Шутки про никогда - Свежие анекдоты

Результатов: 8332

854

Лондон. По отелю Хилтон шла Девушка неземной красоты. Черный развивающийся хиджаб приоткрывал стройное тело в черном шёлке, рубашка с поясом на тонкой талии, брюки три четверти длины которых позволяли видеть идеальные ноги с идеальным педикюром в красивых босоножках на достаточно высоких, но устойчивых каблуках, идеальные руки с колечком, наверное, вполне приличной фирмы. Идеальное лицо с идеальным мейкапом. Столкновения двух цивилизаций было очевидно в пользу восточной красавицы. Но это Лондон, она спокойно шла по отелю, и люди вежливо, благожелательно смотрели на неё, не более.
В ливанском ресторане мы одни были без хиджабов, рядом сидели женщины в никабах, что не помешало поесть спокойно и вкусно.

Люди со всего мира везут в Лондон учиться своих детей, хранят деньги в банках с вековой историей и скупают там раритетную недвижимость по заоблачным ценам при том, что лучшая форма местного отопления - муж/жена и кот.
Они создали систему, при которой нихрена никого толком не учат, но дают все возможности учиться самими за большие деньги и выдают диплом, свидетельствующий только о том, что человек точно написал все работы, к которым придирались по-полной.

На российскую помощь американским сепаратистам в 18-19 веках англичане ответили значительной помощью СССР во Второй мировой войне в 20 веке.

После получения Индией полной независимости от Великобритании, тысячи индусов рванули в Англию вслед за "злыми колонизаторами".

В магазинах Лондона африканцы говорят на более совершенном английском, чем российские дипломаты, прожившие в Англии и Северной Америке значительное время.

Заметьте: в России люди зарабатывают деньги, но увозят их куда угодно. В Англию люди везут деньги, чтобы их там тратить.
Нюанс в том, что как только российские олигархи попробовали на англичанах зарабатывать, появилась красивая песня с тупым текстом с балетным сопровождением. Надираться по местным пабам без опасности загреметь на первые полосы газет и носить шляпки можно только местным жителям.

В этом разница между "там" и "здесь". Там можно быть Ангелом в хиджабе, но как только вы нацепите шляпки "как у них", польются комментарии, что вы позволяете себе лишнего.
При этом дипломатам шляпки положены, но не шикарнее, чем у местной аристократии.

Проблема не в хиджабах.
Небольшой остров информационно упаковал значительную часть человечества, разрешая платить им за услуги, но не позволяя разводить себя на траты, которые того не стоят.

Вы немного не понимаете их психологию.
Вы там можете хоть хиджаб надеть, хоть памперсы на джинсы, никто не возмутится.
Они могут помочь вам сделать "здесь" почти как там (климат разный), но они никогда не будут сами рядиться в никабы.
Вы ведь боитесь не того, что восточные девушки в хиджабах. Вы так задолбали детей, что они пример видят не в вас и не в местных учителях, а в далёких и необычных образах из другой жизни.

Всех красивых русских актрис вы распяли сплетнями, вылили на них литры информационных помоев и поставили в пример нации ... кого? Дом 1-2?
У итальянцев есть Орнелла, София, у французов Катрин, Мишель, у американцев весь Голливуд, а в Рунете даже красавицу прокурора - кумира японцев облили дерьмом, и это после поддержки Крыма в трудное время.

Ситуацию не изменит ни одно правительство.
Психологию сеновала надо менять на что-нибудь более изысканно-патриотическое, чтобы люди хотели быть похожими на вас.
Дело не в стоимости.
Дело в том, что им страшно даже среди вас хиджаб снять, потому что если ей родня фейс за это исполосует, вы побоитесь за неё сами заступиться.
Вы будете травить её за хиджаб, но первые испугаетесь защитить от расправы таких, как представители самой тоталитарной республики страны, залитой федеральными деньгами по их самые гаремы.

Среди вас страшно.

856

В очереди познакомилась с русскоговорящим сербом, который 12 лет живет в Москве и приехал в Белград по делам. А тут нужно пояснить, что такое очередь в Сербии.

Допустим, вы приходите в банк и видите очередь из трех человек.

— Круто! — говорите вы.

— Первый день в Сербии? — оборачивается очередь.

Если местный приходит в банк и видит там трех человек, он говорит последнему — я за вами буду. Дальше он идет обедать, пьет кофе, ест десерт, идет домой, общается с женой, выгуливает собаку, ужинает и возвращается в банк. В этот момент операционистка спрашивает:

— Кто следующий?

— О, моя очередь, — говорит местный.

С сербом-москвичом мы стояли в очереди три с половиной часа. Успели обсудить его жизнь в Москве, мою жизнь в Белграде, политическую ситуацию во всех странах мира в алфавитном порядке, легальную эмиграцию, нелегальную эмиграцию, где и как хотелось бы проводить время на пенсии.

Операционистка за это время приняла пару клиентов. Мы сходили за кофе и продолжили разговор. Начали обсуждать разницу культур. А он свободно говорит на русском, но с заметным акцентом и меланхоличными паузами.

— Когда я впервые приехал в Москву, — говорит он, — Первое, что меня потрясло, что у русских не лица, а как это сказать… ебaлa. Смотришь и думаешь — умер кто? Помочь чем?

У операционистки звонит телефон, она берет трубку и начинает общаться, не обращая внимания на стоящего перед ней клиента. По интонации понятно, что разговор не рабочий.

— День рождения обсуждает, — меланхолично переводит серб, — В субботу вечеринку закатит. Так вот, второе, что меня потрясло в Москве — это как у вас все четко работает. Я никогда не видел сервисов такого уровня. Приходишь в банк — а там все быстро, организованно и четко. В салон связи — аналогично.

Операционистка говорит уже минут пять, клиент пытается помахать руками и привлечь внимание. Она отмахивается, встает и выходит на улицу покурить. Через стеклянную дверь видно как она устраивается на лавочке поудобнее. Клиент у стойки закатывает глаза. Операционистка говорит по телефону и смотрит на кофейню.

— Как закончит разговор, пойдет пить кофе, — предсказывает серб, — Спорим на сто динар?

— Нет, — говорю, — Я тут не первый день, спорить не буду.

— У меня есть теория, — говорит серб, — Что, так сказать, лица русских и качество сервисов в России взаимосвязаны.

— Так-так?

— Русские в такой ситуации начнут скандалить, — он кивает на операционистку, — Потом позовут менеджера и на него тоже наорут. Потом еще отзыв оставят. И ее уволят. И поэтому сервисы так хорошо работают. Никто не хочет, чтобы на него наорали и уволили. Но лица у вас такие по той же причине. Вы находитесь в ожидании, что на вас нападут, если вы что-то сделаете неправильно. Поэтому вы стараетесь хорошо работать. И поэтому у вас такие лица. Вы живете в постоянном страхе и напряжении.

— Интересная точка зрения, — говорю.

— А вот в Сербии, если на кого-то наорать, вас просто выгонят из отделения как неадекватного клиента. Здесь так не принято. Поэтому сидим и ждем, — продолжает серб, — Как же меня это раздражает. Приезжаю в Москву — ебaлa. Приезжаю в Белград — неорганизованность. Возвращаюсь в Москву — ебaлa. Приезжаю в Белград…

— А где вам больше нравится?

— В Швейцарии, — отвечает серб.

Операционистка тем временем кладет трубку и идет за кофе. Очередь спокойно сидит.

Светлана Тюльбашева .

857

- Детство говоришь, золотое в СССР? Золотое оно не потому, что в СССР, а потому что ты сам ещё растёшь, всему веришь, смотришь на огромный мир раскрытыми глазами и радуешься. Ну мы- то с тобой знаем.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
- Видишь, запомнилось… ну давай ещё по рюмочке – за лучшие детские воспоминания. Да чем ехидничать, рассказал бы сам что- то позитивное.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

- Из позитивного? Гм. Ну разве уж из самого позитивного.

- Я в пять лет уже вполне уверенно умел и читать, и писать, и считать. Даже таблицу умножения примерно знал. А тут – вот вам здрасти – в первом классе, в школе занятия начались с полного дурдома – палочки в тетради рисовать. Потом- буквы по алфавиту- чистописание называлось. Это как?

- Первого сентября в первом классе я записался в школьную библиотеку – и вместо палочек нахально читал на уроке книгу – как сейчас помню – сказку про то, как Старый Год пытался остановить время, чтобы Новый Год никогда не пришёл. А учительница увидела – но ругаться не стала, посмотрела так задумчиво – и с тех пор ко мне иначе относилась, чем к остальному классу – вроде я исключительный получился.

- Так и пошло. Мне даже домашние задания выдавались отдельно – персонально, так сказать. Оценок ниже пятёрки у меня не было. Сейчас понимаю, что это было неправильно – расслабуха. А тогда считал- вроде, так оно и должно быть, в школе учиться легко и приятно. Репутация лучшего ученика вообще портит характер.

- Ты М-ов, молодец, говорила учительница. Скоро будем тебя в пионеры принимать.

У меня глаза раскрываются от восторга- не знаю даже, верить или нет – слов не найти, чтобы описать, что я почувствовал.

Сейчас уже мало кто вспомнит, что значило для нас тогда – вступить в пионеры. Боюсь провести параллель – но ближе всего, по детскому эмоциональному настрою – это Католический обряд конфирмации. Ребёнок переживает преодоление мощнейшего психологического барьера – превращение в подростка, и именно в это время ему даётся возможность подтвердить приверженность к избранной идеологии. В Европе – к Христианству, у нас тогда- к коммунизму. Не важно, как называется идеология – важно, что ты внутренне соглашаешься, и подтверждаешь выбранный путь. Это очень серьёзно.

- В начале семьдесят второго года не знаю, кому и зачем пришло в голову собрать лучших учеников из лучших школ города, и устроить показательный приём в пионеры. Традиционно эта акция осуществлялась массово- в день рождения Ленина, двадцать второго апреля. В тот раз было сделано исключение – нас принимали в феврале, двадцать восьмого – понедельник был, помню.

- Вместо занятий в школе, меня посадили в автобус, и мы поехали по городу- собирать ещё таких- же счастливчиков. Пионерский галстук был куплен заранее, я повторял про себя слова «Торжественного обещания». Волновался.

- Когда нас высадили перед Авророй, я слегка потерял ощущение реальности происходящего – НАС, ЧТО, НА АВРОРЕ БУДУТ В ПИОНЕРЫ ПРИНИМАТЬ?

- Сказано же было – лучших учеников, из лучших школ. Всего таких отличников набралось человек пятнадцать. Нас построили в кают- компании, сама акция заняла немного времени – стоишь такой взволнованный, галстук пионерский висит на согнутой левой руке. По очереди выходишь в центр, из полукруга будущих пионеров, слегка трясущимися губами произносишь –

- Я. М…в Лёня, вступая в ряды всесоюзной пионерской организации, перед лицом своих товарищей торжественно обещаю:

- Жить, учиться и бороться… как учит Коммунистическая партия… как завещал великий Ленин… ну и так далее, кто помнит.

Потом присутствующие организаторы повязывают трепещущему от радости пионеру на шею галстук – обряд совершён. Ура.

- Я сейчас слегка иронизирую – а тогда точно был звенящий восторг. Думаешь, это всё? Во первых, присутствовало телевидение – и нам сообщили название передачи, и время её выхода в эфир – когда можно будет посмотреть, как нас принимали в пионеры.

А то, что в группе приглашённых присутствовал дедушка – ему потом дали слово для поздравления – который служил матросом в том самом экипаже Авроры, в семнадцатом году, когда грянула революция, - он рассказал маленько, поделился воспоминаниями- вообще фантастика- вот так, живьём соприкоснуться с историей.

- Это примерно то же самое, как если бы из скромного костёла, на конфирмацию детишек отвезли бы прямо в Ватикан, и облатки им вручал лично Римский Папа. Ну, или его заместитель.

- А это вы тогда из пушки по Зимнему выстрелили? – совершенно серьёзно, хлопая ресницами, полюбопытствовала одна из барышень нашей группы.

- Нет, смеётся дядька. Я на нижней палубе был. Но выстрел слышал. На самом деле, было два выстрела. Мы же не думали, что мир меняется, что довелось поучаствовать в таком историческом событии. Пятьдесят пять лет прошло – даже не верится.

- Была ещё экскурсия по крейсеру – сейчас уже не вспомню, куда именно нас водили, но точно- туристов туда не пускают. Крутые лесенки с гладкими медными перилами, низкие потолки – вид из иллюминатора на Неву чуть выше уровня воды – это впечатляет.

- Домой я ехал почти в полуобморочном счастливом состоянии – водитель автобуса спросил что- то, я ответил – «Да», и меня высадили примерно за три квартала от школы – дальше пошёл пешком. Пальто нараспашку – пусть все видят, что у меня красный галстук на шее! Я гордо шёл, предвкушая, как завтра приду в школу с галстуком – чтобы завидовали. Это напоминало чуть ли не ощущение полёта – такой был эмоциональный подъём.

- А мороз был за двадцать, и прогулка эта обошлась мне в хорошую такую ангину – на две недели. Поэтому, когда пришёл в себя, острота впечатлений уже стёрлась, идти в школу в белой рубашке с галстуком стало как- то неудобно, надевать галстук на обычную рубашку вроде, как не принято, и я ограничился тем, что приколол пионерский значок на лацкан пиджака.

- Потом пришла весна, грянул апрель, пионерами стали все в нашем классе, и особо гордиться этим стало неинтересно – обыденность, так сказать. Да, и передачу ту телевизионную я не видел.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

- Ну, давай ещё по рюмочке – ты же хотел самое позитивное из детских воспоминаний? Не знаю, насчёт позитива – но это точно из самых ярких. И кстати – галстук пионерский, с Авроры, я до сих пор храню. Как тот дядечка- матрос сказал? Почти пятьдесят пять лет прошло... Даже не верится.

