. Композиция в бронзе. Взгляд великого революционера был устремлен не в светлое будущее, а куда-то за угол здания турбюро. Создавалось впечатление, что Ильич к чему-то прислушивается. Общий вид монумента производил впечатление карикатуры, какой и в антисоветских изданиях было не найти. Я даже пару раз обошел изваяние, надеясь понять, кто сотворил эту идеологическую диверсию, времена к слову были брежневские. Сомнения развеял всезнающий Васильевич - завкафедрой, крепко зацепивший времена сталинские. Изначально монумент изображал Сталина, в ту пору вождя и учителя, сидевшего на скамейке и что-то растолковывающего своему визави, Ленину. Ленин почтительно внимал. После развенчания культа личности, когда Сталин вождем и учителем быть перестал, памятники ему в стране уничтожили. Вопрос с политически неправильным дуэтом решили просто. Рачительно, экономно, быстро. Сталина с куском садовой скамейки ампутировали газосваркой. Решение достойное Соломона, да что там, даже Александра Македонского, разрубившего Гордиев узел. Остаток монумента, то есть Ленина лишенного собеседника, убрали подальше от центра города. То, что композиция, лишившись смысла, приобрела вид потешный, власти понимали. Но поделать ничего не могли. Приказов об уничтожении памятников Ленину, ставшему вождем и учителем, не поступало. Более того, было наказуемо уголовно. Вряд ли кто-то из партийного руководства тех времен знал о практике времен упадка римской империи, когда статуи римских императоров для экономии делались со сменными головами, но аналогия чувствовалась.
|
|
Прощай, Америка, о
Я вернулся в Москву, просматриваю комменты к своей вчерашней истории о девушке с четырьмя стаканами:
http://www.anekdot.ru/id/828786
Наткнулся на вот какой:
>Пластиковые стаканчики в ночном клубе? Ну-ну...
Я описывал наблюдаемое, а эта реплика натолкнула на суть. Весь Денвер ну-ну. В чем-то - и все США. Остро чувствую, а вот как выразить, до сих пор задумывался. Там ведь не только стаканчики пластиковые в ночном клубе. В стеклянное фойе Colorado Convention Center в том же Денвере уткнулся носом снаружи двадцатиметровый наверное голубой пластиковый медведь. Во дворах непременные пластиковые фламинго. Живо вспоминается огромная пластиковая статуя дровосека на центральной площади города Дерри. Из моего любимого романа Стивена Кинга It. Эту статую под конец автор с явным наслаждением разрывает на мелкие кусочки. Даже доллар в сущности пластиковый. Если вы понимаете, о чем я. Что касается Денвера - сразу за пределами вполне приличного компактного даунтауна начинается бескрайнее депрессивное гетто. В Нью-Йорке - масштаб другой, а то же самое.
Америка - страна грандиозного эффекта. Но что такое эффект? В сущности, это умение подать внушительно то, что стоит гораздо более дешево, чем кажется. Я стоял вчера в Нью-Йорке на набережной, любуясь на статую Свободы в туманной дымке. Памятник, на который со слезами смотрели миллионы прибывающих иммигрантов после долгого морского путешествия. Символ свободы, символ Америки достался этой стране вообще бесплатно. Подарком из Франции. Сейчас приносит бабки. Примерно тысяча туристов стояла рядом со мной в многочасовой очереди, с дурацкой мечтой попасть на маленький кораблик, едущий на крошечный остров.
Удивительно это, потому что сам Нью-Йорк - в сущности морской архипелаг. Множество островов. Тут бы плавать тысячам корабликов, как в Амстердаме или в Петербурге в белые ночи, обзирая эффектные линии небоскребов. Я вот был вчера нью-йорским туристом, и выбрал бы именно морской тур. Ну ли посидел бы у кромки воды, пожирая свежие креветки под пиво и крики чаек.
Но не дали. Столь простые вещи в этой стране необъятных возможностей невозможны. Потому что Америка - это еще и страна юристов. Точнее, страна бизнеса, который с помощью юристов может реализовать любой дубизм. Если он кому-то выгоден. Не всем - только оседлавшим какую-нибудь кочку. То есть это страна порядком зарегулированного эффекта.
Был такой Генри Форд с рекламным слоганом - "Вы можете купить у нас автомобиль любого цвета при условии, что он черный". В этом вся суть Америки. "Да, вы можете есть свежие креветки в ресторанчике у воды на нашей набережной, взирая на статую Свободы. Эта свобода у вас безусловно есть. При условии, что первые пять метров берега отгорожены под проход туристов, отбывающих на обзор статуи Свободы, еще пять метров - отдельное ограждение для безопасности этих туристов..." ну и так далее, вплоть до того, что радиусе двухсот метров от берега я такого ресторанчика просто не нашел :)
Это транслируется на всех уровнях. В варианте ночного клуба Денвера: "вы можете выбрать любой вариант посуды для вашего коктейля в нашем ночном клубе со стоимостью входа всего в $35, при условии, что это будет тончайший пластиковый стаканчик". В варианте всего Денвера: "вы можете вызвать любое такси, при условии, что минут десять вы будете висеть в очереди с автоматическими рекламками, и понятия не иметь, когда именно ваше такси приедет".
Но лучше всего этот тезис иллюстрируется несомненным прогрессом в хранении багажа в аэропортах.
Флэшбэк из детства, 1971, супердержава №2, всеми хаямый, безнадежно отсталый СССР, прогоревший из-за отсутствия элементарного сервиса. Мы прилетели в Москву. Прямо у входа указатель - камера хранения. Через пару минут мы в зале с несколькими сотнями автоматических ячеек. Опускаем мелкие копейки, набираем шифр, оставляем вещи, и едем гулять по городу. На третьей минуте.
Сорок пять лет спустя - 2016, победившая супердержава №1, основательница сервиса мирового класса. Прилетаем из Денвера в семь утра большой компанией, никаких указателей на камеры хранения. Терминалов несколько, соединены поездами. Посылаем гонцов, созваниваемся. Через полчаса становится ясно: ВСЕ камеры сейчас закрыты, кроме одной, на четвертом терминале. Едем туда. Никаких автоматических ячеек, 1 сотрудник на весь JFK, крупнейший аэропорт мира. Восемь долларов за хранение чемодана, четыре - любой маленькой сумочки. Очередь. Сотрудник обязан лично открыть все чемоданы и их переворошить. На этом мы теряем час. Зачем?! Террорист не обязан оставлять вещи в камере хранения. Даже если он это сделает, он может доложить туда бомбу после. Впереди для всех - стандартная процедура проверки рентгеном. Единственный возможный смысл - если террорист решит подорвать саму камеру хранения. Пострадают только вещи. Ну, и сам сотрудник камеры хранения. Но его ведь легче пристрелить сразу. Потеряв терпение от всей этой процедуры :)
|
|
Don't give up.
Что я все о бандитах и жуликах-то? Пора рассказать и о порядочных людях. Врачах, например.
С Максом я познакомился в Крыму-куда сдернул сразу после дембеля. Ну почти сразу.
Сначала продал наворованное в Армаде вероятному противнику(писал уже об этом)- а потом уже поехал отдыхать от трудов праведных.
Вообще первую неделю не помню. Оно и понятно: дембель с деньгами в крымском пансионате, набитом под завязку скучающим бабьем-это просто гимн плодородию. Памятник приапизму. Совавшийся с цепи кобель рядом со мной был бы примером целомудрия. Днем я зычно созывал самок криком молодого аморала, вечерами на дискотеках куролесил на выгнутых пальцах, выплясывая с ножом в зубах замысловатый танец полового влечения, а ночами не спал вообще. То есть совсем.
Отсыпался поутру на пляже-по три часа в день. Я купался в лучах славы некрупного злодея с замашками нравственного дегенерата.
Администрация поначалу боролась с развратом, потом испуганно притихла перед масштабом чреслобесия, затем начала мной гордиться.
Сам слышал,как директор "Украины", пожилой мужичок, рассказывал обо мне смущенным курортникам:
-Не, ну этож я чего за 20 лет не повидал-но ТАКОГО! Я ночью иду-гляжу, он по балконам лезет с пятого этажа на третий. А сам на втором живет! То есть у него ночью-пересменка! Из одной койки вылез-в другую полез! Это ж не человек, это бордель-терьер какой то!
-Это когда это он меня засек-размышлял я-в 12? Или в 3? А может под утро?
Через неделю я начал хоть более-менее различать партнерш. А то до того как-то смазано все. Крыл площадями. Квадратно-гнездовым методом. Запомнилась только знатная доярка полной пастью золотых зубов. Ее челюсти в ночи так зажиточно мерцали... Я ее звал "пещерой Алладина".
На исходе первых десяти дней я более-менее успокоился и перешел на щадящий режим-курортить не более двух отдыхающих в день. А не то копыта отбросишь с такого отдыха. Приехал-то -двадцать раз выход на две делал, а после такого угара и пары раз подтянуться не смог.
