Анекдоты про потому небо
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 77

1

Роскачество запустило сертификацию Muslim friendly для российских медучреждений
Роскачество, Карл!

Таджикистан - светское государство...
Узбекистан - светское государство ...
Туркменистан - светское государство...

Вопрос - откуда в РФ столько сверхновых россиян , которые "верующие" до болезненности?
Нет ли у уважаемой публики подозрения, что кто-то приплачивает за показную религиозность, а подобные "стандарты" где-то и кем-то лоббируются?
Десятилетиями мусульмане ходили в обычные государственные учреждения и, если и чурались, например, доктора-мужчину, то это было не напоказ и не придавалось этому значения вселенского масштаба.
Я, как агностик, ничего против не имею религий, но когда ради них начинают проминать, продавливать, подавлять - это напрягает.
Нет ли ощущения, что в России этими самыми "правоверными"создаётся очередной центр напряженности?
А может деятельность Роскачества требует правовой экспертизы с позиции Конституции РФ и Уголовного кодекса?

Я просто хотел сдать кал на яйцеглист. Базовая функция гражданина. Ты приносишь государству частичку себя, оно говорит, что ты чист, и выдает справку для бассейна. Сделка стара как мир.
Но мир, сука, изменился.
Двери поликлиники №14 разъехались с тихим вздохом, и меня ударило в лицо густым запахом благовоний, хлорки и плова.
Бахильный автомат был заклеен крест-накрест синей изолентой. Рядом стоял бородатый чоповец в тюбетейке, натянутой поверх уставной кепки охранника.
— Обувь снимаем, брат. На ковер в ботинках нельзя.
— Какой ковер? — я моргнул. Весь вестибюль был устлан персидскими коврами.
— По стандарту Роскачества, — гаркнул охранник, поигрывая дубинкой. — Разувайся. И омовение ног в кабинете 112. Без штампа об омовении регистратура не принимает.
Я сглотнул. Баночка в кармане предательски остывала.
Я снял кроссовки. Пошел в носках мимо гардероба. В нос ударил новый запах. У стены, где раньше висел плакат «Профилактика гонореи», теперь дымился гигантский казан. Две медсестры в белоснежных халатах до пят методично рубили морковь.
В очереди в регистратуру стояло человек двадцать. Все в носках. Тишина стояла такая, будто мы ждали не талончиков к терапевту, а Страшного Суда.
Окно регистратуры. За стеклом — Зинаида Петровна. Я знал ее десять лет. Ее монументальный бюст, ее фиолетовый перманент. Теперь перманент был скрыт строгим, хирургически стерильным хиджабом, на котором криво болтался бейдж «Зейнаб Петровна, регистратор высшей категории».
— Мне бы в лабораторию. Кал сдать, — прошептал я.
Она подняла на меня глаза. В них плескалась многовековая скорбь российской бюрократии, помноженная на новые стандарты.
— Направление. И сертификат халяльности исходного продукта.
— Чего? — мой голос дал петуха.
— Того! — рявкнула Зейнаб Петровна, привычно срываясь на родной поликлинический лай. — Вы чем вчера питались, больной? Если в анамнезе сосиски «Докторские» или пельмени по-домашнему со свининой — биоматериал считается харамным! Лаборатория такое не центрифугирует! У нас центрифуги освящены!
— Я ел гречку! — в отчаянии соврал я. — Только гречку! Клянусь!
— Глаза не прячь. Дыхни.
Она высунула в окно прибор. Я дыхнул. Прибор пискнул.
— Спиртосодержащим ополаскивателем для рта пользовались? — прищурилась она.
— Утром. Чуть-чуть.
— Алкоголь! — Зейнаб Петровна ударила по клавиатуре так, словно забивала гвоздь в крышку моего гроба. — Биоматериал скомпрометирован.
— Послушайте! — я схватился за стекло. — Это просто говно! Мое говно! Там нет алкоголя, я не пил его, я им зубы полоскал! Мне в бассейн надо!
— Бассейны теперь раздельные, — отрезала она. — Четные дни мужские, нечетные женские. Кал понесете в 314-й кабинет. Идите по зеленой линии. Если начнется призыв на молитву — падайте ниц, иначе санитары зафиксируют. Следующий!
Я отвалился от окна. Баночка в кармане пульсировала, как сердце Эдгара По.
Я шел по зеленой линии. Мимо проносились каталки. На одной лежал дед. Ему ставили капельницу. Из капельницы капало что-то мутно-белое.
— Кумыс внутривенно, — деловито объяснял врач интернам, пробегая мимо. — Стандарт Muslim Friendly 4.0. Отлично чистит чакры и тромбы.
Возле 314-го кабинета стоял турникет. Рядом — аппарат, похожий на рамку металлоискателя.
На двери табличка: «Прием биоматериалов. Строго по кибле».
Я шагнул в рамку. Она загорелась красным и завыла дурным голосом.
Из кабинета выскочил лаборант. Худой, бледный, с безумным взглядом человека, который за месяц прошел курсы повышения квалификации от Минздрава и Совета муфтиев одновременно.
— Что у вас?! — зашипел он. — Что звенит?!
— Баночка, — пролепетал я, доставая свой пластиковый Грааль.
Лаборант выхватил ее. Поднес к свету флуоресцентной лампы. Принюхался через пластик.
— Крышка красная, — вынес он приговор.
— И что?
— Цвет нетерпимости. Цвет агрессии. У нас стандарт. Крышка должна быть зеленой. Или белой. Вы оскорбляете чувства других пациентов своей красной крышкой. Более того... — он потряс баночку у моего уха. Там глухо стукнуло. — Вы собирали это... стоя?
Мир вокруг меня начал схлопываться. Линолеум поплыл. Ковры начали извиваться, как фрактальные змеи. Запах плова смешался с запахом моей паники.— Я сидел на унитазе... — прошептал я.

— Унитаз был ориентирован на юго-восток? Вы произнесли формулу очищения перед процессом? Вы подмывались или использовали туалетную бумагу? — лаборант наступал на меня, его глаза вращались. — Бумага — это макулатура! Там могли быть напечатаны запретные тексты! Ваш кал идеологически нестабилен! Мы обязаны отправить его на теологическую экспертизу в комитет по фетвам!
Он потянулся к тревожной кнопке.
Инстинкт выживания сработал быстрее мысли. Я вырвал баночку из его рук. Развернулся. И побежал.
Я летел по коридорам. Скользил носками по персидским коврам. Перепрыгивал через пациентов, которые по расписанию радиоточки внезапно рухнули на пол в земном поклоне прямо посреди очереди на флюорографию.
— Держи его! У него нехаляльный кал! — орал позади лаборант.
— Харам! — вторила ему Зейнаб Петровна из регистратуры.
Я вышиб стеклянные двери плечом. Вылетел на крыльцо. Босиком. В одних носках на мокрый российский асфальт.
Сзади двери с шипением закрылись.
Я стоял на улице. Дул ледяной ветер. В одной руке я сжимал кроссовки. В другой — пластиковую баночку с красной крышкой. Мой личный, несертифицированный, идеологически нестабильный протест против свихнувшегося мира.
Я посмотрел на баночку. Посмотрел на серое небо. И засмеялся. Громко. Истерично.
Потому что бассейн мне на хер был не нужен. Я просто хотел знать, что я еще жив.
И я, каналья, был жив как никогда.

2

Когда полёт ещё выглядел как гостиная, а ощущался как лотерея

Есть старые фотографии, на которых ранняя гражданская авиация выглядит почти уютно: шторки на окнах, аккуратные салоны, кресла, больше похожие на мебель из веранды, чем на часть машины, летящей сквозь небо. И в этом есть особая ирония эпохи: внешне перелёт напоминал светский выезд, а по сути оставался испытанием на выдержку. Лёгкие плетёные кресла действительно использовались в ранней пассажирской авиации, потому что были практичными и не слишком тяжёлыми, но сама романтика на борту заканчивалась ровно в тот момент, когда самолёт начинало трясти в воздухе.

Если говорить о середине 1930-х, небо тогда уже делало шаг к современности, но до комфорта XXI века было примерно как от керосиновой лампы до смартфона. Тот же Douglas DC-3, впервые поднявшийся в воздух в 1935 году и пошедший в эксплуатацию в 1936-м, считался прорывом и мог идти на крейсерской скорости примерно от 155 до 190 миль в час, то есть около 250–305 километров в час. Это уже было быстро по меркам времени, но всё равно оставалось полётом, где пассажир отлично чувствовал и погоду, и высоту, и характер машины.

Главная разница с сегодняшними рейсами была в том, что большинство пассажирских самолётов тех лет ещё не имели герметичных кабин. Это означало не только меньший комфорт, но и зависимость от более низких высот, турбулентности и погоды. Первый пассажирский авиалайнер с герметичным фюзеляжем — Boeing 307 Stratoliner — полетел только в конце 1938 года и вышел на линии в 1940-м. До этого гражданская авиация действительно летала красивее на открытках, чем в ощущениях пассажира: ниже, шумнее, жёстче и гораздо ближе к стихии.

Именно поэтому перелёты почти сто лет назад так цепляют воображение. На снимках — почти салон для аристократов, в реальности — техника, которая ещё только училась быть надёжной. Люди садились в самолёт не просто ради удобства, а ради самого ощущения будущего, даже если это будущее трясло, шумело и зависело от ветра сильнее, чем хотелось бы. В те годы полёт был не рутиной, а маленьким актом доверия машине, пилоту и удаче. И, наверное, в этом вся красота той эпохи: она умела продавать риск как роскошь.

Из сети

3

Супруга французского лидера Бриджит Макрон двусмысленно пожаловалась на тоску в Елисейском Дворце, потому что «Трудно разглядеть ГОЛУБОЕ небо»

Карге обрыдло ныне во Дворце.
Померкло небо ГОЛУБОЕ в подлеце.
Умишком хилым не способна допереть.
Не позволяет Эмма почему то поиметь?

Не стал ли уж негодник натурал?
Придётся из Дворца бежать,крича «Аврал»!
Макроном ларчик просто открывался –
на четверть века ведьмы помоложе оказался.

Борозду конь старый часто портит.
Член Бриджит теперь мышей не ловит!
Потому недавно к мальчуганам смело
улизнул от клячи Президент «на лево»!

4

Ежа голой жопой не испугаешь! (Русская народная поговорка)

В армии у всех было много смешных историй, моя служба тоже не исключение.
Строили мы систему на границе с Ираном, лето, жара куча ползущих гадов: гюрзы, скорпионы и фаланги.
Естественно, встречаться с ними никому не хотелось, но они были повсюду.
Поэтому прежде чем утром засунуть ноги в сапоги, необходимо было постучать обувью об пол, и почти всегда оттуда вываливался недовольный скорпион.
Сходить до ветру на природе тоже квест ещё тот, надо было проверить территорию в радиусе пяти метров, чтобы избежать неожиданностей. Но когда прижимало, то некоторые забывали про все эти меры предосторожности.

Законный обед, мы дремлем под деревом, летеха читает увлекательную книжку, идиллия полная.
Тут Мики припекло сходить до ветру. Летеха напомнил ему быть повнимательнее, на что Мики просто махнул рукой и побежал, быстро расстёгивая штаны на ходу.
Понимая, что добежать за скалу он не успевает, присел рядом с тропой, Но, чтобы не загадить её, решил задницей раздвинуть высокую траву и дал залп.
Тут же он почувствовал, что кто-то ужалил его в задницу и затем с шелестом и недовольным шипением уполз в траву.

Идиллию разрушил дикий вопль Мики. Он нёсся со спущенными штанами с криком:
- Гюрза! Помогите!
Сыворотки с собой не было, до заставы три километра.
Летеха встал и посмотрел на задницу Мики, на которой красовались несколько красных точек, потом зачем-то приложил пальцы и измерил расстояние между точками. После этого раздвинул руки в стороны, как рыбак, и сказал:
- Гюрза не меньше метра!
Мики выл и продолжал твердить одну фразу:
- Помогите! Помогите! Сыворотку принесите!
Летеха, почесав затылок, продолжил:
- Нет это точно не гюрза.
Мики немного успокоился, но летеха с серьезным выражением лица продолжал:
- Скорее, это эфа, метра полтора! Сыворотка не поможет, надо срочно отсасывать яд!

Мики повернулся к нам голым задом и заголосил еще сильнее:
- Пацаны! Отсосите! Отсосите!
Все стали шарахаться от Мики, не торопясь отсасывать яд, а он поворачивался то к одному, то к другому, повторяя свою просьбу.
Нам еще деды рассказывали байки, что видели на нашем участке эфу, укус которой - это прямой путь на небо, но летеха нам еще давно объяснил, что самое северное место, где их видели - это Ленкорань, а у нас они не водятся.

Но байка про эфу сильно засела в мозгу у многих.
Мимо прошёл поезд на Ереван, и пассажиры в окнах с удивлением смотрели на картину, где солдатик со спущенными штанами пугает голой жопой других, которые шарахаются от него как от чумы.

Летеха наконец то сжалился над Мики, сказав, чтобы он не переживал, это не змея точно.
Мики с трагическим лицом прекратил скулить, но стоял почему-то так же, со спущенными штанами.
Летеха сказал промыть ранки, после чего взял лопату и пошёл посмотреть на то место, где Мики якобы встретился с гюрзой.
На месте нашлись лишь нора недалеко от тропы и несколько иголок дикобраза, которые он принёс с собой и показал нам.
Мики уже успокоился, натянул штаны и, вытирая слёзы, сказал:
- Ссуки! Нет у меня друзей больше!
Потом взял лопату и пошёл охотиться на дикобраза, повторяя фразу:
- Убью ссуку!
Убивать никого ему не пришлось, потому что испуганный обосранный дикобраз со страху выскочил на рельсы и погиб под колёсами поезда Баку-Ереван.
Летеха глубокомысленно изрёк:
- Не вынес, бедняга, позора! Мики, ты довёл до суицида животинку, тебе её и закапывать.
Мы ржали и катались от смеха, а Мики шипел:
- Ссуки! Бляди! Мудаки!

Мики после этого случая получил погоняло "Отсосити", что хорошо рифмовалось с его именем Митя.
Иглы, которые он подобрал на месте, были бережно отмыты и уложены в дембельский чемодан как память.
А эта история стала байкой и изменила поговорку.
Теперь, когда хотели сказать, что нам не страшны угрозы, говорили:
- Это как дикобраза голой жопой Мики пугать!

Всем хорошего дня!
13.04.2026 г.

5

Может ли парусное судно двигаться быстрее ветра? На первый взгляд — нет. Если тебя толкают, как можно обогнать того, кто толкает? Интуиция говорит: никак. Но интуиция врёт.

Современные гоночные яхты и буеры делают это регулярно. Всё потому, что парус перестал быть мешком.

Прямой парус, которым пользовались ещё египтяне, работает как парашют: ветер дует в него — судно плывёт. При таком раскладе обогнать ветер нельзя. Это самый медленный курс. Но косой парус — латинский, бермудский — работает как крыло самолёта. Ветер обтекает его, отклоняется, и возникает сила не по ветру, а перпендикулярно ему. Та самая подъёмная сила, которая поднимает в небо «Боинг».

Если судно идёт под острым углом к ветру, эта сила тянет его вперёд. И чем быстрее оно идёт, тем сильнее встречный поток, который складывается с настоящим ветром. На парус начинает дуть вымпельный ветер — сильнее истинного и под более удобным углом. Судно само себе поддувает.

Для этого нужны два условия. Парус-крыло, который не вытягивается под нагрузкой. Раньше шили из хлопка — он терял форму. В 1970-х появились кевлар и карбон. Теперь парус — это композитный профиль, который держит геометрию при любых нагрузках. И способность не сноситься вбок. Килевые яхты держатся за счёт балласта, катамараны — за счёт широкой базы. А буеры — парусники на коньках — вообще почти не имеют сопротивления. Они разгоняются в пять-шесть раз быстрее ветра.

Спор длился больше века. В конце XIX века немец Герлах доказал возможность теоретически. В начале XX века американец Херрешоф построил модель, которая показала скорость выше ветра. В 1960-х в СССР физики и математики обсуждали это на страницах журнала «Катера и Яхты» и вывели строгую теорию. Теперь спора нет.

Гоночные катамараны идут в два с половиной раза быстрее ветра. Буеры ставят рекорды, о которых в XIX веке не мечтали.

Прямой парус и попутный ветер — технология пятитысячелетней давности. Косой парус и ветер сбоку — аэродинамика, которая позволяет обгонять того, кто тебя толкает. Парадокс, который работает.

6

Старлинк — вчерашний день. Что такое Direct to Cell

Пока мы обсуждаем терминалы Старлинк, американцы разворачивают следующее поколение — Direct to Cell. Это связь напрямую со спутником через обычный смартфон по стандартному LTE в диапазоне 1,9–2,2 ГГц.

На орбите уже более 650 спутников Direct to Cell. Украина стала первой страной, где Киевстар запустил эту технологию в ноябре 2025 года. Пока работают только SMS, голос и передача данных обещаны в ближайшее время.

Чем это отличается от обычного Старлинка? Всем. Терминал Старлинк — это тарелка на крыше, которую можно найти, конфисковать. Direct to Cell — это любой из миллиардов смартфонов на планете. Попробуйте найти.

Да, пока нужна наземная инфраструктура оператора — так называемый gateway и операторское ядро. Но спутники Starlink связаны между собой лазерами (ISL) и могут передавать данные через тысячи километров на gateway в Польше или Техасе. Локальная инфраструктура в стране пользователя не нужна.

Нужно ещё операторское ядро (core network) для аутентификации SIM-карт, маршрутизации трафика и подключения к телефонной сети. SpaceX уже решает эту проблему. В сентябре 2025 года компания приобрела собственный радиочастотный спектр (AWS-4, H-block).

Они движутся к тому, чтобы стать полноценным виртуальным оператором с собственным ядром в облаке. Когда это случится — любой человек просто скачает eSIM на обычный телефон и получит связь, которую невозможно отключить изнутри страны.

Просто выключить базовые станции не поможет — телефону вышки не нужны, он смотрит на небо. Отключение наземного интернета тоже бесполезно — данные идут через космос. Искать устройства сложно — это обычные телефоны, которых миллионы, хотя при передаче они излучают сигнал, который теоретически можно засечь. GPS-уязвимость, которая работала против терминалов, здесь отсутствует.

eSIM-профили будут раздавать в посольствах или распространять через мессенджеры, пока интернет ещё работает. Сами телефоны — обычные, их ввозить не надо.

Это уже более серьёзный технологический вызов, чем Старлинк. Запретить не получится — запрещать нечего, это обычные смартфоны. Контролировать невозможно — инфраструктура за пределами досягаемости.

Нужны асимметричные ответы. Потому что текущими технологиями эту проблему уже не решить.

7

Её зовут Тилли Смит. И она доказала, что один школьный урок может стать разницей между жизнью и смертью..

Утром 26 декабря 2004 года Тилли гуляла со своей семьёй по пляжу Май Кхао в Пхукете, Таиланд. Это был их первый совместный зарубежный отпуск — рождественский подарок.

Пляж был прекрасен. Погода — идеальной. Но что-то было не так.

Тилли заметила, что море ведёт себя необычно.

«Оно не было спокойным и не уходило и не возвращалось, — вспоминала она позже. — Оно просто приходило и приходило».

Вода стала пенистой, «как пена у пива», — говорила она. «Она будто шипела».

Любой другой 10-летний ребёнок просто удивился бы. Тилли точно знала, что это значит.

Всего за две недели до этого на уроке географии в школе Danes Hill в графстве Суррей их учитель Эндрю Кирни показал классу чёрно-белые кадры цунами 1946 года, разрушившего Гавайи. Он объяснил признаки надвигающегося цунами: необычное поведение океана, сильное отступление воды, пузырящуюся пену.

И именно эти признаки Тилли увидела перед собой.

Она начала кричать родителям: «Будет цунами!»

Ей не поверили. Никакой волны не было видно. Небо было ясным. Пляж — спокойным.

Но Тилли не сдавалась. Она становилась всё настойчивее и напуганнее.

«Я ухожу, — сказала она. — Я точно ухожу. Цунами будет».

Её отец, Колин, услышал тревогу в её голосе и решил довериться дочери.

По совпадению рядом оказался японец, говоривший по-английски. Он услышал слово «цунами» и вспомнил, что недавно в новостях говорили о землетрясении на Суматре. «Думаю, ваша дочь права», — сказал он.

Колин сообщил персоналу отеля. Пляж начали срочно эвакуировать.

Мама Тилли, Пенни, уходила одной из последних. Ей пришлось бежать — вода уже неслась за ней.

«Я бежала, — вспоминала она, — и думала, что сейчас умру».

Им удалось добраться до второго этажа отеля буквально за секунды до удара волны.

А потом пришло цунами.

Высотой около 9 метров.

Всё на пляже — лежаки, пальмы, обломки — было смыто в бассейн и дальше. «Даже если бы ты не утонул, — говорила позже Пенни, — тебя бы обязательно ударило чем-нибудь».

Цунами в Индийском океане в 2004 году унесло жизни более 230 000 человек в 14 странах. Целые пляжи Пхукета были уничтожены. Погибли тысячи людей.

Но на пляже Май Кхао не погиб ни один человек.

Потому что 10-летняя девочка внимательно слушала на уроке географии.

Тилли назвали «Ангелом пляжа». Она получила специальную награду Томаса Грея от Морского общества, была признана «Ребёнком года» французским журналом, выступала в ООН и встречалась с Биллом Клинтоном.

Её история сегодня изучается в школах по всему миру как пример того, почему образование в сфере безопасности жизненно важно.

Её отец Колин до сих пор думает о том, что могло бы случиться. «Если бы она нам не сказала, мы бы просто продолжили прогулку, — говорит он. — Я уверен, мы бы погибли».

Сегодня Тилли 30 лет. Она живёт в Лондоне и работает в сфере аренды яхт.

И до сих пор она говорит, что всем обязана своему учителю географии Эндрю Кирни.

«Если бы не мистер Кирни, — сказала она в ООН, — я, скорее всего, была бы мертва. И моя семья тоже».

Две недели. Один урок. Сотни спасённых жизней.

Из сети

8

В продолжение вчерашней истории про школьную любовь...

Надо сказать что процесс обольщения Аллочки столкнулся с еще одной проблемой.
Я хоть и был спортивным симпатичным парнем с которым интересно потренироваться и поговорить, но социальное расслоение было уже и в то время.
Хоть у меня и были модные шмотки благодаря моей тете которая снабжала меня ими, но в остальном как в поговорке про латыша у которого хуй да душа.
Шахтеры в то время были зажиточными людьми, практически в каждом доме мотоциклы и не по одному, машины, цветные телевизоры и модная электроника, благо зарплаты позволяли им это иметь.
Плюс постоянные поездки в санатории и на моря.

Первый раз я почувствовал что мои шансы кардинально уменьшаются, когда паренек на год младше меня, который перешел в нашу школу весной, приехал утром на стадион на новеньком ИЖаке с коляской.
Затем после тренировки он отвез их с Натахой домой.
Вот казел этот Сережа (имя изменено), интересно на кого он положил глаз?
Потом я его заметил болтающим на перемене с Аллочкой.
Через неделю он опять приехал но уже с маленьким новеньким японским кассетником Сони, естественно все внимание было приковано к магнитофону.

В школе я поинтересовался что за мудак этот Сережа?
- Ты че Шлем, это сын нового заместителя директора шахты, у него дома и Шарп двухкассетник есть и даже телевизор плоский который на стену вешается.
Это было круто или даже мегакруто по тем временам.
Целый день я был в раздумьях.
Хотя Аллочка пока и не велась на него, потому что по внешности он мне проигрывал вчистую.
Он был толстоват, ни разу не мог подтянуться и бегал как Винни Пух, но во всем остальном он меня опережал на световой год по тем временам.
Но это пока, я понимал что вода камень точит и бабло может победить.
Тренировки продолжались, но мысль что надо стремиться и заработать денег чтобы повысить свой социальный статус в глазах Аллочки засела крепко.

В начале учебного года в десятом классе, в дополнение к урокам труда у нас ввели предмет Профессиональное ориентирование, где рассказывали о разных профессиях.
Представители разных профессий рассказывали нам о своей работе, и как то раз к нам в гости пришел директор шахты со своим замом.
В этот год как раз отмечали юбилей, сорок лет с момента открытия шахты.
Нас всех десятиклассников собрали в актовом зале и директор двинул пламенную речь.
- Дорогие выпускники, вы знаете что труд шахтера почетен и уважаем, поэтому мы предлагаем вам присоединиться к нашей дружной семье.
- Уголь как и нефть это кровь экономики, а наш самый лучший в мире Антрацит который мы здесь добываем практически весь идет на экспорт и мы приносим стране валюту!
- Что такое шахтерский труд? Это достойная оплата и социальные гарантии, бесплатные санатории, возможность улучшить свое материальное положение, приобрести мотоцикл, машину по льготной очереди и если вы отучитесь от шахты и прийдете к нам и отработаете десять лет, получите подземный стаж и потом станете получать достойную пенсию.

Меня эта часть его спича заинтересовала и я не удержался и задал вопрос.
- Ну если после бурсы прийти работать к вам, через сколько можно скопить на Чезет например?
- Ну я думаю за года полтора это точно, на ИЖа можно заработать и раньше.
- Да что там на ИЖа, за пять семь лет можно накопить на Москвича или Жигули!

Он еще долго рассказывал про шахту, сыпал непонятными для меня терминами проходчики, гросы, маршейдеры, лава, штрек, но я его не слушал а калькулировал в голове.
Человек десять в том числе и я изъявили желание поближе узнать что такое труд шахтера.
А на последок он рассказал анекдот который я запомнил.
Идет подвыпивший моряк видит шахтера с двумя барышнями, решил докопаться.
Толкнул, предложил пройти за угол где он пообещал показать ему как бушует Тихий океан.
Шахтер хмыкнул и говорит дамам чтобы подождали минутку.
Заходят за угол, грохот, через минуту выходит шахтер, отряхивает руки и говорит - Он решил мне показать как бушует Тихий океан, я ему показал как рушится лава.)

На следующий день когда мы шли на экскурсию на шахту я размышлял, может быть и правда пойти подзаработать денег на шахте?
Купить мотоцикл и японский магнитофон и тогда Аллочка точно никуда не денется.
Почему то я был уверен что Аллочка будет ждать когда я заработаю.)
Пришли на комбинат где нам предложили переодеться.
На вопрос нафига, ответили что возможно нам разрешат спуститься в шахту посмотреть так сказать изнутри.
Разделись до трусов, нам выдали со склада новую робу, каску, фонарь, самоспасатель с респиратором и новые резиновые сапоги с перчатками.
Старый инженер по т/б внимательно наблюдал чтобы мы не подходили к своим вещам, и как потом он пояснил чтобы никто не пронес с собой зажигалку или спички.
Двадцать минут инструктажа свелись к одной мысли что нам малолетним долбоебам нужно только слушать его и ни в коем случае ничего не трогать руками.
На вопрос можно ли нам спускаться в шахту, ответил что так как нам уже по семнадцать лет есть то спуститься и посмотреть можно.
- Мы спустимся и постоим на нижнем горизонте у выхода из клети и посмотрим так сказать на шахту изнутри, тем более руководство в курсе и согласовало.

По пути из комбината к месту спуска, я уже начал понемногу сомневаться в своих чувствах и желании заработать хорошие деньги в шахте.
Моя уверенность таяла с каждым ответом сопровождающего нас инженера.
- А взрывы в шахте бывают?
- Бывают, но наша шахта безметановая.
- А ЧП бывают?
- Бывают, как же без них, и обвалы бывают, но у нас отличный горноспасательный отряд, да и выходов из штольни много
- А клеть не оборвется?
- Да не должна,)
Я все чаще стал оглядываться на небо и солнышко, понимая как это прекрасно дышать свежим воздухом а не угольной пылью через респиратор.
В голове крутилась песня.
....Гудки тревожно загудели, народ к стволу валит толпой, а молодого коногона несут с пробитой головой!
Многие пацаны тоже хорохорились но я понял что не я один но и некоторые тоже не горят желанием спускаться под землю.
Но гуртом и батьку бить легче, сваливать первым никто пока не решился.
- А глубина шахты большая?
- Нижний горизонт километр в глубину и штреки тянутся на десять километров в стороны!
- А долго опускаться?
- Да минут двадцать примерно.

Етить колотить!
Я понял что гипотетический секс с Аллочкой не стоит такого риска и мучений, так что пора поворачивать назад, но все таки хотелось что бы первым повернул кто то другой
Пока ждали клеть, инженер рассказывал что он помнит как в осенью сорок третьего шахтеры в ручную добывали уголек тонну за тонной, на лошадях тащили вагонетки и он пятнадцатилетним пареньком пришел на шахту работать коногоном и дорос до инженера.
- А сейчас здесь сказка, уголь рубит комбайн, под землей снуют поезда и всюду автоматика.
В голове сменился репертуар и почему заиграла песня про колокольчики бубенчики ду-ду, где я сегодня на работу не пойду.)

Наконец пришла клеть, открылись ворота и оттуда вышли настоящие черти из преисподней, но только злые и заебаные, отработавшие трудную восьмичасовую смену.
Видны были только их глаза как у негров и след от респиратора вокруг рта и носа.
Посмотрев на нас пустым усталым взглядом, они громко матерясь пошли в здание комбината.
Когда я их увидел то впервые понял, что человека ежедневно спускающегося в ад и постоянно рискующего жизнью испугать уже ничем невозможно.
Наверное поэтому шахтеры такие бесстрашные и безбашенные люди?

Чезет за полтора года?
Да хоть Ява с Жигулями, но так ебашить изо дня в день я не смогу и не хочу, да и Аллочек будет еще очень много.
Скажут что я зассал? Да похуй!
Развернувшись через левое плечо и сказав спасибо, я и еще двое одноклассников рванули за ними в комбинат.
Переодевшись и выйдя на улицу я с наслаждением закурил Нашу Марку.
Я любовался голубым небом, ярким солнышком с радостью смотрел на резвящихся в луже воробьев.
Жизнь прекрасна!
Хотя я и понял что проиграл эту битву как Эллочка Людоедка Вандербильдихе, но проигравшим себя не чувствовал.

Постепенно понемногу я прекратил бег по утрам, засел за учебники решив плотно готовиться к поступлению в военное училище.
В глубине души я понимал что там и в моем сердце места Аллочке уже нет.
Человек пять из класса все таки пошли работать в шахту где и оставили свое здоровье.
А что Аллочка?
А она через два года после школы таки вышла за этого мажора замуж и живет счастливо.
Хрен с ним что не красавец, зато богатый!
Так что не делается, все к лучшему!

Всем хорошего дня!

05.11.2025 г.

P.S. История была написана в августе ко Дню Шахтера, но вышла только сейчас.

9

На полпути к Луне

Машка проснулась от громкого голоса. Голос звучал у неё в голове:
- Кочеткова Мария Яковлевна! Правительство Российской Федерации доверяет вам участвовать в полёте на Луну на международном космическом корабле «Миру - Мир», как представителю российского народа.
Состав экипажа:
ИИ фирмы Ляо Сунь, Китай — командир корабля и первый пилот.
Цурен Умитбаев, Монголия — второй пилот, погонщик циклофазотронного двигателя на ленивых нейтронах.
Джон Болл, США — бортмеханик, специалист по ремонту бытовой техники.
Кочеткова Мария Яковлевна, РФ — бортмедсестра с полномочиями медбрата.
Вам надлежит явиться на космодром Байконур сегодня в 12-00, к началу торжественного митинга. Форма одежды — парадная. Полёт начинается сразу по окончании митинга.

