Анекдоты про нулевой |
102
04/12/2024 - 09:42. Автор: Мугага Если муравей подымает в 10 раз больше своего веса, то 50 граммов муравьёв можно послать за бутылкой пива. Ох, уж эти жертвы ЕГЭ! Нет! Нельзя! Пол-литровая бутылка с пивом весит порядка 900 г, а 0,33 порядка 600 г. В итоге, послать можно, но результат такой же, как и с одним муравьём - нулевой.
|
104
Здорово аукается Штатам древний антироссийский вброс "яйца-то каждую неделю дорожают".
Таких вбросов вагон был - помните как дефицит гречки выдумали, например? Их вбрасывают, чередуя в определённой ротации, чтобы создать фон ненадёжности-нестабильности-опасности у женской части населения, которая в свою очередь спроецирует нервяки на мужчин. Технология стара как мир и работает - женщины вброс же растащат, если он пугающий, не думая, мужики просто проверят тезис, скажут "чушь же, с фактами не бьётся" и распространения не выйдет.
За месяц в Штатах яйца +20%, в рознице яйцо уже бакс и выше. А в перспективах, оказывается, +41% к цене.
При этом вся тема покрывается вялой отмазкой "ну, там птичий грипп, поэтому так вышло" - лол, управляющие птицефабриками прекрасно знают что и как делать, где закупить цыплят и как восстановить популяцию, вымирание кур от эпидемии не то чтобы какое-то ультраредкое дело.
Просто ребята тянут, ибо выгодно. Те же самые яйца в несколько раз дороже в опте уже. Сверхприбыли. Проще врать и отмазываться, каждый день деньги лихие получая. А кто там крякает про беспредел, инфляцию, базовый продукт - вы просто cannot into rynochek.
Женщина со второй картинки одобряет.
И да, а помните как специальным смищным смехом смеялись над тем, как после 2014 года Путин потащил тему "пищевой независимости/безопасности", чтобы на 100% обеспечивать РФ всякими базовыми продуктами своего производства, с нулевой зависимостью от импорта? Так смищно смеялись успешные либералы, сравнивали птицефабрики с Капитализацией Apple и вот-вот (ежегодно, сука) уже поступающими на вооружения в армию США боевыми лазерами.
Сейчас за цену 1 яйца в Нью-Йорке можно купить пачку в Китае. Притом речь не про деревню, а скажем про Гуанчжоу. Привет меряющимся номинальным ВВП без учёта покупательной способности.
|
|
106
Дети — это счастье. Но не по акции.
Сижу с отцом на кухне, пьем чай. Он у меня из тех, кто мало говорит, но если начал — лучше слушать.
Вдруг спрашивает:
— Ты чего всё откладываешь с внуками-то? Вроде и женаты, и работа есть…
Вздыхаю. Говорю:
— Пап, ну ты посуди сам. Садик — почти двадцать в месяц. Кружки, одежда, всё остальное — считай ещё двадцать. А ипотека? А жена если уйдёт в декрет — минус её доход. А потом школа, репетиторы, психолог, зубы, лагерь, универ. Я посчитал — до совершеннолетия это около десяти миллионов. За одного!
Он помолчал, потом говорит:
— А нас было трое. И ничего, росли, ездили на велосипеде, пили компот из банки, мать в больнице работала, отец на заводе. И как-то всё хватало.
Я ему:
— Да, но тогда дети были просто дети. А сейчас — это инвестиционный проект с нулевой доходностью. Слишком дорого, пап.
Он вздохнул и сказал фразу, которую я не могу выкинуть из головы уже вторую неделю:
— Значит, раньше люди были важнее денег. А теперь деньги важнее людей.
|
|
107
- Так, внимательно слушаем условия задачи. Каменный шар весом 5 тонн скатывается на туриста по склону горы с углом наклона 10 градусов. Коэффициент сопротивления качения 0,4. С какой скоростью надо бежать туристу вниз, чтобы избежать смерти? Что, Вовочка?
- Я решил.
- Вот так сразу. Не может быть. Ну и?
- С нулевой. Надо только несколько шагов в сторону сделать.
|
|
108
Странные какие-то паразиты просочились на "чемпионат блинчиков" (https://www.anekdot.ru/id/1592523/). Ну решил ты обманывать общество, так делай это с задором, с фантазией, с размахом! Но нет, тупо "слегка отшлифовывали". Если бы я решил (нет, мое внутреннее животное в крепких объятиях Человеческих ценностей) поступить не честно, я бы...
