Анекдоты про атомной
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 121

101

Можно сказать, что медицинскую статистику мы проходили по-европейски. В смысле галопом по Европам. С ожидаемыми провалами и случайными прорывами. Еще толком не зазубрив банальную формулу исчисления стандартного отклонения, мы кидались на штурм доверительных интервалов, таблиц дожития, кривой выживаемости Каплана-Майера, регрессии Кокса. Зачёт случился внезапно, словно первый снег. Пошли первые задержания и допросы. Словно выбитые на дыбе, зазвучали робкие показания: «внутригрупповая дисперсия - это…», «ошибкой репрезентативности является..», «бессобытийная выживаемость подразумевает…». Атмосферу пыток в Тайном Приказе слегка нарушал Эдмон Цурцумия. Он, как обычно, затаился на последних рядах и мирно посапывал. Сонные веки скрывались за черными очками.
– Цурцумия! – дознаватель вдруг хищно уставился на круглые непроницаемые линзы.
– Я! – молниеносно проснулся Кот Базилио.
– Цурцумия, расскажите нам о регрессии Кокса. Хотя бы кратко. В чем суть регрессии Кокса.
– Очень просто! Регрессия производства и потребления кокса вызвана тем, что спецслужбы США наступили на хвост Пабло Эскобару..

Получив не только «банан», но и угрозу отчисления, он поклялся преподу, что просто глупо пошутил, а через три дня сдаст предмет на «отл». И не обманул. По слухам, явившись на перезачет, он на смоделированном примере выживаемости тараканов после атомной войны нарисовал такую длинную и высоко задранную кривую дожития, что у тараканов были все шансы наблюдать затухание Солнца и даже гибель Галактики. Но это не точно.

102

В первоначальном сценарии фильма "Назад в будущее" (1985) машиной времени должен был служить холодильник, а чтобы обеспечить ему необходимую мощность, герои должны были каким-то образом овладеть энергией взрыва с испытаний атомной бомбы. Однако у Роберта Земекиса возникли опасения, что дети, посмотрев фильм, полезут в холодильники и запрут себя в них. Поэтому машину времени решили сделать движущейся и пришли к варианту с автомобилем DeLorean и молнией.

103

Модный приговор.
Тема не моя , но расскажу от первого лица. Первое лицо , от имени коего я буду тут излагать в 80е боксерило на уровне чемпионатов республик, достучалось до МС спорта и ушло в силовое попрошайничество с первыми проявлениями кооперативов в

Как ни странно, выжил, не сел, миллионов не нажил, так, владеет какими то складами, не роскошествует и не бедствует.

Повезло.

Итак.

Как то на нашей точке в Мытищах вдруг стало черным-черно и золотозубо. Ары собрались строить шашлычку.

Мы-только за.

Пойдет дело- поговорим за долю малую. Не пойдет- павильон всяко пригодится.

Дело пошло, народ попер на запах мяса, мы с братвой пошли клянчить мзду.

Хозяин включил дурака, пришлось засунуть его жопой в мангал, что резко прибавило ему сообразительности. Оказывается, он уже под крышей какого-то авторитетного Гамлета, которого все знают ( в душе не ебем , кто это) и очень уважают, (хуй знает, за что) и слово которого в Мытищах-закон (хуясе, заявочки).

Стрелу забиваем там, где все стрелы в Мытищах и забиваются. Заброшка, гаражи, дохлые собаки, торчащая арматура создают нужный настрой для плодотворных переговоров и поиска компромиссов.

Стрельба тогда еще не вошла в моду, конец 80х, все решал родимый мордобой, хотя пару переделок из газовых стволов у нас с собой было. Но желающих проверить, с какого выстрела их разнесет не было.

Приезжает кавалькада людей с грустными носами. По виду- ларечники, поверившие в себя. Турецкие кожаные куртки, ондатровые шапки, свитера мальвина, печатки из меди и солнце отражается золотом от их зубов. Не хватает только нардов и дудука.

«Сами-никто и звать никак» — формулирует резюме Толик, мой кореш по ДЮСШ.

Все, собственно понятно, говорить особо не о чем, вариант "Если к сердцу путь закрыт-надо в печень постучать"

И тут...

И тут выезжает ГЛАВНЫЙ. На вишневой ВАЗ-2107! Почти новой! В экспортном исполнении! Верх крутизны. Пристяжь отпирает дверь и наружу выходит исполненный державного достоинства авторитетный Гамлет.

-Йоба!- Толик не может сдержать вздоха восхищения.

Я тоже. Братва замирает в ступоре.

На Гамлете надето все, что соответствовало представлениям сельского армянина из глухого села о запредельной роскоши.

