Шутки про были - Свежие анекдоты

Результатов: 12712

3551

О формализме.

За 20 лет службы в уголовно-исполнительной системе, довелось мне пару лет поработать в уголовно-исполнительной инспекции. Работа была связана с уголовными наказаниями без лишения свободы, такими как: ограничение свободы, лишение свободы условно с испытательным сроком, исправительные работы, обязательные работы, отсрочка от отбывания наказания ну и, конечно же – ЗЗД (запрет заниматься определенной деятельностью на определенный срок). Оказывается, в нашем скрепном государстве можно получить уголовную судимость всего лишь за повторную поездку за рулем в нетрезвом состоянии. Даже если никаких негативных последствий этой поездки, кроме встречи с гибдедешником не было. Вот и работают мировые и районные суды в поте судейских мантий. К примеру, из 6 сотен стоявших у нас в маленькой районной УИИ осужденных – половина были по этой самой статье 264.1 УК РФ, а именно 200-300 часов обязательных работ и 2-3 года ЗЗД в нагрузку. Если честно, шестьсот подопечных для 4-х сотрудников – это немало. На каждого заводится личное дело, в которое подшивается порядочно разных документов. Иногда одного тома не хватает – доходит до 2-х – 3-х томов. Должны проводиться рейды, проверки осужденных по месту проживания, посещения судебных заседаний по вопросам возложения дополнительных ограничений и обязанностей, замены наказания на реальное лишение свободы, либо (значительно реже) – освобождения от наказания. Выезды в краевой центр на совещания и стрельбы тоже никто не отменял. Естественно, значительное количество бумажек, подшиваемых в личные дела – «липовые». Не мы такие – жизнь такая.

Был в моей практике такой случай: осужденный к ЗЗД отбыл срок наказания – все три года. На учет он был поставлен еще до меня и я его, если честно, в глаза не видел. Однако регулярно подшивал в его личное дело справки о проведенных беседах и проверках по месту жительства. Причем – не только свои, но и рапорта участковых, о совместных со мной и предыдущим инспектором проверках этого осужденного. Следует отметить, что за это время сменилось три участковых, но рапорта поступали исправно. В анкете осужденного указывается его телефон, а также телефоны близких, по которым его можно найти. Набираю номер клиента – номер не обслуживается. Набираю номер жены – гудок пошел, ответила женщина. Начинаю с легкого «наезда» – с каких таких веселых дел этот персонаж не отвечает на звонок своего инспектора? Женщина отвечает, что он не может. Тогда я предлагаю передать ему, чтобы он явился на следующий день для снятия с учета. Она опять утверждает, что муж прийти не сможет. По уважительной причине. Он полтора года назад умер. Полтора года мы с участковыми регулярно посещали по месту жительства осужденного, который умер и был похоронен, проводили с ним беседы и убеждали, что ездить в нетрезвом виде за рулем – не есть хорошо.

А чего вы хотели от системы ФСИН, если при выходе на пенсию пару лет назад, мне выдали пенсионное удостоверение, не изъяв служебного (срок действия 4 года)? Так и храню его, как память, хоть срок действия и истек летом 2000…

3552

Сообщил Высоцкий Зин,
её друг хлебал бензин.
Были эти все напасти
при родной советской власти.

Этот друг с завода шин
бросил пить теперь бензин.
Цены бешено несутся,
не уступят урагану
и бензин для Зины друга
стал теперь не по карману.
Он на водку перешёл,
экономию нашёл.
Правда, это контра факт ,
знают все про этот факт.
Главное, что друг и Зина
обойдутся без бензина.

3553

Когда Мел Брукс приступил к сьемкам потрясающей пародии на "Звездные Воины" как "Космобольцы", то были опробованы на главные роли много актеров.
И вот состав утвержден, контракты подписаны, начались сьемки. . .
Все бы ничего, если бы не взрывной характер молодого Билла Пуллмана, который играл главного героя Лона Старра.
Билл в свободное от время сьемок насвынячился в местном баре, где произошел конфликт с местными аграриями, изза чего Биллушка отгреб неилюзорных люлей.
Кстати если обратите внимание, то в самом фильме оператор брал Лона Старра (акка Билл Пуллман) с той стороны где у него меньше всего виден невероятных размеров бланш. Но все равно при должном внимании этот синяк вы и сами увидите - тут даже гримеры были бессильны.
Во избежание дальнейших стычек фермеров со съёмочной бригадой, в тот бар наведался сам Мел Брукс.
А в тот момент он был уже давно узнаваем в глубинке Америки, потому что его "Сверкающие Седла" даже техасцы растащили по цитатам.
В общем, Мел был узнаваем, и каждый из фермеров захотел с ним выпить.
И когда дело в пьяном угаре дошло до вопросов, почему вы моего актера избили, и местные извинялись что не хотели уж совсем так и больше, извините, постараемся ваших ребят не трогать, Мел в содрогании сказал:
- Да если хоть какой-то мудак из моих хлопцев будет стартовать на вас - то бейте его хоть до посинения! у меня одна просьба: вы можете в следующий раз не бить по лицу? Вы бы знали какой сейчас дорогой грим!!!

3554

Случилась эта история давно, но повториться может всегда и везде, поскольку любители завладеть чужими деньгами никогда не переведутся. Случился как-то в одном РСУ день "Большой получки"! Получку выдавали вместе с ранее задержанными премиями, и сумма получилась весьма изрядная. Но вышла небольшая оказия: из-за задержки в банке до конца рабочего дня деньги успели получить только начальник РСУ и бухгалтерия. Ну, всё, как обычно, в нормальных конторах. Оставшиеся деньги сложили в сейф, в роли которого выступал металлический шкаф с замком, и разошлись по домам. Охраны в здании не было, сигнализация тоже, то есть, все условия для нечестных людей были созданы.
С начала нового рабочего дня все строители, желающие получить деньги, уже толпились возле двухэтажного здания, в котором располагалось РСУ, но кассира в рабочем кабинете встретил сейф, вскрытый газовой горелкой. Соответственно, все деньги отсутствовали. По тем временам это была ч.2 ст.93-1 (прим.) УК РСФСР, которая предусматривала вплоть до "вышки". Местные опера сбились с ног, выискивая возможных подозреваемых или хотя бы свидетелей, но всё было безрезультатно. Здание стояло обособленно, рядом жилых домов не было, случайные прохожие ночью там не ходили.
Усматривался глухой "висяк" с последующими оргвыводами от руководства. Ситуацию спас прибывший на усиление опер из УВД. Он понял, что принести в руках тяжеленный газовый баллон с ацетиленом, шланги и газовую горелку, а затем уйти с похищенным чемоданом денег одному человеку, да ещё и пешком – невозможно, соответственно, надо искать место, где стояла машина. Оно должно быть недалеко и достаточно хорошо укрыто от случайных взглядов.
Присмотревшись к территории, такое место было найдено, но увы, никаких следов, банковских упаковок от денег и визитных карточек жуликов там не было, но рядом с кустами была найдена непонятная картонка. Обратились к специалистам, и те пояснили, что эта бирка от баллона с ацетиленом с его номером и датой заправки. Баллон был заправлен в областном центре за 400 км от места обнаружения бирки.
Опера сразу выехали своим автотранспортом на завод, где выяснили, что этот баллон был отправлен за 90 км в райцентр. Там опера узнали, что баллон был выдан в ДЭЗ. Однако его там не оказалось. Стали устанавливать личность сварщика и его связи. Сразу нашли ранее судимого ООР шурина и его старого подельника, а уже у них нашлись баллон и газовый резак. Ну и, конечно, машина с деньгами. Сам же сварщик оказался не при делах, он просто дал свой рабочий баллон с ацетиленом шурину для халтуры.
Вот так грамотный опер, думая как преступник, где бы тот прятал автомашину, смог найти ключ к раскрытию преступления, ну а потом была обычная отработка версии, которая привела к быстрому, но весьма хлопотному и затратному раскрытию особо тяжкого преступления.

3555

Театр "Современник" прилетел на гастроли в небольшой город. В ожидании заселения актёры бродили по холлу гостиницы, и вдруг кто-то обратил внимание, что на витрине гостиничного киоска среди свежих газет и журналов стоит открытка с фотографией Игоря Кваши - такие портреты раньше были очень популярны. Коллеги почувствовали лёгкий укол зависти, а гордый и чувствующий себя лучшим актёром театра Кваша пошёл к киоску:
- Здравствуйте! А у вас есть портрет Галины Волчек? - громко спросил он у продавщицы.
- Нет.
Кваша торжествующе посмотрел на стоящую неподалёку Галину Борисовну.
- А Табаков есть?
- Нет, и Табакова нет.
- Может быть, Гафт есть?
- Тоже нет.
- А кто же есть? - Кваша с трепетом ожидал, как продавщица произнесёт его фамилию…
- Да вон КвАша какая-то осталась. Всех раскупили, а его не берут.

3556

В советские годы концертным делом занимались многие организации: и Росконцерт, и Москонцерт, и Дом Советской Армии, и Общество слепых. В то время были в моде большие оркестры.
Однажды в гастрольном отделе Московской эстрады случился переполох: заболел Эдди Рознер, и его оркестр не мог выехать на гастроли. Что делать? Кто-то посоветовал: "Так у нас сейчас как раз бездействует оркестр под управлением Александра Горбатых, давайте его и пошлём!.
Так и порешили. Послали в филармонию телеграмму: "В связи с болезнью Рознера высылаем оркестр Горбатых".
Из филармонии пришла телеграмма с категорическим протестом: "Возражаем. В прошлый раз вы нам выслали оркестр слепых, а теперь, значит, горбатых? Зритель на такое издевательство не пойдёт".

3557

Когда мы были студентками, папа решил нас с сестрой отвезти на новогодние праздники в Египет. Когда паренек из персонала заносил вещи к нам в номер, где были две большие кровати и диван, он оглядел папу и предложил сдвинуть кровати. Папа орал так, что паренька как ветром сдуло.

3558

"ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИЗМЕНА"

Живу я в Харькове, а рядом тут два института есть,
один НИИ, другой -конструкторский, Вы знали, ваша честь?
Два года ездили сотрудники с начала той войны ведь к сепарам,
ну, деньги были тем сотрудникам нужны.

Промышленное министерство тогда совсем не возражало-
в казне то денег было очень мало.

И вот теперь из той семьи, где один голым перед врагами танцевал,
ну а другая список всех частей врагу сдавала,
пытаются ГЕРОЯ УКРАИНЫ изменником они изобразить,
и собственность его, конечно, захватить,
но этого им мало.

Они всех уверяют-мы не выйдем на Майдан,
конечно, нет -не стану я из-за холуя и дебила Бени мерзнуть...

Но есть гражданское ведь неповиновение-
не надо гривны или шекеля платить
пока пришедшая от заговора власть не улетит.

Глумиться над народом- их удел,
но всякому терпению-есть и предел.

3559

До войны летчики были герои, военные летчики полубоги, а воевавшие, летчики-орденоносцы вообще небожители. Бабушка рассказывала - когда они на выходные заходили в кондитерскую на Крещатике, чтобы купить дочке (моей маме) сладости, очередь расступалась перед дедушкой как Красное море перед Моисеем, дедушка же (боевой летчик, прошедший испанскую и финскую, дважды орденоносец) никогда этим не пользовался, всегда становился и ждал вместе со всеми ...

3560

Во время службы в армии Андрей Краско придумал, как тайком проводить выходные в городе. Он ложился на заднее сиденье машины и проезжал незамеченным через КПП.
Однажды с друзьями он уехал не в пятницу, а в четверг, и они упустили из вида, что на воскресенье были назначены Всесоюзные выборы. Командир хватился пропавшего солдата, а отсутствие в части больше трёх суток грозило Краско дисбатом.
Друзья актёра испугались за него, но Краско им спокойно ответил:
- Вернусь во вторник.
Действительно, он вернулся в часть во вторник. И сразу попал в кабинет командира части. Тот с порога заорал благим матом:
- Ты отсутствовал пять дней! В дисбат!
- Как это пять? - искренне удивился солдат. - Только два. Или вы хотите сказать, что ваша часть проголосовала неполным составом?
Командир выгнал его из кабинета и больше не трогал.

3561

Женские дуэли.

Однажды в июне 1829 года помещицы Орловской губернии Ольга Заварова и Екатерина Полесова вызвали друг друга на дуэль. Это была не первая женская дуэль в истории, и версий битвы много. Может, одна сказала другой — "вы ничтожная пиздунья", а та ответила — "на вас хуй не встанет, сударыня". Может, они посрались на тему русско–турецкой войны. Или обматерили платья друг друга. В общем, на дуэли погибли обе. Заваровой шпага попала в глаз, Полесовой соперница проткнула живот, и та через сутки померла. Но битва на этом не завершилась.

Прямо в стиле вендетты, через пять лет в том же лесу со шпагами сошлись 19–летние дочери погибших: Александра Заварова и Анна Полесова — отомстить за матушек. На этот раз Сашенька оказалась проворнее, и заколола Аннушку нахуй. Этот случай не был сенсацией — женские дуэли активно практиковались в России со времени правления Екатерины II, и чаще всего происходили из–за мужчин. Так что возможно, орловские помещицы не поделили конкретно хуй, а их дочери уже руководствовались кровной местью. Ещё одна милая деталь: иногда дамы бились с сиськами наружу, так как платье стесняло движения, и клочки ткани могли попасть в рану. Мужчины были пиздец счастливы.

Картинки вы сами найдёте в Инете, ибо высокоморальный Фейсбук за сиськи банит. На Западе дамские дуэли были нормой с XVI века — и заканчивались смертью вдвое чаще, чем мужские — дамы старались отравить клинки, чтобы точно убить соперницу. Пистолеты практически не использовали, были и поединки в стиле "русской рулетки". Например, в 1612 году на балу у графа Сассекского леди Рокфорд послала на английский хуй леди Рейли: та, знаете ли, умудрилась прийти на бал в том же платье. Дамы приехали в гостиницу близ Лондона и сняли номер. Им подали вино, в один бокал всыпали яд. Взяли наугад, выпили. Но яд оказался просроченным, поэтому проигравшая леди Рейли попросту обосралась, что тоже можно считать поражением. Во всяком случае, платье ей пришлось поменять.

Если мужчина отказывался от дуэли, он считался трусом. Женщина по тогдашним правилам легко могла адресовать соперницу в пизду: сказав, что вечером ей ещё оливье резать и в парикмахерскую идти, и уклониться от фехтования. Но когда бились, то в месиво. В XIX году в Мехико Марта Дюран и Ханна Луна пригласили на свой поединок Рафаэля Рикельма, чтобы тот по итогу выебал счастливую победительницу. Марту закололи, и её вид в кровище так ужаснул Рафаэля, что тот запрятал хуй в карман и исчез, проклинаемый сексуально голодной Ханной. Мужчины никогда не были секундантами таких дуэлей: боялись.

Ибо со спектакля "Ханума" известно — "Что творится, вай–вай–вай?". "Если женщины дерутся, в драку лучше не встревай".

*Фото из Русьстаграмма — горячие сисясточки готовятся к битве (позади спрятались мужчины с вот такими...биноклями).

(с) Zотов

3562

Арик Мейцман торговал в Малаховке ёлочными игрушками. Нельзя сказать, чтоб это был такой уж ходовой товар, особенно с учетом того, что где как, а в Малаховке Новый год случался только один раз в году. И уравненные советской властью дети разных народов почти не вспоминали о Рождестве и других календарях. К тому же и редкий тогда в Подмосковье навруз и более привычный для Малаховки рош-а-шана как-то обходились без игрушек. Так что горячие денечки у Мейцмана приходились только на вторую половину декабря одновременно со стойким запахом хвои и поиском дефицитной жратвы.

Вообще в семье предполагалось, что Арик будет часовщиком, как папа и дед. В углу старого рынка даже имелся фамильный скворечник, куда с трудом помещался соответствующий Мейцман с инструментами и разная тикавшая и куковавшая начинка. Но дед как мелкий собственник и индивидуалист сгинул в лагерях, когда Арик еще надеялся стать пионером, а отец, несмотря на хромоту и полуслепые глаза, погиб в ополчении в первые же месяцы войны, так что, когда Арик вернулся с фронта, учить часовому делу его было некому. К тому же разбирал он всякие механизмы, особенно - часы, охотно, а вот собирать уже не очень хотелось, он спешил и всегда оставалось много лишних деталей. Но главное, когда во время Восточно-Прусской операции сержант Арон Мейцман вошел со своей ротой в Кенигсберг, в разбитом при бомбежке доме ему попалась на глаза каким-то чудом уцелевшая коробка елочных украшений.

В мирной малаховской жизни Арик ничего похожего не видел и даже себе не представлял. Ни в его скромном доме, ни у школьных друзей и елку-то сроду не ставили, так что какие уж там игрушки! А тут такое чудо! Из ватных гнезд на него смотрели диковинные птицы, знакомые, но полупрозрачные или блестящие животные, изящные балерины, сказочные звездочеты, ослепительные звезды и шары и всё это горело и сверкало, стоило по ним скользнуть лучу света, всё это было таким невесомым и хрупким, что страшно было прикоснуться огрубевшими от автомата, машинного масла и крови пальцами. Арик, к счастью до 45-го года не получивший даже царапины, этой волшебной красотой был убит наповал. И родилась мечта познакомить с этим чудом лучшее место на свете - Малаховку.

Арик понимал, что бессмысленно и невозможно даже пытаться таскать эту коробку по дорогам войны. Он долго выбирал, какие бы из игрушек могли выдержать поход, найти место в его вещмешке и доехать до родного дома. В подобранную там же, в разоренном барахле, жестяную коробку из-под чая или печенья он аккуратно упаковал завернутых в вату смешного гнома с бородой, в колпачке и остроносых ботинках, пузатую красногрудую птичку вроде снегиря, но с пушистым разноцветным хвостом, крохотную балеринку в газовой розовой пачке и стеклянную вызолоченную шишку, чешуйки которой словно припорошил снег. С этим богатством он довоевал до победы и вернулся домой. Так в Малаховку пришла красота.
На немногих уцелевших после войны близких Ариковы трофеи не произвели большого впечатления, жизнь была непростая, а до Нового года было далеко. Поэтому Арик не заметил, как лет десять он пахал на самых разных работах как проклятый, не зная праздников и не внося новых красок. Разбогатеть тоже не получилось, заработал он только артрит, зародившийся еще в Синявинских болотах, и унаследованный от папы астигматизм. Эти две болячки и позволили ему через десять лет получить инвалидность, не спасавшую от голода, но прикрывавшую от фининспектора, и распахнувшую отсыревшую и просевшую дверь дедова часового скворечника.

