Результатов: 12

1

ПРО АУДИОФИЛОВ МУЗЫКУ И БАНАН

Залип на днях в статью на Хабре. Там мужики проводили слепой тест: сравнивали дорогущие аудиофильские кабели с бананом и грязью. Не метафора: они реально воткнули провода в обычный банан и в кучку мокрой земли. Результат предсказуем: аудиофилы не смогли отличить “звук через грязь” от звука через кабель за сотни баксов.

Пошёл в комменты — там карнавал. Над “свидетелями прогретых проводов” угарают в голос. Я тоже сидел и ржал, представляя кабели, сплетённые девственницами на склонах Фудзи. А потом меня щёлкнуло. Я вспомнил себя.

Но сначала про дядю.

Вот сидит дядя. Хороший человек, инженер, в школе физику на четвёрку знал. Слушает он свой любимый альбом сотый раз. Покупает новый усилитель за зарплату. Приходит домой, разматывает, ставит, настраивается, садится в кресло. Включает тот же самый альбом. И хоп... Раскрылось. Вокалистка стоит в комнате, баса столько, что соседи снизу пишут заявление, верха звенят как хрусталь в серванте у бабушки. Мурашки до пяток. Дядя сидит и плачет от счастья. И он не врёт. Он так чувствует.

Через полгода ЦАП. Ещё больше раскрылось. Потом серебряные межблочники. И с каждой покупкой музыка играет всё лучше и лучше, хотя по идее уже некуда. Дядя счастлив. Жена в шоке от счёта, но дядя счастлив.

А теперь история про меня.

Я в suno полез, ну, нейросетку для генерации песен. Из любопытства. Сначала шансон забабахал - ну прикольно, криво конечно местами, зато поют то что ты хочешь, и как хочешь (ну почти). Посмеялся, переслушал, пошёл дальше.
А дальше думаю - дай-ка попробую, на что этот железный мозг способен. Сделаю самую сиропную няшность, выкрученную в максимум. Но не просто сладко, а чтобы в уши втекало и там всё плавило.

Ну делаю один вариант — вроде ничего, но не так. Десятый. Тридцатый. И тут меня накрыло. Пошёл отдохнуть. Лежу. Чувствую, что эго куда-то уплывает, сердце перегрелось, а ком в горле растёкся. По всей грудной клетке. Тёплая такая лужа умиления непонятно к чему. И я лежу и пытаюсь обнаружить себя в пространстве. Где я. Кто я. Что вообще происходит.

Хорошо, что машины нет. А то бы остановил меня гаишник, увидел человека, который на этой планете не местный, дал бы трубочку - а там ноль. Отпустил бы. И через десять минут приехал бы на ДТП с моим участием, увидел тот же бампер, но помятый, и понял бы что зря отпустил.

Я лежу в этой луже и думаю "мужики, это что вообще"? Я, который в музыке как мартышка из басни, только вместо очков ей дали телескоп, и которая только и умеет, что пнуть промпт, и объяснить что не нравится — и меня кладёт на лопатки сгенерированная нейросеткой сахарная вата. Сильнее чем все, что я слушал за всю жизнь. Сильнее талантливых музыкантов, которые годами учились, страдали, любили. И при этом у песни даже сюжета нет. Вообще. Просто мурчание про тёплый свет и растворение границ.

Бред же. Полный.
А потом я понял.

Я в эту песню вслушивался. По-настоящему. Я её делал. Слушал, что будет, если тут вкрутить "запрет бита и ударных", а какая няшность лучше сиропная или инвазивная. Где ударения ломаются, какой вариант текста лучше работает. Я залез туда с головой. А в это время музыка залезла в меня.

Вот и весь секрет.

Аудиофил думает, что он платит за провод. А на самом деле, он платит за повод. Серебряный кабель - это билет на сеанс. Ты его распаковал, подключил, сел в кресло, налил виски, поставил пластинку и три часа никуда не идёшь. Не листаешь телефон. Не моешь посуду фоном. Не споришь с женой. Слушаешь. И музыка раскрывается. Конечно раскрывается. Ты впервые за десять лет её услышал. Не как фон в машине, не как музычку в наушниках пока бежишь на работу. А целиком. Как она задумывалась.

Так что можно дальше ржать над дядьками с подставочками под кабели. Дело хорошее, я и сам ржу.