Ковбойская шляпа a-la Boyarsky . Красный шарф. Синий костюм адидас. Белые кроссовки той же фирмы прекрасно гармонируют с зелеными носками. И! Кожаное пальто!

НЕТ!

Не так!

КОЖАНОЕ ПАЛЬТО!!!!

Описать его словами задача почти нереальная. Это было абсолютно монументальное сооружение, в прямом смысле этого слова. В нем можно было годами стоять на пьедестале. Кожа- в палец толщиной.

Доспех, а не деталь гардероба.

Пальто скрыпело при ходьбе громче телеги. Оно не боялось воды, холода, пуль, атомной войны, апокалипсиса. Было вечным и несокрушимым. Кажется, его сделали , вырубив бизона изнутри.

Зубилом.

Монументальный ара прикурил Мальборо от золотой зажигалки, лихо закрутил волосы в носу, картинно сплюнул и пошел походкой каменного гостя вершить суд и расправу. Уверенный, что мы при виде этакого величия тут же падем ниц.

-Мама родная, просипел Толик- это что за попугай?

-По сравнению с этим модником коверные клоуны- серьезные люди, я согласился с коллегой.

-Он первый встал и красивей всех оделся?

-Ошибаешься. Он не раздевается никогда. Он таким павлином-мавлином родился.

Дальше все было рутинно, пара фраз, обе из них лишние, крик фальцетом "слышьара!", резонное возражение "ара твой папа" и пошел замес.

Арийцев было раза в два больше, но мы взяли классом,и пока они размахивали руками, огребли почти все.

Даже ножей вытащить не успели. Гамлету разок дали в клюв и он рухнул в снег, как статуя Ленина. Не сгибаясь. Колонной. Александрийским стопом, ебенть. С гордо поднятым челом. Кожан придал фигуре несокрушимую жесткость.

Бриолин уберег голову от удара об земную твердь.

Пока месили пристяжь, Гамлет умудрился восстать из пепла, раком проползти под дерущимися, волоча за собой длиннющий пояс от заветного пальто. Довольно резво прыгнуть за руль и дать по газам.

Но!

Доспех героя не мог простить владельцу такого позора.

Это уже потом мы узнали, что пояс авторитетного Гамлета намотало на кардан и...

И принц Датский стремительной вороной вылетел из машины, выбив собой дверь.

С отчаянным воплем " ВААААЙМЭЭЭЭЭ!!!"

Толик, служивший в РВСН, говорил потом, что катапультирование ары живо напомнило ему пуск ракеты. Отстрел защитного экрана и.. дадах…

Ракета, правда, по армянски материться не умела.

Экстракция модника произвела на толпу такое сильное впечатление, что драка затихла сама собой.

Побитые ларечники побежали спасать вожака, коего волокла за собой бричка, ставшая багги. Все это под заунывный вой.

Братва попадала в снег от дикого ржача.
-Аааааааа!!! выл Толик, отпрыск интеллигентов:
АААААААЙСЕДОР ДУНКЯН БЛЯДЬЫЫЫЫЫ!!!!

Отдышавшись, вытерли слезы и полезли по машинам, напутствуя оппонентов всякими словами типа, «Еще раз увижу…»

Больше мы этих клоунов не видели. А жаль. Толик потом год вслух мечтал о легендарном кожане. Не сообразили мы тогда принца ошкурить.

Остальное такое же тут
https://t.me/vseoakpp

104

Чуток дополню вот это https://www.anekdot.ru/id/1532985/ Как мы все знаем, в Индии живет что-то около 1,5х миллиардов человек (точно никто не знает), причем государственный язык хинди родным является в лучшем случае для половины населения, а всего языков, на котором говорит более чем 5% населения (это более 45 миллионов, нихреновая такая евространа) - 6. С религиозным разнообразием там тоже будь здоров, не так, как с языками, но все же. Но наиболее известными и богатыми уроженцами Индии в мире являются представители абсолютного этнического и религиозного меньшинства, которые к тому уже понаехали в Индию очень давно (сейчас их вообще меньше 100 тысяч, менее 0.01% населения). Так что это не любой индус терпимый, как и русский - это народам нужно не называть себя великими или избранными, а быть ими. Самые известные парсы - Фаррух Булсара (он же Фредди Меркьюри), Хоми Джехангир Бхабха - один из отцов атомной программы Индии, Фероз Ганди - муж той самой Индиры, Джамсетджи Тата - хозяин Tata Group (и заодно Jaguar Land Rover), а так же дофига всяких актеров и политиков

105

В здании Адмиралтейства в Санкт-Петербурге расположено Высшее военно-морское училище им. Ф.Э.Дзержинского для подготовки офицеров-инженеров Военно-морского флота, в том числе, специалистов по ядерным реакторам. По давно сложившейся фольклорной традиции, училище в обиходной речи называют "Дзержинкой".
И существует странная легенда, связанная с этим военным вузом. Будто бы прямо под шпилем Адмиралтейства, глубоко под землёй расположен учебный класс Военно-морского училища, оборудованный действующим атомным реактором. Поэтому между шпилем и этим реактором, на одной оси с ними, находится кабинет начальника училища, который, как заложник, с утра до вечера сидит на этой атомной бомбе...