На фото – часть моей коллекции плюшевых мишек, справа – медведь в галстуке с Авроры.

858

Не дай вам Бог иметь в друзьях homo scribens - человека пишущего! Снова и снова переживать этот неловкий момент, когда он приносит вам для прочтения очередной опус и просит высказать своё мнение ("Только честно!"), а потом с надеждой глядит в глаза: "Ну, как? Новый Гоголь явился?". Или Лермонтов, или Булгаков, или Толкин - нужное подчеркнуть.
В те достопамятные времена, когда Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин возглавлял журнал "Отечественные записки", редакторам приходилось не слаще. Это сейчас они с авторами не встречаются, а раньше раз в неделю полагалось устраивать редакционные приёмы. Салтыков-Щедрин принимал по понедельникам, с часу до четырёх.
В какой-то из понедельников пришла в редакцию совсем молодая девушка - узнать о судьбе своего романа из французской жизни.
- Это ваше собственное сочинение? - спрашивает Салтыков-Щедрин.
- Да, моё, - гордо отвечает девушка.
- И, как я понимаю, вы во Франции никогда не бывали? - замечает редактор.
- Нет.
- Сколько же вам лет, барышня?
- Девятнадцать.
Салтыков-Щедрин огорчённо вздыхает: "Рано вы, барышня, начинаете неправду писать...".
И хоть Михаил Евграфович оставался неизменно вежлив в разговоре со всеми авторами, даже самыми нервными, тем не менее, прослыл человеком неприятным, желчным, раздражительным и вредным. А всё потому, что имел один "существенный недостаток" - говорил, что думал.

859

Несколько лет назад, ещё до пандемии, побывал на своей малой родине в республике Казахстан. Сам я этнический армянин (так получилось), но Родину не выбирают, поэтому, когда появляется возможность, еду в Восточный Казахстан, а не в Армению. Тянет. Кстати, природа там практически такая же - горы (Западный Алтай). Но история не об этом.
Чтобы беспрепятственно общаться по сотовому телефону, зашёл купить симкарту в торговый центр. В очереди передо мной был всего один человек, очень похожий на Ивана Сусанина одеждой (если судить по картине Маковского), но только казах. Продавщица симкарт, тоже казашка, мирно беседовала с этим джентельменом на непонятном мне с детства, казахском языке. Нет, я конечно знал и сейчас помню, что Алмаатын селектрмыс - это говорит радио Алмааты (из радиопередач) или, что Василь Иванычь, патрондар жок - это Василь Иваныч, патроны закончились(из фильма "Чапаев"), но "беглая" казахская речь мне не доступна (впрочем, как и армянская), поэтому я терпеливо ждал своей очереди, отстранившись от окружающего меня мира и погрязнув в мечтах и воспоминаниях, тем более, что "ничто не предвещало".
Вдруг продавщица, без объявления спецоперации, перешла на чистый русский язык и громко, используя интонации способные напугать гопников середины 90-х годов, сказала: "Скажи мне на нормальном языке, что ты хочешь!?" Дети заплакали. Собака заскулила. На звуки сбежались продавцы из соседних магазинов торгового центра. Начался консилиум. "Сусанин", с невозмутимым видом человека не сталкивавшегося в своей жизни с гопниками 90-х, продолжал что-то говорить на "ненормальном" казахском. После каждой его фразы, "консилиум", примерно на две трети состоявший из этнических казахов, начинал бурное обсуждение, причём на русском языке, что безусловно свидетельствовало об определённых пробуксовках компании по вытеснению русского языка из обихода, начатой ещё задолго до отставки Назарбаева. Минут через десять, исчерпав ресурс толерантности, члены "консилиума" пришли к консенсусу, решив, что "человек в тулупе" прибыл на ПМЖ по программе переселения из Монголии и, чтобы понять, что ему нужно необходим такой же "переселенец", уже овладевший "нормальным" казахским либо переводчик из консульства. А так-как ни того, ни другого не было и взять было негде, решили препроводить "Сусанина" к выходу, хорошенько запомнить и больше никогда не впускать в торговый центр, для чего уже разминались два сотрудника охранного предприятия. Наверное всё так бы и произошло, если бы не молоденькая продавщица, явно славянской внешности, "подтянувшаяся" позже остальных. Она подошла к "нерусскому" казаху, о чём-то его спросила, очевидно на "ненормальном" казахском, получила исчерпывающий ответ, объяснила на "нормальном" языке сотруднице салона сотовой связи, что хочет "Сусанин", затем объяснила "Сусанину", почему он этого не получит и тот спокойно покинул торговый центр, со всё тем же невозмутимым видом. Вот такая история.

860

Блондинка советуется с психологом. - Вот не могу понять люблю ли я своего мужа? - А откуда сомнения? - Например, во время секса я никогда не думаю о своем муже. - О ком же? - О том, с кем занимаюсь сексом...

861

Савва Тимофеевич Морозов, — создатель Художественного театра!
О том, что Савва Морозов был одним из самых крутых меценатов России, и о том, что он оказал поддержку создателям МХТ, знают многие. А вот насколько весома была его роль, — не так известно, а ведь, честно говоря, если бы не Морозов, вряд ли бы мы сегодня знали аббревиатуру МХАТ, а имена Станиславского и Немировича-Данченко были бы известны только узкому кругу искушённых театроведов!
Дело в том, что Владимир Иванович и Константин Сергеевич были выдающимися театральными деятелями, но никудышными бизнесменами. Когда они во время своего знаменитого обеда в «Славянском базаре», продолжавшегося 18 часов, родили идею театра будущего, им и в голову не пришло оценить стоимость проекта. А он вышел весьма дорогим: задумано было напичкать театр самыми современными средствами театральной машинерии, создать комфортные условия для зрителей и артистов, и много ещё чего. Для костюмов первого спектакля МХТ, «Царь Фёдор Иоаннович», собирали по монастырям настоящую царскую парчу и золотое шитьё, — каково? При этом у отцов-основателей своих денег не было: Владимир Иванович, хоть и был преуспевающим драматургом, которого называли «новым Островским», больших капиталов не имел, а Константин Сергеевич, выходец из богатейших купцов Алексеевых, растренькал своё немалое наследство на предыдущие театральные прожекты, закончившиеся полным пшиком, и к моменту создания нового театра имел только огромные долги.
Наши герои основали паевое общество, и сумели убедить некоторое количество состоятельных людей вложиться в их проект. Но собранные деньги закончились ещё раньше, чем строительные работы в будущем театре добрались до экватора. Отцы-основатели собрали пайщиков и слёзно просили добавить денег, пайщики прониклись сочувствием, но денег не дали за отсутствием оных.
На этом проект мог вполне закономерно завершиться, и никогда бы не появился занавес с изображением чайки, и Антон Павлович Чехов не увидел был несравненную Ольгу Леонардовну в роли царицы Ирины, и остался бы холостяком, и Олег Николаевич Ефремов не ушёл бы из «Современника», поскольку некуда было бы уходить, но на том самом собрании пайщиков совершенно случайно, проездом из Орехово-Зуева, оказался текстильный король и большой театрал Савва Морозов.
Откуда у молодого человека, в детстве поротого по ягодицам старообрядческой лествицей, любовь к театру, неизвестно, но тут она оказалась кстати. Савва выкупил все паи, и добавил столько денег, сколько было нужно. Но не остановился на этом: будучи прекрасным инженером, с кембриджским образованием, он взял на себя всю электротехническую часть проекта — Савва буквально поселился в недостроенном здании театра и лично курировал, а большей частью и производил все необходимые работы. Станиславский писал впоследствии, что Савва заразил всех невероятной энергией и энтузиазмом, которые были не менее важны, чем деньги. О чём режиссёр не писал, но можно догадываться: наверняка крутой предприниматель взял на себя контакты с поставщиками и субподрядчиками, — сомнительно, что знаменитое «Не верю» Станиславского могло подействовать на оборотистых московских дельцов.
В итоге проект был реализован. И представьте себе: как только бизнес стал работать, пошли аншлаги, два неутомимых театральных деятеля пришли к мысли, что театр должен принадлежать его актёрам! Узнав об этой идее, Савва Тимофеевич, по сути единоличный владелец театра, безвозмездно отказался от своих паёв в пользу актёров.
В числе российских меценатов Савва идёт на призовом, третьем месте, после барона Штиглица, создателя Центрального училища технического рисования, и другого Саввы, Мамонтова.
При этом, к слову: в совладельцы театра включили не всех. Виленкин, поступивший на службу в МХАТ десятилетия спустя, уже при советской власти, отмечал, что неприязнь друг к другу актёров-«акционеров» и «неакционеров» ещё существовала даже тогда.
А Савва Тимофеевич дал денег ещё и большевикам. Возвращать они их не собирались, о чём позаботился большевистский «чистильщик» Леонид Красин, человек и ледокол. Официально смерть С.Т. Морозова признали самоубийством, но близкие говорили, что рядом с телом была найдена записка: «Долг — платежом. Красин»

862

7 признаков того, что диснеевский мультик Винни Пух пропагандирует наркотики: 1. Ослик Иа-Иа - ему всё по барабану, у него замедленные реакции и выраженное отсутствие мотивации - конопля 2. Пятачок - всего боится и страдает манией преследования - грибы 3. Кролик - везде суёт свой большой нос, всё ему надо - кокаин 4. Тигра - не может стоять спокойно, постоянно прыгает и кричит никогда не уставая - экстази 5. Кристофер Робен может разговаривать с животными- употребляет галлюциногены 6. Винни Пух - любит сладкое, обладает поистине безграничной фантазией - LSD 7. Сова - всегда приходит на помощь, если у кого-то "проблемы" - дилер...

864

Чевой-то вспомнилось.
Давно-о-о это было, ещё в студенческие годы, когда горнисты играли по радио "Пионерскую зорьку", не переводились очереди к пивным ларькам, а в аквариумах ДК имени 1-ой Пятилетки ползали монструозные альбиносы. Как вдруг ни с того, ни с сего, совершенно внезапно и неожиданно мой Лучший Дружище спросил: А ты бы женился на женщине с ребёнком? Что его так торкнуло - до сих пор недоумеваю. Ну-у-у, - затянул я паузу, - Наверное, да. Особливо, ежели любовь нечаянно нагрянет. Дурачина ты, простофиля! - горячо замахал руками Лучший Дружище, - А вот я... Да никогда... Да ни за что!
Промчались годы боевые. В итоге оба женаты дважды. Он оба раза взял разведённую с ребёнком, а я - нет.
Судьба - злодейка, да ведь?

865

Меня в детстве из садика всегда забирал папа. Но я никогда не забуду день, когда за мной пришел какой-то чужой мужик, а воспитательница сказала, что это мой папа. Но это был не он! Я плакал, просил не отдавать меня ему. Я рыдал до тех пор, пока этот мужик не привел меня в квартиру к маме.
Папу без усов и бороды я еще несколько дней не признавал.

866

Во время своих посещений Большого Болдино Александру Сергеевичу Пушкину нередко приходилось играть совершенно несвойственную ему роль помещика. Здешние крестьяне настоящих хозяев практически никогда не видели, очень страдали от произвола нерадивых и жадных управляющих, а потому были рады появлению какого ни есть барина, чтобы обратиться к нему с челобитной. Пушкина эти обращения чаще раздражали, но иногда развлекали. Так однажды он весело известил друзей об обращении к нему некой местной жительницы. Она просила, чтобы её сына записали в пушкинские крестьяне, тогда как его зарегистрировали в качестве выблядка.
«А какой же он выблядок, — возглашала просительница, — ежели он родился всего лишь через тринадцать месяцев после того, как мужа забрали в рекруты! Никакой он не выблядок!»
Пушкин с радостью взялся помочь обиженной вдове. Результаты его деятельности нам неизвестны, но надо надеяться, что с таким заступничеством справедливость точно была восстановлена! :)

867

Пьетро Витали не замечал в своём сыне Джованни склонности к искусству, пока однажды они вместе не зашли в мастерскую Ивана Акимова, где в то время отчеканивались только что отлитые бронзовые тритоны для петергофского фонтана "Нептун". Диковинные тритоны настолько поразили двенадцатилетнего мальчика, что он, придя домой, вылепил их из глины по памяти. Старый Витали показал фигурки тритонов своему знакомому, скульптору Августино Трискорни, державшему на улице Гороховой мастерскую по изготовлению мраморных надгробий. Трискорни оценил способности Джованни и предложил ему стать своим учеником. Так начался творческий путь замечательного скульптора Ивана Петровича Витали, автора горельефов "Поклонение волхвов" и "Святой Исаакий благословляет императора Феодосия" на фронтонах Исаакиевского собора, памятника Павлу I и статуи Венеры, снимающей сандалию.
Ему не пришлось окончить курс в Академии художеств, занятия он посещал урывками, нужно было работать. Иван Петрович очень об этом жалел и учился всю жизнь. С рисунком Витали помогал по дружбе Карл Брюллов, блестящий рисовальщик. "Итальянцы в России", они ходили друг к другу в гости, хлебосольный Иван Петрович угощал приятеля вкуснейшими спагетти, а потом Карл Павлович любил затянуть "Вы послушайте, ребята, как живали в старину..." из новомодной оперы Алексея Верстовского "Аскольдова могила". Витали, подпевая, безбожно фальшивил, а Брюллов за это очень на него сердился.
Однажды Брюллова спросили, почему он в гости к Витали ходит, а в мастерскую - никогда? Брюллов от ответа уклонился, а дело оказалось в том, что добрейший Иван Петрович имел обыкновение приглашать в мастерскую шарманщика и часами работать под тоскливое дребезжание шарманки. Как же это мог выдержать Брюллов, ценитель хорошей музыки и друг Михаила Ивановича Глинки?!

868

От Питера до Красноярска самолёт летит четыре часа. Дело в том, что разница во времени у нас тоже четыре часа – получается забавно – летишь в Сибирь, сел в самолёт в два, вышел в двадцать два. А летишь обратно – сел в два, и выходишь в два.