Что сказал Командир в ответном слове, было не совсем ясно, потому как говорил он в двоичном коде.
- To be or not to be - is no longer a question! — сказал Джон, а Машка завопила: - Поехали!!!
И вот отгремело прощальных речей торжество. Гремит «Время, вперёд!»: Трам! Трам папапам пам пам! — и экипаж в серебристых скафандрах поднимается на лифте вдоль огромной стрелы ракеты к люку кабины, помахивая руками телевидению.

ИИ: - Ключ на старт!
Цурен: - Какой ещё ключ?
Джон: - 17х19!
ИИ: - Джон, это — не стиральная машина. Традиция такая, с тех пор, когда кабину корабля запирали, после того как туда запихивали экипаж.
Джон: - Ну и почему это не может быть именно ключ 17х19? В хозяйстве пригодится.
ИИ: - Джон, мы ещё не взлетели, а ты меня уже достал!
Машка спасает положение тем, что опять орёт: - Поехали!!!, - Цурен запускает двигатель: - Цоб-цобе! — и корабль взмывает в небо.

Полдень по бортовому времени, на полпути к Луне.
ИИ: - Ну вы, белковые, жрать идите! Корми тут вас…
Джон: - А ты, узкоглазый, сам-то втихаря сколь ампер-часов сожрал? В крестики-нолики он играет.
ИИ — Ну, ты меня достал! — Вырубает искусственное тяготение и резко тормозит. Тарелки с космохряпой прилипают к потолку — не считая той, которая прилипает к морде Джона.
Джон: - Ах, ты так, гад! Ну, держись! - Он протирает от хряпы глаза, бросается к клаве и начинает играть на ней «Собачий вальс».
ИИ: - О-о, только не это! — из-под панели пробивается струйка дыма, и корабль кувыркается, как Ванька — Встанька. Цурен летит в угол и случайным пинком врубает движок на полную мощность. Корабль с жутким визгом, которого в вакууме не слышно, рванул обратно, к Земле. Джон кидается к панели ИИ — увы!
— Ну и как я без ключа на 17 доберусь до этого Искусственного Идиота?! — и Машка понимает: пришёл её звёздный час!
- Вызываю огонь… Не, беру командование на себя! Перехожу на ручное управление. — и на правах медбрата изо всех сил тянет ручной тормоз.

- Машка! Машка! Машка, етить твою мать, ты чего меня за хер тянешь? Приснилось чё, што ли?

10

Приятель мой старинный- Лёха, Алексей Михайлович рассказал. Под пиво на даче- после бани.

- Вчера знаешь, фильм старый пересмотрел- «Последний дюйм» - не помнишь такой? Ещё в конце пятидесятых на Ленфильме снят был- по рассказу Джеймса Олдриджа. Там отец сына взял с собой- слетать контрабандой на Красное море, акул поснимать. Хорошо оплачивалось. Так вот отца этого акулы маленько обожрали, и десятилетнему пацану пришлось вначале волочь тяжело раненого папу по пляжу на полотенце- до самолёта, а потом ещё и вести этот самолёт домой самостоятельно- ибо об их присутствии в районе никто не знал, и если бы они не выбрались, то гарантировано погибли бы оба. Правда не помнишь?

- Да помню, конечно. И фильм видел, и книгу читал- хорошо написано- ну Олдридж вообще сильный писатель.

- Вот и вспомнилось- у меня была похожая ситуация- это на тему, как мальчики превращаются в мужчин. Летом семидесятого года – я как раз первый класс в школе закончил, родители взяли отпуска вместе, и сняли дачу недалеко от Залива- там на электричке до Солнечного две остановки. Полдома в уютном посёлке, вход свой, отдельный, до платформы пешком три минуты, магазин рядом- даже качель на нашей половине участка. Красота.

- В тот день мы с утра, после завтрака решили съездить на пляж, на Залив- выкупаться. Солнце, песочек, будний день- на пляже почти никого. Мы с сестрёнкой бултыхались взахлёб- я ей потом на берегу крепость из песка построил. Это говорю, принцесса- твой замок. Отец завалился загорать – он вообще к этому делу серьёзно относился – с конца марта ездил загорать на Петропавловку – и к маю был уже коричневым. А матушка что- то там колдовала с бутербродами в сумке. Семейный отдых называется. Компоту банку с собой прихватили.

- С бутербродами однако не получилось, и Танька – сеструха моя младшая, раскапризничалась- поехали домой уже, говорит! Хватит, наотдыхались. Мать засобиралась уходить, а отец лениво- «Ну куда мы поедем, день только начинается». В общем так – Танюха с матерью поехали назад, на дачу, а я остался с отцом – загорать и купаться. Ну лето всё- таки. Отец лежит себе на топчанчике, а меня из воды за уши не вытянуть- жарко безумно, парит- дышишь через раз- в Ленинграде это верная примета- скоро гроза начнётся.

- Отец сходил к торговому павильончику- кого он там встретил, знакомых? Но видать сходил не за лимонадом, с собой пивка принёс, и похоже, там ещё малую толику принял. Историческая справка- он в сорок третьем был тяжело контужен, и спиртного не переносил вообще – с пятидесяти грамм терял сознание. Улёгся и заснул. Думаю, кроме спиртного он ещё и серьёзный тепловой удар получил- нельзя спать под палящим солнцем.

- Тем временем на небе уже чёрные тучи, ветерок прохладный, народ активно засобирался с пляжа- сейчас гроза начнётся.

- Я ему- папа, папа! Просыпайся! Пошли! Ага, проснёшь его такого. Удалось вроде растолкать – но очнулся он примерно наполовину. Я собрал шмотки в сумку, кое как помог ему одеться- и мы пошли на электричку. Отца конкретно шатает- видно, что старается, но справиться со своим вестибулярным аппаратом ему труднее шаг от шага.

- Народу на платформе- толпа. Когда подошла электричка, стало понятно, что забраться в неё получится только чудом.

Вагоны полны, на площадках тоже пассажиров изрядно. Граждане, поплотнее, поплотнее- всем ехать надо! Тут как раз молния сверкнула, грохнуло так, что уши заложило – гроза началась. За несколько секунд ломанул такой шквальный ливень, что в вагон все влетали с разбегу- чуть не по головам. Нам в вагоне места не досталось, пристроились на площадке- да оно и лучше, через остановку выходить, меньше толкаться будем.

- Отца повело уже конкретно. Стоит еле еле- не падает только потому, что пассажиров- как килек в банке, стиснули друг друга в вертикальном положении. Едем.

- Подъезжаем. Наша остановка. Папа, говорю, выходим! Давай, пошли!

- Ага. Хрен там. В тот раз мне его расшевелить не удалось- проехали до следующей платформы. Там пассажиры помогли- выгрузили нас. «Куда ты с ним таким, пацан?» Ничего, тут недалеко, я дорогу знаю.

- Эту эпопею я на всю жизнь запомнил. Шли мы по синусоиде- от одной канавы до другой. Отец, хоть и опирался на меня, и старался идти прямо, но у него (у нас) не очень хорошо получалось. Валимся в канаву слева, с трудом вылезаем, с трудом топчемся ещё метров двадцать – и валимся в канаву справа. Все в грязи по ворот- дождь шпарит как из ушата- пока до следующей канавы добредём, уже почти всю грязь смывает. Сандалию утопил- левая нога обутая, а правая босиком. Там в нормальном темпе идти минут пятнадцать – мы шли почти час- впрочем точно не скажу, часов у меня не было, а в таких ситуациях время течёт иначе, чем обычно.

- Ливень потихоньку заканчивается, чёрное небо превратилось в голубое с рваными облаками – кому довелось видеть такое- солнце слепит, молнии сверкают, и дождь? Последние метры двигались уже просто по лужам- гроза закончилась. Ну вот, добрались наконец- наш дом, наша калитка.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

- Михалыч, так ты герой? Сколько тебе тогда было, лет восемь? Тебе за этот подвиг медаль надо было выдать – во всё пузо?

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

- Герой, говоришь? Медаль говоришь? Матушка у меня всегда тяжёлым характером отличалась. Переволновалась из за грозы, видать – когда мы до крыльца добрались, отец просто сел на ступеньку и отключился – а всё накопленное раздражение досталось мне- со всей силы прутьями по заднице. Кричит что- то, сандаль утопленный поминает, а я не понимаю- ЗА ЧТО? ЗА ЧТО МЕНЯ НАКАЗЫВАТЬ?

- Набычился, в глазах красная пелена, стою прямо, не отворачиваюсь и не защищаюсь – молчу. Танька это прекратила – мама, кричит, ты что делаешь? Мама розги бросила, буркнула что- то и ушла в дом. Сестрёнка меня утешать пытается, а у меня руки трясутся- но реветь от обиды не стал, так прошло.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

- Знаешь, почему Олдридж назвал рассказ «Последний дюйм»? Это не тот последний дюйм, который пилот чувствует перед посадкой, когда колёса шасси уже коснутся земли – это последний дюйм расстояния между отчуждением и доверием- в отношениях отца и сына.

- А мне вот меньше повезло. С тех пор у меня с родителями так понимания и не возникло – всю жизнь с холодком общались. Танька- та и к маме и к папе с теплом, и они к ней – а я вроде как в стороне – одного последнего дюйма не хватает. Вот такая история…

11

ПЕСНЯ О КОСМОСЕ
В 1984 году актёр Георгий Епифанцев вспоминал...
У нас есть напротив МХАТа в Москве "Артистическое кафе". Там всегда есть свободные места, там уютно, хорошо... И вот, в это кафе часто ходят космонавты. И очень часто ходил Юрий Алексеевич Гагарин. Я много раз говорил Высоцкому: "Давай подойдём к Гагарину, чокнемся с ним, чтобы потом детям рассказывать, что мы с Гагариным знакомы". Но Высоцкий каждый раз меня останавливал, говорил: "Жора, опять твои кубанские замашки! Ты так сообрази, на что ты замахиваешься?"
Ну, действительно, это неудобно, неинтеллигентно - подойти к человеку, когда он ест, - навязываться. У нас, вообще, с Высоцким была такая игра: что он - интеллигентный, он - москвич, интеллигентный человек, а я - из провинции, такой грубый человек.
Высоцкий никогда не проходил мимо, если обижали и оскорбляли женщин. Всегда вмешивался, сколько бы их не было, всегда подходил и говорил: "Ну вот, зачем ты женщину обижаешь? Ну что ты пользуешься тем, что я интеллигентный человек, и ничего не могу с тобой поделать? Но вот рядом со мной Жора, он - не интеллигентный, грубый... Жора, давай!..". А потом он уже заступался за меня.
Но нам повезло. Уже в более официальном месте нас столкнула судьба с Гагариным. Познакомили нас с ним, и потом мы сели уже тоже за столик, уже в другом месте. Вчетвером сидели, беседовали долго... И есть свидетель того разговора, тогда он сидел в штатском, приятель Гагарина. Я потом его встретил в военном и очень удивился:
- Ты что, - говорю, - тоже, что ли, космонавт?
Он говорит:
- Да так, немножко…
Я говорю:
- А ну, откинь шинельку - что у тебя там блестит? -
А здесь - две Звезды.
Я говорю:
- Здрасьте! Как твоя фамилия?
Он говорит:
- Моя - Климук.
Он помнит об этом разговоре. И в числе прочего Высоцкий спросил Гагарина: "А вот, если нам придётся играть космонавтов, вот - как там в космосе, чисто по человечески: чем жить, чем дышать? Какое главное ощущение в космосе?" На что Гагарин ответил: "Ну смотрите, - говорит, - я могу сказать, мне-то ничего не будет, но это - государственная тайна. Вам может попасть, если вы разгласите её. Самое главное ощущение в космосе, чисто по-человечески, это - страшно. Вот это чёрное-чёрное небо, вот эти яркие-яркие звёзды на этом чёрном небе... И вот, туда, в эту черноту зачем-то надо лететь".
И вот, через два месяца мы были с Высоцким в Тбилиси, жили в одной гостинице, в разных номерах, но ночью перезванивались, потому что Высоцкий тоже работал по ночам, (другого времени не было) писал. И вот, так в шестом часу вдруг он позвонил: "Жора, бегом ко мне! Если б ты знал, что я написал!". Я ему всегда стереотипно отвечал: "Ну да, прям таки я и побежал! Один ты у нас пишешь, больше никто ничего не пишет!". А он: "Нет, прибежишь, если узнаешь, что я написал, о чём. Я написал песню о космосе!". Конечно, очень большая радость была для друзей, для близких, что Высоцкий стал писать о космосе. И я пришёл к нему, и он прочёл начало песни космических бродяг. Посмотрите, как это написано со знанием предмета... "Вы мне не поверите и просто не поймёте...". Эту песню Высоцкий долго потом обрабатывал, работал над ней, ещё несколько месяцев дорабатывал. Но иногда писал очень быстро. Особенно, если это песни были с юмором. Вот, юмор ему очень помогал работать, и эти песни он писал легко.
В это же утро он вдруг говорит: "Ну ладно, сейчас я эту отложу, потом буду работать, серьёзная песня. А сейчас напишу ещё одну про космос, но с юмором". И взял ручку, и просто не отрываясь, написал песню, которая называется "В далёком созвездии Тау-Кита".

12

Вёл красивое мероприятие. В финале гости выходят на веранду, пишут желания на шарах, отпускают в небо.

Подходит мальчик:
- Я не умею писать по-русски.
- Напиши на другом языке.
- Я вообще не умею писать. Мне четыре года.
- Тогда просто загадай желание и отпусти шарик.
- Но тогда моё желание не сбудется!
- Почему?
- Потому что моё желание, чтобы шарик остался у меня.

(c) Илья Аксельрод

13

Ты поднимаешь голову случайно - так бывает: взгляд уходит вверх просто потому, что на земле слишком тяжело. Там, наверху, небо - ровное, выбеленное, выцветшее, будто кто-то долго и старательно оттирал его от воспоминаний. Уже не день, ещё не ночь, небо висит на невидимой грани, не решаясь шагнуть дальше. Деревья же уже сделали выбор. Они стоят, потемневшие, вытянутые вверх, строгие и молчаливые. Каждый кипарис - чья-то несказанная фраза, молитва, которую нельзя произнести вслух. Особенно тот, центральный, важный, главный, будто назначенный хранить этот сумеречный покой. Его ветви не раскинуты широко - они прижаты к стволу, будто он замер, сдерживая дыхание, чтобы не потревожить наступающее. Ты идёшь между ними, а они смотрят вниз. Без осуждения, без утешения, без обещаний. Они здесь давно, не спрашивая разрешения, и останутся, когда тебя здесь уже не будет. На одной ветке застряла сухая гроздь - прошлогодняя память, случайно пережившая зиму и ветер. Ей положено было упасть, но она держится. Держится вопреки логике и правилам - потому что это единственное, что осталось, и нельзя отпускать. В просвете между кронами - небо. Оно пусто, не заполнено ничем, будто кто-то нарочно оставил его белым, как лист, на котором не получилось дописать последнее слово. Слово простое, нужное, которое обязательно бы всё объяснило, но у тебя не хватило сил. Ты смотришь вверх и шепчешь про себя: « Я ещё здесь». Деревья не отвечают - они и есть ответ.

14

К третьей годовщине Октябрьской революции Петроград украшали в полном соответствии с ленинским планом монументальной пропаганды. Памятники царям закрыли фанерными щитами, обтянутыми кумачом. На стенах Зимнего дворца и Главного штаба развесили гигантские полотнища с лозунгами. Основание Александровской колонны обтянули красным. Устроителей демонстрации больше всего смущала фигура Ангела с крестом, символ старого мира. Решили укрыть её брезентовым мешком, разумеется, красного цвета. С пошивом мешка проблем не возникло. Осталось только натянуть мешок на Ангела...
Для сведения: фигура с крестом - шестиметровая, а высота всего сооружения - 47,5 метров. С кондачка такую задачу не решить. Но если партия говорит "надо"...
В петроградских газетах появилось объявление, что Ангела на Александровской колонне задрапируют... с воздушного шара. Посмотреть на такое действо собралось пол-Петрограда. Шар надули, и четыре смельчака с красным мешком поднялись в корзине к творению скульптора Бориса Орловского. Да вот беда, оказывается, в ноябре в Петрограде ветрено. Только приноровились и расправили мешок - порыв ветра, и шар отлетел в сторону... Ещё раз приблизились, развернули мешок - отлетели, приблизились - отлетели... В толпе любопытных начались смешки, потом свист, потом улюлюканье. А тут и темнеть начало - ноябрьские дни у нас короткие. Пришлось затею с мешком оставить. На праздник, чтобы "замаскировать" Ангела, надули красные шары и подняли вверх. А в последующие годы и вовсе перестали заморачиваться, потому что сознательные трудящиеся будут глазеть не на небо, где Ангелы, а куда положено - на трибуны, где вожди.

15

«Я так замерзла скажешь обогрей, ты обогрей И мне протянешь озябшие ладони» Пестня.

Вспомнилось..
Уехали с татаркой в Шри Ланку. Зимой. Котел в доме на минимум работал.
Прилетаем : в Москве минус 35.
В доме дубак. Хорошо, трубы не лопнули.
Кочевница начинает орать, что я мудила , потому что котел прикрутил. Хотя экономию она сама навела. Хозяйственная, глядь.
Короче, зубы стучат, ноги мерзнут, но я натаскиваю в комнату обогревателей , на кровать одеял, и ныряем в эту кучу.

Там, в перинах , мне продолжают сношать мозг. Недостаточно мощности во мне обогревательной. Теплоемкости мало. Как буржуйка я так себе. Мелкий гешефтмахер. И как человек-говно. И как муж тоже. Не состоялся.
Раз не грею.
Ага.
Три недели тебе солнце Цейлона жопу пекло.
Не считается.
Согреемся трением, грю?
Не, недостоин.

Ну, думаю, я тебя за язык не тянул.
Самолетная кухня для меня ээээ не очень рекомендована.
Душист я от нее становлюсь. В туалете закроешься, рассупонишься , дашь газу и аж заколдобищься .

А тут лежишь впотьмах трясешься и слышишь злобный клекот глупой нерпы, что , блядь, моя любовь ее не греет.
Хоть все горячие бутылки ей отдал.

Ну , думаю, ладно.
Ща я тя согрею.
И как врубил форсаж…

Пустил ветер: пожал бурю.

Ханум моя орала так, я думал, стекла вылетят.
У меня-истерика от ржача. Грю, мол, я для тебя тепло своей души отдал! А ты не ценишь!
Да! Ну и что , что воняет! Какая душа, такой и запах! Но! Тепло же тебе девица!
Тепло тебе , красная?
Во! От лица прикуривать можно!
Просила тепла- на! А чтоб не воняло уговору не было!
И запомни( я воздел палец в небо)
Хороший человек в себе плохой воздух держать не будет!

В общем, этот брак был не только для меня испытанием.

16

Вася хвастается, что победил Третий рейх в компьютерной игре. Предлагаю вашему вниманию Васин рассказ (орфография, пунктуация, грамматика и стилистика автора сохранены). Я тот, кто победил Третий Рейх Вы не поверите, но я сделал это. Да, именно я. Не какой-то там генерал с лицом, будто его высекли из старой картошки. Не эти ваши академики с их надутыми щеками и важными словами вроде "стратегический баланс" и "моральный дух войск". Нет. Я. Вася. Один. Против всей военной машины Третьего Рейха. В компьютерной игре. Но вы не думайте, это вам не пиксели щелкать. Это было настоящее сражение. Жёсткое. Грандиозное. Легендарное. Сначала было сложно. Эти их танки прут, как тараканы после того, как выключили свет. Каждый как железный таракан с пушкой, понимаете? И я стою в одиночку, со своей скромной армией, в этих серых, грязных окопах виртуальной реальности. У меня всё горит, солдаты бегут, а я... Я хладнокровен, как лёд на сердце у старого клерка. Первый мой ход? Гениальный. Я отступаю да, вы не ослышались! Но не потому что я слабак, а потому что так делают настоящие стратеги. Отступил заманил. Пусть идут, пусть ломятся, как голодный носорог в посудную лавку. И вот они зашли... О, эти надменные маршалы в своих чёрных мундирчиках, со всей своей арийской самоуверенностью. Они думали, что уже победили. А я? Я готовился. Моя артиллерия спряталась в тумане войны, как волк в ночном лесу. Пушка бум! и один их элитный отряд превращается в виртуальную кашу. Бум! и танки больше не танки, а кучка дымящихся железок. Они послали авиацию ой, как мило. Но я был готов. Мои зенитки пели свою смертоносную арию. Небо стало их могилой. Пикируют и сразу падают. Как глупые чайки, что решили подраться с акулой. А потом... Потом наступил мой звёздный час. Контратака! Это было не просто наступление это было торжество справедливости! Мои танки летели по полям, как ярость самого праведного гнева. Я шёл вперёд, как ураган, как лавина из стали и огня. Берлин? Ах, Берлин... Он пал передо мной, как карточный домик под дыханием великого победителя. Гитлер в игре даже не успел выстрелить сдался! На коленях! А я смотрел на это, потягивая чай. Спокойно, сдержанно, как подобает великому полководцу. Вы думаете, я преувеличиваю? Да что вы! Это не просто победа. Это искусство войны в чистейшем виде. Это симфония стратегии, каждая нота мой ход, каждый аккорд их поражение. И да, я знаю, что это игра. Но скажите честно: кто ещё может вот так, с одного захода, одним могучим щелчком мышки, сокрушить весь Рейх? Никто. Никто, кроме меня. Так что да, зовите меня героем. Легендой. Или просто Вася тот, кто победил Третий Рейх.

17

Некоторое время назад (уже давно) здесь промелькнула история от одного незадачливого водителя, который в своём подвыпившем виде был остановлен патрульным полицейским где-то в США. Вместо наложения огромного штрафа, страж порядка попросту потребовал от нарушителя поклясться, что тот никогда больше не сядет за руль после употребления. Рассказчик тогда посмеялся над наивностью блюстителя порядка, однако за прошедшие после того случая двадцать лет, клятву так и не нарушил.

Есть похожая история и у меня.
С детства люблю математику, хотя, признаюсь, звёзд с неба не и хватаю.
В ВУЗе нам её преподавал просто легендарный доцент. Он был уже не молод, поэтому получил от нас прозвище Дедушка. Но что это был за дедушка! В молодости он был лётчиком; прошёл Великую Отечественную на штурмовике ИЛ-2. Несмотря на преклонный возраст, его ум был ясен как голубое небо, которое он покорил. Математику он читал как стихи; его лекциями можно было заслушаться. Даже самые отъявленные раздолбаи не скрывали своего к нему уважения. Разумеется, имея преподавателем такого выдающегося человека, хотелось знать его предмет лучше и лучше.
Да вот беда. Как бы я ни старался, мне никогда не удавалось получить у него ничего выше "тройки".
И вот наступает последний семестр третьего курса, после которого изучение математики полностью заканчивается. По каким-то причинам, Дедушка, помимо чтения лекций, был направлен также на ведение наших практических занятий. На одном из них он предложил нам решить совершенно несложную систему из трёх уравнений с тремя неизвестными, и я вызвался пойти к доске отвечать. Решил я ту систему методом треугольников моментально, потому что там и решать было нечего. Однако то, что за этим последовало, меня основательно потрясло.
Дедушка произнёс: "Ты такой хороший математик! И почему я тебя до сих пор не знаю? Я знаю всех наших математиков, а вот тебя пропустил". С этими словами он заглянул в мою зачётку. "Как? У тебя всё это время были тройки? Это я их тебе поставил? Я это исправлю. На следующем экзамене я поставлю тебе "отлично". Я тебя запомню".
Долго ли, коротко ли, но подошёл и этот, последний в жизни, экзамен по математике.
И, как обычно, в нём был какой-то пример, с которым я так и не справился.
Я был готов провалиться сквозь землю. Дедушка же, ни слова не говоря, взял мою зачётку и вписал в неё "отлично", как и обещал.
С тех пор прошло без малого сорок лет, но я до сих пор в свободное время открываю учебники Бохана и Пискунова, Рябушко и Данко, читаю, вникаю, и решаю подряд все примеры (хотя звёзд по прежнему так и не хватаю).
Делаю я это отчасти для себя, а отчасти в память о Дедушке и его "пятёрке".

18

Лето в деревне

Лето в детстве, это просыпаешься на сеновале... Петухи горланят... Бабушка уже напекла блинов, они на столе под образами, рядом кружка с парным молоком...
Подъем, надо овечек на пастбище гнать! Так, где моя сумка пастушеская, клеёнка, без которой утром по росе никак... Спички и соль не забыл, шашлык из грибов жарить... Отцовская фляжка с ледяной колодезной водой... Сумку в руку, кнут в другую, ноги в сапоги... Пошел!
Солнышко уже высоко, но, ещё не жарко... Трава в росе, поэтому клеёнку на себя, как фартук и вперёд! С утра надо овечек потихоньку гнать вперёд. Ну, даже, не гнать, а ложиться не давать... К обеду к пруду их привести... Только, в пустую уже фляжку, надо успеть воды набрать... За прудом сосны... Мачтовые... Корабельные... У нас их так называли потому, что они прямые, ровные, ветки только ближе к вершине растут, а стволы без сучков... На опушке, под соснами маслята... Вот и соль пригодилась... Сейчас мы вас на веточку ивовую нанижем и над угольками пожарим.
Гудок заводской... Ага, уже 12 часов... Можно и полежать в тенечке, только бы козы овец в овес не сманили, потравят овес... Где-то в сумке моей книжка была... Овцы поели - попили, лежат... а козы шныряют по сторонам...
Красота, над головой бездонное синее небо, где-то вверху поют жаворонки... Стоит зайти в сосновый бор, как аромат полевых цветов сменяется запахом нагретого соснового леса... Отвлекся, козы в овес побежали, овцы за ними... Ах вы... Засранки... Где мой кнут?!?! Вот я вам сейчас задам! Поняв мои намерения, козы развернулись и бегом обратно, на пастбище... До овец дошло лишь тогда, когда кнут стал рядом щёлкать...
Порядок, можно снова полежать на траве и книжку почитать... Подремал, почитал, ещё пару раз выгнал овец из овса... Пора. Надо стадо, не торопясь по лугу вести... Ещё раз попить дать, да и себе опять фляжку набрать.
Заводской гудок... Ага, уже пять часов... Надо вести стадо в сторону деревни. Останавливаемся на лужку, возле деревни и смотрим спектакль. 17-45 козы перестают щипать траву... 17-50 козы направляются к деревне... 18-00 козы входят в деревню. Овцы за ними. Хозяйки встречают своих коз и овец возле домов. Завидев своих, козы начинают ещё один спектакль, надо срочно поесть травки! СРОЧНО!!! Даже если это вытоптанная и выгоревшая травка вдоль тропинки, надо есть! В ход идут и листочки, которые можно урвать через забор! Хозяйки смотрят и недоумевают, вроде бы весь день пастух их на пастбище водил... Вечер... Сеновал... Стрекот кузнечиков... Спать... Завтра снова подъем очень рано... Лето... Детство... Счастье...

19

20 апреля 2010 года.
Провожаю жену на самолёт, рейсом на Москву. Потому что билеты куплены заранее. Давно.

Голубое небо над Баварией изумительно чистое, ни одного инверсионного следа. Небывалое явление, люди удивляются, задирают вверх головы. И эта тишина. Не та, когда пиво кончилось.

После извержения вулкана с непроизносимым названием Эйяфьядлайёкюдль в Исландии, небо над частью западной и северной Европы с 15-го апреля закрыли для полётов.

Мюнхенский аэропорт в это утро звеняще пуст и только одна пёстрая очередь к стойке регистрации Air Berlin.
Пара полицейских лениво прогуливается по пустынному звонкому залу. Так то их незаметно. На непроницаемых лицах удивление - эти непонятные русские, куда они летят, сумасшедшие, когда всё запрещено? А может это мне только кажется.

Закрытое небо в Европе, которое нанесло урон авиакомпаниям больший, чем 11 сентября 2001.

Мало кому известная консалтинговая фирма VAAC смоделировала на своих компьютерах возможный маршрут вулканического облака и опубликовала это в газетах, которые к тому ещё и тиснули забытую историю, как в 1982 году, пролетая над вулканом в Индонезии, самолёт почти потерпел катастрофу.

Не случайно тиснули, если проследить историю возникновения этой фирмы.
Спираль паники закрутилась и вот так, без всяких тайных глобалистов, правительства многих стран Европы закрыли небо.
Тогда, 24 июня 1982 года, Боинг влетел в облако пепла в момент извержения вулкана Gunung.

Пилоты нечего не подозревали. Пепел сухой, а радары распознают только влагу в облаках.

После этого случая радары реконструировали.
Все четыре двигателя заглохли. То ли пепел расплавился и залепил детали турбины (а потом снова отлетел, когда лопатки остыли и двигатели снова запустили) или же от нехватки кислорода.

Ситуация в Европе, в апреле 2010 была несравнимой.

Концентрация вулканического пепла в квадратном метре воздухе ничтожна, 60 микрограмм.

По сравнению с надоедливой пылью из Сахары, до 1,2 грамма. А последнее обстоятельство никогда не было темой для запретов.

Это всё уже дошло до всех ответственных лиц, а вот как выйти из ситуёвины, не потеряв лица?

Запустили научный самолёт с фильтрами для улавливания и замера частиц в воздухе. Потом эту белую тряпку показывали в новостях, как простынь после первой ночи молодожёнов.

Всеобщее напряжение нервов. И вот в этих условиях я провожаю жену.

Бесплатная стоянка автомобиля 5 минут. Жена всегда нервничает, когда я стою подле неё, а там на улице тикает паркавтомат.

Я прощаюсь, выхожу, делаю на автомобиле круг, снова подъезжаю к терминалу, останавливаюсь перед шлагбаумом. Всё таки, непонятно, а вдруг рейс в последний момент таки отменят.

Смотрю через огромные стёкла, как пассажиры, пройдя паспортный контроль, исчезают в зале вылета.

Потом наблюдаю, как полицейские закрывают вход, проверяют блокировку раздвижных дверей. И куда то исчезают.

Огромный комплекс аэропорта и тишина. Как у Трушкина. Людей сносно, кроме меня - никого.

Я реально ощутил себя в фильме The Langoliers, холодок по спине.

Дал по газам, на первой парковке вышел размять ноги и душу.

Слышу, ставший непривычным, звук самолёта в небе. Летит, единственный, на восток.

Это было лишь один раз в моей жизни, когда я точно знал, какой самолёт летит в небе, куда и кто находится на его борту.

Долетел этот борт до Москвы нормально.

Жена потом сказала, что самолёт был старый. Взяли тот, который не жалко.

А на следующий день запрет полётов сняли.

20

От рассвета до заката (наверно мылодрама).

1. "У моей жены есть отвратительная привычка тащить в дом любую беспризорную животинку. Вот как встретит кого - нибудь, кто, по её мнению, нуждается в её опеке, так и тащит. По этой причине я всегда настаиваю, что - бы она ездила по делам на машине.
Когда пойдёт пешком, "пиши пропало". Если на её пути встречаются помойки, она не возвращается без трофея. Один раз было, заставила себя пройти мимо чужой беды. Потом пришлось идти с ней спасать кого - то в 3 часа ночи. Не могла уснуть по причине мук совести ......." (https://dzen.ru/a/Zl7lseteXhfuvxF8).