А можно сделать хитрее. Бесплатно.

Только осторожно. Эффект будет. Поэтому выбирай такую песню, от которой ты сам хочешь словить по голове. Ту самую, которой ТЫ готов дать админские права на свою башку. Сядь. Выруби всё. Слушай так, будто проверяешь новый усилитель за пять тысяч долларов и должен поймать каждый нюанс - иначе деньги на ветер.

Работает не железо. Работает внимание. А оно у тебя уже есть.

2

Лейб-гвардии Финляндский полк, квартировавший на Косой линии Васильевского острова, был сформирован в Стрельне, геройски сражался с Наполеоном, да и после бил врага во всех войнах вплоть до Первой мировой. В марте 1825 года его командиром был назначен Николай Фаддеевич Воропанов, боевой генерал, дважды раненный в сражениях, и ревностный службист. Николай Фаддеевич строго следил за дисциплиной и дотошно вникал во все мелочи.
Однажды во время репетиции полкового оркестра Воропанов подозвал к себе дирижёра и, указав на тубиста, велел:
- Извольте наказать этого музыканта!
- За что, ваше превосходительство? - удивился дирижёр.
- Он лентяй! Я заметил, что он редко приставляет свой инструмент к губам!
- Но так следует по правилам генерал-баса, - оправдывался дирижёр. (Для тех, кто, как генерал Воропанов, не в курсе, дирижёр имел в виду запись исполняемой музыкальной пьесы).
- Какого генерал-баса?! - возмутился Николай Фаддеевич. - Здесь один генерал - я!
Чем дело закончилось - не известно, но музыкантам можно только посочувствовать...

3

Писал уже о комедии под названием Программа Реновация - как муниципалы, лет сорок не обращавшие никакого внимания на наш квартал, вдруг воспылали желанием его озеленить и всячески благоустроить, как только было принято решение об его сносе:
https://www.anekdot.ru/id/1316111/

Почти год велись эти титанические работы. Двор превратился в подобие Каракумов с барханами, мечущими песок в лица жителей при ветре - дело рук благоустройщиков соответствующих национальностей. В дождь же наступала полная паустовщина, когда эти барханы расползались в мещерские болота. Промеж этих куч столбами стояли, уткнувшись в смарты, озеленители - самая ярко выраженная форма растительной жизни, которую я когда-либо видел. Люди-цветы. Повсюду внезапно вырытые траншеи, через которые забыли бросить доски. Жители - хозяева жизни, побрякивая спросонья ключами от своих мерсов и бмв, смотрели в полном охренении, как бы это до них добраться. Заново научились прыгать, как при взрыве гранаты в 90-х.

Благоустроители однако старались и успели все сделать как раз к назначенному сроку сноса квартала. Какое-то время наблюдался полный тип-топ, хоть мэру показывай, из какого рая людей переселяют в рай новый.

Но... случилась неприятная заминка. Новый дом, сооруженный по тому же принципу тяп-ляп, снаружи конфетка, не был принят в эксплуатацию к сроку. Муниципалы не унывали. На следующий год были успешно высажены новые саженцы взамен передохших, уложен новый асфальт взамен растрескавшегося, и стало еще больше плитки.

Но реальный спринт они начали этой весной, когда новый дом был наконец принят в эксплуатацию, и жители реально стали получать ключи и туда выезжать.

В эти роковые недели в обреченном на снос квартале:
- Проведен успешный ремонт всех его систем канализации, вентиляции и отопления
- Заменены домофоны на еще более лучшие
- С сегодняшнего дня, 19 мая, вплоть до 26-го, отключена горячая вода в целях профилактических работ для дальнейшего улучшения снабжения горячей водой этого квартала, в котором на половине квартир уже печати.
- Повсюду высажены тюльпаны
- Проложены лежачие полицейские повсюду через каждые 20 метров - уважена слезная просьба местных старушек за последние полвека. 99% из них так и ушли в мир иной, так и не будучи услышанными. Но накануне сноса квартала - почему бы и нет.

Тут дело в том, что на соседней дороге часто возникают пробки, и отдельные хитрожопые водители, обычно таксисты, пускаются в обход по дворам. За ними увязывается кавалькада тех, кто этих путей не знает, но доверяет лидеру и тоже не хочет стоять в пробке. Вот против них и поставили эти хамперы - реально сюрприз для знатоков города. С этого незначительного на первый взгляд новшества и начался полный пиз, ээ, апокалипсис.