В самом начале девяносто второго года мы с приятелем- Максом отправились туда по делам - заработать маленько. Макс там сидел когда- то, сохранил старые связи – по телефону выяснили, что там есть, и чего не хватает, набили несколько здоровых коробок товаром, и пустились в негоцию- покорять бескрайние просторы Сибири.

Надобно отметить, что смотреть на тайгу из иллюминатора- завораживающее зрелище. Ленобласть от отсутствия леса тоже не страдает, но такого его количества мне раньше видеть не доводилось. Это не море- это совершенно бескрайний зелёный океан.

В аэропорту нас встретили, сразу забрали часть поклажи, и подвезли к гостинице. В Красноярске, на одном из островов посреди Енисея стоит стадион, где выделена небольшая жилая зона- номеров на шесть- восемь. Вот там мы и остановились.

Рулил всей процедурой Макс, я был на подхвате, и в качестве личного представителя кредитора, что оплатил большую часть товара. В одиночку перетаскивать этот груз всё равно было нереально.

На улице минус тридцать по Цельсию, солнце слепит, как на сварку смотреть, и не холодно – для Питера минус тридцать- это почти апокалипсис- из за высокой влажности. А в Сибири – хоть бы что.

Четверо суток мы с Максом гоняли по городу и окрестностям, пристраивая привезённое. Основные покупатели- бывшие зэки, устроившиеся вольняшками в посёлках возле зон, занимающиеся полулегальными поставками требуемого и необходимого- за колючую проволоку.

Офицеры охраны тоже были замазаны в этом бизнесе. Последняя коробка ушла в посёлке- не помню названия. Рядом была зона общего режима, посредник радовался как ребёнок – всего навсего двенадцати килограммам жевательных конфет – но там такого просто никогда не видели. Заплатил почти в полтора раза больше, чем договаривались- там цены другие, не то, что в Европейской части.

- Да у меня это с руками оторвут! Везите ещё, тут озолотиться можно!

Домой возвращались под утро – надобно отметить, почти сутки не жравши. Водитель с армейского грузовика высадил нас возле открытого не пойми, то ли кафе, то ли просто обжорки- но там был свет в полпятого утра.

Кафе оказалось Корейским, и ночная смена по- Русски могла произнести только «Зрасти» и «Кушать».

Что это было, и как называлось, я произнести не могу. Глиняный кувшин, объёмом поменьше литра, внутри крепчайший горячий бульон, мясо, лапша, овощи какие- то, вкусно и сытно невообразимо… кто пробовал хаш на Кавказе, или бограч в Закарпатье, меня поймёт. Колобки (вроде рисовые?) в качестве хлеба на столе. Мы думали с голодухи, что маловато будет, но доедали уже с трудом, тяжело дыша и обливаясь потом. Был ещё зелёный чай – с непривычки та ещё отрава, но потом затягивает – если маленькими глотками.

Появляется хозяин – глазки вразрез, как положено, но хоть по- Русски говорит- а то у его девчонок мы даже добиться не могли – сколько должны- то?

Рассчитались. Весьма недорого получилось. Макс, по своей привычке всех подкалывать, пристал – а что мы такое съели?

- Собак небось на свалках отстреливаешь, потому так и дёшево?

- Нет свалка, нет свалка, своя ферма выращиваем. Собасика, осень фкуссно…
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Немного поспали, и двинули к Максову приятелю – на охотничью заимку. Дело сделано, можно отдохнуть. Я так понял, что это была частная полу гостиница, полу комплекс для отдыха местных администраций и представителей криминалитета.

Построено не просто с размахом- воображение поражает сруб из лиственницы, каждое бревно побольше полуметра диаметром. Высокий забор – тоже из брёвен, холл с камином – кабана можно целиком зажарить, рубленые лавки – не подвинуть, не поднять, столы такие же. Шкуры медвежьи, головы кабаньи на стенах – бегемот рядом моськой покажется, там клыки сантиметров по пятнадцать.

Баня на берегу Енисея – такая же по- Сибирски основательная, как и все остальные постройки. Веники- не то можжевеловые, не то из лиственницы – если при ста градусах подкинуть на каменку, и пройтись веничком – впечатление, что шкуру сдирают. Но не ударишь же в грязь лицом перед хозяевами? И дух такой – голова кружится.

Купаться в реке- тоже лицом в грязь не ударишь. Пришлось соответствовать. Процедура происходила таким образом – к омовению допускались только по двое- трое. Техника безопасности. У Енисея очень сильное течение – затянет под лёд – хоронить нечего будет. Вода ледяная. Во льду выпилена полынья, обматываешь на руке потуже пеньковый трос, ныряешь с головой, ощущение – как в кипяток опустили, а потом те, кто наверху, помогают тебе подняться по лестнице – причём нижние ступеньки обледеневшие. Меня фактически выдернули из воды за верёвку- ну, мужики поздоровее меня будут – я там в компании был самый дохлый (85 кг).

- А ничего, Питерский, могёт…

Хозяйка накрыла на стол – вкуснее всего была какая- то сырая мороженая рыба, строганина- и фантастический местный соус к ней – не то брусника, не то облепиха. Пили, разумеется спирт. Мне удалось заслужить каплю уважения собравшихся тем, что я не стал его запивать, махнул залпом с треть стакана, выдохнул, и рыбки.

И ещё вкуснейший квас- самодельный из лесных ягод.

А вот от чифиря с чайными камушками отказался – это не напиток, а вырвиглаз. Поближе к огню в монументальном камине ставится стальная кружка объёмом на литр, в жестяном лотке для промывки золота, на огне раскаляется десяток речных камней с ноготь размером, когда густое коричневое варево закипает, камушки высыпаются в кружку. Завораживает смотреть, насколько МЕДЛЕННО всплывают и лопаются пузыри.

Как это можно пить – вообще не представляю. Но Ефим- приятель Макса, с рыжей бородой и весь в тюремных наколках- пил с удовольствием, отдуваясь и ухая.

Утром меня отвезли в город – нам с Максом не удалось взять билеты на один рейс, я улетал раньше, а Макс остался пьянствовать у Ефима, поэтому не застал тот безумный скандал в аэропорту, которому мне довелось быть свидетелем…

ИЛ 86 рейсом Красноярск- Санкт- Петербург прошёл по рулёжке к началу взлётной полосы – не знаю, как сейчас, а тогда она была единственная, и остановился. Через полчаса пилот объявил, что вылет откладывается. Минут через сорок открыл аппарели, и выпустил пассажиров – дышать в салоне стоящего судна с выключенными двигателями было невозможно. Повезло, что это был именно Ил – в Туполевском самолёте пришлось бы сидеть до обмороков – или двигать обратно к аэропорту.

Оказалось вот что – группа пассажиров с транзитного рейса - Владивосток- Хабаровск- Иркутск- Красноярск- Екатеринбург – Петербург (вроде бы так, но могу и ошибиться) уже четвёртые сутки пыталась двигаться этим маршрутом.

То неисправен самолёт, то нет погодных условий, то ещё что - пассажиров довели уже до белого каления. Когда в Красноярске им объявили, что рейс опять задерживается на неопределённое время по непонятным обстоятельствам и выдали багаж, случился настоящий взрыв- критическая масса бешенства была преодолена. В группе присутствовали несколько охотников, они распаковали из багажа ружья и карабины, и встали поперёк взлётной полосы с требованием –

- Пока не улетим мы, отсюда не улетит никто. Попробуете нас остановить- открываем огонь.

К тому времени, что наш самолёт сделал попытку взлететь, скандал за пару часов уже набрал приличные обороты. Какой- то мент вовсю орал что- то в мегафон, рядом, не вмешиваясь и посмеиваясь, стоял вооружённый наряд охраны, даже не делая попыток достать оружие- себе дороже, один выстрел, и неизвестно, кто кого положит – а охотники стреляют так, что ментам и не снилось.

Надобно отдать должное мужикам – каждый час, на пятнадцать минут они освобождали полосу – чтобы дать возможность посадки кружившим в небе прибывающим бортам.

- Ещё раз говорю, разойдитесь! Последствия могут быть непредсказуемыми! Ваш вопрос уже решается! Обещаю, что меры будут приняты в кратчайшее время! Разойдитесь, и администрация согласна считать инцидент мелким хулиганством безо всяких последствий! В противном случае ваш поступок будет квалифицирован, как попытка вооружённого захвата аэропорта! Уже вызваны подразделения внутренних войск, РАЗОЙДИТЕСЬ!!!

- Да пошёл ты на х..й, мудак! Я ещё три дня назад должен был быть в Питере по важному делу. А если я скажу, что за дело, и кто меня там ждёт, вы тут все вообще обосрётесь!

Мы курили неподалёку- и всё слышали.

- Мужики, а вы что, в Питер летите?

- Думали, бл..дь, что летим. Как видишь, думать у нас вредно.

- Так вот же борт в Питер – у нас полсалона пустует. Залезайте, да полетели.

Как был решён вопрос с местными, я не знаю, но уже через полчаса все, кто из этой компании летел в Питер, грузились в наш ИЛ, провожаемые завистливыми взглядами пассажиров, летящих только до Екатеринбурга. Полосу освободили, бойни с перестрелкой не случилось. Уф.

Мы благополучно прибыли в Питер в тот же час, в который вылетели.

Да, а хитрюга Макс свою долю у Ефима получил соболиными шкурками от браконьерства, и продал в Питере втридорога. Думаю, он поэтому и остался, а не оттого, что билетов не было. Это у него вроде как параллельный гешефт. В конце концов, имеет право- идея и воплощение всей сделки принадлежали ему.

Такие небольшие очерки – просто дань моих воспоминаний о могучей Сибири. Суровый край, суровые порядки, суровые жители…

869

Сегодня звонок с неприятного на вид номера.
Меня удостоила своим вниманием сама МТС с очень глубоким контральто. За таким голосом всегда скрывается широчайший грудной регистр. Но это был тот редкий случай, когда это совершенно не взволновало.
- Ваш контракт на телефонный номер закончился, будете продлять? - спросила МТС этим своим мелодическим контральто.
- Как же так, только на прошлой неделе продлял. - нашелся я.
МТС на том конце задумалась, этого явно не было в скрипте, потом хихикнула и бросила трубку.
Мне приятно воображать, что мошенники, которые мне звонят и пишут в мессенджеры, это мои, персональные мошенники, что против меня работает специальное глубоко законспирированное в дальней зоне подразделение, что где-то там на нарах повышенной комфортности сидит их командир, похожий на крокодила (из мультика про самого большого друга девочки) и одновременно на актера Леонова в известном фильме. Этот руководитель подразделения без устали придумывает именно для меня новые и новые хитрости. Я мечтаю, как каждый раз он переживает, что опять не получилось меня развести, наверное, кричит на подчиненных зеков и зечек, обвиняет их в актерской бездарности.
А вчера очередной раз в телеграмм написал знакомый генеральный директор. И снова почему-то не со своего номера. Последнее время он с чужих номеров пишет мне чаще, чем со своего, и мне это ужасно нравится. Дело в том, что со своего номера - это скучнейший человек, почти зануда. А вот с чужого - искрометная личность! Строг и справедлив. Пишет, как всегда, тревожно. В компании неприятности. Проверка. Первый зам. ФСБ лично распорядился. Даже файл с электронной подписью прислал. Я задрожал всем телом и почернел лицом. Дрожащим почерком напечатал:
- Как же так? Мы же ничего, у нас комар носа.
- Утечка. Все серьезно. Скоро позвонят. Пока - никому.
- Это наезд. Конкуренты заказали. Звони срочно В.С. Пусть уточнит что за дела.
- Кто такой В.С.?
Устно я и сам пока ещё не до конца знаю, кто он такой. Только что родил прямо у себя в голове, сразу уже при звании и весе. Но письменно спрашиваю: “Ты что совсем?”.
Мне вчера было некогда, я бросил приятное общение.
Но были и более подробные случаи. Как-то в Москве я долго стоял в пробке и отвел душу. Прекрасный способ скоротать время в уличном движении. Рекомендую.
А пока попробую вспомнить диалог. После предупреждений в чате и соблюдения прочих необходимых формальностей мне звонят.
- Алло , майор ФСБ такой-то. Анатолий Иванович вас предупреждал?
- Да. Но я не понял, что там случилось.
- Произошла утечка персональных данных в том числе ваших.
- Ужас. Что теперь со мной будет? Куда катится этот мир? Но почему мои? Я никогда не притупляю бдительности. У меня личные данные вообще, вот они тут, в шкафу - все на месте, никуда не утекали.
- Дело обстоит очень серьезно. Вы один находитесь сейчас?
- Да один, абсолютно один, совершенно один. Только жена, но это, конечно, не в счет.
- Через сколько времени будете один?
- Я же говорю - один.
- Когда останетесь совсем один, без жены?
- У меня от жены нет секретов.
- Это абсолютно конфиденциальный разговор. Вы понимаете, что с вами майор ФСБ говорит?
- Вы мою жену подозреваете? Я в жене абсолютно уверен. Готов поручиться за нее письменно.
- Повторяю - разговор конфиденциальный ? Жена не должна знать о нем.
- Извините, у меня не такая жена, чтобы по звонку из ФСБ я вот так запросто мог ее из комнаты попросить. Она у меня, как бы сказать - обидчивая. И в этом состоянии … Хотите знать, так она вообще не любит, чтобы когда мне звонят, я пытался ее избегать во время разговора. Ей всякое начинает думаться. Так что строго за этим следит и не допускает.
Почему этим спецслужбам мешает моя жена, мне понятно. Если кто-то рядом - труднее полностью завладеть вниманием будущего потерпевшего.
Я все же соглашаюсь пообщаться через некоторое время тет-а-тет, обещаю что-нибудь придумать. Мне не хочется спугнуть клиента - скучно же. Через пять минут майор снова звонит. Удостоверяется, что я уже совсем один. Теперь он берется за дело напористее.
- От вашего имени совершен перевод украинскому националисту и преступнику такому-то. Вы кого-то подозреваете?
- Конечно. Это Анатолий Иванович. Он этот перевод сделал. От моего имени.
- Нет, у нас есть данные, что это продажные банковские служащие!
- Да ничего подобного. Уверяю вас - Анатолий Иванович. Он меня подставил. Он же вам и настучал на меня.
- Почему так думаете?
- Я не могу об этом говорить, это тайна.
- Мы и так все знаем, мы - ФСБ. Все ваши тайны нам давно известны. Так в чем там дело?
- Ну это очень неудобная тайна.
- Мы - ФСБ. Неудобные тайны - наша специальность, говорите спокойно, мы и так все знаем.
- Ну это из-за его жены, сами все знаете.
- Мы - ФСБ, как врачи, Не навреди - наш принцип. Мы уже давно взяли его жену на заметку. Так что с ней?
- Ну она, как говорится, и я, одним словом. Анатолий Иванович узнал как-то. Теперь мстит.
Майор медленно соображает. В нем борется человеческое любопытство и служебный долг. Наконец, долг перед братвой перевешивает и он пытается вырулить на понятную дорогу.
- Это ни при чем. У нас есть сведения, что в банке завелся крот!
- Вы совершенно напрасно обвиняете этих прекрасных неподкупных людей, это Анатолий Иванович.
- Послушайте, что я вам говорю.
- Он обещал меня посадить. У него связи в вашей конторе. И вот начал действовать. Когда вы меня арестуете? Что можно брать с собой?
- Мы не собираемся вас арестовывать.
- Я не дурак, все понимаю. Надеюсь, в суде смогу очиститься от этих гнусных обвинений.
- Если бы мы хотели вас взять, то взяли. Вы бы уже сидели передо мной с отбитыми яйцами!
Майор кричит на меня и, кажется, со знанием дела. Чувствуется определенный личный опыт. Понемногу он успокаивается и понимает, что перегнул.
- Впрочем, я метафорически выражаюсь. Мы подозреваем не вас, а работников банка.
- Сколько?
- Что сколько?
- Сколько вам заплатил Анатолий Иванович? Вы своей угрозой полностью себя раскрыли. Мне все понятно. Когда ждать ареста?
- Послушайте, что я вам говорю, это работники банка. Вы должны нам помочь выявить предателя.
- Не надо этого театра. Я не дурак. При чем тут банк? Мне все ясно. Но послушайте, Анатолий Иванович сам виноват. Зачем он обижал Машу? Она мне все рассказывала. Вы бы хоть разобрались что к чему.
- Да услышьте меня!!!! Это к делу не относится. Тут совсем другая история. Вы должны нам помочь!!!
- К тому же мы уже расстались. Все в прошлом. Как можно быть таким мстительным?
- Послушайте!!!! Вы должны нам помочь!!!!! Предатель в банке!!!!
- Чем помочь? Арестовывать себя? Нет уж, сами приезжайте. Я жду. Что можно взять с собой?
- Вы меня совсем не слышите!!!! Послушайте!!!!
- Нет, это вы послушайте! Я не дурак, мне все ясно, я готов, жду вас.
Майор пообещал, что со мной еще кто-то свяжется. Но я уже добрался до цели и выключил звук в телеграмм. В другой раз я добрался до следующего уровня. Но там было скучновато.