106

Кучеры и конюхи

Я давно хотел рассказать одну историю. Точнее — не одну. Это будет немного о море, немного о людях, и — о главном споре, который десятилетиями витал в воздухе машинных отделений и капитанских мостиков: кто важнее на корабле — кучеры или конюхи?

I. Кучеры наверху
Кучеры — это судоводители. Штурманы. Во флотском сленге — «рогатые». Они сидят на мостике, как на козлах старинной кареты, глядят вдаль, прокладывают курс. Мостик — их вотчина. Тут кофе в кофейнике, тут карты и мониторы, тут царит свет, порядок и кондиционер.

В общем, красота.

Кучеры — любимцы начальства, звёзды офиса. Все знают, что именно они «ведут» корабль. На открытках они улыбаются в фуражках, на снимках — рулят с видом уверенности и достоинства.

II. А внизу — конюхи
А вот конюхи — это мы. Механики. Маслопупы.
Мы следим за тысячами «лошадей» дизельного двигателя. Мы кормим этих лошадей топливом, смазываем их суставы, греем, охлаждаем, следим за их ритмом. В машинном отделении жарко, шумно, пахнет маслом и металлом. Здесь каждый болт — важен, каждый вибрационный сигнал — может быть последним предупреждением.

Я — из этой касты. Конюх. Хоть и окончил факультет автоматики в Одесском Высшем Инженерном Морском Училище, и электроника с электричеством мне тоже знакомы — душа моя всё равно механическая. Я люблю шум мотора и запах солярки больше, чем аромат кофе на мостике.

III. Искусственный интеллект — и всё равно механик
Сейчас, в XXI веке, мы наблюдаем, как искусственный интеллект управляет автомобилями, дронами и судами. Системы динамического позиционирования позволяют теплоходу стоять в одной точке без якоря. Компьютер удерживает судно в нужной позиции, двигает его без участия человека.
Капитан отдаёт команду — компьютер исполняет.

Но когда что-то ломается — зовут механика.
Роботы могут многое, но пока не починят лебёдку. Не заменят прокладку на обратном клапане. Не услышат стук подшипника сквозь корпус.
Почувствовать поломку — это навык, которого нет у машины. А у конюха — есть.

IV. Один старый анекдот
И вот тут я всегда вспоминаю один старый флотский анекдот.

Приходит дочь капитана на борт парохода. Её ведут на мостик — всё блестит, сверкает: приборы, рации, штурвал. Уют, порядок.
Потом капитан решает показать дочери машинное отделение. Спускаются вниз — жар, гул, кто-то бегает в пятне света между труб и агрегатов.

Девочка смотрит вниз и с опаской спрашивает:
— Папа, а кто это там?
— Это механик, — отвечает капитан.
Девочка задумывается и говорит:
— А если ему яблочко бросить... ОНО скушает?

Так нас и видели: тёмные существа, шумящие где-то в глубине. Но когда техника начинает барахлить, когда судно «встаёт», когда загорается тревожный сигнал — вдруг вспоминают про механика. И тогда не яблоки бросают, а бегут вниз, на коленях — с просьбой о помощи.

V. Корабли, штормы, капитаны
Были и у меня свои истории.

Как-то капитан захотел сжечь всё топливо перед ремонтом.
— Пойдём зигзагом по Балтике, — говорит. — Так быстрее выжжется.
Балтийское море — как перекрёсток в час пик. Я предложил идти сначала быстро, а ближе к порту — медленно, чтобы расход топлива снизился. Но капитан настоял.
В итоге — пожар.
Хотя... это уже другая история.

Или вот другой случай. Молодой капитан повёл нас в шторм, когда все суда остались в порту.
Болтало так, что мебель отрывалась от пола. Старший механик взял с собой жену. Укачало её так, что она ползала по полу зелёная, как марсианка.
Я встретил её в кают-компании, когда она пыталась достать молоко из холодильника.
— Тебе повезло, — говорю.
— Почему? — простонала она.
— Потому что я за двадцать лет в такой шторм не попадал. А ты — в первый раз и сразу в передрягу.

VI. Конюх — универсал
Я рад, что моя «вышка» дала мне знания в автоматике, электронике, судомеханике. Это делало меня универсалом. Я мог спорить с электриками и механиками, доказывая, что дело не в двигателе, а в программе. Я чинил блок питания компьютера на рыболовецком трале, и благодаря этому судно не уходило в порт и не теряло сотни тысяч долларов.