Весь год Арик торчал в этой лавочке, с трудом зарабатывая на бутылку кефира, пакет картошки и пачку сигарет починкой всякой примитивной ерунды типа застежки на чемодане или развалившейся пряжки от туфель, но весь интерес его был направлен на поиск, скупку, ремонт и неохотную продажу елочных игрушек. К декабрю его рабочее место преображалось и начинало напоминать вход в сказочную пещеру. Окошко, из которого виднелась его лысоватая башка, сама напоминавшая игрушечную говорящую голову, мигало разноцветными лампочками, горело яркими звездами и переливалось удивительными шарами. Из него доносились незнакомые песенки на непонятных языках, спетые тонкими, словно лилипутскими голосами, и другие нереальные механические звуки, которыми переговаривались его сокровища.

Из разных углов, ящиков, полочек и мешочков торчали волшебные человечки, куколки, зверюшки, неизвестные миру существа и жители Малаховки не сомневались, что в темноте закрытого рынка они оживали, влюблялись и ссорились, дрались, танцевали, сплетничали, подворовывали и жадничали, показывали языки и кукиши и бранились смачнее мясника Мотла. Т.е. там, за мутноватым стеклом Ариковой лавки была своя игрушечная Малаховка, если и отличавшаяся от настоящей, то только богатством, блеском, красотой и масштабами.

Около окошка всегда торчали дети, мечтая о той или иной игрушке, изредка покупая ее на выклянченные у родителей деньги, меняясь друг с другом или с Ариком, рыдая, если она доставалась другому или разбивалась и загадывая на будущий Новый год следующую. Взрослые тоже нередко задерживались возле лавки, делая вид, что просто переводят дух, но на самом деле возвращаясь в детство, окунаясь в сказочную жизнь за стеклом. У них тоже появлялись любимые и узнаваемые игрушки, они давали им имена и наделяли судьбами своих знакомых.

Коротышка сапожник Фуксман утверждал, что добытый Ариком в Кенигсберге гном - копия его двоюродного брата Зеева и божился, что такие же длинноносые вишневые ботинки Зееву сшил до войны именно он. Толстая тетя Клава Бобрикова, купив однажды стеклянного зайца, каждый месяц меняла его на того или другого игрушечного зверька, пока не остановилась на ватной белочке с меховым хвостом, доказывая всем, что это - пропавший бельчонок из выводка на ее участке. Отставная балерина кордебалета Большого театра Августа Францевна, не снисходившая ни до одного односельчанина и умудрившаяся за тридцать лет жизни в Малаховке не сказать и десятка слов молочнице или почтальону, не говоря уж о других соседях, часами могла торчать у Ариковой лавки и трещать о том, что старая Арикова балеринка - это она сама в молодости, а розовая газовая пачка и сейчас лежит у нее в сундуке.

Когда в малаховских домах в моду вошли новогодние елки, не было семьи, у кого на видном месте не красовался бы какой-нибудь трофей из Мейцмановской коллекции, хотя к этому моменту елочные игрушки уже можно было купить во многих местах и часто поинтереснее Ариковых. Но они были игрушки - и всё, барахло без имени и судьбы, а Ариковых все знали в лицо и в спину. Старухи даже жертвовали Арику старые кружевные перчатки и воротнички, пуговички, похожие на драгоценные камушки, и прочие диковины, чтоб он мог подремонтировать и освежить свои сокровища. Когда наш щенок стащил с елки и раздербанил старенькую медведицу в клетчатой юбочке, я, уже здоровая деваха выпускного возраста, рыдала, словно потеряла подругу детства.

А потом снесли старый рынок. А новую лавку старому уже Арику Мейцману было не потянуть. Он и так уже едва доползал до своего скворечника, особенно зимой, по скользоте, да и почти не видел. Правда, так хорошо знал свое войско наощупь, что по-прежнему содержал их в идеальном порядке. Но это в старой лавке. А что делать теперь ни ему, ни всем остальным жителям, было непонятно. Жена Арика, молчаливая, косенькая Шева, вроде бы никогда не заглядывавшая в лавку и равнодушная ко всей елочной чепухе, быстрее других поняла, что с концом скворечника может кончится и Арикова история. И она не стала этого дожидаться, она подхватила Арика, двух их сыновей-близнецов, собрала немудрящий скарб, главное место в котором занимали Ариковы игрушки, и они подали на выезд.

Тогда Малаховка вообще переживала свой Исход, снялась с места добрая половина ее жителей. Долгое время все выходные вдоль железнодорожного полотна были раскинуты клеенки, подстилки и одеяла со всякими домашними диковинами и утварью, книгами, посудой, запчастями и саженцами, куклами с отбитыми носами и потертыми школьными ранцами, короче, всеми материальными доказательствами реальной человеческой жизни отъезжающих , выставленными на продажу и раздачу. Но даже тут, оставив Шеву с разложенной раскладушкой, на которой предлагалась пара подушек, Ариковы валенки, тяпка и дедов самовар, Арик бродил между прошлыми и будущими соотечественниками и приценялся к елочным игрушкам. Потом Мейманы, как и другие малаховские пилигримы, растворились в чужих пределах и никто многих уже никогда не видел.
Но даже сейчас, в другом веке, будучи сегодня уже старше Арика, бродя по рождественским ярмаркам или блошинкам Вены, Парижа, Тель-Авива или Нью-Йорка, я не могу пройти мимо елочных игрушек. Я долго их разглядываю и беру в руки, и иногда мне кажется, что они теплые. Потому что, наверное, живые, а скорее - согретые любящими ладонями. И тогда я начинаю искать глазами их хозяина, каждый раз надеясь узнать в нем Арика Мейцмана.

3563

ТРОСТЬ

В далекие советские времена был у нас в компании молодой человек по имени Роман или попросту Рома. Читал Булгакова и Саймака, слушал Beatles и Led Zeppelin, носил длинные волосы и джинсы с надписью «Kansas» на лейбле, пробовал себя в театральной студии. Одним словом, был типичным продвинутым представителем своего поколения.

Если верить Джорджу Оруэллу у каждого из нас есть та или иная фобия – неконтролируемый страх в определенной ситуации. У Ромы это был страх перед службой в Советской армии. Ради отсрочки он поступил в институт и даже окончил его, испытывая глухую ненависть к строительному делу все пять лет. Поэтому, когда пришла повестка из военкомата, у него даже не было вопроса косить или не косить. Конечно, косить! Большинство наших общих друзей решало эту задачу через психбольницу, но Роме не хотелось остаться с клеймом на всю жизнь, тем более что у него была реальная зацепка: когда-то в детстве он сломал ногу, и она не совсем правильно срослась. Именно на эту ногу Рома и решил сделать ставку.

Для призывной комиссии Рома приготовил старый рентгеновский снимок, обнаруженный в мамином архиве, и выписку из поликлиники, куда он время от времени предусмотрительно обращался с жалобой на боль в ноге при ходьбе. А ещё, для пущей убедительности, он решил явиться пред светлые очи медиков, прихрамывая, и с палочкой. Дело было за небольшим: за палочкой, но ни у кого из знакомых таковой не было. Зато она была у деда, обращаться к которому Роме ох как не нравилось. Дед был отставным полковником, участником войны, кажется, Героем Советского Союза и штатным выступающим на всякого рода мероприятиях в честь Победы. Внука он любил, но не жаловал, считал его непутёвым. Рома, в свою очередь, отзывался о деде, как о крайне ограниченном человеке, а, говоря проще, тупом солдафоне.

Палочек у деда обнаружилось целых две. С одной, простой и скромной, он ходил каждый день. Вторую ему подарила какая-то ветеранская организация, и ее трудно было назвать палочкой. Скорее, это была трость и трость серьёзная: c набалдашником под золото, шафтом из ценного дерева и гравировкой на кольце с полной информацией кому, от кого и за какие заслуги. Ею дед пользовался только в торжественных случаях. К просьбе внука одолжить ему палочку для роли Хлестакова в постановке «Ревизора» Н. В. Гоголя он отнесся с пониманием. Подумал и предложил трость. Рома решил, что он не в положении выбирать, и унес трость, не забыв, правда, сказать деду «спасибо».

Хирургом в комиссии оказался дядя Витя из соседнего подъезда, которого Рома знал с пеленок. Наверное, вы уже догадались, что Рома не выказал это знакомство ни одним движением мускулов лица. Дядя Витя – тем более. Он внимательно посмотрел снимок, прочитал выписку, подергал ногу, хмыкнул, и послал нашего соискателя белого билета на обследование к ортопеду в областную больницу. В ортопеде Рома сразу опознал Веру Федоровну, мать его одноклассника. Она сама отвела Рому на рентген, а пока проявлялись снимки, что-то долго писала. Когда, принесли снимки, положила их в конверт вместе с подготовленными бумагами, запечатала и попросила Рому отвезти в военкомат.

Уверенный, что дело на мази, Рома летел в военкомат как на крыльях. Отдал конверт, с облегчением вздохнул и, уже не торопясь, сел на лавочку в скверике рядом с военкоматом. Положил трость рядом с собой, закурил. Когда сигарета догорела, выбросил окурок в урну и пошел на троллейбус. А трость так и осталась лежать там, где лежала. Её на следующий день привез деду лично военком. То ли у них возникла взаимная симпатия, то ли они были знакомы до того, но военком пробыл у деда часа два. На улицу вышел с сильно красным лицом и немного неуверенной походкой.

Что там было в семье, нам знать не дано, но в армию Рома загремел по полной и оттарабанил год от звонка до звонка. Правда, служил он писарем в штабе округа, часто ходил в цивильном и выходные проводил дома. Демобилизовался кандидатом в члены КПСС, а через пару месяцев занял пост замначальника аффилированного с армией строительного управления. В нашей компании появляться перестал. Через год прошел слух, что Рома, а, точнее, на тот момент уже Роман Петрович, женился на дочери какого-то партийного босса. Вскоре он вообще исчез из виду. По этому поводу кто-то из наших саркастически заметил: «Кому война, а кому мать родна».

Я бы и не вспомнил о Роме, как не вспоминал много лет, но позвонил старый друг, который, пожалуй, единственный из нашей компании не поменял страну проживания. Между прочим сказал, что недавно встретил Рому. Я спросил, как он там. Друг коротко ответил: «Бухает». И, немного помолчав, добавил: «По-черному».

P.S. Когда-то нас с Ромой нарисовала углем наша общая подруга, хорошая в общем художница. Рисунок мне вывезти не удалось, но его не лучшая фотография каким-то чудом сохранилась. Лица на ней, к сожалению, почти неразличимы, зато хорошо видна печать времени. Нажмите на «Источник» и попробуйте угадать, где Рома, а где я.

3564

Обычным в наше время стало, что любовницы уводят мужей из семьи, любовники - жён. А я увела из чужой семьи кота! Сначала ко мне летом стало приходить всё кошачье семейство соседей, я их подкармливала, пока хозяева в отъездах были. А когда всё наладилось, двое из трёх котов ушли обратно жить, а третий остался. Рыжий, ласковый кот моей мечты детства! Так и живём с ним душа в душу уже два года! Если задерживается на прогулке, очень переживаю, но всегда приходит ко мне! Мой любимый рыжий хвостик:)

3565

О стереотипах мышления
Званый ужин
В начале прошлого века очень богатая светская дама леди Детердинг, русская по происхождению, состоящая в браке с миллионером — нефтяным магнатом, организовала в Париже прием для Чарли Чаплина.
Для проведения званого ужина был выбран самый шикарный отель Парижа “Крийон”.
Атмосфера приема, естественно, сложилась в русском ключе — леди Детердинг пригласила знаменитых земляков: танцора Лифаря, певца Вертинского, исполнительницу цыганских песен Анастасию Полякову.
Под «плач» скрипки и надрывность цыганских романсов складывался прекрасный вечер в традиционной русской манере. Выступали Лифарь и Вертинский.
В середине вечера подали шампанское.
Метрдотель «Крийона» к нему подал уникальные фужеры, сохранившиеся со времен Наполеона.
Сервиз представлял собой антикварный набор из старинного дорогого венецианского стекла, украшенный короной и вензелем Наполеона Бонапарта.
Этот почти музейный экспонат являлся величайшей гордостью отеля, ведь он сохранился еще с тех пор, как император останавливался у них более века назад.
Изысканные бокалы были наполнены, цыгане начали петь свою призывающую выпить “до дна” песню, и виновнику торжества Чаплину преподнесли первый бокал.
Чарли послушно осушил антикварную наполеоновскую емкость, как и просили, до дна и залихватским жестом разбил посуду об пол!
Повисла тишина.
Все были слегка обескуражены, а метрдотель пребывал просто в панике.
Еще ничего не понимающий Чаплин выпил и второй бокал, а потом точно так же разбил его.
Тогда метрдотель, крайне взволнованный и расстроенный, попросил Вертинского, сидевшего рядом с Чаплиным, спасти хотя бы то, что осталось от реликвии.
“Месье Вертинский, — сказал он, — умоляю, остановите этого выскочку. Кроме того, что устроительнице банкета придется заплатить немаленькую сумму за каждый разбитый фужер, этот сервиз еще уникален и совершенно не имеет аналогов.”
Вертинский понял.
Когда и третий выпитый бокал Чаплин собирался разбить, Александр остановил его и деликатно спросил, зачем тот бьет бокалы.
Чаплин ужасно смутился, осознав, что его не понимает русский, и признался, что бьет посуду потому, что был проинструктирован каким-то горе-советчиком, что разбивать каждый бокал — исконно русская привычка.
Вертинский продолжил “воспитание” американца и операцию по спасению наполеоновского сервиза.
Он ответил, что в обществе не принято так делать, и то, что привычка русская, не отменяет факта, что она дурная, указав при этом на историческую ценность и высокую стоимость сервиза.
Чарли Чаплин раскаивался и искренне извинялся. Было видно, что он очень сожалеет о досадном инциденте и о порче раритета.