870

ЭТАЛОННЫЙ МЕТР.

Моя жена – Шура, в последнее время с гордостью говорит, что она находится в центре позитивного внимания.

Интуитивно-то понятно, что это значит, но мне захотелось конкретики и я спросил:

- Что это за центр такой и к чему у тебя внимание, да еще и позитивное?

- Одним словом – я бодра и весела и никто и ничто не может заставить меня злиться и огорчаться.

- Даже я?

- Представь, что ты Жак Кусто и в толстенной железной клетке погружаешься на глубину прямо к акулам.

Они заметили тебя, нарезают круги, свирепо вращают глазками, ломают зубы о стальные прутья, показывают тебе очень неприличные акульи жесты, пытаясь разозлить и выманить тебя из клетки, а ты паришь себе, покачивая ластами и любуешься: - «Ух ты, ух ты, вот это харя, а у этой какая миленькая расцветочка. С этим ощущением, в любой автомобильной пробке, ты не будешь нервничать и материться, а будешь просто любоваться хищными глубоководными рыбами на раздолбанных, глубоководных "девятках"

Понял теперь?

- В общих чертах. Спасибо учитель.

Шура, важная и довольная своей педагогической миссией, вышла из комнаты, но тот час же вернулась обратно и сказала:

- Про Кусто с акулами забудь, я вспомнила совсем простое объяснение. Быть в центре позитивного внимания – это значит быть полной противоположностью Анне Петровне.

Тут Шура совсем загордилась и уже окончательно покинула комнату.

Объяснение и вправду было необходимым и вполне достаточным.

У меня вопросов больше не было…

Но если они остались у кого-нибудь из вас, с удовольствием объясню:

Анна Петровна – это первая няня нашего сына.

Есть такие люди, которые никогда и ничем не бывают довольны. Даже если они находят огромный сундук с золотыми монетами, то до конца своей жизни грустят и ноют, вспоминая – как все-таки нелегко было его выкапывать.

Так вот, наша Анна Петровна – королева этих несчастных людей, или скорее – эталонный метр негатива и хандры.

Приведу один маленький пример ее неравной борьбы с судьбой – злодейкой:

Однажды мы делали большой телевизионный проект и наши спонсоры в виде поощрения, каждому члену съемочной группы выдали по одной детской путевке и никуда ни-будь, а в пионерский лагерь «Орленок». А поскольку моя жена тоже была членом группы, то в наших руках аккумулировалось целых две путевочки.

Вернувшись с работы домой, мы быстро посовещались вопросительными взглядами и кивками и вручили свои путевки незабвенной Анне Петровне, чтобы она могла отправить на отдых своих дочерей: двенадцати и четырнадцати лет, которые (!) до того момента никогда в жизни не видели моря…

Анна Петровна сто раз переспросила «что и как», огорчилась, что медосмотр и анализы могут влететь в копеечку и ушла домой, еще раз на ходу перечитывая надписи на путевках.

Только когда за ней закрылась дверь, мы обратили внимание, что она так и не сказала: -«Спасибо».

Это было даже забавно, ну, мало ли, переволновалась, потом скажет…

…Прошел месяц, дети наших сотрудников вернулись загоревшие и веселые, еще бы не веселиться – так отдохнуть, да еще и бесплатно.

Вот только Анна Петровна ни словом, ни жестом не обмолвилась: приехали - не приехали, понравилось - не понравилось.

Шурино любопытство наконец лопнуло и она спросила:

- Анна Петровна, как дочки-то ваши на море съездили? Понравилось им?

Анна Петровна посмотрела куда-то в пол, на ее лице вдруг отразилась смертельная тоска и ужас, как будто обе ее дочери утонули, а Шура бередит и без того свежую рану…

Так она постояла еще некоторое время, потом медленно подняла глаза полные слез и ответила дрогнувшим голосом:

- Ты спрашиваешь – Как съездили? Как съездили? Да ужасно съездили!!! Даже вспоминать не хочется. В поезде, на обратном пути, всех повели на обед, а после, дочки вернулись к себе в купе и тут же вспомнили, что свои кепки забыли в вагоне ресторане. Кинулись туда, а кепок и след простыл. А ведь какие хорошие были кепки, им в лагере в последний день подарили, с надписью «Орленок». А ты еще спрашиваешь: - «Как съездили?»…

873

Широко известна байка про Луначарского, который во время своего выступления на собрании рабочих разошелся и начал приводить цитаты различных авторов на их родных языках, причем общее число языков было не то 6, не то 8.
В ответ на вопрос потрясенного такими знаниями пожилого рабочего: "Сколько же надо университетов закончить, чтобы так языки знать?!", Луначарский якобы ответил так: "Достаточно всего трех, только один из них должен закончить ваш дед, второй - ваш отец, а третий - уже вы!"
Байка широко разошлась по рунету, но есть проблема.
Если взять самого Луначарского, сам он не закончил НИ ОДНОГО университета (хотя он прослушал курс в Цюрихском университете в течение одного года, что явно было недостаточно для получения диплома).
Биологический отец Луначарского, Александр Иванович Антонов, действительный статский советник, возможно, имел университетское образование, но информации об этом найти не удалось.
Отчим Луначарского (от которого он получил фамилию, отчество и дворянство), Василий Федорович ЛунОчарский, окончил не университет, а лишь юридический лицей в г. Нежин Черниговской губернии (и получил впоследствии дворянство на государственной службе - это к вопросу о социальных лифтах того времени).
Кстати, сам отчим был внебрачным сыном польского помещика Чарнолусского (фамилия "Луночарский" - "фантазийная", получена переставлением слогов из "Чарнолусский") и его крепостной крестьянки, и сам Чарнолусский (что бы он там не заканчивал - возможно, что ничего) с пасынком своего внебрачного сына никогда не общался.
Тем не менее, со знанием языков у Луначарского, как мы знаем, все было хорошо - даже ДО его поступления в Цюрихский университет (без знания немецкого его туда никто бы не взял). Видимо, хватило даже обучения в киевской гимназии, где юного Луначарского неплохо обучили латыни, греческому, немецкому и французскому языкам (и это еще с учетом его второгодничества!)
Т.е. вся жизнь Луначарского была, по большому счету, опровержением того тезиса, который он - якобы - высказал когда-то.

874

Семь октав.

Моя учительница музыки, Инесса Александровна, была удивительной женщиной. Насмешливые искорки в глазах, целый рюкзак шуток-прибауток, взрывная смесь терпения и горячности – она вошла в мою жизнь, словно опрокинув цветные краски. Меня, шестилетнего пацана, отец привел в класс, эффектно бросил пару шуток, дал рекомендации относительно любимых произведений и умчал на работу. А я замер на пороге… Ее темные, шелковые волосы до плеч, яркая помада, пунцовые ногти, туфли на высоченной шпильке, золотые часики на руке с ажурной крышечкой сразили меня наповал… В моем убогом дворе не было таких женщин. Моя мама никогда не пользовалась косметикой, дома не было ни кремов, ни духов, ни помад, ни маникюрного лака. И мне захотелось остаться в этом волшебном мире. Я завороженно слушал, как Инесса Александровна играла. Сильные руки, быстрые пальцы, мощные аккорды – несчастная «Лирика» начинала раскачиваться во время ее игры.
Когда мы разбирали новые произведения, Инесса Александровна подсаживалась ко мне, пододвигая стул и мерно ногтем отстукивала ритм. Проставляя номера пальцев на нотах, она мягко наваливалась на меня плечом, и я испытывал странное волнение от близости чужого человека, слыша ее дыхание и терпкий аромат духов. Она была ровесницей моих родителей и казалась мне очень старой. И невыносимо прекрасной. Я одновременно боялся и обожал ее.

Мне было стыдно рассказывать ей о том, что творилось у меня дома. Но каким-то шестым чувством она понимала, что играть дома сложно. Пьяный батя с топором, орущие младшие сестры, вечные потасовки с братом оставляли лишь небольшой временной интервал для занятий.

- Приходи заниматься сюда, в школу. У тебя осталось два свободных дня в неделе, - предложила Инесса Александровна.

И вопрос был решен. Сразу после школы, не заходя домой, я садился в автобус и ехал на другой конец города - в музыкалку. Инесса оставляла своего ученика и шла со мной по школе, ища свободное помещение. Она запирала меня в классе, оставив два бутерброда с вкуснейшим сервелатом и коробок спичек на левой стороне клавиатуры. «Перекладывай по одной спичке с левой стороны на правую каждый раз, как полностью сыграешь произведение. Пока коробок не закончится. Тогда будем считать, что отработал». Произведений в программе было пять.
Домой идти я не хотел. И играл до посинения. В прямом смысле. Огромные старые окна продувались насквозь, батареи почти не грели, в классах было холодно. Периодически вставая, чтоб размяться, поприседав и побегав, я садился на собственные пальцы, пытаясь отогреть их. И вновь перекладывал спички…

Прошло много лет. Когда в 20 лет съехал от родителей, то через полтора месяца вдруг ощутил нестерпимую тоску – я должен ДОЛЖЕН забрать свой инструмент, мою огромную черную «Родину». Оказывается, когда мне было плохо – я играл. И когда хорошо – играл тоже. Теперь же какая-то часть меня оказалась просто парализованной. Я тогда жил в комнате 3 на 3. Из мебели - кушетка, да узкий шкаф. Похрен, я поехал и забрал его! Холостяцкая жизнь, дом полон гостей, моих приятелей, друзей брата, бурные вечеринки, пьянки, свидания. Но если кто-нибудь из гостей ставил бокал на крышку пианино – где-то в глубине меня зажигалась красная лампочка – этого человека я больше не приглашал.

С тех пор я много раз переезжал. И мое пианино - всегда со мной. Я не брошу эти 300 кг боли и счастья. Семь октав грусти и наслаждения. Иногда, при очередном переезде, я оставлял почти всю свою мебель на прежнем месте - диваны, кресла, столы, кухонные гарнитуры. Но моя «Родина» поедет со мной. И если б каждый раз я брал десятку, когда кто-то мне советовал сменить акустический инструмент на более компактную электронику, я бы уже купил самолет. Однажды я все-таки поддался, решился и притащил домой синтезатор-самоиграйку. 450 режимов звука – от флейт, клавесина и скрипок до хорового пения, возможность записи, встроенные варианты ударных, полная имитация игры на механическом инструменте. Уже через два месяца я наигрался и подарил это «чудо» друзьям.

Видимо, Инесса Александровна вместе с нотами заложила что-то еще в мою детскую душу. А я тем временем перекрасил старенькое фортепиано в цвет кофе со сливками и прикрутил к нему витые золоченые подсвечники. И теперь я играю при свечах!

875

О музыке.

