Анекдоты про пылесос |
Утром пылесос приказал очистить его от волос или шерсти животных. Кофейный аппарат последовательно потребовал: долить воды, очистить контейнер от гущи, досыпать кофейных зерен. Холодильник свистком подозвал закрыть дверцу. Превращаюсь в помощника помощников. А в случае с кофемашиной вообще в сырьевой придаток.
|
Мне однажды на первом свидании подарили пылесос!
Перед Новым годом достала я свой старенький, а он работать отказался. Ну, в переписке с ухажёром это и упомянула без всяких мыслей, а он предложил мне вместо цветов подарить пылесос. Я, если честно, приняла это в шутку!
Мы встретились, чудесно погуляли, он подвёз меня к дому, я собралась уходить, а он мне вслед: "А пылесос?!". В смысле, "Пылесос?!"
Он открывает багажник и реально его достаёт! Сказать, что я офигела - ничего не сказать!
Помог мне его поднять на 5-ый этаж.
И вот знаете, я не помню большинство букетов в жизни, а это никогда не забуду) Пользуюсь им до сих пор и каждый раз кайфую. Мощный, тихий, правда, огромный как моющий, но это не критично.
Я, наверное, единственный человек в мире, которому на первое свидание подарили пылесос)
|
|
Когда в 1996 г. в Москву приехал легендарный Майкл Дебейки, чтобы подстраховать наших врачей, которые делали шунтирование сердца Ельцину, он сказал журналистам, что хотел бы поклониться Мастеру.
Ни один из журналистов не знал этой фамилии, тогда Дебейки повторил по слогам, полагая, что его просто не понимают. Дебейки жалел, что Мастер — не врач, а биолог и не может продемонстрировать свою виртуозную технику операции на человеке.
А Мастер в то время доживал свой век в маленькой однокомнатной квартире со старой мебелью. Он был выжат до дна бесконечной травлей. Последние годы даже не выходил из дома, потому что мог запросто заблудиться. Так закончил свою жизнь человек, который изменил мир.
Южно-африканский всемирно известный хирург Кристиан Барнарде, который в 1967 г. первым в мире пересадил сердце человеку, по его собственным словам, был учеником Мастера и перед тем, как решиться на свой исторический эксперимент, дважды приезжал к русскому учёному. Не удивительно: никто другой в то время не обладал большим опытом в таком сложном и туманном деле, как пересадка и трансплантация внутренних органов.
Мастер, который придумал и сделал
1937 г. — первое в мире искусственное сердце;
1946 г. — первую в мире гетеротопическую пересадку сердца в грудную полость;
1946 г. — первую в мире пересадку комплекса сердце-легкие;
1947 г. — первую в мире пересадку изолированного легкого;
1948 г. — первую в мире пересадку печени;
1951 г. — первую в мире ортотопическую пересадку сердца без использования искусственного кровообращения;
1952 г. — первое в мире маммарно-коронарное шунтирование (1988 год — Государственная премия СССР);
1954 г. — пересадку второй головы собаке (всего им было создано 20 двухголовых собак).
В 1934 году Мастер поступил в Московский государственный университет на физиологическое отделение биологического факультета и очень рано начал научную деятельность.
В 1937 году, будучи студентом-третьекурсником, он сконструировал и собственными руками изготовил первое в мире искусственное сердце и вживил его собаке. Собака жила два часа. Чтоб сделать это сердце, Мастер продал свой костюм и купил необходимые серебряные пластины.
В 1940 году он окончил университет, написал первую научную работу. Начавшаяся война прервала научные поиски. В 1941–1945 годах Мастер служил в действующей армии в анатомической лаборатории.
С 1947 по 1954 годы учёный осуществил первую в мире пересадку лёгкого, трансплантацию предплечья. Ему удалось поддерживать жизнь собаки без головы.
В 1951 году на сессии Академии медицинских наук СССР в Рязани он пересадил донорское сердце и лёгкие собаке Дамке. Она прожила семь дней.