Тут-то мы с Максом и познакомились. Максу тогда было уже под тридцатник, но мы сдружились. Опять же на блядском поприще. Так-то Макс смущался знакомиться, для меня же этого слова "смущение" просто не существовало. В нашей спарке ему доставались подруги мною сбитых баб-то есть он выполнял при мне, акуле разврата, функцию рыбы-прилипалы. Впрочем, довольно часто на его долю выпадали довольно сочные ломти.
Но я не об этом.
Как то Макс сдуру признался-что по профессии он врач. Ну как признался- ночью пьяный орал на пляже, перекрикивая шум прибоя "Балладой о гонорее"
"Сядьте дети в круг скорее,
Речь пойдет о гонорее.
Отчего бывает вдруг
Этот горестный недуг? "
Это было очень опрометчиво. К эскулапу тут же потянулись толпы страждущих всякой хуйней. Особенно донимали климактерические курортницы. Макс бегал от них неделю, потом сказался патологоанатомом-по моему совету.
И всех страждущих диагноза встречал сентенциями "Как помрете-приходите" и "Вскрытие покажет"
Под конец смены мы как-то разговорились.
-Слушай, дитя люберецких помоек, я никак в толк не возьму-это из тебя армия такую скотину сделала? Вроде из приличной семьи...
-Отчим-академик...
-Аналогично. Но я вот до тебя думал, что я циник, а тут...Зачем ты директору в пиджак гондоны и женские трусы подсунул? Его же жена из дому выгнала!
-А нехуй бодаться так истово с зовом природы. Пущай хлебнет нашей кобелиной участи. А то задолбал уже нотации читать. А теперь я ему всякий раз эдак, по-свойски подмигиваю и пальчиком грожу, мол -ишь, Семеныч, каков ты блудодей, оказывается! А туда же-нравоучать лез, козел похотливый! Святошу строил! Он теперь от меня шарахается. А то все писать грозился.
-Куда?
-То ли в институт, то ли в комсомол, не знаю. У него ж инстинкт: увидел безобразие-напиши. Сигнал, так сказать, подай. А здоровый коллектив вставит моральному разложенцу пистон. А теперь писать некуда-перестройка же, вот стукачи в растерянности.
-Вот ты скотина!
-Угу. Это врожденное. Семья тут ни при чем. Вот у тебя...
-У меня вся родня-уроды.
-?!
-Конченые.
-Поясни. Ты ж говорил-академики, профессура...
-Одно другому не мешает.
-Рассказывай.
-Изволь: Что бы ты понимал-у меня в роду все врачи. Папа академик, мама профессор, деды , бабки, дядья, племянники, пращуры и далекие предки-все без исключения. Мне кажется, мы от Асклепия род ведем. Поэтому я думал, что мне одна дорога.
Не ну а куда? Я с пеленок только разговоры о диагнозах и слышу. Я пизду-то первый раз в "Гинекологии" Штеккеля увидел. И тут...заканчиваю 10 класс. Прихожу домой-а там вся родня собралась. На консилиум. Начали издалека. Мол, как учеба?- Золотая медаль будет. Угу. А олимпиады? Три по химии-первое место по Москве.А поступать куда собрался?
Как куда? В Первый мед, разумеется. Ну тут вся эта шобла так головами многомудрыми неодобрительно закачала. Я напрягся. И не зря. Мы, говорят, Максим, против. Я опешил. Чего -это, мол, спрашиваю? А вот мы все подумали и решили, что из тебя хорошего врача не выйдет. Я затупил-почему ? Ну ты этого не поймешь, ты молодой, себя со стороны не видишь, а вот мы врачей нагляделись-в общем, не твое это. И способствовать твоему поступлению семья не будет. Я хмыкнул-мол, больно надо. Сам поступлю. Дверью хлопнул и ушел.
Ну и поступил.
Прихожу домой-на меня как на врага народа смотрят. Ну, раз так, раз мнение семьи для тебя ничего не значит, то езжай живи один. От бабки комната осталась в коммуналке-туда меня и сгрузили. И зарабатывай на жизнь сам. Мне, профессорскому сынку, поначалу туговато пришлось. От сытого-то корыта... Подрабатывал на Скорой. Спал урывками. Одно хорошо-преподы не лютовали. Они ж врачи. Передо мной девочка-зубрила отвечает -все все выучила, а ей четверку. А со мной поговорят, я всего и не помню, но синие подглазья за себя говорят. У меня ж практика. Случись с пациентом анафилактический шок- от той девочки ученой с ее латынью толку ноль будет. А я справлюсь. Потому мне пятерки ставили. Еще удивлялись-чего это я надрываюсь-то. Фамилия-то известная. Мол-ишь какой подвижник! А я не подвижник, я жрать хотел. А на стипендию не пожируешь.
Много раз хотел бросить-но злость спасала. На родню. Отучился на красный диплом. Хоть бы хны. Не быть тебе врачом-и все тут. Интернатура, с красным распределение по желанию-я и попросился участковым к дому поближе. Центр обслуживал. Тут вызов. Прихожу, огромная квартира, тьма народу, говорят шепотом. Мол, отходит уже. Толпа врачей, на меня шикнули-я назад, но тут жена трупова меня остановила. Мол, раз диагноз поставить не можете, может хоть участковый что скажет.
-Да чего там ставить-то? -я удивился- мне для этого и разуваться не надо. Диабет это!
-Как это ты так определил?
-Запах кислых яблок от больного.
-Круто. Ну и?
-Ну там все забегали-загомонили, не до меня стало. Потом проходит недели две, меня к Министру Здравоохранения вызывают. Простую клистирную трубку-к министру! Ну я напрягся, думаю-где ж я так накосячил-то. Бабки ж ЦКшные вечно жалобы строчат, мол, не нежен ты с ними в соответствии с их заслугами. Одна дочь Буденного из меня ведро крови выцедила. Здоровая как кобыла-и вечно "болеет". Мы ее так и звали- "дочь Буденного от его любимой кобылы"
-Не растекайся мыслию...
-Ну вот. Прихожу, нервничаю, кадыком над галстуком дергаю, в уме все грехи свои перебираю. Евгений Ивановича то я знаю-он у нас дома не раз гостил. Захожу в кабинет, Чазов на меня поглядел-узнал. Удивился.
-Максим,так это вы наш участковый?!
-Ну да, Евгений Иванович. Азмъ есьмь.
-Подождите. А почему не в клинике? Вы плохо учились?
-Красный диплом 1 лечфак, Первый мед.
-Ничего не понимаю. А семья что?
-А семья, Евгений Иванович, считает , что из меня врач никакой.
-М-да. Мне мои замы-академики диагноз поставить не могли, а вы из прихожей...жена рассказала. И вы, с их точки зрения-плохой врач?
-Так это вы были?!
-Я. К-хм. В некотором роде, я вам, Максим Евгеньевич, жизнью обязан. Ну что ж. У вас специализация какая?
-Гинекология.
-Отлично. Как кстати. Сейчас как раз новую клинику сдают в сентябре. Идите в отпуск, придете- принимайте клинику.
-Но я...
-Мне виднее. Родителям кланяйтесь. Скажите, Чазов за сына благодарит. Впрочем, я сам им позвоню.
Выходил не чуя ног. В голове одна мысль-отец главврачом в 50 стал, дед в 45, мать в 55а я ...30 нет...Ну я им скажу!
Приезжаю домой ,думаю ща я вам все выскажу...
А там... Как в 10 м классе. Все. Сидят-выпивают. Стол накрыли. Пришел, объятья, поздравления, как будто меня 10 лет не гнобили.
Мне и приятно и зло берет-я говорю, а как там с вашим глазом-алмазом дела? Кому быть врачом-кому не быть?
-Видишь ли, Максим, говорит мне дядя- всем было понятно, что врач ты от Б-га. Но. Мы долго думали. Ты же к 10 му классу знал то, что не все третьекурсники проходили. То есть первые три курса тебе и в институт ходить-то было не надо особо. Вероятнее всего, ты б привык пинать балду, а потом из тебя черти-чего бы вышло. Вот мы и решили так поступить. Для твоего же блага. Как видишь-все получилось.
Стоял только рот открывал-закрывал. Вот ведь...су...педагоги...И понимаю,что они правы и злость берет...Я десять лет, как проклятый...по 16 часов в день ,а они,эх! -Макс махнул рукой . Выскочил за дверь и...
-И?
-И сюда.
-М-да. Судьба играет человеком,а человек играет на трубе. Ну за родителей!
-Прозит!
-Погодь, а что эти замы действительно диабет найти не смогли?
-А я знаю? Может-не смогли, может, не захотели. Чазов помрет-место свободно. Меня ж жена вызвала-она одна в мемориальной доске на стене была не заинтересована.
Сейчас Макс в Америке. Своя клиника. Не бедствует от слова "совсем" . интересно, простил ли он родню?