Как некоторым тут известно, (выяснилось, что не всем) моя мама родом с Украины.
С ранних лет в ней проявились два качества, о которых скоро стало известно в округе.
Это, а) умение аккуратно работать,
б) способности к пению.
Из-за пункта а приезжали сваты из немецких деревень, а по пункту б приходили за ней девчата из украинских селений. Голос у матушки моей был чарующий на удивление и сильнее, чем у всех хохлушек в окрестностях, а потому была она запевалой. А без запевалы хором песня не сложится, это уже всем известно.
Ну а где дивчина поёт, там и парубок недалече.
Один такой, Мыкола, положил глаз на бойкую певунью.
Ну может ещё и руку на плечо.
Маме моей тоже поглянулся кудрявый хлопчик, но она никогда не пошла бы против воли отца, да ещё и всей родни к тому же.
И потому выдали её замуж в срок, по роду и сословию, как полагается и ушла она жить в другую семью.
Как-то, чтобы отметить скорое рождение ребёнка, первый муж моей мамы решил одного своего барашка заколоть и в Одессе продать.
А нельзя без разрешения.
И Мыкола прознал про это. Его ревность душила.
Сообщил он куда следует.
И уже в пути взяли неудавшегося папашу, увезли в тюрьму. А тут война, так и сгинул человек, не увидевши сына. Как тогда говорили - Сталин съел.
В 1944 году отступающие немецкие войска дали одинокой матери с ребёнком лошадь и подводу и чеши мол, направление на запад.
Мать видела горящий Дрезден 14 февраля 1945.
А потом советские войска выявили граждан СССР, засунули всех в теплушки и повезли назад на восток. Но не на Украину, как обещали, а дальше в тайгу, на лесоповал.
Когда Сталин умер, моего отца выпустили из-под комендантатуры, на этом самом лесоповале и он мог свободно ходить.
Однажды летним вечером в белые ночи вдруг услышал он южные напевы над гладью северной реки Камы.
Ещё не видя этой женщины, а это была моя мама, он влюбился в её голос на всю жизнь.
Я не знаю, генами ли передаются музыкальные вибрации, но мне ещё ни разу не удалось дослушать до конца "Ой летiли дикi гуси".
Меня просто рвёт на куски.

877

Навеяно историей №1485415

Меня тоже решили помучить музыкой. Дед что-то там немного умел на баяне (дед - отдельный рассказ. Нет, повесть... но я ее так никогда, наверное, и не напишу), вот и решили, что было бы неплохо и меня чему научить, тем более что инструмент имелся. Нашли где-то знакомого преподавателя (за малостью лет - примерно, 7-8, о его личности ничего сказать не могу. Помню только, что он все мои неудачи объяснял плохим инструментом и предлагал купить у него баян самого Страдивари. Спасло то, что лишних денег в семье не водилось, хватало только на эти уроки).

Препод не мучил меня всеми обязательными сольфеджио и вокалом (думаю, если бы попробовал - то и история эта закончилась бы раньше), и мы с ним в бодром темпе, не больше чем за месяц, разучили какую-то несложную, нот на 15 песенку. Вторая не шла никак (кстати, я как-то решил схимичить, и сыграл ему первую мелодию, но когда он скривился, я понял, что мой секрет раскрыт, только никак не мог понять - как?! решил, что я сыграл слишком уверенно, вот он и понял).

Вобщем, не знаю, вернул ли он деньги или отказался от меня просто так, но мои мучения закончились.

И только потом, по прошествии лет, я с изумлением узнал, что, оказывается, музыканты как-то эти звуки различают, а не просто запоминают, как это делал я, последовательность - правой рукой от этой кнопки ряд влево и две вниз, а левой - вот эта кнопка с дырочкой, потом правой вверх три кнопки, а левой сдвинуться влево на одну и на одну вниз...

Не знаю, может, именно эта тренировка и обеспечила мне неплохую память на цифры - например, некоторые телефоны тридцатилетней давности могу вспомнить - в отличие от имени-отчества того, кому он принадлежал, не говоря уж о лицах, которые я обычно забываю, просто отвернувшись.

880

История про книги и не только....

В 1987 году я служил в Закавказье на границе, за залет был переведен в инженерную роту монтировать систему охраны границы.
Жили рядом с заставой в палатках, развлечений никаких кроме газеты Красная звезда и программы "В мире животных", это когда персы трахали ишаков на сопредельной территории.
Развлечение типа битвы скорпионов с фалангами в кастрюле под сигареты как и нарды надоели до невозможности, до ближайшего городка сорок километров, поэтому развлекались как могли.

Граница проходила сразу за железной дорогой а в десяти метрах бушевал Аракс.
Метров на триста выше была дорога которая серпантином спускалась к нашему лагерю.
Как то вечером нас заинтересовал вопрос о том что если колесо от Шишиги спустить со скалы долетит ли оно до середины Аракса?
Мнения разделились примерно поровну и на завтра был назначен эксперимент.

Ночью колесо было доставлено на точку сброса, трасса проверена неожиданностей быть не должно.
Часов в десять когда наряд вернулся на заставу мы с двумя годками пошли прогуляться.
Удостоверившись что поездов нет мы запустили колесо.
По идее оно должно было катиться ровно и отскочив от обрыва перелететь галерею а потом благополучно улететь в Аракс.
Но как всегда что то пошло не так!
Наскочив на камень колесо отклонилось от маршрута и ушло в сторону от галереи, подлетев метров на тридцать вверх рухнуло четко на систему, сложив участок метров в тридцать и сломав три опоры булькнуло в Аракс.
Следом полетели камни и булыжники которые упали на рельсы перед галереей.
Три километра до палаток по дороге мы пробежали со всесоюзным рекордом по пути кляня того кто предложил это сделать, то бишь меня.)
В палатке мы притворились шлангами, делая вид что мы не причастны к этому кипежу на заставе.

Через пол часа вернулся наряд со страшным рассказом о том что системе пиздец, и мы слышали как их начальник заставы крыл матом все и вся.
Потом прибежал дежурный и позвал нашего офицера к начальнику.
Анус сжался у всех до состояния что игла не пролезет, а еще минут через десять дежурный позвал меня и моего друга к начальнику в кабинет.
Сто метров мы шли как на плаху, понимая что это дембель машет прощально нам рукой, а дисбат приветствует нас.
Но в кабинете мы увидели нашего летеху за накрытым столом где они с начальником с довольным видом потчевали гранатовую водку.

- Шлем есть дело.
- Там с горы свалился валун и порвал систему, если восстановите до конца дня сегодня, в следующую субботу начальник дает Шишигу и едем в увольнение в Зангелан!
Зангелан!
Мы слышали рассказы от дедов как они там пару раз были в увале, какие там крапали и богатства в обычных магазинах.
Короче для нас он был каким то мистическим городом в котором никто из нас не побывает, и тут такое счастье!
- Да мы! Да щас... да говно вопрос...

Через пятнадцать минут лихорадочных сборов нагрузив на себя бухты колючки, опоры и инструмент мы легкой трусцой по шпалам неслись к месту аварии, а через пол часа все пятнадцать стахановцев долбили ломом ямы под опоры и разбирали завал.
В девять вечера все было готово.
Наш летеха получил еще баллон самогона и до четверга не выходил из палатки.

В субботу мы выдвинулись в Зангелан.
Дорога извивалась как змея, в некоторых местах Шишига скребла бортом скалы и от страха мы чуть не обосрались, но водила был бесстрашен и через час мы благополучно въехали в городок.
До сих пор помню этот утопающий в зелени патриархальный городишко, где во дворах и на улице мужчины неторопливо играли в нарды попивая чай, вели степенные беседы и казалось ничто не могло оторвать их от столь важного занятия.
Местные жители смотрели на нас как на какое то диво, наверное потому что солдат там обычно не бывало, но без всякой враждебности, девушки идущие на встречу улыбались, ребятня махала руками и кричала привет аскер.

Площадь где находился базар, магазины и чайхана так же навевала какое то умиротворение а все женщины и девушки казались красивыми.
Все сразу рванули в магазин и на рынок, летеха далекий от этой суеты в чайхане остался пить чай.
Несколько магазинчиков с надписями Гарышыг маллар (смешанные товары) , Фото маллар и прочие маллары поразили своим изобилием.
Цветная фотобумага и пленки со всеми реактивами, Пепси кола, майки Монтана и джинсы и все свободно.
Решили скинуться по два рубля на фото принадлежности и по два рубля на водку летехе.
Когда я зашел в дальний отдел магазина я обомлел!
Книжное изобилие, Дюма, Семинон, ЖЗЛ и прочий дефицит!
Скупив штук двадцать книг, я выглядел совершенно счастливым, хотя годки смотрели на меня как на дурака.
Денег осталось только бутылку Пепси и двести грамм конфеток с прикольным названием Грызыл, типа ирисок только тверже.

Чтобы купить пять бутылок водки, мы обратились к местному парню, который от себя презентовал еще одну а так же три блока сигарет и предложил огромный крапаль дури забесплатно.
Три бутылки отдали летехе и одну за труды водиле вместе с халявным блоком сигарет, который сразу же повеселел и спрятал наши две бутылки в укромной нычке.
Потом нас всех хозяин зазвал в чайхану и усадил за столики, где мы от пуза напились ароматного азербайджанского чая из тонких изящных стаканчиков под названием армуды, заодно поглотив три подноса пахлавы.
Времени еще было на отдых часа два-три и мы отпросились втроем погулять по городку.

Это было что то!
Идешь смотришь на девушек, на дома и дворики и никому ты не нужен и ничего не должен хотя бы два часа, и чувствуешь себя как будто на гражданке после дембеля, который неизбежен.
Подбежавший чумазый пацаненок что то тарабаря на местном языке знаками показывал что зовет нас куда то.
Решили проверить что он хочет, зашли во дворик между трехэтажными домиками где в центре стоял стол и местные пожилые мужчины пили чай.
Нас пригласили за стол и женщины уже через пять минут уставили его всякими явствами.
Потекла неторопливая беседа как и положено с ароматным чаем.
Мужчины рассказали что их дети тоже служат и каждый из них тоже служил на просторах нашей Родины от Калининграда до Иркутска.
Вспоминали истории и приколы из службы, кто то принес дембельский альбом.
На столе появилась трехлитровая бутыль вина и было предложено выпить за содружество родов войск, но мы не решились, а когда уходили нагруженные продуктами бутыль завернутую в полотенце женщины нам бережно уложили на дно сумки.

Когда мы уезжали, солнце которое уже клонилось к закату освещало городок каким то багровым неестественным светом, и эта картина врезалась мне в память, и я понимал что никогда в жизни больше не увижу этот прекрасный городок, возможно только во сне.
И до сих пор, хотя уже прошло больше тридцати лет, мне часто снится граница, знакомые места и я во сне бреду по этому городку который в 1991 году был разрушен полностью.

Да, надо мною смеялись только до приезда в наш инженерный городок, потом всем очень сильно захотелось почитать что то кроме Красной звезды, так что у меня была и Пепси и прочие вкусные ништяки!

Сегодня 20 октября в Азербайджане отмечается День города Зангелан!
Всем добра!

19.10.2024 г.

881

До-ре-ми-фа-соль-ля-си, кошка села на такси
История из моего далёкого детства.