Это был первый случай в мировой медицине, когда собака с чужим сердцем жила так долго. Сообщают, что она жила в холле того здания, где проводилась сессия, и после операции чувствовала себя вполне хорошо. Повреждение же гортани, от которого она умерла, было непреднамеренно ей нанесено во время операции.
В том же году великий хирург создаёт первый совершенный протез сердца, работавший от пневмопривода (пылесоса) и проводит первую в мире замену сердца на донорское без аппарата искусственного кровообращения.
В 1956 году он подсадил второе сердце дворняжке Борзой, которая после этого прожила больше месяца. Этот эксперимент привлёк значительное внимание мировой медицинской общественности, но на родине к деятельности хирурга по-прежнему относились холодно, а часто враждебно.
Академик В. В. Кованов, директор Первого медицинского института имени Сеченова, где одно время работал Мастер, назвал последнего «шарлатаном и псевдоучёным». Н. Н. Блохин, президент Академии медицинских наук, считал, что «этот человек — просто „интересный экспериментатор“». Многие считали саму идею пересадки сердца человеку, которую защищал учёный, аморальной. Кроме того, как уже говорилось, у великого хирурга не было медицинского образования, что давало многим повод упрекать исследователя в несерьёзности.
Тем временем, видные медики Чехословакии, Великобритании и США приезжали в СССР лишь для того, чтобы присутствовать на операциях Мастера. Ему присылали персональные приглашения на симпозиумы в Европе и США, причём принимающая сторона нередко соглашалась взять на себя все расходы. Однако Мастера выпустили за границу только однажды. В 1958 году он выехал в Мюнхен на симпозиум по трансплантологии. Его выступление там произвело сенсацию. Однако чиновники министерства здравоохранения посчитали, что Мастер разглашает советские секретные исследования, и больше он за границу ездить не мог. (Отношение к нему советского Минздрава было до смешного грустным. Тогдашний глава минздрава назвал опыты Мастера «антинаучными, шарлатанскими и вредными, но при этом выезд за границу ему был запрещен за то, что он на конгрессе в ФРГ продемонстрировал свои опыты, за это его обвиняли в разглашении гос. тайны. Так и хочется спросить: так лженаука или гостайна?
После смерти академика Вишневского, в 1960-м году из-за обострения отношений с директором института В. В. Ковановым, который не допускал к защите диссертации на тему «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте», Мастер был вынужден перейти в Институт скорой помощи имени Склифосовского. Там для него открыли «лабораторию по пересадке жизненно важных органов». В реальности это было помещение площадью пятнадцать квадратных метров в подвале флигеля института, половину которого занимали аммиачная установка и шкаф с препаратами и инструментами. Плохое освещение, сырость, холод. Ходили по доскам, под которыми хлюпала грязная вода. Оперировали при освещении обычной лампой. Аппаратуры никакой. Самодельный аппарат искусственного дыхания, все время ломавшийся списанный кардиограф. Вместо компрессора использовали старый пылесос. Под самыми окнами «лаборатории» кочегарила котельная, заполняя помещение едким дымом. Никто из ассистентов в дымной темной каморке больше получаса выдержать не мог. Помещения для содержания экспериментальных собак не было, животные ели, пили, принимали лекарства и процедуры и оправлялись тут же, в «лаборатории». Операции проводились на деревянных столах. Собак, участвовавших в экспериментах, учёный выхаживал после операций у себя дома.
Михаил Разгулов, один из учеников Мастера, вспоминал о том, как впервые студентом попал в его лабораторию. В старом дворе Склифа он спрашивал всех, кто ему попадался, как пройти в лабораторию. Никто не знал. Только один старый санитар указал на маленький полуразвалившийся флигель. Домик оказался пустым, только из подвала доносились голоса. Разгулов решил, что над ним подшутили, однако все-таки спустился вниз. В тускло освещенном подвале сидел Мастер... Правда, позже под лабораторию дали полторы комнатки этажом выше. Вот в таких условиях советский ученый ставил эксперименты, о которых потом заговорил весь мир.
