Шутки про были - Свежие анекдоты |
5252
Как то давненько , пришлось мне лететь на Ан-26 кубинских ВВС из города ангольского Н. в другой ангольский город Л. На борту , кроме меня оказалась ещё группа кубинских товарищей и три 100-кг авиабомбы . Бомбы были в обрешётке и аккуратненько закреплены на рампе . Я был , скажем так , несколько удивлён , ибо советские лётчики категорически не брали на борт с собою пассажиров , в случае перевозки боеприпасов , были для этого веские причины . Никогда и никого . Но .... Лететь мне надо было , кубаши были радушны, сообщили что вот " облегчимся " и прямиком домой . Я не вникал - был задолбан до не могу , дико хотел спать и рад возможности покинуть город Н. Взлетели мы , быстренько ввинтились на 5 километров не выходя за зону безопасности аэропорта, легли на курс . И тут , буквально минут через 5 я вижу, что кубинец приводит бомбы в боевое положение , при этом они остаются в обрешётке. Тут я проснулся . Вот сразу и совсем . Самолёт начинает снижение , мы входим в зону облаков ( где-то 2500 метров). Кубинцы дружно пристёгиваются , пристёгивают меня ( с чувством глубоко уважения ) , и тут - открывается грузовая рампа... Два самых ответственных товарища с шутками и прибаутками , по одной выкатывают из под грузовых сеток бомбы в обрешётках и по рампе скатывают их вниз , на ангольскую землю . После чего мы возвращаемся на свои 5000 метров и летим домой . Оказалось , что по плану надо было отбомбиться , что мы и сделали - на какую ту горную гряду поросшую джунглями - пару жаб убили точно.
|
5253
Попадалово
Топот ног, шорох крыс в штормовой темноте,
"- Шлюпки нАводу! К черту сомнения! "
И последним в шлюпку упал капитан,
Весь трясущийся от волнения.
В каждой шлюпке не менее сотни людей,
В океан их уносит течение.
Ну, а крысы ... сидели на корабле
Ведь у крыс просто были учения.
А. Мерцалов
|
|
5254
Сегодня чисто случайно подслушал по Русскому радио одну историю. Некая семья купила квартиру какого то там 50-го года постройки прошлого века. После первой же жарки рыбы на кухне, супруга поняла, что вытяжка ни к черту и муж был командирован починить или почистить. Каково же было его удивление, когда вырвав решетку и пошарившись в вытяжке он нащупал какую то банку. Но еще больше было удивление когда он ее открыл. Баночка была изрядно набита золотишком. Золото было советское и значит без всяких примесей и хорошо тянуло даже на российские рубли. Смесь колец, подвесок, цепочек и серег, подтолкнули к мысли, что нажиты они не совсем честным трудом. А хозяин, видимо чувствуя неладное, тихарнул банку и загремел на зону, где по всей вероятности и сгинул. Почему клад и остался невостребованным.
И все бы ничего, возможно этим кладом можно было бы погасить и ипотеку за квартиру где он был найден, но...
Был на моей памяти аналогичный случай. Поехал один знакомый в Японию по туристическо-коммерческой путевке, прикупить машинешку. Благо их, жители страны восходящего солнца отдавали почти задаром, лишь бы за утилизацию не платить. В общем понравился ему один Ниссанчик. Вот приглянулся и все! Ему и поновей и подешевле предлагали, а он нет, хочу этот. Цены я конечно не помню, но будем считать, что взял он его за 30 тысяч иен. Все хорошо, привез домой и решил машинку почистить, быушная ведь. Поднял заднее сиденье, твою ж медь, деньги! Иены свернутые рулончиком. Посчитал, почти десять тысяч иен. Обрадовался, понял, что не зря ему эта машинка приглянулась. Осмотрелся, ну думает, если бы я машине деньги прятал, я бы их вон в ту щель за обшивку засунул. Залез. Точно! Намного меньше конечно и тысячи не набралось, но ведь были. Тут ему и покатило. К вечеру, набрал около восемнадцати тысяч, но машина была разобрана в хлам, подчистую. Начал собирать, да мозгов не хватает, то отваливается, то отскакивает, как какие штекеры соединить забылось, а он ведь даже панель разобрал, думал туда основное запихали.
В общем итог такой. Вызвал на дом бригаду ремонтников, те собирали дня три, там гвоздиком прибьют, тут на проволочку примотают, собрали, завели и назвали сумму. Тех денег, что он в машине набрал, в переводе на российскую валюту, не хватило. Да и машина была похожа на конструктор Лего. Но там иены, бумажки, да и машина читай хлам хоть и зарубежный. А вот этому с золотишком точно повезло. И я думаю, на одном кладе он точно не успокоился. Думается был сорванный паркет, сорванные обои, а потом напрочь разрушенные стены где простукиванием определялись пустоты. Да мало ли в квартире мест, где можно еще золотишка припрятать. А вот хватило ли ему первого клада, чтобы после поисков остального ремонт сделать, история умалчивала.
|
|
5255
Ничего не имею против таджиков, например. Но в последнее время такое ощущение, что в рекламный бизнес пошли косяком таджикские гастарбайтеры. Да вот, только что:
- ...распродажа же уже.
- ..."что-то там" помочь поможет.
Ну а уж то, что название рекламируемого объекта теперь не склоняют - это вообще смерть:
- летайте с Перевозчик,
- пользуйтесь услугами Хранительная касса,
- варите суп с Морковка и Свекла...
А в старые добрые времена кругом были плакаты "Летайте самолетами Аэрофлота" и "Храните деньги в Сберегательной кассе", и ни Аэрофлот, ни Сберкасса не боялись, что потребитель их не найдет или с кем-то перепутает. Поэтому сейчас высматриваю рекламу типа "С Браунинг у вас не будет проблем", а потом придется искать рекламу "Легче всего отмазаться от тюрьмы с Ваш Адвокат" - сил уже нет это читать и слушать.
|
|
5257
К вопросу о свободе.
Один мой знакомый, находясь в Швеции, зашёл в продуктовый магазин. И там к нему подошла девочка со значком какой-то зелёной организации. А у него в корзине в том числе лежала ветчина и другие мясные продукты. Девочка стала спрашивать как он относится к убийству животных ради чревоугодия. Он ответил, что к охоте относится в принципе отрицательно, а вот коровы и свиньи, когда позволили себя одомашнить, должны были соображать что к чему.
На этом дискуссия и закончилась.
|
|
5258
Когда в 1990 году бывшая заключенная Акмолинского лагеря жен «изменников» родины Гертруда Платайс приехала в Казахстан, она впервые рассказала сотрудникам музея «АЛЖИР», как в первый раз увидела местных казахов и как они отнеслись к заключенным женщинам.
Однажды, когда одним буранным зимним утром женщины-узницы под усиленным конвоем собирали камыш на берегу озера Жаланаш для постройки бараков, из зарослей камыша выскочили старики и дети — местные жители соседнего казахского села Жанашу. Дети по команде старших стали забрасывать камнями измученных женщин (для выполнения нормы в 40 снопов камыша приходилось работать на морозе по 17—20 часов в сутки). Конвоиры начали громко смеяться: мол, видите, вас не только в Москве, вас и здесь, в ауле, даже дети не любят.
Было очень обидно и больно и, в первую очередь, морально, вспоминали Гертруда Платайс и другие бывшие узницы. Так повторялось несколько дней. Оскорбленным узницам лишь оставалось взывать к судьбе, жалуясь на несправедливость одурманенных и озлобленных сталинской пропагандой казахов…
Однажды, уворачиваясь от летевших на них камней, обессиленная Гертруда споткнулась и упала лицом в эти камешки. Уткнувшись в них, она вдруг почувствовала запах творога, и поняла что эти самые камни пахнут… сыром и молоком! Она взяла кусочек и положила в рот – он показался ей очень вкусным.
Она собрала эти камушки и принесла в барак. Там были и заключенные женщины-казашки. Они сказали, что это курт – высушенный на солнце соленый творог. Оказывается, рискуя жизнью собственных детей, сердобольные казахи, не найдя другого способа как именно таким образом, не вызывая подозрений у надзирателей, делились с узницами последним, что у них было, — куртом, чтобы хоть как-то поддержать голодных бедных женщин, поскольку сами в 1930-х годах узнали голод и лишения.
Втайне от надзирателей они оставляли для узниц под кустами кусочки вареного мяса, толокно, курт, лепешки. Благодарность к казахскому народу, рассказывали женщины, они пронесли через всю жизнь. «Все лагеря плохие, но именно в казахстанских выживали многие и, в первую очередь, благодаря казахам. Они на себе испытали голод, холод, лишения», – признавались они.
Воспоминания Гертруды Платайс легли в основу стихотворения «Курт – драгоценный камень».
|
|
5259
История от МБ напомнила
Вырос я на берегу небольшой предгорной речушки. В обычном состоянии она шириной метров семь-десять, вполне себе спокойная и средней глубиной по то самое причинное место. Есть места и пошире, и поглубже, это места где в основном используют для купания «взрослые», т.е. те, кто научился плавать. Мелкота же плещется в местах с той самой «средней глубиной». Когда в верховьях идут сильные дожди, на реке случается паводок. Количество воды в речушке увеличивается во много-много раз и она превращается в мутный, бурный поток. Зрелище завораживающее и сколько себя помню, всегда бегали полюбоваться на разбушевавшуюся стихию.
Теперь собственно сама история.
Мы с братом (мне 4+, брату 10) отправились поглазеть на очередной паводок. Дошли до речки, брат мне строго-настрого наказал оставаться на месте и подождать пока он сбегает к друзьям, которые якобы должны были ловить рыбу чуть выше по течению. Брат перепрыгнул ручей, впадающий в этом месте в речку, и скрылся в прибрежной рощице. Надо сказать, что в обычное время это ручей в месте своего впадения в реку вымыл небольшой овражек глубиной метра два, который теперь был заполнен до краёв водой и в нем образовалось круговое течение. Я пару минут побродил по берегу, наблюдая за несущимся бесконечным потоком воды, ила, листьев, веток. Иногда проносило целые деревья, вырванные с корнем. Потом я решил узнать, а куда пошёл брат? Только вот ручей я не сумел перепрыгнуть и оказался в воде. Меня закружило течением в овражке, промытом ручьём, и спасло только то, что на мне была куртка из болоньи, которая надулась, как поплавок, ну и то, что не вынесло в основное русло реки. Первый круг я ничего не понял, на втором круге у меня слетели с ног резиновые сапоги, купленные на вырост, а потом я почему-то вспомнил, что люди плавая, гребут руками и я начал делать что-то подобное. Помогло! Я подплыл к берегу овражка, схватился за траву, выбрался на берег и разревелся со страха. Брат всё не появлялся и я, не переставая реветь, побрёл домой, шлёпая колготками по весенней слякоти. Родителей дома не было, я снял мокрую, грязную одежду и ещё сильнее разревелся – ведь попадёт же за всё! И за потерянные сапоги, и за испачканную одежду, и за то, что в речку свалился.
Минут через пять в дом влетел перепуганный брат…
|
|
5261
Зиновий Герд как-то рассказывал об одной встречекак то встречался со зрителями: цветы, поклонницы Рассказал о себе. Пришло время ответа на записки из зала, и получает он такую записку женской рукой: "Были ли в вашей жизни творческие удачи?" Он быстро отправился от шока и рассказал такую историю: Дело было на летних гастролях его кукольного театра в Киеве. Как-то вечером после спектакля коллектив решил пройтись в гостиницу по Крещатику пешком. Герд потихоньку хромал последним и курил. В момент, когда надо было выбросить окурок, он оказался между двумя урнами, до которых было метров по 15. Бросать окурок вперёд смысла не было и, решив, что возле мусорниц и так много окурков, он бросил свой окурок щелчком назад. Тот сделал огромную дугу и падающей звездой точно попал в урну. Ликование Герда, однако, было омрачено, тем, что, когда он обернулся к коллективу, оказалось, что никто из его товарищей не смотрел назад. Не успел он расстроится, как увидел, что с другой стороны широкого Крещатика бежит к нему женщина и кричит: « Я видела, видела!» Вот это и была творческая удача.
|
|
5263
Скворцов и тюлень
— Это несерьёзно! — сказал фотограф Скворцов. На рекламном плакате к острову Тюленей подплывал неказистый кораблик, битком набитый толстыми туристами с дешевыми фотокамерами. Ограниченный ракурс, нет возможности выбрать правильный угол к солнцу, всеобщая толкотня, грязь и хаос, думал Скворцов. Нет, надо нанять лодку. Отельный консьерж тут же раскрыл перед ним альбом с красивыми катерами. Поглядев на цены, Скворцов подумал, что не так уж и любит тюленей.
Но выход, как всегда, нашёлся. Таксист, отвозивший вечером Скворцова в портовый ресторан, рассказал, что у рыбаков можно найти лодку на весь день, не дороже пятисот рандов. С опытным шкипером. Скворцов одобрил и дал таксисту поручение.
В порт Скворцов направился, поскольку предположил, что если где и умеют готовить рыбу, то у самого моря. Пока что в Африке кормили только невкусной рыбой. К тому же, Скворцову захотелось немного романтики: сидя в Кейптаунском порту за бокалом минералки, напевать песенку «В Кейптаунском порту». Последнее вполне удалось, хотя кроме первой строки ничего не вспомнилось. Звучал джаз, сотни лампочек отражались в темной воде, от бара к бару гуляли веселые люди. Рыба, креветки, мидии — всё, что заказал Скворцов, на вкус было одинаковым и напоминало соленую вату.
Рано утром, таксист, как и обещал, ждал у входа в отель. В багажник уже поставили заказанный Скворцовым "пикник" — большой пластмассовый ящик-холодильник, где лежали во льду бутылки с минералкой, два банана и диетический бутерброд с брокколи.
Дорога оказалось долгой. Скворцов успел вздремнуть. Проснувшись понял, что город остался далеко позади. Они ехали вдоль океана, вокруг было пустынно, изредка попадались дома и большие указатели с надписью "Пляж".
— А вот и рыбацкий порт! — наконец сказал таксист и, заметив удивление на лице Скворцова, добавил, — Старый рыбацкий порт.
Весь порт состоял из бетонного мола, длинным полукругом уходящим в море. С внутренней стороны болтались на воде лодочки, с мачтами и без. На берегу стояли ржавые контейнеры, используемые, видимо, для хранения, и высилась сооруженная из тех же контейнеров будка, с гордой надписью "Офис". От этого офиса к ним направился чёрный мускулистый парень, очень чёрный, намного чернее таксиста.
— Это ваш шкипер, — радостно объявил таксист.
Скворцов для начала уточнил расценки. Парень подтвердил, что за пятьсот рандов лодка до темна в распоряжении Скворцова, но бензин оплачивается отдельно, по факту.
— Окей! — сказал Скворцов. Он был рад, что всё удачно складывается.
Шкипер взял пикник, потянулся было за фоторюкзаком, но Скворцов понёс фоторюкзак сам.
Идти пришлось немало. Уже у самого конца мола шкипер вдруг резко повернул направо и исчез. Скворцову в первый миг показалось — прыгнул в воду, но нет, парень, как по лестнице, не останавливаясь, сошёл в небольшую моторную лодку. Скворцов устремился было за ним, но замер на бетонном краю. Ступить вниз, на качающийся нос лодки он не решался, да и высота была пугающая. Шкипер прижал борт к молу, принял у Скворцова рюкзак. Скворцов же сел на край, потом развернулся и, опираясь на руки, попытался спуститься. Шкипер поймал болтающиеся в воздухе ноги фотографа и направил их в нужное место.
Изнутри лодка показалась не такой маленькой, как снаружи. Имелся тент и непромокаемое отделение, куда Скворцов тут же запихал рюкзак. Шкипер на корме возился с мотором. Скворцов решил сказать ему что-нибудь приятное.
— А мне тут гид рассказывал, что чёрные люди боятся моря. Плохо же он знает свою страну — сказал Скворцов и посмотрел на облака. Те были не особо фотогеничны, но в целом подходили. И тут Скворцов почувствовал неладное. Наверное, парень должен был что-то ответить, но ответа не было. Скворцов перевёл взгляд на шкипера и понял, что тот побледнел. Заметить этого Скворцов никак не мог, но каким-то образом почувствовал. Выкатив глаза, парень смотрел то на Скворцова, то на воду, на Скворцова, на воду и вдруг, одним прыжком выскочив из лодки, побежал к берегу.
