Результатов: 3670

101

Читаю истории, с какими трудностями люди сталкиваются при постройке дачи или частного домика. Как тяжело им найти добросовестных строителей, сколько усилий требуется для контроля за ними, сколько нервов они тратят и как устают. Одни проблемы всё время.
Вспоминаю, как я строил дачу.

Конец восьмидесятых. Опыта строительства у меня не было, но интуитивно понимал, что начинать нужно не с крыши, а с подвала. Найти где-то экскаватор, заинтересовать материально экскаваторщика, выкопать ямку, затем выровнять края и углы. Делов всего на недельку. Оценив объём работ, за пару дней лопаткой выкопал подвал. Благо не под всей будущей дачей. Стены естественно выложил кирпичом. На мой взгляд идеально. Но семейные критиканы кирпича на кирпиче не оставили.
Для подвала видимо сойдёт. Но чтобы нормально возвести стены дачи, нужно было чуток потренироваться. Лет эдак двадцать. У отца слесаря я научился работать с металлом и сварке, у деда плотника работать с деревом и резать стекло, сам я радиотехник. Каменщиков в роду не было.
Пришлось первый этаж под гараж и мастерскую выливать из бетона. Дача вроде небольшая, семь на восемь метров, но бетона требовалось до хрена. Проблема возникла сразу. За аренду бетономешалки запросили столько, сколько я в итоге потратил на постройку всей дачи. Кроме того, её ещё нужно было подключить в розетку. А закидывать провода на столб без счётчика и иметь на ровном месте проблемы с энергосбытом не хотелось.
Пришлось цемент, песок и гравий мешать вручную и заливать порциями. Не хотелось тратить на это отпуск, пахал после работы. Ушло три или четыре недели.
Ну шо сказать. Когда я иногда появлялся на тренировках, тренер, едва сдерживая слёзы, под руку помогал мне взбираться на ринг.
Тренировки ладно. На работе тоже проблемы. Тут с посторонней помощью доковыляешь до рабочего места, сядешь в кресло, только соберёшься расслабиться и подремать…
Щас.
В результате многолетнего опыта я установил, что оптимальным вариантом для меня будет наличие трёх любовниц- одна на работе, две на стороне. Если от двух удалось как-то отбрехаться на время, то на работе куда спрячешься. А у этих баб одно на уме.
Но в конце концов самая тяжёлая часть работ закончилась. Это я о даче. Однако проблемы возникали одна за другой.
Провёл свет, сварил гаражные ворота. Дачу решил строить деревянную. За пару трёхлитровых банок спирта мне соорудили деревообрабатывающий станок. Строгай доски в своё удовольствие и заканчивай стройку.
Сказать легко. Объехал все базы. Из того, что предлагали…
Немного подумав, выход нашёл. Завод только строился. Завозили кучу оборудования и станков, естественно в деревянных ящиках из отличных сухих ровненьких досок, некоторые до пяти метров длины. Анекдот, что мебель тогда делали из тырсы, а заборы из досок- не анекдот.
Загрузив плотненько Камаз с прицепом досками от ящиков, пошёл к главбушке за накладной. Встретила как родного. Не знали куда этот мусор девать, а тут я нарисовался. Хотели мне чуток доплатить за инициативу.
Не, говорю, так не пойдёт, мне проблемы с ОБХСС не нужны.
Столковались на пятидесяти рублях, заплатил в кассу и получил квитанцию. Досок хватило на второй и третий этаж. Брусья сбил по шесть и по восемь штук, пространство между внутренними досками и внешними набил пенопластовыми шариками для утепления. Естественно перед этим проведя внутреннюю проводку. Поставить распределительные коробки, выключатели, розетки, загнать провода в металлорукав- на день работы. Застеклил дачу ещё за один день. Спасибо деду за науку. Стекло могу резать хоть обычным стеклорезом, хоть алмазным, хоть гвоздём.
Снаружи дачу обшил плоским шифером, внутри стены и потолок из струганых дощечек- как на дачах в современных фильмах про олигархов.
Осталось покрыть крышу- тут совсем без проблем. Выписал на заводе листовое железо, так дешевле, там же погнули рёбра жёсткости, затем то ли поцинковали, то ли анодировали, я не вникал. Для надёжности ещё и покрасили.
И тут меня дед порадовал. Решил в селе крышу перекрывать. Вояки по дешёвке подогнали аборигенам листовое железо, целый грузовик. Обещали, что сто лет простоит и не поржавеет.
Обманули. Титан и тысячу лет простоит не ржавея.
Дед просит приехать помочь перекрыть крышу.
Не вопрос. Приехал. Провёл воспитательную беседу. Дед, говорю, ты столько лет прожил, а так и не понял, что анекдот про трёх хохлов, два из которых обязательно предатели- не анекдот. Странно, что у тебя во дворе ещё не топчутся люди в погонах.
Забрал титановые листы, привёз свои с дачи. За пару дней перекрыли хату.
А насчёт соседей ошибся. Не заложили. Или не успели. Не до того им было. Когда народ попытался перекрыть титаном крыши, возникла проблема. Перед установкой на краях листов нужно было сделать загибы, при этом, титан на месте сгиба давал трещину. По ходу это был какой-то неправильный титан, нормальный титан такие фокусы не выкидывает. Видимо поэтому вояки его и сплавили.
Обманутые вкладчики, тьфу, колхозники толпой ломанулись к председателю. С требованием найти, вернуть, поменять, наказать и желательно виновных расстрелять.
На жалобы тогда реагировали оперативно. Уже через час председатель с неулыбающимися людьми в гражданском шастали по селу. Начали естественно с подворья моего деда. Почему естественно? Конфликт давнишний был у председателя с моим дедом. О причинах конфликта дед молчал как партизан, но до меня слухи доходили. То ли дед в молодости трахнул жену тогда ещё не председателя, а затем набил ему морду, то ли набил морду, а затем жену трахнул, то ли совместил приятное с необходимым.
В общем, из-за такой ерунды это злопамятное чмо затаило обиду на моего деда.
Жаль, я не присутствовал, когда дед предъявил документы на железо. Пропустил самое интересное.

Хотел выбросить титановые листы, купить обычные. Но ведь найдут кто выбросил и ещё присяду за кражу стратегических материалов. Тут я вспомнил, что я какой никакой, а лучший рационализатор УССР. Чуть позже подавали документы на лучшего по Союзу, но пидарасы подсуетились и успели его развалить, подсунули мне свинью.
Не всё же на дядю работать, о себе нужно иногда вспоминать.
Нашёл способ покрыть крышу титановыми листами, не делая загибов.
Смотрелось неплохо. Издалека, кто не понимает, могло сойти за обычное железо.
Кто понимает… ну, про трёх хохлов вы в курсе.
Остался последний завершающий штрих. Это была самая бесполезная работа, которую я делал в своей жизни.
Сомневаюсь, чтобы кому-то ещё приходилось красить титановые листы, чтобы те не поржавели

102

Вот так мы теперь живем (The Way We Live Now, но не Энтони Троллоп)

Работница городского транспорта Торонто и пассажир арестованы после взаимной поножовщины.

Полиция Торонто объявила, что два человека арестованы в связи с нанесением сотруднице службы поддержки управления городского транспорта ножевых ран. Изначально считалось, что жертвой является женщина, однако расследование выявило иные результаты, и теперь обоим участника перепалки предъявлены обвинения.
Полиция заявляет, что работница транспорта (42 года) и пассажир (40 лет) устроили словесную перебранку, переросшую в конфликт с применением физической силы. Согласно расследованию, участники оскорбили один другого, вследствие чего женщина нанесла пассажиру ножевой удар, после чего пассажир вернулся и нанёс свой ножевой удар работнице.
Мужчина получил серьёзные, но не угрожающие жизни ранения. Женщина была ранена в руку.
Девушке предъявлены обвинения в нападении с применением оружия, хранении оружия с опасной целью, ношении скрытого оружия, нападении при отягчающих обстоятельствах и воспрепятствовании работе полиции.
Парню предъявлены обвинения по трём пунктам за нападение, ношение скрытого оружия, хранение оружия с опасной целью, нападение с применением оружия и нападение при отягчающих обстоятельствах.

103

«Мужчина забыл пароль от чипа, имплантированного в его тело»: Технологии могут уйти куда угодно, а проблемы с паролями будут те же самые.

«Маг Ванг из Миссури придумал странную идею: имплантировать в руку компьютерный чип и использовать его для фокусов. "Сейчас я живу в собственной киберпанк-дистопии: технологии внутри моего тела недоступны, и это полностью моя вина," — написал Ванг.

С первого взгляда история кажется забавной. Но мере того как компании вроде Neuralink Илона Маска продвигают импланты для мозга, случай Ванга служит предостережением о рисках внедрения любой технологии в тело. Компании могут закрыться, линии продуктов прекращены, а пользователь может, как Ванг, просто забыть пароль».

104

[b]Смертельный закос под невменяемость[/b]

ПРЕДИСЛОВИЕ. Истории, о которой я расскажу, уже примерно шесть десятков лет. Но она крепко врезалась в мою детскую память, может, отчасти оттого, что за всю последующую жизнь я ни с чем подобным не сталкивался.
А побудила меня изложить ее история с Долиной и продажей ее квартиры с последующей судебной отменой продажи без решения о возврате полученных Долиной денег покупателю. Пока что там очень много тумана в главном после закрытого судебного рассмотрения: 1) была ли установлена недеспособность Долиной при продаже, а если не была установлена, то при чем здесь добросовестный покупатель квартиры и то, как Долина распорядилась полученными от покупателя деньгами, либо при чем покупатель, если эти деньги были насильно у Долиной отняты, неважно психически или физически; 2) откуда появился единственный покупатель на квартиру Долиной, продаваемой по цене вдвое ниже рыночной, ведь куча риелтеров должна была набежать на такую дешевку; 3) почему полностью отсутствуют комментарии о том, исследовался ли возможный сговор между мошенниками, обманувшими Долину с деньгами, и покупателем квартиры за дешевку.("Было хорошо, было так легко/Но на шею бросили аркан/Солнечный огонь, атмосферы бронь/Пробивал, но не пробил туман...")
В отличие от упомянутого закрытого суда, в моей истории, полной драматизма, был полностью открытый суд, и более того, по характеру своему даже показательный. Тем не менее, ряд вопросов по существу до сих пор остался для меня без ответа.

Эта история, возможно, обогатит читателя иным ракурсом взгляда на закос (имитацию) под невменяемость. Во всяком случае, сам я такого ракурса больше за жизнь не встречал.
Судите сами.

САМА ИСТОРИЯ. Середина 60-х, райцентр удаленного захолустья Целинного тогда края. Телевидения в этом райцентре из-за большой удаленности от города там тогда не было еще совсем. Народ, издревле всегда желавший "хлеба и зрелищ", хлеб имел первоклассный из хорошего целинного зерна, а информационную потребность значительно удовлетворял устными средствами. А из видео самыми значимыми были полеты ракет с Байконура на темном небосводе и атомные грибы днем (последние к середине 60-х уже прекратились, а телевидение еще не пришло, но уже пришли будоражущие слухи о том, что собираются строить ретранслятор! Но пока народ оставался активным в устных каналах информационного обмена).
И вот поселок потрясла весть: Убийство молоденькой девушки! С одновременным ранением в руку парня с ней,- одним выстрелом из ружья! Убийца успешно задержан милицей практически прямо на месте преступления! Несмотря на время немного после полуночи темной весенней ночью и отсутствие освещения на месте преступления! Парень с девушкой сидели на лавочке возле детского садика, судя по последствиям выстрела, в обнимку. И, фантастика, неподалеку от места преступления жил молодой очень спортивный милиционер из спортивной семьи (брат его был физруком в нашей школе) со звучной русской фамилией, и он не спал, а стоя в одних трусах гладил брюки своей милицейской формы. И он услышал звук выстрела и затем истошный крик, выскочил тут же в чем был и разглядел убегающего человека с ружьем, настиг его, скрутил и доставил в милицию, до которой было несколько сот метров.
И вот убийца сидит теперь в милиции. Стали появляться и другие подробности. Парень был русский, кричал так истошно, что некоторые жители вблизи тоже его слышали. Убийца- глава казахской семьи, накануне у него дома были гости, хозяин напился и отрубился. Гости через некоторое время к полуночи разошлись. Хозяин после полуночи проснулся, вышел из дому с ружьем и совершил преступление. Затем стали появляться несколько иные подробности: Вместе с гостями ушла и жена, а хозяин, проснувшись и не увидев жену дома, по-видимому, решил, что та пошла блядовать, пошел с ружьем искать ее, чтобы застрелить за измену. И дальше выдвигалась версия, что он с пьяных глаз спутал сидящую с парнем девушку со своей женой и выстрелил.
На этом слухи затихли, за исключением того, что убийца все еще сидит и сидит в местной милиции, в областной центр его не отправляют, как обычно бывает при особо тяжелых преступлениях, видать, не могут никак решить, как с ним поступить. Широко было известно, что совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения является отягчающим фактором. Но с другой стороны, если человек совершил преступление в приступе белой горячки, то его в тюрьму вроде не садят, а отправляют в психушку.
Летом поселок потрясает другая весть: Убийцу никуда не отправят, его будут судить на месте, но ПОКАЗАТЕЛЬНЫМ судом, и, возможно, расстреляют! Для этого прибудут люди из областного суда.
В моем школьном умишке возникали картины, наверное, из фильмов о гражданской или первой мировой, где по приговору скоротечного полевого суда человека расстреливают перед строем! И здесь соберут, наверное, представлял я, народ на пустыре, быстро осудят и расстреляют. Показательно.
Все оказалось прозаичней. Прибыл состав выездной сессии областного народного суда. Местом проведения этой сессии был выбран зал Районного дома культуры. Вход- свободный. За исключением свидетелей, которых держали за закрытыми дверями в соседнем помещении и вызывали по одному. И их назад уже не выпускали из зала до окончания заседания.

Я пробрался, стараясь быть неприметным, чтобы не выгнали, в до боли знакомый мне зал, на сцене которого я играл самого Ленина на худсамодеятельности-лениниане, да так, что своим чудовищным искажением образа вождя мирового пролетариата вогнал в страх весь зал из родителей и учителей! (подробности в https://www.anekdot.ru/id/1324499/). В неосвещенном зале на 120-130 мест было примерно 20-40 зрителей на разных заседаниях. За все заседания я не заметил больше ни одного детского лица в зале.
Сцена была хорошо освещена, и на ней располагался состав суда и другие участники процесса. Хотя это и вызавало, на мой взгляд, ассоциации с театральным действием. Все приехавшие члены суда были европеидного вида, выглядел также типа русским и адвокат. Из "народного радио" я узнал, что это был не назначенный судом адвокат, а нанятый за деньги женой обвиняемого. При это, как оказалось, жена эта по прибытии адвоката обратилась за денежной помошью к людям, потому что приготовленные для адвоката деньги, со слов жены, кто-то спер через открытое окошко, деньги якобы лежали на подоконнике. Ей вроде помогли.
Подсудимый был возраста лет эдак 35-40, на вид типичный клерк, в черном костюме, белой рубашке и черном галстуке, по-юношески стройный, двигался в этой одежде совершенно непринужденно. Интеллигентное казахское лицо, умный взгляд широко раскрытых глаз. Такого рода люди работали в районных управленческих структурах типа райфинотдела, банка, совхозных управлений и др. Я зашел не в самом начале и, по-видимому, пропустил оглашение его анкетных данных. Говорил он на хорошем русском языке. Суд его подробно расспрашивал о его действиях, непосредственно предшествующих преступлению. Он рассказал про гостей, про то, как лег спать, про то, как потом с ружьем вышел из дому, а зачем, не может вспомнить. А что было дальше, ничего не помнит. Совершенно. Вплоть до следующего дня, когда он очнулся в милиции.
Жена его совершенно спокойно на допросе сказала, что когда муж вышел с ружьем из дому, она спала, и посему ничего не видела и не слышала (В то время как в народе до этого уверенно говорили, что жена тогда ушла с гостями!).
Милиционер, который в одних трусах задержал и доставил обвиняемого, показал в качестве свидетеля, что тот явно удирал с места преступления, и ничего неадекватного милиционер в действиях обвиняемого не заметил.
Но самую крупную вишенку на торт положил милиционер, дежуривший в ту ночь в милиции, тоже привлеченный как свидетель! Это был молодой, с сержантскими лычками парень-казах, высокий и с армейской выправкой, говоривший четко и коротко. То ли это был недавний след от армии, то ли еще вдобавок какая- нибудь школа/курсы милиции. Он показал, что задержанный вскоре после его привода попросился в туалет. Милиционер туда его отпустил. Это был деревенский дощатый сортир во дворе милиции. После того, как задержанный вернулся назад, милиционер пошел осмотреть сортир, и обнаружил в выгребной яме нож. (Не знаю, входила ли такая проверка в должностную инструкцию дежурного милиционера или нет, но я в любом случае снимаю перед ним шляпу за добросовестную службу!).
И словеса обвиняемого о том, что он ничего не помнит, в пересечении с показаниями двух милиционеров, похоже, у всех стали восприниматься как явное фуфло.
Адвокат в своей речи, неяркой, маловыразительной, которую я не всю понял, явно акцентировал, что подсудимый не отдавал себе отчета в том, что тогда делал.
Суд завершил очередное послеобеденное заседание.
В народе поползли слухи, что суд определяется между двумя вариантами- 15 лет либо расстрел. Тогда не то что пожизненного, но даже больше 15 лет не давали. В народе пошли недовольные суждения: это явно много,- за убийсто на почве ревности тогда давали 8 лет, а если у него было помрачение сознания, то его вообще не в тюрьму, а лечить должны!
На следующий день к нам домой зашел один знакомый молодой, живший неподалеку. Он был взволнован и сходу начал говорить моим родителям, что что мол такое творится, одни русские в суде, и казаха засуживают! Если суд приговорит его жестоко, то МЫ его у суда отобьем!
Один из моих родителей спросил его, а дальше что, вы собрались воевать с властью? На что горячий молодой ответил, что они его в горах спрячут, в пещере! И, быстро допив чай, удалился.
То ли в 3, то ли в 4 часа пополудни было объявлено заседание с оглашением приговора.
Я пошел, с некоторым мандражом, а вдруг там будет как в фильмах про басмачей, с перестрелкой?
В зале было все как обычно, в полутемном зале как обычно было немноголюдно. Но тут произошло то, что на прежних заседаниях никогда не было: Из бокового входа один за другим стали быстро выходить милиционеры, которые быстро, будто хорошо отрепетированнно, расселись полностью на двух передних рядах. Ни одного знакомого лица я не успел разглядеть, как и ни одного белокожего. Они все были как на подбор высокого роста, атлетического телосложения, в сапогах, с портупеей и с кобурой на боку. В одном ряду было где-то 12-16 мест, точнее не вспомню.
Ввели подсудимого на сцену. Судья огласил приговор, которым подсудимый за убийство без мотива приговаривается к высшей мере наказания- смертной казни через расстрел. (Именно так: к смертной казни через расстрел, а не к расстрелу).
-Подсудимый, Вам ясен приговор?
-Да. (Совершенно спокойным будничным голосом)
После чего милиционеры с первых двух рядов молча и быстро перестроились в две шеренги перед сценой, лицом друг к другу, на примерно метровом расстоянии между шеренгами. И между этими шеренгами повели приговоренного, к двери по направлению к заднему выходу, к крыльцу которого привозили на воронке подсудимого.
Я стремглав, боясь опоздать, побежал через передний выход к заднему крыльцу. Воронок стоял с окрытой задней дверью, в полуметре от стены, нависая днищем над верхом крыльца сантиметров на 20- 30. Кроме меня, ни людей ни машин рядом не было. Появление дополнительного "взвода" отборной милиции, возможно, охладило горячие умы. Появился из открытого дверного проема приговоренный, он своими ногами шагнул в воронок, и тот почти что сразу поехал. По направлению в центр поселка, где находилась и милиция. Никакого сопровождения не было. Он так один и ехал, пока не скрылся из виду.
В народе говорили, что приговоренных к расстрелу отправляют на урановые рудники, там они больше 2-3 лет не живут.
Где-то через год отец, придя домой обедать и садясь за стол, сказал матери, что сейчас видел судью, и тот сказал, что из соседнего областного центра пришла бумага о том, что приговор приведен в исполнение.
Жену приговоренного я больше не видел и ничего о ней не слыхал. Может, перехала к родственникам.

