Шутки про палата - Свежие анекдоты |
7
Всем запомнились траты USAID на трансгендерных мышей.
Вот и французы решили выяснить, на что тратит деньги налогоплательщиков аналогичный фонд во Франции.
Счетная палата ЕС выявила, что 3 миллиарда евро были потрачены на совершенно абсурдные вещи.
Например:
«Франция финансировала борьбу с джихадистами в Мавритании. А почему бы и нет? Знаете как? В Мавританию было отправлено €18 млн для покупки 250 верблюдов. Всё бы хорошо, вот только в Мавритании на 7 млн мавританцев уже приходится 3 млн верблюдов. Поэтому, когда мавританцы увидели прибывших 250 верблюдов, они слегка опешили.
Так же, Франция купила огромное количество электроблендеров для школ в Эфиопии. Единственная проблема в том, что там в школах нет электрических розеток.
Франция финансировала настоящие концлагеря в Африке, в которых, пытали людей. Это всё финансировать на деньги налогоплательщиков Франции. "
|
8
Самое страшное для солдата - безделье. А самые бездельники это те, кто лежит в госпитале с выдуманными диагнозами. В то лето в нашей части таких было много. Сообщать настоящую причину повального расстройства желудка (отсутствие гигиены в столовой) командиры не разрешали. А приписывать дизентерию - побоялись. Поэтому диагноз был на всех один - энтероколит. В простонародье - дристуны.
Расстройство желудка нам вылечили в госпитале за один день. Но из инфекционного просто так не выписывают. Мнимым больным приходилось развлекать себя чем попало. В основном, запрещенными способами - играли в карты, как-то доставали спиртное.
Якуты алкоголь совершенно не переносят. Немного водки - и вот, один из палатных «засранцев», Ванька Архипов (имена у якутов полностью “русифицированы”), шатаясь, ищет с кем бы подраться. Едва стоит на ногах, но решает выбрать самого большого - меня. Как ребенка, беру его на руки. Бережно, но так, что бы не брыкался. Минут через пять обездвиженный боец северный ниндзя мирно засыпает и переносится в свою койку…
Раньше малые народности в армию не призывали. Но бронь Андропов отменил и в нашей части появились ребята из Якутии. Почти у каждого был свой талант. Кто-то умеет рисовать, кто-то вырезать по дереву, а кто-то играет на музыкальных инструментах. У Вани, похоже, были все эти таланты.
Откуда-то в палате появилась коробка пластилина. С этого момента на эмалированном подносе для сбора баночек каждый день появляются все новые и новые фигурки. Заяц, лиса, медведь, солдатик.
Как-то слепил маленький бюст Ленина, не хуже фабричного.
Обновление экспозиции каждое утро восторженно рассматривает несбыточная мечта всех пациентов - молоденькая медсестра отделения: “ой как красиво, ой как похоже!”
Дни тянутся бесконечно долго. Хирургию, офтальмологию и прочих выздоравливающих выпускают на прогулки и поручают несложную хозяйственную работу. Хоть какое-то развлечение. Покидать инфекционное отделение нельзя. Вот и Ване уже осточертело лепить животных и бюсты вождей. Он сминает все фигурки в один большой разноцветный ком и начинает ваять что-то новое. На этот раз, довольно крупное.
На следующее утро наша медсестричка расстроена. Нет зайчиков и мишек - пропали все фигурки. На подносе лежит нечто красивое, большое, невероятных цветовых оттенков. “Что это?” - интересуется девчушка. Мы уткнулись в подушки, что бы ни чем не выдать сюрприз. Медсестра берет предмет в руки, рассматривает со всех сторон, поворачивает… краснеет, роняет на пол, говорит нам - “дураки!”, и выбегает из палаты.
Все, больше можно не сдерживаться - молодые придурки ржут во весь голос.
Почти сразу в палату врывается заведующий. Поднимает с пола слегка помятую, но узнаваемую, отлично детализированную разноцветную модель мужского органа в боевом состоянии.
Еще через полчаса наша палата полностью “выздоровливает”. Всех выписывают с матюками, а Ваню - с формулировкой “за нарушение дисциплины”.
Обычный солдатик за такое мог бы запросто загреметь на гауптвахту. Но не Иван. Его очень ждут в штабе. Для Поста N1 срочно требуется помощь - нужно завершить величественное панно с цитатами партийных гениев в обрамлении флагов и другой героической атрибутики.
|
|
10
Лето, пионерский лагерь, на дворе начало 90х. На смену пионерским песням пришла попса: «Комбинация», «Ласковый май», Богдан Титомир и иже с ними.. Картина маслом: ночь, палата мальчиков, неизвестный шум. Входит воспитатель. Все спят, кроме одного десятилетнего пионера. Он смотрит в потолок и поет песню: «Секс, секс, как это мило! Секс, секс без перерыва!». Воспитатель строго: «Петя! Что это такое?! Спи сейчас же, а не то покажу тебе.. секс без перерыва!..». Вся палата поднимает головы с воплем: «ДАВАЙТЕ!».
|
|
11
БРАТ.
Его забрали в армию, когда я учился в 10-м классе. Отгремели проводы, и Тимоха поехал служить под Курск в инженерных войсках. Он писал бодрые письма. Мы ждали его дома, считая дни. Кровать опустела, и мне не хватало его шуток…
Пригревало солнышко, впереди маячили каникулы, и я шел после школы домой в приподнятом настроении.
Открыв дверь, я понял сразу - «Что-то не так». Мама на кухне жарила котлеты, ее плечи беззвучно вздрагивали, на столе лежал вскрытый конверт. Мама никогда не плакала. Предчувствие катастрофы сжало сердце: «Мааам?». Она лишь, молча, указала на конверт.
Это было письмо от Тимохи. В письме он буднично сообщал, что его из курской части командируют в Термез (город в Таджикистане на границе с Афганистаном). Там – 3 месяца в учебке, затем - в Афганистан.
В Душанбе жила мамина подруга по университету – тетя Алина. Она частенько бывала у нас в гостях. Мы созвонились с ней, и она вызвалась съездить в Термез, повидаться с Тимохой. В часть ее не пустили. Но разрешили поговорить через забор. Тимоха глотал слезы и счастливо улыбался – впервые за много дней он видел родное лицо из другой, мирной, привычной жизни. Тетя Алина совала ему через прутья решетки изюм, курагу и грецкие орехи, приговаривая: «Тима, на трех изюминках можно прожить целый день!»
Распределительный пункт в Термезе был жутким местом. Очередь призывников сортировали по специализации и городам. В туалете за умеренную сумму какие-то личности предлагали выпить полстакана мочи желтушника. Переболевший гепатитом автоматически переставал быть годен к службе. Были и те, кто пытался наносить себе увечья прямо перед кабинетом военкома. Тимоха попал в саперную роту, и первой точкой его дальнейшей службы стал Кандагар.
Впоследствии один знакомый сотрудник военкомата рассказал о негласном правиле забирать призывников из многодетных семей. Мол, если что – не единственный ребенок , у матери есть «запасные дети». Циничная логика имела некое основание…
Брат неожиданно быстро освоился, привык к постоянной жаре, обезвреживал минные поля, распознавал типы мин и способы минирования, сам закладывал мины. Он наладил отношения с местными, выучил их диалект, обменивал и покупал вещи. За годы службы он постепенно потерял всех друзей, сам оставаясь неуязвимым для мин и пуль. Он стал считать себя проклятым и начал верить в Аллаха.