Универсал — вот кто нужен сегодня на судне. И это доказано жизнью.

VII. А кто настоящий капитан?
Есть только одна категория капитанов, которых я искренне уважаю. Рыбаки.
Капитан-рыбак — это и штурман, и механик, и организатор, и психолог. Он — как капитан пиратского парусника.
Он работает с разношёрстной командой, в которой встречаются и грамотные, и неграмотные. Он спускается в цех, помогает на фабрике, кидает рыбу на конвейер.

Такой капитан не носит белые перчатки. Он носит команду на своих плечах. И вот таких — я уважаю.

VIII. Финал
Был я и на подводной лодке. Нас учили как будущих командиров боевой части №3 — минно-торпедной.
Будучи курсантом, я прокладывал боевые курсы — вместо штурмана, окончившего академию. А в советском флоте, кстати, капитаном атомной подлодки мог стать и механик — после годичных курсов судовождения.

Штурманом стать за год — легко. Механику надо учиться 4–5 лет. Глубоко, тяжело, в грязи и с болгаркой в руках.

Так что на вопрос:
Кто круче — кучеры или конюхи?
Я отвечу просто:
Конюхи.
Потому что история это уже доказала.

108

«Краска против радиации»

В одном советском НИИ в 50-е годы учёным дали задачу:
«Разработать специальную краску для атомного бомбардировщика. После сброса атомной бомбы экипаж не должен пострадать от радиации».

Профессора неделями рисовали формулы: думали о свинцовой пудре, редкоземельных добавках, даже о жидком бетоне в аэрозоле. Каждый предлагал всё сложнее и дороже.

И тут слово попросил молодой практикант Колька, которому вообще-то поручили носить чай и мел. Он почесал затылок и сказал:
— Товарищи академики, а зачем красить самолёт? Может, просто покрасить… бомбу? Чтобы радиация в ней осталась! A cамолёту после начала ядерной войны, наверное, уже и садиться будет некуда.

В зале повисла тишина. Кто-то уронил карандаш. Главный академик снял очки и пробормотал:
— Молодой человек, вы конечно шутите… но в этом что-то есть!

В итоге задачу «закрыли», отчёт отправили в Москву:
«Меры по защите экипажа приняты».

А Кольку через пару лет зачислили в штат под должностью «специалист по нетривиальным решениям».

109

История про профессора Поповского и «карманное Солнце»

В 80-х у нас был профессор физики Поповский — маленький, в коротеньких штанишках, с вечной папиросой «Беломор» в пальцах. Он любил бросать пророчества, которые звучали как смесь лекции и анекдота.

Однажды он сказал студентам:
— Запишите: в 2000-х изобретут управляемую термоядерную реакцию. Прямо как на Солнце!

Мы, конечно, засмеялись:
— Профессор, вы, может, ещё скажете, что в чайнике можно звезду вскипятить?

А он серьёзно кивнул:
— Именно! Это будущее, мальчики.

Ошибся он лет на двадцать, но оказался ближе к правде, чем мы думали. Сегодня китайский реактор EAST удерживает плазму температурой 100 миллионов градусов больше тысячи секунд. По сути — маленькое Солнце в железном чайнике.

А ещё Поповский любил рассказывать про «карманные атомные штуковины».

— Американцы, — говорил он, пуская дым, — в 60-е сделали «Дэви Крокетт», атомный миномёт. Весил всего 23 кг, но стрелять им было почти так же опасно для себя, как для врага.

— Потом артиллерийский снаряд W48: выглядел как обычный, весил 58 кг, а мощность — 72 тонны тротила.

— А ещё «ядерные рюкзаки» для спецназа, по 20–25 кг. Чтобы под мост подложить. У нас, в Союзе, тоже чемоданчики-фугасы мастерили.

И всегда заканчивал словами:
— Но все эти чудеса сняли с вооружения. Слишком опасны для своих, слишком легко потерять.

— «Карманной атомной бомбы» так и не сделали — оказалось слишком много проблем в слишком маленькой упаковке.
— А вот «карманное Солнце» — потихоньку делают.

И выходит, что профессор Поповский, в своих коротеньких штанишках и с «Беломором», оказался прав в главном:
человечество действительно научилось держать огонь звезды в металлическом чайнике.

110

Когда-то в бассейне Петербурга молодые инженеры показывали академику Алексею Николаевичу Крылову модель нового парохода. Всё рассчитали правильно: корпус обтекаемый, машины мощные. Но модель не развивала проектной скорости.

Крылов посмотрел, и сказал коротко:
— Тут дело не в корпусе. Надо винты обрезать.