Не знаю.
Пы сы. История записана со слов пьяного приятеля в 1988году. Так что детали я явно потерял-просьба не придираться особо.
|
|
Давеча по радио два еврея обсуждали различные виды сала и роль сала в их жизни.( Уже анекдот) И после смакования украинских шматов и итальянских лардо, речь зашла о том, что третий еврей собирается поставить на Украине памятник салу из итальянского мрамора. И чтоб на нём были имена сала на всех языках мира: Украинском,Русском, Французском и прочих, в том числе... на иврите и на арабском.
|
|
Сегодня пришлось зависнуть у входа в Семеновский. Раздумчиво ходил взад-вперед, и всё мимо колоритного персонажа - человек-памятник самому себе. Монументальная одинокая фигура, стоявшая неподвижно и глядевшая вдаль. При каждом проходе мимо было слышно, что фигура негромко, но гулко разговаривала, в ухе клипса. Что-то про натяжные потолки, консоли, кронштейны, миллиметры, но вообще там было столько специальных терминов, мною ранее никогда неслыханных, что казалось - я попал на семинар по строительству следующего коллайдера. Иноземные слова были скреплены воедино сочной русской речью, но без единого мата и с четкой формулировкой смыслов. Вполне могло сойти за защиту триумфальной докторской диссертации. Только при одном проходе мимо донеслось нецензурное, но спокойное и весомое: "Да, они спиздили мою идею. Но они не смогли ее доработать. Скажу больше - они хуево ее спиздили."
На мой взгляд, такие мастера - это интеллигенция. В отличие от значительной части так называемой интеллигенции.
|
|
xxx: Саша, речь не о том, что теоретически возможно прочесть произведения классики, и даже есть те, кто прочитывает. Мануал администратора фриБЗДи Ты тоже, наверно, одолел, и возможно, что на одном дыхании - Ты станешь на этом основании утверждать, что рекомый мануал есть выдающийся памятник словесности, написан легко, увлекательно и очень душевно?
yyy: Мануал администратора фрибсд, сравнительно с оракловой документацией, это выдающийся, мать его так, памятник словесности. Написан легко, увлекательно, и очень душевно.
|
|
Пресловутая мужская логика...
Объясняя, как добраться ко мне на дачу, всем выдаю одну и ту же формулу: "Шоссе такое-то, 40 км, ориентир памятник, от него направо, 4,5 км, белый кирпичный забор, под шлагбаум направо".
Что характерно, женщины доезжают без перезвонов и переспросов.
А мужчины..
1. Скорая помощь.
Выслушали инструкцию. Пропали. Перезванивают, что застряли в луже (на пути к нам нет таких луж). Оказывается, свернули в сторону, потому что (внимание) прямо фонарики не горели!
Неужели испугались?!
2. Мастер наладчик.
Выслушал инструкцию. Пропал. Перезванивает, что развернулся и уехал обратно. На вопрос, а сколько км он проехал прямо, ответа не знает, но знает, что дома кончились и дальше ему делать нечего.
3. Мастер строитель.
Выслушал инструкцию. Пропал. Оказывается, развернулся и уехал к началу деревни, к памятнику. Вернули. Радостно перезванивает и сообщает, что он нашел мой белый кирпичный забор (единственный во всей деревне), только он желтый и стоит на соседней улице.
И эти люди гордятся своей мужской логикой?
|
|
За мной уже второй раз гоняются "колясочники". Я сам не понимаю, чем уж так намазан, что их привлекаю :-? .
В первый раз я просто опешил... Машина у меня совсем не бизнес-класса. - Я бегал, спасаясь от погони, вокруг моей подержаной тачки, мямля, что мол, "мне бы кто помог", а за мной резво нарезала круги парочка. - Кто-то в инвалидной коляске, энергично пихаемой "сподвижницей". Они душещипательными стенаниями просили "помочь на операцию". - Скорость передвижения просителей и энергичность просьб пугала.
Во второй раз, у абсолютно другого магазина, точнее у гипермаркета, была почти та же самая картина, только моей машины не было видно. Я искал. Машинку свою. С авоськами в руках. Я случайно оказался в этот момент более догадливым, и сказал резвым попрошайкам, что "помогу в следующий раз". Эту фразу мне пришлось произносить дважды. - Бойкие инвалиды шпарили за мной, поражая здоровьем и спортивными навыками, пока я, рыская по рядам на стоянке, искал свою машину в вечерних сумерках. При этом, следует учесть, что я одеваюсь "как все". - Дорогой одежды не ношу, ювелирных украшений у меня нет вовсе. Да и, к слову сказать, продуктов я купил не шибко много...
- Мое личное мнение:
Я могу подать. Могу подать человеку, который стоит (сидит) с протянутой рукой. Он, как памятник - можно смотреть в его сторону, можно не смотреть. И, не обращая внимание на то, что капеешка уйдет не совсем по целевому назначению, я ее иногда подаю.
А агрессивные гонки за подаяниями на инвалидных колясках убивают во мне веру в человечество!
Развод тут чувствуется, КМК.
|
|
Бесплатный Wi-Fi появится на трех кладбищах Москвы
"Бесплатный выход в интернет сделает посещение кладбищ удобнее и, в том числе, будет нести познавательный характер. Так, в режиме онлайн каждый человек, которого заинтересовала личность захороненного или памятник на его могиле, сможет получить нужную информацию о нем в сети" - сообщает портал правительства города со ссылкой на данные руководителя ГБУ "Ритуал" Артема Екимова
Жизнь, как всегда, смешнее любого анекдота.
|
|
Агломерат 4. Горячие страсти на родине Верещагина
После работы мы с Юрой часто обедали в ресторане первого этажа гостиницы. Цены там были смешные. Мы себе заказывали, к удивлению и негодованию шеф-повара, самые дешёвые блюда: судак на пару, морковь в молоке, овсяную кашу. Дорогими лангетами с картошкой баловали себя пару раз в месяц.
У нас был излюбленный столик у окна, с видом на памятник Верещагину. Из-за стола было интересно наблюдать за гуляющими по бульвару горожанами. Некоторые из них бросали взгляды на бюст земляка-мэтра, изобразителя войны и смерти.
За столиками расслаблялись горновые, сталевары, прокатчики. Зарплаты на ЧМК были, по тем временам, громадные, а купить в городе, кроме водки и редкой колбасы, было почти нечего. Так что значительная часть денег возвращалась в кассу ЧМК через винные магазины. А сразу после выдачи зарплаты, наиболее понтующиеся мужики посещали и ресторан. Особенно много народу бывало в дни подвоза пива.
Как-то, именно в такой день, во время нашего обеда, рядом за столик уселись двое солидных командированных, в галстуках. Через пару минут, с их разрешения, к ним присоседилась ещё пара, явных рабочих, причём, с не самых сладких мест. Одетые в одинаковые брезентовые куртки, прожжённые брызгами металла, они свободно расположились локтями на белой скатерти. Крупные кисти их рук притягивали взгляд сбитыми пальцами с въевшимся в кожу графитом и следами ожогов. Жестами, чмоками, легким свистом ребята здоровались с приятелями в зале, махали бегающим официантам.
Юрий, бывавший в этой гостинице регулярно второй год, толкнул меня коленом. Я наклонился к нему и он прошептал:
- Смотри и слушай, я их видел раньше, сейчас будет цирк.
Четверо соседей сделали заказ. Через пару минут шумливой парочке принесли два литровых графина пива и стаканы. Приезжих официант попросил подождать: блюда готовятся.
Двое, с явно «горевшими трубами», выпили по графину почти мгновенно, и оживившись, стали громко обсуждать ситуацию:
- Петь, обидно, всего неделю, как зарплата была, денег уже нет, а тут пиво привезли…
Петя был крупный мужчина, с явным брюшком и размашистыми манерами.
- Да, Андрюша, а в прошлый раз здорово мы успели: весь стол графинами нам уставили два раза.
Андрей не был похож на частого потребителя спиртного: высокий, худощавый, с землистым лицом, как у большинства рабочих ЧМК, с острым, упорным взглядом.
- Ну! Ещё тот идиот не верил, что у меня денег хватит на пятнадцать графинов.
- Каких пятнадцать? Ты тогда не двадцать ли опустошил за вечер?
Один из голодных командировочных, оглядываясь на дверь кухни, за которой пропал их официант, незатейливо разбавил разговор. Он обратился к приятелю:
- Вот слышал я, что в Череповце трепачи живут, но не настолько же? Как это можно за вечер двадцать литров пива выжрать?
- Андрюш, слышал? Они видно, и пиво в жизни два раза видели, а питаков серьезных - так вообще не встречали, - Пётр говорил вполголоса, но с расчётом на уши соседей по столу.
Я шепнул Юрию:
- А что это затевается? И правда, как можно столько пива?...