П.С. Что творилось в головах участников процесса, до сих пор остается предметом размышлений.
1. Адвокат: Полагаю, что он почти что сознательно подводил подсудимого к расстрелу, отрабатывая свои бабки за то, чтобы реноме жены подзащитного осталось судом незапятнанным. Трудно представить, чтобы он надеялся на то, что суд не зацепится за факт, что подсудимый через считанные минуты после убийства вполне осознанно избавлялся от улик, в том числе сбросил свой нож в сортир.
2. Суд: Не удосужился задуматься, может ли человек, будучи в здравом уме, ранее ни в чем криминально не замеченный, вдруг взять да и убить без всякого мотива другого незнакомого ему человека. И не удосужился допросить других гостей о деталях завершения званого ужина.
3. Про психологический расклад супругов не берусь размышлять вслух. Не Достоевский.

П.П.С. Полагаю, что те два ряда милиционеров прибыли из города главным образом для обеспечения безопасности суда после получения тревожных сигналов о настроениях в народе. И, возможно, они сопровождали и суд и воронок в дальней степной дороге до областного центра. Где из-за каждого холма можно ожидать неожиданность.
Возможно, это был некий прообраз ОМОНа.

П.П.П.С. В фильме "Вокзал на двоих" главный герой берет вину за совершенное женой ДТП на себя ради того, чтобы его жена не попала в тюрьму. Благородно!
Но не припомню ни одного произведения, чтобы муж брал вину жены на себя, при этом осознавая, что получит смертный приговор.

105

САПОГИ - СКОРОХОДЫ

…И что обидно, даже к королевским гонцам в сапогах-скороходах, не приставали с вопросами:

- Сколько стоят сапожки? Какая скорость? А если упадешь, то умрешь?

Но стоило мне завести себе сапоги-скороходы, дня не проходит, чтобы мне не задали какой-нибудь неоригинальный вопрос. Вначале раздражало, потом немного привык и я даже стал получать удовольствие от этих разговоров:

- Скажите, а сколько такое моноколесо стоит?
- Слава богу, я не знаю.
- В смысле не знаете?
- Надеюсь что очень дорого. Коллеги по работе скинулись, на день рождения подарили.

Я специально не узнавал, чтобы не расстраиваться. А вдруг оно стоит копейки и значит, мои сотрудники меня не ценят, тогда хоть с работы увольняйся. И вы мне, пожалуйста, не говорите, если сейчас нагуглите.

- Ну, ок…

Однажды меня остановила рукой-шлагбаумом, бабушка с мальчиком лет семи:

- Молодой человек, внук давно хотел попробовать покататься на таком вот моноколесе и наконец-то мы встретили ваше колесо. Дайте-ка , а ну пусть ребенок попробует, кружочек проедет. Если ему понравится, то мы ему такое купим. Вы ведь не очень спешите? Сколько оно может стоить, тысяч десять? Детское наверное дешевле? Ох, оно у вас грязное какое.
- Я совсем не спешу, но у меня есть идея получше. Видите, автобус к остановке подъезжает?
- Ну?
- Вы можете попросить водителя дать мальчику проехаться за рулем автобуса, хотябы одну остановочку. Какая водителю разница, он все равно туда едет? Одну остановку хоть поспать сможет, отдохнет. Тем более, я думаю, он не откажет такому хорошему мальчику. К тому же на автобусе гораздо интереснее рулить, чем на каком-то задрипаном моноколесе.

Мальчика очень захватила эта идея и он стал отрывать бабушке руку:

- Ба! Ба! Давай на автобусе! Хочу! Давай…

Но особенно трогательно, что все вокруг живо интересуются моей инвалидностью и смертью:

Как-то стоял с колесом на длинном пешеходном переходе, ждал зеленого.

Рядом ждала компания – несколько мужиков, от сорока до пятидесяти.

Самый из них солидный и видимо авторитетный, спросил у меня:

- И часто ты с этой херни падаешь?
(Почему-то незнакомые люди обычно пытаются говорить со мной на «ты», видимо из-за моего несерьезного средства транспорта)
- Нет, с этой «херни» пока не падал.
- А сколько оно вообще может выжать? Километров 20 в час, хоть может?
- Мое едет 50, а бывают что и 100 и даже больше, но если соблюдать правила и держать себя в руках, то можно ездить вполне безопасно.
- Да ну нахер, значит – эта байда не для меня, потому что я по жизни не признаю никаких правил и не привык держать себя в руках, поэтому я сразу за сотню разгонюсь.

Друзья посмотрели на товарища с уважением.

Я ответил:

- В таком случае вам можно только посочувствовать.
- Почему это?
- Ну, если вы по-жизни действительно не признаете никаких правил и не привыкли держать себя в руках, значит вам даже в магазин за хлебом выходить опасно, ведь с таким кредо, всегда можете по харе получить – это же очевидно…

Товарищи хихикнули…

А вчера я зашел в один солидный офис и конечно же в углу поставил моноколесо. Без колеса уже и не могу, всегда с ним. Без колеса я себя чувствую как голубь, который разучился летать и поэтому вынужден ходить пешком, даже в теплые края.

Сижу на кожаном диване, жду человека. Напротив устроилась хорошо одетая супружеская пара лет пятидесяти. Мужчина заинтересовался моими сапогами-скороходами и стал выспрашивать как и что. Я с удовольствием рассказал все что знал и даже немного больше.

И под конец прозвучал сакраментальный вопрос:

- А скажите, как часто вы с него падаете?
- Да, в общем-то, еще не приходилось и пока не планирую.
- И даже пока учились?
- В том числе. Я соблюдаю самое главное правило – езжу чуть медленнее и спокойнее, чем реально умею.
- Но подождите, вы ведь понимаете, что рано , или поздно, но вы же все равно упадете? Это ведь неизбежно, просто вопрос времени. Вы к этому готовы?
- Извините, а вы женаты?

Тут и женщина заинтересовалась нашей беседой и мужчина ответил:

- Да, мы женаты, а какое собственно…
- А давно ли вы женаты?
- …Да, уж двадцать три года. А что?
- Двадцать три года – это, конечно, совсем не мало, но вы ведь понимаете, что рано, или поздно вы же все равно разведетесь. Это ведь неизбежно, просто вопрос времени. Вы к этому готовы?

Супруги заулыбались и сказали:

- Тогда вы уж постарайтесь не падать.
- Сделаю все от меня зависящее. А вы, в свою очередь, любите друг друга, потому что как только вы разведетесь, я сразу и упаду. Очень бы не хотелось.
- Договорились…

107

В самолете из Лас-Вегаса пассажирка заметила на пальце впереди сидящей блондинки огромный брюлик. Та заметила интерес соседки, улыбнулась и протянула руку, чтобы женщина могла как следует рассмотреть камень. - О, такого большого я никогда не видела! Наверняка это известный бриллиант. - Да, -ответила владелица. - О нем много написано. Это бриллиант Клипштейна. Но его сопровождает страшное проклятие. - Какое? - Сам Клипштейн!

108

Настоящий патриот должен в своей жизни успеть: 1. Посадить дерево в своём лондонском поместье, 2. Вырастить дочь жены от предыдущего брака, 3. Построить яхту на деньги пенсионеров, 4. Получить от мамы миллиард по наследству, 5. Депутатствовать из Майами, 6. Пожать руку Трампу.

109

Встречаются русский и амереканец. Американец берет в руку камень, сжимает в кулаке и из камня капает вода. Показывает корочку: 'ЦРУ США'. Наш достает трехлитровую банку, лимон, сжимает лимон в кулаке и выдавливает полную банку сока. Показывает корочку: 'ЦСУ СССР'.

110

Однажды Георгию пришлось съесть змею.

Нет, его никто не заставлял, самому было интересно. Почему, Георгий не знает. Он не представлял сногсшибательного вкуса или что-то там такое. Ну, так думалось, внезапно приятели спросят - "ты ел змею?". А он ответит со скучающим видом очень бывалого человека, утомлённого глупыми вопросами - "Да. Ничего особенного". Правда, до сих пор никто не спросил. Про лягушек вот спрашивали.

В общем, приходит Георгий в один ресторан в Шанхае. Меню на английском нет. Персонал говорит только по-китайски. Живность выставлена на специальном стенде. Там черепахи, лягушки опять же, и крабы. Крабам Георгий сразу не понравился, но он их успокоил, что пришёл не за ними. Змея возлежала в клетке, свернувшись кольцами, и демонстрировала буддийский похуизм. Стоила, кстати, недорого – много их, видать. Георгий посмотрел на неё, и подумал - что я тут выёбываюсь? Заказал бы себе свинины, и всего делов. Но внутренний голос начал ныть - ты же пришёл сюда. Съешь её, ничтожество трусливое. Может, это вообще пища богов. Всю жизнь вспоминать будешь.

По размышлениям Георгия змея поняла, что дела плохи. Буддизм её покинул, она стала угрожающе шипеть. Георгий подозвал китайцев, и показал на змею. Они стали что-то говорить. В Китае не смущает никого, что ты не знаешь китайского, это твои проблемы. Георгий взял китайца за руку, и потащил на кухню. Китаец в ужасе вырывался, но Георгий был непреклонен. На кухне он показал ему на сковородку, а потом на кастрюлю. Китаец жестами спросил - сам, что ли, будешь готовить? "Да блядь, щас, - ответил Георгий. - Я дома-то яичницу с трудом жарю, а тут сразу буду со змеёй кухарничать? Вы бабло получаете, вы и готовьте". Китаец охуел от количества жестов. Стоит, дрожит и кивает. Боится с психом связываться.

Далее, пошли открывать клетку. Ну, тут змея сразу сообразила, что пришёл пиздец. Начала шипеть и на китайцев бросаться. Китайцы кричат и отпрыгивают назад. Георгий думал, они в процессе руку набили, а оказывается, нет. Змеи вроде сто лет живут, вот эта у них сто лет и сидит в ресторане. Никто не заказывает, а тут Георгий пришёл. Счастье. Обернули они клетку курткой, и унесли на кухню. Что дальше было, неясно. Что-то ужасное наверняка. Приносят пиво. Георгий пьёт его для храбрости. Всё ж не каждый день змею ест. Воображение рисует понты перед друзьями и рассказы через губу, какой он крутой. Нет, надо больше пива. Точно больше. Пару кружек.

Приносят куски жареной змеи. Выглядит не так страшно, а Георгий думал глаза закрыть. Пробует. Ну, бля. По вкусу - как жёсткий хек. Если бы не чешуя - принял бы за рыбу. Сухо и вообще. Но есть можно. Пожевал. Лягушка сочнее, и там вкус курицы с рыбой. А тут котом советского времени себя ощущаешь, бабушка Георгия котэ хеком кормила. Приносят супчег. Супчег очень даже, и там тоже куски змеи. Густой, как клейстер. Вполне себе. Но, честно говоря, его можно хоть из курицы варить, чисто вкуса змеи у него нет. Однако, мясо хотя бы нормально жевать получается, а жареное по консистенции было как сушеный кальмар из магазинов, и в зубах застревало.

Далее, на столе оказывается стакан с кровью и змеиным сердцем. Георгий к этому был готов. Но ему рассказывали, что вискаря приносят. А тут просто кровь. Бери да хлебай. "Да вы охуели, что ли? – показывает Георгий жестами на чистом китайском. - Я вам что, вампир? Несите бухло". "Сам ты дракон недоделанный, - показывают Георгию ответными жестами. - У нас в Китае все так пьют. Зажрались, иностранные дьяволы". Выбил в итоге водку. Проглотил сердце, смешал белую с кровью (вот она, реальная "Блади Мэри"), выпил. Вкуса, правда, не почувствовал, да и нахуй такой вкус. Георгий до сих пор, вспоминая сию процедуру, содрогается.

Встаёт он, шатаясь, и думает - зачем я это ел? Пошёл опять к прилавку. Крабы и черепахи молчат, смотрят на Георгия и тихо крестятся. Вернулся. Давай, изрёк, снова водки, а то страшно мне. Выпил. Расплатился, и уехал в отель с мрачными мыслями.

Ещё охота черепаху попробовать. Но, памятуя змею, Георгий не решается.

(с) Zотов

111

Навигатор пронзительно каркнул: "Вы прибыли к месту назначения". И этим пунктом были Колпачки ( https://yandex.ru/maps/?ll=43.595875%2C48.603875&z=13.79 ). Одно название, как пощёчина!

Я не был здесь тринадцать лет. И не потому, что это место проклятое, хотя... в каком-то смысле, да. Для меня, рыболова, Колпачки – это святилище "бели". Царство карася-"душмана", густеры-"забана", подлещика, вот этой всей интеллигентной, мирной братии. А я? Я-то ловлю хищника. Мой бог – щука, идол - судак, культ – дерзкий окунь. Такие, как я – "шахматисты" спиннинга. Ловить в Колпачках - это как оперному певцу выступать на дискотеке.

Второй, более весомой причиной, было мое кредо: не лезь в места массового паломничества "рыболовов выходного дня". Толпа, шум, "конкуренцияя", вёдра, мангалы, пьяные крики... Брррррр!

Но вот мы здесь. Проездом. Занесло после вчерашнего юбилея старинного знакомого в Шебалино. В ноябре, в будний день в Колпачках пустынно. Жена, хитро прищурившись, сказала: "Ну, ты же не сможешь просто так проехать мимо воды? Зачем же ты спиннинг в багажник клал?"

Она знала, куда давить.

- Ладно, - пробурчал я, вытаскивая удилище, - Кину пару силиконок, "чтоб не нарушать отчётности", как говорил великий стратег, кот Матроскин. Будет полчаса на выполнение гражданского долга, не больше.

Вышел на берег. Заброс. Второй. Тишина. Вода гладкая, как совесть чиновника. Ни единого тычка. Окунь, видимо, сегодня был в отпуске или подался в монахи.

Я уже собирался смотать снасти, когда это случилось. Не поклёвка. Хуже.

Из-за кустов, нагло, уверенно, будто здесь не гость, а хозяин, выбежала... Кошка.

Она остановилась в пяти метрах, присела, а затем выдала самую требовательную, самую драматическую "Мяу!" в истории рыболовства.

И тут меня прошибло током.

- Тань, - крикнул я жене, - Иди-ка сюда!

Окрас. Один-в-один. Маскировочный, глубокий, черный с рыжиной, словно единое целое с рождавшей её степью. И главное – взгляд. Этот наглый, циничный, пресыщенный взгляд прожжённого рэкетира.

Тринадцать лет назад мы были здесь. На берегу к нам пристал заморыш-котёнок. Накормили его тогда частью нашего скромного улова. Посмеялись, назвали его "местной налоговой инспекцией" и уехали.

- Нет, не может быть, - прошептала жена, прикрыв рот рукой. - Это же...

Котя подбежала, потёрлась о мои штаны, включив на полную мощность свой мурчальный аппарат. Звучал он как работающий на холостом ходу дизельный двигатель.

Тринадцать лет – это целая жизнь для кошки. Даже для матёрой. Потомство? Вряд ли потомок, который дожил до такого возраста и сохранил такой же боевой окрас, мог быть так чертовски похож.