Ну это вот всё, как говорится, "разговоры в пользу бедных".
Основной страстью у любимой являются собаки, лошади и кошки. Коими она при моём явном попустительстве и обзавелась в полной мере.
Точное количество её питомцев мне достоверно неизвестно. Определённо могу сказать только, что лошадей у нас три, коров две и собак одинадцать.
Ещё имеется "небольшое" стадо коз, куры и всякое другое по мелочи.

С кошками, которых достаточно много, несколько посложней, поскольку их состав постоянно меняется. Одни из них обретают себе нового хозяина, найденного через соцсети или сайты объявлений.
Другие спасаются из очередной житейской передряги и занимают место тех, кто обрёл себе новый дом. А некоторые просто приходят в гости сами, и бывает, что живут в составе стаи от нескольких дней до многих месяцев. А однажды внезапно уходят, не попрощавшись. Что, в принципе, нормально для выросших на улице кошаков, ведь, как известно, они всегда гуляют сами по себе.

Я в этом бурлении жизни и круговороте навоза не участвую по причине созерцательного характера, лени и социального договора. Который, будучи человеком опытным и мудрым, заключил с любимой ещё "на берегу": "Родная, я знаю и понимаю, на ком женился. Теперь, когда у нас свой большой и уютный дом, у меня нет сомнений, что ты не позволишь ему пустовать и полностью отдашься любимому делу. Ну так вот, я заранее на всё согласен. Можешь завести себе любую скотинку, от хомячка до гиппопотама, я всегда буду только за. Более того, я построю для тебя всё, что захочется и понадобится, от конюшни и сеновала до вольеров и собачьих будок. Но у меня будет только одно условие - ты всем занимаешься только сама, помогать я не буду. Договорились? ".

С тех пор так и повелось. Родная с присущей ей скурпулёзностью и азартом занялась любимым делом, а я искренне гордился и радовался за неё, "лёжа на диване".
Порядка вещей не изменило даже желание жены получить высшее образование. Поскольку пока она "грызла гранит", сдавая зачёты и сесии в своей юридической академии, то на это одинокое для меня время подменить любимую приезжала её мама.
Персонаж уже не новый, но пока ещё неуязвимый, как китайский танк времён Мао, с уже ржавой башней, но ещё вполне крепкой бронёй.
Такой себе матёрый и вполне надёжный человечище, на которого всегда можно положиться в трудную минуту.

2. "Как же это вышло? Все было так весело, мы заготовляли рога и копыта, жизнь была упоительна, земной шар вертелся специально для нас, и вдруг… "..... однажды случился форс мажор.

Любимой жене надо было срочно уехать на несколько дней. Дело было архиважное и не терпящее отлагательства. Вот только проблемка образовалась, поскольку тёще накануне сделали операцию на глазах и подставить плечо на этот раз она не смогла.

Описывать свои страдания и отчаяние я не буду, всё понятно и без слов. Если вкратце: "И дольше века длился день… ".
Полностью вымотанный и морально и физически, я позвонил вечером жене с отчётом о проделанной работе, ну и поплакаться, разумеется. Очень хотелось, что бы меня пожалели и дали надежду.

Когда мы прошлись по списку, дабы убедиться, что я ни про кого не забыл и все накормлены и обласканы. Родная сообщила, что это ещё не всё. Оказалось, что на обратной стороне листка с инструкциями есть ещё один раздел под названием шефская помощь. Где было несколько обязательных к выполнению пунктов и возражения не принимались.

Пришлось мне заводить машину и ехать за 10 км. в психиатрическую больницу, где меня уже заждались пищевые отходы. Потом развозить недоеденные психами котлеты и борщи по адресам, где, по мнению моей жены, хозяева плохо кормят собак.
Посетить несколько помоек, где она прикармливала одичавших кошек, что бы со временем приручить и забрать домой на реабилитацию.
Отвезти несколько тюков сена знакомой бабульке, поскольку у неё оно закончилось и нечем было коз кормить.
И так далее, и так далее, и так далее. Утешало только то, что от ухода за садом и огородом меня, к моему облегчению, освободили.

3. Всё рано или поздно когда - нибудь заканчивается, подошло к концу и моё почти добровольное рабство.
Я ехал на вокзал встречать жену, и у меня не было сил даже порадоваться, настолько я был опустошён физически и морально.
Однако, чем ближе я подъезжал к городу, тем всё больше улучшалось моё настроение и самочувствие. Замороченная заботами голова наконец - то осознала, что мучениям конец и наступила долгожданная свобода.
Поэтому я встречал любимую, как обычно, без цветов, но зато уже в довольно бодром состоянии духа и на перенесённые лишения жаловаться не стал.

Когда мы уже подъезжали к родному гнезду, то родная спросила: "Вовка, а давно у нас наступила жара? ". После того как я ответил, что сразу после её отъезда, то услышал: "Разворачивайся, надо к зданию городской админинстрации заехать".
Ну надо, так надо, и я повернул назад.

Когда мы подъехали к месту обитания наших "слуг народа", то я точно не ожидал увидеть того, что произошло дальше.
Любимая выбралась из автомобиля и, открыв багажник, достала из него флягу с питевой водой, которую мы возим с собой на всякий случай.
Потом она проследовала к одной из скамеек, установленных для отдыха аборигенов. Достала из под неё ржавый тазик и перелила в него воду из фляги.

Сразу после того, как о дно таза застучали первые капли, произошло немыслимое. Небо вдруг сразу потемнело, раздалось хлопание сотен крыльев и над моей женой возникло живое облако, состоящее из очень большого количества птиц.
Зрелище было настолько необычным и инфернальным, что у меня аж "в зобу дыханье сперло". И сразу вспомнились кадры из фильма ужасов Альфреда Хичкока "Птицы".

Когда она, закончив свои странные для меня дела вернулась в машину, то я спросил: "Это что такое сейчас было? ".
Супруга ответила: "Понимаешь, Вовка, эти гады недавно городскую площадь плиткой застелили и на ней пропали лужи. Птичкам пить стало неоткуда, вот и пришлось подставить плечо. Иначе скоро на памятники совсем будет некому срать. Вот я и забочусь, видимо кроме меня некому".

Я, конечно, знал, что жена моя человек неординарный, но это было чересчур даже для меня. Это что должно быть в голове у человека, чтобы начать "проповедовать птицам"? Видимо я многого ещё о близком человеке не знаю.
Поэтому я не нашёлся, что ей ответить, а завёл машину и мы поехали домой. Да и что мне было ей сказать по поводу? Она была, как и обычно, последовательна в своих мыслях и поступках.

P. S. Да, у неё натруженные и огрубевшие руки, но я их люблю. И пусть она красится и встаёт на каблуки только три раза в год, на наши дни рождения и когда мы встречаем новогодний праздник. Зато она всегда вкусно пахнет молоком и сеном, а этот запах для меня самый лучший во всём мире и прекрасней самых изысканных духов.
Я знал много красивых, остроумных и великолепных женщин. Вот только моя лучше и прекрасней всех их во сто крат. Наверно потому, что она такая единственная в своём роде и не похожа ни на кого на свете. Доказавшая на деле, что жена это в первую очередь твой лучший друг и самое надёжное плечо на всём белом свете. Может за это и люблю.

N.B. А ещё эта "сука" безжалостно рвёт все современные женские шаболоны из глянцевых журналов. Одним своим существованием опровергая современную доктрину, что женщина - это вам не рабыня, кухарка или домработница. Предпочитает виски или водку итальянским и французским винам. Не курит и абсолютно точно не "Яжмать", что доказала, вырастив себе достойную смену. Высказывается всегда только прямо и вполне определённо, не вкладывая двойных смыслов и "ты должен догадаться сам". У неё никогда "не болит голова", а о том что на свете существуют полуфабрикаты и приготовленная чужими руками еда, я знаю только теоретически.
И вообще, она не настоящая, поскольку у неё нет наращенных ногтей, маникюра и подкачанных губ. Она не ходит на фитнес, йогу и не сидит на диетах. У неё нет личного психолога, сторис в Инстаграм и странички в "одноклассниках". А так, как всем известно, не бывает. Значит Вова всё врёт.
Вот только незадача, Вова не врёт. Вова надеется, что когда придёт время, умереть вместе с ней в один день. Поскольку жизни без неё себе не представляет.

©
Рассказы от Vovanavsegda (Animal Punк).
https://dzen.ru/profile/editor/id/664b76125e51347bed22ca4a

21

На разъезде у полярного круга

Озеро-Ругозеро и вытекающий из него ручей, который впадает в одноимённую губу Белого моря. Где-то вдали за ручьём несколько жилых домов барачного типа, оставшихся от бывшего леспромхоза. Леспромхоз тот разорил окрестность, хапнул денег и исчез, переместился в другое место и продолжал валить тайгу; а никому не нужные бараки вместе с бесполезными с точки зрения леспромхоза стариками застряли в Пояконде. К слову сказать, бараки те были построены крепко, простояли долго, и никогда не пустовали: в дальнейшем туда заселялись и молодые семьи.

Магистральная железная дорога Петербург – Мурманск, построенная во время Первой Мировой войны. Грохочущие сверхтяжёлые поезда, загруженные доверху никелевой рудой и апатитами, время от времени проносящиеся с севера на юг. Небольшое здание станции из светло-серого силикатного кирпича, где висит расписание поездов, где можно согреться, отдохнуть и купить билеты на поезд. Если ехать с юга, из Карелии, то эта станция – первая в Заполярье и первая же при въезде в Мурманскую область. А раньше областная граница и вовсе проходила по ручью посередине Пояконды, леспромхоз обитал в Мурманской области, а в магазин работники бегали в Карелию.

Два-три жилых двухэтажных кирпичных дома. Крошечные огороды. Десятка полтора-два всё больше небогатых, а иногда откровенно убогих бревенчатых изб. Избы те рассажены далеко друг от друга среди скалистых взгорков – не докричишься, если что. Между домами тянется железнодорожная ветка к берегу морского залива. Один из домов – крытая рубероидом хибара – стоит почти вплотную к рельсам, от насыпи к дому ведёт деревянный настил со ступеньками, а рядом установлены вечные козлы, на которых несменяемая старушка ежедневно пилит в одиночку дрова двуручной пилой.

Ветка кончается тупиком, где навеки застрял полуразвалившийся заржавевший вагон. Вокруг какие-то сараи, склады, штабеля из кирпича. В море выдаётся небольшой, вечно перекошенный причал. Поодаль от причала, и слева и справа прикорнули на якорях лодки: старые деревянные поморские вперемешку с новыми дюральками. Чуть в стороне над низким травянистым берегом поднимается невысокий гладко отшлифованный гранитный лоб, который по краям зарос вкусной, но мелкой княженикой; в жаркую погоду на этом бугре хорошо поваляться в ожидании катера.

Призрачный, эфемерный свет белой ночи. Едва-едва видимый легчайший туман над водой. Свежий запах моря, тревожащий сердце и душу, зовущий вдаль к неизвестным островам. Чайки. Тишина.

Мощная тяговая электроподстанция железной дороги, которая по ночам заливает ярчайшим светом окрестности и даёт людям работу, а, значит, и жизнь. Не будь этой подстанции, Пояконда скукожилась бы на много лет раньше.

Разъезд. На этом скромном полустанке издавна был разъезд, потому что по пути с севера на юг поезда в районе Пояконды преодолевают крутой подъём, и раньше, когда в качестве локомотивов работали паровозы, на запасном пути дежурил маневровый паровоз, который подцеплялся к составу и помогал втащить его на горку. Паровозов давно уже нет, и сейчас на этом пути останавливаются электрички и «весёлый» поезд.

Примерно сто шестьдесят человек постоянных жителей и северная тайга вокруг.

Пояконда прославилась тем, что там родился любимый многими русский писатель Венедикт Ерофеев; а также тем, что отсюда начинается морской путь к Беломорской биостанции МГУ.

Автомобильную трассу, связывающую Кольский полуостров с центром страны, построили лет так на шестьдесят позже, чем железную дорогу. Поэтому больше полувека все деревушки, посёлки и даже города, раскинувшиеся между Петрозаводском и Мурманском, снабжались исключительно по железной дороге, для чего там ходил специальный, так называемый «весёлый» поезд, в составе которого были и почтовые, и пассажирские вагоны, и вагон-магазин. «Весёлый» останавливался решительно на каждом полустанке и стоял всё время, пока шла торговля. А на таких сравнительно крупных станциях, как та же Пояконда, где были свои торговые точки, из поезда товары выгружались и затаскивались в магазин. Поезд ходил ежедневно, но развозил продукты он далеко не каждый день, поэтому день приёмки товаров становился маленьким праздником для окрестного населения. Задолго до подхода заветного состава у магазина скапливалась небольшая говорливая толпа, состоящая в основном из женщин и стариков-пенсионеров. В ненастную погоду, в дождь или пургу народ набивался внутрь, а летом, в теплынь люди рассаживались на ящиках, досках и просто на камнях на площадке перед деревянным зданием магазина и не спеша перемусоливали весь ворох местных новостей.

Работа местного магазина осложнялась тем, что пути железной дороги в данной точке проходили, да и сейчас проходят, в довольно глубокой выемке, а само здание располагалось в стороне, на взгорке, поэтому хлеб, масло, молоко, крупы, сапоги, валенки, лопаты, стиральный порошок, мыло, духи и прочие необходимые в ежедневном быту товары сначала наскоро выгружались из вагона и раскладывались прямо на путях, а уже потом перевозились к магазину.

Для этой цели от здания до железнодорожных путей по косогору были проложены рельсы. В верхней точке, возле магазина стоял мощный электромотор, который крутил барабан с тросом. К тросу крепилась железная сварная тележка весьма внушительных размеров. Из дополнительного оборудования стоит упомянуть маленький щиток-пускатель с двумя кнопками: «вперёд» и «назад», а точнее вниз-вверх, а также мощный крюк на конце короткой цепи. Эта цепь с крюком удерживала тележку, когда та оказывалась в верхней точке. Для полноты картины стоит добавить, что в том магазине работали две продавщицы и средних лет мужик «на все руки», основными обязанностями которого были колка дров и топка печи, а также погрузка-выгрузка бесконечных коробок и ящиков с продуктами.

В тот злосчастный день ни на небе, ни на земле не наблюдалось решительно никаких предвестников предстоящего происшествия. Это был обычный летний день, разве что немного жарковатый для Пояконды; сухой тёплый ветер гонял августовскую пыль, пригибал уже посеревшие, а то и пожелтевшие кустики мелкой северной травы, теребил косынки на женских головах. Люди наслаждались нежданным теплом. А народу, как мужиков, так и особенно тёток разного возраста в тот день у магазина собралось много: ожидался большой завоз.

Маленькая толпа волновалась, женщины, как всегда, обсуждали разные новости и слухи, и сегодня жители Пояконды были непривычно взбудоражены: пару дней назад в посёлке закрылся детский сад. Приезжая санитарная инспекция решила, что вода в водопроводе не годится для питья и прикрыла садик. Это был серьёзный удар, детей теперь приходилось оставлять на день со всякими знакомыми бабушками. Но что самое поразительное, в воде обнаружили ни много ни мало нефть. Откуда она могла появиться в водопроводной скважине решительно никто понять не мог, ведь северная Карелия стоит, как известно, на балтийском щите, а проще говоря, на скалах, и никакой нефти там быть не может по определению. Тем не менее немногочисленные мужики, которые расселись на брёвнышках поодаль покурить да почесать языки, шутили насчёт будущих бурильных установок, нефтедобычи и материального процветания. Нефть нефтью, но откуда теперь добывать чистую воду оставалось неясным, и перспективы у детского сада вырисовывались мрачноватые. При этом действия чиновников, может быть, и правильные согласно каким-то формальным бумажным предписаниям, выглядели совершенно абсурдными: те же дети, живущие в квартирах, дома могли пить водопроводную воду, а в садике эту же воду им пить запрещалось.

Тем временем с юга из-за сопки вытянулся «весёлый»; он плавно затормозил, и, едва-едва вращая колёсами («весёлый» никогда никуда не торопился!) и лязгая буферами, подогнал вагон-магазин точно к месту выгрузки, где, наконец, затормозил окончательно.

Едва ли не весь народ, включая старшую продавщицу и грузчика спустился под гору к путям, благо люди искренне хотели помочь с разгрузкой. Наверху остались лишь Валентина, пожилая вторая продавщица, несколько старушек, да случайно затесавшийся парень с Беломорской биостанции. Он уже пару лет жил на биостанции, часто бывал в Пояконде, и все его знали. Тем не менее, будучи не совсем «своим», он решил, что без него внизу обойдутся и оставался наблюдателем.

Товара в тот день привезли так много, что в тележку он явно не влезал. Возле вагона возникла некоторая дискуссия, но большинством голосов решили всё ж-таки не делать два рейса и нагрузили тележку сверх всякой меры, соорудив высоченный воз. Причина данного не совсем разумного поведения была на самом деле очевидна: в центре тележки были аккуратно и почти любовно установлены несколько ящиков с недорогим креплёным вином, а попросту «бормотухой». Это событие было просто исключительным в тяжёлые годы борьбы с пьянством и алкоголизмом. А какой же ненормальный человек пойдёт за грузом во второй раз, коли всё, что требуется, уже привезено. И продавщица это прекрасно понимала.

Тележку внизу ещё утрамбовывали, когда Валентина крикнула парню: «Коль, давай поднимай телегу!» – и ушла в магазин, она тоже торопилась. И тут Коля совершил ошибку. Он несколько раз видел, как работает подъёмное устройство: телега едет вверх, цепляет концевой выключатель и замирает на натянутом тросу. После чего грузчик не спеша надевает страховочный крюк с цепью – и ребёнок справится! Кроме того, в нём сидело желание помочь хоть чем-нибудь, он и так на разгрузку не пошёл.

Коля подошёл к двигателю, спокойно нажал верхнюю кнопку на щитке, и тележка не спеша поползла по рельсам, дошла до верха, придавила выключатель и не остановилась. Мотор продолжал крутиться, натягивая трос на барабан. Понимая, что трос вот-вот лопнет, Коля лихорадочно надавил на нижнюю кнопку, и тяжеленная повозка весьма охотно и послушно двинулась вниз. В панике парень снова нажал верхнюю кнопку, двигатель громко щёлкнул, взвыл и рванул груз обратно вверх. Трос зазвенел. Бабки рядом заохали, закричали: «Бери крюк!» Но Коля, тоже понимая, что спасение в крюке, попросту ничего не успел сделать и снова надавил нижнюю кнопку, одновременно хватая цепь с крюком. Приготовив страховку, он быстро, уже в третий раз надавил на кнопку «вверх». Телега снова дёрнулась и вроде поехала, но в этот момент трос не выдержал издевательства и со звоном лопнул.

Во время всех этих манипуляций встревоженные люди уже бежали снизу вверх по косогору, и впереди всех грузчик, вообще-то отвечающий за эту операцию. А поезд? Поезд, к счастью, тронулся и довольно быстро набирал ход.

Картина событий, произошедших в следующие десять-пятнадцать секунд, впечатляла. Десятка два человек, застывших в разных позах на склоне между магазином и железной дорогой. Зелёные вагоны «весёлого» поезда, уходящие на север. И перегруженная железная самодельная телега, летящая вниз всё быстрее и быстрее. И каждый из очевидцев успел представить себе как банки и бутылки разбиваются о железную стенку вагона. Но в ту самую секунду, когда этот снаряд достиг нижнего упора, последний вагон проскочил мимо. Повезло!

И тут почудилось, что время остановилось. Было видно, как от удара телега медленно-медленно подлетает вверх, раскидывая вокруг бутылки с молоком, духи, женские сапоги, ящики с хлебом, макароны, топоры, банки консервов, цветастые кофточки, стиральный порошок и прочее, прочее, прочее. Этот фонтан поднимается и плавно опускается на железные рельсы, щебёнку и бетонные шпалы. Поезд исчез, и на мгновение образовалась просто невероятная тишина, даже в ушах зазвенело, и ветер стих, и небо застыло. Больше всего потрясала эта тишина и сильнейший запах то ли духов, то ли одеколона – коробки с парфюмерией оказались на самом верху и пострадали больше всех.

Спустя пару секунд тишину прорвал даже не крик, а истошный бабий вой, перешедший в неудержимый хохот.

А что касается ящиков с заветным вином, то они, заботливо уложенные в самом низу, ничуть не пострадали, они даже не вылетели никуда, просто подпрыгнули вместе с телегой и опустились обратно. Ни одна бутылка не разбилась. Честно сказать, именно это обстоятельство и спасло Николая, ибо, если б вино пропало, то ему точно несдобровать бы. А так ничего, народ на северах отходчивый и с юмором.

Продукты и прочий товар часа два всей гурьбой собирали по путям и таскали на себе в гору. Обе продавщицы запаслись тетрадками и пытались пересчитать разбившиеся склянки. Убытков, на удивление, вышло сравнительно немного, но хохоту хватило на весь день. Коля постарался хотя бы в ближайшие недели не появляться в посёлке, а железнодорожное начальство выделило магазину новый, густо смазанный маслом трос для лебёдки и путейский башмак (даже два!) для удержания тележки.

История с летающей телегой постепенно стала забываться, жизнь на станции Пояконда вернулась к норме, правда нефть почему-то не нашли, и детский садик снова открыли.

22

Странные все же создания, эти люди. Почему-то верят телевизору. Или вот думают, что таскание железа улучшает здоровье. А еще вот считают, что если в пробке начать подпирать бампером, до докатишься ну прямо в разы быстрее.

Примерно так я лениво размышлял, сидя в городском автобусе. Тот был полон. Злые и усталые люди сидели и стояли, качаясь вслед за дерганиями мотора. Потому что движение встало. Обреченность часа пик. Не хватало только голоса Глупого Немца из советских фильмов: "сдафайтес, ви окгужены. Сапгативление бьесполесно". Машины за окном еле двигались. Серое небо нависало над северным городом. На фоне грязноватой массы выделялся чистенький кабриолет. Открытой всем взорам тачкой управляла бизнес-вумен, мечта инстаграмма. Хотя темные очки и платочек почти скрывали лицо, ее яркие губы демонстрировали брезгливость. Ее неземной деловой костюм обтягивал, сиял, и открывал нам, плебеям, забытые греховные комплексы. Ослепительные ноготки стучали нервно по рулю, и время от времени элегантно подносили позолоченный вейп для красивой затяжки. Зрелище длилось и длилось. Автобус молча завидовал нездешней жизни, пованивая потом.

Закапал дождик. Красотка ткнула в консоль, и в кабриолете стала подниматься крыша. Луч света необратимо уходил из темного царства. Но вдруг на полпути крыша встала, и поехала назад. А после пары новых попыток вообще застряла.

Дождь, наконец, хлынул. В залитой машине мокрая модель крыла матом телефон. Я оглядел людей, стоящих рядом. Все воспитанно молчали. Но тихо улыбались...

23

ДУНДУК

Ира тяжело вздохнула. Новый год придётся встречать в общежитии. Последний экзамен назначили на 30 декабря. Она просто не успеет доехать домой. И, как назло, сдавать придётся у самого противного преподавателя курса. Ребята даже кличку ему дали - Дундук.
Студенты не любили Владимира Николаевича. Был он для них слишком пожилой, слишком принципиальный, правда они называли это "вредный", слишком непонятный их молодым энергичным натурам. Профессор никогда никуда не спешил. Каждого отвечающего выслушивал с неизменным вниманием и потом обязательно задавал дополнительные вопросы.
Этого ребята боялись больше всего. Потому что, если билет можно было вызубрить, а, если удастся, то и списать, вопросы въедливого старика предугадать не представлялось возможным. Нужно было знать предмет. И когда у Владимира Николаевича возникали сомнения в знаниях ученика, он беспощадно отправлял его на переэкзаменовку. Просить его о снисхождении было бессмысленно, потому что он неизменно повторял: "Даже на "двойку" надо что-то знать, друзья мои, даже на "двойку"..."
Настроения никакого. Ира пялилась в конспект, но мысли её были далеко. Хлопнула дверь, и в комнату влетела её соседка по комнате Женька.
- Ирка! Чего сидишь? Давай в институт быстрее! Я сейчас у Дундука спросила, можно ли экзамен сдать с другой группой на два дня раньше. И, представляешь, он разрешил! Может, и тебе повезёт!
Ира бежала со всех ног, но всё равно опоздала.
- Только что ушёл. - Молодой преподаватель с сочувствием глянул на расстроенную девушку. - Но только-только. Можешь попробовать догнать.
Ирка выскочила на улицу. Огляделась по сторонам. Точно, вдоль институтского забора, ссутулившись, медленно двигался Владимир Николаевич.
- Здравствуйте! Извините, пожалуйста! - Запыхавшаяся девушка догнала его уже около автобусной остановки.
- Здравствуйте! - Преподаватель неторопливо обернулся и внимательно оглядел Ирку с головы до ног. - На сегодня мой рабочий день окончен. Завтра я на кафедре с девяти.
- Знаю. - Испугавшись собственной наглости, кивнула Ирка. - Но это очень важно.
Профессор поднял брови.
- Вот как? Так чем я могу быть вам полезен?
- Владимир Николаевич, вы разрешили Женьке, Евгении Кашириной, сдать экзамен с другой группой. Пораньше. Я хотела просить вас о том же.
Преподаватель ещё раз смерил взглядом студентку, словно размышляя, стоит ли вообще продолжать этот бесполезный разговор.
- У Кашириной международный студенческий лагерь на кону. Если вы не забыли, ваша подруга - лучшая студентка, и путёвку эту получила заслуженно. А у вас что?
Ира опустила голову. Конечно, она ведь даже не отличница, а до Жекиных успехов, ей как до Луны пешком. Надо было сразу об этом подумать.
- Ну, так что у вас?
- У меня мама. Просто мама. Простите, Владимир Николаевич, я поняла.
Она развернулась, чтобы уйти. Но Владимир Николаевич неожиданно рассердился:
- Я вас не отпускал! Вы подошли ко мне с вопросом, из-за которого я, между прочим, пропустил свой автобус, а теперь собираетесь уйти, даже не выслушав ответ.
Ира виновато топталась рядом, не зная, что теперь говорить.
- Так что у вас с мамой? Болеет?
- Нет. - Она покачала головой. - Просто она одна. Понимаете, с тех пор, как я уехала, совсем одна. Мы всегда встречали с ней Новый год вместе. Я успевала. А в этом году я не успеваю приехать. Простите, я сама уже поняла, что это не уважительная причина.
- Не уважительная... - Задумчиво повторил за ней Дундук. - А, знаете, Ирина, приходите с Кашириной. Я приму у вас экзамен. Но, если у меня возникнут сомнения в ваших знаниях, не обижайтесь...
- Жека, похоже, я попала! - Ирка взялась за голову. - Теперь у меня на два дня меньше, а учить ещё... мамочка дорогая.
- Помочь тебе? - Женька с готовностью достала свои конспекты.
- Ага. Пересадку мозга сделать. Твоего мне. Только это и поможет. Нет, Жек, буду зубрить! Я уже билет домой купила.

Экзамен у Дундука, как всегда, затянулся до вечера. Женя и Ира сдавали после всех. Как-никак, с чужой группой, и надо было дождаться, пока закончится список. Наконец, настала и их очередь. Женька быстренько отстрелялась и, махнув на прощание рукой Ирине, скрылась за дверью. Ира ещё сидела над своим билетом.
Села отвечать. Запинаясь от волнения, рассказала первую тему, потом вторую.
- Неплохо. - Преподаватель побарабанил пальцами по столу. - Давайте теперь несколько дополнительных вопросов, и можете быть свободны.
В это время за окном раздались громкие хлопки и восторженные детские вопли. Видимо, кто-то не дождался наступления праздника и запустил один из фейерверков. Небо на мгновение расцвело яркими огнями, и Ира вдруг заметила, как изменилось лицо Владимира Николаевича: морщины разгладились, а в глазах появился детский восторг. Разноцветные искры за окном погасли, а он всё сидел и смотрел на падающие в свете фонарей снежинки. И вдруг заговорил:
- После войны всем было очень трудно. Но взрослые, жалея нас, детей, старались превратить каждый Новый год в настоящий праздник. Непременно ставили ёлку. На заводе, где работала тогда моя мама, снаряжали машину в леспромхоз, и после раздавали деревца тем, у кого были дети.
Мы с сестрой ждали этого момента. Приносили ёлку, пахнущую морозом, ставили в углу. Постепенно по дому начинал расползаться запах хвои, и наши детские сердца наполнялись радостью и ожиданием праздника. Мы доставали заранее приготовленные самодельные украшения и начинали наряжать ёлку. Сохранившиеся с довоенных времён, и трофейные, привезенные из Германии, игрушки берегли и вешали на самое видное место. Но и наши неуклюжие звёзды и снежинки казались нам тогда очень красивыми.
Как-то, ещё летом, мама подарила мне книгу Носова "Весёлые рассказы" и рассказ про бенгальские огни полностью овладел моими мыслями. Я всё думал, как бы и мне, как мальчику Мишке, сделать такие же. Мечтал удивить маму и сестру.
Он замолчал. Ира сидела не дыша, боясь перебить профессора.
- Но я решил пойти дальше, сделать настоящую искрящуюся ракету. Больших трудов мне стоило достать натриевую селитру и фольгу. - Продолжал Владимир Николаевич. - Я отдал за них свои главные сокровища: ножик и коллекцию значков.
Я вымачивал газеты в растворе селитры, сушил их на батарее, набивал пустые гильзы спичечными головками. Вертел тугие валики из всего этого. Словом, к Новому году я приготовился основательно...
И вот в канун праздника долго уговаривал маму пойти со мной во двор. Мы оделись, вышли и я начал колдовать над своими изобретениями. Первые две заготовки красиво заискрились на излёте. Сестрёнка прыгала и хлопала в ладоши. А вот с третьей, самой большой, я, видимо, перемудрил. Она полетела по непонятной траектории и шлепнулась за деревянную сараюшку. Были ещё тогда такие во дворах. И почти сразу оттуда повалил дым. Сарай потушили быстро, потому что свидетелей моего пиротехнического эксперимента собралось достаточно.
Особо не ругали, лишь взяли слово, что больше я такими вещами заниматься не буду. А вот мама рассердилась.
Весь вечер до Нового года она со мной не разговаривала, а я боялся сказать, что просто хотел её порадовать. После того, как погиб на войне отец, она редко улыбалась, а нам очень хотелось видеть её весёлой. Конечно, мы помирились. А утром под ёлкой я нашёл свои первые "снегурки", коньки, о которых так мечтал.
Мама давно умерла, а я до сих пор люблю новогодние фейерверки. Хотя сам их, конечно, больше никогда не делал...
Он придвинул к себе Ирину зачётку, поставил "хор."
- Если ещё подучите, в следующий раз будет "отлично". И обойдёмся без дополнительных вопросов. Езжайте, Ирина, к вашей маме и празднуйте!
Ира, не веря своим глазам, смотрела на зачётку. Всё! Она сдала! Сдала сессию! И даже без "троек".
- Спасибо вам!
Открыв сумочку, что-то вспомнила и, засмущавшись, положила на стол горсть шоколадных конфет.
- Что это? - Нахмурился профессор. И тут же улыбнулся. - "Мишка косолапый". Неужели, ещё делают?
- Мама их очень любит. Говорит, конфеты из детства. Я ей и купила.
- Ну, бегите, Ира, поздно уже.
- Счастливого Нового Года, Владимир Николаевич!
На первом этаже ждала Женька.
- Ты чего так долго? Принял? Измучил, наверное. Дундук!
- Он не Дундук.
Владимир Николаевич положил в рот конфету. Бережно разгладил фантик и подошёл к окну. Там, по-прежнему, падал снег. Через институтский двор спешили к воротам две девичьи фигурки.
- Счастливого нового года! - тихо прошептал он...