— Куда же... эээ, — не успел спросить Скворцов и подумал, — наверное, парень забыл что-то. Важное. Бензин, к примеру.
Скворцов обвыкся в лодке, посидел на разных скамьях, определил самую удобную. Дул лёгкий ветерок. Было приятно дышать морем, похлёбывая прохладную воду из пикника.
По молу шёл черный человек с ящиком, похожим на скворцовский, но крупнее. Вскоре стало ясно, что это не шкипер.
— Доброе утро, сэр! — сказал человек, подойдя. — Не желаете мороженого?
— Нет, не желаю, — ответил ему Скворцов. Мороженщик как будто не расслышал, он поставил ящик, открыл и стал вынимать и показывать образцы продукции.
— Очень вкусное, очень холодное, сэр! С тёмным шоколадом, с белым шоколадом. С орехами, без орехов, с кокосовой стружкой. Отличная цена, сэр!
— Я сказал уже, мне ничего не надо.
— А мороженого?
— Нет.
— Окей, сэр! Я понял вас, сэр. Я могу принести пива. Есть настоящее намибийское! Для вас шесть банок по цене пяти!
— Послушай, — с лёгким раздражением сказал Скворцов, — я ничего у тебя покупать не буду. Это понятно?
Мороженщик не ответил. Он не торопясь уложил продукцию в холодильник, присыпал льдом, и, не без труда подняв ящик, медленно зашагал к берегу.
Столько прошёл и зря, думал Скворцов, провожая его взглядом. Бизнесмен то он плохенький, не то что... я. Неожиданно пришедшее на ум сравнение пляжного мороженщика с собственным бизнесом показалось Скворцову забавным. Он рассмеялся. Затем долго наблюдал за морем, птицами, мелкими рыбками, кружившими вокруг лодки. Думал о том, как велик мир. Снова смотрел на рыбок. Прошло, однако, минут двадцать пять. Пора уже что-то предпринять. Вокруг не было ни души.
— Для рыбаков поздно, для туристов рано, — подумал Скворцов настороженно. — Если здесь вообще бывают туристы.
Посмотрел в телефон, связи не было. Да если бы даже была, позвонить Скворцов мог только в Россию. В далекую, заснеженную Россию.
Попил воды, пожевал бутерброд. Возникло ощущение, что шкипер не вернётся никогда.
Надо было вылезать из катера и топать к офису. Скворцов надел рюкзак, поднял пикник, подержал и опустил. Над лодкой возвышалась ровная бетонная стена, зацепиться не за что.
Самым высоким местом лодки был нос, но выйти на него Скворцов не решался. Волнение моря усилилось, лодку неприятно подкидывало. Чтобы хоть как-то уцепиться за мол, надо было встать на бортик, но суденышко опасно кренилось. Тяжелый рюкзак стеснял движения. В лодке его не оставишь, это же Африка. Людей вроде нет, но стоит только отойти, как тут же появятся люди и всё сопрут. Кидать рюкзак на бетон, в надежде, что не все объективы разобьются, Скворцов не собирался.
Похоже, единственный вариант сделать как шкипер — оттолкнувшись от скамьи выпрыгнуть из лодки. Но это грозит падением и гибелью всей фототехники в морской воде. Не хотелось Скворцову и акул. Он поставил ногу на скамью и тут же убрал. Скворцов не был склонен переоценивать свои прыгательные способности. Решил подождать ещё какое-то время и съесть банан. Банан Скворцову не понравился — слишком сладкий. Кожуру он положил обратно в холодильник, завернув в салфетку.
Ещё можно попытаться завести мотор и поплыть. Но куда? К берегу не подойти, там острые камни, да и волны нехорошие. Вот в порту, где вчера ужинал Скворцов, были удобные причалы и людей много. Но где тот порт, сколько туда плыть, сколько в лодке горючего? Скворцов не рискнул оценить свои мореходные способности выше прыгательных. Собственно, он даже не знал, в каком из двух океанов, Атлантическом или Индийском, сейчас находится.
И вдруг то, на что не решался Скворцов, с блеском исполнил... тюлень. Метрах в пяти от лодки из воды высоко выпрыгнул морской котик и плюхнулся на мол.
— Ух ты! — только и сказал Скворцов и осторожно полез за фотоаппаратом, боясь спугнуть. Но котик и не думал пугаться. Он преданно смотрел на Скворцова и негромко тявкал.
Скворцов защёлкал камерой. С одним объективом, с другим, с фильтрами и без, меняя параметры съемки на сколько хватало фантазии. Котик вёл себя превосходно, переворачивался с боку на бок и махал Скворцову ластами.
Сзади послышались шаги. Скворцов оглянулся — шкипер? — нет, снова мороженщик.
— Добрый день, сэр! — начал Скворцов как можно вежливее, — Я хотел вам объяснить, но не успел. У меня диабет, это такая болезнь, и я не ем ничего сладкого, никаких десертов. Вы не поможете мне вылезти из лодки?
— Но вы же ничего не купили, — как-то задумчиво произнёс мороженщик.
— Я же говорю, мне нельзя мороженого.
— Так ему можно.
— Кому ему?
— Ему, — мороженщик показал на тюленя.
— А, я понял, конечно, сейчас, — покопавшись в кармане, Скворцов протянул мятую бумажку в десять рандов.
Но мороженщик не стал за ней наклоняться. Солнце светило ему в спину, темным силуэтом возвышался он над Скворцовым.
— Сэр, — заговорил мороженщик, усиливая речь жестами, — дайте мне сразу четыреста рандов. Вынем вас из лодки, накормим тюленя, а потом мой брат отвезет вас в отель, другое такси сюда всё равно не вызвать.
Подумав пару секунд, Скворцов решил не торговаться. Он передал наверх пикник, потом, с опаской, фоторюкзак. Вцепившись в руку мороженщика, выбрался на мол и ощутил приятную твердость под ногами. Фразу про твердость Скворцов раньше где-то читал, но теперь прочувствовал и глубоко. Дал мороженщику две купюры по двести рандов. Тот принял деньги обеими руками и поблагодарил. Затем протянул Скворцову мороженое.
— Снимите обёртку и бросайте. Он поймает.
Тюлень, тем временем, аж подпрыгивал на животе от нетерпения.
— Лучше ты бросай, — распорядился Скворцов, доставая камеру, — а я фотографировать буду.
Морской котик безошибочно хватал мороженое на лету, с удивительной ловкостью вертя гибкой шеей.
На десятой порции Скворцов озаботился защитой природы.
— А ему плохо не станет? Не заболеет?
— Он привычный, — уверенно сообщил мороженщик.
Скворцов взглянул на него с подозрением.
— Так это твой тюлень? Ручной?
— Нет, сэр. Это дикий тюлень. Совсем дикий. Но мы с ним родственники через третью жену.
— Как это?
— Она тоже очень любит мороженое и такая же дикая, как он.
— А сколько у тебя жён? — уважительно спросил Скворцов.
— Четыре жены, сэр.
Скворцов подумал, что поспешил с выводом о размахе бизнеса мороженщика. Всё-таки парень содержит четырёх жен и контролирует немалую территорию на берегу неизвестно какого океана.
Поймав ещё порций пять, тюлень, похоже, наелся. Он лежал на спине и вяло похлопывал себя ластами по животу.
Скворцов собрал рюкзак. Решил высыпать лед из пикника, чтобы легче было нести. Хотел было предложить мороженщику банан, но испугался, что будет неправильно понят.
Пикник и без льда нести было тяжело. Поднявшийся ветер мешал разговору, но идти молча мороженщик, похоже, считал невежливым.
— А пиво вам тоже нельзя?
— Тоже нельзя.
— Вон за теми горами живет колдун. Могущественный колдун. Лечит от всех болезней. Мой брат много пил, а теперь не пьет, боится колдуна.
— Это тот брат, который таксист?
— Нет, сэр, другой. У меня восемь братьев. А у вас?
— Четверо, — ответил Скворцов, посчитав всех двоюродных и троюродных, включая тех, кого бы и не узнал при встрече. Отчего-то захотелось, чтобы у него тоже были братья. Между двумя порывами ветра Скворцов спросил:
— Почему шкипер убежал и не вернулся?
— А вы дали ему денег вперёд?
— Нет, не давал.
Мороженщик всем своим видом показал, что в таком случае не видит причин для беспокойства.
— Ну как же, — настаивал Скворцов, — мы же договорились, а он куда-то делся. Мог денег заработать.
— Чёрные люди, сэр. Никогда не знаешь, что у них на уме.
Скворцов отметил про себя, что чёрный мороженщик далеко не такой чёрный, как шкипер. Видимо, в этих краях это важно.
Они подошли к офису. То, что таксист оказался тем же самым, Скворцова уже не удивило. Вид у таксиста был виноватый. Опять же, мороженщик издалека начал выговаривать брату на неизвестном Скворцову языке.
— Мне так жаль, сэр, так жаль, — бормотал таксист, принимая у Скворцова пикник.
— Так что случилось со шкипером? — спросил его Скворцов.
— Не знаю, сэр, не знаю. Быть может, он на выборы побежал, у них, вроде, выборы сегодня.
— Выборы? Кого выбирают?
— Вождя.
— Всюду политика, — чертыхнулся Скворцов, — куда ни плюнь.
Он простился с мороженщиком, обещав подумать насчёт колдуна. Сел в машину. Снова замелькали пустынные пляжи. Горы то приближались, то удалялись от шоссе. Потом пошли ухоженные коттеджные поселки, пристани с множеством яхт. Вскоре начался город. Скворцов узнал набережную, где ужинал вчера.
— А я знаю, почему тюлень так мороженое любит, — сказал Скворцов.
— Почему же? — живо заинтересовался таксист.
— Рыба у вас невкусная.
©СергейОК, текст и фото
2020 г.
|
|
5264
Тут увидел иллюстрацию к Евгению Онегину и вспомнил забавный случай из школьной жизни...
На уроке литературы, нам велели раскрыть хрестоматию и усердно читать про Евгения Онегина, дабы потом по свежим следам обсудить эту нетленку. Я истово штудирую свой экземпляр, переворачивают страницу, где на иллюстрации, то ли Онегин, то ли Ленский, беседует, то ли с Татьяной, то ли с Ольгой, и вот на этой самой иллюстрации, чья то шкодливая рука, пририсовала к голове Ленского диалоговую сноску-облачко, и вписала туда фразу циничную фразу:
"Скажите, как пройти в туалет?".
Я естественно начинаю беззастенчиво ржать, чем заражаются часть класса. Литература злобной немезидой налетает на меня, потрясая воздуся нелестными определениями моих умственных способностей, густо сдобренными обвинениями в надругательстве над святынями Русской словесности.
На перемене народ поинтересовался причинами моего смеха и я честно описал ситуацию. Реакция была бурной и увы с продолжениями. Экземпляры хрестоматий выдаваемых на литературе, были казенными и их передавали по очереди всем классам,и как только широкие массы учащихся узнали о новом приколе, процесс как говорится пошел.
Сначала наши литературши умилялись тому, как ученики с ручками и карандашами в руках, усердно штудирую классику. Но когда, стало заметно , что при чтении Литературной хрестоматии, эмоции учащихся сравнимы с оными при чтением журнала Крокодил, было уже поздно. Обновленные иллюстрации в корне изменили суть содержания классических произведений... При Бородино были оказывается исключительно футбольные болельщики и любители хлебного вина, бочка Из Салтана участвовала в регате, а герои Тургенева занимались в полях и усадьбах абсолютно непотребными вещами. Причем девчонки были гораздо более изобретательными нежели юноши... Например реконструируемую ими графически беседу Дон Гуана и Анны, я до сих пор вспоминаю слегка пунцовея.
Скандал был плавно погашен, так как неуставные действия с табельным инвентарем, были обнаружены слишком поздно, и отсутствие оперативности в данном вопросе кидала бы тень на Учебную часть... Но фраза "Как пройти в туалет" в школьном фольклоре стала знаковой.
|
|
5265
Тут один мареман, вывесил вельми занятную историю про то, как на корабле, народ, дабы развлечься стал красить тараканов, и мне это припомнило, одну школьную историю...
Я думаю, все помнят, что школьники не чужды неуставных развлечений, которые принимают вид эпидемий. Тут и надписи мелом на спинах, и ·конный бой? на переменах и прочее другое.
У нас в школе, в разгар бабьего лета, началось засилье мух и уж не помню сейчас кто был это Руже де Лиль, поймавший несколько мух и посадивший их в спичечный коробок, где они очень интересно жужжали.
Понятно, что через некоторое время, коробки появились у всех мальчишек, но это было только начало...
На большой перемене, Сашка из 5-го Б, поразил всех тем, что важно прогуливался по коридору, с мухой на ниточке, причем несчастная муха на ней не болталась, а что характерно летела. Естественно, что уже наследующий день, дрессировка мух, как личных домашних животных, приняла самый массовый характер, причем педагоги это как то упустили, так как готовили отчетность по новой форме, и мушиная эпопея прошла мимо них, так как по молчаливому уговору, в классах этого не было, а исключительно на больших переменах.
И чего тут только не было... в первую очередь конечно соперничество и иногда даже и ссоры. Наиболее фактурных мух называли ·Ведьмами? и хозяева ими очень гордились. Некоторые эстеты, прогуливались сразу с двумя мухами. Но все хорошее, рано или поздно кончается.
В один прекрасный день, в школьном коридоре, аккурат в разгар Большой перемены, показались строгие дяденька и тетенька, которые были аж из РОНО, и первый кого они увидели, это быль основоположник и основатель мушиного королевства Сашка, шедший с двумя личными мухами. А когда они увидели, что юный дрессировщик отнюдь не одинок, начался скандал. Отличница Лена, она же председатель Совета Дружины, поняла, что именно к ней обратится с вопросами администрация. И за советом, она обратилась к активному сотруднику школьной редколлегии, отличающемуся умом и сообразительностью. И он оправдал доверие, сказав следующее:
·Лена, скоро Олимпиада по зоологии, и скажи, что пионеры, в порядке инициативы на местах, готовят доклад о возможности дрессировки мух?.
А когда Лена сделав огромные глаза, заметила, что мухи мол, не животные. Я иронично спросил: ·А ты уверена, что в РОНО об этом знают ? И главное чуток слезы подпусти, но без фанатизма?.
Так она и сделала. Дяденька поплыл от слезок в глазах красивой девушки, а Тетенька умилилась творческой активности пионеров, и поставила это в заслугу директору школы, так что репрессий не последовало. Но мухам в школе, была объявлена война.
Самое смешное, это то, что на Олимпиаде, потребовали доклад по исследованию мух, и он таки был представлен, и был одобрен жюри. Жалко, что история не сохранила содержание этого высоконаучного трактата, но может и к лучшему. А то вошел бы в анналы, сбил бы с понталыку неокрепшие умы, и мог бы повториться сюжет из "Lord of the Flies", Нобелевского лауреата, Уильяма Голдинга.
|
|
5266
Затронул пост про курящих девушек и женщин. Никого защищать не буду, да и возмущаться тоже, по той простой причине, что сам курю с шести лет. Но историю расскажу.
На заводе, где я начинал свою трудовую деятельность, был огромный цех домостроения. Изготавливались там детали домов из погонажа и столярные. В смену там трудилось человек под сто. А год выдался снежным. Два метра снега для наших краев почти норма, но походу даже она в тот год была перевыполнена природой. Помимо обеденного перерыва, в цеху были еще и плановые перекуры. В целях пожарной безопасности, чтобы никто ненароком не закурил в цеху, они были строго регламентированы и даже имели некоторую популярность. В этот день, в строго обозначенное время станки заглохли и народ галопом ломанулся в курилку. Как только за последним захлопнулась дверь, рухнула крыша. Массивная конструкция из железных перекрытий с двух с половиной метровым слоем снега сверху, просто похоронила цех. Просто похоронила. Курилка была в отдельном помещении и с отдельной крышей, ее катастрофа не коснулась. Начальник цеха моментально сообразив, провел экстренную перекличку и с облегчением вздохнул. Тут из конторы подтянулась целая делегация во главе с поседевшим директором. Он подскочил к начальнику цеха:
- Погибшие, пострадавшие есть!? - выкрикнул он.