- Да молчи ты! Люди в горячих цехах поджариваются, там всасывающая система здорово разрабатывается. Так что вникай, и виду не подавай, - Юрий смотрел нарочито то в сторону, то в тарелку.
А в это время Андрей переводил весёлый взгляд с одного соседа по столу на второго.
- Ребята, вы, похоже, хотите, что бы мы с вами пивом поделились? Так увы, мы сегодня не при делах, жёны обобрали по самые не балуйся.
Второй командированный ёрзнул стулом, откинулся на спинку, поправил галстук.
- Да нет, ребятки, мы просто слушаем и хереем с вашей болтовни.
- Как это? – Андрей сдвинул брови, - не въезжаю, чем мы вас задели?
- Дак сказали же вам: пьют пиво, пьют, видали мы. Но не по семь, не по десять, и уж не по двадцать литров за вечер.
Андрей озабоченно посмотрел на Петра:
- Петь, я не пойму, он что не верит что ли? Это мы, выходит, врем?
Он перевёл почти злобный взгляд на говорившего соседа:
- А если я за свой базар отвечу? Ты поддержишь тему?
- А какой поддержки ты хочешь? Нам всё равно делать нечего.
- А вот какой, - Андрей повернулся к нему всем телом вместе со стулом, помогая себе в разговоре свободной левой рукой, а правой замысловато переставляя по столу стаканы и графины:
- Не за вечер – времени у нас нет, семьи ждут, а за час – я выпиваю на спор ведро пива. Ведро!
Андрей со значением поднял указательный палец и направил его поочередно на каждого из незнакомых ему собеседников.
- Если выпью – вы за пиво платите, и ещё столько же даете деньгами, - тычки пальцами подчеркивали каждое его слово.
- Если НЕ выпью – я плачу за пиво и деньгами отвечаю, - он посмотрел как бы за подтверждением на Петра. Тот кивнул, убеждающе раскинув руки.
- Так ты же говоришь, что у вас денег нет?
- Не ссы, кастрюля, крышку купим, - Андрей несколько нагнетал обстановку тоном.
- Ссать от пива буду я.
- Будет-будет, - поддакнул Пётр.
- Вот-вот! Проиграю – меня тут все знают, из кассы займу и тебе отдам. Спроси официанта.
Командированные наскоро поели, и через несколько минут всё было обговорено:
- ведро «конское», двенадцатилитровое, в нём будет десять литров пива, не считая пены;
- вынесут ведро с черного хода во двор;
- при наливе будет присутствовать один из приезжих;
- блевать – значит, нарушить условия;
- ссать далеко не отходить, тут же в кустиках, во дворе.
Мы с Юрием к этому времени тоже закончили обедать, и я соблазнился пронаблюдать весь процесс.
Из ресторана высыпали посмотреть ещё несколько зрителей. Все столпились во дворе гостиницы, где был маленький сквер. У клумбы стояла скамейка, на которую с хозяйским видом уселись «заказчики» спора-зрелища – командированные. У их ног, на табуретке солидно расположилось зелёное эмалированное ведро с тонкой шапкой жидкой пены. Зрители разместились полукругом, некоторые задымили, предвкушая посмотреть на пиво и мочу.
Нужно было видеть лица «пиджаков», когда Андрей стал зачерпывать кружкой, раз за разом, и уверенно опрокидывать их в себя. Я насчитал восемь, когда он решил прерваться. Прошло едва десять минут. Ерзающие на скамейке мужики всё время посматривали на часы, как бы пытаясь подогнать стрелки, но Андрей был резвее.
Он на ходу стал деловито расстёгивать ширинку, сделав несколько шагов к кустам. Редкий рядок зрителей почти отгораживал ссущего от окон гостиницы. Шорох тугой струи по веточкам и довольные вздохи-кряки Андрея ещё больше расстроили «заказчиков», смотревших в его сторону со скамейки.
Петр выставил живот на вернувшегося к ведру Андрея, вопросительно прищурил глаза с видом озабоченного секунданта. Тот сделал успокаивающий жест ладонью и вновь выпил, уже медленнее, но подряд три кружки.
Посмотрел на Петра, рыгнул пару раз громко и протяжно, со вкусом:
- Ой, Петя, что-то я сегодня не в форме.
- В смысле?
- Да похоже, не рассчитал. Я же перед выходом из цеха стаканов пять газировки сглотнул, да здесь мы по литру до спора выпили.
Командированные оживились, довольно переглянулись, но шептались обрывочно и неуверенно. И правда, ведь прошло только двадцать минут.
Один из зрителей спросил:
- Андрей, а мне вот говорили, что пару месяцев назад ты тоже проспорил кому-то ведро пива?...
Андрей, заметно захмелевший, качнувшись, повернулся к спросившему:
- Это кто говорил тебе, Васька, что ли?
- Да не помню, слышал в шестнадцатом цеху.
- Так в шестнадцатом вообще шумно, там мелют что попало, ты не верь.
Андрей сделал три приседания, вновь расстегнул ширинку. Пётр поводил кружкой в ведре, как бы готовя напиток «спортсмену».
Вернувшись от кустов, Андрей принял кружку, поднёс её ко рту, понюхал, отдал Петру обратно, прижав к носу рукав куртки, всосал ноздрями воздух, сделал шаг ближе к скамейке.
- Слышь, ребята, время идёт, а вы ничего не рассказываете, развлеките нас как-нибудь, что ли. Вы из какого города?
На лице Петра резко отразилось расстройство, он сплюнул, засунул руки в карманы.
Мужики на скамейке совсем обрадовались. Один засмеялся, второй заметил скромно, нейтральным тоном:
- Так мы сами развлечься хотели, посмотреть, как ты пивом блюёшь. А вообще мы из Питера.
Андрей зажал ладонью рот, глянул на Петра. Тот в ужасе вывернул карманы, потянув их в стороны.
- Да, слыхал я, слыхал, что у вас там, в Питере, все улицы облёваны.
Его поддержал лёгкий хохот всех, кроме "организаторов".
Андрей присел на скамейку, чуть качнувшись и толкнув локтем одного из мужчин.
– А вот я блевать пока не готов. Готов драться, вот только с кем – тоже пока не знаю. Ты не посоветуешь?
Он взял соседа за галстук, дыхнул ему в лицо.
Я разочаровался. Сначала действительно, было забавно, но теперь события на «сцене» поворачивались к обычной драке.
- Но-но! – командированный вскочил, выдернул из руки вставшего Андрея свой галстук.
– Мы так не договаривались! Или ты проиграл, и платишь, или…
Встал и его спутник, вдвинулся между приятелем и Андреем.
- Ребята, времени прошло только полчаса. Может, Андрей, ещё пару кружечек выпьешь?
Похоже, у них жила надежда, что Андрей сломается: упадет, уснёт, или просто откажется пить.
Пётр подскочил с пивом, чуть льющимся на землю. Андрей, набычившись, переводя взгляд с одного из противников на другого, не глядя ухватил кружку, высосал, протянул пустую Петру. Также, не сходя с места и не меняя позы, не допуская противников к скамейке, он выпил, очень медленно цедя, с перерывами, ещё пять кружек. Качнулся, повернулся, расстегнул ширинку, засеменил к кустам.
Командированные больше не садились, похоже, опасаясь провокаций.
Пётр посмотрел на часы. И каждый посмотрел на свои. До конца срока оставалось немного минут. Один из свидетелей не вытерпел, подскочил к табуретке, заглянул в ведро, с сомнением вытянул губы, поцокал языком.
Андрей подошёл к скамейке, буквально рухнул на неё и расхохотался, оглядев «зрительный зал».
- Ребята, вы что, серьёзно думаете, что мне ведро пива не выпить?
Многие одобрительно хихикнули. «Заказчики», как по команде, сделали по шагу назад, отгородились от Андрея ладонями, замотали головами. Судя по всему, они не согласны были брать на себя напраслину.
Андрей икнул и заорал так, как будто напарник был на другом конце стадиона:
- Пётр, заправляй!
Кружка из руки Петра двинулась по назначению. Как и в начале часа, она тут же отправилась обратно. Наконец, Пётр окончательно опрокинул ведро в кружку, подождал, пока в неё стекли остатки влаги и пены. В двадцати пальцах Андрея задрожал прозрачный ребристый полный сосуд, не желая приближаться к его рту.
Пётр, на виду у зрителей-плательщиков умоляюще подпрыгивал, стуча пальцем по стеклу наручных часов. Андрей горестно посмотрел поочередно на каждого из солидарных спорщиков. Он попытался разочарованно развести руками. Однако, в правой здоровенной ладони он крепко держал последнюю порцию, с ненавистью на неё взглядывая.
Командированные повернулись друг к другу с таким видом, будто сейчас махнут руками на концовку спора. Один уже полез во внутренний карман пиджака. Второй прижал его руку, останавливая. В это момент я и другие зрители заорали. Оба спорщика одновременно шатнулись к Андрею, увидев, как на его язык падали последние капли с края пустой кружки.