24

Октябрь – это человек, которому уже далеко за 40. Он многое понимает о том, как крутятся все шестеренки Жизни, осознаёт скоротечность времени и ценит каждое мгновение настолько, что раскрашивает его самыми яркими красками, на которые только способна душа.

Завтра может грянуть мороз, может налететь ледяной ветер, которые заставят расстаться с тем, что так долго прикрывало беззащитную в своей наготе суть. И то, что внутри станет видно всем...

... October – «восьмой», как то обидно за римлян, дать такому феерично многогранному месяцу, столь прозаичное название. Копнув немного истории наших предков находим такие имена: Жовтень, … Оружник, Кастричник, и самая древнее называние месяца Коса.

Ого! Как внушает и завораживает... Конечно, в названии месяца, наши предки не могли не отметить всю необычность, все богатство цветовой палитры, этого удивительно прекрасного времени года. Наверное нет другого более насыщенного месяца, по разнообразию красок. Ну и конечно же, прежде всего, желтый цвет месяца связывали с собранным урожаем жарници и пожарници, так называли праславяне рожь и пшеницу.

А вот откуда взялась явно оружейная тематика названий? Волосы сплетенные в косу, у наших предков, считались символом порядка, итога, сохранности и защищённости.

Оказывается, когда делаются клинки, как боевые, так и трудового инвентаря, серпы, косы – кузнецы сплетают полоски раскалённого металла в косу , а потом начинают ковать клинок.

Так вот месяц «Жовтень» это полное завершение работ, праздник урожая, который давал не только красоту, но защиту («Хоружник» – защитник). Месяц этот почитался больше, чем начало года – весной, что собственно и заставило, в 1492 году Ивана III своим указом перенести празднование «нового года» с 1 марта на 1 сентября, но при этом сохранялся принцип самого календаря, изменилась лишь точка отсчета.... . ..

Осень придёт ко всем. Она неминуема и потому беспощадна. Она по-царски величественна и спокойна. Она знает, что следом за ней придёт время покоя и тишины. Время, когда останется лишь подводить итоги. Время завершения круга Жизни. Осень любит дарить подарки тем, кто живёт с ней на одном дыхании. Посмотрите вокруг, услышьте и увидьте Осень...
С уважением, Сергей Курдюмов.

Хмуро читал я эти чудесные строки, нагло скопипащенные сюда с купюрами. Этот месяц явился в мой город во всеоружии - пасмурно, подул холодный влажный ветер, стало как в Питере. Прощай, бабье лето!

Только глянув на небо поутру 1 октября, я оставил все идеи дальних прогулок. Заехал в квартал неподалеку, который назову Резиденцией Богатых Буратин. Тут прекрасный дальний вид на реку, лужайки с цветами, старинные храмы и прикольные дерзновения современной архитектуры, окруженные спортивными тренажерами и детскими площадками в отличном состоянии. Идеальное место для жилья и работы городских людей, у которых мечты сбылись - и центр совсем рядом, и относительно свеж воздух, кругом новые офисные пространства и обширные парки. Есть где размяться и детям, и взрослым прямо под домом.

И вот застигнув это место холодным воскресным утром, я подумал, что удачное название для октября - Цыплень. В том смысле, что цыплят по осени считают, выживших при первых холодах. На всей этой прекрасной и обширной, весьма благоустроенной территории не было никого!

Сотни раз я проезжал мимо в теплое время, наблюдая одну и ту же картину - массовое кладбище жертв цифровой революции. Сидячие недвижные тела родителей, нянек и офисных служащих, уткнувшихся в экраны. Еле движущиеся дети, с завистью на них поглядывающие, скучающие в одиночку или не знающие, во что тут играть, оказавшись вдвоем-втроем. Если взрослых заменить пластиковыми муляжами с сохранением внешнего сходства и одежды, дети не сразу заметили бы подмену.

Единственный живой эпизод, который я наблюдал за это время - какой-то малыш забрался в большую урну, пока его папа витал в виртуальной реальности. Прибывшая на детскую площадку родительница была в ошеломлении, куда мог деваться ребенок.

Но вот наступили холода, и я увидел на этой площадке нечто новое! Подошли два пацана без всякого присмотра взрослых, лет 5-7. Старший усадил младшего на гамак-кольцо и принялся его раскачивать. После нескольких махов гамак стал взлетать метра на полтора-два в высоту, жуткая картина!

- А теперь прыгай! - заорал старший страшным голосом. Мелкий прыгнул и полетел, с самой верхней точки траектории! Технично приземлился на мягкое покрытие всеми четырьмя конечностями, как кот, остался жив-здоров. Старший раскачался сам и прыгнул еще дальше, после чего они стремительно убыли. Сколько тысяч взрослых и детей успели полежать пластом на этом гамаке летом со скучающими и унылыми лицами. Разруха прежде всего в мозгах, как верно отметил проф. Преображенский.

После ухода залетных пацанов на территории Резиденции снова сделалось пусто. Но недолго, на четверть часа. Не успел я закончить свои незамысловатые упражнения, трусцой подбежала фигуристая девица в спортивном и направилась к качелям, которые я привык считать висячей скамейкой - на ней всегда сидели! Причем в очень неудобной позе, скрючившись и широко расставив ноги, потому что сиденье узко и слишком низко висит над площадкой. Его занимали последним, когда все лавки вокруг были заняты, и сразу покидали, если место на них освобождалось.

Девица скинула кроссовки, встала на сиденье и принялась раскачиваться, вскоре достигнув амплитуды циркового акробата, тросы у скамейки высотой под четыре метра. В полете с любопытством озирала живописные окрестности. У нее зазвонил телефон, она его на лету вынула, глянула, что-то кликнула, затормозила и отправилась к ближайшему такси на парковке. Оно было пусто. Дева села за руль и уехала.

Рядом стояло другое такси, с водителем, явно скучавшим. Что он вспомнит об этом утре, как и сотнях подобных? Ровно ничего - сидел, ждал, коротал время в ожидании заказа. А она наверняка запомнит, что вот нашла классное место с качелями, тут хорошо припарковаться и полетать в минуты отдыха. Два пацана запомнят, что тут есть восхитительный прыгательный гамак с толстой подстилкой. И вернутся! Но разумеется, когда никого нет. Должно быть холодно для сидячих.

Уезжал я оттуда с чувством, что октябрь прекрасный месяц. Тепло усыпляет, прохлада будит. Людей остается меньше в местах отдыха на свежем воздухе, зато сами эти люди ядрены. Подвижны и жизнерадостны. Реально месяц-коса, кого-то выкашивает со двора и прибирает снопами под крышу, кого-то обходит стороной. С октябрьским возрастом жизни ровно то же самое, судя по возрастным людям, наблюдаемым мною в парках. Кому праздник деятельного отдыха, кому репетиция загробного существования.

25

Л.Толстой: «Всегда кажется, что нас любят за то, что мы так хороши. А не догадываемся, что любят нас оттого, что хороши те, кто нас любит».

Не так давно меня стал тревожить вопрос, а есть ли секс после сорока. И не потому, что я не знаю ответ – в моей хорошенькой (как мне говорят. Но да, я отражаюсь в зеркале, и тут, конечно, возможны варианты) головке ответ имеется, и ответ однозначный. При этом, на мгновение поверив Чикаге, я оглянулась вокруг, -- и теперь рассаживайтесь в кружочек, и наливайте, потому что без поллитры тут не разберешься.

Кстати, что такое сорок лет? Почему циничные и веселые американцы накрывают столы черными скатертями, а суеверные православные русские не отмечают этот день рождения совсем? А – потому что. Инструктор йоги, врач в поликлинике, и собственные суставы вам скажут однозначно: вот вам и кончилась эпоха великих парусных судов. Период бурной, активной жизни подошел к концу, а дальше, там, на том склоне холма, старость и мудрость, ну либо только старость. Да, женщинам природа даст еще один взрывной гормональный всплеск перед конечным угасанием, и в сорок пять мы станем ягодки опять, но ненадолго. Мужчины ж будут замедляться постепенно, худея ручонками и толстея пузиками, хотя многих из них тоже не минует бес в то самое место, откуда мы у них появились. Все-таки, почтальон всегда стучит дважды.

Ну так вот. О чем, собственно, речь.
Анне Александровне на момент начала истории было где-то за восемьдесят. По характеру она полностью отвечает критериям Жванецкого (да будет имя Его благословенно): веселая, умная, добрая, верная, и терпеливая. Несколько лет до этого она похоронила любимого мужа, с которым прожила вместе лет шестьдесят. Как говорил Толстой, «только люди, способные сильно любить, могут испытывать и сильные огорчения; но та же потребность любить служит для них противодействием горести и исцеляет их. … Горе никогда не убивает» -- и Анна Александровна потихоньку утешилась. Дети, внуки, правнуки; подруги и друзья, свои и мужнины проявили заботу и внимание, и даже больше.

Есть у усопшего супруга друг. Ровесник его, то есть Анны Александровны старше на 13 лет. Так что в истории ему где-то за девяносто. Что-то есть такое в бывших летчиках-истребителях, словно они так изучили небо вдоль и поперек, что когда решили наконец-то вылезти из самолета и посмотреть, а что же тут внизу за девушки, в небо обратно не торопятся. Ну и как это бывает у настоящих друзей, вкусы у них схожие, и поэтому в Анну Александровну он был давно и безнадежно влюблен. Поэтому как-то однажды настал такой момент, что он предупредил ее, что придет в гости, чтобы сделать ей – предложение.

Анна Александровна струхнула не по-детски. Да, они втроем были очень дружны, но дело в том, что в свое время Анна Александровна сделала правильный выбор. Ей повезло найти себе «того самого», а может, создать себе «того самого» -- тут я не знаю. Знаю только, что переход от соловьиных песен юной страсти к тихому подвигу высиживания птенцов не был для нее болезненным. Но и «жили они долго и счастливо и умерли в один день» тоже не про них, всяко бывало, пуд соли съели, делили радость и горе. В общем, Анна Александровна так и не смогла объяснить мне, по какой причине она отказала этому прекрасному человеку, и другу семьи. Что-то в ней было такое – словно она чувствовала, что заслужила покой.

Так что вопрос о том, есть ли секс после сорока – так и остаётся апорией Зенона. Ахиллес догонит Черепаху, если ряды сходящиеся. А если предел – бесконечность? Одиночество – это всего лишь, когда некому насрать в душу. А Царствие Божие – среди нас, и Царствие Божие – внутри нас. Но, как говорится в апокрифическом Евангелии, «блаженны любящие, и блаженны любимые, и блаженны те, кто может прожить без любви».

26

В последние годы существования СССР люди в нём всё более активно рассказывали сказки про заграницу. Мол, и небо там голубее, и трава зеленее, и воздух чище. Особенно рассказывали про людей: не такие злые и хмурые, как у нас, а напротив, улыбающиеся, дружелюбные и всегда готовые прийти на помощь. Мне довелось вспомнить эти рассказы в тот день, когда судьба занесла меня на смотровую площадку к куполу Исаакия.

Надо признаться, что я боюсь высоты. Причина этого совершенно прозрачна - когда мне было двенадцать лет, моя собака прыгнула с балкона. Этот страх работает довольно своеобразно: он ничуть не мешает прыгать с парашютом или, например, гулять по крыше ГЗ МГУ, но делает зверски некомфортным нахождение вблизи от любого места потенциального падения без парашюта. И как человек, знакомый с этим страхом лучше других, скажу: смотровая площадка Исаакия - одно из самых "высотобоязных" мест, какие я только встречал. Узкая, тесная, с низкой балюстрадой и забитая плотной толпой беспорядочно толкающихся и нередко пьяных людей, она вызывала желание прижаться спиной к стене и так добраться до выхода. По сравнению с ней залезть в башенный кран той же высоты - спокойное и невинное развлечение.

Для того, чтобы на эту площадку подняться, требовалось преодолеть тёмную, узкую и длинную винтовую лестницу, забитую телами. Говоря коротко и просто, подняться хотят куда больше людей, чем площадка способна нормально вместить - так что сначала длинная очередь перед лестницей, потом давка и очередь на самой лестнице, потом давка на смотровой площадке, потом вниз. И вот, на последней площадке лестницы, перед выходом на крышу, лежала девушка. Когда она поднялась наверх и выглянула наружу - у неё случилась истерика и она не смогла заставить себя выйти. В конце концов та компания, с которой она пришла, ушла без неё. Тем более она не смогла пробиться сквозь толпу, чтобы спуститься обратно по той же лестнице. В результате к тому моменту, когда я до неё добрался, она просто лежала у выхода, скрючившись в позе эмбриона, и еле слышно монотонно выла.

Я не буду рассказывать, как её приводили в чувство. Как по эстафете спускали вниз информацию, чтобы там вызвали скорую, закрыли вход и дали возможность людям с лестницы хотя бы частично выйти и освободить место, достаточное, чтобы отнести девушку вниз. Я скажу только одно: на той лестнице русских было меньше половины. Я слышал разговоры на английском, немецком, итальянском, финском, ещё бог весть каких языках. И все, кто там был, и наши, и не наши, подойдя к этой девушке, делали одно и то же: перешагивали через неё. Шли смотреть на тот вид, за который они заплатили. Я просто не знаю, как подсчитать, сколько десятков или сотен мужчин и женщин перешагнули через неё в то утро. Это стало для меня одним из тех воспоминаний, которые убеждают меня: люди везде одинаковые. В тот день человек А помог человеку Б - хорошо. А что самое лучшее - то, что после этого они не продолжили знакомство. Не испортили этот хороший поступок последующими событиями. Потому что опыт подсказывает и то, как, скорее всего, завершилась бы эта история. Человек А и человек Б дружили бы. Человек А помог бы ещё несколько раз, и человек Б постепенно проникся бы уверенностью, что человек А обязан вытаскивать его из любой задницы, в какую только человеку Б будет угодно залезть. Однажды человек А отказался бы это сделать - и стал бы в глазах человека Б предателем и главным врагом. Может, после этого, а может и до, но человек Б встал бы перед выбором: получить для себя какие-то плюшки, предав ради этого А. И, немного попереживав для приличия, вонзил бы нож тому в спину.

Может, в конце концов, те, кто перешагивали, и были наиболее правы.

27

1427 'Чистуха' (Чистосердечное признание)

Байкой является нижеприведенное или что-то из неё правда — не напишу. Так как времени прошло уже много и той страны уж нет...

Эпиграф. «Фёкла! Ты лук ела или так охренела?» Из простонародного.

ЧАСТЬ 1. ДИСПОЗИЦИЯ. Итак, позднее советское время. Насколько позднее — сейчас уже и не установишь. Но в Уголовном Кодексе тогда ещё были статьи и за гомосексуализм-мужеложество и за фарцовку. К слову: а наркоманов тогда вообще сдавали в ЛТП, где лечили их исключительно профилактическим трудом. Качественно так лечили, что желающих туда попасть не было даже среди обычных взрослых состоявшихся алкоголиков.
И вот герою-школьнику данной истории повезло — мама купила ему шикарный импортный свитер. Вот здесь: «Т-с-с!» Ибо шикарные импортные свитеры к ним в город попадали так же, как и шикарная импортная хна. Вроде куда не глянь — ею торгуют. На кого не глянь — а голова той хной подкрашена. Кого не спроси — все скажут, что шикарная импортная хна не чета советской магазинной: и красит лучше, и оттенок натуральнее и вообще... А только это же явная фарцовка. Как и шикарный импортный свитер. Вещь вроде есть, а как она материализовалась на советских просторах — никто-никто объяснить не сможет. И объяснять не согласится. Может кто и ходит с рюкзачком за близко расположенную государственную границу... только кто же признается?
И вот герой этой истории, покрасовавшись в том свитере там и сям, решил сходить на школьную дискотеку. Что уж за танец он со своим закадычным 'корешком' там отплясывали осталось тайной за семью печатями. Но разгорячённые физическими упражнениями на танц. поле герой и его товарищ одинаково закатали рукава своих новеньких свитеров. Красиво так закатали... Причём прямо в ажуре танца.

ЧАСТЬ 2. РАЗГРОМНАЯ. Как результат: на выходе с дискотеки завуч школы по воспитательной работе наших закадычных друзей отловила и с рук на руки передала их подоспевшему участковому.
В этот момент и трава стала не такой зелёной, и небо не таким голубым и вода не такой уж и мокрой. Сушняк в общем схватил нашего героя-школьника с перепугу. Потому сушняк, что если ты отплясывал не с девочкой, а с мальчиком, то запросто могли дать направление к врачу. И доказывай потом то, что ты — не верблюд и об извращениях западного мира имеешь самые смутные представления. Самые смутные.
Но дружка чуть-чуть помурыжили и отпустили. И герой наш уже вздохнул почти полной грудью, собравшись было тоже на свободу.
Но дядя-участковый нашего героя взял профессионально так за рукав и, ткнув в свитер, уточнил: «А это как ты мне объяснишь?»
Ох, трусоват, наверное, был наш герой, но он опять до смерти перепугался ибо понял, что свитер его шикарный теперь станет вещьдоком по делу о фарцовке... И хорошо ещё если не 10 лет всыплют по первое число... (В советской то школе основ юриспруденции не изучали, так что где уж мальчишке-школьнику было отличить статус покупателя=свидетеля от статуса продавца_фарцы=подозреваемого...)
Так что, когда дядя-участковый выдал ему чистый лист бумаги, авторучку и начал диктовать: «'Чистосердечное признание'. Точка. С новой строки. Пиши 'Я такой-то такой-то, такого-то года рождения, учащийся школы такой-то, класс такой-то'... Записал?», то он уже мысленно приготовился... Ко всему...
В этот момент участковый велел опять закатать раскатавшийся было рукав свитера и, ткнув пальцем во внутренний сгиб локтевого сустава, где у нашего героя было множество красных точек, деловито уточнил: где средство для ЭТОГО покупал?
Наш герой чуть не расплакался от переживаний. Сдал и аптеку в которой покупал. И сколько раз за последний месяц туда ходил. И дату на признании ему не велели ставить, так он и не поставил. И, наконец, расписался на бумажке в том её месте, где дядя-участковый велел.
И вот участковый смотрит на листочек и медленно от своего открытия охре{...} (в общем 'одуревает'). Дело в том, что микрорайон их был на самом краю города. Как результат — аптека тоже была у них всего одна. И (исключительно в рамках профилактической работы) была у участкового там... хм... дама. В общем агент-не-агент/завербовал-не-завербовал, а помогала ему выявлять и предотвращать. Причём симпатичная и вообще... А по бумажке от школьника получалось, что она как раз и торговала ЭТИМ.
Так что вместо того, чтобы дать законный ход делу, участковый запер мальчишку в каком-то школьном чулане, а сам помчался в аптеку.

ЧАСТЬ 3. СТРАННАЯ. Дама-аптекарь с перепугу тоже готова была во всём-всём сознаться. Написать и подписать.
По её словам выходило, что аптека на краю города. Площади — большие. Есть достаточное место для того, чтобы сушить травяной сбор. Но по какой-то причине начальство не испросило разрешения на то, чтобы покупать у населения аптекарские травы. Поэтому они втихую всё это принимают и сушат... а проводят, как от центральной аптеки.
Тут наш участковый опять охре{...}, так как он надеялся выявить совсем-совсем другое. А тут — какой-то ведомственный непорядок с каким-то травяным сбором??? Там, в общем, если уж и не петрушка с сельдереем, то что-то типа подорожника и ромашки. Причём, ромашки разных видов, смешение которых ни в коем случае нельзя допускать. Что за хрень?
???
???

ЧАСТЬ 4. ДЕЛУ - КАПЕЦ. В общем, участковый рванул за мальчишкой. За шкирку его приволок. Благо — всё рядом. Устроил уже очную ставку двух подозреваемых по ДЕЛУ «1427».
Ну тут всё и открылось. Оказывается, в юношеском возрасте у одних прыщи на лице. У других, пардон, на попе. А у нашего героя — на внутренней части локтевых сгибов. А если прыщ выдавить — так остаётся красная точка, которую и не отличить на глаз от укола иголкой...

В общем, век живи — век учись... На воду — дуй! А молоко — пей!

28

ЗДЕСЬ И ТАМ

Я больше не хочу здесь. Я хочу туда, где звёзды и море, и костёр на пляже, и гитара, и кто-то играет «Машину времени». И пахнет жареными мидиями, и девушка напротив смотрит влюблёно. И я уже знаю, что будет этой ночью…
А здесь я ничего не знаю. Здесь бегают менеджеры, все в одинаково повязанных шарфиках, и дети гор с одинаково злобными лицами. Здесь неоновые ночи, от которых болит голова, а девушки смотрят только в свои телефоны. Здесь убивают за царапину на машине и бьют по лицу за случайный толчок. Здесь шумно и грязно, здесь невкусное мороженое, немолодая усталая жена и старый я.
А там, куда я хочу, там все молодые, и жена, и я, а мои друзья смотрят на нас и смеются. Там за рубль нам наливали банку сухого вина и мы шли на пляж, где валялись деревянные лежаки. Мы их раскладывали, как нам удобно, садились, и снова гитара, только теперь уже Антонов, «Море, море…», и пили вино из банки, и звёзды падали нам прямо в ладони. А невдалеке стояли пограничники и завидовали. Мы, конечно, им предлагали выпить, но они смущённо махали руками и уходили, бряцая чем-то металлическим.
Здесь такого вина нет. Может, оно и есть, но его никто не пьёт. Я давно уже не видел, чтобы кто-нибудь пил дешёвое вино из стеклянной банки и слушал Антонова. Можно, конечно, похожего вина купить, но с кем ты его будешь пить? И Антонова скачать можно, но с кем ты будешь его слушать? Со своими детьми? Они, услышав «Море, море…», понимающе улыбнутся, ничего не поняв, а тех, кто понял бы, уже нет. Уехали, спились, умерли или стали другими и не хотят помнить костёр на пляже с деревянными лежаками. Они и меня-то помнить не хотят, потому что я это воспоминания, а воспоминания отвлекают от бизнеса.
Там у нас тоже был бизнес. Джинсы, сигареты, кассеты… Бизнес в стиле «лайт», как сказали бы сейчас. Но моря было больше. И счастья больше. Продали джинсы, которые чей-то отец привёз из Югославии, вина взяли, портвейна по два двадцать, девчонок позвали… О, какие у нас были девчонки! Голдик, Стропила, Браун, Рюмашка, Дурёнок… Стропила недавно умерла от водки, Рюмашка с десятого этажа улетела под наркотой, Браун в Германии, достопочтенная бюргерша… Ещё Отрада была, Отрадушка, пятый размер, добрая и ласковая. Никого не пропустила, со всеми переспала. Потом замуж вышла за бандита, ещё в те годы, и исчезла. Можно, конечно, в «Фейсбуке» или в «Одноклассниках» поискать, но смысла нет. Всё равно не ответит. Не каждый хочет в прошлое возвращаться, как я. У меня-то всё светлое там…
Нет, мы не были ангелами. Ангелы жили среди нас, оберегали и иногда в кого-то из нас вселялись. И тогда тот, в кого вселился ангел, покупал духи и ехал к маме. И шёл с мамой по магазинам, и занимал очередь к прилавку, пока мама стояла в кассу. И ужинал с родителями, а потом смотрел с отцом «Футбольное обозрение». Может, наши мамы до сих пор живы, потому что в нас часто вселялись ангелы?..
А здесь ангелов нет. Какие здесь ангелы, у них же крылья, а и так не протолкнуться, им все крылья потопчут или оторвут. Ангелы ещё петь любят, по-своему, по ангельски, а где здесь попоёшь, если шум везде и ор? Так что ангелы исчезли и появляются, только если беда, чтоб забрать кого-то к себе за небо. Они часто появляются, бед много, то горит что-то, то взрывается, то падает… Но жить здесь они уже не могут. Здесь ангелам больно. Да и среди кого им жить? Среди менеджеров?
А там, куда я хочу, даже слова такого не было. Нет, мы все учились, работали, что-то делали… Кто дворником пристраивался, кто квасом торговал, кто на «вечернем» учился раз в неделю, а днём снег с крыш сбрасывал… Но если компания загулять собиралась и квартира была у кого-то свободная, то всё, все дела побоку. И какие были загулы! Недельные, двухнедельные… Деньги кончались – посуду шли сдавать, а это рублей десять-пятнадцать… И по новой – портвешок, шипучий «Салют» девочкам, ночные Сокольники… И в кино успевали сходить, и на концерты какие-то… А могли деньги подсчитать, дозанять где-то и на море опять же уехать. Просто, в среду после обеда, в плацкарте. И кто-то один «зайцем» наверху прятался. Это потом уже – проблемы в институте, неприятности на работе… А родителям отзванивались, мам-пап, я у друга, мы занимаемся… Хотя родители всё понимали – звонок-то был междугородный. Если кто помнит, конечно, что такое междугородный звонок…
А здесь попробуй загуляй хоть на два дня. Или зайди ночью в Сокольники. Или позвони жене и скажи, что ты на море в среду после обеда с компанией уезжаешь, мол, присоединяйся… Такое услышишь… А там она с тобой с удовольствием ездила. С двадцатью рублями. И с улыбкой, и с влюблёнными глазами, и в том платье, в котором… Помнишь?
А ещё там был буфет на станции с вкусными пончиками, и немытая черешня, и солнце падало в море где-то за домиками, и девушка, которая будущая жена, утром просыпалась потрясённая… Где сейчас эта девушка? Здесь, гремит чем-то на кухне и руки в муке о передник вытирает… А я хочу, чтобы она там была, со мной, и в море умывалась с голой грудью, худая, загорелая и с длинными-длинными ногами… Но её отсюда туда не затащишь…
Да и что мне, сегодняшнему, там делать? С замусоренными мозгами, уставшему от всего – от людей, от вечных кредитов, от нелюбимой работы, от ненужных знаний… Ненужные знания это всё, что нажил, на что истратил жизнь, которая так хорошо начиналась… Или она ещё не начиналась? Может, я всё ещё стою в прихожей, а жизнь, она там, в комнатах? Я многих знаю, которые так и простояли всю жизнь в прихожей… А я сейчас зайду и… Смешно... Я ведь давно прошёл все комнаты, я давно спел все песни, я мало молчал и много говорил, я любил и не любил, я плакал и смеялся, я часто врал и редко не врал и я снова подхожу к входной двери, только уже с обратной стороны… И я знаю, что будет за ней. Я знаю, что веселье заканчивается слезами, пьянка – похмельем, любовь – ненавистью, а жизнь – смертью.
А эти ребята – молодые, красивые, шумные, беззаботные - не знают. Небесные длани лежат у них на затылках. И не надо им мешать и учить их не надо. И все мои знания ничего не изменят... Они не нужны там никому, мои знания. И я сегодняшний там никому не нужен. Слышите, как волны накатывают на берег? Как шуршит галька? Лучше этого звука в нашей жизни ничего не будет…
Я уже многих из них похоронил, вот из этих, поющих на пляже Антонова, «Море, море, мир бездонный…»…
Пусть поют. И пусть я пою среди них. Но не сегодняшний, а тот…
Не надо возвращаться в свою молодость. Надо её, улыбаясь, вспоминать.
Вот только вспоминать уже не с кем… И улыбаться я давно разучился…
Слушай, бармен… А налей-ка мне стаканчик моря! Того, коктебельского, лета восемьдесят четвёртого года… Сколько тебе лет? Двадцать? Я постараюсь не завидовать… «Море, море, мир бездонный, пенный шелест волн прибрежных…»…
Илья Криштул

29

Дед Мороз. Новогодняя быль.

Это случилось так давно, что, казалось бы, многие детали этой истории могли бы бесследно исчезнуть из памяти. Стереться, раствориться в годах. Тем не менее, я помню все настолько отчетливо, словно это произошло лишь вчера.

…Мне шесть лет. Я уже хожу в первый класс и очень этим горда. Мне очень нравится в школе. Только вот… если бы не было этого противного хулигана Юрки Политая. Его боятся даже старшие ребята. Он драчун и забияка. К своим восьми годам Юрка успел уже остаться на второй год в первом классе. Он до сих пор читает по слогам. А мы уже закончили букварь. У нас даже «Праздник Букваря» был. А сейчас мы готовимся к встрече Нового Года. Репетируем песни и стихи – в школе второго января будет новогодний утренник.

Я с особым нетерпением жду наступления Нового Года и мечтаю о том, что в этом году Дедушка Мороз принесёт мне в подарок коньки “Снегурки”. Такие белые, высокие ботинки. А на кончике полозьев непременно должны быть нарезки – чтобы крутить пируэты. А то у меня не получается в старых коньках моего старшего двоюродного брата. Они простые, черные, с длинными полозьями. Мальчишеские. Я уже поделилась своей мечтой с бабулей и она сказала, что если я буду послушной, то непременно Дед Мороз придёт с подарками. Что я, маленькая? Я и так знаю, что Дедушка Мороз приходит только к хорошим детям. А к таким хулиганам, как Юрка Политай, он не приходит. И подарки им не дарит. Я это Юрке и сказала на переменке, когда он опять больно дернул меня за косичку. А он в ответ только скривился. Сплюнул прямо на пол и заявил:
- Дура ты! Никакого Деда Мороза нет. А подарочки вам ваши родители под ёлку ложат!
- Во-первых не «ложат», а кладут, а во-вторых сам дурак! Ко мне Дед Мороз приходит каждый год. И к девочкам приходит! Правда, девочки? - я обратилась к притихшим одноклассницам.
- Правда! Есть Дед Мороз, только живет он далеко, в Сибири! – поддержала меня Ирочка. У нее папа военный. Они в Сибири жили, Ирочка точно знает, что там очень холодно, и у Деда Мороза там избушка.
- Нету никаких Дедов Морозов! - не сдавался Юрка.
- А, вот и есть! Есть!
- А ты его видела?
- Нет… - растерялась я.
- А вы его видели? – обратился он к девочкам.

Они помотали головами. Оказалось, что живого Деда Мороза не видел никто.
- Я ж говорю, нету никаких дедов морозов! – обрадовался Юрка.
- А вот и есть! Он каждый год ко мне приходит, и подарки под ёлкой оставляет. А к тебе он не приходит, потому что ты хулиган и двоечник! – распалилась я.

Я не успела ничего понять, как Юркин кулак въехал мне прямо в нос. Слезы брызнули из глаз.
- Ах, так! – я бросилась на Юрку, колошматя его кулаками…

…Мы стояли перед учительницей. У меня из носа текла кровь. Белый воротничок был оторван, один манжет болтался на ниточке, другой закапан кровью. Вместо аккуратных косичек «крендельков» волосы торчали в разные стороны, а на них сиротливо висели ленточки… У Юрки вид был не лучше. Лицо расцарапано. Волосы взъерошены, а под глазом уже наливался синяк.

- Очень красиво! – произнесла учительница, - И не стыдно? – поинтересовалась она почему-то только у меня.

Я угрюмо молчала, и изо всех сил старалась не зареветь. Мне было очень обидно. Но я продолжала молчать.
- Политай, с тобой разговор отдельный, останешься после уроков. А ты, - учительница обратилась ко мне. - Пойдешь сейчас и приведешь себя в порядок, а потом мы поговорим.