Это была Она. Без тени сомнения. Та самая. Словно ждала нас, не покидая свой пост.

Поклёвок - ноль. Перебор приманок и забросы – мимо. Но отчётность требовала жертвы.

Достал из рюкзака дежурный паштет. Тот, что всегда в багажнике рыбака - на случай полного провала и тоски.

Кошка ела. Она не просто ела - она принимала дань. Медленно, с достоинством, с тем же циничным, знающим взглядом, который говорил: "Ну наконец-то. Я уже заждалась. А ты всё хищника ловишь? Зря. Он сегодня на водохранилище Цимлянском, в Донском, ты его проехал".

- Она ждёт, - сказала жена, задумчиво глядя на кошку. - Тринадцать лет. Она запомнила нас.

- Похоже, она состоит исключительно из "налоговой" рыбы, - усмехнулся я. - Её миссия - сидеть здесь и собирать подати с проезжих, сентиментальных дураков вроде нас.

Мы попрощались с "инспектором", пообещав себе не возвращаться ещё тринадцать лет, чтобы не провоцировать животное на вечное ожидание. Но в машине нас обоих сверлила одна и та же мысль: "Как? Как она могла прожить столько лет на одном и том же месте, да ещё и узнать нас?"

Мы отъехали уже километров на пять, когда раздался звонок. Тот самый старинный знакомый, с юбилея в Шебалино. Между делом сказали ему, что спустя 13 лет заезжали в Колпачки, я даже покидал свои "силиконки".

- Ха-ха! - съехидничал он. - И не поймал ничего? И было бы странно, если б не так!

- А что? - насторожился я.

- Да это же полишинелевый секрет Колпачков! - засмеялся он. - Там уже много лет серьёзного хищника не было, местные своими сетями отвадили его туда заходить. Там только сомиха осталась. Старая, матёрая, сидит в яме. И хрен её поймаешь. Её даже сомом не зовут.

- А как же?

- Котя её кличут.

У меня мурашки пробежали по рукам.

- Стоп. Чего-чего?

- Ну, легенда местная, фольклор! Говорят, это не рыба, а оборотень. Она в виде громадной сомихи сидит на дне, но когда на берег приезжают новые рыбаки, то выходит "собирать информацию".

- А когда приезжают старые...

- Когда старые? - переспросил друг. - А когда приезжают старые знакомые, она выходит, чтобы забрать "налог на упущенную выгоду". Для неё не то что ваши приманки, а ваши эмоции, адреналин рыбацкий - как развлечение. Говорят, она может жить веками, просто меняя облики.

Я резко затормозил. Мы с женой переглянулись.

- Погоди, чего ты меня как пацана "разводишь"?.. Мы же её кормили. Паштетом.

- Конечно, кормили! - воскликнул знакомый. - А ты думал, чего она такая наглая? Это же настоящая Царь-Сомиха, только в облике кошки! Она слопала твой паштет, и твои тринадцать лет спокойствия! Ты откупился!

Я медленно опустил смартфон. Жена смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

- Царица-сомиха... в облике кошки... - прошептала она.

- И она взяла паштет. А это... это была дань не за рыбу, а за то, что мы не будем её ловить.

За секунду до этого я понял, что в моем рюкзаке, из которого я достал паштет, уже месяца два болтается без дела одна вещь.

Моя любимая, совершенно новая, самая уловистая в мире, но так и не опробованная приманка. Светящаяся в ночи силиконка-креатура с двумя воткнутыми шумовыми камерами, пропитанная спец-аттрактантом - отлитая по заказу, специально для ловли... сома.

Сомиха-Кошка не только взяла налог. Она взяла его авансом.
=
История реальная, было в четверг, 27.11.2025. Фото кошки подлинное. Обсуждение закрыл просто потому что знаю заранее, что там будет (здесь же не специальный рыбацкий ресурс). Пожалуйста, оставьте, свой вердикт голосовальным плюсиком или минусом. В любом случае жму руку.

112

Состояние президента США Дональда Трампа в сентябре 2025 года сократилось с рекордных 7,3 млрд до 6,2 млрд долларов.

Доня-миротворец пострадал.
Миллиард зелёных потерял.
И всего то шесть сегодня насчитал.
Неужели Вовка миллиард украл?

Всем известно, что плюгавенький артист
очень крепко на руку не чист.
Попрошайки рыльце , как всегда, в пушку.
Воровского от него несёт душку!.

113

Как девочка тюрьму в собор перестроила

Попросил меня как-то один хороший человек, дядя Миша, поговорить с его племянницей. Семья у них — крепко верующая, хоть в календарь святых помещай. Формулировка была дивная: «Поговори с Лизкой по душам, а то мы, видимо, всё по почкам да по печени. В церковь ходит, молится, а в глазах — будто не с Господом беседует, а с прокурором спор ведёт».

Лизке четырнадцать. Взгляд — как у кошки, которую загнали на дерево: спрыгнуть страшно, а сидеть — унизительно. Злости в ней было — на небольшой металлургический завод. Но злость честная, без гнильцы. Просто девать её было некуда. Семья, школа, деревня — всё в трёх шагах. Куда ни плюнь — попадёшь в родственника. Бежать было буквально некуда, так что если уж рвать когти, то только внутрь — к тем местам, за которые они цеплялись. Вот и кипела эта ярость в ней, как суп в слишком маленькой кастрюльке.

Я нашёл её у реки. Она швыряла камни в воду с таким остервенением, будто каждый камень лично ей задолжал.
— Слышала, вы с дядей моё «мировоззрение» обсуждали, — буркнула она, не глядя. — Неправильное, да?
— Да нет, — говорю. — Просто невыгодное. Ты злишься, и по делу. Но злишься вхолостую. Энергия уходит, а результат — ноль. Они тебя дёргают, ты бесишься, им от этого ни холодно, ни жарко. Тебя же саму этот гнев изнутри жрёт. Нерационально.

Она замерла. Слово «нерационально» на подростков иногда действует как заклинание.
— И что делать?
— Мстить, — говорю. — Только с умом. Не им в рожу, а им же — но через тебя. Самая крутая месть — вычистить в себе их пятую колонну: сделать так, чтобы их стрелы в тебе не застревали. Не броню наращивать, нет. А вычистить из себя всё то, за что они цепляются. Не латать дыры, а убрать саму поверхность, за которую можно ухватиться.

Она прищурилась.
— То есть… меня обидели, а я должна внутри себя ковыряться?
— Именно. Но не с покаянием, а с интересом инженера. «Ага, вот тут у меня слабое место. Болит. Значит, надо не замазывать, а выжигать». Ты злишься не ради справедливости — ты злишься ради того, чтобы эту справедливость им же и предъявить, когда зацепиться уже будет не за что. Твоя злость — это не грех, это индикаторная лампочка. Загорелась — значит, нашли уязвимость. Пора за работу. Они тебе, по сути, бесплатно делают диагностику.

Я видел, как у неё в голове что-то щёлкнуло. Я-то думал, что даю ей отмычку, чтобы она могла ночами сбегать из своей тюрьмы подышать. А она, как оказалось, восприняла это как схему перепланировки.
— Каждый раз, как зацепили, — продолжал я, — неси это не в слёзы, а в «мастерскую». Можешь в молитву, если тебе так проще. Но не с воплем «Господи, я плохая!», а с деловым: «Так, Господи, вот тут у меня слабина, которая мешает по-настоящему. Помоги мне её увидеть и расчистить это место — чтобы было куда Любви войти».

Честно говоря, часть про молитву была с моей стороны циничным манёвром. Упаковать психологическую технику в религиозную обёртку, чтобы и девочке дать рабочий инструмент, и семье — иллюзию контроля. Идеальная сделка, как мне казалось. Я доложу дяде Мише, что научил её молиться «правильно», они будут довольны, а она получит алиби. Все друг друга как бы обхитрили.

Она усмехнулась. Криво, но уже по-другому.
— Культурная месть, значит. Ладно. Попробую.

Поначалу прорывало постоянно. С мелкими уколами она справлялась, но стоило копнуть глубже — и её захлёстывало. Срывалась, кричала, плакала. А потом, утирая слёзы, собирала разбитое и тащила в свою «мастерскую» — разбирать на части и переплавлять.

Как-то раз мать попросила её на кухне помочь. Лиза, уставшая, злая, взорвалась:
— Да что я вам, прислуга?!
И на этой фразе её просто прорвало: ещё кипя, она развернулась, подошла к стене и вслепую, со всего маху, врезала кулаком — резко, зло, так, что на костяшках сразу выступила кровь. Только когда по руке прострелило болью и злость чуть осела, она словно пришла в себя. Повернулась к матери:
— Прости, мам. Это не на тебя. Это мой крючок. Пойду вытаскивать.

Голос у неё дрогнул, и мать пару секунд просто молча смотрела на неё, не понимая, то ли это снова скандал, то ли она правда ушла работать.
И ушла. И в этот момент я понял: она не просто терпит. Она работает. Она превратила свою камеру-одиночку в место, где идёт непрерывная работа — не по латанию дыр, а по переплавке всего хлама в нечто новое.

Шли годы. Лиза не стала ни мягче, ни тише. Она стала… плотнее. Как будто из неё вымели весь внутренний сор, и теперь там было чисто, просторно и нечему было гореть. Рядом с ней люди сами собой переставали суетиться. И отчётливо чувствовалось, как исчезло то давление, которое когда-то её придавливало, — словно испарилось, став ненужным. Не потому что мир исправился, а потому что мстить старым способом стало просто скучно: крючков внутри не осталось, зацепить было нечего.

А потом случился тот самый день. Её свадьба. Толпа народу, гвалт, суета. И вот идёт она через двор, а за ней — непроизвольная волна тишины. Не мёртвой, а здоровой. Успокаивающей. Словно рядом с идеально настроенным инструментом все остальные тоже начинают звучать чище.

Вечером она подошла ко мне. Взяла за руку.
— Спасибо, — говорит. — Ты мне тогда дал схему. Она сработала. Даже слишком хорошо.

И вот тут до меня дошло.
Я-то ей дал чертёж, как в тюремной стене проковырять дырку, чтобы дышать. А она по этому чертежу не дырку проковыряла. Ей ведь бежать было некуда — кругом свои, те же лица, те же стены. Вот она и пошла до конца: не только подкоп сделала, а всю клетку зубами прогрызла, разобрала на кирпичи и из них же построила собор. Сияющий. В котором нет ни одной двери на запоре, потому что незачем. В который теперь другие приходят, чтобы погреться.

Я дал ей рабочий механизм. Простую схему: «гнев -> самоанализ -> очищение». Но я сам пользовался ей как подорожником — быстро, по-деловому, лишь бы не мешало жить. Не шёл так далеко. А она увидела глубину, которую я сам прохлопал.
Я сам этой схемой пользовался, но для меня это всегда было… как занозу вытащить. Быстро залатать дыру в броне, чтобы дальше идти в бой. А она… она увидела в этих же чертежах не сарай, а собор. Схема одна. Путь формально открыт для всех, но он отменяет саму идею «препятствия». Любая проблема, любая обида — это просто сырьё. Топливо. Вопрос только в том, на что ты готов её потратить. На ремонт своей тюремной камеры или на то, чтобы разобрать её на кирпичи и посмотреть, что там, снаружи.

Я дал ей рецепт, как перестать быть жертвой. А она открыла способ, как вообще отменить понятие «обидчик-жертва». Ведь если в сердце, где теперь живёт свет, обиде просто негде поместиться, то и палача для тебя не существует.

Сижу я теперь, пью свой чай и думаю. Мы ведь, кажется, наткнулись на то, что может стать началом тихого апокалипсиса для всей мировой скорби. На универсальный растворитель вины, боли и обид. И самое жуткое и одновременно восхитительное — это то, что он работает.

И знаешь, что меня в итоге пробрало? Ключ этот, оказывается, всегда в самом видном месте валялся. Обычный, железный, даже не блестит — таким я раньше только почтовый ящик ковырял, когда счёт за свет застревал. А теперь смотрю на него и понимаю: да он вообще для всех лежит. Не спрятан, не запрятан, просто ждал, пока кто-нибудь сообразит, что им можно открывать не только ящики. Никакой святости, никаких подвигов — взял и чуть повернул. Он дверь любую отпирает, а уж идти за ней или нет, это другое кино. И вот что, по-честному, пробирает: всё просто, как веник в углу, а когда понимаешь, что можно было так всю дорогу… становится тихо и чуть жутковато.

114

Пережившая трёх царей, Ленина и Сталина легендарная актриса Александра Александровна Яблочкина отдала профессии 77 из своих 97 лет. (До отставки тов.Хрущёва не дожила полгода.)
Народная артистка СССР, лауреат Сталинской премии (1943 года, 50 тыс руб передала на строительство самолёта), кавалер трёх Орденов Ленина...

Яблочкина родилась почти 160 лет назад - 15 (3) ноября 1866 года - в актёрской семье в Санкт-Петербурге.
С 20-летнего возраста - в Москве, в Малом театре, в котором прослужила до 1961 года.
Александра Александровна была самодостаточна, с особым чувством юмора. Политические перипетии её практически не волновали, она не скрывала своего тепла к царскому режиму. Но и советская власть её не обижала - Яблочкина была в почёте у всех вождей.
Замужем Яблочкина никогда не была. Если верить актёрским слухам, то прожила без романов и без мужской близости, что породило в этой ядовитой актёрской среде множество баек.

...В 1951 году умер Ленин. Другой. Михаил Францевич Ленин был директором Малого театра. Из своих 70 лет он прослужил в театре почти полвека.
Театральная труппа решила выдвинуть на директорский пост Михаила Царёва. Но Минкульт был против. Тогда актёры решили отправить на аудиенцию к зампреду правительства, члену Политбюро ЦК маршалу Ворошилову самую старейшую и уважаемую актрису театра. И это была Александра Александровна. Отказать ей Климент Ефремович просто не мог.

Яблочкиной объяснили: скажи Ворошилову, что театру нужен человек, знающий его изнутри, Царёва уважают актёры, он не только хороший актёр, но и талантливый организатор. И что немаловажно, Царёв - член партии. Значит, он политически грамотен и морально устойчив.
На тот момент Яблочкиной было уже 85 лет. Она несколько раз повторила текст новой для себя роли и отправилась на приём.

"Дорогой Климент Ефремович! Вот что я вам должна сообщить по поручению господ артистов нашего Импера… то бишь Государственного Малого театра, - начала она не без оговорок. - Умер Ленин!"
Ворошилов очень удивился и даже где-то развеселился. Известие о смерти Ленина уже четверть века не было топ-новостью. Кажется, он даже решил, что зря теряет время. Но движения его души не остались незамечены чуткой актрисой, привыкшей улавливать реакцию публики по малейшей интонации и взгляду.

"Да не ваш Ленин, - тут же пояснила театральная долгожительница, - а наш Михаил Францевич, директор. На его место все хотят достойного человека. Есть такой у нас в театре - Царёв. Мишка! Числится вообще-то актёром, но проявляет себя как администратор. Именно за это его все уважают. И что-то ещё запамятовала... Ах, да, он член вашей партии!"
После такого заступничества Царёв по кличке Царь стал директором Малого театра и преемником Ленина.

...Потом заседала Яблочкина в каком-то президиуме. Подрёмывала по старости, а Михаил Иванович Царёв её всё под стулом ногой толкал... А как объявили её выступление, то посильнее толкнул, чтобы совсем разбудить.
Яблочкина встала, глаза распахнула и произнесла: "Мы, актёры ордена Ленина Его Императорского Величества Малого театра Союза ССР..."

...Позднее Александру Александровну чествовали на юбилее в Малом театре, вручили грамоту "За добросовестный, многолетний труд". Яблочкина выходит с ответным благодарственным словом и говорит:
"Дорогие мои, вот я ещё при царе работала. Спасибо вам большое за награду, ведь при царском режиме нас унижали подачками: то денег дадут, то дом или лошадь подарят. Я ведь всё промотала! А это - на всю жизнь!"

...Как-то приехав на гастроли в Ленинград, Яблочкина остановилась в "Астории". Администратор театра, зайдя к ней в номер, осведомился: "Как, Александра Александровна, у вас тут всё в порядке? Претензий нет?"
- В порядке-то, голубчик, в порядке. Но вот, слышала я, горничные между собой переговаривались. Будто как раз в этом номере передо мной жил молодой тенор из Большого... Ну, как его?..
- Козловский, что ли?
- Нет, другой тенор. Поменьше росточком.
- Лемешев?
- Вот-вот. Так он, горничные говорили, на этой самой постели... что-то вроде взрывов... или фейерверка... Ну, чем мальчишки из пугачей стреляют?
- Пистонами, что-ль?
- Вот-вот! Горничные говорят: пистоны ставил… Уж вы, голубчик, либо сами, либо распорядитесь. Пусть проверят, не оставил ли чего? Как бы и мне не взорваться...

...А незадолго до окончания театральной карьеры актрису привели в качестве "свадебного генерала" на банкет по случаю чествования Юрия Гагарина и Германа Титова.
Космонавтов подвели к Яблочкиной, представили: "Александра Александровна, познакомьтесь, это наши первые космонавты - Юрий Алексеевич Гагарин и Герман Степанович Титов".
Гагарин и Титов поцеловали руку Яблочкиной, та потрепала обоих по щеке, поцеловала в висок.
Через некоторое время началось застолье. И вот в какой-то момент, когда шум чуть-чуть стих, все услышали хорошо поставленный голос Яблочкиной:
"Но мне так и не сказали, в каком полку служат эти молоденькие поручики!"