3566

Я, молодой геолог, должен доставить из Москвы в Питер довольно много экспедиционного снаряжения и прочего груза, т.к. экспедиция вылетает в Якутию из-под Питера. Отправлять транспортной кампанией неудобно и хлопотно, поэтому решаю отвезти снарягу на машине. В моем распоряжении имелось на тот момент «яйцо на колесиках» - японский микроавтобус Тойота Таун Айс 1996 г., и права, полученные полгода назад. Опыт вождения уже есть, но ко всем неожиданностям на дороге еще не адаптировался. Чтобы не удлинять путь, решил выехать пораньше и пройти Москву насквозь через центр, пока нет пробок, а не ехать вокруг по МКАДу.
Итак, начало 2000-х годов, начало июня, около 4 часов раннего утра, Москва…
Живу на юге Москвы, поэтому пошел на север с целью попасть в начало Тверской улицы, а с нее уже на Ленинградский проспект и далее прямо до Питера. Начало Тверской – за Красной площадью, а с юга к ней подходит Большой Москворецкий мост (который начинается на Васильевском спуске и идет через Москву-реку на Большую Ордынку). Вот с нее я и приехал… Машин нет, народу нет, солнышко встает, спать еще хочется… Съезд с моста возле храма Василия Блаженного довольно странный на мой утренний взгляд, куча бетонных блоков и знаков стоят как попало и пытаются объяснить всем своей конфигурацией куда можно, а куда нельзя. Я решаю эту задачу в рамках своих возможностей, проезжаю прямо и поворачиваю направо, попадая на улицу, которая мне визуально знакома, но названия которой я не помню. Улица пустая, симпатичная, идет почти туда, куда мне надо. Еду не спеша, пытаясь понять, куда попал и куда она меня выведет. Проезжаю ее почти до конца и вдруг попадаю на светофор, который стоит почему-то задом ко мне, а за ним стоят машины в ряд, но почему-то во всю ширину улицы – И ВСЕ СМОТРЯТ НА МЕНЯ! Останавливаюсь чинно перед светофором, пытаясь осознать, что пошло не так, как вдруг сзади раздается приближающийся рев сирен, ко мне подлетают две гаишные машины и блокируют меня, одна спереди, вторая сзади. Из них выскакивают четыре гаишника (светофор все еще работает, машины все еще стоят и смотрят на меня), берут меня на абордаж, вытаскивают из моего микрика, забирают ключи, закрывают машину, сажают в заднюю машину, а передняя с одним водителем-гаишником остается возле моей. Машина со мной разворачивается и под сиреной несется обратно к Васильевскому спуску в сторону Кремля. В это время светофор переключается и за нами едут все машины, которые стояли за ним. Все это занимает менее минуты и только возле Кремля до меня наконец-то доходят две вещи: 1) улица, по которой я ехал, имеет одностороннее движение; 2) меня похитили гаишники и дальнейшая моя судьба непредсказуема.
Гаишники в машине зажали меня на заднем сиденье с двух сторон, молчат, но смотрят со странной смесью уважения, сожаления и удивления. Подлетаем с сиреной к началу моста возле храма, там стоит еще одна машина гаишников. Меня в нее сажают на пассажирское сиденье спереди, захлопывают дверь и возле нее встает гаишник, чтобы я не сбежал. Спереди за рулем сидит огромный мужик в форме, с погонами майора. Он что-то дослушивает по рации, поворачивается ко мне и с огромным удивлением оглядывает. Молча. Я в футболке, под два метра, стриженный налысо, весь мокрый (жарко, хоть и ранее утро).
- Ты кто такой и откуда взялся? Документы есть? – спрашивает.
Отдаю ему документы, представляюсь хрипло.
- Ты понял, почему ты у меня тут сидишь?
Говорю, что начинаю догадываться, но где накосячил – пока не понимаю.
- Ладно, - говорит, - поехали, покажу.
Заводит машину, мы выдвигаемся в начало моста и он едет по моей траектории, попутно объясняя мне, где и что я нарушил. Объясняет все спокойно, доходчиво, но в голосе его чувствуется все еще нерассосавшееся удивление перед человеком, которому он все это рассказывает. Когда мы доехали до моей машины, он закончил фразой:
- Итак, четырнадцатое твое нарушение: остановка перед светофором с его обратной стороны на улице с односторонним движением. Это твоя машина? Показывай, что везешь.
Говорю, что ключи у вашего коллеги. Оставшийся охранять мою машину гаишник по взмаху его руки открывает микрик. Майор долго молча смотрит с разных сторон на забитый под завязку салон с лопатами, генератором, кучей баулов, ящиков и т.д. После чего так же молча разворачивается, и мы вместе возвращаемся на исходную позицию возле храма.
Остановившись, он всем корпусом поворачивается ко мне и спрашивает:
- Ты понял, что я тебе рассказал и что ты сделал?
- Теперь понял…
- Повторяю: в сердце столицы, почти на Красной площади, на глазах трех изумленных экипажей машин ГАИ и лично моих глазах целого майора ты 14 раз нарушил Правила, и был остановлен только после погони в начале улицы Варварки, на которой одностороннее движение (я, про себя черт, так вот как улица называется!). Как ты думаешь, что тебе за это будет?
Раннее июньское утро постепенно начало превращаться в моих глазах в мрачные вечерние сумерки… На вопрос майора у меня совершенно на автомате был сформулирован единственный ответ:
- Насколько я понимаю, в данной ситуации вы меня даже до Лобного места не доведете, а расстреляете прям здесь, всеми тремя экипажами? Можно я хотя бы буду стоять лицом на восток: последний раз на солнышко посмотрю, да и вам целиться удобнее будет?
Майор замер, вглядываясь в меня, потом хмыкнул и говорит:
- Ты не волнуйся, мы не промахнемся, все хотят в тебя в упор по обойме засадить.
Сумерки в моих глазах превратились в кромешную ночь.
- Прежде чем мы тебя к стенке поставим, скажи, что за барахло у тебя в машине? Его после расстрела куда девать?
Я начал рассказывать, что везу экспедиционный груз в Питер, там то-то и то-то, сам из МГУ, геолог…
- Куда планировали лететь, что делаете?
Понимаю, что он хочет, чтобы я перед смертью немного успокоился и принял должное возмездие за вопиющие нарушения без нервов.
Начинаю рассказывать, что работаем мы в Восточной Арктике, изучаем вечную мерзлоту, подземные льды, в тундре, там мамонты, носороги и т.д. Как только я дошел до мамонтов, майор меня прервал:
- Подожди.
Высунулся из машины и своим ребятам:
- Так, все кто свободен – подошли сюда, открыли правую дверь и слушаем, что он говорит!
Дальше я часа полтора рассказывал про мерзлоту Якутии, мамонтовую фауну, тундру современную и тундростепь древнюю, наши в ней работы и т.д. Мне задавали вопросы (!), причем не только майор, но потом и гаишники! Я отвечал, мы спорили (!) про то, сами мамонты сдохли или им древний человек помог… Гаишники слушали с неподдельным интересом, я почти забыл, что это лекция перед расстрелом.
Когда все вопросы прояснили, майор говорит:
- Иванов и Петров (фамилии изменены, я их уже не помню), отвезите его к машине и проводите до начала Тверской, чтобы он больше никуда не заехал!
Я, в некотором офигении:
- А как же мой расстрел?!
- Пока откладывается! Дело у тебя интересное, в нем от тебя больше пользы будет, чем в виде корма червям! Но больше не нарушай, будь внимательнее! Удачи!
Я, все еще не приходя в себя:
- Спасибо!
Гаишники, пока везли меня к машине, сказали, что не иначе как где-то с обратной стороны Земли на Америку астероид упал: майор в их отделении слыл страшным монстром и не зря его ставили на контроль дорожной ситуации на самых ответственных участках. А что с ним сегодня произошло – непонятно, потому как за мои нарушения мне действительно светил расстрел. Они проводили меня с мигалкой аж до Белорусского вокзала, поставили на вылетную магистраль и только удостоверившись, что я поехал в нужном направлении, развернулись и ушли обратно.
А я ехал и не мог поверить случившемуся. До сих пор уважаю мамонтов и их соратников по тундре, за то, что они были, и что их судьба до сих пор интересует даже полицейское начальство. Осенью я несколько раз приезжал на Васильевский спуск, хотел подарить майору зуб мамонта на память, который привез с полевых работ, но так его и не встретил. Фамилию он свою не назвал.
Правила я с тех пор стараюсь не нарушать, а под лобовым стеклом у меня болтается небольшой кулончик в виде мамонта, привезенный из Якутска.

3567

Самая несмешная история от 02.01 рассказывает о каком-то провинциальном забытом канадском политике. Но были же в это время (первая половина прошлого века) куда как более интересные люди. Рекордсмен по пребыванию на посту канадского премьера Макензи Кинг - это ведь что-то с чем-то. Канада выставила в антигитлеровскую коалицию четвертую по численности армию. При этом Кинг одновременно пообещал, что армия будет сражаться с Гитлером и армия не будет сражаться с Гитлером. И оба обещания выполнил. Армия осталась дома, но в армию охотно принимались добровольцы, которые отправлялись воевать в Европу и Африку. Английские командующие были рады тому, что есть кого использовать в качестве пушечного мяса.
Кроме того, Кинг известен фразой, что когда-нибудь Гитлера назовут спасителем человечества. А про его антисемитизм можно рассказывать долго, но достаточно одного примера: он доказывал Рузвельту, как полезно перед выборами какую-нибудь нацию назвать преступной. Отбираешь у представителей этой нации бизнес - и опа, офигенный рост экономики.
Вот это был выдающийся политик - беспринципный и готовый на все ради победы на выборах. А сейчас они как-то измельчали.

3568

КАК МЫ С ПАПОЙ ХОДИЛИ В МАГАЗИН

Все фото магазинов, встречи с артистами можно посмотреть в источнике на сайте.

Москва, середина 60-х, мне 10 лет. Когда мы жили в Среднем Кисловском переулке мама в субботу утром отправила папу за продуктами в магазин. Он недавно вернулся из длительной командировки, и мама решила устроить небольшой праздник. Дала ему список, где было указано: 1.5 кг мяса, 2 бутылки молока, 300 г колбасы, 200 г масла, 1 кг сахара, 2 кг картошки, батон хлеба и чего-нибудь к чаю. Мне в тот день особо делать было нечего, и я напросился пойти в поход за продуктами в магазин с отцом.

Все эти продукты можно было купить в одном магазине, и я подумать не мог, что наш простой поход за продуктами в магазин растянется до обеда. Мы совершили «кругосветное путешествие» по ближайшим улицам и переулкам, встретили всем известных артистов и, конечно, увидели, какие продукты и по какой цене продавались в те времена в магазинах и киосках. Также расскажу о некоторых достопримечательностях, встретившихся на нашем пути.

ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ

Папа взял сумку, кинул в неё пару авосек, и мы вышли во двор. Прошли арку во дворе, на Среднем Кисловском переулке свернули налево и пошли вверх по переулку в сторону тылов консерватории имени Чайковского. Кстати, о своем дворе, консерватории и прочем я рассказывал в своей статье «Мой двор». Вскоре мы вышли к Малому Кисловскому переулку, повернули направо и вот тут начались достопримечательности.

Справа моя родная школа №92 (сейчас это гимназия), где я проучился целых два года. Когда школа ещё строилась, то все думали про большую пристройку к ней справа, что, интересно, там будет? То, что там будет спортивный зал – это понятно, но так как пристройка была высокая, то говорили, что там будет ещё и бассейн, и я уже представлял, как я там плаваю в тепленькой водичке. Никакого бассейна не оказалось: внизу спортзал, этажом выше — столовка, а еще выше — какие-то кабинеты.

Идем дальше по Малому Кисловскому переулку, проходим театр имени Маяковского и выходим на улицу Большая Никитская (в мою бытность улица Герцена). Идем по Большой Никитской и справа видим здание государственной консерватории имени П.И. Чайковского, бывший дом императорского русского музыкального общества. Это в её окно с обратной стороны мы с приятелем болт запулили, о чём я также писал в рассказе «Мой двор».

Был я в детстве в этой консерватории. Мама решила, что если я живу от консерватории близко, то я просто обязан туда сходить, и купила мне билет на какой-то концерт. Честно скажу – не понравилось. Что там тогда играли я не помню, но то, что там были жесткие кресла с высокими прямыми спинками, это я запомнил очень хорошо: спина затекла и пятую точку отсидел.

Поход за продуктами в магазин продолжался, и вскоре мы дошли до магазина «Гастроном».

ГАСТРОНОМ

Чего там только не было из продуктов во времена СССР. Мне как мальчишке казалось, что там можно было купить всё. Первым делом мы с отцом пошли в мясной отдел, где мясник отрубил нам 1.5 кг говядины ровно на 3 рубля. Первый заказ из списка был выполнен.

Далее мы пошли в колбасный отдел, где нам нарезали тонкими кусочками 300 грамм докторской по 2.30 за кило. Я упросил папу купить еще немного ветчины, такой красненькой с жирком с краю. Сейчас тоже можно купить такую же ветчину по виду, но она какая-то пресная и не вкусная. На все остальное великолепие, что продавалось в этом отделе, можно было только смотреть и пускать слюни.

После этого мы пошли в бакалею, где нам взвесили 1 кг сахарного песка за 94 копейки. В магазине продавался еще и хлеб, но мы решили купить его в булочной. Также в гастрономе отец купил к чаю бисквитный торт за 2 рубля 39 копеек, мама его очень любила.

Проходя мимо прилавка с консервами, мы заметили скучающую продавщицу, и чтобы поднять ей настроение папа купил у неё банку крабов за 1 рубль 40 копеек. Мне запомнились эти горы банок особенно с крабами и сгущёнкой, расположенных друг на друге и высотой почти до потолка.

В отделе фрукты-овощи мы купили 2 кг картошки по 10 копеек, в молочном отделе — две бутылки молока по 30 копеек. На этом наш поход за продуктами должен был почти закончиться. Осталось только купить хлеб в булочной и всё.

Уже на выходе из магазина мы заметили прилавок, где продавались соки в разлив и решили выпить по стаканчику. Отец заказал себе томатного сока, а я сладенького яблочного.

Выйдя из гастронома, отец сунул мне в руки торт. Я было стал возражать, типа того, что это девчачье занятие тортики носить, на что папа мне резонно ответил, что он сам тоже много чего тащит. Пришлось с этим согласиться, и мы пошли дальше в булочную. Поход за продуктами в магазин продолжался.

МАГАЗИН «Рыба»

По пути в булочную нам попался магазин «Рыба». В рыбном магазине нам не заказывали ничего покупать, но не зайти в него мы просто не могли. Иногда я проходил по улице Герцена мимо этого рыбного магазина и всякий раз останавливался на минуту, чтобы вдохнуть умопомрачительные запахи, исходящие из открытых дверей. Внутрь я не заходил, так как с моими пятаками в кармане мне там делать было нечего.

В магазине глаза разбежались от всех этих деликатесов, лежащих на прилавке. Отец походил – походил, посмотрел и со словами, гулять так гулять, купил 200 грамм осетрины горячего копчения. Между прочим, по 12 рублей за килограмм! Я эту осетрину пробовал только на Новый Год.

БУЛОЧНАЯ

Какого хлеба там только не было: булки, батоны, булочки, халы, ржаной, бородинский, не говоря уже о бубликах, калачах и баранках!

Папа купил батон хлеба за 18 копеек, а мне калорийную булочку за 10. Мне нравились такие булочки особенно с молоком: мягкие, вкусные, с изюмом, а сверху ещё орешки насыпаны, класс.

ПИВО, ВОДЫ, КВАС И ВСТРЕЧА СО ЗНАМЕНИТОСТЯМИ

Рядом с булочной располагались автоматы с газированной водой, где мы увидели Александра Демьяненко. Он только что сдал очередной экзамен в институте и опустошал сразу два автомата. Поздравив его с успешной сдачей экзамена, мы пошли дальше.

Пройдя метров десять, около продавца газированной водой мы увидели Фаину Раневскую. Она как раз сегодня собиралась на дачу. Не успела она отойти, как прибежал Ростислав Плятт, который забыл у продавца стопку книг, во время поиска своего «подкидыша». Пройдя еще немного, мы увидели у бочки с пивом Никулина, Вицина и Моргунова, которые с удовольствием пили пенный напиток.

По пути нам встретилась бочка с квасом, и мы решили выпить по кружечке. Отец взял себе большую кружку за 6 копеек, а мне хватило и маленькой за 3. В принципе наш поход за продуктами в магазин подошел к концу. Мы купили всё, что было нужно, но решили с маршрута не сходить, а пройти дальше по Большой Никитской и подойти к нашему двору с другой стороны.

ТАБАЧНЫЙ КИОСК, СОЮЗПЕЧАТЬ, МОРОЖЕНОЕ

Проходим мимо табачного киоска. Папа решил купить себе папиросы «Беломор», но оказалось, что «Беломор» не подвезли, и он купил сигареты «Друг» за 30 копеек с собачкой на этикетке.

Далее на нашем пути повстречался киоск «Союзпечать» и отец купил себе газету «Правда». В своё время бытовал анекдот, который, возможно, актуален и сейчас: На вопрос покупателя, какие газеты есть в продаже, продавец отвечает: «Правды нет, Россию продали, остался Труд за две копейки».

Шагаем с отцом дальше, и к моей радости я увидел лоток с мороженым. Уговаривать папу долго не пришлось. Он сам любил мороженое и купил себе своё любимое «Ленинградское» за 22 копейки, а мне «Рожок» за 15. Это мороженое было вкусное само по себе, но у него была ещё очень вкусная вафля.

Таким образом, шагая по улице, заходя в магазины, встречая знакомых людей, покупая всякую всячину, мы дошли до зоологического музея.

ЗООЛОГИЧЕСКИЙ МУЗЕЙ

Был я в детстве в этом музее несколько раз. Моими самыми любимыми экспонатами были всякие завры, бабочки и, конечно, бегемот, на которого также любил смотреть в зоопарке внук одного из генералов в фильме «Офицеры». Из бабочек я знал только два названия: капустница и шоколадница. Слышал еще название «махаон», но как выглядят эти самые махаоны понятия не имел. Наверное, что-то большое, крылатое и мохнатое.

Пора было закругляться, так как наш поход за продуктами в магазин слишком затянулся. Свернули на Большой Кисловский переулок, затем на наш Средний, нырнули в арку двора и бегом припустили к нашему подъезду. Войдя в квартиру, предстали перед мамиными грозными очами.

Самыми ласковыми выражениями в наш адрес были: где вас черти носили, вас только за смертью посылать, почему масло не купили и ещё несколько столь же ласковых. А мы с папой переглянулись и каждый подумал: «Хорошо ещё, что мы в зоомузей не зашли, а то наверняка вернулись бы домой только к вечеру!»

А масло мы с папой действительно забыли купить, но я сам за ним завтра пойду и обязательно пройдусь мимо рыбного магазина.

Все фото магазинов, встречи с артистами можно посмотреть в источнике на сайте.

3569

Отдыхал летом в Крыму.На пляжах полно народа и не только из России,но и украинцев много.Это про комендантский час и прочий хохлобред.В Крыму не первый раз и в начале,было впечатление,что при украине не делалось ничего,только разворовывали все.Дороги,как после бомбежки.Фонарей почти нет.Разграбили все ,что осталось после СССР.Читал,что хохлы кричали что кормят всю страну,не пойму,почему сейчас не могут себя самих прокормить.Зато фашизм расцвел по полной))
Сегодня хохлы порой недоумевают: отчего это русские поддерживают Путина?
Им не понять, потому что они не пережили наши девяностые годы.По натуре хохлы тунеядцы,любители халявы.Даже при возможности заработать,будут тянуть,под дебильными предлогами,сам видел ,как продвинутые "европейцы"не пришли класть плитку в доме,потому что шел дождь))Плитку в доме!)))Друзья,живущие в Крыму давно,да и просто люди,которых спрашивал,все,сказали,что когда пришла Россия,были очень рады и от бандеровцев были готовы защищаться до последнего.Баррикады организовывали,чтобы не дать прорваться в поселки этим мразям.Так что не хотят крымчане к фашистам назад,не надо сказок.

3570

Попал я по распределению после института в летный полк в системе Ставропольского училища в 1979году. Двухгодичник, лейтенант, техник самолета Су-15. Самолет - летающий кирпич - посадочная скорость 350км/час. Для самолетов самая высокая в мире.
В нашей эскадрильи служил - майор Делия - летчик от Бога. Летчики на спарках вывозили курсантов 4-го курса. После приобретения необходимого опыта курсанты переводились для полетов на боевые (одна кабина).
О высочайшем мастерстве майора говорит такой случай:
Неоправданно участились случаи посадки курсантов на боевых до полосы (определяется по пыли, поднятой при касании колес грунтовки). Стали разбираться, в чем дело. После долгих допросов виновных курсантов оказалось, что майор Делия поспорил с курсантами, что посадит самолет на первую плиту взлетки, что,в итоге, и несколько раз сделал. Это при такой то скорости. А курсанты (мальчишки) очень хотели повторить такой трюк.
Так вот, как-то раз были запланированы полеты майора с курсантами на моей спарке.
Встречаю самолет после 1-го вылета. Майор спускается и протягивает мне пустую солдатскую фляжку. Ну я человек понятливый. Беру фляжку, и при заправке самолета султыгой, заодно заправляю и фляжку майора. Кто не знает, султыга - это тормозная жидкость (30%раствор спирта в дистиллированной воде).
После второго вылета пустая фляжка опять попадает ко мне.
Встречаю самолет после 3-го вылета. Быстренько спускается по стремянке курсант и за нм степенно майор.
Подслушанный диалог:
- Товарищ майор, разрешите получить замечания
- Ну что сынок, не страшно было?
- Нет, товарищ майор, я боялся только, что-бы вы со стремянки не упали.
- (улыбка майора)
Вот где были настоящие мужики!!!

3571

Дед Мороз. Новогодняя быль.

Это случилось так давно, что, казалось бы, многие детали этой истории могли бы бесследно исчезнуть из памяти. Стереться, раствориться в годах. Тем не менее, я помню все настолько отчетливо, словно это произошло лишь вчера.