Я окончила второй класс, весело провела каникулы у бабушки в деревне и в конце августа вернулась домой, где меня ждал сюрприз, прям сюрпризище. Незадолго до моего возвращения мама встретила тетю Люду, которая с гордостью сказала, что дочка поступила в музыкальную школу, а днем ранее моя мама встретила тетю Машу, дочка которой тоже поступила в музыкальную школу на скрипку. В разговоре выяснилось, что даже бездарь и тупица- дочка Марии Петровны пошла в музыкальную школу. Мама решила, что такой талантливый ребенок, как я, просто обязан получить музыкальное образование. Мое мнение вообще не принималось в расчет, да и спорить с родителями у нас было не принято. Это был мой смертный приговор...
Благодаря связям моей мамы, меня взяли без экзаменов и уже после начала учебного года. Мама пришла радостная домой и объявила: «Доченька, ты с понедельника идешь играть на гитаре!». Выбор инструмента был не случайным, пианино просто не поместилось бы в нашей хрущевке, от воя скрипки нас бы убили соседи, а аккордеон я бы просто не унесла. Я была довольно высокой, но худенькой и хрупкой девочкой, сейчас бы сказали анорексичного телосложения, но тогда таких слов не знали.
Папа хмуро спросил «Сколько?». Мама радостно ответила, что для любимого ребенка никаких денег не жалко.
Я противилась, как могла. Но у мамы были железные аргументы, самый лучший из которых, что вот пойдете в поход с друзьями, а ты вечером возле костра достанешь гитару, сыграешь пару аккордов и споешь всем «Солнышко лесное».
Именно поэтому меня записали на КЛАССИЧЕСКУЮ гитару. Никаких аккордов и барре, никакого «Солнышка лесного», просто перебираем струны пальчиками. Вернее даже так, села аккуратно, плечи прямые, левую ногу на подставку, левая кисть бубликом (это мой преподаватель так говорил), большой палец внизу грифа, правая рука расслаблена, пальцы крабиком (опять таки его слова) и перебираем струны. Ми-си-соль-ре-ля-ми. Это названия струн, сколько лет прошло, а до сих пор помню. Четвертая ре у меня чаще других рвалась, но это я отвлеклась.
В ноябре мне подарили гитару и синтетические струны со словами «Дарим сегодня, но это тебе подарок на Новый Год, Дед Мороз передал». Наверное тогда я полностью утратила веру в Деда Мороза, он бы так подло не поступил.
Обучение гитаре шло в пакете с сольфеджио и с вокалом. О сольфеджио скажу коротко, у меня наверное была нотная дизлексия, но тогда таких слов не знали. В сегодняшней Европе мне бы сделали упрощенную программу для дизлексиков и я была бы круглой отличницей по программе для специальных детей, но и такого слова тогда не было, все программы были одинаковыми и все дети были нормальными или просто лентяями и двоечниками. В ноты я попадала с вероятностью попадания спортлото. Довольно часто один номер (нота в моем случае), реже два, раз в год даже три номера, а уж пять никогда. Наверное у моей мамы были очень хорошие связи, коль меня оттуда не выгнали после первого же занятия.
Петь мне нравилось. У меня не было особого таланта, но в целом было терпимо. Я и сейчас после лишней рюмки могу в караоке спеть. В любом случае, в хор меня взяли мгновенно. Сейчас я понимаю, что взяли меня только из-за размера одежды. У девочек в хоре был бордовый сарафан и розовая блузка с бантом, это была собственность музыкальной школы, но на протяжении поколений эту одежду давали домой, где мамы заботливыми руками стирали, гладили и пришивали оторванные пуговицы. Лет за 5 до этого какая-то мама сильно заузила сарафан для своей слишком худой дочки и не оставила запаса в швах, поэтому для этого сарафана искали самую худенькую девочку, так я прошла кастинг и стала хористкой.
С инструментом все шло очень плохо. Я не различала ноты и путала пальцы, сбивалась с ритма и пропускала целые строки, меня ругали каждый день и за все время у меня была лишь одна четверка. Это был позор, особенно учитывая, что в школе я была круглой отличницей.
Все остальные дети быстро осваивали инструмент и уже играли Н.Паганини, а я была на уровне «во поле березка стояла» и, как в видеоигре не могла пройти этот уровень. К тому же у меня было много пропусков из-за болезни,я часто простывала и сидела на больничном. Кроме этого, я однажды обожгла палец и меня освободили от гитары. Один раз, помогая папе, сильно попала молотком по пальцу, тоже на пару недель освободили. Так что интерес к мужским работам у меня стал развиваться примерно в тот период.
Да, отдельным бонусом к музыкальной школе шел запрет на мороженное. Нет, это не рекомендации педагогов, а частная инициатива моей мамы, мол чтоб горло не заболело, а то опять неделю на больничном сидеть.
Сейчас я не могу вспомнить, два года или три длился этот кошмар, но я точно помню день, когда моя музыкальная карьера завершилась. В конце года организовали концерт для родителей. Большинство детей выступали малыми группами, запомнилось трио скрипачей Майя Каждан, Боря Рингель и и Лена Кац. С учетом моего уровня, найти мне место в квартете или квинтете представлялось сложным, поэтому мне выделили сольный номер. На репетициях мой преподователь ругал меня, но был вынужден постоянно снижать планку. Первые 5 предложенных композиций я даже не смогла начать толком. Выбор остановился на «К Элизе» Бетховена, ми-ре-ми-ре-ми-си-ре-до-ля. Дальше этого пактически дело не шло. Выступление было под вопросом. Преподаваль вынес приговор безнадежному больному: «играй, что умеешь» и это было его роковой ошибкой.
В день концерта моя мама, к моей превеликой радости, была в командировке, поэтому в музыкальную школу меня повел папа. Взял отгул на работе, одолжил у коллеги фотоаппарат, чтобы сделать фотографии для мамы и стал готовиться вытирать слезы радости. Мужчины иногда плачут от радости, это очень трогательно. За компанию взяли мою лучшую подругу, такие эмоции надо разделить с близкими людьми. И вот он мой звездный момент. После всех детей, которые уверенно сыграли очень сложные фуги и увертюры, на сцену выходит худенькая хрупкая девочка, грациозно садится на стульчик (вот за осанку меня никогда не ругали!) и как заправский урка лабает «чижик-пыжик, где ты был». Зал не взорвался смехом только из-за врожденной интеллигентности слушателей, они закрывали рот кулаком, краснели и потели от приступов смеха, вытирали слезы, но стойко держались. У папы точно лились слезы, наверное растрогался, говорю ж вам, мужчины плачут от радости. Свидетелей моего позора было двое- мой папа и моя лучшая подруга Наташа, которая ввиду полного отсутствия музыкального слуха до сих пор уверенна, что я отлично сыграла.
Когда мы вышли после концерта, мой папа предложил отметить это дело. Мы пошли в детское кафе (были такие в наше время) и после котлеты «ниф-ниф» с гарниром из морковки «братец кролик» мой папа заказал нам 2 огромных мороженных с шоколадом, мое счастье было безграничным, я столько лет его не ела. Это была полная и безоговорочная победа! Я-гитара 1:0!
Не знаю, о чем и как папа говорил с мамой, но на следущий год меня отдали на плавание, а высвободившиеся от музыкальной школы деньги пошли на покупку обоев и ремонт квартиры. Моя музыкальная карьера была завершена на самом пике и я оставила о себе неизгладимое воспоминание в стенах школы. Гитара до сих пор хранится где-то у родителей как напоминание о бесцельно потраченных ресурсах.
П.С. Да, мой муж играет на гитаре, а вот сын пошел в маму... Круглый отличник.

882

МОРСКОЙ БОЙ

"Тот, кто всегда в выигрыше, — не настоящий игрок"
(М.Монтень)
Я тогда был значительно моложе, на днях из армии вернулся, а моя сестра Нина, так и вообще – только-только пионеркой стала.
Я, как всегда, ремонтировал свой кассетный магнитофончик, а из Нининой комнаты доносились счастливые детские вопли:
- А 1
- Ранил!
- Б 6
- Убил!
- Ставлю Лелека и Болека против Дональда!

Это ее одноклассники пришли после школы в гости и жестоко рубились в Морской бой на фантики.
Мода тогда у них была такая. В карты в третьем классе, вроде бы еще рано, в шахматы – скучно, а в Морской бой – самое оно.
Я не препятствовал - дело молодое, только иногда просовывал строгое лицо в дверь и просил вести себя потише, карапузы сдавленно хихикали, но на некоторое время затихали.
Вдруг, ни с того ни с сего, в мою комнату вошла Нина вся в слезах и вздрагивая от всхлипываний, сбивчиво рассказала:
- Я проиграла все свои девять фантиков, потом хотела отыграться, поставила твою «Катю» и опять проигра-а-а-а-л-а-а-а…
От злости, я чуть магнитофон об пол не разбил. «Катя», была гордостью моей коллекции, почти новенькая, дореволюционная сотня с портретом Екатерины, Вообще-то, если честно, у меня их было две, но ведь это не повод брать чужое без спроса, да еще и проигрывать своим паршивым пионерам…
В бешенстве, я вбежал в подпольное «игорное заведение», но увидев вусмерть перепуганные лица детишек, несколько подостыл, даже свою «Катю» отбирать не стал.
Выигрыш – есть выигрыш, святое дело…
Разогнав игроков поганой метлой по домам, я закрылся у себя в комнате и загрустил.
Через пару часов, сестра выждала подходящий момент, виновато подошла ко мне и с энтузиазмом заговорила:
- Пожалуйста, дай мне вторую «Катю», я с ней завтра в школе обязательно отыграюсь, вот увидишь. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Я посмотрел на Нину и мне стало ее дико жаль. Жаль от того, что эту маленькую наивную девочку в розовых очечках, мне придется сейчас окунуть в паскудную взрослую жизнь, с ее непионерским коварством и обманом, но уж очень мне хотелось вернуть назад свою «Катеньку».
Вручил сестре оставшуюся реликвию и в двух словах объяснил, как нужно играть в Морской бой, чтобы гарантированно выигрывать.
Бедная моя пионерка от этих объяснений испытала настоящий культурный шок и после этого полночи не спала - все размышляла над беспредельностью человеческой подлости. После такого и в Деда Мороза запросто верить перестанешь…
Это же уму не постижимо, как это можно – НЕ РИСОВАТЬ СВОИ КОРАБЛИ!?
На следующий день сестра пришла из школы позже обычного и в каком-то странном возбуждении, в одной руке, портфель, а в другой, почему-то, книжки и тетрадки.
С порога она торжественно вручила двух моих «Катенек» и я зачем-то спросил:
- Нина, а почему учебники и тетради у тебя в руках, а не в портфеле?
Нина отложила горку книг, открыла свой портфель и из него, как из детского рога изобилия, на пол посыпались сотни и сотни разноцветных фантиков, открыток и календариков, всех видов и размеров…
Я потихоньку вышел из ступора и сказал:
- Завтра же пойдешь и раздашь обратно все выигранные фантики и больше никогда в жизни в Морской бой не играй, а то я схожу в школу и расскажу – как ты все это выиграла

…С тех пор сестра и вправду забросила азартные игры, а в Деда Мороза, по-моему, верить так и не перестала...

883

СЛУЧАЙ С ТОПОРАМИ
Было это в начале Корейской войны. В одном из истребительных авиаполков Тихоокеанского (а тогда 5-го флота) служил командиром эскадрильи капитан Дмитрий Симонов. Он был опытным пилотом, окончил лётную школу ещё до войны и вполне естественно, что командование послало его переучиваться с "Кингкобр" на МиГ-15 в первой группе дальневосточных морских летчиков. Симонов был человеком немногословным, очень серьёзным и обстоятельным, чем и выделялся в коллективе лётной молодёжи, всё время подшучивавших друг над другом и устраивавших разные проказы. Авиация вообще весёлый род войск, где субординация среди пилотов никогда не считалась делом строго обязательным, а о человеке судили не по звёздочкам, а по его делам.
Итак, группа дальневосточников на "перекладных" Ли-2 добралась до Ленинграда, где и был центр переподготовки морской авиации. Начались интенсивные полёты с инструкторами на УТИ МиГ-15, нагрузка была большой, но лётчики не унывали. Не миновали шутки молодняка и Симонова. Он с пониманием к ним относился, хотя и не особенно одобрял.
Однажды, уже в конце обучения, когда через неделю им надо было лететь обратно на своих МиГ-15 , к ним присоединили и группу лётчиков с Балтийского флота, которые должны были вместе с ними перегнать на Дальний Восток новые МиГи. Естественно, что никто из них раньше там не бывал, и они с интересом расспрашивали о тамошней жизни.
Тут-то Симонов и отыгрался. С самым серьёзным видом он рассказал разинувшим рот балтийцам, что на их аэродроме, в Унашах, взлётная полоса прорублена в тайге, где полно тигров и медведей. Они терроризируют местное население, воруют с постов вооружённых часовых. Со стоянок самолётов до городка тоже надо добираться через дремучий лес. Потому-де офицеры ходят группами, с автоматами и топорами - пистолет ТТ против тигра бесполезен. А все местные жители поголовно, включая женщин и детей, ходят по улицам с топорами, потому что из ружья ничего с тиграми не сделаешь. Поэтому в Унашах и окрестностях топоры в жутком дефиците и за них всегда можно выручить много денег или выгодно обменять на местную самогонку. И продемонстрировал им свой топор, который недавно купил и хранил под матрасом в офицерском общежитии. Ленинградцы, хотя и были ошарашены, но сделали соответствующие выводы.
Вскоре эскадрилья Симонова и группа перегонщиков с промежуточными посадками полетела на Дальний Восток. Когда самолёты сели на металлическую полосу вполне благоустроенного аэродрома в Унашах, встречающие офицеры и механики были ужасно удивлены, увидев вылезающих из кабин ленинградских пилотов, опасливо озирающихся и держащих в руках топоры. Кое-кто из наиболее предприимчивых прихватил с собой по нескольку штук. А из кабины головного МиГа вылез совершенно серьёзный капитан Симонов и только искорки смеха поблескивали в глубине глаз. Из других самолётов доносилось дружное ржание молодняка - не было сил выйти. То-то было в полку и курилках окрестных лётных гарнизонов радости - умыли питерцев.
А через несколько месяцев морской авиаполк убыл в Корею, где храбро дрался с американскими самолётами. На счету капитана Симонова к концу войны был один подбитый и два сбитых "Сейбра". Без шуток...

884

В тридцатых годах двадцатого столетия в кабинете директора Ленинградского мюзик-холла сошлась тройка заядлых преферансистов - директор Михаил Падво, дирижёр Исаак Дунаевский и композитор Дмитрий Шостакович. Игра затянулась. Она длилась до утра.
Дмитрию Дмитриевичу не везло, но он надеялся отыграться. Денег не осталось. От отчаяния он поставил на кон двадцать музыкальных номеров для будущего спектакля мюзик-холла. И тут же проиграл!
- Ещё двадцать! - азартно сказал он и снова проиграл.
- Хватит, - решил Дунаевский. - Скоро спектакль, мне ещё за пультом стоять!
- Ну, ещё одну пулечку! - скаламбурил Шостакович и, увидев скептические лица друзей, решился. - Ставлю свой концертный рояль! Красного дерева!
Ветреная карточная удача так и не повернулась к нему лицом. Рояль он тоже проиграл. Очень быстро.
Дунаевский был опытный игрок. Он ещё знавал команду легендарных преферансистов, куда входили Владимир Хенкин и Павел Поль.
На следующий день, смущаясь и краснея, Шостакович подошёл к Клавдии Шульженко. Она с интересом выслушала его предложение купить у него концертный хороший рояль из красного дерева. Очень обяжете. Никогда бы, но настоятельная необходимость и прочее, и прочее...
Она согласилась, не раздумывая.
Шостакович на прощание попросил, чтобы эта операция "Ы" (чтоб никто не догадался) осталась тайной.
Он пока не знал, что о проигрыше инструмента знал уже весь мюзик-холл.