В 1960 году Мастер выпустил монографию «Пересадка жизненно важных органов в эксперименте». Она стала единственным в мире руководством по трансплантации. Книга была переведена на несколько языков, вызвав живейший интерес в медицинских кругах. В нашей стране этот труд остался почти незамеченным. Кроме того, в это же время предпринимались попытки закрыть лабораторию из-за «шарлатанства».
В 1962 году Мастер подсадил второе сердце собаке Гришке. Пёс прожил после операции более четырёх месяцев. Это стало мировой сенсацией.
Лишь только в 1963 году Мастер, причём в один день, смог защитить сразу две диссертации (кандидатскую и докторскую).
Лаборатория под руководством Мастера работала до 1986 года. Разрабатывались методы пересадки головы, печени, надпочечников с почкой, пищевода, конечностей. Результаты этих экспериментов были опубликованы в научных журналах.
Работы учёного получили международное признание. Ему было присвоено звание почётного доктора медицины Лейпцигского университета, почётного члена Королевского научного общества в Уппсале (Швеция), а также Ганноверского университета, американской клиники Майо. Он является обладателем почетных дипломов научных организаций разных стран мира. Он был лауреатом «ведомственной» премии имени Н.Н. Бурденко, присуждавшейся Академией медицинских наук СССР.
Кристиан Барнард вошел в список 200 самых значимых людей ХХ века...
18 июля 2016 года исполнилось 100 лет со дня рождения крупнейшего русского гения, который, не прооперировав ни одного человека, спас миллионы жизней.
Это Владимир Петрович Демихов. Демихов — отец трансплантологии. Большинство своих экспериментов он провел в сырой подвальной лаборатории размером пятнадцать квадратных метров Института Склифософского.
27 июня 2016 года в Москве, в новом здании НИИ трансплантологии и искусственных органов имени Шумакова состоялось торжественное открытие памятника Владимиру Петровичу Демихову.
"Демихов. История главного человека в мировой трансплантологии - RusTransplant"
Из сети
|
|
У моей соседки Лиды живёт пёс по кличке Барон. Барон — пёс уважаемый, умный, почти человек: ест только варёное филе, спит исключительно на подушке и обижается, если с ним не здороваются.
Недавно Лида купила себе робот-пылесос. Назвала его ласково — «Вася».
Барон с первого дня смотрел на Васю с подозрением:
— Кто такой? Почему ездит? Почему гудит, а хвоста нет?
Поначалу он просто следил. Потом начал отбирать территорию: если Вася крутился на кухне, Барон демонстративно ложился поперёк двери, типа: «Не пройдёшь, механическая гадина!»
Через неделю Лида пришла домой и застала картину: Барон гордо сидит посреди комнаты, а Вася стоит в углу, выключенный, с обмотанным шнуром вокруг щёток.
На экране у пылесоса надпись: “Ошибка. Препятствие обнаружено.”
Барон посмотрел на хозяйку с видом:
— Ну всё, я починил. Благодари.
С тех пор Вася запускается только когда Барон гуляет.
Но каждое утро пёс встаёт, обнюхивает пол и ворчит:
— Опять этот Вася тут был. Ну ничего… война продолжается.
|
|
ДИВАН
София считалась самой красивой девушкой на курсе, плюс она еще и на красный диплом шла. Естественно, у нее были толпы пассивных поклонников и даже десяток тех кто поактивнее. На тот момент в число активных ухажеров пролез Игорь. Обычный парень, не богат, звезд с неба не хватал, но всегда чем-то занимался, старался выбраться из студенческой нищеты.
Вот однажды после второго свидания, Игорь проводил Соню до подъезда, галантно попрощался, а Соня поймала ухажера за рукав и просто сказала:
- Подожди, зайди, давай хоть чаем тебя напою, а заодно с мамой и дедом познакомлю.
Что? Испугался? Не хочешь– ну, как хочешь.
- Почему это не хочу? Я очень даже с удовольствием, но как-то неожиданно. Надо было бы хоть тортик прикупить, там…
- Ты думаешь, что за тортик они тебя сразу полюбят?