Тимоха вернулся через два года. Без единой царапины, ни одного ранения, потеряв 15 кг веса, загоревший как араб, в полевой форме – он появился на пороге дома, словно призрак с того света.
Он был жив снаружи. Но мертв внутри. И мы учились жить по-новому. Никогда не подходить сзади, всегда быть в зоне видимости, и никаких резких звуков. Оказывается, щелчок выключателя похож на звук взведения курка. Это было непросто, в доме бегали младшие дети…
Тимоха продолжать воевать по ночам. Во сне он пробирался по афганским горам с ножом в руках, чтоб убрать моджахеда без стрельбы. Я стал реально бояться, этим моджахедом мог стать я.
Он напивался каждый вечер и обязательно затевал драку. Друзья оттаскивали его, но Тимоха провоцировал, нарывался и приставал ко всем – к прохожим, соседям, посетителям бара. Из добродушного увальня он превратился в злобного хищника, жаждавшего крови. Однажды он вернулся домой с чьим-то ножом в бедре. Он плакал пьяными слезами, рассказывая, как однажды избитый старик в арбе привез к воротам части три обезглавленных трупа. Это были пацаны из их взвода. Бойцы, рассвирепев, прыгнули в БТРы и сравняли с песком кишлак с мирными жителями…
Союз Ветеранов Афганистана тогда предоставлял воинам-интернационалистам определенные льготы для трудоустройства, обучения и решения квартирного вопроса. Брат использовал возможность и поступил в МГИМО. За его плечами была спецшкола с английским уклоном и свободный арабский за два года в Афгане. Он поступил на факультет арабских языков и начал исписывать тетрадки арабской вязью справа налево, с конца тетради.
Чуть позже Тимоха устроился ночным администратором в Интурист. Свободное знание языков открывало многие двери. Гостиничный бизнес имел немало теневых возможностей заработка. Чаевые, комиссионные проституток, концертно-гастрольные… Брат получил возможность жить на широкую ногу. Но он все еще пробирался к духам с калашом по каменистым пустыням Афганистана. И глубоко презирал гостиничную публику. Тимоха снял квартиру, и к нему переехала жить одна из его девушек, пытаясь вернуть его к мирной жизни.
Я готовился к сессии, когда мне позвонил Колян, лучший друг детства Тимохи:
- Городская больница, 10 этаж, хирургия, палата 1023. Тимоха выстрелил себе в голову из травмата.
Врачи не любят самоубийц. Ежедневно вытаскивая людей с того света, они не хотят понимать тех, кто добровольно решил подвести черту.
Через неделю Тимоху выписали, живого, здорового и улыбающегося. Через пару дней он позвонил маме и рассказал, что теперь его жизнь кардинально изменится. Он будет счастлив , несмотря ни на что, и она может больше за него не волноваться. В тот же вечер мой брат повесился. Чувство вины – вещь смертельная. И мама ушла вслед за братом в том же году…
Войска из Афганистана вывели всего через два месяца после возвращения брата домой. Война шла 10 лет. «Афганский синдром» - 80% семей ветеранов распалось, половина погибла от последствий алкоголя и наркотиков (больше, чем на поле боя), треть сели в тюрьмы, погибших от суицида даже не считали – это происходило примерно через год после возвращения. Страна ничего не знала о реабилитации, психотерапии, посттравматическом синдроме.
К чему я это?
Что мы будем делать, когда люди начнут возвращаться с войны…
|
|
12
Не моё - автор © Палата № 6 / VK
Учусь в универе. Есть в нашей группе одна гламурная девушка из очень состоятельной семьи. Одежда, маникюр, дорогая машина - всё при ней. С нами почти не общается. Всё свободное время между парами с деловым видом беседует по телефону. И вот вчера вечером я случайно встретила её у торгового центра. Присев на корточки возле огромной бродячей собаки, она кормила её колбасой, отламывая куски своими холёными пальчиками с шикарным маникюром. Потом взяла морду собаки двумя руками и, глядя ей в глаза, что-то долго говорила. Лохматая грязная псина слушала её, не шевелясь, робко виляя хвостом. Потом случилось вообще неожиданное. Моя одногруппница пошла к своей машине и собака поковыляла за ней. И вот эта гламурная девушка открыла заднюю дверь своей стерильной тачки и запихнула туда собаку. Спокойно села за руль и уехала. А позже я узнала, что эта избалованная дочь богатых родителей содержит приют для бездомных животных и трудится там наравне со всеми. Я потом даже расплакалась, ругая себя за то, что судила о человеке только по его внешности. Или просто от нахлынувших чувств...
|
|
14
ДУШЕВАЯ ИСТОРИЯ
Флагманский механик Тимофеич был незаменимым на всю тунцеловную флотилию нашу в Атлантике, что тогда, четверть века назад, еще существовала (теперь-то её моль почикала и ржа съела - натурально). Время было бандитское, жлобское, вот, нувориши эту золотую курицу и подгребли по тогдашнему беспределу (ну, и угробили скоро благополучно – как водится). С моряками, ясное дело, не сюсюкались, особо буйным головам на пулю-дуру в них намекали, ну, а флагманского механика, что уже год, почитай, дома толком не был, уговаривали – пока по-хорошему: «Мы же, еще, пока по-хорошему тебе говорим!..». В общем, кочегарил он попеременно по всем семи тунцеловным сейнерам, не вылезая. И не знал, чего уж такого придумать, чтоб домой попасть… Стояли бы на берегу – он бы колёса машины представителя порезал (как потом сделал один стармех) – по такому делу, конечно, отправили бы домой. Но, в море мы болтались – уже полгода почти: ловили тунца желтопёрого и «полосатика».
И был у нас на флагманском же тунцелове рыбмастер – красавец мужчина! Высокий, кучерявые волосы с седой кабалкой, усы, как у Михалкова, животик тыквой. Балагур! Только что, без мозгов. Прозвали его Мюнхаузеном – враль был отменный, и все новости, которых еще и капитаны-то не знали, доводил до сведения экипажа уверенно. Смеялись, что по ночам он за ними на пушечном ядре летает.
Полной он был противоположностью весельчак затюканному работой, хмурному, но не сломленному Тимофеевичу. Который, к тому же, на бестолкового балагура зуб давно имел – но, то другая история…
А в нашей, поднимается в конце очередного рабочего дня усталый Тимофеич с машинного отделения, а навстречу ему пышущий жизнью рыбмастер из душа. В одних шлёпанцах, и полотенце на пузе. «Старый! Старый!» - приобнять в шутку лезет. От таких потуг и чувств полотенце развязывается, и соскальзывает на палубу. Механик, подёрнув очки на переносице, от объятий ловко уклоняется, и бочком-бочком спешит в каюту. Где на чистом листе чертает: «В связи с сексуальными домогательствами рыбмастера… прошу списать и отправить в порт приписки».
Получили такую депешу жлобы – фирмачи: «Базаре нет – надо уже отправить перекурить дедушку!» («Дед» - это стармех, по-морскому). Отправили первой оказией. А вумный рыбмастер – ума-то палата! – пошел по каютам уже со своей бумагой – за подписями. Что ни с кем никаких он непозволительных отношений не имел – поклёп все механика! И грозился при том: «Я на него в суд подам!».