Юрий не ошибся. Таких «цирковых» номеров я больше не видел. Когда шёл продолжать вечер мимо Верещагина, тот жизненно и уместно, со значением вздернул бровь.
Через много лет, вспоминая, я понял, что стал свидетелем «применения боевого НЛП по предварительному сговору группой лиц». Эх, такие таланты, да использовать бы в переговорах на сумму миллионов двадцать долларов.
|
|
Во второй половине января 1925 года Чуковский был послан советским правительством в Финляндию – в Куоккалу к Репину, чтобы тот его уговорил вернуться на родину, где ему будет почет и уважение, сталинская премия и при жизни памятник работы Вучетича. Через некоторое время Чуковский вернулся и сокрушенно доложил, что все его попытки воздействовать на живописца разбились, как волна о камень. А через пять лет Илья Ефимович скончался. И в Финляндии были напечатаны его дневники. Где были такие строки: „Приезжал Корней. Между прочим, не советовал возвращаться“.
|
|
Дело было в начале 90-х.
Хоронили-отпевали мы одного очень сурьезного дяденьку. Кто-то его по злодейскому умыслу коварно убил. Друзья-товарищи, в простонародье именуемые "бандой" решили похоронить другана своего любезного по высшему разряду. Отпевательная бригада была экстренно созвана в количестве 16 человек. Духовиков тоже вниманием не обошли - пригласили.
Насторожилась я уже только зайдя в церковный двор, посреди которого стоял грузовик, в кузове которого красовалась огромная скульптура из черного гранита. Мушшина во весь рост с пистолетом и мобилой. Уж не знаю, каким паяльником стращали скульптора, но за три дня отгрохать такой памятник это, скажу я вам, не баран чихнул. Хотя, может выбрали уже из готовых, да не востребованных. Стиль тогда был общий. Дорого-богато-по валютному. Может скульптор только черты лица поправил чуток и все, не ведаю. Но сама конструкция была не просто впечатляющей - она была устрашающей. Видимо поэтому ее и не замотали полиэтиленом, как положено при транспортировке памятников. Чтобы злобные конкуренты-убивцы понимали, что с серьезными людьми дело имеют, а не с какими-то там подзаборниками.
Спели мы на славу, рыдали все, включая духовиков. Последнюю слезу выжимали при помощи вечной памяти на музыку Моцарта (сворованную из дорогой нашему сердцу ля кримозо).
Потом все выдвинулись в сторону кладбища. Длиннющая кавалькада из авто и автобусов. Мы с духовиками, ессно. На кладбище тоже все чин-чинарем. Не забудем-не простим и т.д. Мы с тромбонами и тубой каноном в перерывах. Во время прощания грянули чуть не сводным оркестром. В общем, не похороны, а загляденье.
Тут подходит ко мне какой то мужик в черной коже до земли и сообщает, что мы всем составом, включая несчастный и необычно трезвый коллектив духовиков едем на поминки в ресторан. Гонорар отдадут там (понимали, что мы можем свалить по тихому). Но, надо сказать, что мы все обрадовались этому предложению (неосмотрительно), ибо времена были голодные, а судя по памятнику, который возили в кузове во главе процессии, стол обещал быть шикардосным.
Я робко призвала участников хора не пить за столом, наивная. Мол, надо держать лицо и все остальные части организма. Духовики злобно заржали. Их руководитель до такого не опустился. Мои певчие тоже на меня посмотрели с укоризной. Батюшка (а он братву эту блатную долго окормлял, сказал, что слова мои , конечно, правильные, но в этой компании не уместные). Поехали мы обратно, уже без памятника и заметно веселей.
В ресторане, надо сказать, тоже подготовились на славу. Про стол рассказывать не буду - и так понятно, что все ломилось от яств. Поразило убранство. На столах стояли великолепные композиции из белых и , не поверите, черных роз. Жаль, тогда не было ни смартфонов, ни фотоаппаратов приличных, проиллюстрировать сие не могу, к сожалению.
Первый час, как водится, речи про то "каким он парнем был", про вендетту и прочие кровавые обещания. Мы скромно сидим, за обе щеки уплетаем микс из красно-черной икры, спиртное рекой льется. На этом официальная часть закончилась.
Тут, не подумав, во что все выльется, встал наш батюшка-предводитель и затянул "Вечную память", мы подхватили. Это было опрометчивым шагом с его стороны...Про нас вроде бы как уже все и забыли...Поели бы и по быстрому унесли ноги.Но, судьба-злодейка уже распорядилась вплести в этот сюжет наши имена.
Некий подвыпивший гражданин с места прокричал сакраментальную фразу: "А мурку можете?". Тут я прям конкретно затосковала, потому что "Мурку" уже все могли. И не просто могли, а очень даже желали. Исполнить. Короче, грянули мы. По полной программе. И про "Я сяду в кабриолет" не забыли. В общем, анекдот про похороны, где порвали три баяна, имел под собой основу. Видя мою постную морду, распорядитель пира проорал не весь зал:"Не ссы, платим вдвое против уговора!". Тут, понятно, все еще больше оживились. Короче, такого сэйшена в стиле шансон не было больше нигде и никогда. Уверяю. В сопровождении духового оркестра, это вообще был полный эксклюзив. И если вы думаете, что это все, то глубоко заблуждаетесь.
В разгар поминального веселья в зале рэсторана появились какие то новые люди. И тут пошел вестерн. Началась эпическая драка с перестрелкой, как в "Человек с бульвара Капуцинов". Лежим мы с батюшкой и тубой под столом и усиленно читаем 90-й псалом. Причем, я, на нервных почвах (с) начинаю ржать как молодая кобыла в преддверии весны. Рот мне затыкают тубист и батюшка в два кулака, чтоб на звук моего ржания стрелять не начали. Мат стоит отборнейший, стекла летят, в общем очень весело. Очень. Потом приехала милиция. Без собаки. И всех нас арестовала.
Мы еще немного попели грустных песен в кутузке и с миром были отпущены, как не причастные, а просто случайные свидетели. Да, гонорар заплатили сказочный по тем временам. А по этим так и подавно.
|
|
"В Красноярске устроили кулинарный поединок, посвященный 70-летию победы в Великой Отечественной войне. На конкурсе были представлены торты, изображающие волгоградский памятник Родина-мать, парад танков у Кремля, боевые действия. Однако главный приз достался трехъярусному торту с "похоронкой" и "вечным огнем".
Конкурс "Лучший кондитер Сибири" прошел в Красноярске на прошлой неделе. Главной темой работ должно было стать грядущее празднование 70-летия Победы.
По иронии судьбы жюри на данном мероприятии возглавил немецкий кондитер Людовик Лагард. По приглашению организаторов он специально приехал в Красноярск. "Когда меня позвали на конкурс в Сибирь, я сразу сказал: да", — рассказал Лагард. Жюри оценивало торты по нескольким критериям: внешнему виду и вкусовым качествам.
Победительницей конкурса стала Надежда Сабурова, получившая в награду различные сувениры и памятную форму, сообщают НГС.НОВОСТИ.
Ее трехъярусный торт представлял собой композицию из военного самолета, расположенной рядом "похоронки", мужчины, выносящего из разрушенной деревни ребенка, и "вечного огня" с двумя гвоздиками. Отметим, что все элементы этого "шедевра" кулинарии были выполнены исключительно из съедобных материалов. Торт был оформлен с применением реальных фотографий времен войны – они вместе с "поминальным" стаканом были размещены рядом."
Каждый раз удивляюсь, откуда столько идиотов повылазило... Помню, в "одноклассниках" кто-то повесил фото (!) торта из австралийской (!) пекарни с головками собачек - два месяца срач среди домохозяек не стихал: "Съевшие это станут живодерами" (правда, по этой логике - съевшие шоколадного Деда Мороза [он же Святой Николай, кстати] станут либо каннибалами, либо сатанистами).
А тут, пожалуйста, Хатынь в шоколаде, не желаете ли кусочек... Надеюсь, при презентации торта с Хатынью и Вечным огнем хотя бы не зажигали спирт в торте, для полного эффекта (как это делают иногда со штруделем)...
"Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно..."
|
|
К нам на выходные приехала сестра жены с мужем и дочкой. Вся семья по линии моей супруги - интеллигенция до мозга костей, соответственно, сказать слово "жопа" и убить человека - преступления одного порядка. Я не согласен с методами воспитания моей племянницы, но она отгорожена от всего пагубного, даже интернет под контролем. В этот день мы все были на выставке великого художника Исаака Левитана в ЦДХ, и Маша была под впечатлением от картин, которые можно было увидеть вживую -"Март", "Тишина", "На Волге" и другие шедевры. Воскресенье, племянница смотрит в интернете картины Левитана и читает их описание, а все остальные поехали в магазин, поэтому моя обязанность - проследить, чтобы ни на какие "плохие" сайты она не залезла плюс надо помочь сделать физику.