- Ладно, если только ненадолго.
- А ты нам надолго зачем?
- Логично, убедила.
Вошли, Игорь напоролся на цепкий взгляд Мамы. Довольно холодно познакомились и София повела Игоря в комнату Деда.
Дед с трясущейся головой, полулежал на своем огромном, темно-сером диване.
Рядом с диваном ожидали ходунки и даже утка, на всякий случай.
- Дедушка, познакомься – это Игорь, мой одногруппник, мы в кино ходили.
Дед недоверчиво посмотрел на ухажера, протянул старческую ручку и сказал слабым голосом:
- Анатолий Севастьянович, только я не дед Софии, а прадед. Ну, так и что вы, Игорь, хотите от нашей Софии?
На выручку подоспела Соня:
- Дедушка, он ничего не хочет, просто Игорь меня до дома проводил. Или ты хочешь, чтобы я в одинадцатом часу одна добиралась?
- Нет конечно, одной нельзя. А скажите-ка мне, Игорь, чему равен определитель единичной матрицы? Или хотя-бы, чему равен «i» в квадрате?
- Оп, оп, оп, Дед, не грузи человека, он и так в шоке. Не переживай, он намек понял и уже уходит. Игорь, а, кстати, Анатолий Севастьянович работал завкафедрой в нашем институте, правда – это было еще до рождения всех наших преподавателей…
Игорь ушел, а Соня с мамой в комнате деда еще долго выслушивали, что этот Игорь слишком простоват и туповат для Софии. То ли дело Алик, у Алика хоть машина есть, уже не на метро по ночам возвращаться. Или, на худой конец, Марк, мы хоть семью его знаем. А этот, ни то, ни се. Да еще и в математике полный ноль.
Спустя неделю, Дед очень удивил всю свою небольшую семью: Вечером, когда мама вернулась с работы, а Соня из института, они обнаружили потрясающую картину – Дед, сидя на табуретке и одной рукой держась за ходунки, маленькой щеточкой мыл свой диван. Точнее сказать, домывал. Перед ним на полу стоял тазик с мыльной водой, Дед окунал в него щетку и потихоньку тер какое-то незаметное пятнышко. В том что девяностосемилетний Анатолий Севастьянович, пытался хоть что-нибудь сделать по хозяйству, как раз не было ничего удивительного, он всегда был деятельным человеком и его тяготило старческое бессилие. Но что это стал за диван! Еще утром это был темно-серый, стариковский, трагичный диван, весь засаленный, как будто бы даже немножко дерматиновый. Повсюду замытые пятна от… в общем, жуткие пятна.
А к вечеру дед отмыл свой диван, практически до первозданного состояния. Ни одного пятнышка и что самое поразительное, настоящий цвет дивана оказался не грязносерым, а почти белым, с легким, голубым оттенком. Мама даже слезу пустила, потому что внезапно вспомнила этот цвет из своего глубокого детства. Да и запах, запах старости испарился, как и не бывало, в дедову комнату воцарился запах дорогого мебельного магазина.
Дед еще долго гордился и хвастал своим подвигом Геракла, да и было чем хвастать. Мама с Соней безоговорочно признали, что им бы не хватило, ни сил, ни усердия, а упорный Дед, вот смог, ему стоило только сильно захотеть…
Как-то в разговоре Дед спросил:
- Софья, а где тот твой ухажер, Игорь? Что-то он к нам не заходит. Пригласи его как-нибудь, пусть хоть на мой голубенький, чистый диван полюбуется, а то в тот раз он смотрел на него как буржуй на маузер. Кстати говоря, я поразмыслил на досуге и пришел к выводу, что этот Игорь совсем не плохой парень и видимо относится к тебе очень серьезно.