Из сети

115

В 1927 году из Америки в СССР возвращался молодой человек, вызывавший оторопь у таможенников. Одетый по заграничной моде, отлично говоривший по-английски, он вёз с собой медицинское оборудование, купленное на деньги, которые ему заплатили за операции в крупнейшем госпитале США.

В том госпитале ему предложили престижную работу, от которой молодой человек отказался. А если добавить, что его отец до революции был владельцем Нижних торговых рядов в Москве, что его жена – дочь миллионера, и что он сам в своё время служил в царской армии, то можно решить, что «возвращенец» был просто сумасшедшим! Но Сергей Сергеевич Юдин ненормальным не был. Он был гениальным хирургом и убеждённым патриотом.

Вскоре после возвращения из США Юдин был назначен главным хирургом Института им Н. В. Склифосовского.
Тогда эта клиника на 96 коек была убогим помещением с печным отоплением. За три года Юдин превратил хирургический стационар и операционные института в лучшие не только среди отечественных, но и некоторых зарубежных клиник. Главная идея Сергея Сергеевича была в том, что работающие у него хирурги должны обладать широчайшим диапазоном возможностей, быть, как он сам говорил, «поливалентными»

Институт стал настоящей «хирургической Меккой», аккумулятором, где хирурги черпали идеи. В книге отзывов того времени – восторженные записи профессоров Герцена, Вишневского, Войно-Ясенецкого, иностранных светил.
Об операциях Юдина ходили легенды: он мог делать то, что выходило за пределы человеческих возможностей. Например, он выполнял резекцию желудка за 20–30 минут, чего до сих пор не удалось повторить ни одному хирургу в мире. Его сравнивали с пианистом-виртуозом, а сам хирург говорил: «Вскрываю брюшную полость, кладу руку на опухоль, беру аккорд и вижу, что опухоль удалима».
Юдин великолепно играл на скрипке и гитаре, а одну из своих книг назвал «Этюды желудочной хирургии». Он также дружил с художниками: его портреты кисти Нестерова и Корина до сих пор украшают Третьяковку.

Деятельность Сергея Сергеевича приобрела государственный размах, когда в 1930 годы он предложил методику переливания трупной крови. Консервировать кровь тогда ещё не умели. Открытие, сделанное накануне войны, позже спасло жизнь миллионам бойцов. Кроме того, Юдин с командой хирургов института выезжал на самые трудные участки фронта и оперировал одновременно на 4–5 столах, показывая и обучая. Его гениальными руками были спасены тысячи раненых.

В характере Сергея Сергеевича сохранялась детская искренность и порывистость, желание «играть» с судьбой. Он общался с иностранными журналистами без переводчика, писал открытки Черчиллю, отстаивал службы в Елоховском соборе, крестил детей своих сотрудников и называл советскую власть не иначе как «совдепией»…
И это не прошло безнаказанно.

В конце 1948 года, почти сразу после того, как Юдин был награждён второй Сталинской премией, хирург был арестован по обвинению в шпионаже.

В одиночной камере Лефортовской тюрьмы, после допросов и пыток, этот заключённый просил только об одном: дать ему возможность писать. На клочках бумаги, которую выдавали для туалета, Юдин создавал научные статьи, приводя по памяти цифры, графики, цитаты на нескольких языках.

В 1952 году его отправили в ссылку в сибирский городок Бердск. Вскоре жене одного из местных партийных бонз понадобилась операция. На звонок в Кремлёвку работавший там ученик Юдина ответил: «Лучшие хирургические руки страны – в Бердске!» После этого случая Юдину разрешили работать в Новосибирске. Он не только с упоением оперировал, но и начал серию экспериментальных работ со студентами.

В 1953 году Сергей Сергеевич был реабилитирован и вернулся на прежнюю должность. Однако один из учеников, сыгравший роль и в его аресте, восстановил против него часть сотрудников. Виртуозные операции Юдина, у которого «не было неоперабельных больных», не могли спасти его от разборок, склок, доносов… Спустя 11 месяцев он скончался от инфаркта после триумфального выступления на конгрессе хирургов.

После смерти Юдина его имя постарались забыть, хотя его открытиями и сегодня продолжают пользоваться миллионы медиков. О судьбе этого выдающегося человека рассказывают книги: «Образы великих хирургов», «Дело Юдина»

Ольга Алекперова

Из сети

116

История моего детства. Кто бы мог подумать, что этот мальчик станет взрослым и будет спасать детей...

Я слышал, американцы любят первый заработанный доллар в рамочку повесить. А у нас не делают из денег культа, и соответственно нет такой традиции. Вот вы что с первым заработанным рублём сделали, помните? Я помню, я на первый заработанный рубль пирожных вволю нажрался...

- Дяаадь, дай двадцать копеек... - и рожу корчишь самую жалобную. Очередь у пивнаря возле автостанции довольно пёстрая. Главное, правильно выбрать "клиента".
- Чооооо?
- Ну, я хлебушка куплю, дяяядь...
- Свабоден, шкет...
- угу... (шмыг) - пережидаешь десять секунд, кружок сделал, к другому подходишь. - Дядь, дай двадцать копеек...
И очень редко когда полезет гегемон в карман и достанет лопатник со своими кровными и, поковырявшись, вынет пятнашку или десяток и брезгливо уронит монетку тебе в руку. Монетка эта - на самом деле как бы игровой жетон, символ перехода в совсем иную плоскость отношений, о чём подпрыгнутый нищеброд, получивший сегодня получку, и потому ощущающий себя Ротшильдом, ещё не догадывается. Следующая фаза наступает сразу же.
- Дядя, а я увидел у тебя денег много, дай рублик, жалко что ли?
Не было такого пролетария, который, поперхнувшись от моей наглости, не произнёс бы пусковую фразу:
- Пшёл нахуй, сопляк!

И, прямо душа каждый раз радовалась, - раздвигаются заросли тенелюбивых кустарников, и выходят оттуда на свет приветливые ребята: Дюша, Батон, Шандыба и Калина, а позади мужика - Ека и Боров. И этому мужику очень вежливо говорят: "Ты зачем нашего братишку на хуй послал? Не по поняткам, он же не петух... Как решать будем?" И - у кого что в руках - кто куском арматуры, кто кастетом слегка помахивают. Редко кто мог что-то внятное возразить.

Я потом научился выявлять "нашего" клиента - не к каждому подходить можно, зубы считанные... Например, к блатным, понятное дело, лучше не соваться, с красными тоже греха не оберёшься. Спортики и военные слишком живо могли среагировать... Оставалось крестьянство и работяги. Но там уж мы резвились по полной. Самое удивительное, никто из этого трагедию не делал и в ментовку ни один не обращался.

В первый раз мандражировал, конечно, но старшие ребята сказали не ссы, мы в двух метрах стоим, если чо - затопчем любого. Ну я и не ссал. Холодок только помню лёгкий в голове, как от мятной конфеты, и губы как будто чужие и не я слова выговариваю. Сам, как взведённая пружина, но представил, что я артист, типа. Добавил сверху шмыганья и гнусавости, чтобы мандраж незаметен был - как-то полегчало... В общем, после дела дали мне рубль пацаны. А я пошел в стекляшку и купил картошку, заварное и лимонад дюшес. После этого мятые рублёвки, все какие были, мне со смехом пацаны отделяли. У меня мечта была, что выдадут на заводе зарплату рублями, а тута мы такие, опа - и все пачки рублей по уговору мои. Но обычно было два-три. Бывало, трёшку добавляли.

Так продолжалось довольно долго, я успел в четвёртый класс перейти. Ну, честно говоря, через день ходил, сидел изредка на уроках, скучал. Учительница спросит - нехотя встанешь, мямлишь, еле-еле слова выдавливаешь - ну, не понимал я, чего от меня хотят, и зачем вообще заставляют в школу ходить. С каникул стабильно на пару дней позже приходил. Так почти до окончания четвёртого класса и дотянул. И вот тогда-то приземлились мы почти всей шайкой в мусарню.

...Тот мужик вообще никак не пискнул на моем радаре - с виду обычный деревенский простак, приехал город посмотреть. Пиджачок, кепочка, сам худой... Ну, глаза из-под кепки как два чёрных буравчика - всё равно несуразица какая-то вышла: я к нему со своей программой, а он улыбнулся добродушно и целый железный рубль на ладошке протягивает: "На, пацан, нету мелких сегодня." Тут бы призадуматься, с чего бы такая щедрость? Ан нет, слишком долго с рук сходило, попритупилась чуйка. Я пятернёй гребанул холодный кругляш и бочком хотел улизнуть, как вдруг подельники мои начали из кустов вываливаться. Но не в штатном режиме, то есть с инструментом в руках и с улыбками, а наоборот, охая и принюхиваясь к асфальту. А следом пара незнакомых весёлых парнишек нарисовалась. Всё как по нотам: раз-два, упали, как дрова, три-четыре, манжеты нацепили. Дюша и так не особо умный был, а тут глаза выпучил и заладил как заведённый "я - не надо, я - не надо..." Ну и все остальные не лучше - упакованные как барашки лежат, привыкают. Боров вообще в штаны припустил. Меня эта картинка так поразила, что я целых три секунды не мог информацию обработать и тупо писк в голове слышал, как будто программа телевидения кончилась.

Потом зырк! на мужика, а он ещё шире улыбается, и уже рядом со мной стоит, хотя я точно помню, что ноги меня несли малой скоростью прочь, пока башка буксовала. А он меня за плечо взял и тот же злополучный рубль протягивает: "Да не стесняйся, бери, я ж от души даю". Я - рраз на свою руку, а там вместо монеты печенька зажата. Тут меня как будто в кипяток окунули, стою красный весь, слегка трясусь, понял, что меня в моей же игре уделали в ноль, морально сдался в этот момент... Как сквозь туман слышу "Геннадий Ник..." - тут крестьянин, слегка поморщившись, сделал рукой предостерегающий жест, и парнишка осёкся, но доклад закончил. - "Шесть гопов упакованы, мирные не пострадали" "Грузите..."

Почти извиняясь, то ли мне, то ли кому ещё, мужик пояснил: "Приехал к другу на рыбалку, а тут у вас вон оно что... Пришлось порядок навести." И на меня колючими глазами мужик глянул - мне как будто в каждый глаз по ледышке вбило - и говорит: "Мамка-то у тебя есть, живая? А папка с вами живёт? Дать бы ему за тебя пиздюлей крепких, но это в следующий раз. Рубль держи крепко и слушай." И дальше всё по полочкам разложил - что пару лет еще побегаю, а там 14 исполнится и дальше колония, потом тюряга, тубик, пара ограблений ещё между отсидками, и всё... Безымянная могилка под деревянным крестом. Ну, это я и так знал, особо не удивил меня непростой крестьянин.

А дальше он говорит: "Но можешь совсем другую биографию себе нарисовать". Так как я молчал, он продолжил: "Сейчас идёшь домой, узнаёшь у одноклассников что на завтра задано. Да, да! По одному - да ты не кивай головой, слушай сейчас - повторяю, по одному предмету делаешь домашку. Никого не бьёшь в классе и в школе, ровно ходишь. Если полезут - всекай, но сам не лезь, без толку не подставляйся. Завтра по двум предметам домашку делаешь и так далее, по нарастающей. Составь расписание. Что не понятно, продолжаешь долбить, пока не поймёшь. Соображалка-то у тебя работает, её чуть в другую сторону повернуть надо. Полчаса лишних к трудным предметам добавляешь, если мало - час. Через месяц не будет просветов - подойди к толковым одноклассникам, пусть объяснят. Не бить, добром просить! К учителям присмотрись, должны быть хорошие, у них можно спросить. Это не поможет - ищи репетитора, деньги заработай, только без криминала. Почту разноси, двор мети, мало ли вариантов. Учти, у меня за каждым кустом глаза и уши, если сорвёшься, то значит, я в тебе ошибся, зря шанс дал - и тогда уж извини. Все предметы к концу года нагонишь, ещё больше месяца есть. Если не успеешь - сам себя должен наказать и на лето оставить. Отличником можешь не становиться, это лишнее. Программа сделана, чтобы вы дебилами не выросли, но главному эта программа не учит. К окончанию школы плюс ко всему научись обращаться с четырьмя вещами: с собой, с людьми, с учёбой и с деньгами. Потом поймёшь, пока просто мотай на ус. И спорт выбери по темпераменту, бокс там, борьба, стрельба... Самбо, если есть. В общем, кэмээс минимум делай. Никаких сигарет там, пива и другого говна, понял? И главное - силу свою используй на хорошее, не для зла. А дальше всё просто: делаешь ещё двадцать лет, и там уже увидишь - куда дальше. Всё запомнил? Ну так давай, исполняй!" - и подтолкнул в спину.

Исполняю, Геннадий Ник. Уже лет пятьдесят исполняю... спасибо вам от Шплинта.
Я просто думаю, а сам бы стал в этой ситуации на какого-то пацана время тратить, мозги ему вправлять или раздавил бы сапогом как лягушонка? Или ещё проще - закинул бы в жернова системы?

117

Вот вам действительно важная причина стоимости фисташки в РФ.

В СССР за производство фисташки отвечал Узбекистан.
И производил он их огромное кол-во, и большая часть шла на экспорт.
Мой отец занимал должность декана факультета аграрного института Узбекистана.
И в том числе приложил руку к культивации сортов.
Сколько было потрачено человеко-часов на это дело даже представлять боюсь. И дела шли хорошо, фисташки было просто дофига.

А потом начались гонения в стиле «урус, вали в свою Россию» и всех-всех русских поперли с должностей, которые заняли местные "гении".

И так уж сложилось, что одновременно и холодная зима, и союз распался, а отдаленные районы Узбекистана, где выращивали фисташку, сами узбеки обеспечить дровами почему то не додумались.
Ну местные тупо и вырубили в первую зиму на дрова фисташковые деревья.
ПРОСТО ТУПО ВЫРУБИЛИ ВСЕ ДЕРЕВЬЯ НА ДРОВА

С тех пор фисташки в Узбекистане нет. От слова совсем, как и русских...

118

1996

Урок английского. На задней парте устроился мужик - проверяющий из РОНО. Молодая учительница пишет на доске английскую фразу и просит учеников перевести. Класс молчит, и вдруг с предпоследней парты руку тянет Вовочка. Учительница поколебалась, но делать нечего - вызвала.
Вовочка:
- Вот задница. Сейчас бы засадить!
Учительница, заливаясь краской стыда:
- Вовочка, как ты можешь!!!
Вовочка, поворачиваясь к мужику:
- Не знаешь английского - нечего подсказывать!

119

Жизнь иной раз такие сюжеты преподносит, что даже выдумать нельзя, закручено сильнее чем в голливудском кино.
История не моя, читал в паблике. Если это правда, это невероятный случай
"Я был в штатах в командировке. Люди с работы предложили поехать на машине в столицу посмотреть белый дом и капитолий. Проехали 1500км. Будучи там остановились на светофоре.
Чел сидел рядом со мной, американец, говорит мне. смотри парень выглядит знакомым и показыает на человека переходящего улицу. Я думаю ну и что типа увидел знакомого.. Он повторяет и дергает меня за руку.. я смотрю улицу переходит мой знакомый с которым я не виделся уже года 3 и который к америке никакого отношения не имеет. Открываю окно окликаю его .. он подходит к машине. Оказалось он поехал по программе обмена на стажировку. Вот и посчитайте какова вероятность этого с точки зрения теор вероятности. А амер узнал его потому что накануне я показывал ему альбом с фотографиями."

120

Умер лётчик и попал в ад.
Идёт по длинному коридору, читает таблички на дверях. Написано "Ад для пехоты". Заглянул туда, интересно же. А там черти пехоту заставляют строевой подготовкой заниматься на раскалённой сковородке, окапываться в мёрзлом скальном грунте, режут, расстреливают и прочие ужасы.
Следующая дверь, "Ад для танкистов". И туда заглянул. Там танкистов в танках жгут, топят, в общем, кошмар.
На подгибающихся ногах, в панике идёт дальше, видит - дверь с надписью "Ад для лётчиков". Заходит и ничего понять не может. Лётчики сидят на травке, отдыхают, шашлыки жарят, в речке купаются, а маленький чертёнок им пиво разносит. Ловит он чертёнка за руку и спрашивает:
- Это что, ад для лётчиков?
- Ну да, ад.
- Что-то не похоже на ад. У других там такое творится...
- Понимаешь, у нас же всё, как в авиации. Котлы на профилактике, черти на переобучении, один я остался, но у меня допуска нет.

121

Особенности наркоза в условиях тюремного заключения.