- Слава богу нет. У нас все оказывается курят! - кивнув на столпившийся возле дверей цеха народ, тяжело вздохнул тот и добавил, - даже женщины как ни странно.
|
|
5267
Несладкая жизнь
После нашествия на Россию и отступления Наполеона, в Белоруссии, на поле боя остался тяжелораненый юный французский солдат. Его подобрала деревенская девушка, вылечила, и они поженились. В 1915 году родился их правнук Михаил Миронович Котт, впоследствии учитель английского языка. Он учился в институте и жил в общежитии. В 1939 году, в юбилей Сталина, знакомая комсомолка принесла газету «Правда» с огромной фотографией на первой странице и воскликнула, какой хороший портрет, на что Михаил Миронович сказал: «Портрет хорош, да скверен оригинал». Ему дали много лет лагерей.
В лагере фельдшер подошёл к штабелю тел, увидел, что там дёрнулась нога, и сказал охраннику вытащить человека. Фельдшер отогрел Михаила Мироновича, вылечил и сделал своим помощником. Михаилу Мироновичу добавили срок.
Потом он познакомился с будущей женой Еленой Яковлевной Радченко. Елена Яковлевна родилась в 1926 году. Почти все её родственники (в том числе и родители) были репрессированы. Во время войны Елена Яковлевна оказалась на оккупированной территории, прошла нацистские лагеря, а после войны — советское «чистилище» (были пытки) и ГУЛАГ. Потом Елена Яковлевна работала учительницей.
Прошло много лет, и 2006 году Михаил Миронович умер почти в мгновение ока. Елена Яковлевна тяжело заболела, еле передвигалась по квартире на костылях, и голос у неё изменился, огрубел.
В местных новостях Елена Яковлевна узнала, что в одном магазине можно по телефону заказать с доставкой на дом сахар, сумку-мешок, 5 кг и 10 кг. Она позвонила утром в магазин и сказала, что хотела купить 5 кг сахара. Женщина в магазине ответила ей, что по 5 кг сахара нет, а по 10 кг будет только вечером. Ну и что ж, велика разница, 5 или 10 кг, можно и 10, сказала Елена Яковлевна, и вдруг она услышала крик: «Знаем мы вас, алкоголиков, утром деньги есть, а к вечеру все пропьёте!»
Так Елена Яковлевна узнала, что у неё голос «алкоголика».
|
|
5268
Война в Хуторовке
(Рассказал Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения)
Вы за мной записываете, чтобы люди прочли. Так я прошу – сделайте посвящение всем детям, которые застали войну. Они голодали, сиротствовали, многие погибли, а другие просто прожили эти годы вместе со всей страной. Этот рассказ или статья пусть им посвящается – я вас прошу!
Как мы остались без коровы перед войной, и как война пришла, я вам в прошлый раз рассказал. Теперь – как мы жили. Сразу скажу, что работал в колхозе с 1943 года. Но тружеником тыла не являюсь, потому что доказать, что с 8 лет работал в кузнице, на току, на полях - не представляется возможным. Я не жалуюсь – мне жаловаться не на что – просто рассказываю о пережитом.
Как женщины и дети трудились в колхозе
Деревня наша Хуторовка была одной из девяти бригад колхоза им. Крупской в Муровлянском районе Рязанской области. В деревне было дворов пятьдесят. Мы обрабатывали порядка 150 га посевных площадей, а весь колхоз – примерно 2000 га черноземных земель. Все тягловые функции выполнялись лошадьми. До войны только-только началось обеспечение колхозов техникой. Отец это понял, оценил, как мы теперь скажем, тенденцию, и пошел тогда учиться на шофера. Но началась война, и вся техника пошла на фронт.
За первый месяц войны на фронт ушли все мужчины. Осталось человек 15 - кто старше 60 лет и инвалиды. Работали в колхозе все. Первые два военных года я не работал, а в 1943 уже приступил к работе в колхозе.
Летом мы все мальчишки работали на току. Молотили круглый год, бывало, что и ночами – при фонарях. Мальчишек назначали – вывозить мякину. Возили её на санях – на току всё соломой застелено-засыпано, потому сани и летом отлично идут. Лопатами в сани набиваем мякину, отвозим-разгружаем за пределами тока… Лугов в наших местах нет, нет и сена. Поэтому овсяная и просяная солома шла на корм лошадям. Ржаная солома жесткая – её брали печи топить. Всю тяжелую работу выполняли женщины.
В нашей деревне была одна жатка и одна лобогрейка. Это такие косилки на конной тяге. На лобогрейке стоит или сидит мужчина, а в войну, да и после войны – женщина, и вилами сбрасывает срезанные стебли с лотка. Работа не из легких, только успевай пот смахивать, потому – лобогрейка. Жатка сбрасывает сама, на ней работать легче. Жатка скашивает рожь или пшеницу. Следом женщины идут со свяслами (свясло – жгут из соломы) и вяжут снопы… Старушки в деревне заранее готовят свяслы обычно из зеленой незрелой ржи, которая помягче. Свяслы у вязальщиц заткнуты за пояс слева. Нарукавники у всех, чтобы руки не колоть стерней. В день собирали примерно по 80-90 снопов каждая. Копна – 56 снопов. Скашиваются зерновые культуры в период молочной спелости, а в копнах зерно дозревает до полной спелости. Потом копны перевозят на ток и складывают в скирды. Скирды у нас складывали до четырех метров высотой. Снопы в скирду кладутся колосьями внутрь.
Ток – место оборудованное для молотьбы. Посевных площадей много. И, чтобы не возить далеко снопы, в каждой деревне оборудуются токи.
При молотьбе на полок молотилки надо быстро подавать снопы. Это работа тяжелая, и сюда подбирались четыре женщины физически сильные. Здесь часто работала моя мама. Работали они попарно – двое подают снопы, двое отдыхают. Потом – меняются. Где зерно выходит из молотилки – ставят ящик. Зерно ссыпается в него. С зерном он весит килограмм 60-65. Ящик этот они носили по двое. Двое понесли полный ящик – следующая пара ставит свой. Те отнесли, ссыпали зерно, вернулись, второй ящик уже наполнился, снова ставят свой. Тоже тяжелая работа, и мою маму сюда тоже часто ставили.
После молотьбы зерно провеивали в ригах. Рига – длинный высокий сарай крытый соломой. Со сквозными воротами. В некоторые риги и полуторка могла заезжать. В ригах провеивали зерно и складывали солому. Провеивание – зерно с мусором сыпется в воздушный поток, который отделяет, относит полову, ость, шелуху, частички соломы… Веялку крутили вручную. Это вроде огромного вентилятора.
Зерно потом отвозили за 10 километров на станцию, сдавали в «Заготзерно». Там оно окончательно доводилось до кондиции – просушивалось.
В 10 лет мы уже пахали поля. В нашей бригаде – семь или девять двухлемешных плугов. В каждый впрягали пару лошадей. Бригадир приезжал – показывал, где пахать. Пройдешь поле… 10-летнему мальчишке поднять стрелку плуга, чтобы переехать на другой участок – не по силам. Зовешь кого-нибудь на помощь. Все лето пахали. Жаркая погода была. Пахали часов с шести до десяти, потом уезжали с лошадьми к речушке, там пережидали жару, и часа в три опять ехали пахать. Это время по часам я теперь называю. А тогда – часов не было ни у кого, смотрели на солнышко.
Работа в кузнице
Мой дед до революции был богатый. Мельница, маслобойка… В 1914 году ему, взамен призванных на войну работников, власти дали двух пленных австрийцев. В 17 году дед умер. Один австриец уехал на родину, а другой остался у нас и женился на сестре моего отца. И когда все ушли на фронт, этот Юзефан – фамилия у него уже наша была – был назначен бригадиром.
В 43-м, как мне восемь исполнилось, он пришел к нам. Говорит матери: «Давай парня – есть для него работа!» Мама говорит: «Забирай!»
Он определил меня в кузню – меха качать, чтобы горно разжигать. Уголь горит – надымишь, бывало. Самому-то дышать нечем. Кузнец был мужчина – вернулся с фронта по ранению. Классный был мастер! Ведь тогда не было ни сварки, ни слесарки, токарки… Все делалось в кузне.
Допустим - обручи к тележным колесам. Листовой металл у него был – привозили, значит. Колеса деревянные к телеге нестандартные. Обруч-шина изготавливался на конкретное колесо. Отрубит полосу нужной длины – обтянет колесо. Шатуны к жаткам нередко ломались. Варил их кузнечной сваркой. Я качаю меха - два куска металла разогреваются в горне докрасна, потом он накладывает один на другой, и молотком стучит. Так металл сваривается. Сегменты отлетали от ножей жатки и лобогрейки – клепал их, точил. Уж не знаю – какой там напильник у него был. Уже после войны привезли ему ручной наждак. А тут - привезут плуг - лемеха отвалились – ремонтирует. Тяжи к телегам… И крепеж делал - болты, гайки ковал, метчиками и лерками нарезал резьбы. Пруток какой-то железный был у него для болтов. А нет прутка подходящего – берет потолще, разогревает в горне, и молотком прогоняет через отверстие нужного диаметра – калибрует. Потом нарезает леркой резьбу. Так же и гайки делал – разогреет кусок металла, пробьет отверстие, нарезает в нем резьбу метчиком. Уникальный кузнец был! Насмотрелся я много на его работу. Давал он мне молоточком постучать для забавы, но моя работа была – качать меха.
Беженцы
В 41 году пришли к нам несколько семей беженцев из Смоленска - тоже вклад внесли в работу колхоза. Расселили их по домам – какие побольше. У нас домик маленький – к нам не подселили.
Некоторые из них так у нас и остались. Их и после войны продолжали звать беженцами. Можно было услышать – Анька-эвакуированная, Машка-эвакуированная… Но большая часть уехали, как только Смоленск освободили.
Зима 41-го и гнилая картошка
Все знают, особенно немцы, что эта зима была очень морозная. Даже колодцы замерзали. Кур держали дома в подпечке. А мы – дети, и бабушка фактически на печке жили. Зимой 41-го начался голод. Конечно, не такой голод, как в Ленинграде. Картошка была. Но хлеб пекли – пшеничной или ржаной муки не больше 50%. Добавляли чаще всего картошку. Помню – два ведра мама намоет картошки, и мы на терке трем. А она потом добавляет натертую картошку в тесто. И до 50-го года мы не пекли «чистый» хлеб. Только с наполнителем каким-то. Я в 50-м году поехал в Воскресенск в ремесленное поступать – с собой в дорогу взял такой же хлеб наполовину с картошкой.
Голодное время 42-го перешло с 41-го. И мы, и вся Россия запомнили с этого года лепешки из гнилого мороженого картофеля. Овощехранилищ, как сейчас, не было. Картошку хранили в погребах. А какая в погреб не помещалась - в ямах. Обычная яма в земле, засыпанная, сверху – шалашик. И семенную картошку тоже до весны засыпали в ямы. Но в необычно сильные морозы этой зимы картошка в ямах сверху померзла. По весне – погнила. Это и у нас в деревне, и сколько я поездил потом шофером по всей России – спрашивал иной раз – везде так. Эту гнилую картошку терли в крахмал и пекли лепешки.
Банды дезертиров
Новостей мы почти не знали – радио нет, газеты не доходят. Но в 42-м году народ как-то вдохновился. Притерпелись. Но тут появились дезертиры, стали безобразничать. Воровали у крестьян овец.
И вот через три дома от нас жил один дедушка – у него было ружьё. И с ним его взрослый сын – он на фронте не был, а был, видимо, в милиции. Помню, мы раз с мальчишками пришли к ним. А этот сын – Николай Иванович – сидел за столом, патрончики на столе стояли, баночка – с маслом, наверное. И он вот так крутил барабан нагана – мне запомнилось. И потом однажды дезертиры на них может даже специально пошли. Началась стрельба. Дезертиры снаружи, - эти из избы отстреливались. Отбились они.
Председателем сельсовета был пришедший с войны раненный офицер – Михаил Михайлович Абрамов. Дезертиры зажгли его двор. И в огонь заложили видимо, небольшие снаряды или минометные мины. Начало взрываться. Народ сбежался тушить – он разгонял, чтобы не побило осколками. Двор сгорел полностью.
Приехал начальник милиции. Двоих арестовал – видно знал, кого, и где находятся. Привел в сельсовет. А до района ехать километров 15-20 на лошади, дело к вечеру. Он их связал, посадил в угол. Он сидел за столом, на столе лампа керосиновая засвечена… А друзья тех дезертиров через окно его застрелили.
После этого пришла группа к нам в деревню – два милиционера, и еще несколько мужчин. И мой дядя к ним присоединился – он только-только пришел с фронта демобилизованный, был ранен в локоть, рука не разгибалась. Ручной пулемет у них был. Подошли к одному дому. Кто-то им сказал, что дезертиры там. Вызвали из дома девушку, что там жила, и её стариков. Они сказали, что дома больше никого нет. Прошили из пулемета соломенную крышу. Там действительно никого не оказалось. Но после этого о дезертирах у нас ничего не было слышно, и всё баловство прекратилось.
Новая корова
В 42 году получилась интересная вещь. Коровы-то у нас не было, как весной 41-го продали. И пришел к нам Василий Ильич – очень хороший старичок. Он нам много помогал. Лапти нам, да и всей деревне плел. Вся деревня в лаптях ходила. Мне двое лаптей сплел. Как пахать начали – где-то на месяц пары лаптей хватало. На пахоте – в лаптях лучше, чем в сапогах. Земля на каблуки не набивается.
И вот он пришел к нашей матери, говорит: «У тебя овцы есть? Есть! Давай трех ягнят – обменяем в соседней деревне на телочку. Через два года – с коровой будете!»
Спасибо, царствие теперь ему небесное! Ушел с ягнятами, вернулся с телочкой маленькой. Тарёнка её звали. Как мы на неё радовались! Он для нас была – как светлое будущее. А растили её – бегали к ней, со своего стола корочки и всякие очистки таскали. Любовались ею, холили, гладили – она, как кошка к нам ластилась. В 43-м огулялась, в 44-м отелилась, и мы – с молоком.
1943 год
В 43-м жизнь стала немножко улучшаться. Мы немножко подросли – стали матери помогать. Подросли – это мне восемь, младшим – шесть и четыре. Много работы было на личном огороде. 50 соток у нас было. Мы там сеяли рожь, просо, коноплю, сажали картошку, пололи огород, все делали.
Еще в 43 году мы увидели «студебеккеры». Две машины в наш колхоз прислали на уборочную – картошку возить.
Учеба и игры
У нас был сарай для хранения зерна. Всю войну он был пустой, и мы там с ребятней собирались – человек 15-20. И эвакуированные тоже. Играли там, озоровали. Сейчас дети в хоккей играют, а мы луночку выкопаем, и какую-нибудь банку консервную палками в эту лунку загоняем.
В школу пошел – дали один карандаш. Ни бумаги, ни тетради, ни книжки. Десять палочек для счета сам нарезал. Тяжелая учеба была. Мать раз где-то бумаги достала, помню. А так – на газетах писали. Торф сырой, топится плохо, - в варежках писали. Потом, когда стали чернилами писать – чернила замерзали в чернильнице. Непроливайки у нас были. Берёшь её в руку, зажмешь в кулаке, чтобы не замерзла, и пишешь.
Очень любил читать. К шестому классу прочел все книжки в школьной библиотеке, и во всей деревне – у кого были в доме книги, все прочитал.
Военнопленные и 44-й год
В 44-м году мимо Хуторовки газопровод копали «Саратов-Москва». Он до сих пор функционирует. Трубы клали 400 или 500 миллиметров. Работали там пленные прибалтийцы.