885

Народ Баджао— первое племя в мире, которое научилось адаптироваться к жизни под водой. Всю свою жизнь они проводят в море и ищут пищу на дне океана. Они живут во временных домах на сваях и на своих лодках, разбросанных по морям Индонезии, Малайзии и Филиппин. Так они живут уже более 1000 лет, и их питание полностью зависит от окружающих морепродуктов. Это заставляет их целый день работать под водой, чтобы ловить креветок, крабов, рыбу и кальмаров.
Поэтому Баджао прокалывают барабанные перепонки, чтобы сбалансировать давление между наружным и средним ухом, что помогает им избежать дискомфорта при нырянии на большие глубины. Однако прокол барабанной перепонки может также снизить слуховую способность и сделать их восприимчивыми к ушным инфекциям. Это компромисс, на который Баджао должны пойти, чтобы жить под водой.
Крайне необычно, что они могут нырять более 13 минут на глубину 60 метров ниже поверхности океана. Почему они способны на это? Оказывается, у них селезёнка значительно больше, чем у обычных людей. Она может перекачивать больше кислорода в кровь и работает так же, как биологический акваланг. Их селезёнка имеет объём больше, чем у нормальных людей, более чем на 50 процентов.
Уникально то, что эта особенность встречается не только у дайверов, но и у других членов племени, включая детей, которые никогда ранее не ныряли. Это означает, что им стало легче жить под водой.

Фото: Рыбак Сама-Баджао выплывает на поверхность с осьминогом, пойманным в море Банда в Сулавеси, Индонезия.

Автор: Джеймс Морган

886

- Стюардесса! - Да, я вас слушаю! - Я хотел бы высказать мои претензии к этой авиалинии. Всякий раз, когда я лечу, мне попадается всегда одно и то же место. Я не могу посмотреть фильм, на окне нет никогда жалюзи, чтобы я мог спокойно поспать! - Пилот, заткнитесь, пожалуйста, и ведите внимательнее самолет!

889

У нас на работе есть одна интересная парочка. Женщина проработала в организации лет двадцать, мужчина устроился лет пять назад в тот же отдел. Сидели они рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки, и как-то незаметно для остальных поженились.
Что интересно: они всё время вместе. На работе весь день вместе, после работы тоже. Я живу недалеко от них и вижу, как они вместе гуляют с собакой, ходят в магазины. Оба раньше были разведены, дети от первых браков взрослые. И нет ощущения, что кто-то на ком-то виснет или кого-то это напрягает, наоборот, кажется, что им именно так комфортно.
Отдел маленький, одновременно в отпуск их почти никогда не отпускают, так это анекдот: один из них работает, а тот, что в отпуске просто так приходит и кофе пьёт, в интернете лазит, где-то помогает исподтишка.
Я как-то не выдержала и спросила: где-то они вообще находятся порознь? Они оба синхронно пожали плечами и чуть не хором сказали: "В туалете".

890

Навеяло вчерашней историей о фонде мира. У нас в НИИ группа сотрудников предложила , пробила и осуществила важный проект. И решено было выдать реальным участникам министерскую премию. Это была не Госпремия в 5000 рублей, и не премия Совмина в 2500 ( а ими иногда награждали наших сотрудников), но тоже совсем немало. Поскольку в оборонпроме все регламентировано, список пошел наверх на согласования. И на каждом этапе постепенно реальные исполнители стали заменяться администраторами. Ладно бы только нашими институтскими, которые по должности все-таки осуществляли общее руководство, так ведь и главковские присоседились,и отраслевые, и министерские.. На каком-то этапе чуть было не вычеркнули главного инициатора и исполнителя этого проекта. Потом опомнились, но поскольку дележка была в соответствии с долей участия, поставили ему уж совсем какой-то маленький процент.

Отвлекусь немного. Это сегодня все считают триллионами, а во второй половине 80-х , когда нефть уже обвалилась на мировых рынках, но до чеченских авизо, фактически девальвировавших рубль, было еще далеко, премии были неплохим подспорьем. Это уже где-то в 2007 один строительный магнат , тогда входящий в список Форбс , а впоследствии разорившийся, заявил - " У кого нет миллиарда, могут идти в жопу". Речь о долларах шла уже. А том же фонде мира, куда добровольно-принудительно жертвовал весь СССР, по словам его председателя , экс-чемпиона мира по шахматам Анатолия Карпова, -" В 1989 году правление Фонда мира, которое я возглавлял, обладало ресурсами в 4,5 млрд рублей. По тем понятиям это были сумасшедшие деньги. В жестком переводе это приблизительно около $7 млрд". Только не надо говорить, что Карпов ошибся в долларах, - дело в том, что на финансированные фондом проекты за рубежом , конвертация осуществлялась по тогдашнему стабильному многие годы курсу 68 копеек за доллар. К слову, в числе проектов - "Помощь странам, в которых происходили конфликты с советским участием: Анголе, Вьетнаму, Никарагуа, Эфиопии, палестинским беженцам в Ливане". В последнем - напрямую на счет Арафату, который и был единоличным держателем всего общака ООП. Фонд мира был абсолютно непрозрачной в финансовом плане структурой, никогда не публиковавашем свои отчеты. Короче, был заначкой Политбюро. Такая заначка существует и сегодня в АП, на сленге "бассейн" называется.

Ладно, возвращаюсь к истории. Когда в НИИ на вручение премии приехали первый секретарь обкома и союзный министр, наш герой , уже точно понявший незначительность собственной премиальной суммы, с трибуны заявил, что решил ее перечислить в фонд мира и выразил полную уверенность что и остальные лауреаты поддержат этот почин (а сейчас кто-то помнит такой термин?). Ну куда было деваться остальным лауреатам? Тем более , что первый секретарь обкома и союзный министр попросили поддержать призыв, - план по оброку выполнять-то надо, а тут - сам напросился. Это было то время, уже можно было открывать рот, с одной стороны. А с другой - партия все еще держала руль в своих руках и решительно отклоняла попытки дать порулить другим. Понятно, остальные лауреаты обозлились, но скрепя сердце, в выступлениях пообещали перечислить. А наш герой Карпову телеграмму отстучал, - чтобы процесс под контролем был. В итоге, перечислили все.

История вошла в легенды НИИ. И какое-то время учитывалась при дележе премий.

891

В сети делятся опытом общения с телефонными вымогателями:
"Я однажды ехал куда-то на пассажирском долго, делать было нечего и тут мне, матери своей, написал смску сын. Случилось с ним нехорошее, поэтому надо было за него отдать выкуп людям — а они у него и мобильник отняли, поэтому он писал с чужого. Долго мы с сыном беседовали. Папа уже пошёл деньги снимать. Обсудили, в валюте или рублями. Кто и когда приедет к дому.
Часа через три содержательной беседы и уже в ночи я как мать и как женщина написала ему главное: «Алёшенька, ты главное прямо сейчас ложись на пол и спрячься за батарею. Папа попросил Зию и Ульхака запеленговать этот мобильный, они уже совсем близко должны быть. Если тебя прятать станут, они будут стрелять, как обычно». Потом ещё недели три просто ради удовольствия позванивал на этот номер, но он больше никогда не включился. Батарейка села, наверное."

893

Странные вещи, которые делают все, но никто не признаётся
1) Говорим парикмахеру, что довольны своей новой прической, хотя на самом деле он наворотил какой-то кошмар у нас на голове
2) Смотрим на платок после того, как высмаркиваемся в него
3) Или смотрим в унитаз после больших дел, чтобы удостовериться, что всё в порядке
3) Если телевизор не реагирует на нажатие кнопок на пульте, мы пробуем ещё раз, держа пульт над головой, чтобы улучшить соединение
4) Обогнав кого-то продолжаем идти в том же неудобно быстром темпе, чтобы сделать вид, что всегда так ходим
5) Репетируем в своей голове беседу, которая, скорее всего, никогда не состоится
6) Или придумываем остроумные реплики, которые нужно было произнести, но поздно
7) Растягиваемся как только способно наше тело, чтобы взять что-то, не слезая с кровати
8) Притворяемся, что ищем что-то очень важное в своем телефоне, находясь в одиночестве в людном месте, потому что нам очень неловко
9) Зачем-то делаем музыку тише, чтобы лучше что-то разглядеть
10) Очень правдоподобно смеёмся, когда на самом деле просто не расслышали, что человек сказал
11) Не начинаем есть, пока не находим, что будем смотреть во время трапезы
12) Едим кусочек обёртки, когда не можем полностью раскрыть липкую конфету
13) Преодолеваем километр, пока взад-вперёд ходим по комнате, разговаривая по телефону

894

Как молоды мы были…

В восьмидесятые годы срок обучения на вечерних факультетах в институтах составлял шесть лет, не знаю, как сейчас.

Первым, кто попробовал провести эксперимент по его снижению, был ЛПИ им. Калинина – Ленинградский Политех – во всяком случае у нас в городе, мне так кажется. Чтобы попасть на эту программу, надо было иметь Ленинградскую прописку, и диплом о среднем техническом образовании (техникум) по выбранной специальности.

Первой экспериментальной группе курс отмерили в одиннадцать семестров, я попал во вторую – нам нарезали десять – то есть пять лет вместо шести. Реально программы курсов не стали меньше, просто преподавателям приходилось утаптывать материал в более короткие сроки.

Все, кому довелось заканчивать вечерний, помнят, насколько этот режим дисциплинирует. В среднем в сутки минут пятнадцать свободного времени, и вечно хочется спать. Для себя я решил эту проблему так – часа три- четыре ночью, и часа полтора днём- в обеденный перерыв на работе – благо, обстоятельства позволяли. Когда сутки делятся пополам, времени на сон на самом деле требуется меньше.

Поначалу, когда с непривычки входишь в этот режим – он кажется просто кошмаром по безумному, как Ниагара, уровню потока информации, но со временем втягиваешься. И если на первом курсе, на лекциях по высшей математике, я с ужасом старался успеть законспектировать хотя бы самое основное, что наш преподаватель – замечательный добрейший мужик, доцент Егоров Андрей Фёдорович, мгновенно выписывал мелом на доске, и так же мгновенно стирал, когда ему требовалось свободное место, то на третьем обнаглел уже настолько, что мог себе позволить демонстративно зевнуть, лениво произнося-

- Андрей Фёдорович, а можно чуть побыстрее? Засыпаем…

Все хохотали – это было вроде небольшой разрядки – но он действительно читал так быстро, что неподготовленному студенту предлагался выбор – или слушать, пытаться понять и запомнить, или истерически стараться записывать в конспект всё, что появляется на доске, не успевая даже понять смысл произносимого вслух.

С середины третьего курса учебные планы поменялись, и наша, «ускоренная» группа вылетела из общего потока – отныне нам читались лекции и проводились практические занятия отдельно – не знаю, чем это было вызвано.

Ждём. Честно приходим на занятия. Преподавателя нет. Неделя, вторая, наконец является – бабе лет возле сорока, внешние данные – Джина Лоллобриджида, глаза ледяные, взгляд надменный и изумлённый – «это что, я тут ВАМ что ли, лекции ДОЛЖНА читать?» Ей бы к этому взгляду ещё форму эсэсовскую.

Открывает журнал. Проверка присутствующих по фамилиям называется.

- Артемьев.

- Я.

- Борисова

- Я.

Открывается дверь, и в аудиторию входит опоздавший – Мишка Яковлев – хохмач и задира.

- Почему опаздываете на занятия?

- Что? Это вы мне? Да, там у трамвая колесо спустило. Я уж как старался…

- КАКОЕ КОЛЕСО? Вы что себе позволяете?

Мишка, повышая тон –

- А я откуда знаю? Я что, вагоновожатый? Встал трамвай посреди дороги, говорят колесо – вам его сюда что ли принести для оправдания?

- Садитесь – ледяным тоном.

- Вешников

- Я.

- Володина

- Я.

Снова открывается дверь, и в аудиторию входит последний опоздавший – Серёга Иванов – он в порту работал такелажником, часто опаздывал – там при аврале пока не закончишь, не уйдёшь – а авралы через день.

- Разрешите? Извините, опоздал…

- Да что это такое? ЧТО У ВАС ТУТ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? ПОЧЕМУ ОПАЗДЫВАЕТЕ НА ЗАНЯТИЯ?

- Скажите спасибо, что вообще пришёл. – мрачно, сквозь зубы, таким тоном, что оторопь берёт.

Тяжёлое молчание. Серёга- мужик здоровенный, после армии, в Афгане воевал, ему просто так в глаза посмотреть – поёжишься.

- Колесникова

- Я.

- И ИЗВОЛЬТЕ ВСТАВАТЬ, когда я называю вашу фамилию!

Ленка встаёт, неловко смотрит вокруг – такого у нас ещё никогда не было. Следующая фамилия по алфавиту моя –

- М…в

Вот уж хер. Я сидя, нагло поднимаю ладошку и делаю несколько доброжелательных помахиваний –

- Я. Присутствую, как видите.

Тишина. Проглотила. Поскользнулась маленько – но с нами на таком уровне действительно никто из преподавателей никогда не разговаривал – мы вечерники, стипендию не получаем, общагой не пользуемся, армией нас не запугаешь – да я за всё время обучения в деканате не был ни разу – и даже не знал, где он находится. Ну не прищемить нас ничем, кроме отчисления.

Больше на перекличке не встал никто.

Не сложились у нас отношения с самого начала. Вот так и пошло. Включилась работать фрау ефрейтор, однако, как показало дальнейшее – запомнила.

Надобно отдать тётке должное – материал она знала прекрасно, лекции и практические занятия вела идеально, если не принимать близко к сердцу этот тон свысока. В том семестре нам по учебному плану втоптали почти невпихуемое – системы дифференциальных уравнений, кратные и криволинейные интегралы, и теорию поля. Кто помнит, что такое дивергенция?

На всё- четыре месяца. По две лекции в неделю.

Зачёт я ей сдавал двенадцать раз. Всего пять задач – и у всей группы зачёт принимался дифференцированно, сегодня одна задача- один балл, послезавтра вторая – ещё балл, на следующей неделе третья –

- Вам тройки достаточно? Давайте зачётку.

Я решал ВСЕ задачи, она находила малейшую ошибку, и следующий раз приходилось опять решать ВСЁ целиком. Ну к примеру – если в итоговую функцию входит синус 45 градусов, она не ставила зачёт оттого, что я оставил это значение нераскрытым – а когда посчитал его на калькуляторе, и написал константой – этого, блин, недостаточно, цифра её не устраивает, точность, мать её, не та – нужно было написать корень из двух на два, а не 0,707.

