Анекдоты про темноты |
202
ФАКТЫ О ЧАКЕ НОРРИСЕ
[i]Памяти мастера боевых искусств, обладателя чёрных поясов по каратэ, тхэквондо, тансудо, бразильскому джиу-джитсу и дзюдо, основателя стиля Chun Kuk Do, актёра, друга и ученика Брюса Ли и просто хорошего человека, Чака Норриса, посвящается.[/i]
На протяжении длительного времени о Карлосе Рэе "Чаке" Норрисе ходило и ходит множество легенд, неподтверждённых и подтверждённых фактов.
Чак Норрис, со свойственным ему чувством юмора, не подтверждал и не опровергал ни один из них.
Предлагаем Вашему вниманию известные и малоизвестные правдивые факты о Чаке Норрисе:
Чак Норрис - первый не-азиат, получивший чёрный пояс по тхэквондо, создавший собственный стиль, Чак-Кун-До (Чун Кук До, "Путь 1000 земель" [корейск.]), и открывший собственную школу боевых искусств.
Чак Норрис - первый не-азиат, пошутивший про рост Брюса Ли и ушедший со съёмок фильма без лейкопластырей.
Заблокировать удар Чака Норриса с разворота может лишь Брюс Ли, 1000 шаолиньских монахов или сам Чак Норрис ударом другой ноги с разворота.
Во время съёмок фильма "Путь дракона" Чак Норрис проводил удар ногой с разворота намеренно ниже скорости света, чтобы не огорчать своего друга Брюса.
Чак Норрис в детстве долго учился ходить, так как всякий раз, когда он поднимал ногу, у него получался непроизвольный удар ногой с разворота.
Однажды Чак Норрис так сильно и быстро ударил противника ногой с разворота, что его нога превысила скорость света, переместилась в прошлое и наклонила только что построенную Пизанскую башню.
Британские учёные установили, что энергия, выделившаяся при Большом Взрыве примерно равна 3,14 УЧННсР (3,14 Удара Чака Норриса Ногой с Разворота).
Чак Норрис досчитал до бесконечности. Дважды.
После того, как Чак Норрис досчитал до бесконечности дважды, он досчитал до минус бесконечности трижды.
На последней странице Книги рекордов Гиннеса мелким шрифтом написано, что все возможные мировые рекорды принадлежат Чаку Норрису, а в книге просто перечислены те люди, которым удалось максимально к ним приблизиться.
Чак Норрис может делить на 0.
Чак Норрис при желании может войти в чёрную дыру и выйти обратно.
Когда Чак Норрис падает в воду, он не становится мокрым; вода становится чакноррисовой.
Если бы в результате временного парадокса Чак Норрис мог сразиться с самим собой, произошёл бы экзистенциальный коллапс и Вселенная схлопнулась бы до размеров Эквадора.
Чак Норрис - единственный человек в мире, который обыграл стену в теннис.
Чак Норрис умеет забивать жидкие гвозди.
Однажды, умываясь, Чак Норрис затопил Атлантиду.
Извержение вулкана Эйяфьядлайёкюдль в Исландии в 2010 году произошло из-за сдвига тектонических плит, начавшееся потому что рядом сильно чихнул находившийся в турпоездке Чак Норрис.
Чак Норрис - единственный, кто может захлопнуть вращающиеся двери.
Чак Норрис не чувствует боли. Боль чувствует Чака Норриса.
Когда Чак Норрис приходит сдавать кровь, его кожу невозможно проткнуть шприцом. Поэтому он всегда просит дать ему пистолет и ведро.
Чак Норрис не причёсывается. Он просто смотрит на волосы, и они в страхе сами распутываются. Кстати, именно поэтому у Чака Норриса никогда не запутываются наушники.
Обычная жилая комната насчитывает 558 предметов, которыми Чак Норрис может побить противника, включая саму комнату.
Оружия массового поражения не существует. Есть только Чак Норрис.
В доме Чака Норриса нет дверей - только стены, сквозь которые он проходит.
Чак Норрис пользуется ночником не потому, что боится темноты, а потому, что темнота боится Чака Норриса.
Чак Норрис - единственный, кто может послать удар ногой с разворота по электронной почте.
Чак Норрис настолько крут, что его показывают даже выключенные телевизоры.
Чак Норрис может погнаться за двумя зайцами и поймать четырёх.
Под бородой Чака Норриса нет подбородка. Там ещё один кулак.
Многие любят носить костюм с символикой Супермена.
Супермен любит носить костюмы с Чаком Норрисом.
Смерть пришла к Чаку Норрису во сне. Иначе на тот свет отправилась бы она.
Чак Норрис жив. Но на первых десяти уровнях ада все черти уже мертвы.
Господь принял Чака Норриса в рай, потому что дьявол со слезами умолял не пускать Чака Норриса в ад.