…Мне шесть лет. Я уже хожу в первый класс и очень этим горда. Мне очень нравится в школе. Только вот… если бы не было этого противного хулигана Юрки Политая. Его боятся даже старшие ребята. Он драчун и забияка. К своим восьми годам Юрка успел уже остаться на второй год в первом классе. Он до сих пор читает по слогам. А мы уже закончили букварь. У нас даже «Праздник Букваря» был. А сейчас мы готовимся к встрече Нового Года. Репетируем песни и стихи – в школе второго января будет новогодний утренник.

Я с особым нетерпением жду наступления Нового Года и мечтаю о том, что в этом году Дедушка Мороз принесёт мне в подарок коньки “Снегурки”. Такие белые, высокие ботинки. А на кончике полозьев непременно должны быть нарезки – чтобы крутить пируэты. А то у меня не получается в старых коньках моего старшего двоюродного брата. Они простые, черные, с длинными полозьями. Мальчишеские. Я уже поделилась своей мечтой с бабулей и она сказала, что если я буду послушной, то непременно Дед Мороз придёт с подарками. Что я, маленькая? Я и так знаю, что Дедушка Мороз приходит только к хорошим детям. А к таким хулиганам, как Юрка Политай, он не приходит. И подарки им не дарит. Я это Юрке и сказала на переменке, когда он опять больно дернул меня за косичку. А он в ответ только скривился. Сплюнул прямо на пол и заявил:
- Дура ты! Никакого Деда Мороза нет. А подарочки вам ваши родители под ёлку ложат!
- Во-первых не «ложат», а кладут, а во-вторых сам дурак! Ко мне Дед Мороз приходит каждый год. И к девочкам приходит! Правда, девочки? - я обратилась к притихшим одноклассницам.
- Правда! Есть Дед Мороз, только живет он далеко, в Сибири! – поддержала меня Ирочка. У нее папа военный. Они в Сибири жили, Ирочка точно знает, что там очень холодно, и у Деда Мороза там избушка.
- Нету никаких Дедов Морозов! - не сдавался Юрка.
- А, вот и есть! Есть!
- А ты его видела?
- Нет… - растерялась я.
- А вы его видели? – обратился он к девочкам.

Они помотали головами. Оказалось, что живого Деда Мороза не видел никто.
- Я ж говорю, нету никаких дедов морозов! – обрадовался Юрка.
- А вот и есть! Он каждый год ко мне приходит, и подарки под ёлкой оставляет. А к тебе он не приходит, потому что ты хулиган и двоечник! – распалилась я.

Я не успела ничего понять, как Юркин кулак въехал мне прямо в нос. Слезы брызнули из глаз.
- Ах, так! – я бросилась на Юрку, колошматя его кулаками…

…Мы стояли перед учительницей. У меня из носа текла кровь. Белый воротничок был оторван, один манжет болтался на ниточке, другой закапан кровью. Вместо аккуратных косичек «крендельков» волосы торчали в разные стороны, а на них сиротливо висели ленточки… У Юрки вид был не лучше. Лицо расцарапано. Волосы взъерошены, а под глазом уже наливался синяк.

- Очень красиво! – произнесла учительница, - И не стыдно? – поинтересовалась она почему-то только у меня.

Я угрюмо молчала, и изо всех сил старалась не зареветь. Мне было очень обидно. Но я продолжала молчать.
- Политай, с тобой разговор отдельный, останешься после уроков. А ты, - учительница обратилась ко мне. - Пойдешь сейчас и приведешь себя в порядок, а потом мы поговорим.

В туалете меня окружили девочки. Я закусила губу, но не плакала. Мне было обидно. Ну, как он может говорить, что Деда Мороза нет?…

…Бабуля всплеснула руками:
- Как же это так случилось! Ты что, подралась? Ты же девочка! А почему ты в тапочках? Где сапожки?

Я забыла поменять сменную обувь и всю дорогу от школы шлепала по сугробам в тапочках, даже не замечая, что ноги насквозь промокли…

- Юрка Политай сказал, что Деда Мороза нет! – выпалила я, и тут меня прорвало. Я залилась слезами и всхлипывая рассказала все бабуле.

Бабуля помогла мне переодеться. Ловко замочила платье и фартук в миске с горячей водой, сыпнув туда стирального порошка. Ленты из косичек были выплетены. Лицо умыто. Бабуля прижала меня к себе и, убаюкивая, сказала:
- Конечно, Дед Мороз есть. А как же? Кто же приносит ребятишкам новогодние подарки?
- А почему его никто не видел? – спросила я.
- Потому что он приходит, когда дети спят. Он ведь один, а вас много, ему знаешь сколько успеть нужно в новогоднюю ночь? Но ты не сомневайся. Дед Мороз точно есть!
- А ты его видела? – с надеждой спросила я
- Видела, – серьезно ответила бабушка.

Я окончательно успокоилась. В доме было тепло, уютно. Пахло ванилью и корицей. Бабуля пекла коржики… Напившись горячего чаю с малиновым вареньем и коржиками, я уснула. А когда я проснулась, в комнате царил полумрак. Я услышала мамин голос. Но встать не было никаких сил.
- Мама, - позвала я.
- Она уже проснулась. Да, непременно. Спасибо. – мама говорила по телефону, догадалась я и испугалась.

Мама вошла в комнату, присела на кровать рядом со мной. Я прижалась к ней. Мне очень хотелось спать.
- Да ты вся горишь! – сказала она.
- А ты не будешь меня ругать? - Спросила я шепотом.
- Драться, конечно, не хорошо, и ты это сама прекрасно знаешь.
- Знаю, но…
- Я разговаривала с учительницей. Она мне все рассказала.
- Я больше так не буду… - прошептала я.
- Я знаю. А теперь давай-ка измерим температуру, и ты выпьешь чаю с малинкой.

Болела я долго. Мне все время снились сны про Деда Мороза. А потом откуда-то возникало Юркино лицо. Он что-то кричал, я с ним спорила, и просыпалась от собственного вскрика. Мама и бабушка все время были со мной, поили меня чаем и бульоном, давали лекарство. А по вечерам папа читал мне книжки, но я, не дослушав историю, проваливалась в сон. И опять мне снился Дед Мороз и Юрка…

…Я проснулась от яркого света. Солнышко заглядывало в расписанные морозом окна. Иней переливался, искрился множеством искорок. Ветки деревьев прогнулись от снега. Крыши домов нарядились в снежные шапки.
- Мама, - позвала я.
В комнату вошла бабуля.
- Ну, как ты, доченька?
- Я хорошо. – Мне действительно больше не хотелось спать. - Я выздоровела.
- До “выздоровела” еще далеко, но похоже ты пошла на поправку.
- А Новый Год? – вспомнила я.
- До Нового Года еще три дня. А в школе каникулы. Так что у тебя еще есть время окрепнуть. Только ты должна обязательно покушать. Тогда окончательно поправишься.

Я почувствовала, что жутко проголодалась.
- Только ты пока не вставай, я тебе сейчас принесу.
Суп был потрясающе вкусным, и пирожки, и чай, и коржики. Я не могла наесться, а бабуля не могла нарадоваться. Я и в хорошие времена была не ахти каким едоком, а во время болезни вообще ничего не ела.
- Одни кожа да кости, - причитала бабуля. А я, насытившись, почувствовала усталось, и меня опять начало клонить в сон.

Мне больше не снился Юрка. Зато приснился Дед Мороз. Он был большой, с белоснежной бородой, с мохнатыми бровями и очень добрый. Он был наряжен в длинную красную шубу, и красные руковицы, а в руках он держал мешок с подарками…

К Новому Году я уже ходила по дому. Но еще была слаба. А на дворе была настоящая зима. Яркая, морозная, снежная. Безумно красивая. С сугробами и голубым дымком над печными трубами. Перед нашими окнами соседские дети слепили снежную бабу. Она была смешной, с черными угольными глазами и бровями, носом-морковкой, а губы ей покрасили помадой. На голове красовалась дырявая соломенная шляпа…

Вечером мы всей семьей наряжали ёлку. У нас много ёлочных игрушек. Есть даже очень старые. С прищепками вместо веревочек.Они очень красивые. Мама говорит, что этими игрушками наряжали ёлку, когда она была такой, как я. Неужели мама была такой как я? А я тогда где была? “Тебя еще не было. Ты родилась потом. Когда я с папой познакомилась и вышла за него замуж.” - Объясняла мама. Папа приладил макушечку на елку и стал проверять гирлянду.
- Удивительно! Все лампочки горят! – радостно сообщил он.

Я помогала накрывать на стол. Вкусно пахло ёлкой, мандаринами, сладким печеньем. Чувствовала я себя прекрасно, но где-то в глубине души волновалась. А вдруг Дед Мороз не придет. Я ведь подралась с Юркой. А Дед Мороз приходит только к хорошим детям. Спросить родителей я не решалась. Ничего, осталось совсем немного. Я непременно не лягу спать и дождусь Деда Мороза, если он, конечно, придет ко мне.

За праздничным столом было много гостей. Все шутили, поднимали бокалы с похожим на лимонад пузырящимся вином. Называлось это вино очень красиво – шампанское. Разгадывали загадки, и папа, приклеив бороду из ваты и подмигнув мне, доставал из большой красной наволочки подарки для гостей. Я, конечно, понимала, что папа просто играет в Деда Мороза. А настоящий Дед Мороз придет тогда, когда все улягутся спать. По телевизору пел какой-то дяденька. Слова песни были не совсем понятными для меня:

…У леса на опушке жила зима в избушке
Она снежки солила в березовой кадушке
она сучила пряжу,
она ткала холсты,
ковала ледяные да-над-реками мосты…

За столом все гости подхватили:
«Потолок ледяной, дверь скрипучая!
За шершавой стеной тьма колючая,
Как шагнешь за порог всюду иней,
А из окон парок синий-синий».

Я представляла себе избушку на детской площадке, в которой мы летом с девочками играли «в дом», а зимой у нас там была крепость. Мы играли в снежки с мальчишками, запасаясь снежками именно в этом домике. Я тоже пела. Мне было очень весело и радостно. Только пела я неправильно – мне казалось, что из окон виден не «парок», а порог синий-синий. Я его очень даже отчетливо представляла – такой порожек, деревянный, покрашенный в синий цвет.

«…Ходила на охоту, гранила серебро,
Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.
Деревьям шубы шила,
Торила санный путь, а после в лес спешила,
Чтоб в избушке отдохнуть…»- продолжал дядька из телевизора.

Мне было жаль месяца, который злая старуха сажала в хрустальное ведро. Зачем она это делает, задумывалась я. А слово «торила» я вообще не поняла и пела “кроила” – потому, что бабушка совсем недавно кроила мне новогоднее платье. Это было понятно… И что такое «гранила серебро»? Наверное, дяденька ошибся – надо петь «хранила серебро» – думала я.

…Гости веселились, подпевали. А потом в экране телевизора появились кремлевские куранты. Все встали с бокалами и стали поздравлять друг друга с Новым Годом. Я изо всех сил боролась со сном. Еда в моей тарелке оставалась нетронутой. И бабуля недовольно хмурилась. Я стала клевать носом, и меня попытались увести в другую комнату спать. Я отчаянно сопротивлялась, и родители оставили меня в покое. Уснула я прямо за праздничным столом, а проснулась уже утром. До сих пор помню, как у меня в эту минуту колотилось сердце. Я вскочила с постели, коря себя, что проспала приход Деда Мороза. В гостиной под ёлкой, мерцающей в полумраке цветными искорками гирлянд, лежали два свертка. С замиранием сердца я вытащила один. На нем было написано моё имя. Я схватила подарок и помчалась в кухню вне себя от счастья. Бабуля мыла посуду, мама вытирала фужеры мягким белым полотенцем.

- Он приходил?! – то ли утвердительно, то ли вопросительно закричала я.
- Ты же видишь, что приходил, - ответила улыбаясь мама.
- Это мне?
- Ты же читать умеешь, там Дед Мороз тебе написал.

В красиво завернутом пакете были «Снегурки». Я завизжала от радости и тут же начала их примеривать.
- Только осторожно, пол порежешь! – всплеснула руками бабушка.
- Не порежу, у этих коньков на полозьях есть такие штучки. Пластмассовые. Они надеваются когда не катаешься, а когда на лед выходишь, их снимаешь… - Обьясняла я пыхтя, пытаясь зашнуровать ботинки.
- А вы его видели? – вспомнила я.
- Нет, мы уже спали, наверное, - ответила мама.
- Жалко… - пыхтела я. И вдруг я вспомнила, - а кому под елкой еще один подарок лежит?
- Не знаю. Пойдем посмотрим. – удивленно пожав плечами и откладывая полотенце, сказала мама.

Я нырнула под ёлку. Вытащила подарок, и у меня открылся рот от удивления. Я ещё раз перечитала надпись, думая, что ошиблась.
- Тут написано: «Для Юры Политая». Как это?
- Ну-ка, дай-ка я посмотрю. – Мама повертела подарок в руках. – Да, действительно. Для Юры.
- А почему он здесь? – моему удивлению не было предела.
- Наверное, Дедушка Мороз не смог попасть к Юре и оставил подарок у нас под ёлкой. Ну, чтобы мы передали, наверное. – Предположила мама.
- Но ведь он плохой. Он драчун… - я прикусила язык и посмотрела на маму. «Я ведь тоже драчунья. Я сама дралась с Юркой.» Словно прочитав мои мысли, мама прижала меня к себе:
- Но он обещал больше не драться. Мне учительница ваша звонила. Сказала, что Юра исправил все свои двойки. И даже выучил стишок к утреннику.
- А как же мы ему подарок отдадим?
- Мы можем к нему сходить домой. Отнести, – предложила мама. А пока сними коньки, в доме на коньках не катаются. Затем умываться и завтракать. А потом пойдем к Юре.

Я тащила Юркин подарок, держась за мамину руку. От морозного воздуха, такого вкусного, свежего, зимнего, слегка кружилась голова. Мы шли по заснеженной улице, похожей на сказку. Я вспомнила вчерашнюю песню.
- Мам, а почему старуха сажала тонкий месяц в хрустальное ведро?
- Что? – удивилась мама.
- Ну, вчера, то есть ночью, дяденька в телевизоре пел – «Ходила на охоту, хранила серебро, сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.» – напела я.
- Действительно, интересно, - сказала мама. – Это песня про зиму. Наверное под хрустальным ведром подразумевается… - она задумалась. – Может быть облако? Или даже всё небо? А ты молодец. Внимательная. Я никогда не задумывалась. – Мама с удивлением посмотрела на меня.
- Ну, да, там про избушку на детской площадке пелось, только она стояла «у леса на опушке»…
- Здесь кажется. - Мама сверилась с адресом. - Да, точно здесь. Ну давай, постучи в дверь.

Я вытащила руку из варежки, которая сразу повисла на резинке. Чтоб не потерялась. Дверь открыл какой-то дед.
- Здравствуйте. С Новым Годом вас. А Юра дома? – спросила мама.
- Да, где ж ему еще быть. Проходите. – ответил дед. У него были высокие валенки, без галош, а на плечах и груди крест-накрест был повязан серый пуховый женский платок.

По узенькой тропинке, расчищенной от снега, мы прошли к крыльцу дома. Дед открыл дверь и позвал:
- Юрка, к тебе гости.

Юрка выскочил из какой-то темной комнаты. Взъерошенный, заспанный и безумно удивился, увидев нас с мамой.
- Ты? Чё пришла?
- Мы тебе принесли подарок. От Деда Мороза. – сказала я тихо.
- Подарок? Мне? От Деда Мо… - Юрка запнулся на полуслове и оглянулся на деда.
- Он к нам ночью приходил, наверное, к вам попасть не смог – вот смотри, написано: Юре Политаю.

Юрка нерешительно взял сверток в руки. Губы его шевелились. Он читал свое имя на открытке, прикрепленной к подарку.
- Врешь ты все… - начал было он, но опять осёкся.
- А ты разверни и посмотри, что там – предложила мама.

Дрожащими руками Юрка стал развязывать тесемки. Они не поддавались. Мама помогла, и обертка скользнула на пол. В подарке была коробка на которой был нарисован планер.
- Планерная модель! – выдохнул Юрка. – Это мне? – все еще не веря, спросил он.
- Тебе, тебе. – Ответили мы с мамой почти хором.

Юрка открыл коробку. В ней лежали разные тоненькие дощечки, крылья из плотной пергаментной бумаги, маленькие колесики и даже красный пропеллер.
- Там, наверное, есть инструкция. Разберешься? – спросила мама.
- Разберусь, - шмыгнув носом, ответил Юрка.

Сейчас он был совсем не страшным, гроза первоклашек Юрка Политай. Вздернутый курносый нос, обсыпанный веснушками. Рыжеватый чубчик надо лбом. Мальчишка, как мальчишка, подумала я. Только руки в цыпках. Наверное, варежки потерял…

Пока мы с Юркой разбирались с планером, мама с дедом пили чай в маленькой кухоньке. Говорили они тихо, но до меня время от времени доходили слова деда. Я услыхала, что Юркин отец «пропал» еще до юркиного рождения.
– И как сгинул – сообщил дед. А мама его, дочка моя, Танька, беспутная, завербовалась куда-то на север, и ни слуху ни духу от ней… - продолжал он. - Иногда перевод пришлет рублей двадцать. Да моя пензия. – Он так и говорил. «Пензия»… - Вот так мы с Юркой и живем… Спасибо вам - помолчав, сказал дед…

Планер мы собрать не успели. Но мама пообещала отпустить меня к Юрке в другой день.
- Ты к нам, Юра, приходи. Просто так поиграть, а наш папа сможет тебе помочь с планером, - сказала мама, помогая мне застегнуть шубку.
- Приду, - пообещал Юрка.
- Не забудь, завтра утренник. Ты придешь? – прощаясь, спросила я.
- Угу, - ответил Юрка, посмотрев на деда.
- Придет, придет. – Подтвердил тот.

Что было на утреннике, я помню уже смутно. Но после этого Нового Года мы подружились с Юркой. Мы вместе возвращались из школы домой. Бабуля кормила нас, а потом мы вместе делали уроки.

С ёлки сняли игрушки и гирлянды и папа, ворча, долго пылесосил ковер в гостиной. Мне было немного жаль ёлочку, но я была уверена, что она возвратится в лес, чтобы в следующем году снова вернуться к нам домой к Новому Году.

