Много и фффкусно рассказывающим про счастливую жизнь в Савецкам Саюзе посвящается.
Родился в Москве, так что не испытывал нехватки калорий, в магазинах все было. Ну как все, возьмет меня бабушка с собой в молочную, поставит в очередь в кассу, а сама за колбасой и сыром стоит, давится, ругается с автобусным десантом из Рязани. Напротив магазина как раз три автобуса с номерами РЯП, РЯВ и РЯГ стоят, народ с рязанских предприятий на экскурсию по очагам культуры привезли, профком направил лучших, в Третьяковку, Зоопарк и Политехнический музей. И в свободное время пройтись по магазинам. В Третьяковку и Зоопарк билетов не было, это они сразу поняли, как Коломну проехали, решили сразу рвануть по магазинам за пищей бездуховной, но нужной, в Рязани отсутствующей. Поскольку Рязань большая, предприятий много, автобусов тьма, что-то ловить на Рязанском проспекте было бесполезно, они разбегались по окрестностям выискивая магазины с мясом и колбасой, прячущиеся в московских дебрях и глухомани между Пролетарской и Автозаводской. Причем приезжали они, как сами огрызались в очередях, за своей колбасой, которую с их мясокомбината каждый день увозят в Москву у них из под носа.
Ну так вот, сыра было обычно вида 4, но Пошехонский и Костромской никогда не брали, хватали Российский. Колбасы вареной привозили два вида, с жиром и без. Если хватало, брали без, докторскую. Копченая колбаса лежала, но я не обращал внимание, что там за модель. Брали сливочное масло, которое привозили 20-ти килограммовыми картонными коробками и выкладывали рядом с несменяемым брикетом маргарина.
И вот пошел я в 74-м в 7 лет школу и, представьте, свалили меня холецистит. Выбили путевки в Ессентуки, отпаиваться 4-м номером. Поселились в санатории Березка на Анджиевского, прикрепились к столовой на Разумовского и пошли гулять в парк. И пройдя его насквозь, оказались на площади, куда сходятся ул. Кисловодская, Интернациональная и Красноармейская. Там-то, в цокольном этаже дореволюционного дома, мы и увидели магазин продуктов. Заходим. Как выглядит обычный магазин продуктов я отлично знал, но тут меня настиг культурный шок и когнитивный диссонанс. Магазин до верху был заставлен брикетами маргарина, серыми картонными упаковками с макаронами и банками с томатным соком. ВСЁ! Больше ничегошеньки!!! Это февраль-март 75-го года брежневской стабильности. И я такой, весь почти октябренок, громко-громко от удивления спрашиваю маму: "А что же здесь люди кушают!?!!?"