Очередная такая колонна может и успела бы проскочить, если бы не эти свеженатыканные повсюду лежачие полицаи. Но - не успела, скача по кочкам. Поперек ее пути встал грузовик. С задачей минимум на пару часов погрузить все барахло из очередной выезжающей квартиры.

С первого взгляда это незначительное препятствие для колонны. Ну, ходит задумчиво какой-то ханурик, курит. Чего ему стоит отъехать задним ходом на тридцать метров, пропустить колонну? А он не хочет. Я заметил это происшествие чисто по поднявшемуся шуму, истеричным воплям. Подошел к окну и увидел грусть - семеро разъяренных водителей убеждали одного, что ему следует отъехать немедленно. Особенно выделялся амбал из БМВ, третьего в колонне. Он обещал водителю грузовика мордой об асфальт и биту в жопу, если тот не отъедет немедленно. Хор единогласных воплей остальных застрявших водителей варьировался от фальцета до баса.

Но большинство не всегда право. Из подъезда показался мощный шкаф с тремя еще более мощными грузчиками. Они с удивлениям глянули на орущего амбала из БМВ и принялись грузить шкаф в грузовик. А тот вдруг погрустнел и отправился в свое кресло знакомиться с неотложными смсками, вотсапками и телеграмками. Пара баб осталась орать, что им скоро рожать или опаздывают на судьбоносное собеседование, но по их внешнему виду всё это было крайне неубедительно.

Финита ля комедия - пока они высказывались, сзади застрявшей колонны подъехал такой же грузовичок, развернулся поперек. Из него вышли двое могучих грузчиков и отправились в подъезд, не оставив свободного водителя для предъявления претензий. Колонна из семерых хитрожопых опомниться не успела, как попала в засаду.

Чем закончилась эта сцена, я не знаю, ушел прочь. Где-то полчаса еще за окном доносились яростные вопли, потом всё стихло.

Но вот что я понял точно за эти недели - на снос дома в Москве слетаются стервятники. Им бы успеть озеленить тем, что тут же завянет, и снабдить двор спортивными тренажерами, которые тут же развалятся.

Очевидно же, что сносимые дома - самое привлекательное место для благоустройства. Кто там будет выяснять на следующий год среди котлованов и воющих экскаваторов, цела ли плитка, тянутся ли к небу саженцы, исправно ли работают надежно отремонтированные за неделю до сноса системы теплоснабжения, вентиляции и электрификации.

Подтягивается тут и народное творчество всех сортов. Вот трогательная записка от руки на подъезде моего дома сегодня:
- Приму в дар мебель, одежду и антиквариат, вам ненужные. С Божьей помощью, Ксения.

Следите за mos.ru, что там еще сносят. Именно в этих местах будет самый цимес по ремонту, благоустройству и прочей халяве.

4

Как я организовывал концерт Цоя
(продолжение, https://www.anekdot.ru/id/1127101/)

На поиски негра ушла почти неделя. Выручил бас-гитарист Лёха.
— Есть у нас, на шахтостроительном, подходящий кадр. С острова Мадагаскар. Мы ему в колхозе водки накапали, так он и пел, и танцевал — любо-дорого.
— Класс! — обрадовался я, — Как зовут?
— Наполеон.
— Прямо целый Наполеон?
— Ага. Но приучили на Лёню отзываться.