И оказался прав: винты были сделаны слишком широкими, они не толкали судно вперёд, а тормозили его. После исправления всё пошло как надо. Так Крылов доказал, что настоящий инженер видит то, что другим скрыто за уравнениями.

Я, конечно, не Крылов. Но вот недавно увидел фотографии с турецкой яхтой, построенной за почти миллион долларов. Только спустили её на воду — и через несколько минут она легла на бок и затонула. Сейчас там комиссии, расследования, экспертизы… А на самом деле всё видно с первого взгляда: слишком высокая надстройка, центр тяжести задран — устойчивости нет. Такая яхта будет не плыть, а валиться. Этого не заметил ни капитан, ни судостроитель. Все-таки зуб даю, что хоть кто-то один, но сказал «это яхта завалится», но от него отмахнулись.

Меня когда-то тоже приглашали работать суперинтендантом на исторические пассажирские пароходы. Я подошёл, посмотрел и сказал прямо:
— Вашу контору надо закрыть.

Спрашивают:
— Почему?

Отвечаю:
— Потому что вы всё ещё держитесь за угольные суда, а мир уже перешёл на дизельные. Угольные пароходы взрывались.
Котёл разогрет, давление растёт, а энергию надо расходовать. Если не расходуешь и предохранительный клапан не срабатывает — топку уже не остудишь, беда неминуема.Кочегар накидал угля в топку. Давление в котле выросло. Пароход идёт на полных парах. На максимальной скорости. Но тут надо резко затормозить и сбросить ход. Но энергия горящего угля уже накопилась в котле. Её надо куда-то сбрасывать. Если предохранительный клапан не подорвёт, не откроется, то тогда - колоссальный взрыв. Такой же, который произошёл в Чернобыле. Там взорвался не реактор. Там взорвался котёл.Тротил при взрыве увеличивается в объёме в 300-400 раз, а вода, если её разогреть мгновенно, увеличивается в объёме в 1700 раз. Так что вода – самое мощное взрывчатое вещество. Проблема – только её мгновенно нагреть, чтобы было осуществлено с помощью ядерного реактора на Чернобыльской атомной станции.
После войны в Одессе был случай: на рейде стоял пароход с американскими тракторами. Взорвался котёл. Судно стояло километрах в четырёх от берега, а один трактор перелетел все четыре километра и упал прямо на пляж. Вот такая инженерия.

113

Тем временем реклама премиальной недвижимости в лондонской подземке.

ВЕДЬ ЧЕМ ТАК ХОРОШ ЦЕНТР ЛОНДОНА? ТЕМ, ЧТО ЭТО ГАРАНТИРУЕТ ВАМ УНИЧТОЖЕНИЕ В ПЕРВЫЕ ЖЕ МГНОВЕНИЯ ЯДЕРНОЙ ВОЙНЫ.

Центральный Лондон является одной из приоритетных целей для всех существующих доктрин применения ЯО. И если уж бомба упадет, к чему мучиться еще несколько недель в пригородах, медленно умирая в условиях дефицита и радиационного заражения предметов первой необходимости, когда можно исчезнуть сразу, оказавшись в эпицентре взрыва?

Ко всем действующим преимуществам центрального Лондона вроде удобств и комфорта, а также широкой транспортной доступности следует добавить еще уверенность в том, что вы испаритесь в огне атомной войны буквально в мгновение ока! Болевые рецепторы даже не успеют отправить в мозг никаких сигналов, когда вы окажетесь внутри геенны, которая ознаменует собой начало глобального термоядерного конфликта. А вас уже не будет!

Успейте встать в очередь в числе первых!