Подошел системно. Зачем добиваться слабого преимущества, да еще и с риском быть пойманным? Когда есть подход надежнее и эффективнее. Находим бассейн... рекорд, по подсказке [s] ясеня [/s] утки, около 75-и метров. Т.е. 100 метровый участок воды с неглубоким дном и прозрачной водой подойдет. Далее, берем корзину камней, с запасом. И начинаем кидать как положено на соревновании. Что мы увидим? Вот поближе лежат ушедшие под воду бесформенные жырдяи, вон норм-но-не-то, а вон камни-чемпионы! Вот их-то и возмем с собой на соревнование.
Нет, не подумайте про меня плохо, раз подсказываю злодеям. Я осуждаю обман. Поэтому и для организаторов события есть "рецепт". Такой же простой. Все участники соревнуются "из одной корзины"! Водят хоровод вокруг подконтрольного ответственным организаторам источника камней, беря по одному за раз, пока не наберут достаточно для выступления. Все в равных условиях перед показом "удачи и техники".
Конечно можно представить и альтернативный чемпионат. Со "спортивными снарядами" от мегакорпоративных исследовательских лабораторий... кстати, а каков теоретический предел расстояния отскоков камня брошенного человеческом?.. Рукой, ага.
PS: Как отдельная история, идейка текста слабовата, достаточно коммента. Но регистрационные поводки уже во где (ну вы поняли). Не судите строго, пожалуйста.
PPS: И для Человечества (почему с большой - отдельная лингвистическая история, но не все удостаиваются публикации) есть своя идея. Нет, не так. ИДЕЯ! Мужику без дела жизни скучно ведь? Вот и появляются буржуи, бизнес-шмизмес, вот это все. Но, обществу же плохеет, от того что его имеют зазря? Так вот есть рецепт тоже. "Бизнес с нулевой прибылью". Тормозни читатель, не начинай истерику. Нулевой прибылью ПОСЛЕ: выплаты зарплат работягам (в т.ч. себе любимому, ты же трудишся, организуешь, а не директора эксплуатируешь, ведь да? Ведь да?), оборотных средств, инвестиций в развитие, налогов обществу (стране под контролем государства). Ну, еще можно стабфонд определить, но это такое. Мужик получает искомое дело, а общество получает организованное производство и занятость. Я думаю это WIN-WIN! И мужику есть чем заняться, и общество не погрызено дикими буржуями. Если хотите мое мнение - я за.
|
|
109
Одно из самых недооцененных условий прогресса — стандартизация. В Европе 1789 года существовало более двухсот пятидесяти ТЫСЯЧ различных единиц измерения — каждая провинция, каждый город, иногда каждый цех имели свои локтя, фунты, бушели. «Парижский локоть» был не равен «лионскому», а «нормандская сотня» означала 120, потому что там считали дюжинами. Меры были привязаны к конкретным практикам — «акр» означал площадь, которую один человек может вспахать за день и потому в горах он был меньше, чем в долине.
В 1791 году французское Учредительное собрание поручило Академии наук создать универсальную систему мер. Принцип выбрали красивый: метр должен составлять одну десятимиллионную часть четверти земного меридиана. Тогда два астронома — Жан-Батист Деламбр и Пьер Мешен отправились в семилетнюю экспедицию, чтобы триангуляцией измерить дугу меридиана от Дюнкерка до Барселоны. Это было время террора, войны с Испанией и оккупации. Их арестовывали как шпионов, ставили под подозрение в революционных трибуналах, обвиняли в роялизме (поскольку они работали с дореволюционными астрономическими таблицами). Деламбр завершил северную часть, Мешен застрял на юге — и в Каталонии обнаружил в собственных измерениях ошибку, которую он скрыл от коллег. В результате платиновый эталон метра получился немного длиннее десятимиллионной части меридиана. Метр распространялся по миру медленно: Франция — 1799, Нидерланды — 1820, Германия — 1872, Россия — 1899, США так до сих пор полностью не перешли на метрическую систему. Это приводило ко множеству ошибок и аварий.
До 1841 года каждый английский механический завод нарезал болты со своим шагом и углом профиля. Это означало, что если у вас сломался болт на станке Манчестера, заменить его в Шеффилде было невозможно. Инженер Джозеф Уитворт обошел главные британские заводы, измерил болты, усреднил параметры и в 1841 году предложил единый стандарт. Это первый в истории успешный промышленный стандарт международного уровня — британская резьба распространилась по всей империи и за ее пределы, а потом конкурировала с американской резьбой и метрической ISO. Именно отсюда начинается взаимозаменяемость деталей, без которой немыслимо массовое производство.