Вот так и бодались. Последний раз она вообще маленько сподличала. При определении объёма и площади поверхности фигур, описанных формулами с тремя неизвестными (криволинейные интегралы) их, при пересечении, хотя бы можно представить – в трёхмерном пространстве. Она задала мне фигуры с пятью неизвестными – давай, оттопыривайся, а я посмотрю. Фантастика.

Я любил и неплохо знал математику – но с этим едва справился, на грани желания скомкать листок, и запустить ей в физиономию. Осилил. И зачёт получил.

Экзамен.

- Я понимаю, что требовать от вас идеальных знаний достаточно сложно. Поэтому предложение такое – все, кто сомневается в своих способностях, могут пользоваться учебниками, конспектами, шпаргалками – чем угодно, кто запасся. Следить не буду– но. Максимальный балл при таком раскладе – тройка. Одна ошибка – минус один балл. Кто ошибается– на переэкзаменовку.

- Если есть желающие побороться за более высокую оценку – прошу с чистым листом бумаги и ручкой- на первый ряд.

Кроме меня нашёлся ещё один романтик, но внимательно прочитав здание по билету, скромно пересел назад. Моя очередь выходить к барьеру- беру билет -

- Я готов.

Без подготовки, без размышлений – вот сейчас и посмотрим, знаю я математику, или нет.

Лёгкое изумление на лице – берёт мою зачётку, смотрит, что троек у меня минимум – только по общественным дисциплинам – ну а кто тогда всерьёз относился к «истории партии» или «Капиталу» Маркса?

Сорок восемь минут – я включил секундомер – ровно сорок восемь минут я отвечал. Задачу к билету решил вообще устно. Ни одной ошибки, мы даже не посмотрели, что было написано в билете – по ВСЕМУ курсу, по КАЖДОЙ теме, исчерпывающие точные ответы. Надобно отдать должное ефрейтору – за пределы курса она не заходила с вопросами. Знаете, как шарик летает по теннисному столу? Вот так и у нас – вопрос- ответ, вопрос- ответ. Сорок восемь минут.

Всё, спрашивать больше нечего. Курс исчерпан.

- Гм. Неплохо. Что же вы так беспомощно зачёты сдавали?

…………………………………………………….. твою же мать! …………………………………………………….

- Не высыпаюсь я. Нелегко на вечернем.

- Слушайте, мы с вами столько времени потеряли, я боюсь, что не успею нормально принять экзамен у остальной группы. Вам какую оценку ставить- четыре или пять?

- Мне безразлично. Готов хоть на тройку, при условии, что группе вы подпишете зачётки, просто посмотрев на сделанные задания.

Мадам ухмыльнулась, поставила мне четвёрку, и подписала зачётки всем остальным, вообще не глядя.

Это был наш последний экзамен по высшей математике. На четвёртом курсе была ещё прикладная – но факультативом, без экзамена.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

P.S.
На первом курсе в группе было тридцать два человека, из академок восстановились двое – итого тридцать четыре. До диплома добрались девять, защитились восемь.

Из восьмерых – шестеро составили семейные пары, а двое уже были с колечками.

Ленинградский Политех, 1982 – 87.

896

Так вышло, что у меня два папы.
Мой родной отец погиб в Чечне в 96 году. Он накрыл собой гранату, спасая двух своих товарищей. Одним из них был папин лучший друг - Олег. Мне было четыре года, когда папа погиб, но я хорошо его помню. Мать очень быстро вышла замуж снова, даже года не прошло. Вскоре она родила двойняшек - моих брата и сестру, и с тех пор я стала лишней в их семье. Мать занималась только малышами, а отчим изо всех сил игнорировал меня. Мы могли не разговаривать по несколько дней, хотя жили под одной крышей. Мать говорила, что я слишком похожа на папу, и от этого на неё будто покойник смотрит.
Практически всю мою жизнь Олег был рядом. Сначала он приезжал по выходным, а потом купил квартиру по соседству, и мы стали видеться каждый день. Он делал со мной уроки, водил на английский, учил плавать, кататься на велике, печь пироги, играть на гитаре, чинить машину, водить, выхаживал все мои простуды и ушибы. Благодаря ему у меня было всё: начиная едой, одеждой и игрушками, заканчивая репетиторами в старших классах. Я никогда не чувствовала себя безотцовщиной или сиротой, потому что у меня был самый настоящий папа, пусть и не родной по крови.
Когда мне было 16, мать сказала, чтобы я съезжала из её квартиры, потому что младших нужно расселить по разным комнатам, и Олег забрал меня к себе. У меня появилась полноценная семья и дом, который действительно стал моей крепостью. С матерью с тех пор мы общаемся всего пару раз в год, и то по телефону.
Наши близкие и друзья знают эту историю и воспринимают её спокойно. С неприятием я столкнулась всего один раз - мой молодой человек спустя полгода наших отношений спросил, почему я Владимировна, если папу зовут Олег. Я рассказала ему всё, и его реакцией был вопрос: "А ты никогда не думала, что он латентный педофил?". Отправила его к чёртовой матери и ни капли не жалею.
Олег так и не женился, у него нет родных детей, есть только пожилая мама, которую я зову бабулей, а она меня - внучкой. Я очень люблю их обоих и знаю, что они любят меня, но порой накатывает какое-то смутное чувство вины, что из-за меня он живет не так, как, возможно, хотел. Сейчас у нас всё отлично: Олег занимается бизнесом, я работаю на хорошей должности в крупной компании, мы строим дом за городом. Но иногда всё же мелькает мысль: а если бы не было той гранаты и вообще той войны...

897

Ко вчерашней истории про женские психологические тренинги один замечательный коммент попался, просто пёрла негра (черная жемчужина) мудрости и остроумия. Не удержусь, скопипащу в выпуск.

Не все женские тренинги одинаковы! Однажды сестра на мой полуюбилей в 45, когда мои отношения с женой стали совсем кислыми, подарила билет тыс за 10 на тренинг какой-то модной московской гуру. Формально он был бисексуальный, то есть для мужчин и женщин сразу, и даже рекомендовалось приходить сразу парами. Что безусловно способствовало бы продаже билетов по столь несусветной цене. Но в реальности там были одни одинокие бабы, числом до полусотни, плюс паре мужиков тоже подарили билеты скорбящие родные и близкие женатого.

Так я окунулся в причудливый мир женской психики! Все присутствующие дамы говорили много и охотно, практически одновременно. Для меня это было как бестолковому Колумбу внятно объяснили, где конкретно находится Индия, где Америка, где Куба, а где рифы с мелями, чтобы идти к своей цели, не путаясь между ними, но и изрядно лавируя! Женщины не только все разные, но и внутри каждой из них живут разные личности тоже, в зависимости от настроения. Однако есть и типичное.

Из того, что явно пригодилось дамам в тренинге, судя по их реакции - это понятие психологической матрицы. Это когда свой прошлый горький опыт личных отношений женщина проецирует на своего следующего избранника и подозревает получить то же самое. А опыт этот не может не быть горьким. Потому что если бы он был хорош, женщина сидела бы мирно дома или гуляла с мужем, а не шастала по тренингам.

Если скажем первый парень ей попался алкоголик, так ее будет трясти от одного вида рюмки водки в руке следующего, хотя он может и жил бы с нею (с женщиной) долго и счастливо, в любви и согласии, невозмутимо выпивая по рюмке раз в неделю лет до 90. Встречал и такие пары. Но когда девушку трясет и воротит, и она начинает читать лекции о вреде алкоголизма с первого свидания, ставить свои условия и запреты, так нормальные уравновешенные от нее бегут, и поиск ее продолжается вплоть до следующего алкоголика, временно завязавшего до первого срыва. Ну или одиночество с собачкой, потому что она уж точно всегда трезвая.

Мужская матрица тоже есть, но обычно она пофигистична и полна надежд - ну, что было то сплыло, найду другую. Женская же очень злопамятна и добропамятна одновременно - то есть стремится найти в новом парне всё хорошее и гораздо лучше, чем было в первом любимом, но и без его недостатков!

То есть девушка начинает искать не человека, а свою модель человека, сферического коня в вакууме, или пытаться ее построить из того, что есть, с результатами обычно хреновыми. Настоящий мужчина в возрасте от 5 лет не поддается ни воспитанию, ни дрессировке. А с теми, кто поддается, и возникают всяческие проблемы верности, надежности и т.п.

Не пытаясь залезать в ряды профессиональных психологов, выдам главную истину за бесплатно: мужчины более-менее предсказуемы, но никогда не пытайтесь понять женщину! Она сама себя не понимает. Но если встретит СВОЕГО мужчину, то поймет это. Или не поймет :)

898

Маша, 5 лет, обедает дома. Маша: - Мама, как вкусно, спасибо. Но мне жалко Свету из нашей группы. Она никогда вкусно не кушает. Мама: - Почему? Откуда ты знаешь? Маша: - А ее мама у нас поваром в детском саду работает.

899

Рейс В Америку. В аэропорту Тель-Авива идет посадка на рейс американской авиакомпании. Стюард видит, что 50 мест в первом классе заняли богатые евреи, и думает: Если хорошо их обслужу, дадут по десятке на чай, и будет у меня 500$. А если очень постараюсь, то и по 25$ не пожалеют. Весь полёт он вокруг них прыгал, воду-коньяк-таблетки-пледы подавал, из сил выбился. Сели в Нью-Йорке, он уже карманы приготовил. Выходят евреи. Первый говорит: - Я в жизни много летал, но никто никогда не обслуживал меня так, как Вы. Спасибо. Пожал руку и ушёл. Второй:... Спасибо. Пожал руку и ушёл. ... И так 49 человек. Стюард в ступоре. Последний, маленький старичок, всё то же самое сказал и добавил: - Мы тут с друзьями решили Вас отблагодарить... И протягивает стюарду чек на $10 000!!! Стоит стюард на трапе, машет чеком вслед евреям и шепчет: - Евреи, может быть, вы и не убивали Христа... Но как вы его мучили!!!

900

Несколько лет назад мы работали на рождественском фестивале в Мюнхене. Несмотря на опыт и перманентную готовность к сюрпризам и атасам, никому даже в голову не пришло в конце декабря задать организатору такой простой вопрос: «Извините, товарищ, а сцена у вас внутри или снаружи?»
«Вы чего, ребята, совсем …нулись? - мирно спросил Дима, увидев занесенную снегом площадь и сцену с воющими на ветру боковыми брезентовыми стенами. Градусник показывал минус шестнадцать. - Мы вам что, дедморозы? Сорок пять минут в тонкой рубашке, в шелковой блузочке и на каблуках - вы нас до весны на бэкстейдж сложите или на кладбище оттащите?!»
Но в таких случаях всё и всегда происходит примерно одинаково. Много ласковых слов. Много тепла и участия. «Понимание» и «взаимопонимание» мельтешат в каждом предложении. Но суть-то всё равно одна: надо, Федя, надо. И неустойка ого-го, и агент старый друг, и реноме жалко.
Дима орал на меня страшно и грозил воспалением легких как лучшим из возможных исходов. Он-то изначально ратовал за идею «послать все к дьяволу, и хрен с ними, с деньгами». Но какой мороз может победить мою страсть к наживе?!
Спектаклей, как всегда в декабре, было натыкано по четыре штуки в день. С одного бока нам привесили обогреватель, от которого на таком морозе толку было ровно ноль, зато тот, кто вдруг оказывался на сцене в определенной точке, мог ненадолго почувствовать теплый дымок, скользящий по правому уху. И хотелось заплакать, окунуться в него целиком и забыться навсегда. Особенным шиком был последний номер, для которого мне за ширмой нужно было быстро раздеться почти догола и, стоя босиком, натянуть цыганский костюм. Не хватало проруби, вырезанной крестом, она бы придала благочестия этому одинокому и бессмысленному снежному стриптизу.
Никогда в жизни, ребята, никогда в жизни мы так не пили - ни до, ни после, никогда. Если бы не ларек с горячим глинтвейном, то Мюнхен стал бы нашим последним приютом. Мы приходили в двенадцать, и первый глинтвейн был - «чтобы пережить этот день». Пили за пять минут до каждого спектакля - «чтобы хоть на полчаса хватило». Пили сразу после - «потерпи, потерпи, сейчас полегчает».
Нам в помощь был, как обычно, выделен юный помощник с невнятными функциями. По задумке он должен был следить, чтобы мы «feel happy». Но поскольку feel happy в предлагаемых обстоятельствах мог только полный олигофрен, то бесполезный волонтер мерз, дрожал, сбивал висящие под носом перламутровые сосульки, глубоко и равномерно синел и уныло советовал не пить на морозе алкоголь, потому что сосуды мозга. Мы бы и рады были ему тоже кое-чего посоветовать, да сострадание не позволяло. Он и так жил прихрамывая - был веганом, облезлым и тощим, как швабра у школьной уборщицы.
Сам арт-директор (кажется, Роберт) нам на глаза старался не попадаться. Посмотрев наше первое «сноу-шоу» и вусмерть закоченев в ветронепроницаемой парке, толстенном шарфе, в нахлобученной аж на глаза шерстяной шапке, он как-то сообразил, что мы не будем рады его обществу. Хау ар ю, пискнул он чисто из вежливости. «Иди сюда, я тебе сейчас расскажу, - обрадовался Дима. - Скидавай давай свою куртку, шапку, ботинки тоже и постой-ка тут в футболочке! И сразу поймешь, how we are». «We are fine, thank you» - перевела я и оттащила Диму подальше.
В последний день мы снова встретили Роберта - зелёного, провалившегося в шарф, распухшего от соплей, со слезящимися несчастными глазами. «Я заболел, ребята» - жалобно прошептал он. «Бедный Роберт» - сказала я. «Бог не фраер» - сказал Дима.
Вы не поверите, но сами мы даже насморка не заработали.

Lisa Sallier

<< ← 1314151617181920212223 → дальше →

Партнеры

Реклама