(с) Стелла Иванова

3574

xxx:
Мы с Соней заселились в хостел "Теремок"
На букинге и на картах отзывы были классные, все супер
По факту - это общага для вахтовиков
Там и мышка-норушка, и лягушка-квакушка:)
Зато 500р за ночь и 10 минут ходьбы до конференции:))

yyy:
за 500р в Москве удивительно, что вы не под мостом живете))
Хотя о чем я? Все мосты в Питере

3577

Моя жена, на старости лет, увлеклась восточным единоборством.
Так получилось.
Внучка гиперактивная, записали ее в спортивную секцию.
Моя жена (Лена) отводила / приводила внучку на занятия.
Тренер, абсолютный фанат своего вида спорта, заразил Лену философией единоборств, ну и, как бы сказать, спортивностью.
Занятия по возрастным группам, Лена вписалась в соответствующую.
Периодически проходят семинары, приезжают крутые сенсеи, они показывают мастерство и оценивают навыки примкнувших, присваивают пояса всех цветов радуги, ученическую степень "кю" или мастерскую степень "дан".
В этой системе я участвую в качестве домашнего партнера для отработки приемов.
И вот очередной семинар.
Лене, чтобы получить очередную степень, надо усвоить новые приемы.
Лена говорит - бей меня в лоб.
Мне, интеллигенту, с высшим техническим образованием, как-то неудобно бить мать моих детей по лбу.
До этого были более мягкие установки. Типа, я нападаю с ножом.
Я спрашиваю, бить кулаком или ребром ладони.
Она говорит, все равно.
Я бью, ну как бью, имитирую удар.
У Лены не совсем все получается, или захват кисти не тот или обхват не такой.
А виноват в этом как бы я, что неправильно бью или бью не по настоящему.
Перед шестой попыткой возникает мысль,
а может действительно треснуть ей по башке,
в том числе за прожитые вместе годы?
С этой мыслью, я наношу удар и оказываюсь в позе - стою на ногах нагнувшись,
нос около пола, правая моя рука сведена к лопатке и немного похрустывает.
Лена сверху докручивает руку.
Хриплю - сдаюсь!!!
Вечером приходит с семинара.
-Ты понимаешь, как трудно сдать экзамен на очередной "кю"?
Я, устраивая поудобней подушечку между ноющей лопаткой и спинкой дивана
- еще как понимаю.

П.С. На фотографии внучка Алиса, еще не в кимоно, в период, когда Тренер (с большой буквы) Иван Витальевич охмурял мою жену Елену. Фото и текст взяты с его странички.

3578

Прочитал рассказ про мальчика-сироту, которого усыновили благодаря посредничеству деда Мороза, и вспомнил... не историю даже, там нет никакого сюжета. Так, маленький эпизод.

В 14 лет я попал на месяц в больницу. Получилось, что я там был самым старшим среди мелюзги. Младшим мальчикам было года по четыре, а одной девочке, наверное, года два. Она еще говорить не умела. Она была детдомовская, вернее, из дома ребенка. Наголо стриженая, в замызганных ползунках и вся в зеленке. Вряд ли ее стали бы держать в общей палате с чем-то заразным, так что, наверное, не ветрянка или чесотка, а какие-то безобидные болячки. Но выглядело жутенько.

Из-за этих болячек девочки постарше ее гоняли, называли паршивой. А она тянулась ко всем, видимо, не хватало ласки в своем детдоме. И в первый же день, когда я пришел в столовую и сел на стул, она подбежала, по штанам вскарабкалась ко мне на колени, обняла и замерла пугливо. Видно было, что она и боится, и надеется, что не прогонят.

А я не стал ее прогонять. Мне самому очень не хватало тактильных ощущений. У нас в семье телячьи нежности были не приняты, родители почти никогда нас не обнимали, с братом мы если не дрались, то играли во что-нибудь шумное. А в больнице пропало и то немногое, что было. Так что я обнял эту малышку, прижал к себе и стал покачивать. А она что-то такое завыла-запела, без слов, но очень уютное и ласковое.

Не помню ее имени. Все называли ее Мартышкой, у нее и правда было что-то обезьянье в личике. Когда я утром выходил из палаты, нянечки мне говорили: «Ну где же ты, невеста уже заждалась». Я негромко звал: «Мартышка!», и она, где бы ни была, слышала и бежала по больничному коридору мне навстречу с радостным воплем. Я подхватывал ее на руки и потом таскал на себе весь день, то на плечах, то под мышкой, то садился и сажал на колени.

Хотелось бы написать что-то вроде: «Мои родители удочерили Мартышку, и теперь она моя сестра». Но я рассказываю не рождественскую сказочку, а кусочек реальной жизни. Я ничего не знаю о ее судьбе. Может быть, ее и правда потом удочерили. Может быть, нет, и она покатилась по наклонной и спилась, как 90% детдомовцев. Может, преодолела всё и прожила достойную жизнь. А может, так и не научилась говорить и кончила свои дни в инвалидном доме.

А меня эта встреча перевернула. Я потом очень сильно тосковал по этому ощущению, когда мелкое теплое существо сидит у тебя на коленях и доверчиво обнимает. До сих пор считаю, что это – самое восхитительное, что может почувствовать человек в своей жизни, никакие сигары с коньяком, оргазмы и спортивные победы рядом не стояли.

Тоска прошла, когда родились мои собственные дети, а родились они довольно рано. С первого дня я их бесконечно обнимал, ласкал, таскал и тискал – но, конечно, не только тискал, но и укачивал, переодевал, мыл, кормил и делал всё остальное, что полагается делать с маленькими детьми. Случился в моей семейной жизни такой момент, когда я влюбился в другую женщину и задумался об уходе. Но задумался ровно на минуту, пока не задал себе вопрос: смогу ли я прожить хотя бы день без моих мартышек? Сразу понял, что нет, и вопрос был решен.

У моей жены была подруга Галя, которая вышла замуж за человека, помешаного на чистоте и порядке. Он мыл руки по двадцать раз в день и мог закатить скандал из-за одной крошки на полу или одной капли воды в раковине. Человек вырос в доме, полном грязи и тараканов, и двинулся на этой теме. Конечно, о детях в этой семье нечего было и думать, они ведь писают, какают, пускают слюни, срыгивают, размазывают еду по столу и так далее. Галя сперва переживала, потом смирилась.

Году на шестом этого брака Галя привела мужа к нам в гости. Он с опаской сел на наш не слишком чистый диван, держа руки на весу, как хирург перед операцией, чтобы ничего не коснуться. Но тут подошла наша младшая дочь, ей как раз было два года, и не говоря худого слова полезла к нему на колени.

Я прямо видел внутреннюю борьбу на его лице. Согнать вроде неудобно, не кошка всё-таки. Трогать – страшно и противно. Задал какой-то светский вопрос, типа как зовут твою куклу. Дочка охотно ответила, она в два года неплохо говорила. Сказала ему еще что-то, он ответил. Всё это держа руки на весу. Но постепенно он почувствовал, что ничего страшного не присходит, а происходит что-то хорошее, и перестал следить за стерильностью рук. Обнял дочку за плечи, покачал на колене, погладил по голове. Видно было, как человек оттаивает. Минут через двадцать он уже вел себя как любой другой гость в доме с детьми. Уходил очень довольный и жал всем руки, как нормальный человек.

А назавтра Галя позвонила моей жене в радостном потрясении: вернувшись от нас, муж потребовал немедленно, не откладывая ни на день, завести ребенка. Вот такая эстафета от Мартышки через мою дочь к Галиному сыну, который в ином случае мог бы и не родиться.

3579

Работал у нас один мужик - отличный электронщик, золотые руки, светлая голова и неслабое чувство юмора. А ещё у него была тачка, "Опель кадетт" вроде бы. Точно уже не вспомню. Стояла она во дворе, разумеется на сигнализации, но всё равно было неспокойно. Поэтому, пораскинув мозгами, он добавил в машину ещё парочку своих фенек. Как раз вовремя, потому что машину буквально через пару месяцев у него угнали. Нашли практически сразу же - из двора выехать не успела! Боковое водительское стекло было разбито, на нем были следы крови, также была сломана внутренняя дверная ручка, загнут рычажок поворотника и свернуто центральное зеркало заднего вида, а также немного обоссано водительское сиденье. И никого вокруг... Соседи и друзья по стоянке удивленно таращились на это дело и лишь Михалыч ехидно лыбился и хитро прищуривался. Секрет был прост, помимо штатной сигналки в машине стояла ещё и убойная задумка мастера. Когда автомобиль заводился, то включался таймер и через тридцать секунд глох мотор, потом из динамиков раздавался грозный голос: "ЭТА МАШИНА СТАНЕТ ТВОЕЙ МОГИЛОЙ!" и демонический хохот, после чего замки дверей закрывались, а простейший механизм, собранный из детского конструктора, моторчика и баллончика, выпускал в салон неслабую порцию слезоточивого газа.

3580

Вступил в наследство в хату в селе. Переехал из столицы на ПМЖ.
Тишина, спокойствие, ляпота!
Нашел работу по месту.
Родители мои хоть и старенькие но живут в городе, и используют огород в качестве огорода, а хату как дачу, погреб как погреб, ну значит и приезжают назатарится консервами и корнеплодами раз в месяц.
А поскольку у меня вполне сумасбродный график, то они и не парятся есть я в хате или нету.
Так и в этот раз.
Приехали, начали что то там шарудить по фазенде, я же тихо и мирно отсыпался после гулек у себя в комнате.
Когда я проснулся они уже уехали.
И я зделал исторический звонок маме:
- Але, мам.
- Привет сына
- Папа рядом?
- да.
- Включи громкую связь. Я его мнение хочу услышать.
- эммм... ну ладно. готово. Говори.
- Мам пап, вы были у меня недавно?
- Да. Сегодня утром уехали. Взяли там с погреба хату, протопили. А что насорили после себя?
- Да нет, все нормально. Просто хочу узнать вы хату закрыли?
- Конечно закрыли. На все замки. Каждую комнату. Даже навесной замок пристегнули!
- А можно попросить в следующий раз не закрывать хату вместе со мной?
Пауза мамы, через мгновение раздается дикий хохот бати.
Я:
- Именно по этому я хотел что бы была включена громкая связь!

3581

ГОСТИ ИЗ ПРОШЛОГО

…А вот предположим, что у вас есть возможность вызвать сюда, в наши дни, любую знаменитость из прошлого. Пообщаться с этой знаменитостью, посоветоваться, правду узнать из первых рук, а не от историков. Вы бы с кем хотели поговорить?

Я бы выбрал Наполеона. Человека, а не торт. Во-первых, француз, а я французский знаю. Во-вторых, очень хочется вместе с ним посмотреть «Войну и мир» Бондарчука. Пусть увидит Бородинское сражение на экране и объяснит, зачем он в Россию попёрся и где своё золото награбленное спрятал. Хотя ответ известен: «Золотой обоз утонул в болоте под Смоленском, а насчёт фильма… Если б у меня было столько денег, сколько у вашего Бондарчука на съёмки, я бы в Россию ни за что не пошёл, cher ami…» Вот это «cher ami» меня очень раздражает, ведь от него пошло русское слово «шаромыжник». Да и зачем мне этот император без золота? Так что отказался я от Наполеона и решил пообщаться с Оливье. Тоже с человеком, не с едой.

Люсьен Оливье опять же француз, но не шаромыжник, а их потомок. Их много в России после 1812 года осталось, холодных и голодных шерочек-машерочек. Оливье я расспросил бы, конечно, про его салат, Новый год же скоро. Какую колбаску лучше положить, «Докторскую» или «Молочную», с жиром или без и какого завода, и в каком магазине покупать, в «Пятёрочке» или в «Магните»... Я Оливье больше доверяю, чем всем этим Роспотребнадзорам и Росконтролям. К тому же недавно провели опрос и салат «оливье» был признан одним из символов народного единства. Наряду с Днём Победы, «Иронией судьбы» и полётом Гагарина. Вот салат у людей в головах… Но тут мне по телевизору рассказали рецепт настоящего «оливье». Рябчики, раковые шейки, телятина, паюсная икра… Не салат получается, а золото Наполеона. Да ещё слухи ходят, что и колбаса будет стоить, как паюсная икра. У меня хоть зарплата и выросла беспрецедентно, как мне недавно сообщили, но сообщили-то на словах, сумма такая же осталась. В общем, что бы разобраться, смогу ли я со своей беспрецедентно выросшей зарплаты позволить себе рябчиков, паюсной икры или хотя бы 300 грамм «Докторской», решил я пообщаться с каким-нибудь великим математиком.

Но – увы… Великих математиков в наше время не пускают, они здесь не требуются. В наше время требуются математики, которые не знают математику, что показала недавняя аттестация учителей. Ведь, как сказал почти главный наш банкир: «Математические школы не нужны». Ему-то, конечно, математики не нужны, они ж считать умеют. Вопросы начнут задавать неудобные, почему такие безумные проценты по кредитам и маленькие по вкладам, почему кредит и ипотека в России дороже, чем везде… Да и государство не обрадуется. Вдруг математик решит со своей пенсией разобраться, почему она и накопительная, и страховая, и ещё куча умных слов, а на руки – 9000 рублей? И куда уходят налоги от какой-нибудь Роснефти? Пожалел я математика, ведь если он в Пенсионный фонд зайдёт, он там с ума сойдёт от их схем. Ему СНИЛС сниться по ночам будет. Решил я лучше с каким-нибудь музыкантом встретиться. С Мендельсоном, например. Не с маршем, с маршем я встречался неоднократно. С автором.

Почему именно с Мендельсоном? Потому что я пять раз его самое знаменитое произведение слушал и пять же раз семейный корабль разбивался о скалы. На шестой заменил Мендельсона «Чунгой-Чангой» Шаинского и, пожалуйста – живём душа в душу. Но жена и отговорила. Придёт, говорит, Мендельсон, а у нас телевизор включён. А там – «Три аккорда» или, не дай Бог, концерт Киркорова. Мендельсон и так уже умер, а если он ещё услышит «Мурку» или «Цвет настроения синий»… Жаль, а я хотел спросить у него, под какую музыку он бракосочетался и что не так с его маршем, почему столько разводов в стране… Может, тональность изменить надо?

Из музыкантов интересно ещё поговорить с Фаррухом Булсара, который Фредди Меркьюри. Но боязно. Я недавно фильм про него посмотрел и… Человек-то я толерантный, много всего видел, с Пенкиным в одном городе живу, но всё равно боязно.

А что если с Пушкиным встретиться? С живым, не с памятником? Правда, Александр Сергеевич до меня вряд ли дойдёт. Перехватят. Он человек был богемный, светский, скандалил, стрелялся, погиб из-за жены… В общем, Малахов такое не упустит. И жаль Пушкина, если он в один ряд с героями современности встанет, которые запутались в детях, любовниках, жёнах, изнасилованиях и на всю страну с гордостью об этом говорят. Правда, за деньги, но зачем Пушкину такие деньги?

И остались у меня три кандидатуры – Ленин, Махатма Ганди и Мэрилин Монро. Ленина я бы про тайны революции расспросил, с Ганди бы просто поговорил, потому что он умный, а Мэрилин… Ну она для души, когда жена в гости уйдёт.

Тут как раз жена в комнату и заходит. Вызывай, говорит, эту скотину Уиткомба Джадсона. А кто это, спрашиваю. «Это человек, который изобрёл молнию-застёжку. Вот, полюбуйся на его изобретение…». И сапоги мне показывает новые, итальянские, с порванной молнией. «А что ты хотела из бутика на Измайловском рынке?» - спрашиваю: «Да за две тысячи? Одна коробка 300 рублей стоит, и доставка из Армении…». Но жене говорить что-либо бесполезно и ненужно.

Сижу без Мэрилин, с этим Уиткомбом, который молнию чинит. Хорошо, хоть Джонни Уокер есть, не человек, а виски.

А ночью, после общения с Уокером, я долго разговаривал с Генрихом VIII по поводу его отношений с Анной Болейн и как мило он от неё избавился.
Утром пойду встречаться с Артуром Гиннессом. Который пиво.
А какие планы на субботу были замечательные!
Илья Криштул

3582

Однажды...
Я уже собирался домой, но обшарив карманы, понял, что забыл на производстве телефон. Предупредив охрану, двинулся на его поиски. В цеху было все так же, но были и отличия от дневного рабочего гомона и шума оборудования. Какие-то дополнительные и непривычные звуки заставили меня напрячься и прислушаться.
-Чертовщина какая-то, - подумал я озирая помещение. Звуки явно доносились из холодильника готовой продукции. Чем ближе я подходил, тем явственнее доносился оттуда крики и гулкие удары. - Кто здесь? - подойдя к дверям, спросил я как можно громче, предварительно включив в камере свет и подергав ручку. Холодильная камера была закрыта на замок.
-Кто-кто! Снегурочка, блядь! Открывай! - раздался приглушенный женский голос.
-Какая снегурочка? - опешил я, - сентябрь на дворе.
-Открывааай! - у снегурочки явно была истерика, крик сорвался на самой высокой ноте и перешел в какой-то нечленораздельный вой, с фрагментами ничего хорошего мне не предвещавшими.
-Ты это, не ори! Сейчас я за ключом на охрану сбегаю! - крикнул я. Охранник выслушав мою сбивчивую торопливую речь и требование дать ключи, на секунду задумался. Ключи дал, но на всякий случай поинтересовался:
-Там всем наливают? - видимо моя речь о снегурочке его сильно впечатлила. Но я его не слушал, через пару минут повернув в замке ключ, дернул ручку и предусмотрительно отскочил в сторону. И не зря. Снегурка хотя и была довольно симпатичной, но быть на ее пути я бы не рискнул.
-Колбасу брось! - проследив за ее спринтерским рывком в сторону бытовых помещений только и успел крикнуть я, - охранник не поймет! Как ему объяснять, что ты ее в дверь тарабанила и она тебе как родная.
Снегурочка, превратилась в бухгалтера только после третьей кружки чая. Рассказывая нам с охранником, как в конце рабочего дня хотела сверить фактическое наличие. А потом потух свет, она вытащила из ушей наушники, но была тишина. На ощупь добралась до дверей, но те были закрыты. Как несколько часов в полной темноте при трех градусах по цельсию боролась за жизнь и свободу. Что телефон в холодильнике не ловит. И много еще чего. А я смотрел на нее и чувствовал себя дедом Морозом и наплевать, что до Нового года было еще очень далеко.