В Британии 1830-х годов шла настоящая война за стандартную ширину железных дорог. Существовали две разные системы (Стефенсона и Брюнеля) и в местах их пересечения пассажиры были вынуждены пересаживаться, а грузы — перегружаться, что вызывало хаос. Парламентская комиссия приняла закон, обязавший все новые линии строить в стефенсоновской колее. Аналогичная история произошла в США в 1886 году, когда всего за два дня около 13 000 миль южных железных дорог одновременно перешили с пятифутовой колеи на стефенсоновскую, чтобы интегрироваться с северной сетью. Это была крупнейшая инженерная операция XIX века, и о ней почти никто не помнит.
В 1778 году французский оружейник Оноре Бланк в присутствии американского посла Томаса Джефферсона продемонстрировал, как из ящика случайно перемешанных частей мушкетов можно собрать рабочее оружие, не подбирая детали. Это произвело на Джефферсона огромное впечатление и он привез эту идею в США и хотя сама система во Франции после Революции заглохла, в Америке ее подхватили государственные арсеналы, на которых была налажена машинная нарезка стандартных частей. Сначала стандартизация распространилась на оружие, потом на швейные машины Зингера, велосипеды, печатные машинки и в итоге автомобили Форда.
Железные дороги были бы невозможны без стандартизации времени. До 1883 года в США каждый город жил по местному солнечному времени, и разница между Бостоном и Нью-Йорком составляла около 12 минут. Для пешехода это не имело значения, для дилижанса — тоже, но для железной дороги это был кошмар: расписание на крупной американской ветке могло включать до сотни локальных времен, и это было одной из главных причин крушений. Уильям Фредерик Аллен, секретарь съезда железнодорожных управляющих, разработал систему четырех часовых поясов и убедил все главные дороги страны принять ее одновременно — в полдень 18 ноября 1883 года американские города перевели свои часы на единое поясное время. Многие города сопротивлялись, но проиграли. Через год в Вашингтоне состоялась Международная меридианная конференция, которая приняла Гринвич за нулевой меридиан и установила систему мировых часовых поясов.
Была длительная война за концертное «ля» — 440 герц. Высота ноты ля первой октавы «плавала» с XVII по XIX век: в Венеции XVII века «концертный тон» (mezzo punto) звучал примерно на современных 460 Гц, в немецких церквях XVIII века тот же ля разных органов гулял от 380 до 480 Гц — то есть разница между двумя «ля» в соседних городах могла быть больше полутора тонов. Бах, переезжая из Лейпцига в Дрезден, переделывал свои кантаты, потому что иначе певцам было невозможно их петь. В XIX веке оркестры повышали строй, потому что более высокий тон дает более яркое и звонкое звучание духовых, а каждый дирижер хотел блистать. Это разрушало голосовые связки певцов, особенно сопрано — Верди в 1884 году яростно протестовал и предлагал зафиксировать «итальянский ля» на 432 Гц, который тогда считался разумным компромиссом. После долгих споров Международная конференция по стандартизации в Лондоне в 1939 году приняла решение: концертный ля = 440 Гц. Интересно, что главным аргументом была не музыка, а радиовещание: BBC и другие национальные вещатели остро нуждались в общей точке для трансляции концертов, и нота-камертон 440 Гц транслировалась в эфире как технический сигнал.
Была война за количество клавиш у фортепианной клавиатуры. Победил стандарт фирмы Стейнвей, утвержденный в 1880 году — 88 клавиш: 52 белые и 36 черных. У клавикордов и клавесинов XVI–XVII веков было 4–4,5 октавы, у молоточкового фортепиано Кристофори (1700-е) — около 4,5, у инструмента, на котором работал Бетховен — 6 (отсюда «лишние» сонаты, не помещающиеся на старых инструментах). Лист и Шопен играли на 7-октавных. Стейнвей добавил еще четверть октавы вверх и три ноты вниз — частично из коммерческих соображений (чтобы инструмент был больше, чем у конкурентов), частично потому, что некоторые композиторы это требовали.
Была война за стандарт MIDI, который спас электронную музыку потому, что в начале 1980-х каждый производитель электронных синтезаторов (Roland, Yamaha, Korg, Sequential Circuits, Oberheim, Moog) использовал собственный закрытый протокол связи между инструментами. В результате студийная электронная музыка уже существовала, но ее нельзя было легко интегрировать — подключить синтезатор Roland к секвенсору Sequential Circuits было невозможно. Производители смогли договориться и протокол MIDI был опубликован полностью бесплатно, без лицензионных отчислений. Без MIDI не было бы ни современной поп-музыки, ни домашней звукозаписи
Была война за стандарт контейнера и «Война токов» — за стандарт электроснабжения (постоянный против переменного), долго шла война за стандарт раскладки клавиатуры. Были войны за размер кредитной карты, водительских прав, пропусков на работу, гостиничных ключей и транспортных карт.