Вечер, совместный ужин, Маша рассказывает, как мы сделали физику и что она видела в интернете залупу. Залупу????? Я почти подпрыгнул от неожиданности. Блин, на меня устремились возмущенные взгляды, мол, просили же, чтобы никуда не залезла. Но как, ведь был только Левитан? Бегу к компьютеру, смотрю историю посещений. Оказывается, Исаак Ильич неоднократно бывал в городе Плес, где написал немало картин. И открыв описание этого города, среди достопримечательностей есть памятник залупе, что запомнилось моей племяшке. Вот так, интерес к искусству совершенно неожиданно пополнил словарный запас 11-летней девочки.
|
|
А Примакович в детство впал -
Решил Донецк сдать за конфету.
Не понимает он, болван,
Что старой Украины нету,
Что балаганистый майдан,
Его "герои" надоели.
Недаром в Мюнхене снесли
надгробный памятник Бандере.
Европе нужен прочный мир:
Расстались чехи и словаки...
Но тут Америки кумир
Решился схлопотать по сраке.
Кто на Восток с войной попрёт,-
Тот там могилу обретёт.
Питер Вольф
|
|
Дело было на майские праздники 1984 года. Вспоминаете, да? Брежнева уже нет, Ельцин ещё только будет, над страной тем временем нависла угроза всесоюзной борьбы за трезвость, но народ, к счастью, этого ещё не знает и спит спокойно. Клуб туристов из подмосковного города М. собирается на валдайскую речку Мста — дрессировать новичков на тамошних порогах. Районная газета “За коммунизм” навязывает ребятам в компанию двух семнадцатилетних девчонок — меня и Лильку, будущих абитуриенток журфака МГУ. Мы должны сочинить что-нибудь “патриотическое о боях на Валдайской возвышенности” в номер к 9 мая, и нам даже выданы командировочные — рублей, что ли, по двадцать на нос… У председателя клуба Вити Д. хватает своих чайников и нет ни одного байдарочного фартука, но он зачем-то соглашается нас взять. Лилька не умеет плавать. Это интродукция.
Завязка — типичная. Ну, ехали поездом. Ну, тащили рюкзаки и железо до речки. Ну, собирали лодки. Ну, плыли. Всё это, в принципе, не важно — даже тот забавный факт, что, когда доплыли, наконец, до тех порогов, Лилькина лодка единственная из всех сподобилась, как это называют байдарочники, кильнуться (хотя боцманом специально был назначен самый надёжный ас Серёжа…) Лилю вытащили, лодку поймали, Серёжа сам доплыл… Перехожу, однако, ближе к делу.
Там такое место есть немножко ниже по течению (было тогда, во всяком случае) — очень удобное для стоянки, и все там останавливались на ночёвку. Дрова, правда, с собой везли — по причине отсутствия местного топлива. Народу собралось изрядно — не один наш клуб решил с толком использовать длинные первомайские выходные. Так что палатки пришлось ставить уже довольно далеко от воды. Помню, нас с Лилькой взялись опекать студенты небезызвестного Физтеха долгопрудненского — Оля и два Димы, туристы толковые и опытные. У них была на троих полутораместная палатка, но они ещё и нас приютили без особого труда — колышки только пониже сделали. Нас, девчонок, ребята в середину пристроили, сами по краям улеглись (холодновато ещё в начале мая-то). Палатка раздулась боками… Уснули все быстро и крепко.
Среди ночи просыпаюсь в кромешной темноте от того, что кто-то в самое ухо дурниной орёт: “А ОН ВСЁ ПОДГРЕБАЛ — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!! И ПЕСНЮ РАСПЕВАЛ — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!!” Дуэтом орёт — на два голоса. Пытаюсь вскочить — спальник, ясное дело, не даёт. Потом соображаю, что я в палатке, причём в самой середине. В непосредственной близости от моих ушей — только Оля и Лиля. Молча лежат, не спят. И Димки оба ворочаются, заснуть пытаются. Что характерно, тоже молча. Или, вроде, ругаются сквозь зубы — но как-то невнятно: неловко им вслух при девчонках (84-й год же, золотые времена, говорю я вам…:-) А эти ненормальные снаружи всё не унимаются: “В ПОРОГ ИХ ЗАНЕСЛО — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!! И ЛОДКУ УНЕСЛО — АЙ ЛЮЛИ, ОЙ ЛЮЛИ!!!” В общем, почти до рассвета проорали, благо, в мае, да ещё на Валдае, ночи короткие. Угомонились, наконец.
Утром, часов не то в шесть, не то в семь, просыпаюсь от шума на берегу. Продираю глаза, вылезаю на свет божий, вижу картину: у самой кромки воды наводят шухер два здоровенных верзилы в бушлатах и бескозырках. Выстроили по ранжиру всех, кто им на глаза попался на своё несчастье, и орут до боли знакомыми охрипшими голосами: “Товарищи бойцы!! Поздравляем вас с Международным днём солидарности трудящихся — праздником Первое Мая!! Пролетарии всех стран — соединяйтесь!! УР-РРА-А-АА!!!” Сонный народ подхватывает, даже с некоторым энтузиазмом: “Ура-а!” Верзилы — что бы вы думали — шмаляют вверх из настоящей ракетницы, пожимают всем руки, садятся в байдарку (она делает “буль” и оседает по верхний стрингер) и торжественно отчаливают. Оркестр, гудок, рукоплескания, букеты летят в воду, дамы промакивают слезинки батистовыми платочками…
Немного погодя часть нашей компании тоже отчалила: у Димок у двух зачёт, пропускать нельзя, а то к сессии не допустят. Оля без них, конечно, оставаться не захотела. Мы с Лилькой решили податься вместе с физтеховцами — у нас командировка, нам материал писать. И ещё, помню, присоединилась к нам одна семейная пара: муж в каком-то ящике почтовом работал, там режим строжайший, пять минут опоздания — объяснительную пиши… Благословил нас председатель Витя, а сам со второй половиной клуба остался учить молодняк пороги проходить.
И вот доплыли мы до какого-то города, где железнодорожная станция. Не помню сейчас, как называется, всё-таки давно дело было. Там надо на поезд садиться, чтобы в Москву. Приходим на вокзал (приползаем, вернее — рюкзаки же при нас, и железо это байдарочное), а там таких как мы — полный зал ожидания. И все нервные: на вечерний поезд московский билетов нет, а есть только на утро. Мужики начинают потихоньку психовать: им с утра кровь из носу надо быть в столице. И находят они неординарное инженерное решение: как только подъезжает поезд — штурмуют вагон, оккупируют тамбур, заваливают все двери рюкзаками и — уезжают, стараясь не слушать вопли проводницы. А мы остаёмся — четыре ещё не старые особы женского пола, и с нами две байдарки — казённые, между прочим, клубные. Да ещё свои рюкзаки. И денег только на билеты в общий вагон да на буханку чёрного хлеба и банку джема “Яблочно-рябиновый” осталось. Рябина красная, лесная, джем от неё горький…
Переночевали в зале ожидания на полу: кафельный был пол, жёлтый, как сейчас помню. Подходит утренний поезд, стоянка две минуты. Наш вагон — в другом конце состава. Мимо народ бежит с рюкзаками наперевес, все уехать хотят. А мы стоим возле своей горы барахла, растерялись совсем. Кто знает - тот знает, что такое байдарки “Таймень”, пусть и в разобранном виде. И вдруг…
Вот ради этого вдруг я всё это и пишу. Вдруг — откуда ни возьмись — два эти супостата окаянных, верзилы здоровенные, которые нам прошлую ночь спать не давали. Схватили каждый по две наши упаковки байдарочные и стоят нахально, озираются — что бы ещё такое ухватить. А байдарки клубные, казённые же…
До сих пор — столько лет прошло — а всё ещё стыдно. Вот, каюсь во всеуслышанье и публично: показалось мне на секунду, что сейчас смоются бугаи с нашими вещичками — и поминай как звали. И тут они орут на нас: “Ну что стоите — побежали!”
Добегаем до своего вагона, они запихивают наши вещи, запихивают нас, потом свои рюкзаки бросают, запрыгивают — на ходу уже… Полчаса потом завал в тамбуре растаскивали. Разбрелись по местам, перевели дух наконец.