В туалете меня окружили девочки. Я закусила губу, но не плакала. Мне было обидно. Ну, как он может говорить, что Деда Мороза нет?…

…Бабуля всплеснула руками:
- Как же это так случилось! Ты что, подралась? Ты же девочка! А почему ты в тапочках? Где сапожки?

Я забыла поменять сменную обувь и всю дорогу от школы шлепала по сугробам в тапочках, даже не замечая, что ноги насквозь промокли…

- Юрка Политай сказал, что Деда Мороза нет! – выпалила я, и тут меня прорвало. Я залилась слезами и всхлипывая рассказала все бабуле.

Бабуля помогла мне переодеться. Ловко замочила платье и фартук в миске с горячей водой, сыпнув туда стирального порошка. Ленты из косичек были выплетены. Лицо умыто. Бабуля прижала меня к себе и, убаюкивая, сказала:
- Конечно, Дед Мороз есть. А как же? Кто же приносит ребятишкам новогодние подарки?
- А почему его никто не видел? – спросила я.
- Потому что он приходит, когда дети спят. Он ведь один, а вас много, ему знаешь сколько успеть нужно в новогоднюю ночь? Но ты не сомневайся. Дед Мороз точно есть!
- А ты его видела? – с надеждой спросила я
- Видела, – серьезно ответила бабушка.

Я окончательно успокоилась. В доме было тепло, уютно. Пахло ванилью и корицей. Бабуля пекла коржики… Напившись горячего чаю с малиновым вареньем и коржиками, я уснула. А когда я проснулась, в комнате царил полумрак. Я услышала мамин голос. Но встать не было никаких сил.
- Мама, - позвала я.
- Она уже проснулась. Да, непременно. Спасибо. – мама говорила по телефону, догадалась я и испугалась.

Мама вошла в комнату, присела на кровать рядом со мной. Я прижалась к ней. Мне очень хотелось спать.
- Да ты вся горишь! – сказала она.
- А ты не будешь меня ругать? - Спросила я шепотом.
- Драться, конечно, не хорошо, и ты это сама прекрасно знаешь.
- Знаю, но…
- Я разговаривала с учительницей. Она мне все рассказала.
- Я больше так не буду… - прошептала я.
- Я знаю. А теперь давай-ка измерим температуру, и ты выпьешь чаю с малинкой.

Болела я долго. Мне все время снились сны про Деда Мороза. А потом откуда-то возникало Юркино лицо. Он что-то кричал, я с ним спорила, и просыпалась от собственного вскрика. Мама и бабушка все время были со мной, поили меня чаем и бульоном, давали лекарство. А по вечерам папа читал мне книжки, но я, не дослушав историю, проваливалась в сон. И опять мне снился Дед Мороз и Юрка…

…Я проснулась от яркого света. Солнышко заглядывало в расписанные морозом окна. Иней переливался, искрился множеством искорок. Ветки деревьев прогнулись от снега. Крыши домов нарядились в снежные шапки.
- Мама, - позвала я.
В комнату вошла бабуля.
- Ну, как ты, доченька?
- Я хорошо. – Мне действительно больше не хотелось спать. - Я выздоровела.
- До “выздоровела” еще далеко, но похоже ты пошла на поправку.
- А Новый Год? – вспомнила я.
- До Нового Года еще три дня. А в школе каникулы. Так что у тебя еще есть время окрепнуть. Только ты должна обязательно покушать. Тогда окончательно поправишься.

Я почувствовала, что жутко проголодалась.
- Только ты пока не вставай, я тебе сейчас принесу.
Суп был потрясающе вкусным, и пирожки, и чай, и коржики. Я не могла наесться, а бабуля не могла нарадоваться. Я и в хорошие времена была не ахти каким едоком, а во время болезни вообще ничего не ела.
- Одни кожа да кости, - причитала бабуля. А я, насытившись, почувствовала усталось, и меня опять начало клонить в сон.

Мне больше не снился Юрка. Зато приснился Дед Мороз. Он был большой, с белоснежной бородой, с мохнатыми бровями и очень добрый. Он был наряжен в длинную красную шубу, и красные руковицы, а в руках он держал мешок с подарками…

К Новому Году я уже ходила по дому. Но еще была слаба. А на дворе была настоящая зима. Яркая, морозная, снежная. Безумно красивая. С сугробами и голубым дымком над печными трубами. Перед нашими окнами соседские дети слепили снежную бабу. Она была смешной, с черными угольными глазами и бровями, носом-морковкой, а губы ей покрасили помадой. На голове красовалась дырявая соломенная шляпа…

Вечером мы всей семьей наряжали ёлку. У нас много ёлочных игрушек. Есть даже очень старые. С прищепками вместо веревочек.Они очень красивые. Мама говорит, что этими игрушками наряжали ёлку, когда она была такой, как я. Неужели мама была такой как я? А я тогда где была? “Тебя еще не было. Ты родилась потом. Когда я с папой познакомилась и вышла за него замуж.” - Объясняла мама. Папа приладил макушечку на елку и стал проверять гирлянду.
- Удивительно! Все лампочки горят! – радостно сообщил он.

Я помогала накрывать на стол. Вкусно пахло ёлкой, мандаринами, сладким печеньем. Чувствовала я себя прекрасно, но где-то в глубине души волновалась. А вдруг Дед Мороз не придет. Я ведь подралась с Юркой. А Дед Мороз приходит только к хорошим детям. Спросить родителей я не решалась. Ничего, осталось совсем немного. Я непременно не лягу спать и дождусь Деда Мороза, если он, конечно, придет ко мне.

За праздничным столом было много гостей. Все шутили, поднимали бокалы с похожим на лимонад пузырящимся вином. Называлось это вино очень красиво – шампанское. Разгадывали загадки, и папа, приклеив бороду из ваты и подмигнув мне, доставал из большой красной наволочки подарки для гостей. Я, конечно, понимала, что папа просто играет в Деда Мороза. А настоящий Дед Мороз придет тогда, когда все улягутся спать. По телевизору пел какой-то дяденька. Слова песни были не совсем понятными для меня:

…У леса на опушке жила зима в избушке
Она снежки солила в березовой кадушке
она сучила пряжу,
она ткала холсты,
ковала ледяные да-над-реками мосты…

За столом все гости подхватили:
«Потолок ледяной, дверь скрипучая!
За шершавой стеной тьма колючая,
Как шагнешь за порог всюду иней,
А из окон парок синий-синий».

Я представляла себе избушку на детской площадке, в которой мы летом с девочками играли «в дом», а зимой у нас там была крепость. Мы играли в снежки с мальчишками, запасаясь снежками именно в этом домике. Я тоже пела. Мне было очень весело и радостно. Только пела я неправильно – мне казалось, что из окон виден не «парок», а порог синий-синий. Я его очень даже отчетливо представляла – такой порожек, деревянный, покрашенный в синий цвет.

«…Ходила на охоту, гранила серебро,
Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.
Деревьям шубы шила,
Торила санный путь, а после в лес спешила,
Чтоб в избушке отдохнуть…»- продолжал дядька из телевизора.

Мне было жаль месяца, который злая старуха сажала в хрустальное ведро. Зачем она это делает, задумывалась я. А слово «торила» я вообще не поняла и пела “кроила” – потому, что бабушка совсем недавно кроила мне новогоднее платье. Это было понятно… И что такое «гранила серебро»? Наверное, дяденька ошибся – надо петь «хранила серебро» – думала я.

…Гости веселились, подпевали. А потом в экране телевизора появились кремлевские куранты. Все встали с бокалами и стали поздравлять друг друга с Новым Годом. Я изо всех сил боролась со сном. Еда в моей тарелке оставалась нетронутой. И бабуля недовольно хмурилась. Я стала клевать носом, и меня попытались увести в другую комнату спать. Я отчаянно сопротивлялась, и родители оставили меня в покое. Уснула я прямо за праздничным столом, а проснулась уже утром. До сих пор помню, как у меня в эту минуту колотилось сердце. Я вскочила с постели, коря себя, что проспала приход Деда Мороза. В гостиной под ёлкой, мерцающей в полумраке цветными искорками гирлянд, лежали два свертка. С замиранием сердца я вытащила один. На нем было написано моё имя. Я схватила подарок и помчалась в кухню вне себя от счастья. Бабуля мыла посуду, мама вытирала фужеры мягким белым полотенцем.

- Он приходил?! – то ли утвердительно, то ли вопросительно закричала я.
- Ты же видишь, что приходил, - ответила улыбаясь мама.
- Это мне?
- Ты же читать умеешь, там Дед Мороз тебе написал.

В красиво завернутом пакете были «Снегурки». Я завизжала от радости и тут же начала их примеривать.
- Только осторожно, пол порежешь! – всплеснула руками бабушка.
- Не порежу, у этих коньков на полозьях есть такие штучки. Пластмассовые. Они надеваются когда не катаешься, а когда на лед выходишь, их снимаешь… - Обьясняла я пыхтя, пытаясь зашнуровать ботинки.
- А вы его видели? – вспомнила я.
- Нет, мы уже спали, наверное, - ответила мама.
- Жалко… - пыхтела я. И вдруг я вспомнила, - а кому под елкой еще один подарок лежит?
- Не знаю. Пойдем посмотрим. – удивленно пожав плечами и откладывая полотенце, сказала мама.

Я нырнула под ёлку. Вытащила подарок, и у меня открылся рот от удивления. Я ещё раз перечитала надпись, думая, что ошиблась.
- Тут написано: «Для Юры Политая». Как это?
- Ну-ка, дай-ка я посмотрю. – Мама повертела подарок в руках. – Да, действительно. Для Юры.
- А почему он здесь? – моему удивлению не было предела.
- Наверное, Дедушка Мороз не смог попасть к Юре и оставил подарок у нас под ёлкой. Ну, чтобы мы передали, наверное. – Предположила мама.
- Но ведь он плохой. Он драчун… - я прикусила язык и посмотрела на маму. «Я ведь тоже драчунья. Я сама дралась с Юркой.» Словно прочитав мои мысли, мама прижала меня к себе:
- Но он обещал больше не драться. Мне учительница ваша звонила. Сказала, что Юра исправил все свои двойки. И даже выучил стишок к утреннику.
- А как же мы ему подарок отдадим?
- Мы можем к нему сходить домой. Отнести, – предложила мама. А пока сними коньки, в доме на коньках не катаются. Затем умываться и завтракать. А потом пойдем к Юре.

Я тащила Юркин подарок, держась за мамину руку. От морозного воздуха, такого вкусного, свежего, зимнего, слегка кружилась голова. Мы шли по заснеженной улице, похожей на сказку. Я вспомнила вчерашнюю песню.
- Мам, а почему старуха сажала тонкий месяц в хрустальное ведро?
- Что? – удивилась мама.
- Ну, вчера, то есть ночью, дяденька в телевизоре пел – «Ходила на охоту, хранила серебро, сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.» – напела я.
- Действительно, интересно, - сказала мама. – Это песня про зиму. Наверное под хрустальным ведром подразумевается… - она задумалась. – Может быть облако? Или даже всё небо? А ты молодец. Внимательная. Я никогда не задумывалась. – Мама с удивлением посмотрела на меня.
- Ну, да, там про избушку на детской площадке пелось, только она стояла «у леса на опушке»…
- Здесь кажется. - Мама сверилась с адресом. - Да, точно здесь. Ну давай, постучи в дверь.

Я вытащила руку из варежки, которая сразу повисла на резинке. Чтоб не потерялась. Дверь открыл какой-то дед.
- Здравствуйте. С Новым Годом вас. А Юра дома? – спросила мама.
- Да, где ж ему еще быть. Проходите. – ответил дед. У него были высокие валенки, без галош, а на плечах и груди крест-накрест был повязан серый пуховый женский платок.

По узенькой тропинке, расчищенной от снега, мы прошли к крыльцу дома. Дед открыл дверь и позвал:
- Юрка, к тебе гости.

Юрка выскочил из какой-то темной комнаты. Взъерошенный, заспанный и безумно удивился, увидев нас с мамой.
- Ты? Чё пришла?
- Мы тебе принесли подарок. От Деда Мороза. – сказала я тихо.
- Подарок? Мне? От Деда Мо… - Юрка запнулся на полуслове и оглянулся на деда.
- Он к нам ночью приходил, наверное, к вам попасть не смог – вот смотри, написано: Юре Политаю.

Юрка нерешительно взял сверток в руки. Губы его шевелились. Он читал свое имя на открытке, прикрепленной к подарку.
- Врешь ты все… - начал было он, но опять осёкся.
- А ты разверни и посмотри, что там – предложила мама.

Дрожащими руками Юрка стал развязывать тесемки. Они не поддавались. Мама помогла, и обертка скользнула на пол. В подарке была коробка на которой был нарисован планер.
- Планерная модель! – выдохнул Юрка. – Это мне? – все еще не веря, спросил он.
- Тебе, тебе. – Ответили мы с мамой почти хором.

Юрка открыл коробку. В ней лежали разные тоненькие дощечки, крылья из плотной пергаментной бумаги, маленькие колесики и даже красный пропеллер.
- Там, наверное, есть инструкция. Разберешься? – спросила мама.
- Разберусь, - шмыгнув носом, ответил Юрка.

Сейчас он был совсем не страшным, гроза первоклашек Юрка Политай. Вздернутый курносый нос, обсыпанный веснушками. Рыжеватый чубчик надо лбом. Мальчишка, как мальчишка, подумала я. Только руки в цыпках. Наверное, варежки потерял…

Пока мы с Юркой разбирались с планером, мама с дедом пили чай в маленькой кухоньке. Говорили они тихо, но до меня время от времени доходили слова деда. Я услыхала, что Юркин отец «пропал» еще до юркиного рождения.
– И как сгинул – сообщил дед. А мама его, дочка моя, Танька, беспутная, завербовалась куда-то на север, и ни слуху ни духу от ней… - продолжал он. - Иногда перевод пришлет рублей двадцать. Да моя пензия. – Он так и говорил. «Пензия»… - Вот так мы с Юркой и живем… Спасибо вам - помолчав, сказал дед…

Планер мы собрать не успели. Но мама пообещала отпустить меня к Юрке в другой день.
- Ты к нам, Юра, приходи. Просто так поиграть, а наш папа сможет тебе помочь с планером, - сказала мама, помогая мне застегнуть шубку.
- Приду, - пообещал Юрка.
- Не забудь, завтра утренник. Ты придешь? – прощаясь, спросила я.
- Угу, - ответил Юрка, посмотрев на деда.
- Придет, придет. – Подтвердил тот.

Что было на утреннике, я помню уже смутно. Но после этого Нового Года мы подружились с Юркой. Мы вместе возвращались из школы домой. Бабуля кормила нас, а потом мы вместе делали уроки.

С ёлки сняли игрушки и гирлянды и папа, ворча, долго пылесосил ковер в гостиной. Мне было немного жаль ёлочку, но я была уверена, что она возвратится в лес, чтобы в следующем году снова вернуться к нам домой к Новому Году.

(с) Стелла Иванова

30

Ходил на главпочтамт, отправлять посылки заграндрузьям на рождество. Оказалось на почте новые инновационные реновации и с марта отправить посылку заграницу можно только предварительно зарегившись и заполнив на английском все формы на сайте.
Да, да, только на сайте.
И какой же гений это у них придумал! Надо бы узнать и поднять его портрет на дирижабле.
Стоит, к примеру, в зале бабка и плачет. Причём натурально прям ревёт, в голосину.
Потому что хочет отправить посылку сестре в Туркменистан, но не может.
Вот скажите, как она в семидесятник будет регистрироваться на сайтах, заводить почту, вводить коды и т.д.? Каким образом она сможет по-английски описать содержимое посылки - носки, конфеты, платья, посуду и т.п.? Как она должна латиницей написать свой адрес - Тюмень, Ткацкий проезд и адрес сестры в Туркменистане - Велоят Дашогуз, проспект Сапармурата Туркменбаши?
Как?!
Мой девиз известен - ни дня без доброго поступка, попросил бланк, (разрешили таки от руки заполнить) и минут за двадцать с ней управились (меня ей бог послал).
Закончили, тут же вцепилась ещё одна пожилая семейная пара, спаси, помоги, выручи, дочка с внуками в Калифорнии.
Ещё полчаса с ними тренировался. Создавали электронку, заполняли все формы на сайте в смартфоне. А там тот ещё сервис, даже "США" как страну не выбрать, какой-то дятел её запрограммировал только как "Соединённые Штаты Америки", поди, догадайся сразу.
Наружу вышел, встал и задумался глядя в небо широкое.
Ну, ладно, Калифорния, но нахрена Туркменистану этот английский?
Нам с точки зрения геополитики, русский нужно везде продвигать, а в СНГ особенно. Язык - лучший проводник культуры, влияния, бизнеса и т.д. И русский один из шести официальных языков ООН, кстати.
Помню, когда начал учить английский, удивлялся до чего же он в сравнении с французским примитивный. А потом как-то прочёл, что англосаксы специально его упрощали, облегчали распространение языка в колониях, да и по всему свету.
И правильно делали. Победили и немцев и испанцев в этом плане.
А для чего Почта России, по всей стране людей мучает совершенно непонятно.
Оптимизаторы хреновы.

31

СЕМЕЙНЫЙ НАПИТОК.

Эту историю я услышал от жениха на организованном им мальчишнике по случаю предстоящей свадьбы.

Проснулся я от того, что мой пах смачно и шумно облизывали. Я попытался вытащить из-под головы руку, чтобы придать Машкиной голове правильное направление и нужный ритм, но рука не поддавалась. Ни одна, ни другая. Кроме того, на глазах была какая-то тряпка, которую невозможно было стряхнуть. Вдобавок ко всему, Машка лежала на моих ногах, терлась о них теплой грудью, прикрытой мохнатым джемпером и зачем-то била веником по моим щиколоткам.

В голове промелькнул вчерашний вечер после сдачи проекта Заказчику, когда мы, трое парней и двое наших девчонок завалились в Машкин коттедж, и чуть не с порога принялись выпивать из горлышка «Джек Дэниелс», передавая бутылку по кругу. Потом у нас возник спор - я стал утверждать, что хороший самогон лучше любого вискаря, а Машка «слетала» в подвал и притащила бутылку прозрачной жидкости, в которой плавали симпатичные зеленые водоросли, придававшие напитку изумрудный оттенок.

- Папа с дедом гонят, сто раз фильтруют, настаивают на меду, а трава — это тархун с мятой, их из Абхазии привозят.

- Ты глянь! Похоже, Машка тебе серьезные авансы раздает, - хмыкнула Светка, - имей в виду, она потомственная ведьма, а это священный напиток. По преданию его достойны выпивать только мужчины их семейного клана. Так, что сам напросился, теперь пей, - и Светка противно захихикала.

Напиток оказался божественным, но мужики перемудрили с его крепостью, потому, что после бурного веселья, когда мы угомонились и выключили свет, а Машка стянула с меня джинсы, я отключился. На этом моменте воспоминаний, внизу живота стало щекотно, и я затрепыхался в своих путах. Машкин язык переключился на мой живот, и она быстрее застучала веником по ногам, а я осознал, что безумно хочу писать. Потом Машка надавила мне на пах, и я заорал:

- Машка, убери руку, а то обоссусь.

- На чердаке твоя Машка спит. Обиделась, когда ты не стал играть с ней в лошадку и отключился, - раздался из глубины комнаты голос всезнающей Светки.

Я покрылся холодной испариной и вжался спиной в кровать, потому, что меня по-прежнему облизывали, и это была не Машка и даже не Светка. Я попытался шевельнуть ногами, но лежащая на мне туша плотно припечатал их к кровати. В голове метался безумный рой всполошенных мыслей: «Боже, как хочется ссать. Башка раскалывается. Будь проклят этот семейный самогон. Кто лижет мне яйца? Зачем я позволил Машке привязать себя к кровати. И на черта я притащил из самолета эту повязку для глаз: «А теперь мы наденем на лошадку шоры и пусть она угадает, что с ней сделает наездница». Макс? Это он, козлина! Кроме Машки только он был в свитере».

Так вот, что означают его вечные приглашения вместе покурить или попить кофе. Какой же гад, как мне теперь людям в глаза смотреть? А если Машка узнает? Светка стопудово «заложит», если увидит. Я задергался, но Макс придавил мне ноги, что было не повернуться. Тогда я затряс головой, и как-то особенно удачно задел о плечо повязкой, отчего она слегка сдвинулась с глаз.

В комнате было темно, тяжеленые гардины отгородили её от питерских белых ночей, а мне стало немного легче - вроде бы нас пока никто не видит. Взывать к совести Макса было бесполезно, он шумно сопел и был вне себя от страсти, поэтому я решил, затеять разговор со Светкой, может быть тогда, этот гадёныш втихаря от меня свалит.

- Свет, а Свет, чем ты там чавкаешь? Я тоже жрать хочу.

Со стороны Светки раздался кашель, видать подавилась салатом, а потом двухголосое ржанье. Вот кому надо в лошадок играть.

- Ты это точно есть не будешь, - со всхлипом проговорила Светка и снова заржала, как кобыла на выданье.

- Ты сегодня заткнёшься, наконец? – услышал я со стороны Светки сдавленный голос Макса, - кушай Светочка, кушай, а то этот придурок всю еду у тебя отберёт, - и гады снова заржали, но уже во всю глотку. Я ещё не успел подумать плохо о Владе, как он отозвался из противоположного конца комнаты:

- Так может быть выпьем, раз вы меня разбудили. Где у Машки выключатель?

По комнате пробежал расплывчатый свет смартфона, и ярко вспыхнула люстра. На моих ногах лежал Машкин большой белый пудель, колотил по моим ногам веселым хвостом с кисточкой на конце, и умильно улыбаясь белоснежными зубами, капал слюнями на мою промежность.

Не стану повторять, что говорили бессовестные твари сквозь гомерический хохот, в том момент мне безумно хотелось ссать.

- Развяжите мне руки, суки!

- Ты бы не упоминал собак всуе, - задыхаясь от смеха, пробормотал Макс и первым бросился мне на помощь. Вот не зря я с ним курил и пил кофе, он настоящий мужик. Макс подкрался ко мне с изголовья, и начал было развязывать мудреные Машкины узлы, но пёсик зарычал и злобно оскалил зубы. Похоже, ему не понравилось, что такая замечательная игрушка может от него сбежать, а я заорал:

- Макс, назад!

Макс шарахнулся в сторону, скотина перестала рычать и снова принялась улыбаться. А я в очередной раз облился потом.

- Стряхнуть его пробовал?

- Да, он чуть не откусил мне яйца. Позовите собаку как-нибудь, - прошептал я, - как зовут эту гниду?

- Как-то на «Дж» сквозь слезы просипела Светка.

- Так зовите же, уроды!

- Джек, - заорали парни с разных сторон.

- Дэниелс, - пискнула с дивана Светка, захрюкала и забилась в истерике. Я когда-нибудь прибью эту бессердечную тварь, вот только выполним следующий заказ, и задушу её прямо в офисе.

- Дружок, Джульбарс, Джессика, Джамбул, - надрывались пацаны, но белая псина по-прежнему не хотела слезать с моих ног и капала на яйца слюнями. Все же мужики добрее баб, они реально понимали грозящую мне опасность и старались изо всех сил:

- Джампер, Джингл, Джейран, Дружок, - орали они, хором и по очереди, но собака лишь радостно скалилась над моим хозяйством, виляла хвостом и не двигалась с места.

- Мужики, бросьте ему какую-нибудь жрачку со стола, может быть он отвянет, - простонал я, - а то я здесь всё обоссу.

Пацаны, молодцы, с ними бы я пошел в разведку, даром, что о них вначале нехорошо подумал. Со стола мимо собаки полетели куриные кости, куски копченой и вареной колбасы, сыр, а Влад даже слепил что-то вроде «снежка» из оливье и запустил в самый дальний угол. Собака с интересом следила за пролетающими продуктами и тихо радовалась начавшейся вакханалии, но с места не двигалась.

Внезапно открылась входная дверь и на пороге явилась заспанная Машка. Пока она рассматривала учинённый нами разгром, мы уставились на неё. Машка была абсолютно голой, за исключением наброшенной на плечи мохнатой кофты, которая не скрывала обе её груди, тяжело раскачивающиеся в такт движениям.

Вы ведь знаете, что среди женщин бытует легенда, что все утренние стояки от того, что мужчинам хочется писать. И вообще, как только у мужика начинается позыв к мочеиспусканию, то мгновенно возникает непроизвольная эрекция. Попытки объяснить, женщинам, что эти вещи мало связаны друг с другом, всегда разбиваются о железную логику семейных преданий из серии: «А вот мама рассказывала, что, когда водила моего братика по утрам в туалет, у него всегда стоял писюн». Если бы женская фантазия на эту тему получила развитие, хотел бы я знать, как с их точки зрения должна выглядеть очередь в мужской туалет пивного бара.

И сейчас я увидел эту гипотетическую очередь в полной красе - мы, втроем не отрывая глаз, смотрели на Машку, и было очевидным, что каждый из нас занял своё место на пути к мифическому пивному туалету. Правда, кроме меня все парни были хоть чуточку прикрыты, но Машка все прекрасно поняла, быстро сложила в голове целостную картину и крикнула Максу:

- Возьми в углу резиновую уточку. Видишь такая обгрызенная, кидай! - а сама заорала,- Джокер, взять!

Собака спрыгнула с моего мочевого пузыря, ломанулась в угол комнаты, треснулась башкой о сервант, вцепилась зубами в резиновое изделие китайских мастеров и принялась его трепать изо всей собачьей дури. Я же подхватил джинсы и, не одеваясь, высочил на улицу, пробежал над водой по деревянным мосткам, остановился в самом конце у камышей и с огромным облегчением направил струю в лёгкий туман, покрывавший зеркальную гладь утренней речки.

Мне показалось, что прошло не менее получаса, от возникшей легкости из глаз вытекли две горячие слезинки, а из воды показалась голова огромной щуки, разевающей зубастую пасть. Она тупо смотрела на меня, открывала и закрывала рот, чавкала совсем как Светка на диване.

Я устало опустился на доски настила, прилег, и слегка отключился. Пришёл в себя от того, что моё лицо шумно нюхали, чей-то мокрый нос сопел и тыкался то в щёку, то в нос, то в лоб. Я приоткрыл глаза, и увидел мертвенно-бледное лицо покойника с горящими красными глазами. Оно непрерывно гримасничало, показывало вампирские клыки, надувало щёки и фыркало, а по его щекам хлопали концы белого пухового платка. Похоже, что в дедушкином самогоне была совсем другая трава, чем та, о которой знала Машка.

- Ты кто? – спросил я покойника.

- Это Мурзик. Мурзик, отвали! - раздался Машкин голос, и после несильного пинка ногой, лицо мертвеца отлетело в сторону.

Я приподнялся и с трудом уселся на деревянном настиле: передо мной стояла Машка и размахивала сиськами, а вокруг сидело человек двадцать белых кроликов, они громко сопели, непрерывно жевали и шептались друг с другом.

- Это дедовы. Когда он уезжает, выпускает их попастись на газонах, заодно и траву подстригают, а Мурзик среди них самый наглый. Так мы будем жениться?

- В каком смысле?

- Ну, ты же слышал, что Светка сказала. Только мужчины нашего клана могут пить этот напиток.

Я откинулся на мостки и обреченно уставился в небо, где далеко вверху, там, где кончались Машкины ноги, сияло ослепительное утреннее солнце и подумал: «развестись я всегда успею» и уныло кивнул головой:

- Будем.

Михаил Грязнов.

32

Давно собирался, решил всё же запостить это в день 20-летней годовщины.

Это был вторник. День был прекрасный: безветренный и солнечный, в Нью Йорке сентябрь - безусловно самый лучший месяц. Я ехал на сабвее линии R, и должен был выходить на остановке "Всемирный Торговый центр".
Было почти 9 часов. Поезд встал на предыдущей остановке. Передали, что из-за задымленности поезд дальше не пойдет. Я вышел и прошел одну остановку пешком.

В это время один из самолётов уже врезался в один из близнецов. Но я это не сразу увидел, я же не турист, чтобы ходить по Нью Йорку с задранной головой. Но я увидел много валяющихся бумаг, странно для даунтауна, обычно там всё вылизано. Потом я увидел много машин скорой помощи и несколько людей в бинтах. И только потом я посмотрел наверх и увидел один из горящих близнецов, горели несколько этажей процентов на 20 ниже крыши. В 2х стенах зияли черные проёмы и из них вырывалась пламя. Помню, это меня почему-то не очень-то и поразило, я отнесся к этому спокойно. Ну думаю, горит - потушат, да и всё. Я не помнил случая, чтобы горящий дом рухнул до этого, но и горящего небоскреба такой величины, я конечно, не видел.

Совсем недавно у нас была ежегодная конференция с клиентами на 107-ом этаже северного близнеца, а в прошлом году была на 55-том. Мы е смотрели на самолёты в Ньюарке, летящие на более низкой высоте, чем были мы.

Пришел на работу, она была в двух кварталах от близнецов. Помню еще, что начал что-то делать, прочитал е-майл из Финляндии от клиента. Но большинство давно уже стояло у окон и обсуждало "пожар". Я прочитал статью на Yahoo, где было сказано, что в близнец врезался небольшой самолет. Сайт работал очень медленно, потом вообще заглох, видимо не выдержал множества запросов. Вдруг люди в офисе стали орать - я спросил, что происходит - они сказали, что видели, как во второй близнец только что врезался самолет. Вот только тогда до меня стал доходить масштаб случившегося. Я сразу понял, что это теракт и мысль об арабах-террористах сразу же пришла в голову.

Я позвонил жене, она тогда работала на другой стороне Гудзона. Я ей сказал - выйди на улицу и посмотри на Манхэттен. Люди с ее работы тоже вышли. Она села в машину и включила русское радио, по которому теракт уже активно обсуждался. На радио позвонил один инженер и сказал, что оба близнеца точно упадут, и если возможно, надо убегать оттуда как можно дальше. Ведущие ему не верили, но он настаивал. Я уже перестал работать (стало не до этого) и просто стоял у окна и смотрел. Администрация здания передала по громкой связи, что всем надо оставаться на своих местах. Но одна женщина вдруг прибежала заплаканная и сказала, что видела, как люди прыгают с близнецов. Я иду домой - сказала она - не могу больше здесь оставаться. А я все продолжал стоять и смотреть на пожар, и тут один из близнецов стал складываться, как карточный домик и потом стал реально падать на нас.

Некоторые люди полезли под столы. А я просто стоял и не верил своим глазам. Как будто бы смотрел кино. Мозг отказывался верить, что такое может быть. Как оказалось, это не небоскреб падал, а просто огромные клубы пыли , осколков и всяких частиц двигался на нас. Потом всё утихло, но другой небоскреб оставался стоять. Вот тогда нам сказали эвакуироваться. Паники не было, все шли спокойно, но молчаливо. Мы держались впятером, 4 мужика и одна девушка. Вышли на улицу. Сказать, что улица нас впечатлила - это ничего не сказать. Это был как первый день ядерной войны. Небо, которое до этого было голубым, стало совершенно черным. Диск солнца был чисто белым, и на него можно было спокойно смотреть. Улица была покрыта какой-то белой пылью с химическим запахом. Примерно по щиколотку пыли. Дома вокруг тоже были ею покрыты - что-то вроде пепла. У одного из нас был фотоаппарат и он все фотографировал. Съемки получились - охренеть. Брошенный лоток с фруктами, покрытый пеплом сантиметров на 20. Горящий книжный магазин "Borders", в который мы обожали ходить. Черное небо и солнце, превратившееся в Луну. Какие-то люди, полностью покрытые белым пеплом и куда-то бегущие.