Во всяком случае, Алик ему и в подметки не годится, а уж тем более Марик. А машина– дело наживное…
- Да все нормально с ним, если хочешь, то я его хоть завтра в гости позову…
Через полгода Соня и Игорь поженились, а Анатолий Севастьянович всю оставшуюся жизнь так и прожил на своем чистейшем диване с голубым отливом, на этом диване он и умер во сне, совсем чуть-чуть недотянув до ста.
P.S.
Прошло почти двадцать лет.
Как-то на даче, Игорь и Соня учили уму-разуму своего старшего сына – студента первокурсника:
- Сынок, дело ведь совсем не в деньгах, мы с Мамой тебя любим и нам ничего для тебя не жалко. Но откуда этот инфантилизм? Да и что это за цены на кроссовки? Они что, за тебя будут в институт бегать? Я все понимаю, но покупать кроссовки за десять стипендий, даже за одинадцать…
- Да, Папа прав, кроссовки, которые стоят как подержанный автомобиль– это уже не обувь, а что-то другое. За такие деньги можно целые олимпийские игры в нормальные кроссовки обуть. Даже вместе со зрителями. А если ты действительно хочешь такие кроссовки, не вопрос, заработай. Ты молодой, здоровый парень, заодно и покажешь, что ты не только молодой и здоровый, а еще и умный и целеустремленный.
- Легко тебе говорить «заработай». А как я заработаю? Хорошо вам с Папой было в ваше время. Повсюду можно было заработать. Сейчас другое время, дорогие мои родители, дру-го-е!
Игорь потихоньку закипал:
- Какое другое!? Что другое!? Время всегда одно и то же! Всегда бедные были одинаково бедны, а богатые одинаково богаты, всегда нужно было крутиться, чтобы добыть себе кусок хлеба. Слава богу, что ты с этим не столкнулся пока. А представь себе, я вот с самого первого курса, почти каждый день подрабатывал; и утром до лекций и после, почти до самой ночи. Ездил с огромной сумкой на колесиках по всему городу. Ты думаешь, что я от этого удовольствие получал? А весила моя телега килограммов двадцать пять, а то и больше . Таскался как Папа Карло по заказам, зарабатывал. Мне ведь нужно было не только что-то есть, еще и родителям подбрасывал.
- Ну и что ты там таскал? Что ты делал, Папа?
- Представь себе экстрактор - это такая здоровая гробина, похожа на пылесос, к нему всякая химия, бутылок двадцать, может больше. Тряпки, щетки с мотором, насадки, фен для сушки, маленький пылесос и ещё бог знает что. Я занимался химчисткой мягкой мебели. Так, бывало, умудохаешься, пока отмоешь какой-нибудь зассаный матрас, или диван…
Игорь как будто уперся головой в стену, он почувствовал на себе взгляд жены.
- Ой, черт, Соня, прости пожалуйста, ох дурак я, дурак. Я ведь Деду поклялся унести в могилу его секрет… наш с ним секрет…
|
|
О двух ковбоях, блокировщике рекламы и демографическом кризисе
Сидел вчера, листал ленту. И чё-то так тошно стало от этой вечной плашки «Отключите блокировщик рекламы, поддержите автора». Ну, думаю, ладно, давайте поиграем в эту вашу осознанность. Выключил.
Посмотрел, блин, рекламу утюга. Пять секунд жизни в помойку, зато блогеру упала копейка. Из чьего кармана? Из кармана производителя утюгов. А тот откуда эти деньги вытащит? Правильно, заложит в цену утюга, который я же потом и куплю. То есть чувак заплатил платформе , чтобы увести меня у другого такого же чувака, который продаёт чайники. Это же буквально тот тупой анекдот про двух ковбоев, которые бесплатно дерьма наелись в прерии, зато обеспечили стопроцентный оборот капитала. Два гиганта сжигают вагоны денег на маркетинг просто ради того, чтобы удержать свои несчастные тридцать процентов рынка и остаться на месте. А мы сидим, обтекаем.
Экономисты, конечно, щас прибегут, слюной брызгать начнут. Реклама двигает прогресс! Без неё ты бы не узнал про робот-пылесос! Слушайте, идите к чёрту. Как будто я без баннера на пол-экрана не знаю, что мне нужно купить, чтобы дома чисто было. Для этого есть поиск. Есть нормальные площадки. Сделайте так, чтобы вещь была крутой, люди сами её найдут и купят.