115

В то лето я был в пионерском лагере на Азовском море. Мы жили в маленьких синих домиках на четыре человека, а к морю ходили через сосновую рощу, усыпанную сухими иголками, там еще по пути было маленькое озеро с коричневой водой. Азовское море оказалось мелким и очень соленым, а по песчаной косе, куда нас, конечно, не пускали, можно было дойти до его середины.
Это было лето бумажных бомбочек.
Святой Ильич, благослови жару и воду. Я был мастером бомбочек — всех размеров и форм. Я их сотни в то лето сделал. Я работал на себя и на заказ. Я мог свернуть бомбочку из одного листа бумаги, из двух, из четырех. Мои бомбы прекрасно держали воду и взрывались с гулким хлопком, гарантированно забрызгивая радиус поражения. В бумажном мире я был бы самым ценным бойцом Бумажной Ирландской Республиканской Армии (БИРА).
Когда я сидел и рисовал в свободное время, ко мне подошел пацан из отряда на два года старше. Он заглянул мне через плечо и кивнул.
- Ты умеешь рисовать, - сказал пацан из старшего отряда. Это был не вопрос, а утверждение. - А лепить ты умеешь?
- С какой целью интересуешься? - так надо отвечать, когда тебя собираются втянуть в явно криминальное дело, но тогда я не осознал угрозы.
- Умеешь?
- Да, - сказал я. И все заверте...
Пацан из старшего отряда рассказал, что ему нужно. Это был такой Дэнни Оушен, который сразу после отсидки затевает новое дело, а я при нем Брэд Питт, который жует арахис и работает голосом разума. "Ты хочешь ограбить казино?" "Четыре казино". Тут надо задумчиво пожевать арахис, но я даже не знал, что он так называется.
Дано: домик на четверых. Девчонки из отряда Дэнни, то есть старше меня. И мы должны их напугать. Клево!
Вообще-то, в идеале мы хотели достать фосфорной краски, чтобы нарисовать скелет на оконном стекле. Чтобы когда стемнело, скелет начал светиться, а девчонки увидели и завизжали. Но это план сорвался, потому что достать фосфорную краску было негде. Тогда мы приступили к плану Б. Лягушка из мыла!
Сначала мы придумали паука, но у него постоянно ломались ноги. Мышь? Нет, мышь не годится. Лягушка! Да. Все девчонки боятся лягушек. Ее должен был слепить я, потому что я талантливый, рисую, леплю, делаю бумажные бомбы, и теперь мой талант оценили по достоинству. Так сказал Дэнни.
Наконец-то.
А лягушку нужно подбросить в комнату девчонкам, чтобы...
"Смотри", учил меня Дэнни. "Девчонки испугаются, закричат, выбегут, будут дрожать и бояться. И прижиматься к тебе от страха. Там уж не теряйся". В общем, это была стратегическая цель великого проекта.
Не то, что тесные объятия девчонок казались мне в тот момент интересными, но сама мысль, что они увидят лягушку, испугаются, завизжат и начнут голышом выскакивать из домика, мне показалась забавной. Да животики надорвать!
Я слепил лягушку из розового мыла (ну, какое было). Из мыла очень сложно лепить, даже трудно сказать, с какой попытки я справился. Не помню, почему не из пластилина. Может, его у нас не было — я был в двух лагерях, но нигде не помню, чтобы я лепил. Впрочем, покажите мне человека, который испугается лягушки из советского пластилина...
Очень похоже получилось, за исключением цвета. Лягушка была полупрозрачная и словно вареная. Или больная. Так было даже лучше, потому что девчонки никогда не возьмут в руки ничего больного, если это не котенок. Мы пошли на дело. К этому времени о готовящейся афере уже знали все мальчишки моего отряда, и всем это дико нравилось, поэтому на дело вместо двух человек пошли пятнадцать. Это все равно как если бы взрывать маленький мост через ручей пришла вся партизанская бригада Ковпака. И "Красная капелла" заодно. И Зорге.
Мы подкинули лягушку в домик и затаились в ожидании. Пятнадцать человек разбежались по кустам вокруг и стали ждать, подхихикивая и пихая друг друга локтями.
Прошло пять минут.
Прошло десять. Никакого эффекта.
Никто не кричал, не визжал в ужасе, не выбегал из домика в одном белье...
В общем, что-то пошло не так.
Мы с друзьями переглянулись, я пожал плечами. Дэнни напряженно смотрел сквозь заросли. Лицо у него закаменело.
Вдруг дверь в полной тишине распахнулась. Мы вздрогнули. Сейчас! Сейчас побегут девчонки! Да!
На порог неторопливо вышла девчонка, взрослая и, как мне показалось, наглая. Волосы у нее были короткие, до плеч. Наглая девчонка огляделась. Вряд ли она собирается к кому-то прижиматься, подумал я.
- Дэнни! - крикнула она в окружающие кусты. (может, его звали Денис? Не помню) - Дэнни, я знаю, ты здесь! Слышишь!
Дэнни привстал, потом сел. Но молчал.
- Трус! - крикнула наглая девчонка.
Дэнни молчал.
- Как хочешь! - она выбросила на дорожку розовую лягушку из мыла. Мою лягушку. Фигурка развалилась на куски. Меня как ножом по сердцу резануло.
Наглая девчонка помахала красной расческой-массажкой.
- Ты все равно ее не получишь!
Дэнни сжал зубы, я видел, как он разозлился. Но Дэнни молчал, только уши багровели. Девочка покричала еще, затем ушла.
Все было кончено.
Дэнни и его пятнадцать юных друзей ушли ни с чем. Дэнни шел рядом со мной, хмурый и задумчивый.
- У тебя есть еще бомбы? - спросил он наконец.
- Только одна.
- Дай мне.
- Ладно, - сказал я. Хотя это была моя лучшая работа и мне было жаль расставаться с этой бомбой. Она казалась мне идеальной. Я сделал ее из двух тетрадных листов. Я разрисовал ее под атомную бомбу "Толстяк" и подписал. Не было ничего на свете, чего бы я боялся больше атомной войны (разве что собак), и я изживал свой страх через творчество. По оболочке в клеточку тянулись нарисованные шариковой ручкой защелки и швы.
Мне было жаль расставаться с этой бомбой, но чего не сделаешь для человека в беде?
Дэнни забрал бомбу, кивнул мне и ушел. Мне показалось, он шагал как-то по-особому решительно.
Когда мы сели ужинать, пришла вожатая. Рядом со ней стояли двое пионеров с красными повязками дежурных и в голубых пилотках. Пионеры ухмылялись. Я отложил ложку и встал.
За мной пришли.
Позже я узнал, как было дело. Дэнни взял бомбу, наполнил водой и, проходя, мимо домика девчонок, закинул внутрь. Бомба гулко лопнула и гарантированно залила водой радиус поражения. Девчонки визжали и выбегали из домика. И наглая девчонка тоже. Дэнни стоял рядом и смеялся.
В общем, фирма веников не вяжет.
В наказанных сидели мы оба. Не думаю, что Дэнни меня сдал. Наоборот, когда я вошел, он посмотрел на меня с удивлением. Меня подвело тщеславие художника. Бомба была аккуратно подписана моим именем.
Мы сидели в дисциплинарной комнате со сломанными стульями, потом нас отправили подметать двор.
- А зачем тебе расческа? - спросил я, орудуя метлой. Я наконец, сообразил, что было на самом деле целью Дэнни. Но зачем ему женская расческа? Массажки тогда считались женскими.
- Низачем, - буркнул он и смахнул волосы с глаз. - Дурацкая штука, терпеть ее не могу. Мать положила с собой. Если бы эта дура ее не взяла, потерял бы где-нибудь.
- А зачем тогда хотел забрать?
Дэнни пожал плечами. И мы продолжили трудовое воспитание.
На следующий день пришла наглая девчонка, смотрела, как мы подметаем. Дэнни упорно ее не замечал, мел и мел, поднимая пыль. Я чихнул, затем еще. Девчонка долго не уходила, даже окликнула Дэнни. Теперь она не казалась такой наглой. Дэнни поднял голову, посмотрел на девчонку и тут же отвернулся. Но что-то в нем изменилось.
Видимо, тут дело все же было не в расческе. Я так думаю.
На следующий день меня вернули в отряд, а Дэнни остался на штрафных работах. Бомбочек я больше не делал (именных точно). С Дэнни мы виделись пару раз, кивнули друг другу издалека, как старые подельники, а через несколько дней закончилась лагерная смена. Я без задних ног продрых "королевскую ночь", еле отмыл зубную пасту, вернулся в Вартовск и привез младшей сестре игрушечную плиту (увы, плита оказалась бракованной, лампочки не горели, но сестре все равно понравилось), а через неделю улетел к деду в Кунгур на остаток лета.
Это было последнее дело Дэнни Оушена.