Вагон плацкартный, билеты у всех без места — пристроились кто куда. Мы четверо, девочки-одуванчики, выбрали боковой столик. Достали банку с остатками джема этого горького, хлеба чёрного чуть меньше полбуханки на куски нарезали, сидим глотаем всухомятку, кипятка нету в вагоне. До дома ой как долго ещё… А супостаты наши, благодетели, напротив верхние полки заняли. “Ложимся, — говорят, — на грунт”. И легли: ноги в проходе на полметра торчат, что у одного, что у другого. Морды распухшие у обоих, красные, носы облупленные — на первом весеннем солнышке на воде в первую очередь носы сгорают. Лежат на локти опираются — один на левую руку, другой на правую, щёки по кулакам по пудовым как тесто стекают… Смотрят на нас сквозь опухшие веки, как мы вчерашним хлебом пытаемся не подавиться, и комментируют: “Да-а, бедно вы, пехота, живёте. То ли дело мы, моряки — у нас и сливки сгущенные, и сервелат финский, и “Саянчику” бутылочка найдётся…” Щёлкнули по кадыкам, подмигнули друг другу и в рюкзаки свои полезли. Сейчас как примут своего “Саянчику”, как пойдут переборки крушить — ой, мама…
А рюкзаки у них, кстати, были — это отдельная песня. Огромные — чуть ли не со своих хозяев ростом. Туда и байдарка разобранная помещалась (железо, наверное, у одного было, а шкура у другого), и всё остальное добро. Тяжеленные… Зато у каждого — только одно место багажа, хоть и явно негабаритный груз. Не потеряешь ничего, в спешке не забудешь… Удобно, что и говорить — тем, у кого духу хватит поднять.
И вот, значит, лезут они в эти свои великанские рюкзаки и достают… Банку сгущённых сливок, батон сервелата и бутылку газировки “Саяны”. И всё это нам сверху протягивают. А 84-й год на дворе, напоминаю в который раз. Заказы, талоны и нормы отпуска.
Вот не помню сейчас — сразу мы на это добро накинулись или всё-таки поломались сначала немножко для приличия… Если и ломались, то, наверное, не очень долго: есть дико хотелось. Навалились дружно, особо не заботясь о манерах… А они на нас сверху смотрят — один слева, другой справа, и такая в заплывших глазах нежность материнская… Картину Маковского помните — “Свидание”? В Третьяковке висела? В таком вот, примерно, ключе.
По дороге они нам ещё песню спели — про то, как “Из Одессы в Лиссабон пароход в сто тысяч тонн шёл волне наперерез и на риф залез…” Так гаркнули, что на переборку облокотиться было невозможно — вибрировала она до щекотки в бронхах. Проводница прибегала выяснять, что случилось. Весь народ, который после кафельного пола в зале ожидания отдыхал, перебудили. А песенка закольцованная, как сказка про Белого бычка. Не перестанем, говорят, пока все подпевать не начнут… Когда по третьему разу поехали — народ смирился, подхватывать стал потихоньку, а тут и Москва, Ленинградский вокзал…
Они ведь нас, обормоты сердобольные, ещё и до Ярославского вокзала дотащили и в электричку погрузили торжественно, ручкой помахали. И с тех пор благодетелей наших я не видела ни разу. И имён даже не знаю. Осталось только в памяти почему-то, что они, вроде бы, ленинградские были, не московские. Но опять же — столько лет прошло, не поручусь.
Вооот... Статью мы с Лилькой написали — омерзительную. Просто до сих пор стыдно вспомнить. Это сейчас я про войну понимаю кое-что — довелось взглянуть, было дело (никому не пожелаю). А тогда — “воды” налили про какой-то памятник, который в одной деревне случайно увидели, вот и весь патриотизм. Я псевдонимом подписалась, Лилька, правда, своей фамилией, ей не страшно было, она уже тогда замуж собиралась… Газета “За коммунизм” тоже довольно скоро сменила девичью фамилию и теперь называется... ээээээ... ну, допустим, "Лужки". Пишет, правда, всё так же и всё о том же…
Полжизни назад дело было, если разобраться, но морячков нет-нет, да и вспомню. Хоть бы спасибо им как следует сказать…
СПАСИБО!!!
|
|
Учусь в Казанском университете, который федеральный. Мне вообще очень повезло, что я попала в наш институт, но не повезло, что не пошла в религиоведы. У них там и народ весёлый и преподы такие, хоть про каждого историю пиши. На кафедре преподают православный священник, и пастор, и бывшие военные, и кого только нет, там просто писать и писать. И народ отвязный даже на фоне студентов. Ну вот, история. Сижу в сквере перед универом (у нас он называется "сковородка", потому что круглый и в центре него памятник Ленину "жарится"). А ветер был, и как вставать собралась, понимаю, что сзади волосы спутались в деревяшке скамейки. То ли пролил кто-то что-то, то ли в щель, короче не изогнусь. Мимо идёт патруль ППС, я их прошу помочь, а они ржут и стоят не подходят, уроды. И тут сбоку подваливает препод - религиовед. Как зовут не знаю, прозвище за глаза слышала - Горин. Наверное, толкинист бывший или что-то такое. Здоровый дядька такой, вечно мрачный. Смотрит на меня, смотрит на ментов. Потом расстёгивает карман и достаёт... ну ножом это назвать уже нельзя, мачете - ещё нельзя. В моём детстве в одном из фильмов про Рэмбо такое было. Короче Большая Острая Железяка. Молча подходит ко мне, что-то делает за спиной (я честно боялась, что отмахнёт нафиг полпричёски). Потом берёт меня под мышки, ставит на ноги (кстати, приятное ощущение...) Говорит: "Свободна" и поворачивается к ментам. Ме-е-е-едленно засовывает своего монстра в ножны, упирает руки в бока и стоит - смотрит. Он им вслед смотрел не отрываясь, пока они не ушли. Причём очень быстро. По-моему, у них даже мысли не было подойти к нему документы попросить.
|
|
У нас в пенсионном отделе висит стэнд: "Социальные гарантии", внизу наглядная агитация - 6 иллюстраций гранитных памятников. Позитивненько так. Пенсионеры ходят с любопытством разглядывают, главное интересуются: а им такой положен бесплатно или нет? Пенсионные тетки им грубо отвечают: мол, там все написано-расписано! А я сижу в очереди и думаю, надо же так увлечься планированием собственной жизни, если тебе реально не пох, во сколько тебе встанет памятник и нахера он тебе вообще.
|
|
В далекие советские времена, когда я работал патентоведом в академическом институте, было у меня несколько командировок в Харьков. Обычно я останавливался на Павловом Поле, но один раз мне удалось поселиться в самом центре, в гостинице «Харьков» на площади Дзержинского. Из окна я сначала увидел красивый сквер и памятник, но почему-то не Дзержинскому, а Ленину. Потом – вход в городской парк, но тоже не Дзержинского, а уже Шевченко. Правда, в этом, как выяснилось позже, была своя логика: в другом конце парка памятник Шевченко все-таки имел место. После работы, на пути от одного памятника к другому я набрел на неглубокий овражек, где обнаружилось нечто вроде шахматного клуба на открытом воздухе, который местные называли «Ямой».
Я небольшой любитель шахмат и уж тем более не специалист, но правила знаю и поэтому могу наблюдать за партией, пусть и на своем убогом уровне. Кроме того вокруг играющих толпились болельщики и эти болельщики живо комментировали каждый ход. Играющие тоже за словом в карман не лезли. Прибаутки, перековерканные цитаты, блатные словечки буквально летали в воздухе, как шарики в руках умелого жонглера. Одним словом, здесь было гораздо веселее, чем одному в убогом гостиничном номере. И я завис.
За одной из досок пожилой человек играл с очень старым. Очень старого называли, как мне запомнилось, Копанец. Мне так и осталась неизвестной шахматная квалификация игроков, но в в словесной перепалке они несомненно были международными гроссмейстерами. Здесь и толпилось больше всего народу.
- А хулером ему в животикум? – говорил Копанец.
- Прелюбопытнейше приплясывают девчоночки... - реагировал его соперник на непредвиденный ход.
И вместе подсказчику:
- Товарищ, уйди. Ты лишний на этом празднике жизни! – а потом его же еще и присказкой, где «подсказчику» рифмовалось с «за щеку».
В какой-то момент Копанец решил передохнуть. Он внимательно осмотрел присутствующих и спросил:
- А где Савон? Почему я не вижу Савона?
Фамилию Савон знал даже я. Савон был знаменитым гроссмейстером. Я и подумать не мог, что и он ходит на эту «Яму».
- Савон в Сараеве, - сказал кто-то из толпы.
Зрители не прореагировали, и я догадался, что в Сараеве какой–то турнир, о котором знают все, кроме Копанца, который невозмутимо продолжил:
- А что Савон там делает?
- Он поехал убивать эрцгерцога Фердинанда – решил пошутить другой зритель.
Копанец поднял на этого другого подслеповатые глаза, покачал головой и медленно произнес:
- Не нужно подшучивать над стариками, молодой человек! Для вас «Фердинанд» - пустой звук, а я за месяц до его убийства по поддельному паспорту приехал в Петербург чтобы увидеть Ласкера и Капабланку. И я их видел! Мне тогда было 18 лет...