Мы отошли несколько кварталов в сторону от близнецов, естественно. Один из нас, американец, сказал, что ему трудно дышать, разорвал свою белую футболку и сделал повязку на рот. Я потом пожалел, что не сделал тоже самое. Это химический запах въелся мне в лёгкие и потом не проходил несколько недель. Но тогда я просто отмахнулся. Но вот земля под ногами задрожала, как при землетрясении. Мы поняли, что рушится второй близнец, но не видели конечно, другие дома закрывали. Мы просто залезли в нишу какого-то дома и сидели там, обнявшись, пока земля не перестала дрожать и грохот прекратился. Потом мы встали, и я , помнится, сказал, что все, их было всего два, больше не будет, пошли домой. Встретили какого-то русскогоязычного мужика, который сидел на парапете с голым торсом, его знал один из нас. Он рассказал, что работал в самих близнецах, с 1992 года и за это время ему удалось уйти живым из двух терактов: 1993 и 2001. Но чувствовалось, что на еще один его уже не хватит.

Решили пойти в Бруклин через мост. Первым был Бруклинский, но мы по нему идти не стали. Решили: кто-то напал на Америку, началась война. А значит, мосты тоже могут бомбить, Бруклинский самый старый и самый знаменитый и лучше не рисковать. Пропустили и следующий, Манхэттенский, потому, что он слишком близок к Бруклинскому. Перешли через Вильямбургский, третий по счету. Мобильники не работали, полегчало на душе только когда добрался до дома и лично увидел жену, детей и родителей, хотя и знаешь, что их там рядом быть не могло, но пока лично не увидишь, все равно волнуешься.Вот в принципе и всё.

Вряд ли я смогу рассказать какой-либо другой день своей жизни в таких подробностях. У меня не такая хорошая память на такие вещи. Но этот день я могу прокручивать, как плёнку, у себя в мозгу.

У нас в то время был один москвич в командировке, впервые в Нью Йорке и в Америке. "Перед отьездом сюда я был уверен, что у меня будут незабываемые впечатления, но такие впечатления я точно не ожидал " - говорил он.

33

Альтер Эго

Усталое августовское солнце спряталось за вершины Альп, и веранда отеля, на которой мы сидели, стала погружаться в темноту. Уличные фонари один за другим зажглись тусклым электрическим светом. Официант молча поставил на наш столик керосиновую лампу и так же молча забрал тарелки.
Мой собеседник шумно вздохнул и выудил из кармана пиджака очередную сигару.
- Кажется, я обещал Вам историю?
- Вы сказали, что случай, описанный мной на конференции, напомнил Вам что-то из Вашей собственной практики.
Он кивнул. Мимо по мостовой прогрохотала запряженная лошадью повозка, и мой собеседник проводил ее недовольным взглядом. Прикурив прямо от огонька лампы, он откинулся на спинку стула и после непродолжительного молчания заговорил:
- Это случилось лет двадцать назад. Я никогда не упоминал этого пациента в своих статьях, потому что он был весьма известный, по крайней мере в Британской Империи, человек.
- Англичанин? Он приехал к Вам в Вену? - удивился я.
- Нет, мы встретились в Швейцарии, когда я был по делам в Берне. Он прочел мою монографию и решил, что я смогу помочь ему с его проблемой. До сих пор не знаю, как он сумел найти меня в городе, где я был лишь проездом.
- Видимо, его проблема не допускала отлагательства? - предположил я.
- Можно сказать и так, - согласился мой собеседник.
- И в чем же заключалась его проблема?
- Не спешите, - погрозил мне сигарой собеседник. - Сначала я должен немного рассказать вам об этом человеке. Как я уже упоминал, пациент был весьма знаменит. Давайте назовем его Мистер Эйч. В Лондоне он занимался частным сыском и стал широко известен, когда его друг и помощник начал публиковать в местных газетах очерки о его расследованиях. Должен вам сказать, что это был человек необычайно острого ума, обладатель поистине уникальных интеллектуальных способностей.
- Погодите. Я читал эти очерки. Его звали..
- Давайте обойдемся без имен, - остановил меня мой собеседник.
- Хорошо, - легко сдался я. - Продолжайте.
- Большой интеллект требует сложных задач, и Мистер Эйч находил эти задачи в распутывании детективных загадок своих клиентов. К сожалению, в его практике интересные загадки встречались не так часто, и большую часть времени его мучила скука. Одно время он пытался найти себя в науке и даже написал несколько статей по криминалистике, но это увлечение быстро прошло. Скука быстро переросла в депрессию, которую пациент пытался лечить морфием.
Мой собеседник замолчал и, закрыв глаза, выпустил длинную струю дыма. Я знал о его собственном пристрастии к кокаину, но деликатно не стал этого упоминать.
- Вряд ли он искал Вашей консультации из-за этого, - предположил я.
- Вы правы. Я не знаю, что послужило причиной недуга пациента - наркотик или утомленный скукой мозг - но в итоге у Мистера Эйч развилось диссоциативное расстройство идентичности.
- Раздвоение личности? - от удивления я едва не выронил собственную трубку.
Мой собеседник кинул на меня укоризненный взгляд, но затем устало кивнул.
- У Мистера Эйч не было достойных соперников, и тогда его подсознание решило само создать для него такого противника. Вторая личность пациента - назовем ее “Профессор” - была подлинным криминальным гением. Что не удивительно, учитывая жизненный опыт Мистера Эйч. Используя свои интеллектуальные способности и связи в преступном мире Лондона, Профессор создал целую криминальную империю. На его счету шантаж, биржевые махинации, крупные кражи. При этом совершая свои преступления, Профессор оставлял хитро спрятанные подсказки, чтобы таким образом дать своей основной личности пищу для размышлений.
- Невероятно! Неужели он не осознавал своего расстройства?
- Нет… по крайней мере, очень долгое время. Когда его одолевала скука или депрессия, контроль над телом захватывала вторая личность, а когда контроль возвращался Мистеру Эйч, у него не сохранялось никаких воспоминаний о ее поступках. Для мистера Эйч эти часы и, иногда, дни, просто выпадали из памяти.
- Но неужели его близкие ничего не замечали?
- Видите ли, Мистер Эйч в рамках своих расследований и так имел обыкновение надолго исчезать из дома, водил контакты с преступными элементами и вообще вел образ жизни, неподобающий джентльмену. Так что близкие не заметили в его поведении значимых перемен.
- А как же его друг и помощник, Доктор, эээ, Вэ?
Мой собеседник усмехнулся в короткую седую бороду и вновь шутливо погрозил мне сигарой.
- Он тоже ничего не заподозрил. Он подробно описывал в своих очерках противостояние Мистера Эйч и Профессора, и его даже не смутило, что о существовании Профессора он знает только со слов своего друга.
- Получается, Мистер Эйч распутывал преступления, которые он сам и совершал?
- Которые совершала его вторая личность, - поправил меня мой собеседник. - Он ничего не помнил о том, что делал, когда терял контроль.
Некоторое время мы курили в тишине, пока я обдумывал услышанное.
- И чем же все закончилось?
- Однажды пациенту попала в руки моя монография, уж не знаю каким образом.
- Про уровни сознания? - на всякий случай уточнил я.
Мой собеседник нетерпеливо кивнул и продолжил:
- Видимо, она подтолкнула его к осознанию своего расстройства. Согласитесь, это еще одно доказательство силы его интеллекта. Тогда-то он и решил выискать меня ради консультации.
- Теперь я понимаю, как он сумел найти Вас в Швейцарии.
Мой собеседник пожал плечами и устремил взгляд в небо.
- Пациент поведал мне свою историю и попросил помощи. Я был поражен тем, что он мне рассказал. Согласитесь, случай уникальный. К сожалению, Мистер Эйч отказался от полноценного лечения, опасаясь, что когда вторая личность вновь захватит контроль, то постарается избавиться от доктора, который пытается ее фактически убить.
Я подался вперед, захваченный интригой.
- И что же вы сделали?
- Увы, тогда мне пришло в голову только одно решение. Я дал ему совет, что ему нужно устроить конфронтацию со своей второй личностью. Вызвать ее, так сказать, на дуэль за контроль над телом, которое они делили.
- Погодите… Швейцария, Берн…
Меня осенила догадка, и в возбуждении я вскочил на ноги.
- Рейхенбахский водопад! - выпалил я.
Шум голосов на веранде смолк. Я осознал, что сказал это куда громче, чем позволяли приличия.
Мой собеседник жестом попросил меня сесть. Под любопытными взглядами постояльцев отеля за соседними столиками я смущенно опустился на свой стул.
- Простите... Что же в итоге?
- Больше мы не виделись. Но если верить очеркам Доктора Вэ, Мистер Эйч победил в этой дуэли.
У меня закружилась голова от услышанной истории; я откинулся на спинку стула и затянулся трубкой.
Докуривали мы в молчании. Наконец мой собеседник затушил сигару в пепельнице и поднялся со стула. Он протянул руку на прощание.
- Надеюсь увидеть вас на следующей конференции, коллега, - сказал он и зашагал ко входу в отель.
Я проводил его взглядом. Внезапно я осознал, что что-то в рассказанной им истории не давало мне покоя, но что именно, я так и не смог ухватить мыслью. Помучившись некоторое время, я в конце концов пожал плечами, набил еще трубку и стал наблюдать за загорающимися на небе звездами.

(с) Щеглов Илья

34

Пристань Петергофа на днях, до отправки судна на подводных крыльях в Питер еще полчаса, вся толпа так бы и проскучала это время, но тут один мужик вынул из рюкзака длинный батон и принялся крошить его чайкам. Тоже, казалось бы, тупое и скучное занятие, но это если туп и скучен тот, кто им занят. Мужик же оказался с фантазией и неплохими физическими данными.

Вот вы представляете, на какую высоту способен взлететь большой зачерствевший кусок батона плоской формы в потоках восходящего воздуха, если его запулить сильно заверченным?

Правильный ответ парадоксален - на высоту в несколько сот метров. Потому что непременно найдется самая здоровенная и отмороженная чайка, которая перехватит этот кусок и будет взмывать с ним в небеса до тех пор, пока от нее не отстанут все более хилые собратья, отчаянно вопя внизу какие-то гадости победительнице.

Где-то на полпути к космосу, оставшись в полном одиночестве, чайка-победоносица впадает в состояние кхатхи, сиречь светлейшего просветления - она приступает к восхитительному пиршеству завоеванным ею куском батона, но обнаруживает, что батон этот настолько черств, что надобно размочить его в воде, а она осталась далеко внизу. И вообще в полете кушать неудобно. Несокрушимый батона кусок пускается в замысловатое путешествие к морю, полное маневров, воздушных боев и смен владельца, пока не упадет наконец где-нибудь в воду, будет немедленно разорван на куски и исчезнет в желудках многих чаек.

В целом полет куска батона продолжался от полуминуты, это если все чайки затупили одновременно и прошляпили его полет, до пяти минут, когда они за него дрались всерьез. Поглядывая на них, Хозяин Батонов между тем отламывал и обтачивал очередной аэродинамический шедевр, но не запускал его до тех пор, пока не будет сожран предыдущий. Выдерживал он и паузу, чтобы все без исключения чайки успели отдохнуть, завидеть новое творение в руках мастера и выстроиться в воздухе, порхая на месте наподобие колибри. Эволюция летающих кусков шла в общем направлении от бумеранга до диска, но там попадались и заковыристые конструкции, напоминающие лопасти вертолета или семена клена. Когда я подумал, что на одном батоне мастер долго не продержится, он невозмутимо вынул второй, потом третий. И явно соблюдал законы драматургии - каждый следующий его летающий кусок батона был крупнее предыдущего и летал дольше.

Тут видимо надо пояснить причину для тех, кто никогда не был в Петергофе - это абсолютно плоское место, с которого при хорошей погоде отчетливо видны за десятки километров и Кронштадт, и небо(скр)ёб Газпрома, и стальные опоры-канаты моста автострады, тянущейся по морю вдоль морского фасада города, в общем, подумайте про психологию чаек, равномерно распределенных по всему этому побережью - чтобы бы вы сделали на их месте, завидев издали, что на пристани Петергофа вдруг скопилась масса взволнованно орущих и пикирующих чаек? Что все, имевшие счастье оказаться неподалеку, срываются и летят именно туда? Я бы лично полетел тоже. А чайки - они ведь довольно быстро летают. Побыстрее нашего судна на подводных крыльях. Полагаю, что к концу получасового шоу с разбрасыванием кусков батонов у нас перед носом реяли все пассионарные чайки, долетевшие из региона от Ораниенбаума до Васильевского острова. Подобный психологический механизм вовсю используется,
например, при объявлении грантовых конкурсов. Соответственно, залетные чайки-атлеты держали кусок батона в воздухе гораздо дольше, чем местные зажравшиеся аборигены.

Когда мы уже принялись рассаживаться на судне, вылетел заключительный Царь-батон. Он был заточен до стреловидных крыльев, но в длину весь батон и был. Чайки настолько охренели от восторга, что и перехватывать не пытались, ринулись следом к месту падения в воду. Финальная битва, летят перья - и вот победитель гордо плывет в сторонке, ожидая, пока батон размякнет. Тут из воды высунулась рыбья пасть и уволокла Царь-батон в пучину морскую.

Казалось, заплакали камни. Рыбак на пирсе бросил удочку.
- Да что же это делается?! Это чайки должны за рыбами охотиться! А не рыба отымать батоны у чаек! Нет, я понимаю, если бы там судак выпрыгнул или барракуда какая - в общем, серьезная рыба, с которой чайкам на совладать. А тут подлещик! Обычный подлещик! Всех сделал! Черт ли он на мою удочку сунется! Когда вокруг такое творится!

А я вот о чем задумался. Сотня человек на пирсе получила бесплатное прекрасное птичье шоу, полное чудес аэродинамики и захватывающих побоищ. К концу его в смартфоны безразлично пялились только двое с выражениями законченных дебилов. Для всех детей это было возможно самое восхитительное, что они видели во всем Питере и его дворцовых окрестностях. Бюджет - три засохших батона и мужик, решивший не бездельничать на пирсе, а порадовать своего сына. Наверно, он просто подумал немного заранее, что будет этот пирс, а там чайки, и делать будет больше нечего в ожидании судна. Ну и прихватил эти батоны, может и на помойке какой подобрал. А остальные сто пассажиров не ставили перед собой задачу развлечь себя и своих детей на пирсе, кроме очевидного решения выдать всем по смарту и гробить зрение в ярких лучах заходящего солнца. Мне кажется, прав этот мужик, а не эта сотня.

35

Помните почти волшебную, сказочную победу сборной Дании на Евро 92. У этой сказки есть и другая сторона, но она не весёлая, более того страшная, но божественная.

В 1992 году по политическим причинам сборная Югославии была отстранена от участия в турнире проходившем в Швеции.
Это событие типичный "Черный лебедь", привело к тому, что не попавшая на турнир и проводящая в отпуске на курортах сборная Дании, была приглашена заменить югославов.

По началу никто в Дании не поверил в эту новость, все думали розыгрыш. Потом не верил в это тренер датчан Рихард Меллер-Нильсон, позже когда уже стало ясно, что это не розыгрыш, стали собирать датских футболистов со всех курортов мира, дело это было очень сложное, хотя бы потому-что и футболисты думали, что это розыгрыш и вешали трубки.
С большим трудом тренеру удалось уговорить футболистов прибыть в расположении сборной. К примеру Михаэль Лаудруп не приехал, он, конфликтовал с тренером, и не хотел прерывать свой отдых, тем более все в мире понимали, что Дания едет на турнир в качестве статистов.

Это понимал и Меллер-Нильсон, поэтому он попросил футболистов не прерывать отдых, так как после трёх игр каждый смог бы продолжить его. У команды не было ни плана тренировок, ни анализа соперников, вообще ничего не было.

Так же от чемпионата первоначально отказался Ким Вильфорт, причина ужасна, его маленькая дочь умирала в больнице для больных раком. Тренер и команда понимали в каком ужасающем положении находится отец Вильфорт. Ему было предложены любые условия, какие он сам выберет. Он отказался.
Но, больной девочке стало лучше, и она вместе с женой Кима, попросили его поехать на чемпионат. Тренер Нильсон, разрешил Вильфорту после турнира сразу возвращаться в Данию.

Первый матч Дания играет вничью с англичанами, во втором проигрывает Швеции, ребенку становится плохо, и в перерыве жена просит Вильфорта срочно вернутся в Копенгаген. Вильфорт собирает чемодан, уезжает и просит товарищей его не ждать, он принял решение покинуть турнир. Все всё понимают, Ким уезжает.

Матч с Францией он смотрит уже в больнице вместе с дочерью. Дания открывает счет, Франция сравнивает, все шло к вылету, но в самом конце Эльструп забивает Франции победный гол.

Вильфорт видит, как вся больница, оглашается счастливыми криками, больные, несчастные люди, которым осталось жить почти ничего, люди стонущие и плачущие от страшных болей, лысые, худые, изнеможённые, и потерявшие блеск в глазах, вдруг оживают, и он видит вокруг счастливых людей. Он видит как во всех палатах ликуют, он видит свою счастливую дочь. Они забыли про свою смертельную болезнь, они счастливы, хотя бы на время матча, они забыли о своих мучениях. Вильфорт запирается в туалете и рыдает. Сердце Вильфорта разрывалось от радости и боли.

В полуфинале Данию ждет непобедимая Голландия, это главный претендент на победу. В составе Ван Бастен, Райкард, Куман, Гуллит, Бергкамп, Блинд, Франк де Бур, Ван Брекелен, они жаждут победы, им нет равных. Вильфорт после прозрения в больнице, просьбы больных и просьбы дочери возвращается в сборную.

Он знает, он помнит, для кого Дания играет, для кого он должен забить, он помнит, что именно сделает смертельно больных людей хоть чуть-чуть счастливее.

После основного времени 2-2 бьют пенальти, Бастен пробивает ужасно. К точке подходит уставший, исхудавший, весь на стрессах, в тяжелом психическом положении Ким Вильфорт...
Он смотрит в небо, смотрит в сторону Копенгагена, бьёт и забивает. На глазах его слёзы, ведь он знает, что дочь и все больные сейчас там в пропитанных смертью палатах, счастливы, и забыли все свои несчастья перед телевизором.
Дания в финале похожем на сказку написанную другим датчанином Г.Х. Андерсеном.

После матча он сразу уезжает в Данию, дочери стало совсем плохо. Семилетняя Лин умирала. Вильфорт отказывается играть в финале, но его родные и все больные клиники буквально выгоняют его из палаты, требуют вернутся и выиграть для них кубок Европы. Этого просит и дочь, когда находит в себе силы говорить.

Вы все помните финал с Германией, датчане рано открывают счёт, потом их прессуют немцы, они уже были близки, чтобы сравнять счёт, но за 11 минут до конца матча Ким Вильфорт забивает свой самый важный мяч в жизни, и делает мечту всей нации реальностью.

Но он думал, только о тех, кто сейчас там, умирая от боли и безысходности в раковых палатах, празднуют успех. Он понимал, что футбол и победа вырывали людей из их мучительного ада. Он, нет, все они, вся команда, сделали это для них, для всех них, и для умирающей Лин.

Гол Кима в финале немцам считается одним из самых эмоциональных и трагических голов в истории футбола.

Летняя сказка сборной Дании войдет в "золотой фонд" истории футбола.
Лин Вильфорт умерла через несколько дней после финала. В последние часы жизни, она сказала, что гордится отцом. Её мечта сбылась Дания выиграла, а папа был сильным. Она мечтала перед смертью увидеть летнюю сказку сборной Дании, и она её увидела. Это была сказка написанная для неё, и для таких же как она. Они были счастливы тем летом.

36

СкАтина...

Через неделю после нас, вернулись последним катером с дачи соседи. И вернулись они без своего кота. Огромного, серого бандита без правого уха. Всё лето мы с ним воевали на даче. То он воровал у меня еду со стола, то копался в огороде. Короче говоря, привык я к нему. И когда увидел пару вернувшуюся без серого, то страшно расстроился и попросил жену пойти и безо всяких околичностей спросить, куда делся их кот. Всё оказалось именно так плохо, как я и предполагал. Кота оставили на даче. Я мучился и переживал до самого вечера. А потом набрал номер телефона начальника и попросил на завтра выходной. Жена тяжело вздохнула и сказала – Осторожно там. Попроси, чтобы лодкой перевезли. Погода не задалась с самого утра. Свинцовые тучи сеяли мелкий противный дождик, и ветер подгонял пожухлую и примёрзшую местами к асфальту листву. Я бродил по лодочной станции надеясь, что кто ни будь всё же соберётся на ту сторону за забытыми вещами. Но кто ни будь не нашелся. Нашелся здоровый мужик в сапогах сорок пятого размера. Он копался в моторе и что-то ворчал. Я объяснил ему что, забыл на даче очень важные, жизненно важные документы, и протянул ему пятьдесят долларов. Он опустил в карман бумажку и объясняя небесам всё про дачников, которые и голову забудут, спустил лодку на воду. Волны были очень приличные. Они плевались отчаянно холодной пеной, и грозились опрокинуть утлое судёнышко. Так что, через пол часа отчаянной борьбы с водной стихией мы оказались на берегу возле наших дач, и сопровождаемый напутствием угрюмого мужика о том, что за такие прелести не мешало бы набавить ещё двадцатку, я помчался к даче. Небо постепенно серело, и мелкий дождик переходил в ледяную крупу. Серый, серый, серый!- кричал я во всё горло, надеясь что он всё ещё жив. И Серый появился. Зябко поёживаясь и прижавшись к моим ногам он жалобно пищал. Я схватил его на руки и бросился к лодке. Подлетев к ней и прыгнув, я посадил кота рядом с собой. Угрюмый мужик вытаращил глаза и открыл рот. Но тут… Но тут Серый выпрыгнул из лодки и как-то стеснительно прижав своё единственное левое ухо к голове просительно и тихонько мяукнул. Потом развернулся и побежал назад. Стой, стой, стой, куда ты, черт возьми!- заорал я. Потом выскочил и не обращая внимания на маты, проклятия и обещания бросить нас к чёртовой матери я побежал за котом. Он нёсся впереди и я за ним, причитая и заламывая руки, и вдруг свернув налево он исчез в кустах. Подбежав и раздвинув ветки я увидел, как серый, одноухий кот прижался к маленькому черному котёнку. Котёнок был мокрый и отчаянно пищал. Серый виновато посмотрел на меня и мяукнул. Я опустился на мокрую землю и собрался взять в руки обоих. Но тут земля сзади загрохотала. Это угрюмый мужик топал своими огромными сапожищами, изрыгая потоки проклятий. Он возник у меня за спиной и вдруг затих. Потом совершенно спокойным и приятным на удивление голосом сказал – Давай, поторапливайся. Потому, что сейчас начнётся метель и всё снегом занесёт. Я поднял Серого и маленького черного котёнка, и мы побежали к лодке. Как мы перебрались на ту сторону реки, я не знаю. Наверное, Богу просто так было угодно, потому что вокруг ничего уже было не видно. Только угрюмый мужик вдруг сказал, перекрывая рёв мотора и воды – Скатина, ты, однако. Я смутился. Почему скатина?- поинтересовался я с опаской поглядывая на воду бурлящую за бортом. Значит, как получается-продолжал мужик. Ты меня обманул за документы и деньги всунул, а сам спасать кота ехал? Ты вроде как человек, а я нечисть какая бездушная получился? Так что ли? Так я же боялся, что вы откажетесь, а больше спасти его было некому объяснил я. Мужик замолчал, хмыкнул и мы пристали к лодочной станции. Потом он долго искал коробку для котёнка и выстилал её тёплым полотенцем. А когда я уже собрался уезжать, поблагодарив его, он сказал. Ты вот, чего. Не бывает так, что бы всё одному, а другому ничего. И подойдя к Серому обратился к нему с речью –Ты вот чего, ты иди ко мне жить. Я на рыбалку хожу. А ты кот справный. Правильный ты кот. Мужик, значит ты. Не бросил малыша. Кот посмотрел на меня, виновато мяукнув подошёл к угрюмому мужику и встав на задние лапы уперся передними ему в огромные сапоги. Мужик поднял его на руки. И большой серый бандит обхватил его шею своими лапами и прижался. Мужик отвернулся в сторону и дрогнувшим голосом целую минуту произносил только – ну, ну, ну… Потом придя в себя повернулся ко мне и сказал строгим, и удивительно мягким голосом – Я приглашаю вас, молодой человек, на следующие выходные на рыбалку. И подмигнул мне. А когда я приехал домой, и мы с женой ухаживали за черным малышом, она нашла под тёплым махровым полотенцем пятьдесят долларов. А на рыбалку мы теперь ездим постоянно, вместе с добрым, здоровым ворчуном. И что, что я иногда приезжаю не совсем трезвым и без рыбы? Рыбалка – она дело такое, житейское, я бы сказал.

(Copyright: ОЛЕГ БОНДАРЕНКО)

37

Когда кунджа — это рыба такая, отнерестившись скатывается в море, на зимние квартиры, самое время для ее ловли. Рыба хищная, сильная, жрать хочет всегда и ловится на удочку. Поэтому зачекрыжить такую на крючок, в метр длиной, оргазм для рыбака. Но осень. Днем еще припекает, а вот ночью... Ну так и по реке уже идет шуга — первый обломанный ледок. Поэтому идти на рыбалку днем, девять километров по тундре, с полным боекомплектом, в несколько литров, закуской, снастями, котелком и прочим лучше в майке. Накрайняк в легкой ветровке, но впереди ночь, поэтому поневоле приходится тащить еще и телогрейку. Самые выносливые берут еще спальные мешки, ватные брюки. В общем все, что может помочь пережить осеннюю ночь. Как ее пережить, об этом и разговор.
Серега готовился к ночи тщательно. Сгреб остатки костра в кучу. На прогретое место притащил пожухлой травы. Кряхтя прикатил из лесу три бревна, положил их на костерок, два снизу, одно на них сверху и начал раздеваться.
-Ты не охренел случаем? - поинтересовались мы, - ночью ведь уже иней. И хмыкнув ломанулись в лес за сушняком. Наш «пионерский» костер, был явно горячее его трех бревен.
-Да и вы бы не вспотели ночью ребята! - посмотрев на наши приготовления, резонно заметил Серега.
-Жизнь покажет. Кто вспотеет, кто замерзнет, - оценив, что он снял сверху до пояса все, вплоть до майки, ответили мы. Правда потом он накинул на голый торс телогрейку. Именно накинул, а не одел в рукава. Подвернул, лег к своим бревнам спиной и захрапел. Как младенец — если те храпят конечно.
Мы опять хмыкнули, напялили все что было, допили все что оставалось и кружком расположились возле нашего костра, который взмывал в темное небо пламенем и снопами искр. Ночные заморозки почти не чувствовались, водка грела изнутри, а костер снаружи. Жизнь была прекрасна. Если бы часа через три, не начались кошмары.
-Ой, горю, горю, горю!!! - раздалось в ночной тишине и что-то тлеющее, раздуваемое на скорости ветерком, бросилось к реке. Феерично взметнуло воду и зашипело. Мы очумело подскочили и огляделись. Тлели многие. Костер уменьшился в диаметре вчетверо и мы инстинктивно ползли к теплу — во сне. Но костер отдаляясь, оставил кучу угольков и пепел на который мы наползали. Телогрейки, ватники, все тлело. У кого больше, у кого меньше. Спал только Серега. Как младенец. Улыбаясь во сне. Единственный, кто не вспотел и не замерз. Почему у многих из нас возникло желание его пнуть, я не знаю. Но наверное потому, что он ни на что не среагировал, продолжая причмокивать во сне.

38

Есть у меня старинный ежегодный обычай - помогать соседу по даче ставить бочку. Это не труд, а праздник - офигенно эффектно и толково все организовано, отточено до мелочей за полвека.

Лев Николаевич ветеран космической отрасли, и вся конструкция водоснабжения его дачи живо напоминает ракету на старте - высоченная стальная ферма, на самом верху орбитальный модуль, то бишь сама эта бочка, подключенная к насосу и артезианскому колодцу. Я фотку внизу присобачил, но вся вышка в нее не влезла, только верхушка. Редкий фотограф сможет снять такую вышку целиком, когда вокруг заборы.

Бочку приходится снимать на зиму не только из опасения, что ее спиздят. Наш тихий дачный поселок обходится без подобных происшествий уже четверть века, а когда повесили еще и видеокамеры, Лев Николаевич задумался - не пора ли прервать этот древний обычай, и не трогать бочку. Пусть себе торчит наверху всю зиму.

Но по размышлении понял мудрость предков. Осенью воду из бочки приходится сливать, чтобы не разорвало морозами. Она становится очень легкой, и при этом остается офигенно большой. Серьезно подозреваю в ней титан. Но если не он, то дюраль точно, и довольно тонкий. Сдует с вышки нахрен, первым же шквалом.

В принципе, это был бы неплохой метод автоматического спуска, без всяких усилий. Но может пострадать ценный краник на припое. А также окрестные дома, заборы и деревья, потому что с такой высоты бочка может улететь куда угодно, при добром попутном ветре.

Ее можно было бы опутать стальными тросами и замотать намертво, но смысл? Счастье лазить по этой верхотуре наподобие обезьяны, с тросами наперевес, с риском ебнуться с неописуемой высоты, отнюдь не улыбается Льву Николаевичу. Главное в космической технике - это вовсе не время ее изготовления, а абсолютная надежность.

Поэтому в ход идут отработанные регламенты, часть которых я знаю и активно участвую. Для подъема бочки выбирается погожий весенний день, когда природа шепчет, всё расцветает и распускается, жужжат первые пчелы, кружат первые бабочки, впереди жарка шашлыков - в общем, полный дзен, единственным препятствием к постижению которого является эта гребаная бочка.

Казалось бы мелочь - вся эта лирика. Но на самом деле это мощнейшая психологическая мотивация - упорно трудиться, чтобы бочка поскорее встала на свое законное место, из кранов хлынула вода, женщины принялись нанизывать шампуры, а я мог наконец отправиться растапливать мангал.

Предстоит многое, но все роли заранее расписаны. Я знаю, где лежат огромные лестницы, и как их собрать. Чем и занимаюсь с удовольствием, постукивая кувалдой и соображая детали, куда чё каким концом вставить. Это типа пазла. Тюк-тюк - и вот уже в небо вздымается могучая А-образная конструкция.

Их две - для людей, которые будут держать бочку за оба бока, подымая ее ввысь. В этом участвовали многие поколения, но сейчас это - я и Лев Николаевич.

Есть еще третья лестница, для закатывания самой бочки. Но ее собирать не надо - в сущности, это просто очень длинная доска со вбитыми поперечными опорами, что удобно, когда хочешь передохнуть в процессе подъема бочки. Это типа альпинистского верхнего лагеря, где ночуют перед штурмом вершины.

Отдельная задача - притащить саму бочку. При одном взгляде на нее становится страшно, и хочется позвать еще пятерых. Эта хрень на зиму ставится на попа и высоко громоздится над головой. В общем дурында здоровенная.

Кантуется, однако, удивительно легко, и я дотаскиваю ее до вышки в одиночку, пока Лев Николаевич достает соединительные и поливные шланги с чердака. Не раз у меня возникал соблазн избежать минусов кантовки - поцарапанного пола, снесенных плинтусов, покоцанных ступенек.