Месяца через три зашли мы, по окончании-таки, промысла в порт заморский. Прилетел отдохнувший Тимофеич – свежий и весёлый: с рыбмастером они расходились теперь по разным бортам. А балагур рыбмастер, бывало, подскочит к столу на палубе, где суровые мариманы неизменно резались в шиш-беш, наплетёт – наплетёт чего-то, сам и посмеётся, и в конце:
- Ладно, побегу уже!
- Беги. Беги! – степенно бросал вслед кто-то. – А то, не ровен час, опять подписи собирать придётся.
С первым всех апреля! Хоть история и подлинная совершенно.
https://proza.ru/2018/05/14/1795
|
|
15
Каждый раз, когда брался за готовку, бесило в рецептах несоблюдение размерности. Почему нельзя использовать только стаканы или только граммы? Почему я вижу вот это стандартное: "Возьмите стакан крупы, 200 грамм муки, столовую ложку соды, две унции перца, пятьдесят миллилитров масла, один кубический сантиметр маргарина, две мелкие морковки и полтора локтя вермишели"? У меня кухня, а не палата мер и весов.
|
|
18
Полные варианты известных поговорок
Ни рыба, ни мясо, [ни кафтан, ни ряса].
Собаку съели, [хвостом подавились].
Ума палата, [да ключ потерян].
Два сапога пара, [оба левые].
Дураку хоть кол теши, [он своих два ставит].
Рука руку моет, [да обе свербят].
Везет как [субботнему] утопленнику [баню топить не надо].
Ворон ворону глаз не выклюет [а и выклюет, да не вытащит].
Гол как сокол [а остер как топор].
Голод не тетка [пирожка не поднесет].
Губа не дура [язык не лопата].
За битого двух небитых дают [да не больно-то берут].
За двумя зайцами погонишься ни одного [кабана] не поймаешь.
Кто старое помянет тому глаз вон [а кто забудет тому оба].
Курочка по зернышку клюет [а весь двор в помете].
Лиха беда начало [есть дыра, будет и прореха].
Молодые бранятся тешатся [а старики бранятся бесятся].
Новая метла по-новому метет [а как сломается под лавкой валяется].
Один в поле не воин [а путник].
От работы кони дохнут [а люди крепнут].
Пьяному море по колено [а лужа по уши].
Пыль столбом, дым коромыслом [а изба не топлена, не метена].
Рыбак рыбака видит издалека [потому стороной и обходит].
Старый конь борозды не испортит [да и глубоко не вспашет].
У страха глаза велики [да ничего не видят].
Чудеса в решете [дыр много, а выскочить некуда].
Шито-крыто [а узелок-то тут].
Язык мой враг мой [прежде ума рыщет, беды ищет].
|
|
21
Мне вот интересно: в рестораны и аэропорты без сертификата о прививке пускать не будут. С этим строго. А как с допуском осенью, на избирательные участки? В прошлом году, уже с весны без намордника не пускали в большинство учреждений, МФЦ, например. С транспортом - та-же история. В магазинах отказывались обслуживать. Зато во время семидневного пенькового голосования по изнасилованию конституции, особого внимания на эти слюнявчики не обращали. Это как с общественными мероприятиями: митинг на сто человек - чрезвычайная угроза распространения мифической чумы. Парад на несколько десятков тысяч - проявление немеряного патриотизма. Собрание пары-тройки десятков оппозиционно настроенных граждан - умышленная акция, направленная на распространение лютой заразы. Сборище толпы православнутых в храмах с непременным иконолизанием - в борьбе с эпидемией все средства хороши (а вдруг боженька поможет). Есть в Париже знаменитая Палата мер и весов, пора и в России, которую "аршином общим не измерить" завести свою палату. Двойных стандартов.
|
|
22
Военный юмор конечно очень специфичен. Но очень точный. В этом я и сам смог убедиться с годами. В 1971 г. мой дядя Саша, мамин старший брат, приехал в наш город и с учетом своих фронтовых заслуг лег в нашу центральную больницу. Как многие пожилые люди он обожал лечиться. Причем неважно от чего. Для него главным было пребывание в стенах лечебного учреждения, и чтоб вокруг были люди в белых халатах. Человек он был образованный, знал два языка, но законы возраста действовали на него одинаково со всеми. Уже на второй день мама послала меня с продуктовой передачей в больницу. Палата в которой он лежал, мне показалась просто роскошной. Огромная комната, в которой всего две кровати. Дяди Саши не было на месте, он гулял в местном парке. Его сосед, маленький дедок небольшого роста, в разговоре спросил, а дядька твой на фронте солдатом был или офицером. С гордостью сказал, он майор. Дедок улыбнулся. Да ты не подумай, просто поначалу решил, что он из шоферов. Всю ночь перебуксовку делал. Когда до меня дошло, что дядя, известный в родне, как большой пердун, и здесь успел отличиться, то вышел в коридор. Не хотелось ржать при пожилом заслуженном человеке. Но как же он красиво смог обозначить это явление.
|
|
23
Наш начальник любит разные нововведения и постоянно внедряет «улучшайзеры» рабочего процесса. То новое ПО установит, хотя нам и со старым было нормально работать, то для отдыха устраивает 30-минутные занятия спортом посреди рабочего дня. Увидел где-то, что в конце месяца некоторые компании выбирают лучшего сотрудника. Решил сделать такое и у нас, только добавил еще номинацию «Худший работник». Так как у всех разный объем и специфика работы, мы вывели одну формулу, где высчитывали количество потраченных часов, ресурсов и т. д. По итогам больше всего пользы принесли бухгалтер и уборщица, а вот меньше всего — сам начальник. Не прижилась как-то у нас эта традиция. А зря, я давно уборщицу тетю Катю такой счастливой не видел. © «Палата № 6» Vk.
|
|
24
Больничная палата. Стук в дверь. Заходит медсестра, подходит к больному и резко срывает одеяло. Затем берет бритву и резкими движениями обривает больному лобок, затем переворачивает и обривает зад. Вставляет туда свечку и переворачивает больного на спину. Больной смотрит ошарашено и говорит: - Я только не понимаю, зачем вы стучались? anekdotov.net
|
|
26
Я обладаю тем свойством, которое французы называют сообразительностью на лестнице, а русские – «задним умом крепок». То есть хороший ответ приходит ко мне в голову с опозданием, когда на полминуты, а когда на несколько лет. Тем ярче помнятся немногие случаи, когда ответ пришел вовремя. Вот один из них. Придется начать с длинного и не смешного предисловия, потерпите.
В начале 90-х моя семилетняя дочка попала под машину. Можно сказать, удачно: очень худенькая и легкая, от удара бампером она отлетела в сторону и обошлась без повреждений внутренних органов. Переломы обеих бедренных костей, сотрясение мозга и ссадины по мелочи.
Вторая удача состояла в том, что в Морозовской больнице ее снимки посмотрел великий профессор Немсадзе, главный детский хирург Москвы. Помню эти снимки: на левой ноге обломки кости не сходились на две трети толщины, а на правой вообще не соприкасались. Но Вахтанг Панкратович сказал, что оперировать ее не надо, может не выдержать наркоза. Полежит два месяца на вытяжке привязанной ногами к потолку, тут и тут (он нарисовал фломастером) образуются костные мозоли, и всё срастется, еще танцевать будет. Оказался прав. Танцевать дочка не любит, но 12-часовые смены на ногах (она медсестра в реанимации) и многокилометровые горные походы выдерживает без проблем.
Назавтра я раздобыл белый халат, накупил авоську продуктов, включая только что появившийся в продаже и стоивший ползарплаты йогурт, и с утра явился в отделение.