Shimun Vrochek

116

Есть такая категория домов - бесподвальные. То есть дом стоит на земле, трубы под полами первого этажа. Очень неудобны в обслуживании, но что поделать.

Чел наследует квартиру на первом этаже в таком доме. Начинает ремонт и решает, что без подпола жизнь не мила. Зачем он ему был нужен - хз. Но вскрывает полы и начинает копать. Целой бригадой таджиков. В ходе работ находят какие-то трубопроводы, кабели - все аккуратно обходят.

Выкопал. Аж три метра вглубь и площадью во всю свою хату. Уймись, куда тебе больше? Так он начал копать под подъезд и соседей. Бункер, что ли, на случай атомной войны захотел? И вот там, под соседской квартирой порвали они телефонный кабель, который с незапамятных времён проходил в земле и никому не мешал.

Думал, наверное, приедет аварийка телефонная, он там бригадиру сунет в карман, договорится и усё. Но налетели низкие быстрые ненашенские машинки с синими маячками и злыми людьми в форме. И приняли великого диггера с его бригадой под белы ручки, и отвезли в дом бывшего страхового общества, и стали допытываться на кого он работает.

Кабель оказался весьма не простой - генштабовская связь.

Из объятий в конце концов плюнувших на него злых людей диггер вырвался лишь через полтора месяца. Времена были ещё мирные, сейчас бы в один момент обвинили хрен те его знает в чём.

Прибежал хозяин в хату и мрачно офигел: всё, что он выкопал, было залито бетоном. Наглухо. До уровня земли. Плюс выломанные рамы (лотки миксеров засовывали), пропавший материал и инструмент.