В раю открылась школа Чун Кук До.
|
203
Он свернул шею конвоиру и прошел пешком больше тысячи километров по немецким тылам: как советский генерал дважды сбегал из плена и вернулся на фронт
Двадцать второе июня 1941 года генерал-майор Александр Бондовский встретил в своем кабинете. На часах было четыре утра, когда за окном начали рваться первые бомбы. Только что закончилось совещание по снабжению, все разошлись спать, и тут началось такое, что сон отменился сразу на несколько лет вперед. Его 85-я стрелковая дивизия стояла под Гродно, в двух шагах от границы. Бондовский успел вывести людей из лагеря до того, как немецкая авиация накрыла пустые палатки. Но это было только начало. Впереди его ждали два плена, два дерзких побега и больше тысячи километров пешком по вражеской земле.
В тот же день к нему привели сбитого немецкого летчика. Зенитчики сбили его после того, как наш истребитель протаранил вражеский самолет. Пленный вел себя нагло, не отвечал на вопросы, а сам спрашивал, скоро ли падет Минск. При обыске под его форменным кителем нашли гражданскую одежду. Оказалось, что если бы его подбили, он планировал затеряться среди местных жителей и продолжать разведку. Но куда больше генерала поразила история советского пилота, который пошел на таран. Бондовский разыскал его в медсанбате. Тот рассказал, что в полку дежурили всего два летчика — остальные уехали в театр в Минск. Эти двое взлетели без приказа. Старший политрук сбил два или три бомбардировщика, но его самолет подожгли. Раненый, он сел, пересел в другую машину и снова взлетел. Сбил еще один самолет, его опять подбили, он опять сел, пересел в третий истребитель и дрался, пока не кончились патроны. Тогда он ударил врага винтом. Выжил. Врачи насчитали у него больше десяти ранений.
Двадцать четвертого июня пришел приказ наступать на Гродно. Генерал понимал, что сил нет, но приказ есть приказ. Дивизия двинулась двумя колоннами. И тут начался ад. Девять с половиной часов подряд немецкие самолеты сменяли друг друга. Одна девятка бомбит, уходит, на ее место заходит вторая и штурмует с бреющего полета. И так без остановки с утра до темноты. Колонны были прижаты к земле, потери в орудиях, машинах и лошадях были чудовищными. Наутро бойцы тащили пушки на себе — лошадей перебили. Еда кончилась, патроны собирали у убитых. Несмотря на это, один из полков все-таки захватил старое стрельбище и редуты Гродненской крепости. Но потом пришел приказ отходить. Дивизия попала в котел.
Из окружения прорывались двумя группами. Одной повезло — она вышла к своим через три недели. Второй командовал сам Бондовский. Двадцать первого июля его группу накрыли у деревни Миляевка. Генерал назвался рядовым, чтобы остаться с бойцами. Их погнали в колонне на запад. На четвертый или пятый день, когда колонна проходила мимо деревни Дубенка, Бондовский переглянулся с товарищами, и они бросились на конвоиров. Убили троих и убежали в лес.
До своих он добирался полтора месяца. Питался тем, что давали крестьяне. Шестнадцатого сентября 1941 года вышел к линии фронта. Свобода продлилась чуть больше месяца. Двадцать первого октября при попытке переправиться через реку Десну он снова попал в плен. На этот раз судьба дала ему ровно сутки. Пленных загнали на ночлег в сарай. Генерал дождался момента, напал на охранника и свернул ему шею голыми руками. Вырвался один.
Дальше были два месяца одиночного пути через Новгород-Северский, Глухов, Рыльск и Курск. Зима наступала на пятки. Двадцать четвертого декабря у деревни Крюково он пересек линию фронта и вышел к своим бойцам. Если сложить весь пройденный путь от белорусской Дубенки до курского Крюкова, получится больше тысячи километров. Пять месяцев скитаний. Два плена. Два побега. Он единственный советский генерал, который смог провернуть такое.
Дома его встретили не с распростертыми объятиями. Четыре месяца контрразведчики проверяли, чем он занимался в плену и почему так долго блуждал по тылам. Обвинений не предъявили, но на фронт не пустили — отправили преподавать на курсы. Бондовский писал рапорт за рапортом, просился обратно в строй. Только в конце 1943 года его назначили заместителем командира корпуса, а потом дали дивизию. Воевал он успешно, но недолго. Двадцать третьего февраля 1944 года при форсировании Днепра попал под артиллерийский обстрел. Врачи ампутировали ему правую ногу. После госпиталя он снова преподавал, потом заведовал военной кафедрой в Полтаве. Уволился в запас в 1947 году. Умер в 1970 году в Иванове. На его кителе три ордена Красной Звезды, два ордена Красного Знамени, орден Ленина и именное оружие. В Гродно есть улица его имени и памятник бойцам его дивизии, которые стояли насмерть в июне 1941 года.
|
|