Уже взрослым я ездил-путешествовал, и побывал с экскурсиями в бывших концлагерях… В Кременчуге мы получали машины – КРАЗы. И там был мемориал - концлагерь, в котором погибли сто тысяч. Немцы не кормили. Не менее страшный - Саласпилс. Дети там погублены, взрослые… Двое воскресенских через него прошли – Тимофей Васильевич Кочуров – я с ним потом работал. И, говорят, что там же был Лев Аронович Дондыш. Они вернулись живыми. Но я видел стволы деревьев в Саласпилсе, снизу на уровне человеческого роста тоньше, чем вверху. Люди от голода грызли стволы деревьев.
А у нас недалеко от Хуторовки в 44-м году сделали лагерь военнопленных для строительства газопровода. Пригнали в него прибалтийцев. Они начали рыть траншеи, варить и укладывать трубы… Но их пускали гулять. Они приходили в деревню – меняли селедку из своих пайков на картошку и другие продукты. Просто просили покушать. Одного, помню, мама угостила пшенкой с тыквой. Он ещё спрашивал – с чем эта каша. Мама ему объясняла, что вот такая тыква у нас растет. Но дядя мой, и другие, кто вернулся с войны, ругали нас, что мы их кормим. Считали, что они не заслуживают жалости.
44 год – я уже большой, мне девять лет. Уже начал снопы возить. Поднять-то сноп я еще не могу. Мы запрягали лошадей, подъезжали к копне. Женщины нам снопы покладут – полторы копны, вроде бы, нам клали. Подвозим к скирду, здесь опять женщины вилами перекидывают на скирд.
А еще навоз вывозили с конного двора. Запрягаешь пару лошадей в большую тачку. На ней закреплен ящик-короб на оси. Ось – ниже центра тяжести. Женщины накладывают навоз – вывозим в поле. Там качнул короб, освободил путы фиксирующие. Короб поворачивается – навоз вывалился. Короб и пустой тяжелый – одному мальчишке не поднять. А то и вдвоем не поднимали. Возвращаемся – он по земле скребет. Такая работа была у мальчишек 9-10 лет.
Табак
Табаку очень много тогда сажали – табак нужен был. Отливали его, когда всходил – бочками возили воду. Только посадят – два раза в день надо поливать. Вырастет – собирали потом, сушили под потолком… Мать листву обирала, потом коренюшки резала, в ступе толкла. Через решето высевала пыль, перемешивала с мятой листвой, и мешка два-три этой махорки сдавала государству. И на станцию ходила – продавала стаканами. Махорку носила туда и семечки. А на Куйбышев санитарные поезда шли. Поезд останавливается, выходит медсестра, спрашивает: «Сколько в мешочке?» - «10 стаканов». Берет мешочек, уносит в вагон, там высыпает и возвращает мешочек и деньги – 100 рублей.
Сорок пятый и другие годы
45,46,47 годы – голод страшный. 46 год неурожайный. Картошка не уродилась. Хлеба тоже мало. Картошки нет – мать лебеду в хлеб подмешивала. Я раз наелся этой лебеды. Меня рвало этой зеленью… А отцу… мать снимала с потолка старые овечьи шкуры, опаливала их, резала мелко, как лапшу – там на коже ещё какие-то жирочки остаются – варила долго-долго в русской печке ему суп. И нам это не давала – только ему, потому что ему далеко ходить на работу. Но картошки все-таки немного было. И она нас спасала. В мундирчиках мать сварит – это второе. А воду, в которой эта картошка сварена – не выливает. Пару картофелин разомнет в ней, сметанки добавит – это супчик… Я до сих пор это люблю и иногда себе делаю.
Про одежду
Всю войну и после войны мы ходили в домотканой одежде. Растили коноплю, косили, трепали, сучили из неё нитки. Заносили в дом станок специальный, устанавливали на всю комнату. И ткали холстину - такая полоса ткани сантиметров 60 шириной. Из этого холста шили одежду. В ней и ходили. Купить готовую одежду было негде и не на что.
Осенью 45-го, помню, мать с отцом съездили в Моршанск, привезли мне обнову – резиновые сапоги. Взяли последнюю пару – оба на правую ногу. Такие, почему-то, остались в магазине, других не оказалось. Носил и радовался.
Без нытья и роптания!
И обязательно скажу – на протяжении всей войны, несмотря на голод, тяжелый труд, невероятно трудную жизнь, роптания у населения не было. Говорили только: «Когда этого фашиста убьют! Когда он там подохнет!» А жаловаться или обижаться на Советскую власть, на жизнь – такого не было. И воровства не было. Мать работала на току круглый год – за все время только раз пшеницы в кармане принесла – нам кашу сварить. Ну, тут не только сознательность, но и контроль. За килограмм зерна можно было получить три года. Сосед наш приехал с войны раненый – назначили бригадиром. Они втроем украли по шесть мешков – получили по семь лет.
Как уехал из деревни
А как я оказался в Воскресенске – кто-то из наших разнюхал про Воскресенское ремесленное училище. И с 1947 года наши ребята начали уезжать сюда. У нас в деревне ни надеть, ни обуть ничего нет. А они приезжают на каникулы в суконной форме, сатиновая рубашка голубенькая, в полуботиночках, рассказывают, как в городе в кино ходят!..
В 50-м году и я решил уехать в Воскресенск. Пришел к председателю колхоза за справкой, что отпускает. А он не дает! Но там оказался прежний председатель – Михаил Михайлович. Он этому говорит: «Твой сын уже закончил там ремесленное. Что же ты – своего отпустил, а этого не отпускаешь?»
Так в 1950 году я поступил в Воскресенское ремесленное училище.
А, как мы туда в лаптях приехали, как учился и работал потом в кислоте, как ушел в армию и служил под Ленинградом и что там узнал про бои и про блокаду, как работал всю жизнь шофёром – потом расскажу.
|
|
5269
The English Menu
(Рассказ забавный и... в чём-то даже немного трогательный. Один совет: если ваш English хуже, чем Русский автора - даже не начинайте читать: вам не понравится)
2003 год. Садовая улица, 94/23.
Я делаю глубокий вздох и захожу в МуМу, мой первый русский ресторан... У меня уже два года обучения русскому, это будет простой и приятный опыт!
«Страстьвуйче» говорю я робко официантке
«Здравствуйте…» официантка отвечает недоверчиво
«Стол на... для... одного. . . Надля стол мне пожал. . . Надо стол! Есть он?»
«Стол есть… Вам Английский меню, наверное?»
Ouch. Как мне морально тяжело слышать эти слова. Два года обучения, а говорить не умею. О горе мне, о горе мне! Как же так, что за…? Я же это самое, блин…
«Да. Спасибо» отвечаю я робче.
Получаю английское меню и вместе с ним подтверждение, что я лох. И это только начало трагедокомедии…
«Вы будете один?»
«Один меню, да»
«Нет… Вас ожидают?»
«Ааа, нъйэтъ»
«Хорошо, раздевайтесь»
«ээээ, что, простите?» (это что, ресторан нудистов??)
«Верхнюю одежду снимите, пожалуйста»
«Ааа, дъа, hорошо»
Она подводит меня к столу и уходит. Я открываю английское меню. То, что оно “английское” не очень помогает. Это не так плохо как в Тайских меню, которые могут предложить «Бомба гребешок служил майонезом» или невинно-звучащий «райский гриль», который, как выясняется состоит из куриных щупальцев и рыбьих ног. Английские меню в России далеко не так плохи. Но они не всегда очень helpful, особенно когда нет описания блюд.
Я читаю меню:
ЗАКУСКИ
Vitaminnii salad (Тут наверное много разных овощей, думаю я)
Appetitnii salad (А другие не аппетитные?)
Olivier salad (О, французская кухня!)
Salted pig’s lard with black bread and raw garlic (All of this sounds… so wrong…)
Rassolnik (Убийца из “Преступление и Наказание”??)
Schi (Ooh, I know this one!)
ГАРНИР
Barley porridge with onion (Porridge is for breakfast! And no onions!)
Buckwheat porridge (“buckwheat” looks like a real word, but…)
Potato in the Moscow style (Moscow style, yeee boi!)
ВТОРОЕ
Chicken cutlets (what on earth is a “cutlet”? It looks like a real word too, but…)
Herring in a fur coat (Unknown Software Exception 0x40000015, logic path not found)
Holodets (Попробую, наверное)
Sucking pig with horseradish (In Soviet Russia, pig suck you…)
Fish baked in the Moscow style (No food in the Petersburg style?)
ДЕСЕРТ
Potato (dafuq… rly?)
Ice cream in the ass. 2 balls. (ошибка или стёб века…? Неизвестно.)
Первое время в России, я не знал как привлечь внимание официанток. Они редко слышали мои тихие «исвиниче пжалста». Когда мне потом сказали, что надо смело возгласить «Девушка! Подойдите пожалуйста!», я не поверил. Я не мог себе представить, что я буду кричать “Girl! Come here, please! Girl!” I mean, Что за сексизм?? Я реально отказывался это делать еще лет 5.
Итак, я заказал щи, холодец и пиво. Щи я ел, пиво я пил, холодец я отодвинул на край стола. После обеда я решил заказать еще пиво.
«Исвиниче…»
…
«Исвиниче…»
…
«Исвиничеее…»
«Да, молодой человек?» (при чем тут мой возраст??)
«Можно еще?» я показал на пустой бокал
«Повторить?»
«Ок. Можно еще?»
«Нет... Повторить пиво?»
«"Пиво"» повторил я послушно
Она смотрела на меня со сочувствием. Бедный, дурной иностранец.
17 лет спустя мне все-еще предлагают английское меню в ресторанах… Хуже чем ««Вам английское меню?» только “Do you want the English menu?” то есть «Ваш русский настолько плох, что я буду с Вами говорить на английском». О горе мне-е-е! Но я конечно отвечаю “oh, yes, thank you very much!”. Слишком уж невыносимы их поднятые в недоумении брови и сомневающиеся глаза, которые передают мне «Но Вы же так умрете от голода».
So I say “thank you”. So very fckng much >:/
Я понимаю, что когда мне предлагают английский меню, они хотят помочь и облегчить тяжелую задачу для явно страдающего иностранца. Но для меня “Do you want the English menu?” является доказательством, что я плохой студент. Тупой. Недоуч. I wanna be доуч so badly!
В 1999 я купил себе книжку с оптимистическим названием “Russian in 6 Months” и с тех пор я каждый день лежу в обнимку с русским языком. Я потратил столько времени на уроки в университете, домашку, экзамены, Евгения Онегина, Смешариков и Комсомольскую Правду! Вложение огромно, я приложил свои лучшие усилия. Это моя главная компетенция. Моя фишка. Если меня решили измерить, чтобы узнать достойный ли я, стою ли я своего ежедневного кислорода, то это бы делали по моим достижениям в изучении великого и могучего. Получается я далеко ни велик ни могуч.
Мои пробелы в русском сильно влияют на мою самооценку. Это началось на уроках русского в желтеющих классах филфака. В группе была мощная конкуренция между студентами. Ошибки других – сладкая победа, а мои собственные ошибки – сокрушительное поражение. Одноклассники были соперниками, оппонентами, противниками в Zero-Sum Game. There can be only one!!! С тех пор я болезненно переживаю свои ошибки.
Еще и глубокая нужда радовать родителей, прислать домой хорошие оценки, доказать маме, что родить меня стоило того, что папа не зря вставал в 4:30 утра каждый день без выходных, чтобы доить коров и заработать 4-м детям еду и одежду. Как же мне им признаться «У меня есть сложности с элементарными задачами»? Воображаю сцену, где моя мама, узнав горькую правду о своем сыне плачет, а рядом сидит жена моего дяди и с ухмылкой говорит “Ну и ну, я же сказала, что он избалованный и ленивый, Джудит" наслаждаясь пятым бокалом красного и своим моральным превосходством. Мама плачет в Англии. А я в России в ресторане МуМу тоже хочу разрыдаться. Just pls... Pls give me the Russian menu. I want to know what «достоинство» feels like…
|
|
5270
Про врачей и рвачей.
В начале нулевых у меня обнаружили рак. Причем как обнаружили, обычный районный хирург, к которому я пошла с жалобой на боль в спине, тут же отправил меня в остроумовскую больницу в Сокольниках. Там в приемном покое отправили на рентген, тут же сделали все анализы и положили в отделение женской онкологии. Цито. Через день, зав. отделением, суровая пожилая немногословная армянка сделала мне операцию. Перед операцией она стала расспрашивать как я дошла до жизни такой. Опухоль 4 см это реально гигантская опухоль, ее невозможно не заметить. Я и говорю, что долгое время наблюдаюсь у маммолога одной пафосной клиники пафосного управления очень пафосной структуры. За деньги. Дорого. То что есть проблемы с опухолью и метастазами в лимфоузлы он не мог не видеть. Но деньги ему были дороже. Поэтому он и кормил сказками про обычное воспаление. Мразь, сказала армянка и еще что-то длинно по армянски. То, что я пишу здесь и сейчас, это памятник той женщине хирургу. Вместе со мной попали к ней еще три женщины. Мы сейчас подруги. Все живы. И мы не утверждали протоколы лечения, не стояли в очередях за квотой, у нас не вымогали ни рубля денег. Нас просто вылечили. Цито. Ужасная система. Модернизировали.
Сейчас с таким же диагнозом попадает к врачам коллега. Плохо, говорят ей, дело. Опухоль аж 1 см. Оперировать надо, миллион без квоты, но квоты пока нет. Записывайтесь там-то и там-то. Придется подождать. Ну а пока, согласно утвержденным протоколам лечения, мы вас должны прохимичить и прорадиолоджить. Заодно сделать десяток другой анализов. Вы уж извините, но даже при вашем диагнозе - все платно и у нас как ведущей организации в стране - все очень дорого. Сколько, ну например один сеанс томографии рентгеновской как две ваших пенсии месячных. Плюс то это и за это. Жить то хочется. Пришлось платить. Тут подошла квота и можно ложиться под нож хирурга. Щазз. Вы еще раз заплатите сотенку за анализы перед операцией. Их нет в квоте, а по протоколу они обязательны. Платно. Се ля ви. Сделали операцию. И если хирург в остроумовской больнице с неправильной медициной выпускал пациентов без осложнений, то ныне в правильной медицине, все как один выходят с осложнениями - то парализует, то отказывают органы, то еще какая гадость. А согласно протоколу несчастных еще и шарашат излучением и не точечно, а целиком. Удалили опухоль называется. И это лучшие в стране.
Скажете, чему удивляться, если медицина отныне - это сфера обслуживания. Сколько заплатили, на эту сумму и принес вам официант сиречь врач, товара. Сфера эта должна зарабатывать. И они зарабатывают как могут. Другому коллеге (мужчине), для подтверждения сурового диагноза врачами Израиля, потребовались операционные срезы тканей, биопсии. Ему по просьбе, выраженной в десятках тысяч рублей, их выдали. Как вывозились пробирки - это отдельная история. Весьма страшная, ибо пришлось съесть часть тканей по требованию бдительных пограничников. Самое грустное в том, что привезенные ткани оказались частью чужими. Женскими. Тупо продали мужчине чужие, женские, куски плоти. Для диагноза. Надеялись, что в других странах нет обязательного днк анализа. А то, что лечили бы совсем не то и не от того - наплевать. Так как очень денег хотелось.
Уверена, что многие из вас расскажут об аналогичных "успехах" реформы медицины. Но как не хватает мне тех волшебных армянских фраз и рук врачей женского отделения больницы №33, которые спасли нас тогда от страшной болезни. Как бы они помогли тем несчастным, которые попали сейчас под каток протоколов и финансовых программ нынешней медицины. Всем здоровья!
|
|
5272
Прочитал дискуссионную статью про обувь. Один ищет, другие советуют. И вспомнилась мне одна история.
Когда весь Дальний Восток заполонили быушные «япошки», а среднюю полосу России быушки с Запада, то на Урале начались столкновения интересов. Не минула чаша сия и меня, как приверженца Тойоты и другана с его Вольво. Споры были жаркие и вдруг...
В общем увидели мы одного мужичка, прямо до мозга костей — автомеханика. Кто лучше чем он, понимает толк в машинах? К нему и ломанулись, отталкивая и перебивая друг друга. Он слушал нашу сбивчивую речь, уворачивался от плевков которыми мы пользовались как аргументами и долго не понимал чего же мы хотим.
-Пацаны, что выяснить то хотите? - поняв, что дискуссия не имеет начала, а тем более конца, прервал он нас.