- Что вы хотите? – спросил меня лечащий врач.
- Быть с ней.
- Вы что, это же женская палата. Пусть придет мама или бабушка.
- Мамы у нас нет, одна бабушка живет за тысячу километров, а другая работает. И у нее стаж побольше моего, должность более ответственная, да и зарплата выше. То есть я могу взять отпуск за свой счет, а она нет.
Так я на два месяца оказался в девичьей палате. Сидел там каждый день с подъема до отбоя, меня не выгоняли, хотя мам других девочек пускали только в приемные часы. Наверное, потому, что дочка была самой тяжелораненой в отделении. Был, правда, еще десятилетний чеченский мальчик, который играл в футбол на окраине Грозного и наступил на мину. Одну ногу ему отняли до паха, а вторую, заключенную в сложный аппарат, пытались спасти. Но он лежал в отдельном боксе, а общие палаты населяли в основном подростки, неудачно покатавшиеся на лыжах, коньках и санках – была зима.
Почти всё время я проводил лицом к дочкиной кровати: кормил ее, мыл, смазывал от пролежней, менял памперсы (тоже только что появившиеся в продаже, стоившие ползарплаты и очень нас выручавшие), заставлял делать дыхательную гимнастику, а остальное время читал ей вслух. В центр палаты старался поворачиваться пореже, чтобы не смущать девочек. Разве что иногда протирал полы, да один раз вынес утку из-под лежачей девочки, когда ходячие не смогли договориться, чья сейчас очередь.
Девчонки очень быстро привыкли к моему присутствию и уделяли мне не больше внимания, чем швабре в углу. Я попал в положение натуралиста, изучающего изнутри жизнь обезьяньей стаи. Нравы в стае меня не особо радовали, а сказать прямо - шокировали. Мы такими не были. Хотя мои дети тоже выросли не такими. Дочка, наслушавшись их, потом рассказала мне такую сказку:
- Одна девочка очень любила ругаться блинами. И когда она сказала «блин» в тысячный раз, на нее с неба посыпалсь блины. И засыпали ее с головой насмерть.
Если бы эта сказка была правдой, палату заваливало бы блинами, хреном и другими менее аппетитными предметами каждые полчаса.
По вечерам в гости приходили пацаны из мужских палат, так что я имел сомнительное удовольствие присутствовать и при обрядах ухаживания. Альфа-самцом в стае числился переросток Марат. Он был явно старше 15 лет и не подходил для детской больницы, но почему-то его взяли, то ли по блату, то ли решили завершить лечение там, где начали. Не все в отделении щеголяли гипсом или аппаратами Илизарова, многих лечили от внутренних костных болезней. Марата, похоже, лечили от гигантизма: по размеру он тоже был переростком, головой под потолок и с непропорционально длинными конечностями.
Ухаживание у них было такое, что я бы предпочел находиться среди настоящих обезьян. Я не присматривался, но судя по девичьим «Отвали!» и юношеским «А чо?», происходило оно в основном на тактильном уровне, до выражения чувств словами мои обезьянки еще не доросли. Верхом остроумия считалось залезть к девочке в тумбочку, вытащить оттуда лифчик и перебрасывать его друг другу с комметариями: «Гы, глянь, лифон! Машка лифон носит!». При этом Машка не очень настойчиво пыталась его отобрать, притворно смущенная, но явно довольная таким вниманием.
В этих обезьяньих играх, кроме моей дочки, не принимала участия только тринадцатилетняя Оля. Отгородившись от всех одеялом, она обычно читала или что-то записывала в общую тетрадь. На заигрывания Марата и компании не реагировала никак. Им это, естественно, не нравилось, конфликт зрел и однажды прорвался: Марат полез к Оле к тумбочку. Заметив это, она кинулась к тумбочке первой, выхватила из нее – нет, не лифчик, а свою тетрадку – и выскочила с ней из палаты. Вернулась уже без тетрадки, явно успокоенная.
Назавтра в палату явилась толпа гнусно ухмыляющихся парней во главе с Маратом. В руках у Марата была слегка помятая Олина тетрадь.
- Гляньте, что я в мусорке надыбал! – объявил он. – Олькин дневник. Вот сейчас почитаем, что она про нас написала. А может, и не про нас, может, она влюблена в кого-то без памяти. А, Олечка?
- Отдай! – отчаянно закричала Оля и стала прыгать вокруг Марата, пытаясь отобрать тетрадь. Но куда там! Она не могла достать не только до поднятой к самому потолку руки, но даже до его мерзкой рожи. Остальные пацаны, да и девчонки, хихикали над ее отчаяньем.
Пришла мне пора выходить из роли наблюдателя-невидимки. Но, положа руку на сердце, что я мог сделать? Смешно попрыгать вокруг Марата? Он меня нисколько не боялся, был выше и сильнее, даже если не учитывать остальных троглодитов. Сбегать пожаловаться медсестре? Позорно было бы спасовать перед молокососом, да и сестры он бы вряд ли испугался.
- В мусорке нашел, говоришь? – насмешливо переспросил я. – Молодец, не побрезговал. Там же столько всякой дряни было. Бумажки всякие, салфетки с соплями, даже прокладки, наверное. А ты в этом всём копался, копался руками, так?
Марат растерянно посмотрел на свою руку с тетрадкой. А я продолжил:
- А в унитазе ты случайно ничего не нашел? Иди поройся. Руки длинные, много интересного достанешь.
- Да-да! - обрадованно подхватила Оля, - иди в унитазе поищи.
Марат брезгливо кинул тетрадку на Олину кровать, бросил мне что-то неразборчивое вроде «А вы заткнитесь» и вышел из палаты. Оля забрала тетрадку и не выпускала ее из рук, пока назавтра не отдала пришедшей навестить маме. Обезьяньи посиделки прекратились, видимо, перенеслись в другую палату.
Эта история имела неожиданное продолжение. Несмотря на гигантскую разницу в возрасте... стоп, я знаю, что вы подумали. Нет. Несмотря на гигантскую разницу в возрасте – тринадцать лет и семь – Оля крепко подружилась с моей дочкой. Позже, когда дочка вошла в неизбежную полосу подростковых кризисов, наличие рядом взрослой подруги оказалось очень кстати. Они общаются до сих пор, хотя живут на разных континентах. От дочки я знаю, что у Оли в жизни всё хорошо.
|
|
30
Вдогонку истории «Приходити к нам лечица! » от Алексея 18 (истории новые — основной выпуск, 26 июня 2020 года).
К сожалению, так вышло, что мне пришлось плотно столкнуться с медициной в 17 лет (90-е годы). Залегла я на месяцок в больницу (были проблемы с сердцем). Лечили меня в ПЛАТНОМ отделении крупной горбольницы. Нет, с точки зрения быта всё было замечательно — чистая отдельная палата с туалетом. А вот с лечением… Начнём с того, что диагноз мне поставили неправильно (впоследствии со всеми анализами и результатами обследований мы ходили к крупным светилам медицины нашей республики, и нам чётко сказали, что эта болезнь просто не могла у меня быть). Соответственно выписанное лечение вместо улучшений привело к ухудшению (в больницу я пришла своими ногами, а после капельницы с трудом поднимала руку, не говоря уж о том, чтобы самостоятельно сесть на кровати — любое мало-мальски заметное усилие приводило к сильнейшему сердцебиению). Капельницы ставили ежедневно, правда, уже с другими лекарствами — в результате вконец исколотые руки. Одна медсестра после того, как прорвала мне четыре венки на сгибах локтей, убежала за помощью и привела коллегу, которая в прошлом работала в реанимации для новорожденных — и только она, Валя, смогла поставить мне капельницу на тыльную сторону ладони. Понятное дело, что от такой проблемной пациентки очень хотели поскорее избавиться (хотя до проклятой капельницы хором пели о вреде самолечения и пользе пребывания в стенах больницы).