Вот взять эдак, присесть, понатужиться, опрокинуть на себя эту бочку, опереть ее себе на голову, встать и выйти из дома охрененным Гераклом, непринужденно приветствуя соседей, вводя в священный трепет родных и близких. Вес-то в общем вполне подъемный - там слегка за 100. Можно и фотосессию устроить, повесить себе на аватарку. Выглядит бочка на 200 минимум. А если фотошопом дорисовать воду, весело брызжущую из краника сверху, народ ваще охренеет.

Меня остановило от этого подвига только то, что размаха рук не хватает, чтобы ухватить бочку за противоположные торцы. Как ни тужься. Это как достать локтем до носа.

А выходить с бочкой, обняв ее за талию, не хочется - придется сильно изогнуться назад для равновесия, и выглядеть это будет, как будто я забеременел этой бочкой. Ну его нафиг, спина дороже. За пару минут спокойно докантую.

И вот приготовления закончены, всё готово к подъему бочки в стратосферу. Придвинуты обе А-образные стремянки неописуемой высоты. Их копыта надежно зафиксированы подставными кирпичами. Поставлена центральная доска для бочки. Сама она вовсю опутана канатами, концы которых дружно держит группа взволнованных женщин по другую сторону бочки. Это для стабилизации, если что-то пойдет не так, и кто-то из нас уронит в высях свой край бочки.

За все полвека никто не уронил. Так что догадываюсь, что вся эта канатная группа - тоже мудрое изобретение наших предков. Может, потому и не уронили, что оттуда исходит мощнейшим лучом самое восхитительное, что есть в подъеме бочки и вообще в жизни - дорогие наши мужики, пожалуйста - останьтесь живы!

Вздохнули, собрались с духом и начали подъем. Но в этот раз он пошел нештатно.

Дикий скрип тормозов на соседнем участке - это прилетел на всех парах Толик. Хороший чувак, и жена у него красавица. Одна у них беда - никак не могут сделать ребенка уже несколько лет. Очень стараются. Это известно всей округе просто потому, что стонут по ночам не на шутку, хотя тщетно пытаются сдерживаться.

Толик в общем-то спокойный, выдержанный парень. Это типично для таких амбалов. Но тут с ним творилось что-то несусветное. Чуть сарай не снес при въезде. Выпрыгнул из машины, сделал крупный глоток из фляжки, покрутил башкой, заметил нас и заорал во все горло:
- Лёва!!!!! У нас сын родился! Александром назвали! Ага, бочку подымаете?! Ща помогу!

После чего разбежался во всю дурь, выхватил у нас из рук бочку, находящуюся уже на двухметровой высоте, триумфально поднял ее у себя над головой и продолжил почти вертикальное движение по крошечным рейкам, набитым на доску, легкой такой походкой, как будто эта доска лежит горизонтально.

Речь Льва Николаевича:
- Поздра... Эй, ты чё удумал?! .. Толик, остановись! .. Отдай бочку! .. Краник береги!!!

С небес гулко:
- Да помню я про этот чертов краник!

Уже близко к цели Толик стал терять равновесие, и в отчаянии - прыгнул! Вверх! В баскетбольной манере сумел забросить мяч в корзину, то есть бочку на верхушку. Бочка тревожно закачалась и загудела, но выстояла.

Спрыгнул он оттуда или просто свалился, я не успел разглядеть. Приземлился грамотно - на все четыре конечности. Глубоко впечатался в грунт. Никаких переломов и растяжений.

Вся операция по подъему бочки в толином исполнении заняла пару секунд. С учетом разбега и падения он уложился в пять. Наша часовая подготовка оказалась в общем-то ненужной. Достаточно было принести Толе доску. И даже краник не пострадал.

Герой после приземления выдал нам чисто гагаринскую улыбку, приветливо помахал рукой и пошел звонить жене. Снимаю шляпу перед столь счастливыми отцами.

39

О переквалифицированных таксистах с необычайными биографиями. Вспомнилось по истории от 1 августа про канадского таксиста-ученого, встретившего таксиста-выпускника своего университета:
https://www.anekdot.ru/id/1034656/

Многие критеги усомнились, что такое возможно. Ну-ну.

Вспоминаю своего Лучшего Таксиста. Он меня реально спас. Рейс был утром. Выезд из дома очень ранним утром. И если бы я на него опоздал, то мне бы наступила реальная жопа. Я очень боялся проспать. Это была командировка. Но - проспал. Пребывал в некоей фрустрации и ажитации, носясь по хате как бешеный с последними сборами. В режиме пожарника - на все про все 40 секунд. Потому что заранее заказанное такси уже прибыло и ждет.

Пожарник из меня вышел хуевый. Как я ни спешил, выбежал почти через час. За давностью лет уже не помню, что меня так задержало. Но точно - что-то офигенно важное. Может, загранпаспорт не нашелся в обычном ящике. А может, валюту положил не в ту книгу. Не суть. Она в том, что я выбежал как ошпаренный петух и честно сказал таксисту время вылета своего рейса. С грустью несказанной обещал доплатить пятьсот, если доставит к такому-то сроку. Ибо иначе черный пиздец. И ваще дело чести успеть на этот рейс.

Я заметил, что он прихуел. Как он не задрал ценник вдесятеро при таком раскладе - удивляюсь. Вместо этого ободрил, что дело наше небезнадежно.

Дальше начался французский сериал "Такси". По пустынным кривым переулкам, которые неведомы навигаторам, он молниеносно донесся сквозь весь центр Москвы до традиционной пробки на Ленинградке. Я не знал, то ли мне блевать, то ли благодарить. Но в пробке жизнь потекла неспешно.

Кто за рулем - инопланетянин? Присмотрелся к таксисту. Обычное славянское лицо. Для такси уже удивительно. Вгляделся далее - это лицо еще и умное, и сильное. Как будто скрестили академика со спецназом. В пробке не быкует, однако же протискивается. Что это за черт невиданный мне попался? Разговорился.

Оказалось, это мой пилот. В том смысле, что многие разы он летал со мною на борту по маршруту Владивосток-Москва и обратно. А теперь он мой таксист. Не в крепостническом смысле мой, разумеется. Для него я его пассажир. Но ребята, у меня уши веером встали! Несколько вежливых вопросов мимоходом посреди длинной беседы. Убедился - нифига себе, так и есть. Да, меня везет в такси б. пилот авиалайнера. Везет в аэропорт и особо не горюет, что не повезет меня дальше, за несколько тысяч километров.

Но как так? - взорвался мой мозг. Этот человек в 40+ поднимал в небо огромные ИЛ-62 и Ту-154. Вез сотни пассажиров на другую часть планеты. Успешно их садил, судя по тому, что еще жив. Сейчас ему 50+, и он везет мою одинокую тушку по земле. Как такое могло случиться?

Оказалось, просто. После ликвидации российского авиапарка в виде этих самых ИЛ-62 и Ту-154, их сменили западные аэробусы. Пилот 40+ не пожелал на них переучиваться. Из опасения, что все-таки уже не молод, слабо владеет английским, и угробит чего доброго несколько сотен пассажиров во главе с собой. Нет уж, лучше такси.

Мы на удивление быстро доехали до аэропорта в этой пробке. Но напоследок я успел спросить его - каково это. Когда у тебя за спиной пара сотен душ, и ты за них в ответе. Он улыбнулся - ну вот сейчас вы у меня были за спиной. В единственном экземпляре. Ну и допустим, вас хоть двести. Какая разница? Главное в этом деле - что я сам жить хочу. Ради себя и веду, и сажаю. Но больше всего мне нравилось в молодости на СП жратву возить, а не пассажиров.
- Какое еще СП? - спросил я сонно.
Тут водила похоже во мне разочаровался. Объяснил вежливо:
- Станция такая. "Северный полюс" называется. Обычно я им с воздуха жратву сбрасывал и улетал обратно. Но иногда они расчищали полосу. Как тут не сесть?

Не договорили. До сих пор жалею, что не познакомился с этим человеком. Хрена ли так быстро ездить? Я просто не успел опомниться.

41

В этот испанский городок я пришел неожиданно рано – еще не было трех. До следующего городка, а значит и годного ночлега, было не меньше 20 км по горам, пустую дорогу жарило апрельское солнце, вышел я в тот день рано, в общем, я себя уговорил встать на постой пораньше.
На первом этаже небольшой гостиницы (два этажа, пяток номеров) в ресторане тоже было пусто, двери и окна настежь, и только один мужик курил в углу над стаканом пива, посматривая в телевизор на беззвучный футбол. Оказался хозяином.
За пивом разговорились. Роберто сварганил чего-то горячего (что само по себе знак, ведь поесть в Южной Европе между 12 и 17 практически невозможно) и присел за мой столик.
– Знаешь, Друг… Я родился и вырос в этом городишке. Когда я был молодым, у меня было три мечты. Я хотел иметь свою гостиницу, потому что у моего отчима была гостиница, я хотел иметь большой красный мотоцикл, потому что у моего дядьки был мотоцикл, и я хотел жениться на соседке Марии, потому что все мальчишки нашего района хотели Марию.
– Я своими руками построил эту ебаную (de puta madre) гостиницу и кручусь вокруг нее уже больше тридцати лет. Оставить ее хоть на неделю нельзя, потому что тогда не будет денег на кредит, и вообще работать здесь никто не хочет.
– У меня есть этот ебаный красный «Кавасаки», и он стоит в гараже уже 30 лет, потому что в наших горах на мотоцикле не разгонишься, а ездить на «Кавасаки» медленно – не уважать ни себя, ни «Кавасаки». Еще у меня есть кабриолет «Мерседес», и он стоит в гараже, а я на нем езжу три раза в год, потому что припасы для своей гостиницы я вожу на грузовичке, а больше мне ездить некуда.
– Я женился на Марии. Мужчины не болтают про женщин, поэтому я тебе ничего про нее не скажу.
– И чо? Вот сейчас мне 54. Я смотрю на то, что было моей мечтой, и каждый день напиваюсь в своем баре. Каждый день через мою гостиницу проходят каминеро (пилигримы на Камино де Сантьяго), и я хочу все бросить и уйти с вами, такими свободными и беззаботными.
(В моей голове кто-то хихикнул: «…а пулемет я вам не дам!»)
– А чего ж, – говорю я, – и пошли. Я у тебя один постоялец, завтра с утречка и двинем. Закрой свою прекрасную гостиницу, обуйся поудобнее, да пойдем.
Роберто задумался, потом с пьяной серьезностью посмотрел мне в глаза.
– Не могу. Если я уйду, Мария не сможет платить кредит банку. И гостиницу закроют, а я в нее вложил 30 лет жизни. И вообще, как я уйду?
Тем временем ресторан потихоньку оживал. Роберто включил звук в телевизоре и ушел поить желающих. Я поднялся в номер, почитал и лег спать. Где-то за полночь в соседний номер пришел Роберто, долго кашлял, курил на балконе, потом затих. Рано утром я захлопнул за собой дверь и поежился от рассветной свежести. Мокрая дорога упиралась в соседний дом и резко сворачивала вниз. Над горами светлело небо.

42

Австралийцы очень рациональны и практичны. И очень любят досуг. Рыбалку, охоту, море и барбекю. И очень не любят проблемы. Ведь любимая фраза любого австраляки: "No worries, mate", "Не переживай, дружище!" Поэтому все проблемы решаются наиболее эффективным путём. Например: прививки надо делать, но кое-кто их делать не хочет... Ага, проблема. Надо решать! Нужно убедить людей, что прививки необходимы... Но как? А я вам расскажу, как.
По приезду в Австралию мы пошли записывать сына в школу. Принимая наши документы, менеджер сказала, что у него сделаны не все прививки и дала адресь вакцинальной клиники. В школу нас приняли. Потом мы сделали прививки и забыли об этой проблеме.
Прошло два месяца, начались каникулы. Тут через каждые два месяца, на третий, каникулы две недели. И длинные каникулы со средины декабря по 1 февраля. Чтобы мелкий не скучал дома, мы решили отправить его в лагерь. Частный платный лагерь при школе, он же, в учебное время, продленка. Утром привели, вечером забрали. Стоит это удовольствие дорого, но государство компенсирует семьям с низким доходом до 90% стоимости (у нас было, считай, ничего на тот момент, мы только начали работать: ни себе посмотреть, ни налоговой показать).
Пошел сын в лагерь, через неделю пришел счёт. На 1300 баксов. За неделю. Вместо 130. И в графе компенсация было написано: "Пошли в жопу! Нате вам дулю! Нате вам три дули, а не компенсацию. Дебилы... " Ладно, это я шучу. Там просто стоял скромный 0% Но почему? Я стала миллионером? чего-то о себе не знаю?
Рысью неслась я в лагерь, яростно разгоняя мух счётом, пугая мирно пасущихся попугаев и представляя, как я им всем покажу, как такие бесчинства творить. Бухгалтер взял мой счёт, лениво посмотрел на цифры и сказал: "Не переживай , дружище! Тут всё правильно. Пособие вам не положено: скорее всего, вы не сделали прививки!" Клянусь, в его глазах промелькнула издёвка и презрение. Он явно считал меня дурой. Из-за несделанных прививок.
В итоге выяснилось, что в клинике забыли переслать наши данные соцслужбам. Потом пришел новый, уже нормальный счет на 130 долларов. Тучи улетели, небо опять стало синим.
А теперь представьте себе, что ребенок идет в школу с пяти лет. Родители работают. Нужна продленка. Нужен лагерь. Кто-то готов платить полную стоимость, потому, что не хочет делать прививки? Кто-то, возможно, готов. Но народ за собой не поведет. Ведь польза от прививок очевидна. Убедили...

43

"Мороз и солнце, день чудесный..."©

Во втором классе придумалось продлить себе зимние каникулы. Идею почерпнула из прошлогодних зимних. Тогда я впервые услышала таинственное слово "карантин", которое продлило отпуск младшеклассникам на целых две недели.
И девятого января я приняла решение срочно заболеть. А как зимой заболеть? Легко! Простудиться. Замерзнуть.
Во дворе мы залили небольшой каток. Или большую лужу. Ну, как залили... Заклинили колонку и вода разлилась метров на 25 квадратных. На нас накричали, конечно. Но мороз помог в каток эту лужу оформить.
И чтобы не просто стоять и мерзнуть в мечтах захворать, я начала по ней кататься.
С нашим двором граничил детсад и за сеткой начали собираться зрители. Я им заявила: "Щас!" и убежала домой.
Эти зрители и недавний просмотр фигурного катания сподвигли меня нарядиться повеселее: достала любимое платье, сшитое бабушкой, желтое со вставками (как у принцессы!) вкусного шоколадного цвета, пышное и короткое. Ну, как надо!
На ноги отыскала жёлтые гольфы и сандалеты коричневой кожи, в тон вставкам на платье. У меня уже был вкус!
Распустила косы, тряхнула головой и вышла на улицу. Минуты через три. Зрители меня ждали. Мороз -12-15°С, снег скрипел, светило солнце, ярко синело небо.
И я продолжила свои пируэты на льду. Даже не так. Я вошла в раж!!! Разбегалась - и крутилась, прыгала, летала стрелой, делала ласточку в движении, падала голыми коленками на лёд, заламывала страстно руки, пела что-то, создавая музыкальное сопровождение. Гладкая кожаная подошва скользила отлично.
Спектакль был, наверное, нескучный, потому что все метров двадцать сетки были уже плотно заставлены детсадовской малышней из нескольких групп. Они хлопали, пищали, орали, а я гордо делала вид, что их не замечаю - я же выступаю, как по телевизору! Только по телеку чёрно-белые все, а я ведь РАЗНОЦВЕТНАЯ!
В 12:00 воспитательницы растащили детей на обед и крикнули мне, чтоб домой шла, а то заболею. Тю, так для этого и старалась!
Не помню, чтобы я хоть замерзла.
И даже не чихнула!
11 января пришлось идти в школу.

Р.S. Потом воспитательницы жаловались маме, потому что им жаловались родители. Некоторые девочки с истерикой потребовали нарядить их в платья и гольфы и так топать в детсад. Потому что они видели, что и зимой "так можно".

44

Новый год и душманы

До Нового года оставалось менее пяти часов. Приходилось спешить.

Подарки уже были разложены. Но пока не стемнело, нужно было навести их на аэродром шурави.
Хайрулло, старший в группе, деловито осматривал небольшие горки камней, что складывали его юные помощники Мирзо и Бахтияр. Кажется, горки получились достаточной высоты? Или камней нужно было еще немного добавить? Здесь важно было не ошибиться! Рядом с горками лежали реактивные снаряды, которые еще днем они перенесли из небольшой пещеры, что располагалась буквально в сотне метров от их позиции. Реактивные снаряды Хайрулло устанавливал сам. Ответственное это было дело и не простое - запускать реактивные снаряды с камней. Нужно было не только правильно выбрать направление, но что гораздо важнее – установить правильный угол наклона снарядов.

Понятно, что большой точности здесь добиться было сложно. Но рядом с баграмским аэродромом располагался большой штаб шурави со множеством складов и различных подразделений – промахнуться по ним было сложно. К тому же, не случайно Хайрулло считался в банде лучшим специалистом по запускам реактивных снарядов. Не в первый раз он это делал. Но каждый раз делал это старательно и очень тщательно. Он подходил к каждому снаряду, аккуратно поправлял его. Прицеливался, мысленно рисуя траекторию полета. И у каждого снаряда чуть слышно шептал, как заклинание, одно слово: «Иншалла».

Хайрулло привычно ощупывал бикфордовы шнуры. Затем, на всякий случай, достал из кармана пиджака спички. Открыл коробок. Деловито осмотрел каждую спичку. Посмотрел на часы. Все было в порядке. Они управились! Конечно, можно было запустить снаряды и сейчас. Но это было не интересно. Куда интереснее, было запустить их ровно в полночь, когда шурави начнут отмечать свой странный праздник – Новый год. Хотя какой новый год может начинаться в ночь на одиннадцатое джедди (1 января), было не понятно? Ведь все правоверные знают, что Новый год начинается с первого хамаля (21 марта). Да, не случайно шурави называют кяфирами (неверными), все у них не так, как у нормальных людей. Хотя если им нравится отмечать свой праздник, будут им на праздник от него подарки…

- Будут вам подарки, и будет праздник. Самый яркий, самый запоминающийся. - Хайрулло с улыбкой посмотрел на разложенные вокруг снаряды.

Все было готово. И можно было немного передохнуть. Он присел под старым финиковым деревом. Достал из котомки лепешку и немного кишмиша. Разломил лепешку на три равные части и позвал своих помощников. Предложил им немного перекусить. Мирзо и Бахтияр весело откликнулись. Что, что, а повеселиться они любили. Особенно поесть.

Нравилось им работать с Хайрулло. Мечтали они со временем и сами научиться всем его премудростям. Научиться запускать голюли (снаряды) по шурави. Нравилось, как улетали в небо голюли. Но еще больше нравилось, что старший никогда не забывает их покормить. А Бахтияру нравилось, что Хайруллло разрешает иногда пострелять по шурави из его автомата. Своего у Бахтияра еще не было. Но он очень надеялся, что скоро будет. Не случайно ведь его имя означало Счастливый!

После еды парни заметно повеселели. Они стали представлять, как шурави начнут отмечать свой праздник. И как с неба на них будут падать их огненные подарки. Бахтияр подошел к небольшой сосне. И начал изображать шурави хануму (русскую женщину), которая сначала неприлично танцевала вокруг дерева, а затем испуганно пряталась под ним от разрывов снарядов.

Мирзо отложил свой автомат в сторону и начал плясать рядом с Бахтияром. Сначала изображал щурави, пристающего к хануме. А затем скакал вокруг своего товарища, как горный козел, и радостно изображал разрывы снарядов. Это было так смешно, что даже Хайрулло не мог сдержать смеха. Хотя и очень старался.

Парни начали петь какие-то индийские песни. Сначала чуть слышно, а затем все громче и громче. Танцы их становились все смешнее и смешнее…

Из-за этих песен, из-за слез, навернувшихся на глаза от смеха, Хайрулло не сразу услышал и заметил хеликуптар (вертолет) шурави, который неожиданно появился из-за горного склона. А когда заметил, делать что-то было уже поздно.

- Нафахмидам (не понял). – Произнес он чуть слышно.

Хеликуптар шурави, хищно ощетинившийся блоками с неуправляемыми авиационными ракетами, остановился, как вкопанный. И завис метрах в двадцати от них. Пыль, поднимаемая винтами хеликуптара, мешала смотреть. Но Хайрулло прекрасно понимал, что слепит она только его. И его товарищей. А вот пилоту эта пыль ничуть не мешает все видеть. И держать их на прицеле своих пулеметов. Мирзо и Бахтияр застыли в немой сцене. Они вопросительно смотрели на своего старшего товарища. Но Хайрулло было не до них. Сидя на корточках, он незаметно достал из своего пиджака какую-то бумажку и рвал ее на мелкие кусочки. Не нужно было шурави знать, что там написано! А затем раскрыл свои ладони. И обрывки его удостоверения, выданного исламским комитетом, немедленно унесло куда-то потоками ветра.

Тем временем хеликуптар опустился на землю, из него выпрыгнули семеро шурави. Один из них деловито залег в паре метров от хеликуптара с пулеметом и взял моджахедов на прицел. Двое стали собирать реактивные снаряды, подготовленные к запуску. И складывать их в небольшой ложбине. Еще двое, молча, подошли к Хайрулло и его помощникам, забрали их автоматы. Ловко обыскали моджахедов и отвели их немного подальше от сосны. И, казалось бы, сразу же потеряли к ним малейший интерес. Хотя, на всякий случай, свои автоматы держали направленными в их сторону.

Тем временем еще один шурави стал крепить что-то к стволу сосны. А второй – разматывать трос у хеликуптара. Командир-шурави стоял в сторонке, внимательно отслеживая все происходящее. Неожиданно он немного приподнял руку, плавно опустил ее и присел на колено. Шурави, охранявшие моджахедов дали им знак немного пригнуться.

В то же мгновение раздалось два негромких взрыва. Один в том месте, куда шурави относили снаряды. Второй у сосны. Сосна, как подрубленная, упала на землю.

Командир сделал чуть заметное круговое движение рукой перед собой. И его бойцы, подхватив сосну, устремились к хеликуптару. Подвязали ее к тросу и запрыгнули в свою летающую арбу. Командир на прощание улыбнулся моджахедам, шутливо отдал им честь и, чуть пригнувшись, побежал к хеликуптару. Последним уходил пулеметчик. Вскоре все шурави были внутри своей шайтан-арбы. И хеликуптар взмыл в небо. Унося под собой главный трофей этого года – пятиметровую сосну. Вся эта операция заняла не более трех минут.

Моджахеды непонимающе смотрели друг на друга. Потом на небо. Потом снова друг на друга. Что это было? Откуда шурави узнали о том, что они устанавливают здесь реактивные снаряды? Почему они забрали с собой дерево? Вопросов было больше, чем ответов.

Мирзо и Бахтияр выглядели совершенно потерянными. Хайрулло тоже был в шоке, но еще он был старшим. А потому его интересовали совершенно другие вопросы. Как рассказать об этом главарю их отряда? Ведь он ни за что не поверит, что шурави оставили их живыми просто так. И стоит ли рассказывать? А если не рассказывать, то, как объяснить исчезновение их автоматов? И как отчитаться в пусках снарядов? Ведь если они их запустили, снаряды должны были куда-нибудь попасть…

- Ничего, что-нибудь придумаю. – Решил про себя Хайрулло. А своим помощникам, под страхом смерти, приказал никому и никогда не рассказывать о произошедшем. Но даже он понимал, что только что у него на глазах произошло настоящее чудо. Видимо, было в этом празднике шурави какое-то волшебство, раз они подарили Хайрулло и его товарищам такой бесценный подарок – оставили их живыми?

Одного не ведали моджахеды. В Новый год шурави не нужны были их неуправляемые реактивные снаряды. И не нужны были их жизни. А вот эту сосну они приметили еще осенью, когда выходили на очередную засаду. Потому что уже тогда понимали, что на Новый год им нужна будет елка. Когда не было елки, то вполне могла сгодиться и сосна. А если бы не было сосны, сгодилась бы и пальма.

P.S. Когда вертолет с разведчиками 3-ей разведывательно-десантной роты баграмского разведбата приземлился на аэродроме, его ждали уже многие. За несколько минут сосну разобрали на веточки. Так в Новый 1987-й год почти в каждом подразделении в окрестностях Баграма появилась своя маленькая новогодняя «елка». А, значит, появилась частичка настоящего праздника. И дома. Откуда взялись эти сосновые веточки, знали немногие. Но никому об этом не рассказывали.

Карцев Александр

45

.....Ну, а вы как хотели? Это же цирк! Тут и не такие чудеса случаются, особенно в канун Нового года! (Эдиссон)

Расскажу и я почти новогоднюю историю, про то как побывал телепатом и анестезиологом, которая подтверждает что новогодние желания сбываются, если правильно сформулировать и захотеть.
В Новогоднюю ночь с 2007 на 2008 год, мы были с супругой приглашены отметить праздник в кафе, только что открытом подружкой моей супруги.
Надо сказать что я хорошо знал ее мужа и еще пару семей, с которыми не раз отмечали праздники и на природе и в гостях друг у друга, и в принципе неплохо всегда отдыхали.
В этот раз была приглашена еще одна пара, которую я не знал, но подружка жены объяснила что это поставщик и наладчик холодильного оборудования для кафе и ресторанов по имени Энвер с супругой, по имени Алие (имена немного изменены).
Когда я увидел это чудо, то понял что я зря пришел на этот праздник жизни, потому что жена сразу просекла мой взгляд и дернула за рукав, я сделал вид что не понял что она от меня хотела.)
Мелкая, восточной красоты, с зелеными глазами и бархатной кожей, да к тому же посмотрела мне в глаза так, что пришлось сидеть долго долго, чтобы не опозориться со эрекцией.)
Вся мужская половина стала оказывать ей знаки внимания, жены начали злиться, обстановка стала потихоньку накаляться, но никто виду не подавал, тем более что она не давала повода.
Надо сказать что она вела себя очень скромно, но от нее исходила такая энергетика что все это чувствовали, особенно мужское население, а муж вел себя спокойно и не реагировал ни на что.
Вечер сделали костюмированным, я был доктором в халате со стетоскопом, а Алие нарядилась в ведьмочку в остроконечной шапке.
Я отвлекался какими то посторонними мыслями, стараясь не смотреть в ее сторону, но как назло, толи чтобы меня подколоть, толи из за опасения за своего мужа, он то больше всех налегал на алкоголь и практически не отпускал от себя Алие, хозяйка вечера посадила эту пару за стол напротив нас.
Я делал вид что ну совсем здесь не при чем, тем более настроение супруги испортилось окончательно, но она улыбалась не показывая своих эмоций.
Обычно на Новый год мы веселимся с фантами, конкурсами, подарками и приколами всякими, и я всегда участвовал во всех конкурсах, а в этот раз не хотел вставать из за стола, потому что эрекция не позволяла.)
Я стал налегать на водочку и после двухсот пятидесяти и бокала шампанского под куранты меня попустило, и я стал танцевать вместе со всеми, старательно не обращая на Алие внимания!
Где то в час ночи, мы начали играть в фанты с конкурсами, вытягивая из шапки записки с именами, своих партнеров.
Мужу хозяйки попался в пару муж Алие, с которым они танцевали попури из Ламбады и другой мути, а закончили под песню эскадрон Газманова, где муж хозяйки скакал на Энвере, размахивая игрушечной сабелькой.
Мне попался фант эротично подарить то что лежит в коробочке, тому чье имя хозяйка вечера вытянет из шапки.
Я усиленно медитировал и думал об одном - Только не Алие! Только не Алие!!
И что бы вы думали? Эта нехорошая дама достает записку с ее именем!
Понятно что это не случайно.
Я для вида начал отказываться, но все, а особенно мужская часть компании стали подначивать меня на слабо!
Пришлось выйти в центр зала.
Алие должна была в свою очередь так же эротично принять этот подарок.
В коробке оказался банан, перевязанный ленточкой!
Я готов был убить хозяйку вечера, но пьяный коллектив требовал шоу!
Включили музыку из Эмманюэль, я стою как баран не зная что делать, держа банан на уровне пояса изображая типа танца.
И тут Алие начала приближаться ко мне изображая какой то восточный танец и глядя в глаза, подойдя ко мне она не прикасаясь ко мне делает вид что гладит и обнимает, берет у меня банан, чистит и отойдя от меня на пару шагов, садится на шпагат и начинает эротично кушать!
Даже медицинский халат не мог скрыть моих эмоций!
Ржали все в том числе и супруга, которая тоже набралась изрядно от пережитого нервного стресса!)
Я Глядя ей в глаза мысленно пожелал оказаться с ней один на один, где нибудь далеко, чтобы никуда не спешить и воплотить в жизнь все свои желания!)
Мне показалось что она прочитала мои мысли?)
Публика ревела, свистела и улюлюкала, а Алие закончила номер и как ни в чем не бывало села за стол и опять стала улыбаться своей улыбкой!
Выпив еще грамм двести водки, получив главный приз, вазочку для цветка в форме члена, я был в коматозном состоянии отвезен супругой домой.
Утром проснувшись, стал усиленно делать вид что ничего не помню что вчера было?
На наводящие вопросы супруги удивленно восклицал - Неужели я таким был?
Поверив в то что я ничего не помню, жена подала водочку с рассолом с оливье, это меня привело в чувство.
После этого мы много раз в течении пары лет встречались на различных праздниках, она познакомилась поближе с моей супругой, можно сказать стали подружками, даже пару раз они ездили отдыхать в Адыгею и на море женским коллективом.
Я помог Алие подготовить документы на аренду танцевальной студии, она иногда звонила мне для консультаций, и даже пару раз пили кофе, но говорили ни о чем или о работе.
Супруга мне рассказала что Алие и Энвер из крымских татар, что она с виду такая шебутная и развязная, а на самом деле очень строгих правил и по жизни Динамо так сказать.
Такая пластичная потому, что окончила цирковую студию где то в Узбекистане, где она и родилась, и даже несколько лет выступала как акробатка в цирке.
Супруг в ней уверен и спокоен, и ему даже нравится то что все мечтают ее трахнуть да не могут.)
Пару раз они даже были у нас дома на дне рождения супруги, поэтому та новогодняя история для всех была просто шуткой и веселым воспоминанием.
В 2010 году, мы с друзьями поехали в Севастополь на четыре дня, на Байк - шоу, а Алие приехала к своим родственникам в Инкерман.
Надо сказать мы с друзьями долго готовились к этой поездке, чтобы еще и День ВМФ захватить в Севастополе, и даты поездки не были секретом.
Ночью мне приснился сон, что я приезжаю на машине к какому то серому дому, из калитки выходит Алие в шортах и майке, я сажаю в машину, еду к себе в гостиницу, завожу ее в комнату, она меня целует, а дальше душ, массаж и секс до утра, и все в мельчайших подробностях.
Проснулся я от того что крепко сжимаю торчащий хер и очень хочу в туалет.
Решив что это сон к тому что познакомлюсь с красивой девушкой, я решил не пить на всякий случай, чтобы мог ездить за рулем.
Когда мне позвонили с крымского номера, я сразу не понял кто это? Поняв что это Алие, я сразу вспомнил свой сон.
Она сказала что вечером я могу забрать ее с сестрой и мы могли бы поехать в Севастополь потусить.
Я согласился, хотя сестра мне казалась лишней.))
Едва дождавшись вечера, одевшись в легкие брюки и майку, я сел в машину и прикатил за Алие! когда я увидел дом, то прихуел от того что видел его во сне, а когда она вышла и сказала что сестра не смогла поехать, так как к ней приехал жених, я понял что небо услышало мои мольбы.)
Приехав в гостиницу, и оставив машину я пригласил показать где живу.
Мысль была сразу поцеловать и как во сне, душ, массаж и у койку, но почему то я решил все таки поехать потусить.
Приехав в Артбухту, мы пошли покурить кальян, где она села со мной рядышком и не отвела руку когда я ее приобнял.
После этого я понял что из за стола лучше не вставать.)
Заказали напитки, тарелку с фруктами, разговорились, оказалось что у нас одни и те же проблемы в семье, и что голова от них пухнет и хочется отключиться и забыть обо всем.
После того как я выходя из за стола случайно торчащим через штаны членом свалил фужер с вином, и рассмешив ее до слез, я понял что надо валить в номер.)
Я молча взял ее за руку и мы пошли на такси. Сев в машину я почувствовал что она вся трясется мелкой дрожью и часто дышит.
Я тоже дрожал и был в таком состоянии, что готов был трахнуть ее в машине.
Зайдя в номер, мы стали раздеваться со скоростью света не переставая целоваться, она попыталась сразу запрыгнуть на меня, но я прохрипел что сначала душ... Искупавшись мы также продолжая целоваться, завалились на кровать где она опять попыталась залезть на меня, но я прохрипел из последних сил что сначала массаж!
Потратив на него три минуты, я стал нервно надевать презерватив, но он не одевался, кое как натянув его я стал сон превращать в явь.))
Честно скажу, что я много раз до этого представлял какова она в постели, но реальность превзошла все мои ожидания, тем более она сказала фразу про то что нужно жить здесь и сейчас, является моим девизом.
Между первой и второй перерывчик не большой!)
Сняв с меня презерватив он стала им играться точь в точь как бананом в Новогоднюю ночь, глядя мне в глаза, я через пару минут опять был готов к бою!
Но вдруг я увидел что у нее глаза становятся по пять копеек, она пытается что то сказать но говорит так, как буд то ей десну обезболили.)
соскочив с кровати она перепуганная полетела в душ полоскать рот, и я весь в непонятках и с торчащим хером пошел за нею в душ.
Спрашивая заплетающимся языком что это может быть и чем я мог намазать член, она поставила меня в тупик?
И тут я вспомнил что купил Дюрекс с анастетиком, чтобы растянуть удовольствие, и теперь этот анестетик ей заморозил язык и щеки.)))
Испуг у нее после моего объяснения быстро прошел.)
Я хорошенько отмыл свой радар, она пополоскала рот мирамистином и выпила вина, после чего вечер продолжился до утра!
Но самое удивительное было то, что ей тоже приснился сон что она приезжает ко мне и я ее трахаю здесь у себя!
И она видела во сне мой номер тоже!!!
- Только во сне ты меня сразу трахнул как только мы сюда зашли - сказала она.)
- А когда ты меня кальян курить повез, я подумала что все этим и закончится, удивилась и расстроилась? Хорошо что ошиблась!))
- И в моем тоже так было, только я почему то смалодушничал!)
Ее это поразило поразило до глубины души , и не сразу поверила что у меня был такой же сон!)
Она чувствовала в ту Новогоднюю ночь, что я мысленно просил что бы только не она со мной фант разыгрывала, и тогда уже знала что у нас будет секс!
- Мне показалось что ты вслух тогда сказал что обязательно меня трахнешь!
- И я испугалась что кто то еще услышит, а оказалось ты молчал?!)
- Громко молчал - с улыбкой добавила она.)
Мы дружим семьями до сих пор, но больше ни разу не встречались в такой обстановке, и не вспоминали о том что было.
Мне кажется я понимаю то, что нам достаточно было той встречи, от которой остались только прекрасные воспоминания!)