Лёня-Наполеон требованиям Марка Борисовича соответствовал. Он был чёрен ("Так чёрен, что не делался темней..."— вспомнил я Бродского). И худ, как пустынный заяц. Я медленно и, как мне казалось, убедительно, излагал доводы в пользу его участия в концерте, дескать, редкая возможность и почётная обязанность познакомить советских людей с творчеством малагасийского народа. Наполеон молчал. Аргументы у меня заканчивались. Я уже подумывал начать заново или поискать переводчика. Задал уточняющий вопрос:
— Понятно говорю?
— Как? — наконец разомкнул уста Наполеон.
— Понятно?
— Ты делать концерт. Ты хотеть я петь народная песня для твой концерт. Я петь песня для твой концерт, ты делать зачёт Шкловский, я и мой брат.
— А брат-то здесь причём? — опешил я.
— Брат играет на джембе. Тук-тук. Очень хорошо. Нет зачёт — нет концерт. Понятно говорю?
Вот сразу видно, что не комсомолец, никакой сознательности. Зачёт ему подавай! И ведь ни у кого-нибудь, а у Шкловского! Да я сам ему с трудом сдал. Шкловский вообще не подарок. Говорили, что по ночам он ловит новую элементарную частицу и оттого всякое утро угрюм и с мешками под глазами. Да и вечером не лучше. За помощью я снова отправился к Александру Сергеевичу. Застал его на кафедре, он пил чай с доцентом Златкиным. Я начал рассказывать о проделанной работе, профессор Соловушкин одобрительно кивал, а Златкин хихикал.
— Но без зачёта отказывается. Наотрез. А времени мало совсем остаётся. Александр Сергеевич, как бы решить этот вопрос?
— Вероятно, надо всем вместе навалиться и поднатаскать? — заволновался профессор.
— Не успеем! Быть может, убедите Шкловского общественной важностью? Опять же, зачем им физика? Они же с шахтостроительного!
— Сергей, так нельзя говорить. Вот представь, вернутся эти ребята на Мадагаскар, поручат им строить шахту, а как же они, не зная физики, будут рыть?
— Да не будут они ничего рыть, — доцент Златкин неожиданно пришёл мне на помощь, — Саша, сам подумай, с советским образованием они сразу на партийную работу пойдут.
— На партийную работу, сразу, бедняги, — сочувственно произнёс Соловушкин и вздохнул, — раз так, попробую договориться.
— Спасибо, Александр Сергеевич! Наполеон и Людовик Йилаймахаритр... вот тут написано.

Наполеона пришлось выслеживать весь следующий день, он был трудноуловим, как элементарная частица.
— Пойдём в клуб, репетировать!
— Как?
— Репетировать. Ну, песню свою споешь, мы послушаем, чтобы всё нормально было.
— Как?
— Так! Зачёт получил? Топай на репетицию, петь будешь.
— Два раза концерт? Тогда два зачет делай.
Я вспылил. Но бас-гитарист Лёха меня успокоил:
— Да всё будет по ништяку, не переживай. А если что — водки ему плеснём.

И вот, на самом видном месте вывешена яркая и со всеми согласованная афиша:

*** 15 ноября состоится интернациональный концерт фольклорной музыки! ***

В программе:

Баллада о матери
Исполняет дуэт "Мадагаскар"

Древние армянские мелодии в современной обработке
Исполняет Ю.Каспарян

Песни советских корейцев
Исполняет В.Цой

По краям афиши были нарисованы лемур и какой-то...
— Андрюха, а чего за эскимоса с гитарой ты тут подрисовал?
— Сам ты эскимос, — обиделся Кныш.


В день концерта я завозился в лаборатории и в студклуб прибежал, когда зал уже наполнялся. На сцене, как Лёха и обещал, сидели братья-мадагаскарцы. Наполеон изучал потолок. Людовик стучал ладонями по маленькому барабану. Получалось ловко, в зале создавалось правильное настроение. Помимо институтских, были и незнакомые личности, в том числе, длинноволосые поклонники Аквариума, а может и сама группа Аквариум, я тогда не различал. В середине первого ряда были отведены места для начальства, однако, не было известно, придут ли. Профессор Соловушкин заранее извинился, что не сможет, прочие отмолчались. Зато прибыла кафедра научного коммунизма в полном составе, но они уселись в глубине зала. Марк Борисович охранял начальственные места, просил меня помочь, желающих было пруд пруди, но мне было не усидеть на одном месте, я бегал то в фойе, то за кулисы. В кабинете Марка Борисовича у открытой форточки курили Цой и Каспарян. Я поздоровался и вышел, чтобы не мешать.