Самое, пожалуй, сильное впечатление на меня произвел психотерапевт(!), который на меня, лежащую под капельницей, орал(!!!). Причём смысл его ора заключался в том, что я злостная симулянтка и меня надо срочно выгонять из больницы. Блин, да я сама бы с удовольствием сбежала, если бы могла!
В общем, благодаря этому приключению, я ещё несколько лет восстанавливалась и ходила по врачам — как платным, так и бесплатным. И пришла к выводу, что профессионализм и оказанная помощь мало зависят от платы за услуги, гораздо важнее личность медработника. Конечно, хороших специалистов переманивают платные клиники, но опять-таки не факт, что в платной клинике Вас будут лечить, а не стричь купоны. Очень показательно было, когда, планируя беременность, я пришла в платную клинику на обследование. После этого обследования врач сказал: «Да, ситуация у Вас запущенная, но Вам повезло — у меня как раз есть патентованное эксклюзивное средство, всего за 4 тыс. руб. мы решим Вашу проблему!» Я слегка опешила (на тот момент это была половина моей зарплаты), но сказала что подумаю. Пошла в государственную поликлинику рядом с домом — и мою проблему решили всего за 300 руб.(стоимость лекарства).
Как выразилась моя сестра после первого посещения платной клиники: «Там тебя с головы до ног оближут — только плати деньги». А хотелось бы, чтобы не облизывали, а лечили...
|
|
31
Родильная палата. Тяжелые роды продолжаются вот уже который час. Наконец, показывается голова младенца и, разлепив глаза, говорит измученному акушеру:
— Дядь, дай закурить!
Акушер, совершенно ошалев:
— Да какой там курить, у тебя же еще даже ручки не вылезли!
— А вот ручки вылезут — п%%%ы получишь!
|
|
36
Цвет счастья
С Сергеем я познакомился прошлой весной. Изначально нас представили друг другу по деловой части, но мы быстро нашли общий язык по хобби и историческим дискуссиям, поэтому начали общаться вне бизнеса. Через пару недель после знакомства мы пошли прогуляться в парк. Дискуссия была оживленной - обсуждали региональную коррупцию в конце 50-х годов, и оба увлеклись. Выйдя из парка, я посмотрел на ноги и громко выматерился - снег только сошел и все что было под ним, включая горячие и многочисленные приветы от наших четвероногих друзей, было на моих ботинках. Лаковые туфли Сергея так же совсем не отличались чистотой. Но он лишь улыбнулся и даже не стал их чистить. Я удивился, и получил в ответ такую историю:
- Знаешь, кем я был 15 лет назад?
- Да по сути, никем. Мне было 38 лет, я имел живот, начал лысеть, за спиной было 2 бездетных брака с тяжелыми разводами. Никудышная работа, пиво с книгами на диване, снисходительное отношение друзей и все такое.
- Нда, не позавидуешь, конечно. Но ты не ответил, почему не чистишь ботинки:)
- Верно. Так вот, 15 лет назад я пошел вот так же как мы сейчас гулять в парк. Хорошенько поддав пивасика перед этим. Настроение было просто ужасное, с полным ощущением бесперспективности жизни и смысла самого существования.
В какой то момент наступил на это самое дело, поскользнулся а дальше все как у Гайдая. Очнулся - гипс, палата, врачи. Сотрясение мозга, перелом ноги и какой-то там вывих.
Познакомился с медсестрой, на вопрос о профессии сказал в шутку, что специалист по истории Партии. Зацепились языками - оказалось, что у неё папа работал до 1991 года лектором в институте Марксизма-Ленинизма, и часто дискутировал с ней на разные темы. Начали общаться, как выписался - пригласил на свидание, влюбились, свадьба, сейчас уже двое детей подрастают. Квартира в переулках Тверской ей от отца досталась, дача от бабушки, ну и я сам можно сказать расцвел, поменял работу, начал карьеру какую-то делать. Так что для меня это не собачье дерьмо - для меня это ЦВЕТ СЧАСТЬЯ.
|
|
37
Молчание – золото или почему я боюсь покойников.
Во времена отдания кредиторской задолженности Родине (сиречь воинской службы) довелось мне полежать в госпитале. Банально споткнулся на финише, сдавая норматив по кроссу. Причём маковкой о земную твердь приложился настолько удачно, что перед глазками поплыло, в ушках зазвенело, в носике защипало. А через несколько секунд, прощально улыбнувшись выпучившему глаза дождевому червю, я отключился.
Дальше помню смутно. УАЗик, дорога, легкая болтанка и вот, наконец, меня кое-как усадили перед врачом приёмного отделения:
- Сотрясение мозга, - вердикт был категоричен, - в неврологию.
Небольшое отступление.
Армейская неврология, а конкретнее, стукнутые по черепушке бойцы, - это сборище просто придурков и талантливых придурков. Первые – клинические идиоты, например, ломавшие кирпичи об голову (не десант, отмечу, а два связиста, друг друга брали на слабо).
Вторые, загремевшие случайно, - ходячие и полуходячие сказочники, поэты, анекдотчики и не смолкавшие ни на минуту генераторы приколов. Куда там Петросяну с его человеком – пчелой и шутками, списанными с наскальных рисунков! В нашей палате днями звучали настоящие жемчужины устного народного творчества, естественно, только матерные. Это ж армия, а не детский сад. Хотя с детским садом я, конечно, погорячился.
И сейчас помню:
- Сказок много в этом мире, и огромном, и потешном.
В этих сказках, как-никак, побеждал Иван-дурак.
Если вас попросят дети прочитать им строки эти…
…..
- И смотри, не поломай.
Конец.
Многоточие – это четыре страницы задорного ненорматива в рифме. Надеюсь, общую атмосферу вы поняли.
Так как хрястнулся я головой капитально, заслужив «сотрясение второй степени», то был помещен не в многолюдную (человек на двадцать) палату, а в шестиместный солдатский «люкс». Первые дни прошли банально – уколы, капельницы, шум в голове, двоение в глазах и светобоязнь. Но, в конце концов, молодой организм воспрянул духом. Покачивания относительно прекратились, поэтому я смог медленно ходить, не шарахаться от включаемых ламп, а заодно познакомиться с соседом.
На кровати рядом вторую неделю сражался с последствиями ЗЧМТ (закрытой черепно-мозговой травмы) земляк из-под Вилейки, Димон. Простой деревенский хлопец по кличке Птеродактиль, прозванный так за умение развести глаза в разные стороны. Поверьте, зрелище было не просто впечатляющим.
Когда я первый раз увидел, как он смотрит на обе стены одновременно, то потребовал вызвать батюшку и провести соборование. К счастью, лечащий врач, капитан, услышав эту просьбу, не пригласил психиатра, зато поклялся отдать Птеродактиля в мединститут для опытов.
Как-то утром доктор, улыбаясь, зашел в палату:
- Как самочувствие, бойцы?
- Находимся в эрегированном состоянии, - бодро ответил я.
- То есть? – удивился офицер.