Скажу сразу — я наивно заблуждался.
Закончив свою карьеру клинического инструктора и перейдя на вольные хлеба частной практики — я полагал, что больше обучением медиков я не буду заниматься, преподавание ушло в прошлое…
Ошибался. Американская медицина построена на взаимном обучении, причём непрерывном.
Коллеги учатся друг у друга, я наставляю своих сестёр, тренировки включены в рабочие часы — медсёстры-менторы постоянно работают над практическими навыками среднего медперсонала.
И, несмотря на захолустье и маленькие размеры — в нашем госпитале проходят ротации и студенты медвузов и медсестринских школ, а также есть программа подготовки ассистентов врачей.
Ну, а иногда мне звонят из местной школы — есть подросток, интересующийся медициной, можно ли ему пару дней походить за вами и увидеть медицину изнутри. Никогда не отказываю, из эгоистических побуждений — эти ребятки будут моими врачами или медсёстрами в совсем уже, увы, недалёком будущем.
И есть у меня любимый вопрос, который я задаю почти всем: что сложнее, взлёт или посадка, начало наркоза или его окончание?
Вопрос несложный, на наблюдательность и логику, шансы угадать ответ — 50%.
И, неизбежно, две трети ответов — неправильные.
Да, взлёт выглядит более энергичным и драматическим, посадка выглядит нудной и простой.
Тем не менее — после 40 лет в окопах медицины — именно окончание является наиболее значимым и сложным.
Когда я ввожу в наркоз — это практически просто применение моих навыков, где я делаю что положено и участие пациента в этом — минимальное.
А вот посадка — это тот момент, когда мой контроль заканчивается и пациент переходит, частично, на автономное состояние.
То есть — не всё и всегда зависит от анестезиолога, в этом танго появляется второй участник, пациент. И этот второй участник должен убедить меня в своей автономности. Как? Следуя моим командам — кивните, если слышите, подымите голову, откройте глаза, глубоко вдохните.
Я очень старомодный анестезиолог, в моей юности наркоз был куда опаснее — так что я никогда не тороплюсь, перевожу в пробудительную палату только если я доволен состоянием пациента.
Ну, и если я вас не убедил — именно пробуждение и поведение во время него — весьма разнообразно и непредсказуемо, смех, слёзы, мат-перемат, угрозы, «пасть порву!», делириум. И что интересно — раз на раз не приходится, я тут уже четверть века, множество повторных пациентов — и дав наркоз 5 раз одному и тому же пациенту — я не возьмусь предсказать его пробуждение в 6-й раз.
Так, увлёкся, разговор пойдёт о наркозах заключенным, отбывающим наказание в местной федеральной тюрьме.
Точнее, об их охране.
Охрана зэков из тюрьмы максимально строгого режима, к счастью, в прошлом, эту часть тюрьмы просто перевели. Зэки там были — монстры, убийцы шерифов, полицейских, охранников, особо опасные террористы.
Всё было очень по-взрослому серьёзно: 6 охранников, в бронежилетах, с оружием наизготовку, кандалы на руках и ногах. Два охранника, один в операционной, один снаружи, напротив двери в операционную.
Кандалы снимали после ввода в наркоз — ничего металлического быть не должно, можно страшно обжечь при применение электрической коагуляции.
Вместо этого — временные пластмассовые кандалы.
Всё это — в прошлом, сейчас заключенные намного менее опасные, режим средней и минимальной строгости.
Минимальной — их подвозят к госпиталю и отпускают на лечение, затем по звонку приезжает охранник и забирает, одеты они, как правило, в гражданскую одежду.
Средней тяжести — наручники и два вооружённых охранника, один из которых переодевается в хирургическую униформу и следует за пациентом в операционную.
Рутина, я хорошо знаю многих охранников, практически в лицо.
Ничего, кроме взаимного уважения, я от них не видел. Один раз, правда, я вспылил — я смотрю пациента в палате, а стражи смотрят футбол, с максимальной громкостью — пришлось выдернуть штепсель телевизора.
В остальном — по окончанию взаимодействия — я никогда не забываю их поблагодарить за их работу, они меня хорошо знают, я заботливо к ним отношусь, операции могут идти часами, удобное кресло я им всегда найду.
А вот, наконец, и история.
Уехал в отпуск, вернулся — зэк на операцию, наркоз прошёл штатно, то есть скучно, что хорошо.
Начинаю будить — страж вскочил и надел наручники и ножные кандалы.
Хм… странно и необычно, максимум одну руку приковывают к носилкам или больничной постели. Стражник молодой, мне незнакомый, на моё недоумение он пояснил: его так научил его более опытный сослуживец, якобы так лучше для персонала операционной. Я пожал плечами — ничего более мощного, чем мои препараты, в медицине — нет. Суета с наручниками и кандалами мне показалась чрезмерной. Я, грешным делом, подумал — молодой, научится.
И надо же такому случиться — через день ещё один зэк, а потом ещё один.
И у всех охранников — одинаковый модус операнди, тотальное применение железных оков.
На третий раз я не выдержал: ребята, это что-то новое и избыточное, мы раньше обходились без этого, у вас новые правила, новые инструкции?
Всё оказалось гораздо проще и глупее.
Пока я был в отпуске — зэк проснулся и принялся буянить, посленаркозный делириум, вещь достаточно обычная и контролируемая моими медикаментам .
То ли операционная команда растерялась, то ли не в меру инициативный охранник решил поучаствовать — результатом стал полностью закованный зэк. Делириум, кстати, продолжился и стал хуже — пациенты в этом помрачённом состоянии не выносят физические ограничения, выход тут один — ввести в лёгкий наркоз и попытаться позже разбудить в более благоприятных условиях.
Или, короче: эта не ваша проблема, ребята, ситуация медицинская, а не пенитенциарная.
Ещё короче: сидите и не вмешивайтесь, пока я вам не дал отмашку на перевод.
И расскажите это всем вашим сотрудникам, пока это не стало привычкой, рутину тяжело ломать, а то вот возьмут и создадут новый ноу-хау пробуждения больного. Я, кстати, здесь съязвил и поинтересовался — вы же тоже бываете моими пациентами, ребята вы здоровые и могучие — мне вас тоже заковывать в наручники перед пробуждением? Ну, типа, новое слово в анестезиологии — хорошо зафиксированный пациент в лекарствах не нуждается!!
Шутки шутками — но если я ещё один раз это увижу — звоню вашему капитану и извещаю администрацию госпиталя.
Права на лечение и медицинские стандарты тюремное заключение не отменяет.
И что лечение и заключенного и его охраны — ничем не отличается.
Мораль? Да какая там мораль, просто совет-пожелание — да обойдёт вас нужда в анестезиологах и тюремных охранников!
Michael [email protected]

122

В давние времена, аккурат между августовским кризисом и миллениумом, моя первая жена решительно заявила, что женщина с ребёнком в принципе не имеет права рисковать собой - и уж тем более не имеет права делать этого в одной компании с мужем, в случае чего оставляя ребёнка круглым сиротой. Её утверждение выглядело логичным и обоснованным, так что вскоре мы проснулись рано утром, прыгнули в первый поезд метро, проехали от конечной до конечной аккурат всю серую ветку метро и загрузились в первый утренний автобус - ехать в Волосово прыгать с парашютом. Если вы сейчас пытаетесь понять логическую связь между причиной и следствием - добавлю слова "прежде чем у нас появится ребёнок и лишит её этого удовольствия". Автобус стоял с раскрытыми дверьми, мы приехали с запасом времени и оказались первыми, так что выбрали себе места (справа, с теневой стороны, третий ряд сидений с конца), сели и благополучно задремали.

Вскоре в автобус вломились две дамы. Они выбрали себе места спереди, сели, закрыли там окно. Затем закрыли окно на местах перед собой. Отмечу, это происходило летом в те годы, когда слова "автобус" и "кондиционер" сочетались примерно так же, как сейчас слова "автобус" и "несимметричный диметилгидразин". Немного подумав, дамы пересели на пару сидений назад, снова закрыли окно у себя и снова закрыли окно спереди. Ещё несколько итераций - и дамы, досадливо пропустив занятый нами ряд, оказались в самом хвосте автобуса, на общем заднем ряду. Судя по звукам - закрыли там окно. Затем закрыли окно перед собой. А затем - прошелестели шаги, у меня над ухом просунулась рука и закрыла окно у нас. В этот момент я, честно говоря, офигел.

В тот момент, когда шаги прошелестели обратно, я, не говоря худого слова, протянул руку и снова открыл своё окно. Снова прошелестели шаги, снова протянулась рука... я протянул свою и зафиксировал стекло, не давая его закрыть. В результате узнал, что я быдло, которое беспричинно хамит порядочным людям. Почему-то это не побудило меня отпустить стекло, а дамы оказались не готовы к долгому силовому противостоянию - так что под град высказываний о падении нравов у современной молодёжи они пересели на другую сторону и принялись закрывать окна там. Потом автобус заполнился людьми, все пооткрывали окна обратно и мы поехали.

На аэродроме нас ждал замечательный инструктаж. Я говорю абсолютно серьёзно: рассказывать что-то людям, мечтающим побыстрее досидеть до конца твоей нудной лекции, довольно сложно. Рассказывать так, чтобы у них при этом что-то осталось в голове - целое искусство. Взявший нас инструктор был настоящим мастером этого дела, практически всё, что он сказал, я помню даже сейчас. Его отработанная речь содержала точно выверенные сменяющие друг друга дозы информации, юмора, ярких примеров, неожиданных вопросов - всего, что притягивает внимание слушателя и мешает ему заснуть. В том числе за время инструктажа до нас примерно двадцать раз в разных формах и с разных сторон донесли простой тезис: запасной парашют снабжён автоматом, который на высоте трёхсот метров дёргает за кольцо и самостоятельно раскрывает парашют - это мера предосторожности для спасения тех прыгнувших, которые впали в неконтролируемую панику, потеряли сознание или просто при выходе стукнулись головой и поэтому не открыли основной. Приземляться так не рекомендуется, поэтому при нормальном прыжке, убедившись, что основной купол полностью раскрылся и хорошо функционирует, автомат запаски следует отключить. Для усиления убедительности озвучили сумму, которую придётся доплатить за повторную укладку напрасно открытого запасного парашюта - весьма приличную сумму.

Когда пошли прыжки и у первого же прыгнувшего раскрылся запасной парашют, я слегка удивился. Когда это случилось во второй раз - начал считать. Если коротко - прыгавших было много и каждый четвёртый из них забывал отключить автомат. В результате на трёхстах метрах открывался запасной парашют и человек приземлялся на двух куполах - что выглядит довольно криво, но в принципе не опасно, скорее неудобно. Ждущие своей очереди люди смотрели, как другие забывают отключить свои автоматы, а потом грузились в кукурузник, взлетали, прыгали - и забывали отключить свои. Так всё довольно спокойно и ровно шло до тех пор, пока очередная прыгнувшая дама не спохватилась в самый последний момент, когда автомат уже сработал и расчековал парашют.

Вы когда-нибудь видели, как приземляющийся человек борется с шёлковым куполом, пытаясь не дать ему раскрыться и запихнуть обратно в сумку? Даже издалека зрелище крайне своеобразное. Дама отчасти преуспела - парашют действительно толком не раскрылся, скорее частично облепил её, частично болтался под ней бессмысленной грудой тряпья. Хуже другое - в пылу борьбы она начисто забыла про то, что снизу крайне подло и чертовски быстро приближается такой твёрдый предмет как Земля. Результатом этого стало приземление фактически на шпагат - не испытывал и, надеюсь, никогда не испытаю, но думаю, что это доставило в высшей степени неприятные ощущения. Во всяком случае через некоторое время её пронесли мимо ждущих своей очереди прыгунов с переломами обеих ног.

Я продолжил считать. Из тридцати с лишним следующих прыгнувших автомат запаски забыл отключить один (прописью: один) человек. Потом очередь дошла до нас с женой и дальше я уже не считал. Но если бы я руководил дроп-зоной, то всерьёз обдумал бы мысль каждые выходные включать в состав прыгунов подсадного, которого потом пронесут вот так, "загипсованного". Впрочем, если добавить к этому дам из автобуса, вспоминается старый анекдот про то, что у России две беды, и если одну из них теоретически ещё можно устранить с помощью катков и асфальтоукладчиков, то вот с дорогами-то что делать?

P.S. Если кому интересно, то в отличие от продвинутой и надёжной советской техники буржуинские аналоги измеряют не только высоту, но и скорость падения, поэтому отключать их не требуется - они сами прорюхивают, что основной купол открыт и функционирует. Если бы в тот день использовались они, дама ушла бы с аэродрома своими ногами, да и ни одна из сработавших в тот день запасок не раскрылась бы, лишив аэродром изрядного приработка.

123

ПОЙДЁМ, Я ТЕБЕ КОЕ-ЧТО ПОКАЖУ!

80-е, детский сад, лето, мы на дневной прогулке. На улице хорошо: зеленеет травка, шелестят листвой деревья, чирикают клювы, светит тёплое солнце.
На деревянной веранде под шиферным навесом Лёха выстроил мальчишек позади себя треугольником, с собой в его вершине; мы изображаем эскадрилью, вытянув руки-крылья в стороны и гудим. Я стою в правом фланге эскадрильи.

- Чур я ИЛ-86! - информирует нас Лёха о своём уровне в иерархии социума, первым застолбив уважаемый четырёхдвигательный самолёт.
Всем остальным самолётам становится завидно и чуточку обидно: ИЛ-86, надо же.

Зачем гражданским воздушным судам собираться в клин, как гусям, совершенно непонятно, и хотя я тоже ИЛ-86, от скуки начинаю слоняться по территории садика. Воспитательницы в белом тоже скучают и дремотно поглядывают то на детей, то по сторонам, то вглубь себя. Смартфонов, чтобы поглядывать в них, ещё нет.

Ко мне подходит девочка Ксюша в платьице и белых сандаликах, правый испачкан в чём-то. Ксюша мне нравится, и я с интересом жду, что будет дальше.
- Пойдём, я тебе кое-что покажу!
- А что?
- Сам увидишь!
- А? (я демонстрирую сообразительность)
- Да пойдём уже, я тебе кое-что покажу!

Любопытство и ожидание чего-то хорошего, какого-то приятного сюрприза, берут верх над опасением неведомого, и девочка эта мне симпатична, и я иду.
Ксюша ведёт меня по траве за руку, я послушно иду за ней, как телёнок.

Хоп. Внезапно мой сандалик оказывается в "мине" посреди травы, оставленной кем-то из хвостатых-ушастых, или ещё кем из фауны.

Я удивлённо смотрю на сандалик, теперь испачканный продуктами чьей-то жизнедеятельности и успешного пищеварения, и слышу счастливый заливистый смех.
Это смеётся надо мной Ксюша, отойдя в сторону, сгибаясь и приседая от радости в приступах хохота - теперь сандалик испачкан не только у неё.

Понимаю, что это и есть тот обещанный сюрприз, как раз то, что коллега по группе хотела мне "показать".
Ксюша, всё ещё смеясь, убегает к остальным детям, а я стою и тупо смотрю на свой изменивший цвет, фактуру и запах сандалик.

Пришло ощущение холода и жара одновременно, как ледяной водой окатили.
Стало грустно и горько от ощущения обмана и недобрых намерений под маской добрых.
Краски дня потускнели и помрачнели, потемнели трава и деревья, настроение из нейтрального перегадилось в [s]самокатчиков и мотоциклистов[/s] гуано, как сандалик.

Так я познал коварство женщин.

Вытерев кое-как сандалик о траву, постояв некоторое время и поохуевав, я поплёлся обратно к эскадрилье Лёхи.
_____

Я иду обратно к веранде и ещё не знаю, насколько нескучная и беспокойная жизнь меня ожидает.

Впереди, в детсаду, в школе, в университете, на работе, в браке и после него, во втором браке, множество раз я буду верить в добрые качества, помыслы и намерения людей, судя людей по себе, и множество раз буду сталкиваться с обманом и откровенностью, враждебностью и дружелюбием, холодом и теплом, злом в почти чистом его виде и добром, злобой и добротой людей, насмешками, завистью, издёвками, насилием, агрессией, злорадством и состраданием, равнодушием и неравнодушием, заносчивостью и скромностью, надменностью и достоинством, безразличием и участием, малодушием и великодушием, подлостью и благородством, явными недобрыми и добрыми намерениями, недобрыми намерениями под маской добрых, лицемерием и открытостью, дружбой и предательством, радостью и печалью, счастьем и горем.
Часто у меня будут биты нос, лицо, тело и душа, периодически у других людей.
Много будет плохого и много будет хорошего. К сожалению, плохого будет больше.

Наряду с людьми недалёкими, заносчивыми и недобрыми, и людьми индифферентными, эгоистичными и малодушными, коих, к сожалению, немало, будут встречаться и редкие достойные, добрые и светлые люди.
_____

А пока что я сижу на лавочке вдоль стены веранды и наблюдаю, как Лёха продолжает изображать ИЛ-86, брызгая слюнями себе на подбородок, удивляясь его энергии и энтузиазму.

По-прежнему зеленеет травка, шелестят листвой на ветру деревья, чирикают клювы и светит солнышко, не теперь уже как-то немного по-другому.

P.S. В полном соответствии с поговоркой "Умные учатся на чужих ошибках, обычные люди на своих, а дураки ничему не учатся", продолжаю верить в светлые и добрые качества и намерения людей.

И периодически, гораздо реже, чем мне хотелось бы, встречаю их.

Всем здоровья и добра) И побольше светлых, неравнодушных и добрых людей на жизненном пути.

124

Эзоп и медведь

Всё-таки старые русские актеры, это главный архив Мельпомены и театральные междусобойчики с ними, подчас интереснее любого спектакля. За столом зашел разговор о старых Чеховских экранизациях и первое место естественно заняли "Медведь" с Жаровым, "Драма" с Великой Раневской и "Анна на шее" с эстетичнейшим Вертинским. Один актер по ассоциации вспомнил свою историю связанную с "Медведем"...

В их театр поступила молодая актриса, причем во первых мажорка в квадрате (папа директор театра, а жених сын чиновника из Управления культуры, где работала ее маман, ну и вдобавок абсолютно бездарная.

Так вот именно к этому актеру ее и прикрепили в качестве стажерки-воспитанницы. Они с ней играли в "Медведе", где она дебютировала в роли Елены Ивановны Поповой, «вдовушка с ямочками на щеках» и тут она ну никак не могла конкурировать с Ольгой Андровской из одноименного фильма.

Актер заставил ее несколько раз пересмотреть этот фильм не пожалев личного кинопроектора (видаки тогда в провинции были еще редкостью). Но все было тщетно. Особенно у актрисы не получался знаменитый рефрен: "Медведь, медведь, медведь". И на его беду так сложилось что в вечер репетиционного дня ему пришлось срочно идти заменой на спектакль "Кремлевские куранты", на роль часовщика, того самого, который рассказывал Ленину и Дзержинскому басню Эзопа про Лису и Львицу.