3584

Жили-были старик со старухой, у самого синего моря. Пошел однажды старик к морю, закинул невод и впоймал золотую рыбку. Загадал старик желание. Прошло три года, а желание так и не появилось... ==. на "впоймал", а "споймал".

3585

Это случилось накануне Нового года, несколько лет назад. Подходит ко мне однокурсница Наташка и говорит: «Есть костюмы Деда Мороза и Снегурочки. Хочу объявление дать, что на дом ходим платно. Ты в доле? Заработаем!»
Конечно, я согласился. Деньги нужны были, а роль сыграть – раз плюнуть, мы с Наташкой в КВНе постоянно участвовали.
Скреативили объявление, дали в газету и бегущую строку. Звонить нам стали почти сразу, так что дело пошло. Дети были разные, и славные ребята, и нытики-зануды. Одного пацана запомнил – он с порога спросил: «Дед Мороз и Снегурочка, значит? И сколько вам мой папа заплатил?» Короче, опыт интересный.
И вот, до праздника оставалось дня четыре, тут звонит мне знакомая: «Олежка, выручай! Мы тут собрали подарки для детей из местной больницы – они же без утренников остаются, а Деда Мороза у нас нет! Сможешь поработать бесплатно?»
Ну, я подумал – дело хорошее, согласился. Тем более, довезти до больницы пообещали. Еще дома нарядился, бороду приладил, пошел. Настроение хорошее, такой подъем, что не за деньги иду работать, а просто так, чувствую – все могу. Мне даже соседка Тамара в подъезде улыбнулась, а она после того, два года назад как потеряла сына все время грустная ходила.
И вот, мы на месте. Нас собрали в холле, посреди – елка, гирлянды зажгли. Праздник замечательный получился! Дети веселятся, в ладоши хлопают, песни поют, стихи читают. Потом подарки дарить стал – такое у всех счастье. Рожицы довольные, кругом улыбки…
И вдруг вижу – пацан лет шести в углу сидит, не играет, подпер руками подбородок, на нас смотрит, а в тёмных глазах – тоска. Подошел к врачу, спрашиваю:
- Кто это и что с ним?
- Марк, - отвечает врач. - Сирота он. Дорожно-транспортное. Ехали с отцом и матерью в машине, перевернулись. Родных больше нет, сейчас в детдом пристраиваем…
Меня будто наотмашь ударили. Ощущения счастья как не бывало. Конечно, можно было бы довести программу до конца, уйти и забыть обо всем, но я так не мог. Взял подарок и на подгибающихся ногах пошел к мальчику. - Привет, Марик! С Новым годом, с новым счастьем! Он поднял на меня тяжелый взгляд.
- Ты же не настоящий Дед Мороз, так?
Я пожал плечами: - А это смотря во что ты веришь. Я-то в себе уверен. Но ты можешь проверить. Какой подарок хочешь на Новый год? Если выполню – значит, настоящий. (Тут я мысленно зажмурился, потому что представил, куда уйдет мой новогодний бюджет и где занимать, если парень захочет, к примеру, айфон. Но остановиться я уже не мог.
А Марик усмехнулся невесело и сказал:
- Ну хорошо, давай попробуем.
Я присел рядом. - Загадывай!
Мальчишка распахнул глазища и вдруг жарко зашептал:
- Если бы я был глупым, попросил бы, чтобы мама с папой вернулись. Но я не дурак, все понимаю. Поэтому, если ты настоящий Дед Мороз, сделай, чтобы меня в детдом не забрали! Сможешь?
И вот тут я понял, что облажался. Как довел программу – не помню, всё будто в тумане. Вернулся домой, но ничего делать не мог: перед глазами стоял взгляд Марика – полный тоски и надежды.
Я даже стал прикидывать, не забрать ли мальчика себе. Но кто бы отдал ребенка студенту без постоянного заработка? Всю ночь проворочался, размышляя.
А под утро меня осенило! И уже в восемь утра в костюме Деда Мороза я стучался к соседке Тамаре. Я не знаю, как они там договорились – говорят, сам главврач подключил знакомых, но уже 31 декабря я встретил Марика и Тамару у нашего подъезда. Сияющая соседка представила мне пацана и сказала, что он – ее гость в новогоднюю ночь.
Марик не выглядел таким же счастливым, скорее недоумевающим, но прежней беспредельной тоски у него в глазах я не заметил.
А когда праздники закончились, и наступил январь-февраль, мальчик переехал к нам в дом насовсем – Тамара взяла его под опеку.
Прошёл год, и вот Наташка снова позвала меня дедморозить. Я не мог упустить такой случай и в предновогодний вечер нагрянул в гости к Тамаре. А когда Марик открыл дверь, подмигнул ему и громогласно вопросил:
- Ну что, настоящий?
- Настоящий! – шепнул он и обнял меня за ноги. И в этот момент я действительно почувствовал себя Дедом Морозом. Настоящим волшебником.
Анастасия Иванова

3586

Раздобыл на полдня костюм Деда Мороза – сходил поздравить внучку.

Нет, - понятно, что настоящий Дед Мороз есть, и он своё дело делает. Но он же один, а детей много. Поэтому взрослые иногда или даже часто помогают настоящему Деду Морозу – поздравляют деток вместо него. Это не считается нарушением правил новогодних чудес и волшебства.

Поэтому сегодня в Раменском по улице Чугунова шел Дед Мороз.

Реакция людей была двух типов: либо невозмутимо отвести глаза, поскольку ничего необычного в идущем по улице Деде Морозе нет, либо – радостно распахнуть глаза, сказать «здравствуйте» или просто улыбнуться.

Кто с малыми детьми – особая категория:
- Смотри! Дедушка Мороз! Ты же спрашивал! Подойди, поздоровайся!

Для этих у меня в варежке заготовлена горсть конфет – угощаю каждого ребенка, поздравляю с Новым Годом.
Некоторые детишки торопятся рассказать стихотворение, за что выдаю дополнительную конфетку из другой варежки.

Один сказал «спасибо» за конфету, и помявшись, спросил: «Дед Мороз! А машинку можешь дать?»
Я поднял глаза на его маму. Говорю: «Сейчас у меня нет машинки. Я постараюсь ночью волшебным способом тебе её под ёлку положить». А мама за его спиной мне кивает.

Захожу к внучке:
- Здесь живет хорошая девочка Алиса?

Прижалась к стенке, вся такая аккуратная, причесанная:
- Да! Это я!

Произношу свою речёвку, в которую она успевает вставлять реплики:
- Был у вас я год назад.
- Да, дедушка Мороз!

- Снова видеть всех вас рад! Подросла, большая стала, (она кивает) а меня-то ты узнала?
- Узнала, узнала!

- Всё такой же я седой, но душой я молодой. И готов я хоть сейчас прямо здесь пуститься в пляс!
А ты мне стишок приготовила?
- Да, дедушка Мороз.

- Ну, пойдем к ёлке.

Ведет меня к ёлочке, по пути сообщает: «Я люблю за ней прятаться».

Выслушал стишок, достал из мешка подарки, и быстрее ретировался, пока не узнала.

На обратном пути – молодой человек лет двадцати пяти:
- Здравствуйте! Я про вас читал в городском паблике, что вы будете ходить по улицам – поздравлять людей. Там даже маршруты были – только этого я там не видел. Можно с вами сфотографироваться?

Улыбаюсь в усы:
- Не только можно, но и нужно!

Ещё – возле пешеходного перехода с той стороны улицы мальчик и девочка с мамами увидали меня, закричали: «Дед Мороз! Дед Мороз!»

Они переживали, что им ещё почти минуту ждать своего зеленого, а Дед Мороз уйдет далеко уже.
Остановился, подождал их.

Получили и они поздравления и по конфетке. Мальчик рассказал стишок и спросил разрешения потрогать бороду.

Мы уже расстались, когда слышу сзади эту девочку: «Дедушка Морооооз!»

Оглядываюсь – девочка эта бежит ко мне. И запыхавшись:
- У меня сестренка есть. Можно и ей конфету?..

Так что, если есть Лига помощи Деду Морозу – принимайте. Заслуживаю.

3587

Нина - ДЦПэшница. Еле ходит с костылями. Маленькая, скрюченая. Сама про себя шутила "Жил на свете человек - скрюченые ножки." Светленький был человечек, Ниночка. В НИИ работала, потом в фирмочке. И все надомницей. То расчеты делала дома, то заказы принимала. Как бы сейчас сказали - на удаленке.
В советское время успела получить от государства однушечку на первом этаже и машинку - "Таврию" с ручным управлением. Квартирка осталась, а машинку уже новую не дали. Иные пришли времена, инвалиды хрен кому нужны.
Помирают родители, остается от них двушка в наследство. Думала продать, да надоумили коллеги - "Сдавай. Рубль летит, как ком с горы. Продашь-проешь и все. А на съем ты цену повысишь и вот тебе прибавка к зарплате."
Риэлторов тогда еще мало было, искали через объявы в газете, через знакомых. И тут является красавец-араб. Изысканые манеры, дорогой костюм, золотые часы, парфюм, все дела. Он инженер. Учился в Кембридже и Сорбонне. Здесь по контракту на год. Да, район отдаленный, да ремонт советский, да третий этаж без лифта и мусоропровода. Но Хасана устраивает, он мужчина скромный и после английского студенческого городка еще не такое переживет. С сочувствием в голосе говорит (говорят на английском. Нина - переводчица, правда техническая, а у араба инглиш практически безупречный. Этакий саудовский интеллигент в пятом поколении. К тому же мы что - буржуи какие? Дружба народов крепко вбита в сознание советского человека.) "Нинель, я вижу Вам будет тяжело приезжать каждый месяц. Давайте я заплачу за год вперед, а вы мне скидку 10%." И Ниночка плывет от такого обращения, от парфюма, костюма и Сорбонны. И делает скидку, и принимает хрустящие бумажки. (Он английским фунтом расплатился.) И счастливая едет домой, вручив арабу ключи. "Таврия" уже скрипит, но тогда еще не сгнила.
И живет Нина целый год хоть не как кошка в сметане, но чуть получше прежнего. Позволяет себе и покушать повкусней и часть гардероба поменять и даже на новый диван разорилась.
Через год араб звонит, говорит, что приятно было познакомиться. Он уезжает в свои барханы к любимому верблюду. Ключи у соседки слева, оревуар, мадмуазель.
Нина едет на родительскую квартиру. Прибрать там и снова искать жильцов. Взбирается на третий этаж, соседка отдает ей ключи и смотрит с невероятной жалостью.
-Что? - спрашивает Нина.
И бабку прорывает, да так, что Ниночка медленно опускается на пол.
Хасан прибыл на хату с кучей чемоданов, двумя женами, двумя братьями в бурнусах и женами братьев. Плюс куча детей.
И вся эта шобла запихалась в двушку. В гостинную (или залу, как хотите). В маленькой комнате они резали и разделывали баранов, которых каждый день привозил с рынка один брат. В ванне спала жена брата, поскольку в залу все не влезли. Дети спали в коридоре и на кухне. На кухне же четыре арабских тетки с утра до вечера парили и жарили национальные блюда, от которых весь подъезд рыдал горючими слезами - острая перченая вонь.
Кто-то что-то вякнул, так арабцы мигом ему объяснили кто он такой и что сейчас будет, если русси не заткнется. Хасановы братья явно интеллигентами не были. По ходу выяснилось, что братья они друг другу, а Хасану то ли довереные слуги, то ли телохранители.
Нина на дрожащих ногах заходит в квартиру. Хата уделана в ноль! Баранья кровь и ошметки протекли под паркет. Запашина с ног сшибает. Зала ободрана и расписана фломиками бойких арабчат. Паркет частично выломан и опален. Кухня в толстом-толстом слое жира. Даже потолок. Унитаз верблюды разнесли вдребезги и пополам, пристроили на раструб воронку из линолеума. И так далее... и тому подобное... и до самой Италии...
Вот тебе и Сорбонна.
Остатки денег ушли на очистку и хоть какой-то ремонтик.
- Почему вы мне не позвонили?! - рыдала она. Соседушки стыдливо прятали глаза.
И с этого момента - все! Кончился слепой советский интернационализм. Лесом пошла доверчивость и "на год вперед."
Хоть в Кардене, хоть в золоте, хоть в парфюме.
Никаких арабов, кавказцев, негров, китайцев! Всех лесом!
Только славян!
И каждые две недели ездит - проверяет.
И уже двадцать с лишним лет - так и только так!

3588

Новогодний корпоратив

Вот ещё история, которую рассказал Лойс, произошла она гораздо позже и от этого ещё интереснее.

Касается она того же Чардаша.

«Я жутко завидовал скрипачам, что они могут его играть, а мне остаётся только аккомпанировать. Но вроде как считалось, что эта вещь не для фортепиано ... хотя, в принципе, а почему бы и нет? С таким педагогом по фортепиано, какой был у меня в училище, я бы его и ногами сыграл, даже не разуваясь. В общем, хотя я уже и не занимался музыкой профессионально, инструмент у меня был, и проводил я за ним немало свободного времени.

В общем, приступил я к покорению Чардаша в фортепианном варианте.

С медленной частью проблем не было, музыка сама под пальцы ложилась как ровная дорога под хороший автомобиль. Сложность была только в том месте, где быстрые арпеджио поднимают мелодию сразу на две с половиной октавы вверх, но это было не самое страшное. Трудности начались с быстрой части, однако "терпение и труд всё пересрут": в сочетании с львино-ослиным упрямством сделали своё дело, и вершина была покорена.
Мои домашние в меня, конечно, верили - потому как знали мои возможности, но когда я первый раз сыграл им целиком в нужном темпе, поразились даже они. И с того момента фортепианная версия Чардаша стала неотъемлемой частью моего репертуара. И самому приятно, и пальцам полезно и всякий, кто слышит, в ступоре. Одним словом, сплошной ништяк, куда ни глянь.

Весна 2000 года. Апрель, самое начало. Я тружусь в издательском доме "Чёрная курица" при Фонде Ролана Быкова, попутно подрабатывая на издательства "Белый город", "Росмэн", "Эксмо" и "Глосса". И в Доме Литераторов проводится утренник детской книги с участием множества детских писателей, с большинством которых я хорошо знаком, а с некоторыми - так просто дружу. Разумеется, на этот утренник я привёл и классы, где учились Лерка и Владка (мои старшие дочери), а после мероприятия остался на банкет, который устроили там же. Девчонок с собой оставил: их все знали и очень любили.

Помимо писателей и технических работников, вроде меня, там были чьи-то друзья, родственники, просто знакомые; в том числе там оказался и композитор Марк Минков. Вы можете знать его песни; назову только одну: "Не отрекаются, любя". Её и ещё несколько он прямо там на банкете исполнил, благо было на чём. В малом банкетном зале рояля, конечно, не было, зато было хорошее пианино фирмы Petroff. Играть на таком - одно удовольствие.

Я потом рассказал Минкову, что мы учились у одного педагога. Он поржал на тему того, что Агафонников (учитель Рыбникова) ещё и верстальщиков обучал (ну не воспринял он меня как музыканта), и мы пошли пить и закусывать.

Будь я к тому моменту трезвым, плюнул бы и забыл. Тем более, из всех присутствующих только единицы знают, что я - бывший музыкант, да и те понятия не имели, что я оканчивал.
Ну не приходилось как-то к слову.

И почему-то меня заело.

Сажусь я весь такой за пианино и всей кожей чувствую недоумённые и снисходительные взгляды: типа, «что это ещё за дарование объявилось?». Ежу понятно (вот же всё понимающий зверёк!), что от меня ждут чего-нибудь типа Чижика-пыжика, Собачьего вальса или, на худой конец, полонеза Огинского.

Вначале я не собирался играть Чардаш: просто не уверен был, что получится; всё же перед ним надо хорошо разыграть руки, да и поддавший я был. Не сильно, в меру, но всё же, всё же, всё же…

Однако эти взгляды…

В общем, очень уж на меня подействовали они стимулирующе.

Не существуй скучной книжки под названием "УК РФ" - поубивал бы всех, съел, потом доел и допил всё, что оставалось, забрал девчонок и уехал домой. Но поскольку я человек добрый и законопослушный, пришлось убивать их другим способом.

И я врезал Чардаш.

На медленной части моя чувствительная кожа начала мне подсказывать, что тональность во взглядах начала меняться. Модулировать, как это принято говорить на языке музыки. Они стали малость офигевшими; потом - более чем малость офигевшими, затем сквозь всё это начало проступать уважение, но доля скепсиса всё же присутствовала. Дескать, это довольно простая часть. Как говорил Промокашка Шарапову: "так и я сыграть могу". Но когда началась быстрая часть, тональность взглядов резко модулировала в "дикий ахуй".

Не слышно было не то, чтобы звона посуды, чавканья и бульканья - я и звуков дыхания не слышал.

А поскольку такая реакция подстёгивает ещё больше, то после торжественного проигрыша в середине быстрой части, передохнув на нём, я взвинтил темп финала до совершенно уж невозможного. Казалось: ещё чуть-чуть, и клавиши задымятся.

Слава Богу обошлось…

А лица всех присутствующих, когда я с небрежной вальяжностью обернулся к ним после финального аккорда, порадовали меня больше, чем самые бурные аплодисменты, переходящие в овацию. Аплодисменты, конечно, тоже были - когда народ, отойдя от шока, таки вспомнил, шо у них есть руки, которыми уже можно что-то делать.

(Если кому интересно, потом я их добил - тридцатью двумя вариациями на тему "Мурки" - от баховского стиля до рок-н-ролла, и заколотил крышку гроба, сыграв "К Элизе" Бетховена с завязанными глазами)».

От себя добавлю к этой истории – никогда не знаешь, что ожидать от сотрудников скучного офиса. Может, для этого и существуют корпоративы )))

3589

Три гения перевоплощения

Совершенно реальная история (!)

Дело было в далёком 1989 году. Прекрасным летним вечером, а точнее уже — ранней ночью, в то самое время, когда по Зелёной улице обычно проходит трамвай между Мирами, трое студентов Гнесинки возвращались пешком с тусовки.
Скрипач Миша Орлов (партийная кличка Граф, потому, что на самом деле потомок графа Алексея Орлова-Чесменского) – гениальнейшая личность и ещё более гениальный раздолбай. Вытягивал только на своём незаурядном таланте, но в конце концов и тот не помог, и Графа отчислили. Гитарист Фил, стопроцентный цыган и музыкант (в хрен знают каком поколении): ещё его предки в Яре играли, а родители на тот момент играли в Ромэновском ансамбле, и сам он после института собирался туда же. Играл, разумеется, на семиструнке, и держал её так, как держат настоящие, а не киношные цыгане и классические гитаристы: грифом в правую руку, а не в левую. Ну, и Лойс, мой хороший друг и в будущем гениальный композитор, с ними за компанию.