- В любой момент готовы выполнить приказы Родины: от защиты рубежей до воспроизводства себе подобных с особями женского пола.
- Ой, смотри, боец, когда-нибудь ты доп…ся, - улыбнулся доктор, - присядь.
И, достав традиционный молоточек, военврач приступил к задумчивому постукиванию:
- Так, так, так, хорошо.
- Ну что там, товарищ капитан, про дембель слышно? - встрял Димон, традиционно разогнав глаза в разные стороны.
- Тьфу ты, - вздрогнул врач, - предупреждать надо.
- Виноват, - вскочил Птеродактиль, вернув один глаз на место.
- Мля, я тебе их сейчас на ж..пу натяну, - вскипел капитан, неловко шмякнув молоточком по моей неприкосновенной гордости.
- Мля, - закряхтел я.
- Мля, - смутился Димон, - Андрюха, извини.
- Смирно! – рявкнул офицер, - горизонтальное положение принять, глаза закрыть!
- Есть! – тут же замерли четыре таракана, тащившие таблетку ноотропила (зачем он им, дом строили, что ли?).
- Идиоты, - вздохнул доктор.
- Не обобщайте, - возмутился я.
- Поддерживаем, - отозвались тараканы.
- Молчу, - не открывая глаз, шепнул Птеродактиль.
- Так, боец, приляг, - приказал капитан, - и пока я буду тебя осматривать, читай стишок.
- Зачем?
- Чтобы было, - отрезал офицер.
- Своё можно?
- Даже так? - хмыкнул капитан, - ну давай.
И, вытянувшись на кровати, я начал вещать, старательно заменяя нецензурную лексику.
Три девицы под окном пряли поздно вечерком.
Говорит одна девица: если б я была царицей…
Тут вмешалася вторая: не смеши, да ты косая.
- Это я стану царицей.
Третья крикнула девица: ты, подруга, офигела?
- Посмотри на свое тело.
Слово за слово и... ой, девки ринулися в бой.
Разнесли округу в пыль. То не сказка, это быль.
И теперь лежат девицы с переломами в больнице.
Мудрость этой басни в чем? Хорошо быть мужиком.
- Талант, правда? – не открывая глаз, восхитился Птеродактиль.
- Талант, - согласился военврач, - но попомни мои слова, все-таки когда-нибудь ты доп…ся.
Наверное, судьба решила поскорее выполнить пожелание капитана, потому что это самое «когда-нибудь» наступило буквально через неделю, когда я уже без опаски прогуливался по огромной территории госпиталя, со вздохом глядя за забор. Там кипела гражданская жизнь, цокали каблучками девчата, трясли хаерами какие-то неформалы, а под сенью деревьев булькало свежее пиво.
Эх, еще почти год носить зеленые джинсы и черные кроссовки. С этими мыслями я вернулся в отделение, где подчеркнуто вежливый дворецкий из господ сверхсрочников уже зазывал «раненых» отужинать в ресторации:
- Я б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) уже за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени) орать. Вы, бойцы, совсем о..(наелись ухи)? Ходячие, быстро по... (ходьба посредством мочеполовой системы) жрать! А кто про... (воспроизводство себе подобных в настоящем времени), то будет с…(оральные утехи в качестве исполнителя этих утех).
Ну как не уважить человека после такого витиеватого приглашения? Встретившись в коридоре с Димоном и медленно направившись...
- Бегом, п…(нетрадиционщики мужского пола)!
- Всемилостивейший граф, - осмелился вякнуть я, - мы контуженные, посему высочайшей милостью от бега освобождены. Правда, милорд?
- Зрите в корень, ваше сиятельство, - кивнул Птеродактиль.
- Тогда ползком, дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!
Звуковая волна орущего сверхсрочника за секунду вдула нас в ресторацию, бесцеремонно шмякнув за стол. На котором уже булькало Шато де Шамбор 1973 года (компот), и аппетитно пахли рябчики, запеченные в ананасах (рыбная котлета и перловка).
После трапезы мы с Птеродактилем вернулись в палату. Димон отрубился через несколько минут, а вот мне не давала уснуть ноющая головная боль.
Поэтому, бесполезно поворочавшись около часа, я тихо оделся и вышел в коридор к дежурной медсестре по кличке Фрекен Бок. Почему Фрекен, не скажу, а вот Бок! Когда Димон в палате разыграл перед ней сценку «смотрю везде», испуганная женщина легким движением могучих телес отправила шутника в полет через три кровати.
Сильная была женщина, очень сильная. Но меня почему-то любила, как сына.
- Опять, - глянув на перекошенное лицо, вздохнула медсестра, - сделать укол?
- Спасибо, Валентина Сергеевна, потерплю. Можно с вами посидеть?
- Чай будешь?
- Буду.
Мы разговаривали около часа, пока женщина не вспомнила:
- Андрей, глянешь первую?
Это палата для тех кому (ничего не поделаешь) помочь было нельзя. Добавлю, что в отделении, кроме солдат, лечились и офицеры, как действующие, так и в отставке, от молодых до старых и очень старых. Поэтому первая палата, к сожалению, пустовала редко. В ту ночь там доживал последние часы 90-летний дедушка.
- Так сходишь? – повторила Валентина Сергеевна.
- Пять минут, - с этими словами я протопал к первой, включил свет и через несколько минут отрицательно замотал головой, - все.
Дед лежал, устремив последний взгляд куда-то в потолок. Руки свисали с кровати, а рот застыл в последнем беззвучном крике
- Поможешь вывезти? - тихо спросила подошедшая медсестра.
- Конечно.
- Руки сложи, а я все оформлю.
И пока Валентина Сергеевна привязывала какую-то писульку к большому пальцу покойного, я аккуратно скрестил безжизненные руки на груди ушедшего в небытие. Через секунду они снова упали. Я опять сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил.
- Ху, - возмущенно выдохнул мертвец.
- Ух, - согласно пискнул я, потеряв сознание.
- …нулся, Слава Богу, подхватить успела, - бормотала перепуганная медсестра, - что случилось?
- Он дышит!
- Нет, - тихо рассмеялась женщина, - ты просто выгнал из его легких воздух. Вот и…
- Аааа, мля, - задумчиво просипел я, глянув в сторону покойника. Тот подмигнул.
- Мля, ааааа! - покрылись инеем фаберже, - может, лучше спать?
- А? - повторила Валентина Сергеевна, - иди в палату, я вызову дежурных.
- Нет, все нормально, - зажав ногами звеневшие бубенцы, решительно ответил я, - докатим до морга, не волнуйтесь.
В ту минуту, уверен, мой ангел – хранитель истерично махал крыльями:
- Куда б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) собрался? П…(быстрая ходьба посредством мочеполовой системы) спать. На… (мужская гордость) мне это надо! Он будет в морге шаро…(воспроизводство себе подобных в чем-то сферическом), а мне спасай? Как ты меня за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени).
Но, во-первых, показывать слабость перед женщиной стыдно. Во-вторых, за то, что меня напоили чаем и накормили булочками, я просто был обязан помочь.
- А в-третьих, - вздохнул ангел – хранитель, - ты полный дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!
Но против ожидания, до морга добрались спокойно. Усопший, видно постыдившись за свое поведение, лежал смирно и не дергался. Наверное, он был несказанно рад, увидев мрачную дверь приемного покоя, последней обители мертвых. Её тускло освещала единственная лампочка, качавшаяся на столбе с жутким скрипом. В общем, типичный антураж низкопробного ужастика.