Концерт начался ровно в семь, у Марка Борисовича мероприятия всегда начинались вовремя. Свет в зале притушили и тут же в первый ряд просочилась стайка совсем юных существ, не иначе — восьмиклассниц.
Я посмотрел на Марка Борисовича.
— Вот и ладушки, — сказал он.
Тем временем Наполеон встал и громко объявил:
— Малагасийская народная песня "Мама".
И снова сел.
— Затянет сейчас своё занудство, — успел подумать я и зря. Барабанный ритм ускорился.
Первые же ноты меня ошеломили: до ми соль ля си-бемоль ля соль... и так далее, главный квадрат рок-н-ролла, Rock Around the Clock и тому подобное. Лишь чуть медленнее и с неким лиризмом, всё-таки, о маме человек поёт. Голос у Наполеона был тонкий, но точный, с творожным оттенком, который присущ лишь чёрным.
Зал хлопал в такт, все веселились. Братья допели, раскланялись, но не ушли.
— Американская народная песня "Билли Джин", — неожиданно объявил Наполеон и садиться на этот раз не стал. Великий М.Джексон использовал, полагаю, всякие технические примочки для своей главной записи. У Наполеона был только микрофон и брат-барабанщик, но получалось до безумия похоже. К тому же, он принялся время от времени выделывать какие-то несусветные телодвижения (оригинала я тогда ещё не видел).

Billie Jean is not my lover...

— А вот с этим можно уже и на гастроли, — сказал задумчиво Марк Борисович. Я не понял, о чем речь, но уточнять не стал. К концу песни Наполеона заметно пошатывало, но ритм он не терял. Я оглянулся на Лёху, Лёха мне подмигнул. Разглядел я в зале и Шкловского, в непривычно весёлом настроении.
Братьям хлопали так долго, что кто-то крикнул: хватит, а то Цоя не дождёмся!
Аплодисменты затихли. Братья ушли. На сцену вышли Цой и Каспарян, стали настраиваться.
Из зала кричали что-то фамильярное, как будто там сидели первейшие друзья Виктора. Я пытался понять реакцию музыкантов. Но у Цоя лицо было восточно-каменным, а Каспарян никуда не смотрел, кроме грифа своей гитары.
Но вот Виктор взял первый аккорд и улыбнулся. Всё в миг переменилось, всё лишнее растворилось в этой удивительной, в чём-то детской, в чем-то шалопайской и немного грустной улыбке...

Мы вышли из дома, когда во всех окнах погасли огни...

Бывает, когда сильно ждёшь чего-то, и вот уже началось, а ты ещё не веришь. Понимание пришло позже, во время концерта я был как белый лист, как губка, впитывал, внимал этим словам, лаконичным, если картина, то углём, и всё вроде бы просто, но это слова нового мира, который открывался мне. Не только песни Цоя становились мне ясны, но и тот же Аквариум. Теперь я уже не буду считать "простых пассажиров мандариновой травы" отдыхающими на осеннем газоне.

В нашем смехе, и в наших слезах, и в пульсации вен...

Ритм захватывал, даже без ошеломительного тихомировского баса. Мне нужна была эта музыка, в этом ритме порывалось биться юное моё сердце.

Я родился на стыке созвездий, но жить не могу...

И мог ли я или кто другой предположить, что совсем скоро эти самые ребята создадут "Группу крови" — самый грандиозный альбом русского рока. И что впереди переполненные стадионы, Асса, Игла, время перемен, и тридцать пятый километр латвийского шоссе, и астероид номер 2740.
Можно ли было представить в тот вечер, что лет, эдак, через тридцать пять я допишу текст, поставлю точку и включу "КИНО". Нет, сегодня не "Группу..." и даже не "Звезду...", а пусть это будет "46":

Знаешь, каждую ночь я вижу во сне море...

текст Сергей ОК
фото с того концерта, сделано то ли Федоровым, то ли Кнышем

5

Привет.