Проклял мужик всё на свете, сделал квартиру так-сяк, лишь бы жить было можно, посдавал её лет пять и продал к чертям собачьим.

117

17-летний подросток построил ядерный реактор в сарае. И заразил весь район.

Дэвид Хан. Мичиган, 1994 год. Обычный подросток из пригорода Детройта. Увлекался химией. Хотел стать бойскаутом-орлом — высшее звание, для которого нужен научный проект.

Он решил построить реактор-размножитель. В сарае у матери.

Не модель. Настоящий. Который производит плутоний.

Где он брал материалы?

Америций-241 — из детекторов дыма. Купил больше 100 штук. Радий-226 — из старых светящихся красок для часов, заказывал на блошиных рынках. Торий-232 — из газовых фонарных сеток для кемпинга. Уран — выменял у коллекционера, притворившись учителем физики по телефону.

Он написал в Комиссию по атомной энергии, представившись учителем, задавал вопросы. Ему отвечали. Консультировали. По почте.

К 1994 году он собрал работающий бридерный реактор из подручных материалов.

Реактор начал излучать. Дэвид измерил радиацию — детектор зашкалил на расстоянии 5 домов от сарая. Он испугался и начал разбирать установку.

Полиция узнала случайно. Остановили его машину — в багажнике нашли контейнеры с подозрительными материалами. Дэвид сразу сказал: «У меня в сарае есть радиоактивные вещества».

Приехало EPA — Агентство по защите окружающей среды. В защитных костюмах. Вынесли из сарая всё, что светилось на дозиметрах. Запаковали как радиоактивные отходы. Закопали в Юте на полигоне для ядерных отходов.

Сарай снесли. Землю вокруг сняли на 10 сантиметров.

Дэвида не посадили — ему было 17. Но проект бойскаута не засчитали.

Дальше его жизнь покатилась под откос. Армия — списали после облучения. Психические проблемы. Наркотики. В 2007 году арестован за кражу детекторов дыма — опять собирал что-то радиоактивное. Фото из полиции: лицо покрыто язвами — вероятно, от хронического облучения.

Умер в 2016 году. 39 лет. Передозировка.

Вот что мне здесь кажется важным.

Информация для создания ядерного устройства была доступна старшекласснику в публичных библиотеках и по телефонным звонкам. В 1994 году. До интернета.

Сейчас доступно в 1000 раз больше.

Единственное, что стоит между подростком и реактором — это желание и упорство.

Материалов полно. Можно купить легально. Детекторы дыма продаются в каждом магазине.

Безопасность ядерная держится не на технологиях контроля. Она держится на том, что большинству это не интересно.

Дэвид Хан был исключением. Умным, упорным, безрассудным.

И он построил то, что не должен был даже теоретически суметь.

118

В 1906 году из городка Макув-Мазовецки (Царство Польское в составе Российской Империи) эмигрировала в США небогатая еврейская семья – портной Абрахам, Рахиль и их сын Хаим. С девяти лет ребенок помогал старшим по хозяйству – баловаться судьба времени не отпустила.
Закончив среднюю школу в Чикаго в 1918 г., мальчик работал разносчиком телеграмм. Познакомившись благодаря работе с влиятельным конгрессменом Дж. Сабатом, Хайман Риковер, благодаря знакомству, смог поступить в Военно-Морскую академию США.
Отслужив на эсминце, линкоре и подводной лодке, получив степень магистра по электротехнике, откомандовав тральщиком, наработав опыт в Инженерном управлении флота в Вашингтоне, в ходе Второй Мировой войны Риковер начал руководить электрическим отделом Корабельного бюро ВМС США. Был неуживчив, остр в полемике, придирчив и дотошен. Далее состоялось назначение в Манхэттенский проект (создание ядерного оружия США).
В отделе по разработке реакторов Комиссии по атомной энергии США, он пробивал идею ядерной корабельной силовой установки, и в итоге стал главой национальной программы по созданию атомных подводных лодок. Первая АПЛ «Наутилус» была спущена на воду в 1954 г., прошла под водой Северный полюс в 1958 г.
За неполные тридцать лет службы адмирал курировал создание новых атомных судов, назначение личного состава и все инженерно-технические вопросы, получив прозвище "отца атомного флота США".
Выводы? Только благодаря Российской Империи, рождавшей множество талантов в своем необъятном пространстве, у США появился атомный подводный флот)))

121

Когда говорят "Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой", можно вспомнить, что Ельцин принял Россию с талонами на еду, а оставил с сотовой связью и интернетом. =. Детка, Ельцин принял водку и оставил коньяк между чеченскими войнами, интернет и сотку не понимал что это такое было, только двести грамм в стакане, не меньше!

123

Партнеры

Реклама