-Вы же спец, вон к вам сколько людей машины на ремонт гоняют. Скажите, по вашему опыту, лучше Тойота или Вольво? - ухватив его за грудки и отпихнув оппонента, поинтересовался я.
-Тойота или Вольво? - опасливо косясь на другана и видимо просчитывая куда вцепится он, если не дай бог сейчас ошибиться, - по мне так ГАЗ — 21!
-Ну почему?! - опешили мы.
-Да потому что у меня такая! А что вы собственно имеете против?! Вы не согласны что ли?!! - как то просветлев лицом и взяв с верстака монтировку потяжелее, поинтересовался он.
|
|
5274
История о коте
Уважаемые рукэтовцы, я к вам за советом.
Есть кот. В коте десять килограммов.
Есть кровать. У кровати высокая мягкая спинка шириной 10-15 сантиметров.
И есть хозяева кота, которые спят на этой кровати.
Ночью кот запрыгивает на спинку кровати и ходит по ней. У кота ночной променад. Но поскольку кот в прошлой жизни был коровой и некоторые особенности перенес в нынешнюю инкарнацию, на четвертой-пятой ходке он теряет равновесие и шмякается вниз.
Если мне везет, кот падает рядом. Если не везет, на мою голову приземляются десять килограммов кота, причем почему-то всегда задницей.
Вопрос: как отучить кота от этой привычки?
Были перепробованы: липкие ленты, разложенные на спинке кровати. (В итоге полночи отдирали их от ополоумевшего кота, чуть без скальпа его не оставили). нелюбимый котом аромат иланг-иланга. (Кот наплевал на то, что аромат у него нелюбимый). мандариновая кожура в больших количествах (Кот брезгливо посшибал шкурки мне на голову, в процессе упал за ними сам).
Что еще можно сделать? С брызгалкой под подушкой я уже спала. Кот удирает, затем возвращается.
Два дня назад я запостила в сообществе крик души.
Получила много отзывов. Два пошли в дело сразу же.
Как обещала, отчитываюсь.
Я люблю простые и легко реализуемые идеи. Поэтому предложения прибить полочку к кровати, к коту, к своей голове, чтобы ему было удобно на нее падать, были отложены на потом.
Для начала я взяла у ребенка шесть воздушных шариков, надула и зажала пимпочками между стеной и кроватью. Получилось очень красиво. Мы с мужем полюбовались на них и легли спать.
В середине ночи грохнул выстрел. Спросонья я решила, что муж застрелил кота (хотя единственное оружие в нашем доме это водяной пистолет).
Когда включили свет, кот сидел на полу в окружении ошметков синего шарика и недовольно щурился. Ему дали пинка, сдвинули шарики и снова легли спать. Это была наша стратегическая ошибка, доказывающая, как мало мы знаем о котах.
Второй и третий шарики он взорвал минут через двадцать и ускакал, издевательски хохоча. Муж настойчиво попросил меня все убрать и закончить на сегодня с экспериментами. Пока я прятала шарики в шкаф, кот подкрался к самому большому и стукнул по нему лапой.
В чистом итоге: минус четыре шарика, минус два часа сна, минус восемь метров нервных волокон на двоих взрослых. Плюс развлечение коту.
Тогда в дело пошел запасной вариант. Вся спинка кровати была проложена фольгой в несколько слоев, чтобы шуршало громче. Я заверила мужа, что теперь он может спать спокойно: на фольгу кот точно не сунется побоится.
В общем, почти так и случилось. Кот пришел через пару часов, когда мы заснули. Прыгнул со шкафа на фольгу. Фольга зашуршала, кот страшно перепугался, взвился в воздух и упал на мужа.
В чистом итоге: минус десять метров фольги, минус сорок капель пустырника на двоих взрослых. Плюс развлечение коту.
ru-cаts. livеjournаl. com/19428775. html
Ита
|
|
5275
История о врачах, людях и их отношении к своему и чужому здоровью.
В одной инновационной области, в одном очень научном городе, жила-была доктор. Работала она в больнице, которая, вообще говоря, ведомственная, но за отсутствием другой, обслуживала и все остальное население города, а также соседних районов, где больницы были скорее в сказочной статистике, чем в реальности. Так вот заподозрила эта доктор у одной пациентки рак груди и отправила ее на обследование. Результаты пришли нехорошие, но более или менее поправимые. Только вот пациентка не спешила за ними обращаться. Время в таких случаях очень дорого. Телефон, указанный в карте, не работал. Пошла доктор по домашнему адресу. А квартира сдана иностранным специалистам высокой квалификации из солнечных стран. Не знаема, - говорят, - как хозяйка звонить. Как деньги передавали сами не понимаешь, поэтому и сообщение передать никакое не получается тоже. Хозяйка ведь одинокая - помрет и платить не надо будет никому за квартиру. Доктор не зря столько с людьми общается, чтоб разобраться в обстановке. Пришла попозже, да измерила окно зачем-то, квартира на первом этаже была. А потом опять пришла, уже с мужем, инструментами, стеклами и кирпичом. Да и кинула камушек в окно. Конечно, крики, звонки... Хозяйка откуда-то нарисовалась, мотивацией докторской совсем не впечатлилась и вызвала полицию. Муж вставил стекло, полиция составила протокол за хулиганку. А что стало с пациенткой, я не знаю. Конец.
|
|
5276
Любите ли вы чувашский театр? Будучи московскими студентами в далёкие советские годы, мы в театр ходили часто. Блата у нас не было, денег на спекулянтов тоже, время и желание дежурить ночами у касс также отсутствовали, поэтому билеты мы покупали исключительно в театральных киосках. Хорошие билеты прикреплялись к лобовому стеклу киоска, чтобы их сразу было видно. Что такое «хорошие» билеты? Конечно, «Таганки», «Современника» и вообще любых модных и крутых спектаклей там не бывало, по крайней мере, на стекло их не прикрепляли и спрашивать было бесполезно. «Хороший» — значит в спектакле участвуют известные и популярные артисты, список прилагался. Сам спектакль при этом мог быть полной фигнёй, например, в театре Вахтангова мы смотрели «увлекательный» спектакль про завод, где перипетии сюжета крутились вокруг выполнения плана и ремонта табло на заводском стадионе. Но при этом директора завода играл Михаил Ульянов, а главного инженера — Владимир Этуш! Это был тот случай, когда талантливые люди играют телефонный справочник. Отдельно стоял МХАТ: спектакли мощные, классика, но задействованы четыре состава, а играет обычно пятый. То есть берёшь программку, напротив каждого персонажа — четыре артиста, внизу ручкой приписан пятый, он и играет.
Но вот ведь штука: «хорошие» билеты продавали не просто так: к ним полагалась нагрузка, то есть билеты, которые никто не хотел покупать. Большинство людей «нагрузку» просто выкидывало (билеты стоили копейки), но мы ходили на всё. Вот так мы и посмотрели спектакль чувашского театра! Комментаторы на этом сайте обычно язвительно реагируют на пересказы книг и фильмов, но, уверяю вас, это особый случай: никто из вас этот спектакль не видел и не увидит никогда. Кстати, не понимаю, как эти билеты попали в «нагрузку» — зал был битком! Спектакль шёл на чувашском языке, но кроме нас наушники с переводом никто не взял. В программке было написано, что автор пьесы — молодой зоотехник! Действие пьесы проходило в селе и главным героем в спектакле был… да, угадали, молодой зоотехник! У зоотехника была девушка, которая ему нравилась, да вот беда! Девушка не разделяла традиционные чувашские ценности, носила мини-юбку, ходила на танцы, и, что хуже всего, не скрывала желания переехать в город! Это огорчало зоотехника, чем пыталась воспользоваться подруга его девушки. Та полностью разделяла чувашские традиционные ценности, носила телогрейку, работала на ферме, но считать её положительным персонажем нельзя, потому что стремление увести парня у подруги не вполне соответствовало традиционным ценностям. Трудности героя усугубляло ещё и то, что телята, которых он кормил изобретённой им добавкой, плохо набирали вес!
К счастью, все остальные персонажи пьесы в полной мере разделяли традиционные чувашские ценности, они помогли телятам потолстеть, а девушке героя осуществить свою самоидентификацию, после чего она переоделась в телогрейку и пошла ухаживать за телятами, что сразу устранило разлад в отношениях с главным героем. Подруга, поняв, что ей не светит, поехала строить Байкало-Амурскую магистраль, что тоже надо считать хорошим итогом, таким образом, хэппи енд был абсолютным. В пьесе были шутки, в основном касающиеся разведения телят. Зал реагировал на шутки заливистым смехом и аплодисментами. Когда спектакль закончился, зрители рванули на сцену, развернули баннеры с какими-то лозунгами, и предались ликованию!
Поверьте, нам даже стало немного грустно чувствовать себя чужими на этом празднике.
|
|
5277
Прогуливаясь набережной Темзы, Бернс увидел как один богач упал в воду. Какой-то бедняк, рискуя жизнью, спас его, а в награду получил лишь медную монету. Собравшиеся на берегу люди были возмущены неблагодарностью богача и хотели снова бросить его в воду. Но тут вмешался Бернс:
- Оставьте его. Он лучше знает себе цену.
|
|
5278
Ох уж эти встречи одноклассников.
Нас к десятому классу совсем немного осталось, хотя тогда мы еще даже не умирали. После восьмого половина разбежалась по фазанкам и техникумам – всего двенадцать девчонок и четверо пацанов. Класс был дружный, особенно дружили девки. У каждого из пацанов были собственные интересы и друзья. После уроков мы с пацанами - одноклассниками пересекались только для того, чтобы иногда поиграть в футбол, в азартные игры, типа трясучки, клопа и чики (прости меня Господи), да послушать музыку у кого-нибудь на хате. А вот девчонки уже с класса восьмого устраивали по праздникам алкоквартирники, пока их родителей не было дома, и нас тянули за собой. Я был пару раз на этих вечеринках, но мне не понравилось. Все как сестры. Той, с которой мне хотелось очень медленно потанцевать за пыльной занавеской, там не было, а прибухивать, и обжиматься с другими сестрами, не было никакого желания. Так и после окончания школы. Был однажды на встрече выпускников, уже состоявшимся загранморяком. Школа, темные коридоры, вечер и накрытые бухлом и закусками парты. А тут еще гимнастка-одноклассница Аня. Мы как только уединились с ней в темном соседнем кабинете чтобы покурить, я и моргнуть не успел, как она из положения «стоя» мне ногу на плечо закинула, растяжка хуле, и прокуренным голосом, с перегаром в ухо, пыталась возбудить – насилу отбился. Давно это было. Кое с кем из них мы, бывает, случайно встречаемся, поулыбаемся чуть, и разбегаемся, поделившись последними новостями. Вот так и Бубона (с ударением на первом слоге) недавно встретил. Здорово – здорово! (на втором))
Он мне:
- В курсе, Елку похоронили? – Елка, это наш одноклассник, который ушел в фазанку после восьмого.
- Нихуя себе! – Отвечаю. – А что случилось?
БубОн, который уж лет тридцать как, уже и не Бубон вовсе, а уважаемый учитель истории в средней школе, понизил голос и заулыбался:
- У нас же встреча выпускников недавно была, на семидесятилетие школы, ну мы и собрались. – Он бегло перечислил присутствовавших на встрече: - Елка пришел, и Ирка,- он назвал фамилию, приехала. Помнишь ее? Я ее помню?! Еще бы! Мы с Елкой и Иркой выросли в одном дворе, а с Елкой вообще в одном бараке через стенку. С Елкой нас без конца стравливали взрослые пацаны, и ржали, наблюдая за тем, как Елка душил меня в дворовой пыли. Елка был старше меня на два года и на полторы головы длиннее, а от того, что у него вдобавок были длинные как у гиббона руки, с фингалами чаще ходил я.
А Ирка… Это была моя первая осознанная любовь. Однажды, играя в «шпионов», так назывались по-нашему казаки-разбойники, мы с ней забились в чей-то дровяник и поцеловались. Ирка сразу начала целоваться с языком, я этой техники раньше не знал. Я никакой техники не знал, кроме как в щечку или в лобик от мамы. Язык у Ирки был чуть солоноватый и прохладный, наверно от того что набегалась с открытой пастью, но мне понравилось. За Ирку я даже однажды получил ударом ребром ладони по шее в хлебной очереди от переростка Пети, от чего мог наконец испытать чувство прострации, но не испытал, потому что не знал такого слова, и на несколько мгновений впал в дневную сонливость. Вскоре я к Ирке любовью остыл, потому что влюбился в Маринку, за любовь к которой меня тоже пытался отпиздить, но уже Виталя. Я продолжу отвлекаться)
Пашка, еще один одноклассник с нашего двора, рассказал мне позже, что и он целовался с Иркой и даже его старший брат Слава. Заодно бонусом, но со слов своего старшего брата, Паха поведал мне как устроена женская пися. Показывал он это указательным пальцем. - Вот так, говорил он, тыкая пальцем параллельно линии горизонта, ты свой хуй в ее писю не засунешь, потом менял направление пальца на снизу-вверх, и пояснял как правильно. Я к тому времени уже немножко томился от перманентного стояка, и был бы не прочь попробовать его куда-то приспособить, но в книжках детали не поясняли, а Паша ничего более утилитарного поведать не смог. Еще я пытался представить в каком положении должна оказаться Ирка относительно линии горизонта и Пахиной стратегии указательного пальца, крутил ее в уме туда-сюда окончательно запутываясь, и переносил опыты на потом.
- И че? – Это я спросил у Бубона уже в настоящем времени, если кто забыл. Бубон, продолжая улыбаться, чуть наклонился ко мне и осторожно, словно туберкулезник, боящийся случайно выплюнуть легкие, прокашлялся. А он даже не курит.
- Мы с Елкой раскручивали ее на это … втроем. – Наклонившись улыбкой ко мне еще ближе, и одновременно озираясь по сторонам, сообщил мне Бубон.
- Нихуя себе вы клоуны, бабушку в два ствола?!
- Прикинь, она уже повелась!
Ну еще бы, подумал я, в «два ствола» Ирке от одноклассников самое то, чтобы не зазря получилось, издалека приехать. Не киселя же хлебать на встрече выпускников в конце то концов.
А Бубон, продолжая покашливать, и оглядываясь по сторонам, поведал мне что было дальше:
- Елка все испортил, они с Иркой вдвоем свалили к нему на дачу, а кто-то из баб одноклассниц стуканул его жене. Ты знаешь его жену?
Я отрицательно помотал головой.
-Это пиздец! – Сказал Бубон. – Им там секса точно мало не показалось. – Снова хихикнул Бубон.
- Так Елка от чего помер то? – Перебил его я.
- Переживал он сильно. Целую неделю. А потом инфаркт.
- Пока, Толя,- сказал я пожимая Бубону на прощанье руку: - Меня и в следующий раз не ждите.
- Пока, - улыбнулся Бубон.
|
|
5283
Коты городские и коты деревенские – это, как говорится, две большие разницы. Сейчас я, с удивлением, наблюдаю кошачьи корма в деревенских магазинах. Лет двадцать назад о таком и подумать стыдно было. Коты в деревне были нужны, чтобы ловить мышей. За котятами от кошки-крысолова всегда очередь стояла. Сколько котов было в стае во дворе никто точно не знал – ну бегают и бегают. Утром и вечером, после дойки коров, наливали им молока вдоволь – ну там и щенки, и ёжики сбегались – хрен их разберёшь где кто. Зимой жили в сарае – питались вместе со свиньями. Ну и популяцию крыс и мышей сводили до минимума. Главной в стае была самая старая кошка – мать, бабка, тётка и вообще не пойми кто всем остальным членам прайда. Только её иногда пускали на кухню, вернее не гнали, если уж прошмыгнёт. Котят, частенько, выкармливали все вместе. Рожала кошка в укромном месте и на второй месяц приводила котят показывать – сначала своим, потом приходили все вместе звать хозяев – дескать, посмотрите, каких красавцев привели. Котята были дикие – в руки не давались, да и, вообще, кошки эти особо ласковыми не были. Массаж лапками уж точно не делали. Но хозяев признавали и обращались к нам за помощью. Как–то прибежала старшая – зовёт куда-то - пошли посмотреть, а там молодая совсем ещё разродиться не может – ну помогли, мать ветеринаром была. Частенько приходили, когда у них позвонок рыбий на зубы надевался – просили снять. Ну и нас защищали по мере своих сил. Я как-то наблюдал, как две кошки змею убивали. Змеи они в каждом дворе есть, у них тоже своя территория. Мы разбирали старый сарай и из-под половицы выскочила гадюка шахматная – живут такие на юге России. Это единственная ядовитая змея у нас. Ну как ядовитая, меня такая кусала однажды. Я ловил рыбу, свесив ноги в воду, ну она меня за пятку и цапнула, видимо пятку за лягушку приняла. Потемпературил дня три да и прошло всё. Кстати, не верьте тем, кто говорит, что змеи в воде не кусаются – ещё как кусаются. Так вот, не успела эта змея и на пять метров уползти – тут две кошки старшая и еще одна. Заняли позиции по разные стороны змеи и начали её убивать. Сначала та кошка, которая оказывалась сзади змеи наносила ей молниеносный удар лапой по голове, змея, развернувшись, делала выпад в её сторону, пытаясь укусить – та подпрыгивала метра на полтора вверх, уходя от атаки, и, в это время змея получала удар от другой кошки. Так и били они её по очереди, пока она и не сдохла.