Почему люди так любят шахматы? Наверное потому, что за цену доски и деревянных фигурок человек может почувствовать себя интеллектуалом и политиком, полководцем и королем, стратегом и тактиком. Сейчас популярность шахмат немного упала, но в них по-прежнему играют, не исключая довольно экзотических мест. В моем Живом Журнале на http://abrp722.livejournal.com вы даже можете увидеть где и как.
Abrp722
|
|
Хвостатая история
Как-то раз легендарного маршала Семёна Будённого пригласили на открытие нового памятника героям Гражданской войны. Маршал приглашение принял, но прибыв на церемонию и увидев сам памятник, отказался его открывать, сказав, что он поставлен белым!!! Назревал скандал. Среди присутствовавшего начальства поднялась паника. А Будённый невозмутимо пояснил, что по драгунскому уставу (принятому в РККА даже у казаков) хвосты коням подстригали. А по казачьему (принятому в Белой армии) - нет. На памятнике конь был изображён с пышным не подстриженным хвостом.
|
|
Киев. Наши дни. Стою в очереди у кассы в "Сильпо". Передо мной две рагулихи с львовским пивом. Первая говорит:
- А про це наше пиво вже ролики снимают.
Вторая:
- Да! Его ещё львовский пивовар создал в 19-м веке, у него любовь была огромная с одной дивчиной! Им - Роберту и Зосе - даже памятник во Львове поставили! Именно с них - (ВНИМАНИЕ!!!) - Шекспир и списал "Ромео и Джульетту".
Я не выдерживаю и спрашиваю:
- А ничего, что Шекспир умер ЗА ПАРУ ВЕКОВ ДО НИХ?
И эта барышня мне отвечает:
- Оце вично вы, москали, своею СОВЕТСЬКОЮ брэхнэю паскудите нам нашу украинську историю!
|
|
6-го мая в Болгарии отмечается день Святого Георгия, как во всех нормальных православны странах. Но в Болгарии это еще и день армии, и парад вместо 9-го мая, для политкорректности проводят в этот же день.
Первый канал национального телевидения показывает, как идет парад по главной столичной площади (брусчатка желтого цвета, а площадь имени племянника русского императора, памятник которому стоит на этой же площади).
Марширует кучка военных. Армия профессиональная и очень маленькая - чтоб сдаваться было проще. За солдатами и офицерами движется техника. Оставшаяся от советского ига. Есть несколько европейских машин, их списали в ЕС и продали Болгарии, чтобы оказать помощь. Диктор вещает о достоинствах и, так как хвалиться нечем, произносит: Вот движется грузовик, имеющий четырехтактный дизельный двигатель!
После этого эпитета я падаю и хохочу.
|
|
В 1996 году Евгению Лебедеву позвонил Михаил Александрович Ульянов и сообщил, что Союз театральных деятелей и все жюри "Золотой маски" решили вручить Евгению Алексеевичу Лебедеву высший приз в номинации "За честь и достоинство". Единственное условие - номинант обязательно должен присутствовать на вручении приза.
- Какого же числа состоится церемония? - спросил Лебедев.
- Тридцать первого марта, - ответил Ульянов, - приезжайте, мы ждем вас.
- К сожалению, не смогу, - подумав, отказался Лебедев, - в этот день я выступаю в благотворительном концерте, посвященном памяти Стржельчика. Я указан в афише.
В этой афише было много ярких имен. Выступал Спиваков со своим знаменитым оркестром. Выступали звезды Мариинского театра. В принципе, этот концерт вполне мог состояться без Лебедева. Но это был благотворительный концерт. Он был посвящен памяти товарища. Люди покупали билеты, а деньги шли на памятник Стржельчику.
Вот они настоящие, ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО...
|
|
Я скажу наверняка:
«США сваляли дурака,
Печенюшки раздавая на Майдане…»
Хейгел думал: «Не Китай,
правым денег только дай,
и в Крыму поставят памятник Обаме».
Пусть Обама сделает минет
И слону, и даже маленькой улитке.
Перспектив в Крыму у НАТО нет –
Мы хрущевские исправили ошибки.
Вслед и Эштон: «Как же быть?
Надо санкции вводить.
Захотим, мы вместе Путина забаним.
Мы в Совбезе побузим,
Мы России пригрозим,
Вся Европа, ведь,
за памятник Обаме!
Пусть и Эштон сделает минет
И слону, и даже маленькой улитке.
Для ЕС от санкций только вред –
Мы и Ельцина исправили ошибки.
|
|
Из рассказов экскурсоводов по Израилю (2)
Во время экскурсии "Иерусалим Христианский"
Туристка (немного смущаясь): Извините, конечно, но я Вас, как еврея, хочу спросить.
Я: - Да ради бога, спрашивайте.
Т: - Скажите, а евреи чувствуют вину за то что Иисуса распяли.
Я: - За всех не ручаюсь, но я лично сплю спокойно......
Стою я на днях над иерусалимским кладбищем, что на Масличной Горе.
Закончил вещание и, по сложившейся традиции, предлагаю зайти в туалет и сесть в автобус. В этот момент обычно начинаются вопросы и тётенька возле меня говорит:
- Мне это всё неинтересно, меня интересует только одно. Где будет похоронен Кобзон?
В виду того, что вопросы будущего захоронения всевозможных российских селебс в последнее время сильно участились, а объяснения мои, о том что я и за местной-то бранжей следить не успеваю, куда мне за иностранной, да и в московских кладбищах я не сильно специалист, всерьёз туристом не воспринимаются, то с некоторых пор при этих вопросах я стал включать дурку.
- А кто это? - совершенно искренне, спрашиваю я.
- Как же? Иосиф Кобзон,- говорит тётенька. После чего следует предложение, которое бы я включил во все учебники политкорректности.
- Это же наш знаменитый певец...эээ....ммм...эээ... вашей национальности.
Выезжаю я вчера обратно после экскурсии по северной части Иудейской пустыни, а за спиной, как водится, идут отчёты по телефону волнующимся родственникам.
Женский голос с явным украинским акцентом докладывает:
- ... не, не очень впечатлило.
С той стороны видимо спрашивают почему.
- А шо там такого. Пустыня як пустыня...
Коллега поделился, рвущей душу в клочья, историей.
Ведёт он группу по "Яд ва-Шем", остановился у монумента Янушу Корчаку и ждёт группу. Пока он ждёт, одна молодая российская тётушка, тыча в рукой в монумент, спрашивает своего юного племянника из Германии:
- Ты знаешь кто это?
На что мальчишка отрицательно мотает головой. И тогда тётушка продолжает:
- Это дедушка Ленин. Он очень любил детей и за это ему здесь поставили памятник.
В Иерусалиме подходит к коллеге симпатичная, по её словам, девушка, и задаёт набивший оскомину вопрос: - А что в Храме Гроба Господня освящают?
Коллега (устало): - Да всё что угодно.
Девушка (обрадованно): - Ой, и презервативчик освятить можно?...
Коллега рассказывает она в кармелитском монастыре в Хайфе о нелёгкой доле Эдит Штайн, после чего делает заключение:
- Таким образом Эдит Штайн стала второй еврейкой, причисленной церковью к лику святых.
Одна туристка вежливо так интересуется:
- А кто же первая?
на что коллега игриво отвечает вопросом на вопрос:
- Ну как Вы думаете?
Туристка думает, догадывается и неуверенно отвечая -переспрашивает:
- Крупская?
|
|
У Юлия Райзмана как-то не заладились дела — очередной фильм провалился, начались семейные неурядицы, короче, режиссер попал в полосу неудач. В это время он встретился с И. Пырьевым, и они пошли по скверику неподалеку от «Мосфильма». Райзман долго жаловался на свои неприятности.
Пырьев слушал-слушал, а потом начал утешать. «Вот, — сказал он, — ты удручен сложившейся ситуацией, а между тем все это не так страшно. Все-таки ты известный режиссер, ты находишься в зените творческих возможностей, народ тебя любит, ценит и знает... И, между прочим, я не сомневаюсь, что тебе со временем даже и памятник поставят. Почему бы нет? Ведь народ тебя действительно ценит и любит. Представь себе, лет эдак через пятьдесят стоит твой памятник вот в этом самом скверике, а люди ходят, смотрят на тебя, любуются, спрашивают: „Кто это?"»
|
|
Город Брест пограничный. Беларусь.
В городе практически нет общественных туалетов.
Интерерсная ситуация получилась у меня с поляком на Востоке (микрорайон в городе). Пан подошел извинившись по-польски спросил, где можно найти туалет.
Самый простой способ ответить, не ломая языка, как мне показалось, это развести руками.
Поляк это понял по-своему, и на мои жесты начал показывать жестами, чего он хочет.
Я продолжал разводить руками.
Пританцовывая с ехидной улыбкой он изображал все новые и новые пантомимы.
О, потом меня осенило, да на мои нет он думает не понимаю.
Тогда, я просто сказал: няма.
Пан замер как памятник.
Наверно где-то, что-то дало трещину. И когда я уже прилично отошел послышалось отчаянное: Як няма????
|
|