На спектакле ожидались солидные гости из Центра, так что актер по его словам почти не пил, но осадок от занятий с актрисой оставил след в подкорке и посему, во время пересказа басни, он вместо того, чтобы сказать каноническую фразу: "Но зато это лев", на голубом глазу произнес: "Но зато это медведь". Ленин и Дзержинский, его старые друзья и коллеги, не показали виду, видимо решив, что это очередной "Гопкинс" (актерская шутка на пари), зрители пропустили этот диссонанс мимо ушей, а даже посмеялись оценив "юмор". Но директор прибежал разбираться, а за дверью гримерки торчало Большое ухо (прозвище парторга).

Когда директор ворвался в гримерку, актер уже малость подправил нервы и был в боевом настроении и в ответ на наезд директора, сам перешёл в атаку, сказав, что не мог себе позволить поганить слух товарищей Ленина и Дзержинского символом Британского империализма, который, как известно является львом и посему заменил его на нашего медведя, который круче любого льва. Пристыженный директор удалился, а парторг потом пожал актеру руку и не стал его вычеркивать из гастрольного списка в Болгарию.

А молодая актриса сыграла в "Медведе" достаточно прилично (наверное ямочки на щеках поспособствовали).

125

Месть и розы

Кот Маркус ненавидел две вещи… огурцы и Степана нового френдбоя его напарницы Стеллы (нет сама Стелла считала почему-то себя хозяйкой, хотя было понятно, что вожак стаи в этом ареале именно Маркус и никто иной). И вот появился этот Степан и началось… сначала он притащил эти омерзительные огурцы, потом подарил Стелле горшок с колючими розами, которые специально поставили на любимом месте Маркуса, на его любимом подоконнике. И Степан демонстративно за ними ухаживал и даже поливал. Сам он был смазлив и манерен и занимался стилистикой бальных танцев. Ну и невообразимой наглостью было то, что Маркуса перестали пускать в спальню напарницы, где так удобно было спать у нее в ногах. Но фатальным финалом была одна дурацкая шутка Степана… Стелла подарила ему мужской одеколон и этот негодяй, не придумал ничего иного, как пшикнуть Маркусу этой вонючей жидкостью прямо в нос. И началась операция «Рыжая месть»…

Глупые кошки первым делом бы нагадили в туфли обидчику, но мудрые рыжие коты знают, что месть это холодное блюдо и если долго сидеть у реки, то рано или поздно мимо проплывет дохлая мышь, та самая, которая месяц назад нагло ускользнула в норку с куском сыра в зубах.

Первым делом Маркус несколько раз, когда враг оставался ночевать в его доме, чуток помечал с вечера его туфли, так самую малость и вельми в этом преуспел и на службе, все обратили внимание на то, что от Степана постоянно пахнет кошками. Ну а потом пришла очередь горшка с розами… Маркус долго тренировался в открытии окна и транспортировке цветочного горшка и немало в этом преуспел. И теперь надо было дождаться момента, когда Стелла и Степан уйдут из дома и вот этот роковой день наступил…

Степан традиционно полил цветы в горшке и они со Стеллой вышли из квартиры, а Маркус рыжей стрелой возмездия ринулся на подоконник с розами, и тут извивы хищных лиан судьбы, вцепились в его план…

Нет, окно он открыл штатно и ловко скинул горшок вниз, но это послужило началом цепочки судьбоносных событий…

На одной лестничной клетке со Стеллой, проживал ее почти одноклассник Сергей (почему почти, а потому что учился годом старше) и Сергей, что характерно был в нее влюблен. Сергей отслужил в армии, учился на вечернем и был мастером спорта по плаванию с соответствующей мускулатурой. И каждый раз, когда видел в окне счастливого соперника поливающего розы, испытывал не самые гуманистические эмоции.

Этажом ниже жила старушка по кличке Цветочница, все подоконники которой были уставлены цветами и когда рядом с Сергеем на асфальт грохнулся горшок с цветами, Сергей взывая о возмездии кинулся вверх по лестнице (не дожидаясь застрявшего где то лифта), дабы высказать Цветочнице, все, что наболело. И пока он скандалил со старушкой, естественно все отрицавший, к интермедии присоединились новые действующие лица… Стелла со Степаном спустившиеся сверху (ибо лифт все еще где-то зависал) и подросток из того же подъезда и тут события помчались со скоростью цветочного горшка падающего на асфальт…

Подросток ужом ввинтившись в скандал, обличающе ткнул пальцем в Степана и сказал, что видел его стоящем в окне с цветочным горшком в руках (это было на днях, но мальчишка не стал уточнять). Стелла подтвердила, что Степан периодически поливает цветы на подоконнике. Степан возмущенно всплеснула руками и совершенно случайно задел щеку Стеллы. Сергей взревев на тему, мол как ты мразь смел поднять руку на девушку, прописал ему прямой в челюсть, после чего, его счастливый соперник ударился о стену, сполз по ней и стал скулить сидя на корточках где тут же и получил полную отставку. Естественно поход в кино был отменен, Сергей проводил Стеллу домой, проконтролировал вынос вещей отставленного лузера и остался на кухне ожидать предложенную чашечку чая, но вдруг услышал из комнаты хозяйки панический возглас, и бросившись на помощь увидел следующую картину… Стелла тыкала пальцем в подоконник закрытого окна и громким шепотом вещала, что тут стоял цветок, а чуть в стороне на ковре, просыпалось с потягушеньками, милое существо рыжей шерсти, с абсолютно невинным взглядом. Сергей сразу определил, что в доме домовой и остался охранять хозяйку до утра, чем в дальнейшем занялся на постоянной основе. А Маркус обрел нового друга, который при каждом визите, оставлял на ночь на блюдечке кусочек докторской колбаски для «Для Домового».

Но главную тайну этой истории они так и не узнали, а дело было вот в чем… как то в подъезде, тот самый подросток, замешкавшись, случайно наступил на ногу Степану, а тот отвесил ему затрещину, видимо не зная постулата Конфуция о том, что нельзя обижать даже мышь, на чем и пострадал. То есть коварный подросток тонко подставил обидчика. Конечно лжесвидетельство не есть комильфо, но с другой стороны нечего затрещины раздавать.

126

Мельпомена и автобус

Эдуард Петрович был эссеистом и писал короткие рассказы для журналов и даже один раз печатался в Крокодиле на ниве расширенной подписи к антибюрократической карикатуре. Он шел с тусовочного банкета драматургов, куда попал, как автор нескольких сцен в паре пьес своего приятеля драматурга. Банкет имел место в театре, от которого прямо до дома Эдуарда Петровича ходил автобус и посему эссеист не стал брать такси, а сидел на остановке и грустил. А грустил потому что от него ушло вдохновение и плюс ушла его рыжая муза, решившая окончательно выйти замуж и решившая же, что если изменять женихам порядочной современной девушке можно, то вот изменять мужу, это несколько не комильфо.

И тут его грустные размышления прервала какая-то дама бальзаковского возраста, с недовольным лицом пожилой девушки увидевшей на томике Лафонтена мышиные какашки. И она задала один из тех вопросов, которые эссеиста вельми раздражали... - Вы автобус ждете?-

Нет, на автобусных остановках задают много вопросов и из них Эдуард Петрович, будучи нервным интеллигентом, мирно относился только к вопросу "Сколько времени". А вот вопрос на тему, а давно ли мол ушел автобус вызывал у эссеиста зубовный скрежет, то есть ему прямо в лицо говорили, что он просто бродячий идиот, который просто сидит на остановке и считает автобусы. И в данном случае он ответил: "Нет, просто сижу", причем не сварливо, а под настроение грустно.

А дама внезапно выказав интерес к данной аномалии спросила, а зачем он тут просто сидит и в душе эссеиста внезапно затеплился огонек вдохновения и Остапа, как говорится понесло...

Детонатором оказался брелок в виде золотистой фигурки Мельпомены, врученный Эдуарду Петровичу, как участнику драматургического мероприятия и вот эссеист, показав даме данный брелок рассказал прямо с чистого листа родившуюся в его мозгу историю...

Эдуард Петрович поведал о том, что несколько дней назад входящая в автобус (номер которого он не запомнил) девушка, выронила вот этот вот брелок и теперь он тут дежурит в надежде ее увидеть.

Дама так прониклась этой романтической историей, что аж прослезилась, и мышиные какашки на томике Лафонтена, превратились в лепестки роз.

И тут подъехал автобус и из него вышла симпатичная девушка (рыжая!) и Эдуард Петрович, буквально на автомате встал со скамейки, шагнул к ней и протянув руку с брелоком спросил: "Это не вы потеряли?", в ответ на что она улыбнулась и ответила...

Но это будет уже совсем другая история)))

128

Вот все говорят "Пушкин", "Пушкин"... А у меня детская травма от этого вашего Пушкина!

Вот представьте: мне восемь лет. Тянусь к знаниям, читаю. Без опасений беру с полки тяжёлый том - что плохого там может быть? Это ж светоч, ёпть. Открываю книгу, перелистывая страницы за верхний край, как учили в библиотеке..
"Гляжу, как безумный, на черную шаль,
И хладную душу терзает печаль."

О! Надо сбегать чай сделать! Сижу, прихлёбываю. Ещё семь двустиший одолел, одно другого интересней. Тут тебе и гречанка, и презренный еврей...
"Я дал ему злата и проклял его..."

Дальше по нарастающей какая-то жуткая история, очень крупными мазками, в каждом двустишии километры киноплёнки - верный раб, быстрый конь, и вот:
"В покой отдаленный вхожу я один...
Неверную деву лобзал армянин."

Ну, песец! Лобзал! Лобз... Я бросил томик в сумку и побежал к однокласснику Серёге Мазницыну, эксперту по таким вопросам. Три-четыре квартала просвистели мимо, взбежал к нему на пятый этаж, не отвечая на приветствие открыл книгу и, сипло дыша, ткнул пальцем в текст. Серёга, стоя в прихожей со сковородкой шипящей яичницы в левой руке, внимательно прочитал текст и вопросительно посмотрел на меня.

Я ткнул пальцем: "Лобзал. Чо такое лобзал?"

Серёга пожал плечами, поставил сковородку на полочку для обуви, сложил пальцы левой руки колечком и несколько раз тыкнул в это колечко указательным пальцем правой. Я во все глаза смотрел на Серёгу. Серёга смотрел на меня.

- Яичницу будешь? - наконец спросил он, возвращая сковороду в руку. Кажется, на полочке для обуви появилось небольшое пятно.
- Нее, я домой, - я уже бежал по лестнице.

Всё-таки очень много неясного было в стихотворении для восьмилетнего мальчика. Например, чем заслужила гречанка такое отношение со стороны армянина? Нужно ли опасаться армян в будущем? А вдруг живёшь-живёшь, а тут - рраз! - и тебя лобзает армянин. В общем, ссыкотно как-то, ась?

129

В трамвае сидит старушка. Рядом стоит тощий изможденный студент. - Ты чего же, милок, такой худой? - спрашивает старушка студента. - Задают много, - отвечает он. - Ты наверное отличник? - Нет. Старушка видя перекинутый через руку студента плащ, предлагает: - Давай я хоть плащ твой подержу, а то ведь тебе тяжело... - Это не плащ, - отвечает студент, - это студент Сидоров, вот он - отличник.

132

[b]Раскаркались...[/b]
Возвращаемся с маленькой дочкой домой. На улицах лежит снег. К вечеру подморозило. На деревьях гроздьями сидят вороны и громко каркают.
Дочка спрашивает:
- Папа, почему они каркают?
- Понимаешь, им холодно. Птицы обычно улетают на зиму в теплые края, а эти остались и каркают, чтобы согреться.
Дочка выдернула свою руку из моей и, показывая на ворон, стала им кричать:
- Ну, что раскаркались? Надо было улетать в теплые края со всеми птицами, а теперь сами виноваты, что остались и нечего каркать.

[b]O Sole Mio[/b]

133

Мужики, если кто прочитает, сообщите в полицию! Меня похитили, пишу с последних, сука, сил!

Вопщем, просто шёл вечером домой, японский-конский! Ну что может случиться с человеком в центре Москвы? 21-й век, мегаполис, люди ходят, машины жужжат. Никто ни на кого внимания не обращает, муравейник. Баба навстречу сперва нормально шла, потом приостановилась, начала витрину рассматривать и давай в сумке рыться. Я прошёл мимо, а через секунду почувствовал как меня обхватили сзади за шею и приложили к лицу что-то мокрое.
- Чо такое?.. - успел подумать я за секунду до того, как померк свет вечерних огней.

Я очнулся через какое-то время, но глаза открывать не спешу. Вслушиваюсь сквозь слабость, вроде рядом копошатся несколько человек. Потом женско-мужской голос сказал: "Уже пора бы подарочному очнуться" "Да не, ещё примандёхнутый," - ответил другой голос. Можно было не открывая глаз определить, что он принадлежал усатой женщине. "Или ты чо, мандахеришь мне тут?" - слегка ткнула она меня под ребра. Нетрудно было догадаться, какое у неё любимое слово. Бок в месте контакта с пальцем усатой заболел, пришлось с нарочитым трудом открыть глаза...

Надо мной склонились четыре мушкетёра, все Портосы, как мне сперва показалось. Через ужасное мгновение я понял, что все они были женщинами, и все четверо почему-то лучезарно лыбились. Некоторые улыбки можно было бы значительно улучшить вставив один-два зуба.
- Ничо такой, симпатичный, - сказала одна рожа басом, вызвав у меня вполне обоснованное сжатие очка.
- Надька зря не будет говорить, не мандаболка же какая, - сказала, да, правильно, усатая женщина. Я отстранённо заметил, что ещё и бородатая.
Не зная, как себя вести, я молча лежал на кровати. Незаметно пошевелил руками - оказались связаны, ноги тоже. Тогда я приподнял голову, пытаясь определить, не случилось ли надо мной насилие, но джинсы были на месте и ничего вроде не болело.

Усатая заметила мои телодвижения и весело оскалилась золотым зубом, заставив писюн, я не стыжусь признаться, втянуться внутрь.
- Не ссы, покамест всё на месте, холодец потом сварим с твоего петушка, если Надьке не сгодишься!

Я счёл за лучшее промолчать.
Скоро сказка сказывается, да песец как долго Надька шла. Ссыкотно было эту Надьку-то ждать. Мушкетёрихи тем временем очень шумно в соседней комнате наделали мант и нажарили блинков, навалили всего на стол, и давай пировать! Кто-то закричал "Ой, девки, надо подарочного-то накормить, ему ж сиводни потеть!" Я от таких слов взмок холодным бисером, от жратвы понятно отказался.

А потом, наконец, пришла Надька. Я готовился к худшему, но зашла такая неплохая бабца, я бы может с ней сам в метро познакомился. И она, значит, на меня не смотрит, а по комнате ходит, шторы поправляет, то да сё, и прочее, якобы я ей неинтересен вовсе. Потом садится рядом на кровать, меня тихо за руку берёт и говорит очень ласково: "Ну, наконец-то" И даже не скажешь, что она скорбная на всю каску, а как будто лирическая финальная сцена из "Москва слезам не верит" - Гоша к Кате вернулся. Я на всякий случай проверил - неа, по-прежнему лежу привязанный.

Лежу тихо, жду дальнейшего развития сюжета, а Надя и говорит: "Помнишь меня-то?" А я чую, что должен помнить, но, как ни силюсь, не могу! И тут мушкетёрихи вкатывают телевизор, щёлкают пультом, и пошло домашнее видео! Я смотрю, какая-то конопатая девочка лет, может, семи, с наволочкой на голове идёт под руку с худосочным мальчиком. Через пару секунд мальчик поворачивается к камере, и я узнаю себя двадцать лет назад. И тут меня повторно потом прошибло: ё-о-о-о-о, это ж Надька из Самары, мы ж играли сначала в домик, потом в прятки, а потом она предложила пожени... ЫЫЫ!!!

А Надька меня погладила по щеке и ласково, как ребёнку, говорит: "Ты куда делся-то тогда?"

В общем, мужики, пусть мой пример послужит уроком, с бабцами не шутите, они не понимают.

134

#1 19/10/2025 - 01:03. Автор: Анонимно Если бы Старик Хоттабыч вырывал волосы не из бороды, а из лобка, фильм получился бы совсем другим. = Кадр, которого нет (в стиле Анны Немзер) На кухне хрущёвки стоит медный таз. В нём - тёплая вода и отражение лампочки. Старик Хоттабыч сидит, как будто стыдится быть волшебником. Рядом мальчик Волька - растерянный, но всё понимающий. - Хоттабыч, а откуда теперь чудеса? - шепчет он. Старик улыбается, но глаза у него усталые. Он медленно достаёт руку - не к бороде, а куда-то вниз, за край кадра. Таз дрожит. Вода вспыхивает золотом. На потолке - круг света, как нимб. Музыка - лёгкая, тревожная, как будто в соседней комнате уже началась новая эпоха. И зритель не знает - то ли стыдиться, то ли восхищаться. Потому что чудо происходит - но слишком близко к телу.

135

Ноктюрн осенних листьев мне шепчет о любви...

Я однажды вырвался из чертогов общаги, купил в Кузьминках Вазисубани (это такое грузинское вино, пишу только с большой буквы, мы с ним многое пережили) и гулял в отличном настроении по столице. Мне нравилось, что имея в кармане какие-то 20-30 копеек можно было отправиться в захватывающее приключение, например, доехать на метро до случайной станции, подняться на поверхность, впечатлиться, а потом спуститься вниз и поехать дальше.

В тот день занесло меня на Планерную. Походил, позырил на 25-этажки на горизонте. Смотрю - девушка на скамейке сидит и читает, было в то время такое социальное явление. Подошёл поближе, заглянул, а там Коровьев с Бегемотом и Воланд, в общем Мастер и Маргарита. Слово за слово, зовут Валя, и мы уже идём к ней в гости, совсем недалеко...