Коты на второй–третий год жизни, заматерев, по весне уходили из дома, иногда возвращались, но чаще нет. Кошки, почувствовав приближение кончины тихо куда-то уходили и ни разу трупов я не видел. И только старшая всегда приходила попрощаться. Потрётся об ноги, посмотрит в глаза и уходит.
|
|
5284
ххх: Вот раньше например не надо было искать жену, родители договорились кто с кем жениться и хорошо, ладно. А теперь что, все ищут чтоб интересы одинаковые были, а если например у неё интерес в том чтобы утром на работу кассиром идти и думать о том что она заслуживает лучшего, а у меня, в том чтобы пьяным на ютубе комментарии под видео оставлять, что у людей мнение не прпвильное. Вот как семью делать?
|
|
5285
С женского сообщества
в нашем колхозе был случай, Купили мы эту хрень необыкновенной красоты-фиолетового полупрозрачного цвета, с музыкой! цветомузыкой! железными шарами внутри и на присоске. Не знаю, за какие ролики у нас тогда зашли шарики-вместе купились на демонические пляски синего жуя. Он не ровно дрожал, а этими шарами так извивался.
Приперли домой, Пользоваться по назначению оказалось вообще невозможно. Он был жесткий хрен знает какой, ну и пел истошно и сверкал в ночи.
Т/е дискотеку под одеялом я еще могла снести, но в своем сокровенном вот это все-нет. :ак на кол посаженная, да со свистом и плясками.
Выселили.
И ребенок, как положено, случайно нашел, включил, охренел от позитива и с музыкой прямо и принес нам за семейный обеденный стол, когда у нас гости какие-то были.
Типа-что я нашла! Можно я себе такую штучку с музыкой возьму!!
Отодрали и отправили штучку восвояси. В помойку.
А ребенок долго еще подминала -мам, а где такая палочка с музыкой и песенкой? Впечатлила.
|
|
5286
Встретились два старых еврея. Один рассказывает дугому: я тут познакомился с молоденькой телеграфисткой, пригласил ее в кино, потом сходили в ресторан, а потом пошли ко мне и у нас с ней все было аж
5 раз.
Ты мне веришь?
верю, верю: и что в ресторане были и в кино и что у вас все было аж пять раз. Только не верю, что она телеграфистка.
почему?
Потому, что когда у тебя последний раз стоял, телеграф еще не изобрели... . .
|
|
5287
Тут недавно в процессе нейрохирургической операции скрипачка играла на скрипке, чтобы доктора были уверены, что не заденут при операции участки мозга, которые отвечают за движения рук, музыкальную память, и т.п.
Даже страшно подумать, как по такой же методике должны проводить операции на мозге токарям или водителям маршруток...
|
|
5288
Поросенок Спортсмен
Есть такое понятие в армии - наряд. Наряды, как говорится, бывают разные. Самым нелюбимым у нас был наряд на кухню. Он состоял из разных видов деятельности, например - дискотеки – мытья посуды ... что-то еще там было, не помню. Но самым нелюбимым местом в наряде по кухне был свинарник. Учитывая репутацию свиней, сами понимаете почему. Попадали туда обычно по залету (в чем я довольно скоро убедился). Но поскольку служили мы недавно и отличиться особо не успели, то первый раз я оказался там, можно сказать, случайно, волею Провидения. Видимо, именно оно указало нашему старшине прапорщику Худолею (в простонародье – Худо-бедно-но-лей) ткнуть три раза пальцем в список нашего взвода и одним из этих трех счастливцев, естественно, оказался я.
Я родился и вырос в Киеве. Свиней в глаза не видел. В селе как-то был проездом у прабабушки и прадедушки, но с ними, свиньями то есть, как-то не пересекался.
Одним словом, мои представления о них, т.е. свиньях, были довольно размытыми и основывались, главным образом, на фильме «Веселые ребята», где те появлялись на столе в роли закуски. В общем, маленькие такие розовенькие поросята.
Как потом показала жизнь - все было сложнее.
В общем, после развода, в подменке и телогрейках мы не торопясь отправились на свинарник, который находился в нескольких километрах от основного места базирования части.
Минут через двадцать мы были на месте. Свинарник делился на две части – зимнюю крытую и летнюю, открытый загон величиной с футбольное поле, огороженный колючей проволокой.
Поскольку было то ли позднее лето то ли ранняя осень именно здесь нам предстояло нести свою службу.
В загоне находилось сотни полторы свиней. Хотя то что я увидел сложно было назвать свиньями – здоровенные угрюмые, немытые, небритые, готовые на все твари, состоявшие сплошь из костей и мышц, больше похожие на огромным волков.
Я помнил сказку про трех поросят, но это был другой случай. Если б волк встретился с такими ребятами то в избушке пришлось бы прятаться ему. Возможно это была особая порода армейских свиней.
Мы приняли наряд, т.е. пересчитали свиней - для этого согнали их за загородку, которой пополам был перегорожен загон, оставили небольшой проем и по одной прогнали через него. Свиней оказалось где-то 148-150 не помню. Нас сразу предупредили, если сбежит хоть одна платить нам придется из своего кармана. А если учесть, что даже не самая большая свинья завешивала где-то за 100, а килограмм стоил 2-3 рубля, то вылетала хорошая зарплата моего отца. Чего не хотелось.
Довольные (все свиньи оказались на месте) ребята, сдавшие наряд пожелали нам хорошей службы и отправились к себе в подразделение. Ну а мы приступили к несению так сказать ...
Мои напарники отправились на телеге в столовую за отходами - кормежкой для свиней, а я остался охранять наших подопечных – улегся на мешки с тырсой, расположенные около входа в загон и стал любоваться постепенно темневшим и становившимся звездным небом.
Так медитируя, незаметно для себя я заснул. Проснулся я от того что меня как-будто кто-то толкнул. Я раскрыл глаза и не знаю даже почему повернул голову налево, к загону.
На меня с насмешкой смотрели хитрые почти человечьи глаза хорошо сдобренные умом и чувством юмора. Свинья, точнее небольшой поросенок был метрах в 5 от меня, причем одна половина его (передняя) была уже с этой стороны колючей проволоки, а вторая (соответственно задняя) еще там в загоне (я кстати потом искал дырку где он вылез, так и не нашел). Мы замерли глядя друг на друга. В моей голове быстро пронеслась калькуляция - на круг выходило не меньше 200 руб. Мне это не понравилось.
Дуэль взглядов со стороны напоминавшая наверное американские вестерны продолжалась недолго, секунды 2-3 не больше, хотя они мне показались вечностью. Стимулируемый суммой, полученной в результате калькуляции, я из положения лежа рванул к потенциальному беглецу. Тот сделав едва заметное движение задней частью, не знаю как оказался уже целиком с этой стороны загона ...
Я никогда не думал что свиньи так бегают
Собаки отдыхают
Когда я поворачивал за угол загона он уже был у противоположного. Я выкладывался как мог, но оценив резвость своего визави, сразу понял бесперспективность этого занятия. Как говорится, догнать Савранского ... Это утопия ... Тем не менее мы продолжали забег Причем выглядело это интересно Опередив меня метров на 50 этот стервец останавливался оглядывался, поджидал меня и когда между нами оставалось метров 10 снова срывался и уносился вперед. Проделав такую процедуру раза 2-3 и прогнав меня вокруг всего загона он неторопливо засеменил в соседний лесок, отделявший нас от полигона, где находились радиостанции.
Я уныло направился к мешкам с тырсой. Метров через 50 я заметил выходившего из леска парня, судя по внешнему виду – старослужащего, манерой двигаться и повадками напомнивший мне позже (когда я прочитал книгу) Таманцева из «В августе 44-го».
- Ой ты, добрый молодец, чего закручинился Буйну головушку то повесил ... ? – насмешливо (правда по доброму) обратился он ко мне когда мы пересеклись.
- Свинья сбежала, - коротко, без обиняков сообщил я и с чувством добавил ...- Сволочь!
Он явно заинтересовался
- Это какая ? Небольшой такой поросенок ?
- Да
- Прогнал тебя вокруг всего загона, а потом в лес убежал ?
Мои брови удивленно полезли вверх - уж очень точно был описан процесс ...
- Не переживай, он так каждый день наряд гоняет. Кликуха у него Спортсмен. Придет время ужина - заявится.
Я несколько приободренный, поблагодарил доброго человека (видимо, это был Посланец Господень в облике доброго дембеля) и направился к месту своего базирования - выходу из загона, где были мешки с тырсой. Улегся и стал медитировать в звездное небо.
Через некоторое время прибыли напарники на телеге с отходами из столовой – едой для свиней. Вылили мы все это в специально предназначенную ванну и стали готовится к раздаче пищи, в том числе и морально ...
Как вы понимаете войти в загон со 150 голодными зверюгами, которые, как я уже говорил, больше похожи были на волков чем на милых хрюшек, это был тот еще смертельный аттракцион. Технологию мы переняли от предшественников и состояла она в следующем:
Один с здоровенным дубцом заходил первым и отгонял свиней от корыта потом остальные в темпе вальса кабанчиками, пританцовывая, залетали с вываркой, выливали ее содержимое в корыто и так же быстро в темпе вальса, пританцовывая, удалялись. Это в идеале ... А там как получится. Первый естественно с дубцом прикрывал отход.
Я взял на себя самую опасную и ответственную часть работы – взял дубец и смело направился в загон. Свиньи паслись в некотором отдалении (поскольку еды в корытах не было то и делать там им было нечего). Заняв в позе бейсболиста позицию между ними и корытами, я напряг и расслабил мышцы – проверил правильно ли они меня слушаются и дал знак ребятам.
Те пулей залетели в загон и вылили содержимое выварки в ближайшее корыто.
Выскочить из загона сами они не успели ...
Я, дико орущий и яростно размахивающий дубцом, несколько приостановил (почти как немцев на Украине в 41-м) движение стада, но полностью остановить его я не сумел.
Нас просто вынесло оттуда ...
Кстати, несколько позже, эта картина чисто духовного стремления к корыту всплыла у меня, когда я наблюдал за нашими депутатами, уже Незалежної ...
Видеть несущееся на тебя все это голодное, рвущееся к корыту стадо ... Это закаляет
Как вы понимаете одной вываркой всех свиней не накормишь поэтому процедуру наполнения корыта нам пришлось проделать несколько раз. Но это уже было проще, поскольку потенциальной угрозы переходящей в кинетическую энергию несущегося стада уже не было - оно стояло и было увлечено поглощением содержимого корыта. Несколько раз кое-как растолкав свиней и переместив все содержимое ванны в корыта мы отправились отдыхать.
Коллеги погнали телегу на место ее базирования, а я занял пост на мешках с тырсой в ожидании Спортсмена.
Минут через 10 он появился. Я лежал и через прищуренные веки наблюдал за ним.
Подойдя метров на 20 он вдруг резко развернулся и бросился назад. Так же резко остановился, оглянулся, постоял, наблюдая за моей реакцией и снова направился в мою сторону. Проделав эту процедуру раза 2-3 и видя, что я никак не реагирую он, несколько успокоившись, направился к выходу из загона, где находиласть ванна куда мы сливали отходы. Дело в том что когда мы их выливали то слегка разляпали вокруг ванны, они видимо и привлекли Спортсмена. Поглядывая на меня он начал есть. Постепенно увлекшись процессом он несколько потерял бдительность, все больше приближаясь к ванне пока его голова не оказалась в щели между ванной (там где она изгибается) и задней стенкой сарайчика-навеса, который был в составе загона (где свиньи скрывались от непогоды). Оказавшись наполовину там, снаружи была только задняя часть и подергивающийся хвостик, он окончательно утратил бдительность, чего делать не стоило.
Я тихонько поднялся. Ну думаю гад ты у меня счас получишь. Разогнался и со всей дури засадил ему с ноги ... Раздался дикий визг. Спортсмен влетел в щель, причем вверх, в самую узкую ее часть, оторвавшись от земли, и застрял там дико дергая ножками и вращая хвостиком. Выглядело это очень комично. Понаблюдав какое-то время эту сцену и несколько остыв, я пожалел беглеца, подумав, что поступил, наверное жестоко, достал его из западни и запустил в загон.
На следующий день мы сдавали наряд и я не был уверен что Спортсмен за это время не сбежал еще раз, причем там где его никто не увидит. Но при пересчете все свиньи оказались на месте.
Я потом интересовался судьбой Спортсмена, насколько я знаю он больше не сбегал.
Сейчас, оглядываясь назад я с улыбкой (хотя тогда мне было не до смеха) вспоминаю эту историю и того поросенка (в прямом и переносном смысле), причем с каждым разом вспоминаю его со все большей симпатией. Этот умный с юмором взгляд ... Неординарный все-таки был поросенок. Не знаю как сложилась его судьба. Хотелось бы чтобы вопреки грустной прозе жизни удачно. И он, собравшись с духом после моей экзекуции, снова (прости меня наряд) сбежал, на этот раз окончательно ...
Одним словом удачи тебе Спортсмен и новых спортивных достижений ...
|
|
5289
За яблочками.
Главное в байке — её герой.
Обычно в моих байках это я, мои родители, друзья,коллеги, пациенты, собаки, аппендициты, оружие.
В этой байке, однако, героиней станет железная дорога, Елгава-Крустпилс, одна из самых малоизвестных в Латвии.
Проложенная в обход Риги с целью соединить российские губернии с портовым городом Вентспилс, она проходила через малонаселённые места Латвии. И служила она почти исключительно для транспорта длинных составов с нефтью, пассажирский поезд ходил раз в сутки, практически пустой — неудивительно,станции были расположены в нескольких километрах от населённых пунктов.
Где-то посередине — ж.д. станция по имени Лачплесис, рядом с одноимённым зажиточным колхозом, очень кстати знаменитым своим тёмным пивом.
Наш стройотряд подрядился на ремонт железных дорог, наши жилые вагончики затащили в тупик и началась настоящая мужская работа, ручная смена шпал, перемежающаяся с « окнами» — полной остановкой движения со сменой рельс.
Пару раз мы работали ночами, под светом прожекторов — романтика пополам с ответственностью, составы цистерн ждали окончания нашей работы, локомотивы нетерпеливо пыхтели, давай, мол, зелёный и открывай дорогу, время не ждёт!
Физическая работа молодых парней на свежем воздухе имела, однако, и побочный эффект — всё время хотелось жрать.
Тушёнка и макароны, хлебушек от пуза — вечерами мы гоняли чаи с сахаром.
Леса были полны грибами и ягодами, если успеть до темноты.
И, что греха таить — мы подворовывали, с наступлением темноты выходя на промысел.
Молодую картошку с колхозных полей, овощи, зелень.
Наиболее умелые и дерзкие подползали к прудам и таскали молодых карпов, обманув бдительных сторожей.
Короче, всё годилось — накормить отряд.
Внёс свою лепту и я.
Блуждая по окрестностям, я набрёл на вроде бы заброшенный хутор с садом.