Были и проигранные войны, в которых стандарта достичь не удалось (и уже не удастся). В результате сегодня в мире сосуществует около 15 несовместимых типов розеток.
Из сети
|
|
110
Почему первый и второй пилоты всегда в полете едят разную еду?
3 февраля 1975 года. «Боинг» 747, Japan Air Lines, летит из Токио в Париж через Анкоридж. 344 пассажира, обычный рейс.
После Анкориджа раздали завтрак. В передней части салона — омлеты с ветчиной. Стандартная бортовая еда, ничего подозрительного.
Через час начался ад.
Одному плохо, второму, десятому. Через двадцать минут в проходах очереди в туалеты, людей тошнит, кого-то скручивает прямо в кресле, бортпроводники носятся с пакетами. Туалетов на 747-м больше десяти штук — не хватало.
Сели в Копенгагене — от трапа увезли 142 человека на скорых. Всего слегло 196 из 344. Больше половины борта.
Самое массовое пищевое отравление в истории авиации.
Пилоты при этом чувствовали себя отлично. Им просто повезло.
Разобрались быстро. Омлеты готовили в кейтеринге в Анкоридже. Один из поваров нарезал ветчину с гнойными ранками на руках. Заклеил пластырем, вышел на смену.
Из ранок в ветчину попал золотистый стафилококк. Дальше готовые омлеты простояли при комнатной температуре 14 часов, потом их засунули в холодильник на 10 градусов. Бактерия размножилась и наделала токсина. А стафилококковый токсин термостабильный разогревом его не убьёшь.
Этот повар сделал 220 порций. Из тех, кто съел его омлеты, заболели 86%.
А у пилотов внутренние часы были на аляскинском времени, и когда пассажирам раздавали завтрак, пилотам хотелось ужинать. Взяли стейки. Просто не было настроения на омлет, это их спасло.
Никакого правила «есть разную еду» тогда не было. Чистое везение.
Менеджер кейтеринга JAL, 52-летний Кэндзи Кувабара, узнав, что произошло, покончил с собой.
Откуда взялось правило
Расследование вёл аляскинский эпидемиолог Маки Айзенберг. Он потом опубликовал статью в The Lancet и предложил элементарную вещь: пусть командир и второй пилот едят разные блюда. Если одно отравлено — второй здоров и сажает машину.
Japan Air Lines внедрили первыми, остальные подтянулись.
Прикол в том, что FAA — американский авиарегулятор до сих пор не сделала это обязательным требованием. Формально это внутренняя политика авиакомпаний. Но после 1975-го её приняли практически все.
Пудинг над Атлантикой
Через семь лет случилось ровно то, чего боялись.
Август 1982, рейс из Бостона в Лиссабон. В экипаже десять человек. Восемь съели тапиоковый пудинг — включая командира, второго пилота и бортинженера. То есть всех, кто управляет самолётом.
Через несколько часов все восемь лежат. Рвота, спазмы, работать невозможно.
Кто за штурвалом? Второй пилот, который просто не захотел сладкого.
Опять повезло.
Как это работает на практике
Для экипажа на борт грузят отдельное меню — crew meals. Несколько вариантов. Командир берёт одно, я другое. Где-то командиру дают блюдо из первого класса, второму пилоту — из бизнеса. Есть негласная штука: нормальный командир даёт второму выбрать первым.
Бортпроводников это не касается — их много, если один выпадет, остальные вытянут. С нами другая математика: нас двое.
Многие ребята вообще не трогают бортовую еду. Берут контейнер из дома. Сам готовил, знаешь что внутри, никаких сюрпризов. Я тоже так делаю, когда есть возможность.
Суши, сырая рыба, устрицы — перед рейсом лучше не надо. Отравление моллюсками накрывает через 4-6 часов. Если в этот момент ты на эшелоне, а до ближайшей полосы полчаса — ну, сами понимаете.
«Аэроплан!»
Кстати, помните комедию «Аэроплан!» 1980 года?
Почему пилоты едят разную еду?
Там оба пилота и полсалона травятся рыбой, а самолёт сажает мужик с трясущимися руками.
Так вот, фильм вышел за два года до случая с пудингом. Сценаристы пародировали старый фильм «Нулевой час!» 1957 года, где тоже пилоты выходят из строя из-за еды. Голливуд дважды обыграл этот сюжет как абсурд. А оно дважды произошло в реальности.
В общем, в авиации вообще полно таких штук. Простые правила, которые можно объяснить за полминуты, а за каждым конкретная история.
|
|