И вот пока мы шли, меня слегка насторожило, что Валя смеялась в совершенно непредсказуемых местах, как будто ловила напрямую из мирового эфира какую-то свою радиостанцию. Ощущение причпокнутости усиливалось от того, что она прямо-таки вцепилась в мою руку, как терьер в обречённого лиса. Но в целом она была вполне ебабельная тёлочка, и вечернее солнышко ласково освещало, и во мне болтался дар с горных склонов Грузии - всё это заглушило сигналы тревоги.

Она приоткрыла дверь квартиры и крикнула внутрь: "Мама, смотри кто к нам пришёл!" Я почувствовал себя породистым котиком. Хотел ретироваться, но Валя повисла у меня на руке и похохатывая воскликнула: "Ну куда же ты пойдешь?! Не нужно никуда идти! А беляшики горячие?!" Сирена хренова. Я посмотрел в тёмный подъезд. В окно был виден кусок тёмной улицы. Где метро-то? Хз. Я шагнул внутрь...

Мама несла на лице ту же неуловимую печать странности, как и Валя. Они временно усыпили мою бдительность упоминанием горячего чая. Но при этом обменялись подозрительными взглядами.

Я пошел в уборную. Ёоооо. Вся ванная под потолок была забита каким-то барахлом, оставалось только маленькое пространство вокруг унитаза. Как они моются-то? Я закрыл за собой дверь. Лампочка почти не светила, потому что была завалена вещами.

- Ты где подобрала этого йобаря? - не понижая голоса спросила мамаша. Я немного напрягся в своей кабинке. - Он же нас ночью зарежет, как кур. [Грохот посуды, неразборчивые выкрики]
- Ну, мама!..
- Что "мама"! Что "мама"! Ты его руки видела? Он же в крааавище по локоть, не моргнёт нас придушит... [ещё грохот, звон посуды, неприятный металлический лязг] ...эти йобаные студенты... куда мешки дела?.. [дзынь!] почему ножи все опять не точены? [Мои глаза расширяются до анатомических пределов. Я понимаю, что не дышал и не моргал очень долго]
- Ну можно [неразборчиво]?
- Нет, я сказала! Вот поступишь на медицинский тогда можешь хоть... [бум-бам-брямс!!!]

Я прихуел сидя в полуметре от них в темном туалете. Который, я запоздало понял, был забит вещами несчастных жертв, с которых слили кровь, расчленили и напекли вкусных беляшей, не иначе. Хотя вроде не было ничего в газетах про массовое исчезновение... И я второй раз за вечер слишком поздно понял! Они раз в год-полтора выходят на промысел, поэтому никто не заметил пока.

Очень хотелось жить. Я высунул глаз. Никого не было видно, но было прекрасно слышно обеих. Они обсуждали как лучше замывать пятна от крови. Мамаша громко рассмеялась, отчего я замер на полпути и громко сказала, что у ментов есть специальная лампа, которая такие пятна показывает. Очень тихо, но быстро я пробрался в прихожую... Вот они, мои ботиночки! Нахуй, обуваться буду на улице, а ещё лучше в метро, где много людей! Куртку под мышку, открыть замок... Млять, кажется, вот эту штуку надо повернуть... и теперь бесшумно... ЩЁЛК!

- ОЙ, ВРОДЕ ЗАМОК ЩЁЛКНУЛ, ЩАС ПОСМОТРЮ!

Я понял, что владыка темного мира вот-вот прокомпостирует мой билетик. Из темноты ко мне тянулись руки с кровавыми когтями, и что-то шевелилось, чтобы прекратить мою молодую жизнь. И я прыгнул в подъезд, как ниндзя. Точнее, как десантник. Потому что десантники кричат когда прыгают в огонь или там в люк самолёта. Я тоже кричал и летел вниз по лестнице, ожидая сирены и пулемётной очереди, и ещё неизвестно чего. Дверные глазки таращились из дверей...

Воздух улицы был очень вкусным в этот вечер!

В общем, в жопу такие пятикопеечные знакомства...

136

В продолжение истории про студенток и мушек (https://www.anekdot.ru/id/1549969/).

Сегодня жена за ужином: "Эта группа с пинцетом опять отличилась". "Чего?" говорю я без энтузиазма, предвидя, что придется продолжать писать историю на анекдоте.ру.

В общем, лабароторка была с мутантными мушками, которых сильно укачивает от движения, произведенного над ними. И в задание по приготовлению к лабораторке входило произвести над мушками в пробирке такое движение. Можно было вставить пробирку с мухами в аппарат "Вортекс", который трясет вставленное как сумасшедший. Но во вступительном слове перед лабараторкой лекционный профессор (тот кто читает курс лекций, параллельный изучаемому в лабораторке) посоветовал по доброте, мол после вортекса они у вас все будут лежать без движения, никакого поведения не покажут, вы лучше пробирку разок другой рука об руку стукните - как раз нормальная доза будет.

Дальше от лица жены:

Подходит эта студентка с пробиркой, говорит "Я их рука об руку стукнула, а они бегают как ни в чем ни бывало". Лекционный профессор говорит "Ну может недостаточно сильно, попробуй порезче, и несколько раз". Ладно, говорит, попробую, и уходит на рабочее место. Дальше мы слышим оттуда раздаются удары твердого по твердому. "По моему, она их об стол колотит, щас что-то будет" говорю. И точно, раздается вопль, бежим на помощь. Все так, об стол, пробирка, конечно, разбита, студентка, конечно, не надела резиновых перчаток, осколки пробирки, конечно, воткнулись в руку студентки.

Дальше от моего лица:

По моему, она вас засудит. Но явно будет продолжение.

137

Врачи вынудили отца пойти на преступление, чтобы спасти сына от смерти.
После инсульта 27­-летний Джордж Пикеринг впал в кому и был подключен к аппарату искусственной вентиляции легких. Позже врачи диагностировали смерть мозга. Мать с братом согласились отключить Джорджа от аппаратов жизнеобеспечения, а его тело отдать на органы. Но отец был категорически против. Он верил, что мозг сына жив.
Ему нужно было три-четыре часа, чтобы удостовериться в этом, но времени почти не оставалось. Тогда он напился и решился на отчаянный шаг: он ворвался в больницу с оружием и забаррикадировался в палате сына.
Пока шли переговоры со спецназом, отец провел в палате три часа. За это время Джордж сжал его руку три-четыре раза. Это означало, что врачи ошиблись и его мозг еще функционировал.
Отца Джорджа приговорили к 10 месяцам заключения, но, когда он вышел из тюрьмы, его ждал сюрприз: сын очнулся и был здоров. Рождество они отпраздновали вместе.
История, заслуживающая экранизации

138

Есть у меня дальняя знакомая, дама, интересная во всех отношениях. Умница ли она? На вкус и цвет, конечно, но во всяком случае она блестяще образованна, интересно и незаурядно рассуждает и делает глубокие, точные и неожиданные выводы. Красавица ли она? Тем более на вкус и цвет, но во всяком случае я легко представляю её на полотнах русских художников, причём вовсе не Шишкина и не Кустодиева. Зарабатывает - дай-то бог всякому мужику, при этом живёт реально как последняя рабыня - ничего себе, семь дней в неделю с шести утра до двенадцати ночи обслуживая уютную группу тепло устроившихся на её шее паразитов.

Речь, собственно, пойдёт об её старшем сыне. Весьма своеобразный горячо любимый юноша, плод трагической первой любви, омрачающей.. в смысле освещающей всю её жизнь. Впервые я услышал об этом этому юноше, когда он поднял руку на мать из-за того, что она осмелилась ему возразить. Её друзья тогда устроили мозговой штурм, вычисляя, как бы обойти её родительские чувства и максимально доходчиво объяснить ребёнку, что так нельзя и не будет. Второй раз я услышал о нём через год, когда он решил, что ему маловато карманных денег, и оказался в милиции, взятый с поличным в момент осуществления закладки. Мама тогда несколько дней носилась как угорелая, пока не собрала, наконец, сумму, достаточную для выкупа любимого сыночка. Я тогда выразительно поднял бровь, её друзья вздохнули - говорит, мол, что сама всё знает, но родительские чувства - иначе она просто не может.

Третий раз я услышал об этом юноше ещё через год. Внезапная остановка сердца, или, если по-простому, то передоз. И вот с тех пор я нередко думаю: если бы она тогда не бегала и не хлопотала, скорее всего, ему пришлось бы изрядно нехорошо, но, скорее всего, он и сейчас был бы жив.

139

Как меня замели за сутенёрство...

В тот вечер на лекции по "вышке" профессор Поспелов наш любимый Юрий Александрович очень обыденно, скучающим голосом рассказал нам, как брать интеграл Пуассона. После лекции я вышел на ночную уже улицу и стоял, позволяя снежинкам падать на горящее лицо и чему-то улыбался. Немного замёрз, но почему-то пошёл не в общагу, а с толпой других студентов сел в метро и поехал. Не куда-то конкретно, а просто так, пятачок бросил в щель, прошёл как лунатик на платформу, постоял со всеми, толпа меня занесла в нутро вагона, поехалииии. Тыг-дык, тыг-дык, тыгдык-тыгдык... очнулся от слов "следующая станция Сокол"

Какой на хуй сокол? подумал я и пошёл на улицу. Там я, так же глупо улыбаясь, походил бесцельно туда и обратно, пока не приткнулся в относительно тихом углу. "Девчонки, а это кто?" "Да ладно, пусть стоит" Вокруг ходили люди, но меня они не отвлекали. Я постепенно забурился между людьми в длинных шубах, там меньше дуло. "Девчонки, это кто, наша охрана, что ли?" "Девки, прикройте меня, я поссу" "Девки, у кого сигареты есть? Да не, яву не буду, салем есть?" Я автоматически высунул руку и тоже взял сигаретку. Чья-то рука щелкнула зажигалкой. "Ого, он наши сигареты ещё будет курить?" "Га-га-га! Пирожок не хочешь?" Я всего этого не слышал, потому что стоя под фонарём боролся с интегралом Эйлера-как его, Пуассона. Там вроде надо сперва возвести в квадрат, получаешь полную херь, и когда уже отчаялся, переходишь в полярные координаты...

Тут кто-то крикнул, что-то такое грубое, квадратное, тупое... Аааа! Менты! Кто-то крикнул "Менты!" Хотя что в этом плохого, ну пусть менты подумал я отстранённо, у них своя система координат, а я совсем в другой плоскости. Вдруг стало тесно, все куда-то побежали, и я побежал. Ну, как - побежал, руки глубоко в карманах, мелко ногами перебираю, кто-то весело визжит рядом, толкнули пару раз, но несильно, на ногах удержался, и на бегу у меня получился странный результат - квадратный радиус.

В общем, я как раз собирался двойной интеграл брать, когда женский голос над ухом громко сказал "Ну всё, блядь, прибежали на субботник" И тут - свет в глаза и чьи-то руки давай меня тащить, я вяло помогаю. Голос рычит "Руки из карманов, руки из карманов!" - и рраз, мои руки выдернули из карманов, а я как раз думаю, правильно, это же пределы интегрирования надо поменять - и тут интеграл этот как-то легко раз-раз - и подошёл к красивому решению, математически красивый корень из пи на четыре. Я аж что-то радостно воскликнул, что-то типа "ух, бля, красиво-то как! ебенинахуйблясцукониибаццо!" и от радости крутнулся на месте вокруг оси. Как оказалось, вырвался из захвата двух тащивших меня ментов...

- Бля, стоять, ска, чёзанах, ннна! - меня уронили в снег, и квадратный корень из четырёх это же два... картинка была - одни ноги в берцах и ботинках, а я думаю, там же ещё половина интеграла в отрицательной области осталась, надо на два умножить...
- Это чо там за блядь страшная валяется, поднимите!
- А это сутер ихний, кажись...

Картинка выровнялась, а у меня в этот момент получился результат - корень из пи. И стою я такой радостный, кайфую от красоты математики, а вокруг возня, суета, какие-то приказы гавкают, женские голоса тревожно кричат. И слышу один и тот же вопрос пять раз кто-то повторяет и повторяет. Я сфокусировал взгляд - на меня смотрит весёлый капитан и терпеливо сквозь гомон блядей говорит "я тебя спрашиваю, ты здесь что делаешь?" - а в руке мой студенческий билет. Я честно собрался с мыслями и ответил "Интеграл Эйлера-Пуассона беру".

Очнулся на улице под фонарём, с раскрытым студаком в руке, за пазухой полно снега... Ничо нипони... Хорошо, метро ещё не закрылось...

140

В отдел маркетинга компании искали нового специалиста. Коллектив был серьёзный, всё по расписанию — кофе в 9:00, отчёт в 10:00, совещание в 11:00.
И вот однажды утром дверь открылась — и вошла она.
Новая сотрудница — Алина.
Умная, уверенная, с тем самым обаянием, от которого даже кофе в автомате, казалось, закипал быстрее.
Она говорила легко, работала быстро и выглядела так, будто успех идёт у неё под руку.
Через пару недель коллеги начали замечать странность: Алина всё чаще опаздывала.
Не сильно — на десять, пятнадцать минут, но всегда эффектно.
Она влетала в кабинет с улыбкой, ароматом духов и папкой в руках — и почему-то после этого даже начальник забывал, что хотел её отругать.
Но однажды утром, когда она вновь появилась после совещания с минутным запозданием, начальник, Сергей Павлович, всё-таки не выдержал:
— Алина, вы опять опоздали. Это уже система. Почему вы всё время приходите позже всех?
Она улыбнулась и спокойно ответила:
— Сергей Павлович, я не опаздываю.
— А как это называется? — удивился он.
— Я прихожу с эффектом неожиданности.
В кабинете повисла тишина. Потом кто-то тихо рассмеялся, и даже сам начальник не смог сдержать улыбку.
Прошло полгода.
Алина за это время стала не только душой отдела, но и автором самых успешных рекламных кампаний.
Она умела вдохновлять, спорить, смеяться и делать всё чуть-чуть иначе.
А Сергей Павлович всё чаще ловил себя на том, что ждёт именно её шагов по коридору — пусть даже с «эффектом неожиданности».
А ещё через несколько месяцев по офису разлетелось приглашение:
«Свадьба Сергея и Алины. Просьба приходить вовремя (всем кроме невесты)»

142

На кухне пахло котом и безнадёгой. Я листала ленту, а в голове крутилась одна цифра — сто тысяч. Его зарплата.
Моя обида уже не на жизнь вообще, а на него. На Лёшу. Настоящая, тяжёлая, как булыжник под рёбрами.

Ввалилась Лерка, глянула — и сразу всё поняла. Не стала говорить, что он козёл, или что я зажралась. Только спокойно спросила:
— Давай просто посидим, станет легче, не против?

Я кивнула.
— Тогда просто посидим.

Она взяла меня за руку. Ладонь тёплая, тяжёлая, будто специально под мою вылеплена. Мы сидели молча.
Я варилась в своей обиде, пока вдруг не заметила — она крошится. Камень стал песком, потом пылью.

Вечером пришёл Лёша. Уставший, с дежурной шоколадкой. Я молча поставила чайник. Он ждал, когда я взорвусь, потом не выдержал:
— Тань, ты не злишься?

Сказал с такой осторожной надеждой, будто я держу гранату.
И мне стало неловко: вроде и не злюсь, но не уверена, что сама это решила.

Ночью лежала и смотрела в потолок.
Лерка не дала денег. Не нашла ему работу. Она просто дотронулась — и что-то во мне сдвинулось.
Как будто в голове включили второй кадр того же дня:
в одном он безответственный тип, в другом — просто уставший человек.
И обе картинки одинаково убедительны.

Раньше я думала: если больно — значит, правда. А теперь понимаю — чувство может врать.

Лерка сняла с меня обиду — мягко, будто пыль с пальто.
Только вместе с ней ушла почва под ногами.
Всё вроде стало легче, но теперь мир будто нарисованный: чайник шипит, кот орёт под дверью, а я смотрю — и не верю, что всё это настоящее.

143

Отдыхают, значиться, новые русские (НР) на Канарских островах. Понравилось им офигительно! Подходят они к местному организатору (МО) и говорят: НР - Классно у вас тут, хотели бы папу своего сюда привезти, отдохнуть, развеяться... МО - Да никаких проблем, привозите. НР - Только знаете у вас температура воды в море 27 градусов, а папа любит 26. Понимаете не 25 или 27, а именно 26, мы же платим. МО - Хорошо, сделаем. НР - Вот еще, песочек у вас желтенький, а папа любит беленький, мы же платим. МО - Ну хорошо, попробуем. НР - И птички у вас как-то непонятно летают, а папе нравится чтобы курлык-курлык, ведь мы же платим. МО - Ладно и с птичками что-нибудь придумаем. НР - Ну и еще бы, вот, пальмочки как-нибудь, рядочками рассадить, а то стоят они у вас тут ни к селу ни к городу, мы же вам платим. МО - Ну ладно, бог с вами, и с пальмочками разберемся. Приезжает папа, отдыхает, жизни радуется. Выходит к морю - там песочек беленький, руку в воду сунул - ровно 26 градусов, птички над морем курлык-курлык летают, оглянулся, а пальмочки рядочками так и стоят. Присел он на стульчик, закрыл глаза так блаженно и говорит: - Вот в такие минуты и понимаешь, что не в деньгах счастье!!!!

144

Учительница первая моя.

Это было давно, в 80-х годах прошлого века. Я тогда училась во втором или в третьем классе. Стояла снежная зима и было холодно. На природоведении мы изучали, чем питаются синички и снегири, а на уроках труда делали для них кормушки из подручных материалов.