...Шёл второй месяц эпидемии...
Мой милый уютный госпиталь ощетинился белыми брезентовыми палатками сортировки пациентов перед двумя входами в госпиталь, кафетерий закрылся, посещения пациентов запрещены, плановые операции отменены, мои медсёстры мобилизованы в отделения больных с вирусом, предоперационная переоборудована под отделение для больных без вируса, интенсивная терапия превратилась в эпицентр боевых действий по спасению наиболее тяжёлых пациентов...
Изменился и персонал, доспехи и тяжёлые маски заглушили приветствия, моя расслабленная манера поведения с шутками-прибаутками, так ободряющая пациентов и их семьи, ушла в прошлое...мы стали использовать обходные коридоры с меньшей опасностью заражения.
Изменилось и расписание, я был переведён на казарменное положение резерва реанимации.
Нельзя, однако, преувеличивать — это были бои местного значения, несравнимые с героическими битвами итальянских или нью-йоркских медиков. Но — паранойя есть паранойя — и приятного в ней мало.
Так что ничего удивительного —сегодня утром я уехал в больницу мрачным, с отвратительным чувством необходимости исполнения своего долга в условиях недовольства собой и своей жизни.
Приехал, кесарево, старое испытанное средство по улучшению настроения — работа, сам воздух операционной — заставляют забыть о проблемах последних двух месяцев.
Кесарево, вообще, самый лучший антидепрессант — новорождённые заставят улыбнуться любого человека, даже самого мрачного...
Всё шло как обычно — спиналка, фотки, слёзы счастья, поздравления.
Всё как обычно — кроме новорождённого.
Точнее — его голоса.
Такого зычного баса услышать от мальчика тридцати секунд от роду я не ожидал. Причём к этому басу прилагалась пара ёмких лёгких и неутомимая диафрагма: раз взяв ноту, он тянул её с энтузиазмом оперного певца, не останавливаясь!!
Да, такому любые арии будут по плечу, решили мы и предрекли ему судьбу великого оперного певца типа Шаляпина или Паваротти...
Расти, малыш, споёшь в «Ла Скале» двадцать второго века ведущую партию в героической опере « Италия, 2020»...
Люди к этому времени будут жить долго и счастливо, для них Великая Пандемия 2020 будет простой и досадной деталью давненько подзабытой истории начала прошлого, немного варварского, века.
Той истории, в которой проживаем все мы.
И выживаем: должен же кто-то научить этого незаурядного крикуна правильно петь... @Michael Ashnin

6

Дали рэперу зелёный
Подмостили масть,
Станут сытыми ребята
В два динамика
Уйдёт вся страсть.

Тут без рифмы про постель,
Анатомия за час,
Нет ни соло и не баса
Ритм гитара
И соседский Васька.

Думка правильно идёт,
На коня вскочить и баста,
Девальвация искусства
Море денег - это ласка.

7

Про сериалы.

Вот сериал был обалденный "Понты,готовка и жратва",
Такой весёлый,современный,ну даже лучше,чем "Дом-2".
И про шпиона Сноу`дена "Прослушка,слежка и шантаж",
Про спорт "Как в Сочи обалденно!"
Про революцию "Крым наш!",
Потом "Проч руки от Дон-баса!",
Потом "Дон-бас не отдадим!",
Про секс "Пиндосы-лица с нетрадиционной сексуальной ориентацией"
И боевик "Как мы бомбим",
Ещё был триллер "Нефть и доллар",
Он и сейчас пока идёт,
Была комедия,не долго,"Не бойтесь,кризис не пройдёт!".
А летом что ещё покажут?
Ума вообще не приложу.
Анонса нет пока что даже,
Я за анонсами слежу.
Нам,так-то,много показали:
Кто там мерзавец,кто подлец.
Не сняться как бы в сериале
"Россия.Засуха.Конец."

8

Бумажкой в 500 евро навеяно...