Но нет. Задача этой машины уже давно не в том, чтобы рассказать тебе о пылесосе. Задача в том, чтобы ты почувствовал себя говном.
Они же бьют в самые комплексы. Ты сидишь в своей старой куртке, тебе нормально, тепло. Включается ролик, и тебе тридцать раз с разной интонацией объясняют: слышь, ты неудачник. Тебя бабы не любят, потому что у тебя куртка без мембраны. Иди впахивай ещё на одной работе, возьми кредит, сдохни на этой стройке, но купи. Ты бежишь, покупаешь. Радости — ровно на три дня, пока коробку до помойки несёшь. На четвёртый день выходит новая модель, и тебе снова доходчиво объясняют, что ты нищий. И ты смотришь на свои счета, на эту жизнь и думаешь: блин, какая семья, какие дети, тут самому бы не сдохнуть под забором, зачем плодить нищету.
Из-за утюга в браузере. Понимаете, да? Начали с копеечки автору, закончили демографической ямой.
И самое смешное — там даже денег-то нет. Я ради интереса посчитал эту их цифровую математику. Твоё время, твои нервы, твой трафик, твой личный экзистенциальный кризис эти корпорации скупают оптом. Знаете по чём? Примерно по одной десятой цента за просмотр. Десять копеек. Чтобы блогер заработал на тебе на чашку паршивого кофе, ты должен сожрать тонну этого шлака. Да если бы в браузере была кнопка «Списать с меня один рубль в месяц напрямую автору, только уберите это», мы бы все вздохнули. Но корпорации такую кнопку делают по совсем другой цене
И не надо пугать, что если все включат Адблок, то интернет умрёт и всё закроется под пейволлы. Никуда оно не закроется. У людей физически нет столько денег, чтобы подписываться на каждый чих в сети. Нас просто тошнить начнёт от этих подписок через месяц.
Останется нормальная, человеческая экономика здравого смысла. Как на Твиче или в Википедии. Девяносто девять процентов смотрят бесплатно с включённым адблокером и в ус не дуют, а один процент преданных фанатов засылает автору нормальные донаты. Потому что любят. И блогер сразу перестаёт сосать пальцы в погоне за миллионами просмотров и дурацкими кликбейтами, а начинает делать контент для людей. Нормальный контент. Либо учится делать рекламу прикольной — нативной, глупой, весёлой, вшитой прямо в видос, которую ты сам не захочешь перематывать, потому что она сделана талантливо.
Так что каждый раз, когда вы врубаете Адблок, вы не воруете у автора копейку. Вы работаете санитаром этого заплеванного цифрового леса. Вы просто бьёте по рукам системе, которая пытается сделать вас несчастными ради того, чтобы перепродать ваше внимание за бесценок.
Ковбои, расходитесь. Меню отменяется.
|
|
Жизнь как робот-пылесос,
Маячки как слово SOS.
Кошка ждёт его сигнала
И прокатится слегка,
Где на кухне у кормушки
Есть лучи от его пушки
Где лежали безделушки
У фонтанчика воды.
Как в такси порулит мягко
И глаза закроет лапкой,
На конечной точке мягко
Спрыгнет. И мурлыча себе сладко
Все сожрёт не больно кратко,
И ждёт рейс его обратный.
Тихо глянет в душу ярко.
И умчится спать с подарком.
Настоящая жена!
|
|
Приехал Пикассо в город, у него на вокзале сперли чемодан. Приходит он в участок, такое, мол, дело. Ему офицер говорит: - А вы кого-нибудь подозреваете? - Ну, наверное, это был носильщик... - А описать его можете? - Описать не знаю, а нарисовать могу... К концу дня по обвинению в краже имущества великого художника было арестовано: двое мужчин, трое женщин, телевизор, пылесос и троллейбус.
|
|