В школе на уроке природоведения нам задали нарисовать следы животных. В принципе, задание было не очень корректным. Надо было написать: "Нарисуйте следы животных, которые проживают в вашей местности" или "Нарисуйте следы, которые вы видели на снегу", а не просто "Нарисуйте следы животных". Наверное рассчитывали, что дети нарисуют то, что видели утром по дороге в школу.

И, действительно, большинство детей изобразило следы воробьев, синичек и ворон. Причем на глаз они абсолютно не отличались между собой. Но я подошла к заданию очень ответственно и не остановилась на самом очевидном ответе. У меня дома было много детских умных книг с картинками, а буквально за несколько дней до этого читала про животных и видела их следы.

Учительница внимательно рассматривала до боли одинаковые картинки с разными названиями: голубь, воробей, снегирь, сорока. И тут ей на глаза попалось что-то странное. В первом приближении это было похоже на размытый отпечаток ладони рабочего пилорамы или на отпечаток артрозной четырехпалой утиной лапы, но вот подпись «след варана» приводила в смятение. Я училась хорошо, да чего греха таить, я всегда была отличницей, поэтому учительница не могла подозревать меня в дремучей безграмотности. Но на всякий случай спросила:
- Следы вороны?
- Нет, не вороны, а варана.
- Может ворона (с ударением на первый слог)?
- Нет, это следы варана.
- А что это за зверь такой?
- Это большая ящерица.

Это слово было абсолютно новым для учительницы, варанов она до этого не встречала, тем более в городе, и особенно зимой. Но она абсолютно не побоялась нам в этом признаться.

Обычная учительница советской закалки в этот момент должна была поставить мне двойку за «какого такого варана» и отправить перерисовывать со снега следы птичек, как сделали все нормальные дети, но моя учительница была не просто преподавателем, а опытным педагогом. Да, она никогде не слышала про варана. Но она любила школу и детей, любила свой предмет и поощряла творческий подход и наше нестандартное мышление. С ней было легко учиться и познавать новое.

Меня вызвали к доске, и я рассказала всем детям про диковинного, похожего на динозавра, зверя из книжки. А потом мой однокласник стал тянуть руку и нарисовал на доске следы верблюда, которого он видел в Узбекистане. С высоты сегодняшнего дня я бы сказала, что след был похож на отпечаток голой задницы на песке, но у учительницы не дрогнул ни один мускул на лице, она похвалила однокласника за хорошую зрительную память и интересный рассказ про корабль пустыни. Потом другая однокласница нарисовала что-то похожее на протектор от трактора, это были следы черепахи. Сухопутной, потому что черепахи живут и в воде, для нас это было открытием.

До конца урока мы дружно вспоминали и рисовали следы зайцев, лис, косуль и даже коров и лошадей с железными подковами. Мы в легкой форме узнали много нового, а учительница нас только хвалила. Мы так увлеклись, что даже не заметили, как прозвенел звонок, а ведь кто-то еще вспомнил и хотел рассказать про следы волка и медведя.

Зато все остальные классы за 3 минуты нарисовали одинаковые птичьи следы, а потом зевали весь остаток урока... Потому что у них была училка, а у нас был Учитель с большой буквы!

Поздравляю всех Учителей с праздником! Будьте Учителями, а не училками! На вас лежит огромная ответственность, и именно от вас зависит, кем вырастут наши дети. Постарайтесь разбудить Энштейна в каждом двоечнике и не подрезайте крылья плохими оценками всем начинающим Леонардо да Винчи!

145

«Жена считает, что главная цель моей жизни — плохо ее сфотографировать.

То у неё ноги отрезаны.
То голова. То лицо не ее (а чьё, спрашивается? я фотошоп с собой не ношу).
То в кадр попадает что-то лишнее, причём лишним может оказаться что угодно. То она моргнула.
Ну, извини, дорогая, я не виноват в твоих условных рефлексах.

При этом жена почему-то не сдаётся и каждый раз снова и снова заставляет меня доставать телефон, а сама становится в позу богини.
Порой, когда я фотографирую ее где-нибудь в живописном месте в горах на краю пропасти, так и подмывает сказать «ещё шаг назад дорогая».
Но нет, я держу себя в руках.

Однажды на прогулке в Кусково во время очередной незапланированной вероломной фотосессии жена своими отрезанными ногами и головой, своим не своим лицом, лишними дворцами на заднем плане и морганием настолько качественно довела меня до бешенства, что я психанул, остановил первого попавшегося проходившего мимо мужика с рюкзачком, всучил ему свой телефон и приказал сфотографировать мою жену.
— Все! — орал я, — пусть вот этот тебя снимает!

Первый попавшийся мужик с рюкзачком, как ни странно, на «вот этот» не обиделся, а, напротив, сразу засуетился и развёл кипучую деятельность:
— Так, девушка, встаньте правее, голову выше, смотрите вдаль, левую руку вдоль тела, улыбку…

Сфотографировал и вернул мне телефон обратно.
Прежде чем я успел опомниться, ко мне уже бежала жена посмотреть на результат.
— Ну вот! — злорадно вопила она, — все снимают лучше тебя! Смотри, как здорово получилось!

Я стоял и мужественно про себя матерился, как вдруг снова увидел того мужика с рюкзачком.
Он промелькнул на заднем плане, а за ним торжественная процессия, в которой я различил жениха и невесту.
В следующую секунду мужик достал из рюкзачка фотоапппрат с гигантским сексуальным объективом и начал выкрикивать указания.

Только я со своим везением мог выхватить из огромной толпы, шатающейся в выходной день в Кусково, свадебного фотографа».

Олег Батлук (c)

146

Поручик Ржевский танцует на балу с Наташей Ростовой. - Поручик, давайте поиграем в недомолвки, - говорит Наташа. - А это как? - Если я Вам скажу, например, ``Поручик, поцелуйте меня в Р...``, Вы должны догадаться и поцеловать меня в руку. - А, мне понятно, Наташа. - Тогда Ваша очередь. -Наташа, возьмите меня за хуй двумя Р...

147

- Мальчик, а ты пауков боишься? - спросила меня во дворе незнакомая девочка.
Я, 22 кило живого веса, небрежно усмехнулся и ответил: "Да не, не боюсь..." Зачем я строил из себя Индиану Джонса? Видимо, это такая биологическая программа - мальчик должен погибнуть глупой смертью под руководством девочки. Отлынивать нельзя.

Мы в тот год были в гостях в Узбекистоне. Утомившись от бесконечных поездок по Бухоро-Самарканд, мы заехали к родственникам в Ташкент.

- А тебя как зовут? - спросила она, наклонив голову и слегка жмуря один глаз под ярким солнцем.
- Олег... а тебя?
- Меня Лана, - серьёзно сказала девочка, протягивая руку. - А ты откуда?
- Местный я, - второй раз соврал я. Видимо, один раз оступишься, и пошло-поехало, покатился по наклонной. - А ты?
- Даа, ты не знаешь.
- А чо не знаю-то, ты скажи, может знаю
- Угарно ты говоришь "чо", у нас говорят "чё". Возд... Уссурийск знаешь?
- Конечно, знаю, там эти, тигры есть, и тайга, и... э-э-э...- на этом мои познания закончились.
- Ну, всё верно, - мягко сказала Лана. Или мне показалось, что она спрятала улыбку?

А потом я проследил на что направлен её взгляд и похолодел - это был крупный коричнево-чёрный скорпион, который наполовину высунулся из-под камня. Так, всё, как тебя там, Лана из тайги, полной саблезубых тигров! Я боюсь пауков! Я очень шибко боюсь пауков!!! Я лучше пойду смотреть "Приключения Шерлока Холмса", а потом мы посмотрим программу Время и будем есть киш-миш и персики, и проживём долгую, счастливую жизнь - вот что я хотел сказать. Но вслух не сказал, а сделал маленький шажок назад; ступни предательски вспотели. Она что-то ещё говорила, а я прикидывал с какой стороны лучше её обойти, чтобы кратчайшим путем направить сандалики в сторону домашнего уюта.

И тут я услышал: "...а потом мы посадим этого паучка в ракету и запустим в космос!" Я посмотрел по сторонам и только тут заметил на газоне красивую тёмно-синюю, как ночное небо, ракету с красными, как пожарная машина, стабилизаторами. Там даже была дверка с круглым иллюминатором, а вся ракета была сделана как бы из маленьких листов металла и везде шли ровные двойные ряды крохотулечных выпуклых заклёпочек! Я облизнул губы. В голове всё смешалось: ракеты, скорпионы, девочка Лана в красивом платьице. И я остался. Ну подумаешь, какой-то скорпион.

Я выломал два прутика, и мы стали выковыривать упирающегося арахнида из его убежища.
- Смотри не шугани, - хрипло предостерегла Лана, орудуя своей веточкой.

А потом скорп что-то для себя решил и, свернув жало каралькой, проворно побежал через мощёный камнями тротуар к спасительной россыпи булыжников. Как будто понял, что его хотят запустить в космос.

Мы от неожиданности подпрыгнули и закричали каждый своё. Я не знаю, слышат ли скорпионы, но эта тварь вдруг резко повернула и побежала в моём направлении. Повинуясь древним инстинктам, мои обычные мальчуковые ноги, как ножки кузнечика подбросили меня вертикально в воздух, а Лана закричала "не раздави паучка!" После приземления я пытался остановить его прутиком, но паукообразный легко переползал через это препятствие, и вот, когда до края тротуара уже оставались считанные сантиметры, Лана настигла его и накрыла розовой ладошкой...

Я хотел вскрикнуть, но как будто в горле образовался вакуум, и из меня не вылетело ни одного звука. Девочка, не обращая на меня внимания, осторожно убрала руку и погладила страшилище пальчиком. Скорпиончик в задумчивости один раз сжал и разжал клешни. А потом Лана, чуть помешкав, подняла его за жало двумя пальцами и, дунув на прядь волос, упавшую на глаза, совершенно спокойно спросила: "Пойдём, посадим его в ракету?" Ужас пустыни слегка покачиваясь висел в руке восьмиглазой головой вниз, не проявляя никакого беспокойства. Я только молча кивнул.

В общем, факт есть штука упрямая - это мрачное членистоногое признало руку Ланы, забыло про своё жало и про свой яд и безропотно позволило посадить себя в ракету. В тот день синий звездолёт совершил с десяток полётов - на планету Музыки, планету Цветов и ещё какие-то, после чего заслуженный скорпонавт Узбекистона был отпущен с Ктулху на все восемь арахнидских сторон.

К сожалению, ни адреса, ни полного имени Ланы я не спросил. Если будет где-то женщина-президент или женщина-космонавт, то наверное это она.

148

«Называйте меня предательницей»: история любви, которая случилась там, где ее быть не должно

Война не оставляет места для личного. Чувства, как и люди, там либо выживают, либо исчезают. Но что, если любовь становится частью игры на выживание? История Валентины Довгер и Николая Кузнецова — это не о страстных признаниях под луной. Это о хрупкой близости, которую нужно было скрывать даже от себя.

Они шли по улице, стараясь держаться как можно спокойнее. Он — светловолосый немецкий офицер, она — хрупкая девушка, сжимающая его руку. На них шипели прохожие: «Шлюха!». Валя знала, что нельзя оборачиваться. Нельзя выдать ни капли эмоций. Вся их игра держалась на этом.

Но в чем именно была игра? В том, чтобы выжить? Или чтобы вцепиться в это странное ощущение близости, которое возникло между ними — разведчиком и радисткой, которые в другой жизни, может быть, просто сидели бы рядом в парке и ели мороженое?

Николай Кузнецов был человеком, который жил с огнем в глазах. Феноменальный разведчик, владеющий шестью диалектами немецкого, способный выдать себя за кого угодно. Когда-то он был женат. Но потом его жизнь стала службой. А еще — игрой на грани. Азарт всегда двигал им вперед. Возможно, именно поэтому он поверил Валентине, когда в 1943 году встретил ее в партизанском отряде под Ровно.

Валя была совсем молодой, но в ее взгляде читалась непоколебимая решимость. Незадолго до этого ее отца зверски убили бандеровцы — утопили в проруби за связь с партизанами. Она могла бы уехать, могла бы спрятаться. Но вместо этого Валя выбрала остаться и бороться. Даже когда ее уговорили отправиться на курсы радистов, она все равно возвращалась в отряд. И вот однажды, когда она снова просила оставить ее среди бойцов, Кузнецов, стоявший неподалеку, иронично бросил: «Соглашайтесь, девушка. Пока отучитесь, война закончится. Если повезет, прилетите в отряд, стрельнете пару раз в воздух».

Он не ожидал, что она ответит ему на чистейшем немецком. И, возможно, в этот момент он впервые увидел в ней не просто девушку, а союзника. Того, кто не подведет.

Их первая совместная миссия была больше похожа на сюжет шпионского романа. Кузнецов, под именем немецкого офицера Пауля Зиберта, написал рейхскомиссару Украины Эриху Коху трогательное письмо: мол, хочет жениться на девушке немецкого происхождения, отца которой убили партизаны, и просит не угонять ее в Германию. Чувствительный Кох пригласил «жениха» и «невесту» на личную встречу.

Валя помнила, как сильно колотилось сердце, когда их разделили. Как она сидела в другой комнате, не зная, выйдет ли Кузнецов живым. Он, в свою очередь, не смог вытащить пистолет: в кабинете было слишком много офицеров. Но он ушел, держа ее за руку, будто ничего не произошло. А в отчете потом написал, что Кох случайно выдал важные данные о планах на Курской дуге.

Их игра продолжалась. Валя осталась в Ровно и даже получила небольшую должность в рейхскомиссариате. Она собирала информацию, передавала ее Кузнецову, который продолжал свою подрывную деятельность. Он доверял ей. А она — ему.

Но война не прощает тех, кто играет слишком долго. Весной 1944 года Кузнецов отправился во Львов. Немцы уже знали, кто он такой, и выдали ориентировки на «офицера Пауля Зиберта». Николай погиб в перестрелке, отстреливаясь до последнего патрона.

Валю схватило гестапо. Ее пытали, но она стояла на своем: она не знала, что ее жених — советский шпион. Победу она встретила в концлагере.

После войны Валентина вышла замуж за военного следователя, родила сына и прожила долгую жизнь. О том времени она почти не говорила. Может быть, потому, что ее роман с Кузнецовым был частью войны, а не частью мирной жизни. Может быть, потому, что в этой истории не было хеппи-энда.

Из сети

149

Шесть пальцев, сон и искусственный интеллект

Казалось бы, что общего между сном и искусственным интеллектом? На первый взгляд — ничего. А если присмотреться, то выходит, что это одно и то же. Сон работает точно так же, как ИИ: берёт накопленные образы, воспоминания, запахи, эмоции и собирает из них новое кино. Только сон нельзя назвать «искусственным интеллектом», потому что в нём нет ничего искусственного. Это настоящий интеллект. Живой, натуральный, с запахами и вкусами.

Смеёмся мы над нейросетью: опять руку с шестью пальцами нарисовала, опять айфон какой-то кривой показала, экран мутный, буквы пляшут, бред написано. А вы сами попробуйте во сне пальцы посчитать. Увидите — тоже шесть. Или семь. А то и восемь. Или вообще не прорисованы. Свет во сне попробуйте включить. Щёлкаете, щёлкаете — а лампа не загорается. Телефон откройте — буквы прыгают, сообщения не читаются, такси не вызвать. Это не баг, это нормальная работа сна.

И причина простая: и сон, и искусственный интеллект одинаково устроены. Они не умеют держать мелкие детали, работают крупными мазками. Сон берёт ваш личный багаж — лица знакомых, запах булочной у метро, обрывки музыки, кино из детства — и собирает из этого новые сцены. А ИИ делает то же самое, только у него багаж общий: миллионы картинок и текстов со всего интернета. И там пальцы путаются, и здесь. Там карта метро и дорожные знаки с ошибками, и тут газета или ноутбук, где буквы не читаются.

По сути, сон — это ИИ одного мозга, а искусственный интеллект — это сон всех людей сразу.

Но сон всё равно круче. Потому что он добавляет запахи, вкусы, прикосновения. Во сне можно лететь и чувствовать ветер в лицо. Можно прыгнуть в воду и ощутить холод. Можно есть торт и чувствовать вкус лучше, чем у любого кондитера. Искусственный интеллект пока так не умеет.

И вот главное: во сне эти баги — подсказки. Если у вас шесть пальцев, свет не включается или телефон ерунду показывает — не волнуйтесь, ремонт не нужен. Это вы просто спите. И если вы это поняли, то вам повезло. Потому что именно в этот момент сон становится осознанным. А значит, можно творить что угодно: летать, играть, веселиться, встречать кумиров, создавать миры, исследовать космос, переплыть океан дыша под водой или собрать Олимпийский и спеть дуэтом с Виктором Цоем.

Так что радуйтесь. Вы в собственном VR без проводов и батареек. Бесплатно, с запахами и со спецэффектами. И никакой искусственный интеллект с этим пока не сравнится.

Да, и как осознаете, что спите, можете и меня позвать. Я с удовольствием поболтаю с вами про ваш этот «искусственный интеллект» и про ваш настоящий интеллект.
Ваш покорный слуга,
Михаил Михайлович Зощенко.

150

Я официально заявляю, что на протяжения нескольких десятилетий Я занимаюсь бытовым сексуальным насилием над собственной супругой. Практически Харассмент.
Я ее целую в щечку, когда просыпаюсь. Иногда дважды, если получится в руку или даже в шею. Без её на то согласия!!!!
И даже навязываю ей свои мужланские нарративы. Я ей говорю «Дорогая, доброе Утро».
А она считает это не утром, а днем, или ночью… И почему оно доброе, а не злое, в мире такая тяжелая международная обстановка…
И главное ДОРОГАЯ, она что вещь???, Я не имею право её оценивать