Летняя ночь, повторюсь, была на самом деле прекрасной. Таких выпадают единицы, да и то не каждое лето. Возвращались они с одной тусовки, хорошо «выпимши и покуримши», шли без определённой цели — просто наслаждаясь самим фактом своего существования в этом красивом, хоть и не без недостатков, мире, который лежал перед их юными полными сил ногами и только и ждал, когда они его покорят — весь, без остатка. А когда ногам доверяешь самостоятельно выбирать маршрут, они обязательно в конце концов приводят в хорошо знакомое место.

Вот и тогда: отвлёкшись от беседы (а она была, несомненно очень умной и содержательной, хотя и прерывалась время от времени приступами неуёмного смеха) они обнаружили, что стоят прямо возле Гнесинки.
Ещё очень этому удивились, так как туса происходила довольно далеко, да и двинулись они поначалу вроде как в совсем другую сторону.

Молодые дарования тут же восприняли это как знак судьбы и жутко захотели вот прямо сейчас сварганить какое-нибудь трио.

Тем более, что до этого разговор шёл как раз о музыке (а о чём ещё разговаривать трём укуренным гениям — не о женщинах же! Хотя о нас, они, судя по степени похотливости Лойса, конечно же, тоже разговаривали).

А на улице, повторюсь, ночь. А институт, соответственно, давно закрыт. Можно было, конечно, добраться и до общаги — но она далеко, пока дойдёшь, рассветёт, да и настрой улетучится. Денег на такси, разумеется, нет, все ушли на радости жизни.

Но когда такие мелочи, как закрытый институт, останавливали Вершителей!

Бодро обходят здание по периметру, находят незапертое окно на первом этаже. Не предаваясь ненужным рефлексиям, туда лезут, проходят по этажу, находят класс с самым лучшим роялем. «Это было, – рассказывает мне Лойс, – непросто, поскольку практически все рояли были лучшими, но мне почему-то в тот раз захотелось, чтобы это был Стенвей»...

И с ходу начинают играть Чардаш.

Как они играли…

Как же они играли!!!

Граф на скрипке, которая под его руками поёт и рыдает человеческим голосом; Фил на гитаре выдаёт такое, от чего хочется воспарить к небесам, да вот потолок мешает; ну и Лойс на рояле выпендривается в меру сил. А их немало!!!

Одним словом, дали жару! Так дали – что до сих пор помнят. Сними их тогда кто-нибудь на видео – точно быть им звёздами ютуба.

Отыграли, выдохнули и наблюдают картину двух соляных столбов в дверном проёме. Серая форма, фуражки, дубинки и совершенно обалдевшее выражение лица. Точнее — лиц: их ведь было двое!

А дело в том, что когда парни лезли - совсем забыли, в каком районе находится институт. Место – одно из самых козырных, как говорят в Одессе: «Центрее не бывает». Промежуток между Бульварным и Садовым кольцами, через квартал Новый Арбат, до Арбатской площади 5 минут неторопливого хода, через дорогу здание Верховного Суда, рядом с ним какое-то посольство, на перпендикулярной улице — ещё одно, да и до посольства США метров 300...
Одним словом, милицейская активность там повышенная.

И вот один из патрулей видит, как трое тёмных-стрёмных личностей под покровом ночи лезут внутрь охраняемого объекта — союзного значения, и рвут следом за нами с целью взять с поличным, пресечь, не допустить, повязать, доставить. Ну, и отпинать, если вдруг будет сопротивление. И прокравшись, видят картину: как эти «стрёмные» быстренько расчехляют инструменты и принимаются играть!

И как играть!!!

Из ступора стражи закона вышли минуты через три, и то после того, как парни сами уже к ним обратились с вопросом «какого чёрта»? Вообще-то, этот вопрос менты сами собирались задать, но нарушители их опередили.

Хорошо, у героев истории были с собой студенческие этого же института, спиртным от них не пахло, а семилистник они весь скурили до этого.

В качестве штрафа исполнили Третий Венгерский танец Брамса; тоже весьма неплохо получилось, хотя уже и без такого огонька.

))))

3590

Ж жалуется на проблемы со здоровьем, в частности с почками.
М: А вот если бы мы родили детей сразу, когда познакомились 17 лет назад, то они бы уже выросли, и вырастили бы нам органы на замену. Тебе были бы новые почки, а мне — новая печень!

3591

США - мы лидер в технологиях; Стенфорд, эМАйТи, Мiсrоsоft, Аррlе, Теslа. Все технологические прорывы последних 30-лет были сделаны нами. Китай - мы самая быстро развивающаяся страна в истории человечества. За 50 лет из отсталой полуголодной страны, мы стали индустриальным гигантом. Швеция - у нас самый высокий уровень жизни, благодаря грамотному подходу к управлению капиталом заработанным на продаже нефти. Россия - А я... А я... А я вам всем по морде дам.

3593

- Ты почему мусор не вынес? - Это очень хороший вопрос, я считаю для его решения требуется всестороннее рассмотрение, в ближайшее время будет собрана группа экспертов в гараже, где я лично дам задачу проработать этот аспект и найти причины данной обстановки... - Понятно, мусор будет дальше стоять, так, тут на комоде 5000 рублей лежало, где они? - В сложившейся ситуации, были рассмотрены все варианты и выбран наиболее доступный и возможный способ закупки Зл светлого и корюшки вяленой, хочется отметить, что закупленная корюшка не имеет аналогов в городском масштабе, что позитивно влияет на геополитическую ситуацию нашего гаража. - Сдача где? - Прошу отнестись с пониманием...

3594

«Жаворонок» – так называлась снятая в 1965 г. на Ленфильме кинокартина о подвиге советских танкистов в годы Великой Отечественной войны (сценаристы – Михаил Дудин и Сергей Орлов, режиссеры – Леонид Менакер и Николай Курихин). События происходят в центре Германии в 1942 г., когда Восточный фронт подходил к Сталинграду и Кавказу и немцы, даже обжегшись под Москвой, все еще были уверены в своем фюрере и в своей победе. На артиллерийском полигоне для испытания новых противотанковых снарядов они использовали в качестве мишеней трофейные советские танки Т-34 с экипажами из пленных танкистов – по-существу, смертников. Единственной надеждой на выживание был умелый маневр в движении по предписанному маршруту, но редкие машины дважды выезжали на полигон, на это поле смерти. Подбитые танки горели, а оставшиеся в живых танкисты загонялись в бараки и пополняли следующие экипажи.

Однако одна «тридцатьчетверка» три раза выходила целой из этих смертельных игр. Немецкие военные инженеры сначала недоумевали, а потом решили: «Иван очень умело ведет свой танк и не подставляет борт». А представители вермахта стали обвинять инженеров в неэффективности их боеприпасов. Обстановка на наблюдательном пункте накалялась. Поэтому руководитель испытаний назначил на следующий день еще один отстрел. Машину было намечено пустить по неблагоприятному для нее маршруту, когда большую часть пути она будет вынуждена подставлять под снаряды свой борт.

Не зная об этом, экипаж, готовя машину, понимал, что четвертый выезд может быть последним. Было решено устроить в танке ложный пожар и, остановив его, заглушить двигатель. Когда же стрельба прекратится и к машине направится вооруженная команда, обследующая машину, подпустить ее поближе, внезапно завести двигатель и, развернувшись, на большой скорости вырваться как можно дальше за пределы полигона. А там видно будет что делать. Главное – вырваться из плена!

На следующий день события развивались по намеченному плану. Немецкие инженеры, артиллеристы и представители вермахта, увидев черный дым, валивший из люков остановившейся и заглохшей машины, нарушили инструкцию и, не дождавшись вооруженной команды, вышли из укрытия и направились к якобы подбитому танку. Когда до него оставалось всего несколько десятков шагов, его могучий мотор вдруг взревел. Танк развернулся и, оставляя за собой шлейф черного дыма, стал быстро уходить прочь. Тридцатьчетверка, без боеприпасов и с малым количеством топлива, стремительно неслась по гладким немецким дорогам, пролетая городки, гарнизоны, мосты. Ее появление в центре Германии наводило панику на немцев, вызывало радость угнанных в рабство советских женщин. Они видели в ней предвестника освобождения. Это был жаворонок грядущей победы!

Остановившись, танкисты стали думать, что делать дальше. Можно было бросить машину и разбежаться. Но в баках танка еще оставалось немного топлива. Значит, для танкистов война еще не закончилась. А так как неподалеку находился военный аэродром (об этом догадались, заметив идущие на посадку «Хейнкели»), было решено ворваться на него и передавить гусеницами все, что можно.

Увы, до аэродрома они не добрались, погибли по одному. И в конце концов «тридцатьчетверка», покинутая экипажем, – оставшийся еще в живых механик-водитель выскочил на ходу, чтобы спасти мальчика, оказавшегося на пути машины, – на малой скорости ушла в бессмертие…

В заключение этого берущего за душу фильма звучит печальная и торжественная песня на слова поэта-танкиста Сергея Орлова в исполнении незабвенной Майи Кристалинской.

Наряду с артистами, служебными собаками и лошадьми, в этом фильме предстояло сыграть свою роль и настоящей «тридцатьчетверке» образца 1942 г., с литой башней и 76-мм пушкой. Директор фильма Джорогов нашел и отремонтировал на танкоремонтном заводе эту красавицу. На студии рядом с ней стоял, как жертвенный агнец, старенький, но опытный и на ходу легковой «Ханомаг», которому предстояло стать раздавленным «танком».

Но некоторые сложные эпизоды нельзя было снимать в натуре. Было решено использовать съемочную аппаратуру, позволяющую работать с объектами, уменьшенными в три раза. На Ленфильме в то время работала группа великолепных специалистов-бутафоров, способных сделать все что угодно: макет линкора, рухнувшего моста с железнодорожным составом, слона, пуделя, трупа с оторванной головой… Но действующий, управляемый сидящим в нем человеком танк в 1/3 натуральной величины, они сделать не могли.

Долго размышляя, как выйти из положения, постановщики фильма вспомнили о картинге – новом тогда виде автомобильного спорта. Они полагали, что если на этот низенький, стелящийся по земле гоночный автомобиль установить фанерный танк в нужном масштабе, то все проблемы будут решены. А я в то время работал главным конструктором Ленинградского завода, выпускавшего строительные и дорожные машины для городского хозяйства. И для того чтобы занять досуг инженеров и рабочих опытного производства, предложил построить гокарты и организовать спортивные соревнования. С энтузиазмом мы взялись за то дело. Вскоре в Ленинграде появилось несколько десятков подобных машин разных классов и меня, как основателя отечественного картинга, избрали президентом секции Ленинградского городского автомотоклуба ДОСААФ.

Ленфильмовцы, придя на завод, попросили меня пристроить на гокарт макет съемочного танка. Как бывший танкист, я сразу понял, что эта бутафория не будет похожа на движущуюся «живую» тридцатьчетверку. Кроме того, гоночный гокарт с массой всего 70 кг, даже с водителем и с надстройкой, не будет способен эффектно давить автомобили и разрушать стены, что требовалось по сценарию. Я убедил в этом киношников и предложил сделать для съемок настоящий, действующий и движущийся, но только в три раза уменьшенный танк Т-34, управляемый сидящим в нем водителем.

Узнав о том, что я берусь за две недели изготовить чертежи этой машины, и имея у себя на студии прекрасно оборудованные механические мастерские, ленфильмовцы с радостью согласились. Мне были обещаны златые горы, но меня привлекал не гонорар, а возможность решить интересную техническую проблему. Как конструктор я, начиная с 1951 г., занимался разработкой небольших колесных и гусеничных машин, обладающих высокой поворотливостью и проходимостью. Танк Т-34 мне был хорошо знаком по послевоенной работе в Кубинке, и в 186-м танковом полку, где я был зампотехом танковой роты. Выпускавшаяся нашим заводом тротуароуборочная машина ТУМ-57 с бортовой системой поворота имела главную передачу с реверсом и двумя бортовыми фрикционами и сблокированными с ними тормозами, что по габаритам и мощностным характеристикам идеально подходило для маленького танка. Идеально подходил для него и двигатель внутреннего сгорания от мотороллера «Тула». Этот двигатель мощностью 8 л.с. с воздушным принудительным охлаждением был компактным и сочетал в одном общем картере коленчатый вал, коробку передач, сцепление и механизм запуска.

Сложнее было с размещением водителя. Расстояние от пола днища корпуса танка до потолка-крыши башни, уменьшенное в три раза в сравнении с Т-34, составляло всего 630 мм. Если посадить на днище модели мужчину среднего роста с выпрямленной спиной и головой, то не хватало 150 мм. При углублении места в днище на 50 мм и при наклоне головы вперед, поза водителя позволяла на короткое время, достаточное для проведения съемок, управлять машиной.

Рычаги управления бортовыми фрикционами располагались между ног водителя, как в «Шермане». Управление сцеплением мотоциклетного тросового типа находилось на левом рычаге, управление подачей топлива – на правом. В качестве рычагов использовались две половинки мотоциклетного руля. Бензобак емкостью три литра располагался над карбюратором.

Рабочие чертежи я делал дома, благо вся семья была на даче; их я передал в мастерские студии через 10 дней. Корпус модели был изготовлен из 4-мм листовой стали. Из нее же были выточены опорные катки, ведущие колеса и ленивцы. Гребневые, холостые траки и пальцы гусениц директор фильма умудрился заказать и быстро изготовить на Кировском заводе. С литой башней дело было сложнее. Из металла ее было невозможно быстро изготовить. Выручили студийные бутафоры: увидев, как мы со слесарем-сборщиком обкатываем по территории Ленфильма нашу игрушку без башни, они взялись сделать ее по моим фотографиям. По сути дела, эта башня была как бы крышкой, закрывающей голову и плечи водителя: она плотно входила в круглый проем крыши корпуса и не требовала крепления.

Машина развивала скорость до 18 км/ч, легко разворачивалась, преодолевала препятствия, брала подъем в 30° и могла пробить деревянный забор, построенный из не очень толстых досок. Управлять ею (без башни) было даже приятно. Моя танковая душа испытывала большее наслаждение, чем при езде на гокарте. Вспомнилось, как в 1947 г. в Кубинке офицеры-технари помоложе катались, ради забавы, на немецкой танкетке-торпеде, у которой был электропривод от двух танковых аккумуляторов. Но по плавности хода и простоте управления наш маленький танк превосходил немецкую «торпеду». Появилась мысль превратить малютку-«тридцатьчетверку» в подвижной тренажер для обучения вождению водителей танков. Через год эту задумку я и осуществил в Ленинградском военном округе (об этом будет рассказано в другой публикации).

Недостатком нашей игрушки было только то, что с установленной башней водитель ничего не видел впереди себя. Поэтому впоследствии, на съемках, пришлось прорезать отверстие в днище корпуса, через которое можно было держать курс по меткам, нанесенным на дороге.

Съемки фильма производились в павильонах студии и в Ужгороде. На первых съемках в студии, которые велись в дневное время, Джорогов попросил меня поуправлять танком. Директор завода, на котором я работал, начал ворчать: «Ты что, в артисты хочешь? Думаешь тебе больше будут платить?» Он сам, получая 200 рублей в месяц, платил мне 180. Я попросил Джорогова перенести съемки на вечер или ночь. Это было нелегко, но мое требование было выполнено. А съемочный эпизод был сложным. Танк, раздавив бензовоз и пробив стену солдатского кинотеатра, давя стулья, въезжает в зал. На экране в это время демонстрируется специальным проектором из стеклянной будки подлинная немецкая военная кинохроника тех лет: фюрер с поднятыми кулаками что-то кричит. В этот-то момент и нужно было въехать в экран и раздавить Гитлера. Таков был замысел режиссеров.

Три раза у нас не синхронизировались движения. Почти все бутафорские стулья были раздавлены, и каждый раз все повторялось сызнова. Зал задымлялся, машина старилась грязными мокрыми тряпками, чтобы не блестела, Гитлер начинал орать, и условным стуком по башне мне давали команду двигаться. Пробив экран и стенку, мне нужно было останавливать машину по меловой метке. Если бы я ее проскочил, то свалился бы со съемочного подиума высотой около метра. Только под утро все было закончено. Я, качаясь от усталости, шел по Кировскому проспекту к себе домой на Выборгскую сторону и думал: «И на кой черт я с ними связался?».

На съемках же в Ужгороде снимался эпизод, когда танк (модель) проезжает по деревянному мосту (тоже модели), который тут же рушится. Дело было рискованное, разъем моста удерживался чекой в месте начала разрушения. При выдергивании чеки с помощью длинной веревки мост и должен был обвалиться. По расчету операторов чеку нужно было выдергивать в тот момент, когда третий опорный каток ходовой части танка наезжает на разъем. Но водитель (местный танкист-прапорщик) наотрез отказался участвовать в этой съемке: «А если чеку вырвут на полсекунды раньше, что будет со мной в этом железном гробу с гусеницами?».

Решение было мудрым – танк через мост благополучно (с точки зрения съемок) протащили на тонкой проволоке-буксире, а мост вовремя рухнул. При просмотре фильма даже опытные танкисты не могли сказать, когда на экране появлялся дублер, неотличимый от настоящего танка. Во время последних павильонных съемок на студии известный артист-комик Филиппов, узнав у меня, что за всю работу я получил 250 рублей, сказал, что я дурак. За эту работу нужно было требовать не менее 5000 рублей…

В наше время, когда 100-тонный «Буран» при сильнейшем боковом ветре с посадочной скоростью в 200 с лишним километров в час был с ювелирной точностью посажен на аэродром, когда мы начинаем страдать, если не работает дистанционный пульт управления телевизором, когда системы управления на расстоянии достигли совершенства, описанное решение задачи может показаться смешным, наивным. Но не надо спешить с оценками. Через несколько десятков лет наши теперешние успехи тоже могут показаться детскими нашим потомкам.

Все течет, все изменяется, все совершенствуется. Такова диалектика жизни. Вот только великий подвиг нашего народа, наших воинов, наших танкистов навсегда останется высоким, светлым и неизменным.