- Вот и все, - улыбнулся я.
- Почти, - хмыкнул ангел-хранитель, закуривая.
Закатив тележку в приемный покой морга, мы с медсестрой на секунду замерли от удивления: целых семь каталок с пациентами, укрытых простынями, спокойно дожидались утреннего обхода.
- Сколько народу-то, - перекрестилась Валентина Сергеевна.
- Здорово, мужики, - храбро крякнул я, добавив, - а нашего куда засунуть?
- Может, туда, - медсестра показала на стоявшие в метре друг от друга каталки.
- Точно, - я решительно подтолкнул нашего деда в свободную нишу, - блин, не проходит.
- Сейчас будет самое интересное, - и ангел-хранитель прикурил новую сигарету.
- Андрей, там какой-то брусок лежит, мешает, - подсказала Валентина Сергеевна.
- Сей момент, - с этими словами в позе эволюционирующей рептилии я втиснулся в нишу, - блин, не развернуться.
И, толкнув соседнюю каталку, зачем-то буркнул:
- Подвинься, разлегся тут.
Всё-таки покойники очень обидчивые. Это стало понятно, когда ледяная рука крепко схватила меня за шею. И так крепко!
- Вот и до…ся, - подумал я, теряя сознание.
***
Очнулся в своей палате. Как рассказала Валентина Сергеевна, от толчка соседней каталки рука покойного выскользнула и очень «удачно» приземлилась мне на шею. Мало того, пальцы мертвого были скрючены, что только добавило реализма. Я тогда еще подумал, хорошо, что это была не нога и под зад не пнула. Тогда и уносить бы меня не пришлось, все на месте - и морг, и специалисты, и компания единомышленников.
Дальше неинтересно. Вытащили меня срочно вызванные дежурные по госпиталю. А утром лечащий врач, матерясь, внимательно осматривал «дятла, задолбавшего даже мертвых».
- Все нормально, боец, - через несколько минут капитан довольно подмигнул, - ухудшений нет. Кстати, если хочешь, можем сделать экскурсию в морг, ты теперь местная знаменитость. Хочешь на вскрытии побывать?
- Сейчас кто-то до…ся, и его самого вскроют, - заскрипел зубами ангел-хранитель.
- Да ладно, я пошутил, не бледней, - доктор поднялся и, стоя в дверях, вдруг ехидно добавил, - но если надумаешь, только свистни.
С тех пор я к мертвым не подхожу ближе, чем на три метра. Кстати, и свистеть перестал, мало ли.
Автор: Андрей Авдей
|
|
39
@turbojedi: > «Рамблер» захотел запретить МТС использовать слово «афиша». Палата по патентным спорам ему отказала
@turbojedi: Довольно уверен, что просто у юридического отдела advent calendar — каждый день открывают окошко, а там конфетка в бумажке, на которой написано, на кого надо наехать сегодня.
|
|
40
Историй, связанных со смешными фамилиями или со смешными сочетаниями фамилий уже было здесь немало, но тема, вероятно, неисчерпаемая. Вот учились у меня на курсах трактористов два приятеля из одного колхоза — оба мужички «от сохи», маленькие, неказистые, абсолютно одинаковые, просто близнецы-братья. Фамилии друзей — Гладкоскоков и Лаутеншлегер! Ещё с одной забавной русско-немецкой парой фамилий я встретился в семидесятые годы в палате эндокринологического отделения московской больницы, куда попал чисто по недоразумению — врачи перестраховались. «Пойми, — объяснял мне один из обитателей палаты, — ты молодой, здоровый, чего бы тебя не положить? Койка занята, а хлопот с тобой никаких. Вот мы взятки даём, чтобы сюда попасть, чтобы нас пролечили».
Палата была многонаселённая, но запомнил я двоих: Беера и Бырина. Койки у них были напротив, и во всём они были противоположностями. Беер — упитанный жизнерадостный весельчак «в самом расцвете сил», балагур, постоянно рассказывал истории, травил байки, читал стихи, в том числе собственного сочинения. Бырин — очень худой пожилой мужик без признаков какого-либо образования, вечно всем недовольный, вечно ворчащий по любому поводу. И вот однажды утром приходит врач на ежедневный обход и Бырину говорит: «Могу вас порадовать, — судя по последним анализам, у вас существенное улучшение!» А Бееру, наоборот: «А у вас ухудшение. Будем корректировать лечение».
Уже к обеду ситуация прояснилась: молоденькая медсестра, когда брала анализы крови, перепутала пробирки. Бырин негодовал: «Дура!», «Овца!», «Как можно перепутать?!!» Беер, напротив, защищал медсестричку: «Как можно перепутать? Да легко! Фамилии у нас похожие, непонятные…» Тут Бырин вообще вышел из себя: «Как похожие?! Как непонятные?! Это у тебя, немчура, фамилия непонятная, а у меня простая, русская, от слова «бырь»! «Бырь? — веселился Беер, ничуть не обидевшийся на «немчуру». — И что это за слово? Что оно означает?» «Да кто ж не знает бырь! — вопил Бырин, — бырь — она завсегда на реке есть! Мы мальцами купаться на бырь ходили! А где ж ещё купаться? Вот, ходили на бырь! Кто ж бырь не знает…»
Наступил вечер. Обитатели палаты сидели перед телевизором, смотрели хоккей, болели за наших, переживали. «Как тут сахар не подскочит, — сетовал кто-то, — если они в пустые ворота попасть не могут?» Камера показывала VIP-ложу, Косыгина, пациенты умилялись: «Наш, диабетик!» Начинали вспоминать других известных диабетиков.
А Бырин всё бубнил на своей койке: «Бырь — она ж и есть бырь! Кто ж бырь не знает….»
|
|
43
К истории про врачебный обход.
2004 год. Отделение ЭХО-2. Мужская палата, в которой лежат послеоперационные больные. Опять же Д - доктор, П - пациент.
Д: Сегодня стул был?
П: Нет.
Д (обращаясь к процедурной сестре): Этому - клизму.
П: Зачем??? Не надо мне клизму!!!
Д: Так был стул?
П: Нет.
Д (опять сестре): Клизму ему.
П: Не надо мне клизму!!!
Д (что-то начало доходить): Попробуем по-другому. Ты какал сегодня?
П: Да.
Д: А чего ж ты голову мне морочишь?
П: А я думал "стул" - это понос...
Палата всё это время давится от смеха и боли. Швы-то на животах ещё не зажили! Я точно так же лежал, тихонько хихикал и боялся, как бы швы не разошлись. Потому за подлинность ручаюсь.
|
|
45
А в это время в Боткинских бараках... с нами в палате инфекционного отделения лежала такая милая, пухленькая, очень добрая женщина... с двойным гепатитом А и В. К ней через день прибегал по уши влюбленный в нее муж, и обнимал, и целовал, и не мог от нее оторваться. В перерывах между объятьями он рассказывал своей жене, как он один справляется с тремя детишками. Сценам с их встреч умилялась и вздыхала вся женская палата. Через пару недель он перестал ее навещать.