И деревья со зрелыми яблочками, маленькими но зверски сладкими, так называемые «цукуриши», местный латвийский сорт, я больше их нигде не встречал.
Вернулся к вагончикам — забрать мешки и подмогу.
Вызвался Юнга, проходной герой моих историй — на год младше, он идеально подходил для воровства яблок, будучи чемпионом Латвии по гимнастике.
Сумерки, долгие летние латвийские сумерки — мы карабкаемся через ограду, Юнга ловко влезает на дерево, я разворачиваю мешки и ...
В полной тишине раздаётся звонкий мальчишеский голосок, с соседней яблони:
— Дяденьки, вы тоже будете воровать яблоки?
У меня отваливается челюсть, Юнга же нимало не растерявшись, учтиво отвечает:
— Молодой человек! Не пиздите, пожалуйста, вы привлекаете внимание. Всё, что мы и вы делаем — мы будем делать молча.
Поражённый такой изысканной манерой разговора, наш молодой соучастник замолкает и перестаёт быть помехой эпического грабежа сада.
Закончив, мы помогаем юному коллеге слезть с дерева и расстаёмся, навсегда.
А в слэнг нашего стройотряда внедряется стиль сочетания вежливости и мата, доводящий кадровых путеобходчиков, отменно отчаянных матерщинников, до полного ступора.
Минуло почти 40 лет, Юнга и я стали врачами-анестезиологами, отцами и дедушками.
Наша дорога, её рельсы и шпалы, всё там же, судя по снимку.
И где-то там, в прошлой жизни, в прошлом веке, так и живут молодые весёлые студенты из синих вагончиков, тырящие яблоки вместе с неизвестно откуда взявшимся мальчуганом.
И, в отличии от нас, — они никогда не постареют.
Michael [email protected]
|
|
5290
Ох, как часто гениев
Ждёт полное забвение!
Вот в деревне дед Кондрат
Чёрный написал квадрат.
Горд собой теперича:
"Не хужей Малевича!"
И устроил для общины
Выставку одной картины.
Дал рекламу - и пришло
Аж соседнее село.
Вход бесплатный лишь с зятьёв,
С остальных - по сто рублёв.
Сам Кондрат в сенях сидит:
Автор он, кассир и гид.
Приходил Пахом учёный,
Осмотрел квадрат он чёрный.
Был немного огорчённый:
Недостаточно, мол, чёрен
Сей Малевича квадрат.
Был Кондрат тому не рад:
- Ты, вот, хоть меня убей -
Невозможно, чтоб черней.
Дед Василий приходил,
Треугольник приносил,
Убедиться чтоб, углы
Как бы не были круглы.
И другие приходили,
Все исправно заплатили,
Все смотрели аккурат,
Даже щупали квадрат.
Расходились все в молчаньи
С явным разочарованьем.
В дом к Кондрату - ни ногой,
Все обходят стороной.
Ох, как часто гениев
Ждёт полное забвение!
|
|
5291
Войну мы встретили в Луге, где папа снял на лето дачу. Это 138 километров на юго-запад от Ленинграда, как раз в сторону немцев. Конечно же, войны мы не ожидали. Уехали мы туда в конце мая. 15 июня сестренке Лиле исполнился год, она уже ходила. Мне – семь. Я её водил за ручку. Было воскресенье. Утром мы с мамой отправились на базар. Возвращаемся – на перекрестке перед столбом с репродуктором толпа. Все слушают выступление Молотова.
Буквально через месяц мы эту войну «понюхали». Начались бомбежки, артобстрелы… На улице полно военных… У меня про это есть стихи. Прочту отрывок.
Летом сорок первого решили,
Что мы в Луге будем отдыхать.
Папа снял там дачу. Мы в ней жили…
Если б знать нам, если б только знать…
Рёв сирен, бомбёжки, артобстрелы, -
Вижу я, как будто наяву.
Лилечку пытаюсь неумело
Спрятать в щель, отрытую в саду.
Как от немцев вырваться успели
Ночью под бомбёжкой и стрельбой?
Вот вокзал «Варшавский». Неужели
Живы мы, приехали домой?
Из Луги в Ленинград мы уехали буквально на последнем поезде.
В Ленинграде мама сразу пошла работать в швейное ателье – тогда вышло постановление правительства, что все трудоспособные должны работать. В ателье они шили ватники, бушлаты, рукавицы – всё для фронта.
Папа работал на заводе заместителем начальника цеха. Август, наверное, был, когда его призвали. На фронт он ушел командиром пехотного взвода. В конце октября он получил первое ранение. Мама отправила меня к своей сестре, а сама каждый день после работы отправлялась к отцу в госпиталь. Лилечка была в круглосуточных яслях, и мы её не видели до весны.
Госпиталь вторым стал маме домом:
Муж – работа – муж, так и жила.
Сколько дней? Да две недели ровно
Жил тогда у тёти Сони я.
Второй раз его ранили весной 42-го. Мы жили на Васильевском острове. В «Меньшиковском дворце» был госпиталь – в семи минутах ходьбы от нашего дома. И мама меня туда повела.
Плохо помню эту встречу с папой.
Слезы, стоны крики, толкотня,
Кровь, бинты, на костылях солдаты,
Ругань, непечатные слова…
В 1 класс я пошел весной 42-го в Ленинграде. Всю зиму школы не работали – не было освещения, отопления, водоснабжения и канализации. А весной нас собрали в первом классе. Но я уже бегло читал, и мне было скучно, когда весь класс хором учил алфавит. Писать учиться – да – там начал. Потому что сам научился не столько писать, сколько рисовать печатные буквы. И запомнился мне томик Крылова.
«Крылов запомнился мне. Дело было в мае,
Я с книжкой вышел на «Большой» и сел читать
И вдруг мужчина подошёл и предлагает
Мне эту книжку интересную - продать.
Я молчу, растерян и не знаю,
Что ответить. Он же достаёт
Чёрствый хлеб. Кусок. И улыбаясь
Мне протягивает чуть не прямо в рот.
Дрогнул я, недолго упирался.
Он ушёл, а я меж двух огней:
Счастье - вкусом хлеба наслаждался,
Горе - жаль Крылова, хоть убей».
У мамы была рабочая карточка. С конца ноября её полагалось 250 граммов хлеба. И мои 125 граммов на детскую карточку.
Мама вечером приходила с работы – приносила паек. Я был доходягой. Но был поражен, когда одноклассник поделился радостью, что его мама умерла, а её хлебные карточки остались. Поступки и мысли людей, медленно умирающих от ужасающего голода нельзя оценивать обычными мерками. Но вот эту радость своего одноклассника я не смог принять и тогда.
Что там дальше было? Хватит стона!
К нам пришло спасение – весна!
Только снег сошёл – на всех газонах
Из земли проклюнулась трава.
Мама её как-то отбирала,
Стригла ножницами и – домой,
Жарила с касторкой. Мне давала.
И я ел. И запивал водой.
Лиля была в круглосуточных яслях. Их там кормили, если можно так сказать. Когда мы перед эвакуацией её забрали, она уже не могла ни ходить, ни говорить… Была – как плеть. Мы её забрали в последний день – сегодня вечером надо на поезд, и мы её взяли. Ещё бы чуть-чуть, и её саму бы съели. Это метафора, преувеличение, но, возможно, не слишком сильное преувеличение.
Сейчас опубликованы документальные свидетельства случаев канибализма в блокадном Ленинграде. А тогда об этом говорили, не слишком удивлялясь. Это сейчас мы поражаемся. А тогда… Голод отупляет.
В коммуналке нас было 12 семей. И вот представьте – ни воды, ни света, ни отопления… Печами-буржуйками обеспечили всех централизовано. Их изготавливали на заводе, может быть и не на одном заводе, и раздавали населению. Топили мебелью. Собирали деревяшки на улице, тащили что-то из разрушенных бомбежками и артобстрелами домов. Помню, как разбирали дома паркет и топили им «буржуйку».
Эвакуация
А летом 42 года нас эвакуировали. Единственный был узкий коридор к берегу Ладоги, простреливаемый, шириной два километра примерно. Привезли к берегу.
«На Ладоге штормит. Плывет корабль.
На палубе стоят зенитки в ряд.
А рядом чемоданы, дети, бабы.
Они все покидают Ленинград.
Как вдруг – беда! Откуда не возьмись
Далёкий гул фашистских самолётов.
Сирена заревела. В тот же миг
Команды зазвучали. Топот, крик.
И вот уже зенитные расчёты
Ведут огонь… А самолёт ревёт,
Свист бомб, разрывы, детский плач и рёв.
Недолго длился бой, минут пятнадцать.
Для пассажиров – вечность. Дикий страх
Сковал людей, им тут бы в землю вжаться,
Но лишь вода кругом. И на руках
Детишки малые. А рядом - взрывы.
Летят осколки, смерть неумолимо
Всё ближе, ближе. Немцы нас бомбят
И потопить корабль норовят.
…Фашистов отогнали. Тишина.
И мама принялась … будить меня.
Я крепко спал и ничего не видел.
Со слов её всё это написал.
А мама удивлялась: «Как ты спал?»
Потом – поезд. Целый месяц мы в теплушке ехали в Сибирь. Каждые 20-30 минут останавливались – пропускали встречные поезда на фронт. Обычно утром на станции к вагонам подавали горячую похлебку. Иногда это была фактически вода. Днем выдавали сухой паек. Но мы все страдали диареей – пищеварительная система после длительного голода плохо справлялась с пищей. Поэтому, как только остановка, благо они были частыми, мы все либо бежали в кусты, либо лезли под вагоны. Было не до приличий.
В Сибири
Приехали в Кемеровскую область. Три дня жили на станции Тяжин – ждали, когда нас заберут в назначенную нам для размещения деревню. Дорог – нет. Только просека. Приехали за нами на станцию подводы.
Деревня называлась Воскресенка.
Почти полсотни стареньких домов.
Была там школа, в ней библиотека,
Клуб, пара сотен баб и стариков.
Начальство: сельсовет и председатель -
Владимир Недосекин (кличка – «батя»),
Большая пасека, конюшни две,
Свинарник, птичник, ферма на реке.
Я не могу не вспомнить удивленья
У местных жителей, когда они
Узнали вдруг, что (Боже, сохрани!)
Приехали какие-то… евреи.
И посмотреть на них все к маме шли,
(Тем более, к портнихе). Ей несли
Любые тряпки, старые одежды,
Пальто и платья, нижнее бельё.
Всё рваное. Несли его с надеждой:
Починит мама, либо перешьёт.
Купить одежду было невозможно,
Но сшить чего-то – очень даже можно.
Вокруг деревни – тайга, поля… Речка Воскресенка. Ни телефона, ни электричества, ни радиоточки в деревне не было. Почту привозили со станции два раза в месяц. В Воскресенку я приехал доходягой. Примерно за месяц отъелся.
«Соседи удивлялись на меня,
Как целый котелок картошки
Съедал один…»
Мама была потомственная портниха. С собой она привезла швейную машинку Зингер. И на этой машинке обшивала весь колхоз. Нового-то ничего не шила – не с чего было. Ни у кого не было и неоткуда было взять отрез ткани. Перешивала, перелицовывала старые вещи. Приносили тряпки старые рваные. Мама из них выкраивала какие-то лоскуты, куски – что-то шила. Расплачивались с ней продуктами. Ниток мама много взяла с собой, а иголка была единственная, и этой иголкой она три года шила всё подряд. Когда обратно уезжали – машинку уже не повезли. Оставили там. А туда ехали – отлично помню, что восемь мест багажа у нас было, включая машинку. Чемоданы, мешки…
В Воскресенку мы приехали в августе, и меня снова приняли в первый класс. Но, поскольку я бегло читал, писать скоро научился, после первого класса перевели сразу в третий.
В то лето в Воскресенке поселились
Четыре ленинградские семьи.
И пятая позднее появилась -
Немецкая, с Поволжья. Только им
В отличие от нас, жилья не дали.
Они не то, что жили – выживали,
В сарае, на отшибе, без еды.
(Не дай нам Бог, хлебнуть такой беды.)
К тому же, мать детей – глава семейства
На русском языке – ни в зуб ногой.
И так случилось, с просьбою любой
Она шла к маме со своим немецким.
Ей мама помогала, как могла…
Всё бесполезно… Сгинула семья.
Не скрою, мне их очень жалко было…
Однажды немка к маме привела
Сыночка своего и попросила
Устроить в школу. Мама с ней пошла
К соседу Недосекину. Тот долго
Искал предлог, но, видя, нет предлога,
Что б немке отказать, он порешил:
«Скажи учителям, я разрешил».
И сын учился в том же первом классе,
В котором был и я. Но вдруг пропал.
Его никто, конечно, не искал.
Нашёлся сам… Конец их был ужасен…
От голода они лишились сил…
Зимой замёрзли. (Господи, прости!)…
Победа
Уже говорил, что связь с внешним миром у нас там была раз в две недели. Потому о Победе мы узнали с запозданием:
Немедленно всех в школу вызывают.
Зачем? И мы с друзьями все гадаем:
Какие ещё срочные дела?
«Что?», «Как?» Победа к нам пришла!
Нет, не пришла - ворвалась и взорвалась!
Учительница целовала нас
И строила по парам каждый класс,
Вот, наконец, со всеми разобралась,
«Ты – знамя понесёшь, ты – барабан,
Вперёд, за мной!» А где–то, уж баян
Наяривает. Бабы выбегают,
Смеются, плачут, песни голосят,
Друг друга все с победой поздравляют.
И - самогонку пьют! И поросят
Собрались резать. В клубе будет праздник!
Сегодня двадцать третье мая!... Разве
Девятого окончилась война!?
Как долго к нам в деревню почта шла...»
С Победой – сразу стали думать, как возвращаться домой. Нужно было, чтобы нас кто-то вызвал официально. Бумага от родственников - вызов – заверенный властью, райсоветом.
От маминого брата пришла из Ленинграда такая бумага. Нам разрешили ехать. На лошади мой друг и одноклассник отвез нас в Тяжин. Довез до станции, переночевал с нами на вокзале, и утром поехал обратно. Сейчас представить такое – 11-летний мальчик на телеге 30 километров один по тайге… А тогда – в порядке вещей… И я умел запрягать лошадь. Взять лошадь под уздцы, завести её в оглобли, упряжь надеть на неё… Только у меня не хватало сил стянуть супонью хомут.
А мы на станции ждали теплушку. Погрузились, и недели две, как не больше, ехали в Ленинград.
Вернулись – мама пошла работать в ателье. Жили мы небогато, прямо скажем, - голодно. Поэтому после 7 класса я пошел работать на часовой завод. Два года работал учеником, учился в вечерней школе. На третий год мне присвоили 4 разряд. Но впервые после Победы я досыта наелся только в армии, когда после окончания вечерней школы поступил в Артиллерийское военное техническое училище. Дальше – служба, военная академия, ещё служба, работа «на оборонку», развал страны… - но это уже другая история.
А стихи начал писать только лет в 50. Сестра попросила рассказать о своем и её детстве, о блокаде, о войне, о том, чего она не могла запомнить в силу малого возраста - ответил ей стихами.
***
Рассказал - Семен Беляев. Записал - Виктор Гладков. В текст включены фрагменты поэмы Семена Беляева "Ленинградская блокада".
|
|
5292
КО МНЕ, МУХТАР
В России, как известно, две беды: дураки и дороги (некоторые, правда, добавляют еще дураков на дорогах). В Индии проблем с дорогами нету (как и самих дорог зачастую), дураками они себя признавать отказываются, зато массово жалуются вместо дураков на дорогах на другую напасть - коров на дорогах. Если вы вдруг не были в Индии - попытайтесь представить себе станцию Выхино в час пик размером с Челябинскую область. Представили? Теперь возьмите - и все маршрутки вокруг оберните бабушкиными коврами, а в выхлопную трубу воткните всем швабры. Включите запись программы "Сельский час" с репортажем из колхоза "Заветы Ильича". Все, вы в Индии.
В Саудовской Аравии коров на дорогах нет (да и дороги получше индийских), но проблем тоже хватает, особенно если жить не в столице, а в паре десятков километров от города (считай, посреди пустыни в компаунде). Проблема первая - это верблюды. Нет, их конечно тут не так много, как коров в Индии. И даже меньше, чем лосей в Финляндии. Но проблем от них ничуть не меньше.