Автор: Рем Уланов, Журнал «Танкомастер» №1 - 1998

3595

Заботливые родители

Эта история произошла в начале двухтысячных. У одного дальнего знакомого, назовём его Шурик, была небольшая софтверная контора в Москве. Дела хоть и шли с переменным успехом, но в среднем на хлеб с маслом вполне хватало. Шурик был в разводе, бывшая жена с двумя детьми жила в Израиле. Отцом Шурик был заботливым и обеспечивал детей с избытком, да так, что заодно и бывшей жене работать не нужно было. Если не ошибаюсь, бывшую жену Шурика звали Лариса. Шурик часто бывал в Израиле, останавливался у Ларисы и у них были, что сейчас называется "открытые отношения".

И решили Шурик с Ларисой не жалеть ни денег ни усилий на воспитание своих двоих детей. А поскольку младшей дочке было лет 5 и она уже была записана на всевозможные кружки в Нетании, решили направить всю свою неуемную энергию на старшего - Игоря. Сказано - сделано. Вначале Игоря записали в "школу для детей-дипломатов, с углублённым изучением языков". Не знаю, о каких дипломатах или чемоданах речь, но школа была в Яффо в арабском квартале и в ней учились процентов 90% арабских детишек, а ещё 10% русскоязычных детей, родители которых, как Шурик и Лариса попали в незамысловатые сети специалистов по маркетингу этой школы. Иностранные языки таки преподавали: французский и английский. Но уровень преподавания всех предметов был где-то на уровне плинтуса.

Лариса месяца 3 повозила Игоря из Натании в Яффо в школу, её пыл как-то поубавился, да и Игорь сопротивлялся почти с первого дня. Ладно, что дальше делать? Шурик с Ларисой поразмыслили и решили, что учиться "с этими наглыми необузданными израильскими детьми" не комильфо. А у Шурика как раз дела реально пошли в гору.

И решили Игоря отдать в элитную школу в... Москве. Не буду утомлять читателя подробностями, скажу только, что за последующие 3 года Игоря переводили из школы в школу, из России в Израиль и обратно - раз 5. На скромные замечания друзей, что они с Ларисой, походу маленько преувеличили, Шурик реагировал типа: "всё под контролем. Мы - супер-пупер, охренические воспитатели, знаем, что делаем". В чужую семью никто лезть, разумеется, не хотел, у всех свои дела и свои семьи.

Игорь был где-то в 8-м классе, когда он в один прекрасный день заявил, что в школу больше не пойдет. Вообще ни в какую. Не помогли ни внушения, ни срочно прилетевший ближайшим рейсом Шурик.

Опущу множество ненужных деталей, просто подведу итог этой трагической истории.

Шурик решил, что раз уж со школой не пошло, может сделать из Игоря охренического программиста? Заодно и в фирме поможет, а там со временем гляди и будет кому дела передать. Семейный подряд: отец-сын. Звучит замечательно.

На робкие позывы Игоря, что ему мол программирование не нравится (по-моему он любил рисовать и у него хорошо получалось) - было забито: родителям виднее - будешь программистом.

Короче, в 20 лет Игорь умер от передозировки наркотиками. Кто в этом виноват - решайте сами.

3596

Мем https://www.anekdot.ru/id/1277634/ (ну, там где забанят всех несогласных) напомнил.

Помнится, давным-давно, когда рулил ЖЖ (кхе-кхе), был там очень популярный юзер Апач. Этакий хулиган, любивший жестоко поиздеваться над всякими мальчиками и девочками, начитавшимися Кастанеды, Ошо, Шри Ауробиндо, ещё каких-то шри... А надо заметить, что данная литература весьма пагубно влияет на неокрепшие юные умы. Эти самые умы вдруг начинают полагать, что уж им-то известна истина, они на пути к просветлению, ну и прочая херь, начисто разрушающая связи с реальностью и чувство юмора.

Ещё среди этой "продвинутой" братии был такой персонаж Мифгол, который считал Апача своим личным врагом, а Апач, в свою очередь, считал Мифгола главной кисо. Что такое кисо? Была такая игра, называлась "Киса куку". Правила простые. На просторах интернета находится девочка или мальчик, чем "продвинутее" – тем лучше, и оставляется коммент "киса, скакова ты горада?". Дальше пишется всякая фигня, типа, "а у тибя есть паринь?", "киса ты чиво абидилась?" и т.д. Если мальчик - то кисо, если девочка - то, соответственно, киса. Мифгол - мальчик. Киса куку, по сути, примитивный и шаблонный прикол, который очень легко сломать, поэтому те, кто применял классическую схему, тут же отправлялись в сад. Как потом пытались говорить, "киса слилась", а на самом деле, просто за тупость. В общем, так почти никто уже не делал, но термин прижился. Вряд ли классическое кисование было применено к самому Мифголу, но благородный дон был поражён в пятку тем, что он кисо и, как истинный паладин с пылающим мечом и в сияющих доспехах, со словами "Ты мне песочек за шиворот, а я тебя, за это, пристрелю из танка в глаз!" встал грудью на защиту всего хорошего от всего плохого.

Первым был забанен Апач. За дело "киса куку" взялись френды Апача, такие же, к слову, хулиганы, как и он сам. Тоже были забанены. А паладина уже было не остановить. Он понял, что тех, у кого Апач был во френдах ещё больше, и эти люди – точно такие же подонки. Ну а как иначе? Подонка читают только подонки, логично же? И тоже их всех забанил. Превентивно. Во избежание, тскз. Затем были забанены френды френдов... И где-то здесь произошёл сбой. ЖЖ, как оказалось, имеет лимит на баны, кажется, 5000. Ну, т.е. если тебе пишет какой-то хам, то таких можно банить по одному хоть миллион, но вот так, абсолютно незнакомого человека с которым никогда не пересекался - всего 5000. Выше крыши для нормального человека, но совсем мало для нашего паладина, ибо скверна проникла глубоко, а меч пылающий и доспехи сияющие. Вроде как он даже письма админам писал, с просьбами расширить лимит, а может, это просто слухи. Тема заглохла сама собой, там и сям попыхивая, как варящийся холодец, и долго ещё народ с гордостью заявлял "я забанен у Мифгола", "доказывая" свою адекватность. Классный был прикол!

Сам Апач пал, получив пожизненный бан уже от администрации ЖЖ, но это было позже.

Привет всем, кто помнит те времена.

3597

Набрал, по случаю, в поисковике «Татарские пословицы и поговорки». Просто надо было что-то необычное для поздравления, я-то сам не татарин, но какие-то изюминки в стандартном тексте быть должны, вот и решил прикоснуться к животворному источнику народной культуры. Результат, честно, разочаровал: почти все пословицы были мне знакомы с детства, типа: «Ворон ворону глаз не выклюет». Ничего оригинального. Но одна пословица, честно, заинтриговала. По-татарски приводить не буду, кому оно надо, а по-русски так: «Если уж вешаться, то на высоком дереве».
Вот говорят: «Потри русского, найдёшь татарина». Сколько меня не три, я именно эту мудрость не понимаю…

3599

Призвали меня в Советскую Армию в 1964 году из Даугавпилса (бывшего Двинска) и попал я в 33-й саперный Двинский полк, в 1944 году освобождавший Двинск от немцев и, поэтому так названный. Располагался полк в Ленинградской области примерно в 150 км от Ленинграда и в десятке километров от деревни Котлы (убогое селение, в которое я один раз за год сходил в увольнение, но увидев местный клуб, размещенный в бывшей церквушке, с разрушенным потолком, скоропостижно сбежал назад в казарму, закаявшись возвращаться к танцам под проигрыватель и прелестям местных доярок). Но я то был 19-летним юношей из цивилизованной Латвии, перед призывом уже посещавшим даугавпилсские кафе и молодежные клубы, и естественно, мне было с чем сравнивать... Но в моей роте служили по третьему году два, по сравнению со мною, великовозрастных молдаванина – Цугуй и Бичок. Кажется, им было лет по 27-28, и загребли их в армию, случайно выловив в молдавских горных селениях. И, наконец, на третьем году службы, один из них, более самостоятельный, Цугуй решил приобщиться к культуре и сходить в увольнение в Котлы. Молдаване со всего полка участвовали в сборах смельчака – наглаживали ему мундир, начистили до блеска сапоги, реквизированные у “молодого” – солдата первого года службы, а самое главное, собрали все значки, от Отличника Военно-спортивного комплекса до октябрятского, с дедушкой Лениным – все пошло в дело и вскоре Цугуй вполне мог соревноваться с Л.И. Брежневым, который в 1965 году еще не обладал бронежилетом из орденов.
В свободное время, если была возможность, а обычно только по воскресным вечерам, я с сослуживцами играл в футбол или баскетбол, и к отбою, после вечерней поверки, засыпал крепким сном до подъема в 6 утра. Но в эту ночь, после роковой экспедиции Цугуя, нас подняли в три часа ночи и построили всю роту, сто с чем-то солдат в казарме, ибо “брат героя”, Цугуй, из увольнения не вернулся. Почему “брат героя”, спросите вы... Это было прозвище обоих молдаван из нашей роты, ибо, как нам проповедовал замполит, за годы Великой войны с немцами было всего два молдаванина - героя Советского Союза. И, естественно, ротный остряк Витька Хохлов, присвоил каждому из наших молдаван кличку - “брат героя”...
Стоим мы, сонные, а перед нами гарцует, тоже посреди ночи разбуженный и непохмеленный, а поэтому злой как сто гадюк, ротный – капитан Шабуров. И сквозь плохо скрываемый мат, извергаемый им сквозь зубы, мы начинаем понимать, что Цугуй из увольнения не вернулся. Но возмездие не за горами, ибо старшина Онищенко, постоянный партнер нашего ротного по пьянкам, уже послан в Котлы на вездеходе, в поиски Цугуя, естественно, по хорошо известным ему с капитаном местам и хатам (где они с ротным не раз воевали с зеленым змеем). Оба были из Сибири, практически необразованные мужики, в 41-ом грудью закрывшие Москву от немецкого наступления. Выжившие в войну, и совершившие малую военную карьеру – Онищенко за драку с патрулем, уже после войны, разжаловали до старшин, а Шабуров был удачливее и в капитанах удержался. Оба уже были в шаге от пенсии.
После получаса дремоты в строю, настал апофеоз – доставили Цугуя. Еле стоявший на ногах, пьянючий, расхристаный и облеваный, он, тем не менее, выглядел счастливым и довольным собой. И когда ротный, скрежещущим от нескрываемой похмельной ненависти, голосом произнес – “Что ты, рядовой Цугуй, скажешь своим товарищам, которые из-за тебя посреди ночи уже целый час стоят в строю..”. И Цугуй, со счастливой улыбкой, внезапно обнял капитана и со словами – “товапищ капитан, она такая хорошая!” – внезапно облевал Шабурову весь мундир.
Вся рота, все сто с чем-то солдат, задохнулись от хохота... Цугуй был ими прощен, окончательно и бесповоротно. Даже старшина Онищенко, выдавив из себя – вот же мудак –показал в ухмылке стальные протезы.
Парни из 33-его саперного Двинского полка, призыв 1964, если кто еще жив, вам привет.

3600

Ференц ликёр.

«Что венгру хорошо, то русскому смерть».
Сильно переиначенная мной фраза А. В. Суворова.

В не такие уж отдалённые времена довелось мне поработать в Венгрии на строительстве и запуске в работу одного небольшого завода. Само предприятие находилось на окраине села, километрах в сорока от Эгера с его, Эгера, крепостью, купальнями и винными погребами.
Жили мы в доме в том же селе. Мы – это три технических специалиста: инженер Андрей, специалист по всему что может самостоятельно двигаться и что-либо поднимать Серёга и я, Мишаня, в качестве технолога и программиста.
Со временем, худо-бедно, насколько позволяло знание языка, мы познакомились с нашими соседями по улице, в числе которых были Ференц и его жена Марта.
Ференцу было уже около семидесяти, но это был статный поджарый мужчина. Своей короткой стрижкой и седой бородой он чем-то напоминал Старину Хема. Марта же была невысокой женщиной с очень умными и красивыми глазами, которая постоянно что-то говорила. К сожалению, мы не понимали и четверти из её монологов.
При всём внешнем благополучии, Ференцу и Марте явно недоставало общения, особенно с детьми. У старшего сына детей не было, а младший, хоть и наградил их внуком, но сам был широко известным в узких кругах учёным и постоянно находился где-то на других полушариях Земли. Поэтому, когда в очередной приезд Серёга привёз свою семью вместе с пятилетним сыном, они были приглашены в дом Ференца. Потом ещё раз приглашены. Потом Серегин сын получил право приходить туда самостоятельно, когда ему захочется, и неизменно угощался разными домашними сладостями, которые великолепно готовила Марта. В конце концов, Серёга как-то раз пришёл из гостей и сообщил, что в следующий раз и мы с Андреем приглашены к Ференцу.
Несмотря на солидный возраст, Ференц являлся председателем местного охотничьего клуба, и его дом представлял собой этакий музей в миниатюре, где по всем стенам и углам были развешены-расставлены черепа, головы и чучела разных зверей и птиц. Позже, побывав там не один раз, мы стали замечать, что экспозиция периодически меняется. На наш вопрос о причинах миграции чучел, Ференц ответил, что местный музей периодически делает тематические выставки и берёт у него какие-нибудь экземпляры, а старые возвращает назад.
Надо сказать, что, похоже, национальными видами спорта в Венгрии являются взращивание и безудержное потребление стручкового перца (паприки) всех видов и любой степени остроты и производство местного фруктового самогона – палинки.
По-моему, паприка там везде: в хлебе, сыре, сосисках, колбасе. Лично сам видел, как один из наших рабочих-венгров обедал колбасой с паприкой и закусывал её болгарским же перцем вместо хлеба.
Палинку гонят все, даже принципиально непьющие. Гонят и из свежих фруктов и ягод, и из падалицы. Гонят крепкую – 50-60 градусов и «женскую» - 40 и ниже. Гонят яблочную, грушевую, малиновую, абрикосовую, сливовую, виноградную, ещёнепоймикакую, потому что название этих фруктов на русский язык не переводится. Лучшие рецепты хранятся под семью замками в тёмных мрачных погребах и передаются по секрету только на смертном одре.
Мы тоже пытались участвовать в этих видах спорта. Например, мы с Серёгой устраивали соревнования по количеству колечек острого перца в борще. Серёга вырвал победу у меня изо рта, съев борщ с шестью колечками, я же осилил только пять. Андрей в этой спартакиаде участия не принимал, благоразумно решив для себя, что запасным желудком и сфинктером его мать-природа не наградила. Зато Андрюха выгнал самую крутую палинку из винограда, который рос у нас во дворе.
Ференц же был непревзойдённым Мастером Палинки. Каждый раз, когда мы приходили к нему в дом, он доставал маленькие серебряные стопки и одну из бутылок из закромов. Разливал, и, под неизменное «эгишеги» - по-русски «на здоровье», мы выпивали этот нектар. У венгров не принято закусывать палинку, наоборот, следует подождать, подышать, «поплямкать», наслаждаясь послевкусием. Потому из закусок на столе был кофе, сливки и сладости, которые к нашему приходу готовила Марта. Бутылка пряталась, доставалась другая, с не менее вкусным содержимым, и всё повторялось. Так нас угощали тремя-четырьмя видами палинки, а затем мы напоследок пили кофе с плюшками от Марты.
И всё, как говорится, было хорошо, пока в один из визитов мы не попросили Ференца угостить нас своей самой крепкой палинкой. Ференц улыбнулся, что-то пробурчал себе в бороду и ушёл в закрома. Принёс он оттуда тёмно-зелёную плоскую поллитровку, до пробки набитую мелкими стручками перца. Оставшийся небольшой объём между стручками занимала жидкость. На бутылке красовалась этикетка с изображением мужика, подозрительно напоминавшего австрийского императора Франца-Иосифа и надписью «FERENC LIKER». Мы напряглись. «О! Именная!» - осторожно сказал Андрюха, и Ференц разлил по стопкам. Он сказал что-то по-венгерски, затем махнул стопку и продолжил речь. «Тю, фигня, - заулыбались мы, глядя на Ференца, - решил нас перцовкой напугать». Мы окончательно расслабились, и Серёга немедленно выпил.
Если бы Сергей в этот момент сидел за столом, то история, может, потекла бы в другом русле, но он, на свою беду, стоял. Взвизгнув и зарычав одновременно, Серёга выронил стопку из рук, два раза крутанулся вокруг себя и, фактически, исчез. Во всяком случае, я не заметил, как он убежал. Где-то что-то громко хлопнуло. Злые языки утверждали потом, мол, это была дверь, но мне кажется, что Серёга нечаянно преодолел звуковой барьер.
«Как-то странно он себя ведёт», - подумали мы с Андрюхой, и я тоже немедленно выпил. Ну что сказать… Видимо, в прошлой жизни, в средние века, я подделывал монеты, и меня тогда не поймали. А сейчас провидение вспомнило про мои грехи и, таки, решило наказать. Я никуда не побежал, не выл, не визжал. Меня просто пригвоздило к стулу, и мне казалось, что мне в рот залили расплавленный свинец, и он, свинец этот треклятый, сейчас сделает внизу меня дыру и вытечет на пол. При этом, я усиленно пытался сделать вид, что всё хорошо и, вообще, я такое каждый день перед сном пью, но у меня предательски дёргался левый глаз. На все эти телодвижения Андрей смотрел уже очень подозрительно. «Пей, не бойся, нормально всё», - сказал я ему чужим хриплым голосом, а потом зачем-то добавил: «Пей, а то из-за стола не выпустят». Андрюха обречённо вздохнул и выпил.
Ничего не сказал нам Андрей. Он,вообще, долго потом ничего не говорил, просто молча быстро выпил кофе, затем сливки, потом съел плюшки. Потом долго с надеждой смотрел на Марту, пока она не принесла ещё плюшек, и мы их быстро съели уже вдвоём. Потом пришёл Серёга выяснять что это было. И выяснил! Отсмеявшись, Ференц и Марта рассказали нам, что угостили нас перцовой настойкой, которую Марта готовит, чтобы втирать Ференцу в спину от ревматизма.

<< ← 6768697071727374757677 → дальше →

Партнеры

Реклама