Вот такая Новогодняя история!
Всех с наступающим праздником!!)

46

Вчера 29.11 взахлеб читал все истории. очень много схожего в моей жизни. Про Павла и "мать твою" очень знакомо, я эту хрень тоже смотрел, только в Одесском театре русской драмы им. Иванова в 2005 будучи аспирантом.
А вот про бабку и трансформаторную будку у меня почти история-копия!
Дело было в 2008 на юге Украины летом (Цюрупинск, может кто знает, город моего детства. Я однокласснику Сашке помог комп починить. Ну он вечером решил проставиться и мне именно на завтра ехать по работе... Мы тоже по два пива выпили и идем с магаза домой по частному сектору. Он и жалуется: мол вчера вечером какую-то хрень типа тарелки в небе видел, пока в огороде работал. Мол лунатиков не боюсь, но вдруг радиация какая, а у меня дети ж в доме. Я его успокаиваю: мол даже уфологи твердят, что то что мы принимаем за НЛО - 95% фигня: метеориты, ионизация атмосферы, ступени ракет, вояки свои приколы делают о которых мы не знаем. У нас возле города 2 части ЗРВ и одна РТВ (ПВО-шники, кто не в курсе - небо охраняют). А Сашка все мямлет, а вдруг им (лунатикам) надо что-то....
Сумерки...Почти темно. И вот.... метрах в 20 от нас дорогу переходит что-то маленькое (метра 1,5) с огромной головой как мяч для регби бОльшей осью поперек. Мы встали как вкопанные!!! Я до сих пор такого страха не ощущал. Бля....речь пропала. Даже мычать не могу. Руки трусятся у обоих. Сердце в голове!!! Это тело глянуло на нас и пошло дальше к дому. Во дворе загорается свет и мы видим что это ребенок нес огромную игрушку телепузика. ))))) БЛЯ!!!!!
Мы минут 5 успокаивались и решили, что пива нам мало. Вернулись в магаз. Взяли 0,5 водяры. Сели прям на ступеньки и глушить из горла начали.
И тут появляется......правильно... БАБКО!
И начинает..."Ой, молоді, робити не хотять, пьють, зараз до міліції подзвоню" и реально достает мобилку.
Мы ей: не судите строго мы лунатика увидели.
Она в ответ: а зараз ще чортів побачите, залупи!
Ну мы и ретировались.......
А если б свет во дворе не загорелся, хер знает, что б я сейчас рассказывал.
Вот так.
Потому бабко-гандболист... я думаю, что просто освещение плохое было.
Теперь по поводу трансформаторной: я знаю случаи, когда трансформаторное масло водой разбавляли. И воду иногда для охлаждения в некоторых трансформаторах используют. Но не в бытовых конечно. А вообще хрен его знает.
Всем хороших входных!

47

Директор старейшей парашютной школы, подходит к работающему у них совсем еще немного времени инструктору: - Очень часто люди после своего первого прыжка буквально влюбляются в небо, в это сказочное ощущение свободного полета, и по прошествию многих лет, завершая свой земной путь, просят их похоронить возле того места, где они испытали эти бесподобные переживания. И это большое кладбище возле летного поля и есть то самое место... - И? - Так вот, именно так подробно все это и надо объяснять курсантам, а то у вас уже половина группы нового набора разбежалась, потому что вы им говорите лишь, что это кладбище парашютистов нашей школы...

48

Дед в растерянности стоял и не мог понять, куда именно ему идти. Охранник повернул голову к посетителю, смерил взглядом и презрительно кивнул: Вот ты чего встал, неужели не видно, вон окошки, там и плати. Ты не серчай, сынок, я же думал что у вас тут порядок какой есть, а теперь понятно, что в любом окошке могу заплатить. Дед медленно пошел к ближайшему окошку. С вас 355 рублей и 55 копеек, сказала кассир. Дед достал видавший виды кошелек, долго в нем копался и после выложил купюры. Кассир отдала деду чек. И что, сынок, вот так сидишь сиднем целый день, ты бы работу нашел лучше, дед внимательно смотрел на охранника. Охранник повернулся к деду: Ты что издеваешься, дед, это и есть работа. Аааа, протянул дед и продолжил внимательно смотреть на охранника. Отец, вот скажи мне, тебе чего еще надо? раздраженно спросил охранник. Тебе по пунктам или можно все сразу? спокойно ответил дед. Не понял? охранник повернулся и внимательно посмотрел на деда. Ладно, дед, иди, сказал он через секунду и опять уставился в монитор. Ну, тогда слушай, двери заблокируй и жалюзи на окна опусти. Непо охранник повернулся и прямо на уровне глаз увидел ствол пистолета. Да ты чего, да я щас! Ты, сынок, шибко не ерепенься, я с этой пукалки раньше с 40 метров в пятикопеечную монету попадал. Конечно сейчас годы не те, но да и расстояние между нами поди не сорок метров, уж я всажу тебе прямо между глаз и не промажу, спокойно ответил дед. Сынок, тебе часом по два раза повторять не нужно? Али плохо слышишь? Блокируй двери, жалюзи опусти. На лбу охранника проступили капельки пота. Дед, ты это серьезно? Нет, конечно нет, я понарошку тыкаю тебе в лоб пистолетом и прошу заблокировать двери, а так же сообщаю, что грабить я вас пришел. Ты, сынок, только не нервничай, лишних движений не делай. Понимаешь, у меня патрон в стволе, с предохранителя снят, а руки у стариков сам знаешь, наполовину своей жизнью живут. Того и гляди, я тебе ненароком могу и поменять давление в черепной коробке, сказал дед, спокойно глядя в глаза охраннику. Охранник протянул руку и нажал две кнопки на пульте. В зале банка послышался щелчок закрывающейся входной двери, и на окна начали опускаться стальные жалюзи. Дед, не отворачиваясь от охранника, сделал три шага назад и громко крикнул: Внимание, я не причиню никому вреда, но это ограбление! В холле банка наступила абсолютная тишина. Я хочу, чтобы все подняли руки вверх! медленно произнес посетитель. В холле находилось человек десять клиентов. Две мамаши с детьми примерно лет пяти. Два парня не более двадцати лет с девушкой их возраста. Пара мужчин. Две женщины бальзаковского возраста и миловидная старушка. Одна из кассиров опустила руку и нажала тревожную кнопку. Жми, жми, дочка, пусть собираются, спокойно сказал дед. А теперь, все выйдите в холл, сказал посетитель. Лень, ты чего это удумал, сбрендил окончательно на старости лет что ли? миловидная старушка явна была знакома с грабителем. Все посетители и работники вышли в холл. А ну, цыц, понимаешь тут, серьезно сказал дед и потряс рукой с пистолетом. Не, ну вы гляньте на него, грабитель, ой умора, не унималась миловидная старушка. Старик, ты чего, в своем уме? сказал один из парней. Отец, ты хоть понимаешь, что ты делаешь? спросил мужчина в темной рубашке. Двое мужчин медленно двинулись к деду. Еще секунда и они вплотную подойдут к грабителю. И тут, несмотря на возраст, дед очень быстро отскочил в сторону, поднял руку вверх и нажал на курок. Прозвучал выстрел. Мужчины остановились. Заплакали дети, прижавшись к матерям. А теперь послушайте меня. Я никому и ничего плохого не сделаю, скоро все закончится, сядьте на стулья и просто посидите. Люди расселись на стулья в холле. Ну вот, детей из-за вас напугал, тьху ты. А ну, мальцы, не плакать, дед весело подмигнул детям. Дети перестали плакать и внимательно смотрели на деда. Дедуля, как же вы нас грабить собрались, если две минуты назад оплатили коммуналку по платежке, вас же узнают за две минуты? тихо спросила молодая кассир банка. А я, дочка, ничего и скрывать-то не собираюсь, да и негоже долги за собой оставлять. Дядь, вас же милиционеры убьют, они всегда бандитов убивают, спросил один из малышей, внимательно осматривая деда. Меня убить нельзя, потому что меня уже давненько убили, тихо ответил посетитель. Как это убить нельзя, вы как Кощей Бессмертный? спросил мальчуган. Заложники заулыбались. А то! Я даже может быть и похлеще твоего Кощея, весело ответил дед. Ну, что там ? Тревожное срабатывание. Так, кто у нас в том районе? диспетчер вневедомственной охраны изучал список экипажей. Ага, нашел. 145, Прием. Слушаю, 145. Срабатывание на улице Богдана Хмельницкого. Понял, выезжаем. Экипаж включив сирену помчался на вызов. База, ответьте 145. База слушает. Двери заблокированы, на окнах жалюзи, следов взлома нет. И это все? Да, база, это все. Оставайтесь на месте. Взять под охрану выходы и входы. Странно, слышь, Петрович, экипаж выехал по тревожке, двери в банк закрыты, жалюзи опущенные и следов взлома нет. Угу, смотри номер телефона и звони в это отделение, чо ты спрашиваешь, инструкций не знаешь что ли? Говорят, в ногах правды нет, а ведь и правда, дед присел на стул. Лень, вот ты что, хочешь остаток жизни провести в тюрьме? спросила старушка. Я, Люда, после того, что сделаю, готов и помереть с улыбкой, спокойно ответил дед. Тьху ты Раздался звонок телефона на столе в кассе. Кассир вопросительно посмотрела на деда. Да, да, иди, дочка, ответь и скажи все как есть, мол, захватил человек с оружием требует переговорщика, тут с десяток человек и двое мальцов, дед подмигнул малышам. Кассир подошла к телефону и все рассказала. Дед, ведь ты скрыться не сможешь, сейчас спецы приедут, все окружат, посадят снайперов на крышу, мышь не проскочит, зачем это тебе? спросил мужчина в темной рубашке. А я, сынок, скрываться-то и не собираюсь, я выйду отсюда с гордо поднятой головой. Чудишь ты дед, ладно, дело твое. Сынок, ключи разблокировочные отдай мне. Охранник положил на стол связку ключей. Раздался телефонный звонок. Эка они быстро работают, дед посмотрел на часы. Мне взять трубку? спросила кассир. Нет, доча, теперь это только меня касается. Посетитель снял телефонную трубку: Добрый день. И тебе не хворать, ответил посетитель. Звание? Что звание? Какое у тебя звание, в каком чине ты, что тут непонятного? Майор, послышалось на том конце провода. Так и порешим, ответил дед. Как я могу к вам обращаться? спросил майор. Строго по уставу и по званию. Полковник я, так что, так и обращайся, товарищ полковник, спокойно ответил дед. Майор Серебряков провел с сотню переговоров с террористами, с уголовниками, но почему-то именно сейчас он понял, что эти переговоры не будут обычной рутиной. Итак, я бы хотел Э нет, майор, так дело не пойдет, ты видимо меня не слушаешь, я же четко сказал по уставу и по званию. Ну, я не совсем понял что именно, растерянно произнес майор. Вот ты, чудак-человек, тогда я помогу тебе. Товарищ полковник, разрешите обратиться, и дальше суть вопроса. Повисла неловкая пауза. Товарищ полковник, разрешите обратиться? Разрешаю. Я бы хотел узнать ваши требования, а также хотел узнать, сколько у вас заложников? Майор, заложников у меня пруд пруди и мал мала. Так что, ты ошибок не делай. Скажу тебе сразу, там, где ты учился, я преподавал. Так что давай сразу расставим все точки над и. Ни тебе, ни мне не нужен конфликт. Тебе надо, чтобы все выжили, и чтобы ты арестовал преступника. Если ты сделаешь все, как я попрошу, тебя ждет блестящая операция по освобождению заложников и арест террориста, дед поднял вверх указательный палец и хитро улыбнулся. Я правильно понимаю? спросил дед. В принципе, да, ответил майор. Вот, ты уже делаешь все не так, как я прошу. Майор молчал. Так точно, товарищ полковник. Ведь так по уставу надо отвечать? Так точно, товарищ полковник, ответил майор. Теперь о главном, майор, сразу скажу, давай без глупостей. Двери закрыты, жалюзи опущены, на всех окнах и дверях я растяжки поставил. У меня тут с десяток людей. Так что не стоит переть необдуманно. Теперь требования, дед задумался, ну, как сам догадался, денег просить я не буду, глупо просить деньги, если захватил банк, дед засмеялся. Майор, перед входом в банк стоит мусорник, пошли кого-нибудь туда, там конверт найдете. В конверте все мои требования, сказал дед и положил трубку Это что за херня? майор держал в руках разорванный конверт, бл@, это что, шутка? Майор набрал телефон банка. Товарищ полковник, разрешите обратиться? Разрешаю. Мы нашли ваш конверт с требованиями, это шутка? Майор, не в моем положении шутить, ведь правильно? Никаких шуток там нет. Все, что там написано все на полном серьезе. И главное, все сделай в точности как я написал. Лично проследи, чтобы все было выполнено до мелочей. Главное, чтобы ремень кожаный, чтоб с запашком, а не эти ваши пластмассовые. И да, майор, времени тебе немного даю, дети у меня тут малые, сам понимаешь. Я Леньку поди уже лет тридцать знаю, миловидная старушка шептала кассиру, да и с женой его мы дружили. Она лет пять назад умерла, он один остался. Он всю войну прошел, до самого Берлина. А после так военным и остался, разведчик он. В КГБ до самой пенсии служил. Ему жена, его Вера, всегда на 9 мая праздник устраивала. Он только ради этого дня и жил, можно сказать. В тот день она договорилась в местном кафе, чтобы стол им накрыли с шашлыком. Ленька страсть как его любил. Вот и пошли они туда. Посидели, все вспомнили, она же у него медсестрой тоже всю войну прошла. А когда вернулись... ограбили их квартиру. У них и грабить-то нечего было, что со стариков возьмешь. Но ограбили, взяли святое, все Ленькины награды и увели ироды. А ведь раньше даже уголовники не трогали фронтовиков, а эти все подчистую вынесли. А у Леньки знаешь сколько наград то было, он всегда шутил, мне говорит, еще одну медаль или орден если вручить, я встать не смогу. Он в милицию, а там рукой махнули, мол, дед, иди отсюда, тебя еще с твоими орденами не хватало. Так это дело и замяли. А Ленька после того случая постарел лет на десять. Очень тяжело он это пережил, сердце даже прихватывало сильно. Вот так вот Зазвонил телефон. Разрешите обратиться, товарищ полковник? Разрешаю, говори, майор. Все сделал как вы и просили. В прозрачном пакете на крыльце банка лежит. Майор, я не знаю почему, но я тебе верю и доверяю, дай мне слово офицера. Ты сам понимаешь, бежать мне некуда, да и бегать-то я уже не могу. Просто дай мне слово, что дашь мне пройти эти сто метров и меня никто не тронет, просто дай мне слово. Даю слово, ровно сто метров тебя никто не тронет, только выйди без оружия. И я слово даю, выйду без оружия. Удачи тебе, отец, майор повесил трубку. В новостях передали, что отделение банка захвачено, есть заложники. Ведутся переговоры и скоро заложников освободят. Наши съемочные группы работают непосредственно с места событий. Мил человек, там, на крыльце лежит пакет, занеси его сюда, мне выходить сам понимаешь, сказал дед, глядя на мужчину в темной рубашке. Дед бережно положил пакет на стол. Склонил голову. Очень аккуратно разорвал пакет. На столе лежала парадная форма полковника. Вся грудь была в орденах и медалях. Ну, здравствуйте, мои родные, прошептал дед... Как же долго я вас искал, он бережно гладил награды. Через пять минут в холл вышел пожилой мужчина в форме полковника, в белоснежной рубашке. Вся грудь, от воротника, и до самого низа, была в орденах и медалях. Он остановился посередине холла. Ничего себе, дядя, сколько у тебя значков, удивленно сказал малыш. Дед смотрел на него и улыбался. Он улыбался улыбкой самого счастливого человека. Извините, если что не так, я ведь не со зла, а за необходимостью. Лень, удачи тебе, сказал миловидная старушка. Да, удачи вам, повторили все присутствующие. Деда, смотри, чтобы тебя не убили, сказал второй малыш. Мужчина как-то осунулся, внимательно посмотрел на малыша и тихо сказал: Меня нельзя убить, потому что меня уже убили. Убили, когда забрали мою веру, когда забрали мою историю, когда переписали ее на свой лад. Когда забрали у меня тот день, ради которого я год жил, что бы дожить до моего дня. Меня убили, когда меня предали и ограбили, меня убили, когда не захотели искать мои награды. А что есть у ветерана? Его награды, ведь каждая награда это история, которую надо хранить в сердце и оберегать. Но теперь они со мной, и я с ними не расстанусь, до последнего они будут со мной. Спасибо вам, что поняли меня. Дед развернулся и направился к входной двери. Не доходя пару метров до двери, старик как-то странно пошатнулся и схватился рукой за грудь. Мужчина в темной рубашке буквально в секунду оказался возле деда и успел его подхватить под локоть. Чего-то сердце шалит, волнуюсь сильно. Давай, отец, это очень важно, для тебя важно и для нас всех это очень важно. Мужчина держал деда под локоть: Давай, отец, соберись. Это наверное самые важные сто метров в твоей жизни. Дед внимательно посмотрел на мужчину. Глубоко вздохнул и направился к двери. Стой, отец, я с тобой пойду, тихо сказал мужчина в темной рубашке. Дед обернулся. Нет, это не твои сто метров. Мои, отец, еще как мои, я афганец. Дверь, ведущая в банк открылась, и на пороге показались старик в парадной форме полковника, которого под руку вел мужчина в темной рубашке. И, как только они ступили на тротуар, из динамиков заиграла песня День победы в исполнении Льва Лещенко. Полковник смотрел гордо вперед, по его щекам катились слезы и капали на боевые награды, губы тихо считали 1, 2, 3, 4, 5 никогда еще в жизни у полковника не было таких важных и дорогих его сердцу метров. Они шли, два воина, два человека, которые знают цену победе, знают цену наградам, два поколения 42, 43, 44, 45 Дед все тяжелее и тяжелее опирался на руку афганца. Дед, держись, ты воин, ты должен! Дед шептал 67, 68, 69, 70... Шаги становились все медленнее и медленнее. Мужчина уже обхватил старика за туловище рукой. Дед улыбался и шептал. 96, 97, 98 он с трудом сделал последний шаг, улыбнулся и тихо сказал: Сто метров я смог. На асфальте лежал старик в форме полковника, его глаза неподвижно смотрели в весеннее небо, а рядом на коленях плакал афганец.

49

Бесит, что в современном мире во всем нужно разбираться. Решил ты купить, допустим, велосипед. Походил по сайтам, продающим велики. С помощью википедии среди десятков категорий велосипедов (круизный? городской? трековый? что вы от меня хотите?!) ты нашел ту, что тебе вроде бы подходит. Пролистав десять страниц яндекс-маркета присмотрел недорогой красивый велик в более-менее уважаемом магазине, но тебя смущает, что рядом выставлен такой же, но на 10к дешевле. Интересно, почему? Сравниваешь две модели и находишь различие- у одного передняя втулка из стали, а у второго из титанового сплава (а еще у второго нет крепления для бутылки). Самое время задать давно назревавший вопрос - почему я должен во всем этом разбираться? Я всего лишь хочу передвигаться по улице за счет вращения педалей!

Хорошо, вбиваешь именно этот вопрос- в чем отличие втулки титанового сплава и стальной? Выпадает масса всего, что тебе не нужно, но находится интересная ссылка- на форуме физического факультета два аспиранта спорят о том, почему детали для чего-либо, сделанные из стали и титанового сплава, всегда так разнятся по цене? Один утверждает, что дело в весе, второй- в износостойкости и цене исходного материала. Потом приходит научный руководитель обоих аспирантов и мягко замечает, закрывая обсуждение, что вопрос в данном виде не имеет смысла, поскольку существует множество разновидностей стали и титановых сплавов и рассуждать без уточнения конкретных марок некорректно. Да какого хрена? Гуглишь производителей втулок и находишь наконец конкретные марки использованных материалов, но поскольку тема закрыта, а спросить не у кого, находишь емейл одного из аспирантов и пишешь ему письмо с вопросом. Напоследок скачешь по богом забытым сайтам, где упоминаются разновидности стали и титановых сплавов.

Идешь спать и тебе снится, что в пыльном сельском магазине продается два велосипеда- тот, что с белыми шинами, чуть дороже. Просыпаешься от стука в дверь. Два вежливых человека в штатском задают тебе странные вопросы- почему интересуетесь титановыми сплавами? часто ли заходите на форумы, посвященные авиации? что вам известно о проекте истребителя "Бесовец"? Ты говоришь все на чистоту- выбираю велосипед, не захожу, ничего не знаю, а сам понимаешь, что давеча случайно забрел не на тот сайт. Визитеры уходят, но обещают вернуться, если поймут, что ты был не честен. Тебе очень интересно, что это за истребитель такой, но ты себя сдерживаешь.

Вечером приходит ответ от аспиранта- указанные марки различаются по удельной прочности, прочности на высоких температурах и прочих прочностях, но для велосипедной втулки это не имеет никакого значения, потому как для достижения температуры, на которой заметны различия двух втулок, придется или гнать по соляному озеру со скоростью 800 км/час, или заехать передним колесом в мартеновскую печь. Ты пишешь письмо- спасибо большое за ответ, но тогда почему же две велосипедные втулки настолько разнятся в цене? Прикладываешь ссылки на велосипеды. Долго не можешь уснуть, строя версии, что это за секретный истребитель такой.

В интернет-кафе ты приходишь в натянутой по самый нос бейсболке, запускаешь с флешки Тор и скачиваешь все, что находится по запросу "истребитель "Бесовец"" в разных вариациях. За время за компьютером расплачиваешься наличными. Дома ты переустанавливаешь систему и просматриваешь всю собранную информацию. Оказывается, проект этого истребителя был закрыт год назад по причине выхода за пределы сметы, и без того ТИТАНической, а мастерская расформирована и переведена на разные проекты. Главный авиаконструктор "Бесовца" перебрался в штаты, но загадочно погиб буквально пару месяцев спустя. Перед командой "Бесовца" ставились амбициозные задачи, но о том, что же стало с опытным образцом, нигде никакой информации не было, хотя становилось понятно, что в момент закрытия проект находился уже на стадии испытания. Интересно, но надо идти спать.

Вопрос мучает тебя и на работе. Ты гуглишь имя и фамилию самого молодого из команды разработчиков загадочного истребителя, и чутье тебя не подводит - на пятой странице гугла ты находишь его в Инстаграме. Профиль открыт, последняя фотография залита около года назад. На ней улыбчивый парень хвастается выловленной рыбиной. Геотег указывает- деревня Бесовец в Карелии. Ты собираешь чемодан.

Территория авиабазы охраняется, подобраться гражданскому ближе, чем на десять километров, не представляется возможным. В гугл мэпс нужная область карты покрыта контролцешным и контролвешным лесом. Ты решаешь спуститься по реке на лодке, которую арендуешь у одноглазого местного жителя за бутылку портвейна. Добравшись до фальшивой области гугл мэпса, ты сходишь на берег и под покровом ночи крадешься в сторону авиабазы. Ты видишь впереди мощные прожекторы каких-то вышек.

Крадешься до колючей проволоки и сквозь деревья наблюдаешь за странной картиной- солдаты выгружают из грузового самолета большой контейнер. На хвосте самолета красуется белое солнце в синем квадрате, внутри красного квадрата. Солдаты открывают контейнер, внутри которого оказываются дети в робах цвета хаки с непроницаемыми мешками на головах. И тут происходит то, чего ты никак не ожидал - в полнейшей тишине твой телефон громко сигнализирует о новом письме. Тут же рядом слышатся шорохи и зычный голос, приказывающий выйти с поднятыми руками. Ты срываешься с места и бежишь сквозь ночной лес. Стараясь бежать зигзагами, ты слышишь лай собак и видишь мелькания фонариков. Ты бежишь так долго, что уже начинаешь паниковать- лес не кончается, берега реки не видно, однако и преследователи, похоже, потеряли твой след. Ты выбегаешь на дорогу. Солнце еще не взошло, но небо уже светлеет.

Ноги не ходят. Полежав в кустах у дороги, ты слышишь звук велосипедных шин по асфальту. Женщина с коробом для ягод за спиной медленно проезжает мимо. Ты ее догоняешь и пускаешь в ход все свое обаяние и способность убеждения- машина заглохла в лесу, иду до автомастерской, может, подкинете? Женщина с радостью соглашается помочь. Ты сидишь на багажнике свесив окоченевшие ноги и вдруг замечаешь, что у ее велосипеда есть крепление для бутылки.

Ты смотришь, что за письмо выдало твое присутствие у колючего забора. Это аспирант. Он сравнил два велосипеда, на которые ты дал ссылки, и заметил, что у них отличаются не только материалы втулок, но и страны сборки. Несмотря на то, что обе фирмы имеют юридический адрес в Нидерландах, фактически сборный цех одной из них находится в Тайване. Этим и объясняется разница в цене, уверен аспирант.

Добравшись до дома, ты падаешь без сил на кровать, но к тебе снова заявляются гости в гражданском. Ты на ходу придумаешь историю про празднование дня рождения на даче у друга, затянувшееся до утра, но мужчины даже не пытаются вывести тебя на чистую воду. Их интересует, почему у тебя на вайфае не стоит пароль. Ты отвечаешь, что только что въехал в квартиру и еще не успел навести порядок. Тут заходит третий и они о чем-то перешептываются в прихожей. Из их разговора ты разбираешь только слова "Циклоп" и "Ежевика". Вернувшись, один из них нервно стучит по колену какими-то бумагами, а потом улыбается, будто забивает на какое-то дело, и советует установить пароль на роутер- мало ли какой злоумышленник может через него выходить в сеть. Уходят.

Ты решаешь, что велосипед тебе не очень-то и нужен. Он внушает тебе страх бесчисленным числом деталей, о которых ты знаешь слишком мало и не можешь полностью доверять сохранность своего здоровья. Вдруг откажут тормоза, которые были собраны на заводе, где двое китайских рабочих недавно покончили с собой, но в новостях об этом, естественно, не писали. Или седло попало в магазин из конфискованной на границе партии, где проверяющий орган смутился зашкаливающим счетчиком Гейгера? Или, например, прямо сейчас на каком-то неведомом тебе форуме пользователи обсуждают, не связана ли оригинальная модель рамы некоего велосипеда с развившейся у топикстартера межпозвоночной грыжей? Деталей так много, что среди них может запросто скрываться та, что причинит вред твоему здоровью, и именно тебе повезет стать одним из тысяч покупателей, кто с ней столкнется.

Ходить пешком тоже полезно, решаешь ты. Ходить пешком и любоваться окружающим миром. Кстати, ты ведь давно хотел приобрести хороший полупрофессиональный фотоаппарат? Вот только не очень понятно, почему два фотоаппарата с одинаковым числом мегапикселей отличаются в цене более, чем в два раза? Надо погуглить...

50

Укрощая хамов и невеж,
Носится по городу кортеж,
Яростно мигает и дудит.
Угадайте,кто внутри сидит?

Да ,там крутой олень,
Всех приводя в смятение,
Гоняет целый день
Он по стране Олении,
Где "Тополь" смотрит в небо,
Где зрелищ больше хлеба,
Где водки столько,что работать лень.

А чтоб насмерть напугать врага,
Разгоняет в небе облака.
Может быть по этому мы ждём,
Что зальёт нас проливным дождём?

А наш крутой олень,
Отбросив все сомнения,
Гоняет целый день.
И даже в день рождения
Он отдыхать не хочет,
Врагов в сортире мочит.
Пахать привык весь день крутой олень.

Видимо пройдёт не мало лет,
Много поменяет белый свет.
Но, олень с кортежем не уйдут,
Потому, что очень нужен тут
Такой крутой марал,
Что силой и терпением,
Хоть как-то,но создал
Свою страну Олению,
Где справедливость чахнет,
Где равенством не пахнет,
Где с братством и свободой та же хрень.

12 дальше →

Партнеры

Реклама