Если стадо этих мохнатых тварей бредет по дороге - лучше сбавь скорость и дождись, пока они свалят куда подальше. Потому что пытаться их спугнуть бесполезно. Во-первых, испуганный верблюд не факт что попытается куда-то убежать. Он может с перепугу просто сесть на землю. А может и на вашу машину, если вы имели неосторожность приблизиться к нему прежде, чем посигналить.
Во-вторых, эта падла плюется. Причем если вы думаете, что верблюжий плевок - это какие-то там байки из Большой Советской энциклопедии, я вас разочарую. Как вы понимаете, я тут некоторые вещи на личном опыте вынужден был испытать. И если дураки учатся на собственных ошибках, то я теперь точно знаю: верблюд плюется мощно. Представьте, что два класса гопников с тяжелой формой гайморита в течение часа сморкались в ведро. Так вот, после того, как один из верблюдов плюнул в мою машину - у меня было стойкое ощущение, что я побывал среди таких вот гопников. Причем отчистить обычными щетками это ведро соплей нереально, поэтому вашему покорному слуге пришлось чуть ли не наощупь возвращаться домой и потом долго отмывать машину.
А еще здесь есть такая напасть, как молодые "крутые" арабские подростки. Где-то ближе к 25 годам они, конечно, остепеняются (а точнее, подгоняемые родительскими пиздюлями, устраиваются работать), а вот до этого... Короче, если для понимания Индии я советовал вам представить себе станцию Выхино, то в данном случае надо сходить в павильон "Экзотические птицы" (или как он там называется) в Московском зоопарке. Причем желательно - в период весеннего гона. Там раньше был вольер с какими-то попугайчиками, которые постоянно орали и носились туда-сюда. Вот один-в-один арабские подростки. Для крутизны впятером арендуют машину на выходных, и едут колесить по клубам.
Если вас угораздило, как меня, поселиться на территории закрытого поселка, где есть известный на весь город ресторан - то готовьтесь к тому, что каждые выходные в этот ресторан всеми правдами и неправдами будут ломиться толпы попугайчиков. И, конечно же, охрана их пускать не будет. И, конечно же, попугайчики будут кричать, скандалить, сигналить, пытаться прорваться вслед за проезжающими жителями поселка и т.п. Короче, в течение полутора лет после моего переезда в этот поселок, каждые выходные я наблюдал эту картину, с небольшими вариациями. Правда, в последнее время шума на въезде в поселок сильно поубавилось.
Зато прибавился один почти постоянный "житель" возле поста охраны на въезде в поселок. Один из многочисленных верблюдов, бродящих по округе (вообще-то у них в нескольких сотнях метров от въезда в поселок - загончик небольшой, но один решил, что ему лучше спать у охраны). Как выяснилось, появление верблюда и сокращение количества шумящих подростков - вещи взаимосвязанные. По словам охранника, в первые же выходные Мухтар (угадайте, с чьей подачи этого верблюда теперь так называют) "успокоил" сразу несколько галдящих групп, прицельно плюнув каждому в открытое окно автомобиля. Про ведро соплей помните? Добавьте к этому отсутствие воды в радиусе 10 километров (точнее, вода есть на территории поселка, но туда оплеванных попугайчиков никто не пускает). Короче, одна арабская беда победила другую.
Пишу я эти строчки, сидя на террасе возле дома. Тишина абсолютная. Надо будет каких-нибудь вкусняшек Мухтару купить. Никто не в курсе, какие там деликатесы для верблюдов бывают?
|
|
5293
Рассказано другом, работавшим начальником ОВД. На территории нашего района находится центральная республиканская больница. Поступает сообщение, что из ее морга украдено тело умершего человека. Ранее, к сторожу морга приезжали двое мужчин и передали пакет с едой и бутылкой водки. Сказали, что сегодня привезли их друга, а это, чтобы сторожу хорошо дежурилось. Он, разумеется, это употребил, и крепко потом заснул. Проснувшись утром, обнаружил вскрытую дверь и отсутствие одного из трупов. Выехавшей следственно-оперативной группой, был проведен осмотр места происшествия, составлен его протокол. Встал вопрос, как квалифицировать совершенное, по какой статье уголовного кодекса? Уголовное дело возбудили по статье "хищение госимущества путем кражи". В последующем, с помощью остатков воспоминаний сторожа и ряда изъятых следов, похитители были установлены, и останки госимущества найдены захороненными в одном из пригородных сел. Похитители оказались его родственниками, опасавшимися, что, у умерших могут изъять какие-то органы. Несмотря на то, что их родственник, был пожилым человеком, во многом скончавшимся от многолетнего злоупотребления спиртными напитками. Как бы там не было, но никому не позволено, при смене статуса свободного гражданина на статус охраняемого госимущества, нарушать установленный порядок перехода в вечность.
|
|
5294
История 10-ти летней давности.
Мальчику Васе, учащемуся элитной частной гимназии, понравилась девочка Оля. В силу возраста свою симпатию он проявлял классическим методом - дергал за косички, дразнил и присылал на айфон всякие гадости. Девочка Оля, которой мальчик Вася не нравился от слова совсем, пожаловалась своему старшему брату, ученику выпускного класса той же школы. Старший брат не нашел ничего лучшего как надавать Васе подзатыльников параллельно публично его унизив перед одноклассниками. Мальчик Вася, придя домой все рассказал маме, которая дабы не отвлекать сильно занятого папу приехала в школу и устроила скандал. Вызванная в школу мама девочки Оли и её брата встала на их сторону, параллельно капитально проехавшись по всей родне Васи. Мама Васи в отместку сломала зеркала на машине мамы Оли. Мама Оли, позеленев от бешенства полетела на всех парах жаловаться к папе Оли (родители были в разводе), попутно поцарапав 2 машины на парковке офиса своего бывшего мужа. Бывший муж после устроенной в его кабинете полной артистизма сцены с заламыванием рук и истерикой на полу набрал безопаснику, получил от него телефон папы мальчика Васи и спокойно попросил компенсировать зеркала, а так же извиниться за действия своей супруги. Папа Васи, будучи, как выяснилось позже, карманным "решалой" одной влиятельной чиновничьей группы, подробно и четко пояснил, что считает неприемлемыми действия старшего брата девочки Оли, а так же её мамы, и сам требует за это компенсации и извинений, причем немедленных. Разговор переходит на повышенные тона, оппоненты в итоге решают встретиться на нейтральной территории и все обсудить. Папа Оли, будучи обеспеченным бизнесменом, берет с собой безопасника и охрану, папа Васи, про которого мало известно на тот момент, намеренно едет один под прикрытием "невидимой охраны". В результате встречи папа Васи, узнав перечень возможностей папы Оли, извиняется, компенсирует зеркала и дает сверху за моральный ущерб. Папа Оли расслабляет булки и возвращается к работе, папа Васи берет его в плотную разработку получив на это разрешение своих покровителей из чиновников. Через месяц папа Оли уезжает в СИЗО по экономике, безопасник дергает свои связи и в результате подставляет пару действующих старших офицеров, которых так же берут в разработку, один в итоге просто увольняется, второй так же уезжает в СИЗО. Бизнес папы Оли за время заключения аккуратно дербанится чиновниками и конкурентами. Папа Васи получает от своих покровителей бонус в виде хатки в центре, в которую прописывают Васю.
Папа Оли соглашается на сделку, отдает остатки бизнеса, срочно вывозит заграницу семью и сразу после освобождения улетает туда сам.
Ну а как же Вася? Вася получает в школе кличку "рейдер" и начинает пользоваться успехом у девушек из класса постарше.
P.S. Умом Россию не понять, аршином общим не измерить....
|
|
5295
dtf, "Гаджи Махтиев предложил Навальному озвучивать начало роликов «Игромании», а тот согласился"
solawind:
Игромания подсуетилась чтоб потом иметь ролики озвученные президентом РФ
Гибкий хот-дог:
Но ведь Жириновский не озвучивает ролики Игромании?
Scrawder Man:
Подонки! Малолетние подонки! За играми своими все штаны просиживаете! У меня в ваши годы одни пятерки были! А вы кроме фортнайта ничего не знаете в этой жизни!
Ну а теперь к новостям. В фортнайт проходит новый ивент...
|
|
5296
xxx: доинтернетовские времена я прекрасно помню. допотопное практически было время :) пока не затопило всех сиськами и котиками...
yyy: я на ютубе науч-поп-видео смотрела, там было сказано, что возможно, люди - которые не сапиенсы ещё, а их далёкие доинтернетные... тьфу! доисторические предки - доедали за котиками. завалит какой-нибудь лев или тигр или ещё какой саблезубый кот добычу, слопает самое вкусное и сытый уйдёт, и тут как тут на остатки пира набегают человеческие предки со своими каменюками галечной технологии обработки - и давай отделять от костей оставшееся мясо, потому что растущему мозгу хомо хабилис надо много калорий (веганы в ту пору не выживали). ну и в общем вот - сначала котики кормили людей, чтобы те отрастили себе мозги, построили цивилизацию и стали кормить котиков. правда, котикам пришлось уменьшиться и стать няшными, зато жрут теперь на халяву, хвостатые твари, и спят сколько хотят.
zzz: котики были всегда!
|
|
5297
Откуда приехали?
Году в 1978 родители отправили меня и брата в пионерлагерь всесоюзного значения "Василёк", расположенный прямо в сосновом лесу близ посёлка Головач.
Определили нас в разные отряды, расположенные довольно далеко друг от друга. Виделись мы только издалека и мельком на каких-то общих мероприятиях.
Территория лагеря была огромной, мы жили не в корпусах, а в разбросанных между сосен домиках, стилизованных под... такие себе деревянные шалаши-шале на 4 человека с балкончиками на противоположной от входа стороне.
Каждому отряду принадлежала целая улица таких избушек, народу в отрядах было много, человек под сорок.
И вот на утренних построениях мы начали замечать, что в коллективе регулярно появляются новенькие, в основном, пацаны. Мы бы и не обратили внимания, потому что ещё не всех запомнили, но один факт — то, что все новички были с ярко выраженной узкоглазой внешностью, удивлял. Это было очень загадочно, но расспрашивать новоприбывших было неудобно, да и особо некогда. Хотя вопрос — почему везут по одному-два монгола каждый день, зудел. Дивная ситуация разъяснилась на второй неделе, когда я сама пополнила ряды этих "монголоидов".
В одном из домиков, в щели между досками, было огромное осиное гнездо. Любознательные и наивные исследователи пихали в него палочки и былинки, а опытные матёрые осы вылетали и били точно рассчитанным, подобным выстрелу, безжалостным ударом в одно и то же место - прямо в лоб, по центру, между бровями.
Отек равномерно распределялся на оба глаза и монголов в отряде становилось всё больше и больше. Всем было интересно глянуть на боевых ос и каждый думал, что его "минует сия чаша"... Довольно быстро счёт жертв приблизился ко второму десятку.
А потом был день Нептуна.
На празднике у бассейна ко мне подбежал брат с вопросом - а почему я в платье его сестры? — и немного судорожно, но облегчённо вздохнул, признав по голосу.
На носу был "родительский день", а он меня не наблюдал уже вторую неделю и переживал — что говорить родителям о запропастившейся сестре...
|
|
5298
Навеяно историей про байдарочников.
Рассказана мне непосредственным участником событий.
В конце восьмидесятых трое преподавателей московского ВУЗа решили культурно провести свой отпуск на рыбалке подальше от города. Благо у одного из них, назовем его для определенности Васей, был автомобиль Волга. Место выбрали уединенное, на берегу реки, вокруг никаких поселений, до ближайшего сельского магазина ехать полчаса. С собой взяли палатку, еду, снасти и ящик водки. Речка была неширокая и неглубокая, но, как оказалось, коварная.
Приехали, разгрузились, расставили снасти, наполнили стаканы, в общем, отдых начался. Ближе в вечеру Васе пришла в голову идея, что автомобиль надо помыть. Причем, чтобы не бегать с ведром от речки до машины и обратно, было принято гениальное решение загнать Волгу в реку. Неглубоко, на половину колеса, благо берег был пологий и песчаный. Туда машина съехала без проблем, но потом что-то пошло не так. Песок все-таки не асфальт, автомобиль стал потихоньку погружаться. Сначала колеса ушли под воду, потом уже до середины дверей вода поднялась. Коллеги сразу стали кричать, типа: вылезай, тонешь. Но Вася сначала честно пытался выехать задним ходом, при этом машина стала только быстрее зарываться в песок. Потом двигатель, хлебнув воды, заглох. Но Вася упорно, как Верещагин на баркасе, пытался завести двигатель, не реагируя на внешние раздражители.
Коллеги попытались открыть дверь, но нижняя кромка уже увязла в песке и никакими усилиями дверь не открывалась. Окно было открыто, но Вася был довольно-таки крупным мужчиной и его субтильные товарищи не в состоянии были вытащить его из машины. Сам Вася, будучи в дупель пьяным, мычал: Не бзди, щас выедем, - и продолжал мучать стартер. До катастрофы оставалось минут пять, не более.
И в этот момент появились они - байдарочники! Их было человек пятнадцать, это была какая-то спортивная команда, проплывающая случайно мимо на сборы. Один из коллег Васи выбежал на середину реки (как я уже упоминал, река была неглубокая), раскинул руки и взмолился о помощи. Слава богу, ребята оказались отзывчивыми и сообразительными, все вместе они на руках (!) вытащили Волгу, вместе с Васей и набравшейся водой, на безопасное место.
Так вот, самый прикол в том, что за три последующие недели, в течение которых друзья рыбачили на берегу, мимо них больше ни одна живая душа не проплывала! То есть проплыви эти спортсмены на пятнадцать минут раньше или позже, или будь их меньшее количество, без несчастного случая не обошлось бы.
|
|
5299
В ноябре 2019 года мы с Левоном Ароняном поехали в Калькутту, где он участвовал в очередном этапе Grand Chess Tour. Турнир был по быстрым шахматам и блицу, поэтому длился всего пять дней.
Улетали мы из Индии разными путями. У Левона был маршрут Калькутта — Доха — Берлин, а у меня Калькутта — Дели — Москва — Ереван.
В самолёте на пути в Москву рядом со мной сидел толстый индус. Как только мы взлетели, он на английском спросил:
— По каким делам были в Индии?
— Шахматный турнир, — ответил я.
Индус сочувственно взглянул на меня и сказал:
— Странно. Я всегда думал, что эта гадость пристаёт только к женщинам.
Я от неожиданности вздрогнул.
— Во-первых, это не гадость, — сказал я раздражённо, — а во-вторых, даже если это и так, неправильно говорить, что это женское дело.
Я отвернулся к иллюминатору, давая понять, что разговор окончен.
Прошло где-то десять минут.
— А как прошёл турнир? Успешно? — вдруг участливо спросил индус.
Я уже немного успокоился и, повернувшись к нему лицом, ответил:
— Не очень хорошо.
Он понимающе покачал головой и спросил:
— А в Индии есть хорошие специалисты?
— Конечно, ответил я, — Вишванатан Ананд, например. Он долгое время был лучшим в мире.
Индус странно посмотрел на меня.
— Кто? Наш знаменитый шахматист?
— Ну да, — ответил я.
— А что, он ещё и медициной занимается?
— В смысле? — удивился я. — Причём тут медицина?
— Ну вы же сами сказали, что Ананд был лучшим специалистом в мире по болезням груди.
— Я сказал?
— Ну да. Вы также сказали, что приехали в Индию, чтобы лечить свою грудь.
— Какую ещё грудь? — почти крикнул я.
Индус испуганно отпрянул от меня.
И почти одновременно с этим меня осенило. Я догадался, что когда армянин с индусом говорят на английском языке, могут произойти всякие сюрпризы. Выяснилось, что весь наш с попутчиком разговор вёлся о разных вещах. Mои первые слова «шахматный турнир» (на английском — chess tournament) индус расслышал как «лечение груди» (chest treatment).
Мы с ним долго смеялись.
— Хорошо, что вы не больны, — радостно кричал индус, — это очень хорошо! А шахматы я люблю!
|
|