Вольный пересказ инцидента, который произошел с певцами украинской хоровой капеллы „Думка” 8 декабря 2007 года в одном южнофранцузском городе.
К десятому дню гастролей во Франции взятые с собой припасы закончились, и артисты потребовали от руководителя ансамбля денег на поход в местный супермаркет. Составили список продуктов, руководитель, скрепя сердце, выдал новенькую купюру в 500 евро, и в длинной назидательной речи попросил очень бережно и экономно обращаться с валютой.
В супермаркет отправилось пять самых крупных и голодных мужиков. Закупили продукты, сложили их в три тележки, подошли к кассе. На кассе сидит молоденькая негритянка, пробила все по кассе. Старший группы, бас, протягивает ей новенькую купюру. Но то ли кассирша никогда не видела купюр в 500 евро, то ли у нее были такие инструкции, но она подумала, что деньги фальшивые, и нажала кнопку под кассой, чтобы вызвать охранников. Подошли охранники - два худосочных негра в засмальцованных джинсах, начали что-то лопотать на афрофранцузском наречии, а один попытался вырвать из рук 500-евровую бумажку. Тенор, который знал все об опасностях, подстерегающих наших туристов за границей, трагическим голосом громко прошептал: „Рекетиры!!!”
Ах, рекетиры! Ну, получайте!
Пара тумаков в лобешник и по темечку, и через несколько минут секьюрити лежат на полу, вопя благим матом, чтобы их не убивали.
Тем временем перепуганный менеджер супермаркета позвонил в полицейский участок, который находился по соседству, что покупатели скандалят с персоналом. В участке закончился развод, и начальник попросил двух уже переодевшихся в гражданскую одежду служителей заглянуть по дороге домой в магазин и навести порядок.
По происхождению эти полицейские были арабами-алжирцами и внешне выглядели как Аль-Каида с Бен Ладеном.
Когда они зашли в магазин, тенор, который знал все о темных сторонах дикого Запада, крикнул: „Рекетиры подмогу вызвали!!!” Бен Ладен начал орать, Аль-Каида толкнул баса и попытался забрать у него купюру.
Началась драка, в которой полицейские, изучавшие джиу-джитсу, медленно сдавали свои позиции дудочникам и флейтистам – землякам Кличко.
Менеджер в панике позвонил в городское полицейское управление, что на них напала русская мафия, пусть высылают местный ОМОН. Через пять минут, взвизгнув тормозами, возле магазина остановился микроавтобус, из него выскочили 10 одетых в черное спецназовцев: черные бронежилеты, черные каски с забралами из пуленепробиваемого стекла, черные автоматы с укороченными стволами наперевес.
Глядя в черные дула окруживших их автоматов, бас наклонился к баритону и прошептал:
- Ну, этим пятихатку придется отдать.
P.S. Инцидент прояснился быстро и безболезненно, виновницей была признана кассирша.

9

Корифея МХАТовской сцены Бориса Ливанова часто приглашали в Кремль на банкеты, однако, зная его буйную невоздержанность во хмелю, внимательно за ним наблюдали. Почувствовав момент, когда Мастер переходил "барьер самоконтроля", к нему тихонько подходил человек из органов и, шепнув на ухо: "Борис Николаевич, вас к телефону", уводил Ливанова к машине и отправлял домой.
Но, как рассказывают, однажды чекист замешкался, а Ливанов, торопясь взять своё, пока не увели, по-быстрому накачивался спиртным. Вот он пьёт водку - фужер за фужером - а "органиста" всё нет и нет. В конце концов Ливанов поднялся во весь свой немаленький рост - все притихли, ожидая тоста...
Большой артист долго качался над столом, обводя всех невидящим взором, затем всей мощью своего баса проревел: "Ну, где этот мудак с телефоном?!" - и рухнул без чувств.

10

СБОЙ В ПРИВЫЧНОЙ СХЕМЕ
Корифея МХАТовской сцены Бориса Ливанова часто приглашали в Кремль на
банкеты, однако, зная его буйную невоздержанность во хмелю, внимательно
за ним наблюдали. Почувствовав момент, когда Мастер переходил "барьер
самоконтроля", к нему тихонько подходил человек из органов и, шепнув на
ухо: "Борис Николаевич, вас к телефону", уводил Ливанова к машине и
отправлял домой.
Но, как рассказывают, однажды чекист замешкался, а Ливанов, торопясь
взять своё, пока не увели, по-быстрому накачивался спиртным. Вот он пьёт
водку - фужер за фужером - а "органиста" всё нет и нет. В конце концов
Ливанов поднялся во весь свой немаленький рост - все притихли, ожидая
тоста...
Большой артист долго качался над столом, обводя всех невидящим взором,
затем всей мощью своего баса проревел: "Ну, где этот мудак с
телефоном?!" - и рухнул без чувств.

11

Было уже далеко за полночь, когда хозяйка попросила одного из
своих гостей - известного баса что-нибудь спеть.
- О, нет, - запротестовал артист, - уже поздно, и это нарушит
покой ваших соседей.
- Да нет, уверяю вас, - заявил хозяйка. - К тому же неделю назад
эти бессовестные люди отравили нашу собаку.

12

Было уже далеко за полночь, когда хозяйка попросила одного из своих гостей -
известного баса что-нибудь спеть.
- О, нет, - запротестовал артист, - уже поздно, и это нарушит покой ваших
соседей.
- Да нет, уверяю вас, - заявил хозяйка. - К тому же неделю назад эти
бессовестные люди отравили нашу собаку.