Потому что не выпускают, блин, с мужского инфекционного в женское внутри Боткинских.
|
|
46
К истории про операцию на аппендицит. Забрали меня с острыми болями в животе и положили в палату до выяснения. Пока лежала страдала жутко и ничего не слышала, мой мозг запомнил все фамилии, по которым приходили в нашу палату делать уколы. Забрали меня на операцию, потом привезли и положили меня на место, еще в состоянии наркоза. Когда я очнулась, за мной ухаживала вся палата, все меня любили и смеялись. Как оказалось, в состоянии наркоза, в палате я громко требовала перекличку: ВЛАСОВА, ВСТАТЬ, АРЯШЕВА ВСТАТЬ, и т.д. называла все фамили прааильно и кто мог вставал и отчитывался, а я дальше командовала: БЫСТРО ПОДОЙДИ КО МНЕ и отчитайся. Бабушку с перитонитом не оставляла в покое, у остальных чуть швы не разошлись от смеха. Потом спрашивали не военная ли я, нет не военная, а очень даже мягкий челрвек, почему так их муштровала, не знаю.
|
|
47
Больница.Одноместная палата. На кровати лежит мужик и читает газету.
Раздается осторожный стук в дверь.
— Да-да, войдите
Входит медсестра, здоровенная мужеподобная бабища, с чемоданчиком. Не говоря ни слова, подходит к столу и достает из чемоданчика бритвенные принадлежности. Затем отбирает у мужика газету, стягивает с него штаны, трусы и бреет ему лобок. Мужик пребывает в шоке. Закончив с лобком, медсестра переворачивает мужика на живот и загоняет ему в задницу две свечи. После чего, похлопав мужика по заду, удовлетворенно произносит:
— Ну вот, батенька, теперь вы готовы к операции!, после чего, собрав чемоданчик, собирается уходить.
Уже у самой двери она слышит робкий голос мужика:
— Простите, можно задать вам один вопрос?
— Конечно!
— Зачем вы стучались в дверь?
|
|
48
Рассказано по реальным событиям.
Название: "Инициативный добродетель)))".
Предыстория: Простудившийся молодой мужчина 30 годиков собирается ехать на работу из спального района города. Утром он обнаруживает - его машину немного подперли (что само по себе - ничего страшного), но вызывает маленький дискомфорт, ведь пришлось не одно действие выполнить (задним ходом выехать на дворовую дорогу), а целых 3! Сука 3! (Руль вправо, чуть вперёд и потом назад, сами понимаете, - это же так тяжело))). Но все действия выполнены на ура, и наш герой благополучно добирается до работы выполнять работу)))
История: Вот и подошло то время, когда большинство населения едет домой с чувством выполненного долга или наоборот (но это не суть), т.е. конец рабочего дня! Прогревается мотор, всё тише его звук, и вот подходит время, когда можно трогаться и со счастливой улыбкой стремиться к дому через несколько магазинов.
Наш герой подъезжает к дому с мыслями, что ещё чуть-чуть - и будет долгожданный отдых от рабочей суеты, и стоянка ещё вся пустая, - соответственно - таковым будет и его любимое место. Паркуется с чувством выполненного долга и - сука! - тут его мозг посещает ГЕНИАЛЬНАЯ мысль: надо соседу проделать колею, чтобы он мог дальше заезжать и не вызывал у нашего героя утренний дискомфорт! Мысль проскочила по нейронным клеткам мозга и дала сигнал: надо действовать! Наш герой оценивает обстановку, приходит к выводу, что у него как бы Джип, а у соседа - популярная русская машина времен 90-х, следовательно, наш герой на своей спокойной проедет вперёд, а потом назад по снегу, чем сделает соседу и себе большое одолжение! И вот машина смело рвётся в самый снег и благополучно останавливается на нужном расстоянии. Всё - дело сделано, можно парковаться на своё место и в спокойной обстановке стремиться к отдыху! Включается задняя передача, звук двигателя усиливается, но - кто бы мог подумать - машина остаётся на месте. "Как же так?!" - думает наш герой и повторяет процедуру! И вы не поверите, - результат тот же! Чтобы не усугубить ситуацию, "герой" выходит, осматривает машину и понимает: надо что-то подсунуть под колёса! Достаётся из багажника лопата, чистится снег и лёд из под колёс, снова достаётся всё нужное и ненужное, подсовывается под колёса, но результат смотри выше! И так на протяжении 20 минут. Мимо проходящим людям скорее всего было наплевать, максимум - их интересовал вопрос: вот зачем ты сюда полез, стоянка-то пустая? Тот же вопрос, но в немного иной интерпретации задавал себе наш герой: "Вот, мля, инициативный добродетель!"
Вдруг тут мимо проходит сосед, и у нашего героя появляется 1 разумная мысль после 5 вечера, - попросить помощь. Сосед соглашается, и через 20 секунд "как бы джип" стоит на твёрдой поверхности, а наш герой думает, что у него - ума палата! Машина паркуется на своё место и, естественно, надо полицезреть свои труды. И кто бы, - кто!? - мог подумать, что зимой под снегом окажется лёд!!!
Хэппи-энд - долгожданный отдых)
|
|
49
Тут в комментариях начали обсуждать, бывало ли в СССР такое, чтобы 14-летняя девочка рожала, не поклеп ли это на советскую действительность. Ведь всем известно, что в СССР секса не было, а такие чуждые нам явления, как, скажем, алкоголизм и онанизм, навязанные нам загнивающим на корню Западом, затрагивали лишь наименее сознательных строителей коммунизма.
Как бывший венеролог, ответственно заявляю - секс при СССР таки был. К счастью для венерологов и простых советских людей, советский секс несколько реже, чем секс российский, заканчивался венерическими заболеваниями. Но у наиболее несознательных строителей коммунизма встречались и они, надо признать это со всей откровенностью и прямотой.
Тут я как-то уже описывал пару-тройку интересных случаев заражения граждан сифилисом на закате, так сказать, советской власти - то, что видел сам.
По своему малолетству я лично не застал вен. заболеваний, так сказать, эпохи застоя, но старшие коллеги-венерологи не утаивали свои знания о том периоде и активно со мной делились воспоминаниями.
Одну из их историй я расскажу.
Представьте себе, скажем, 1978 г. Расцвет застоя, развитой социализм, "вечно живой" Леонид Ильич, вареная колбаса из магазинов уже начала исчезать.
Профессорский обход в кожвендиспансере.
Отделение женской гонореи.
Палата на 8 коек.
Молодая докторша докладывает профессору недавно поступивших больных.
Профессор сидит за столом, смотрит истории болезни с анализами и т.п., рядом стоит докладывающая докторша, по разным углам довольно большой палаты теснятся еще человек 7 врачей и какое-то число студентов.
Профессору докладывают, кто поступил в палату за прошлую неделю:
"Больная Сидорова, 26 лет, доярка. Больная Семенова, 33 года, служащая. Маша Петрова, 13 лет, поступила вчера из пионерского лагеря "Заветы Ильича"...
Народ в палате переглядывается, но безмолвствует.
Молодая ординаторша решает добавить еще один штрих к социальной характеристике Маши Петровой и добавляет после некоторой паузы: "Пионерка"
Взрыв хохота, ржет даже Маша Петрова, правда, несколько смущенно.
После того, как вал хохота прошел, из угла доносится комментарий зав. отделением мужской гонореи. Хриплым безучастным голосом он говорит: "Еще 12 пионЭров в возрасте от 12 до 14 лет в мужскую гонорею вчера легло. Все - из того же "борделя", близкие друзья пионЭрки Маши Петровой".
Как мне сказали, анализ ситуации в том "замечательном" пионерлагере выявил, что общее количество "членов кружка Маши Петровой" за ту смену составило более 40 человек, многим из них просто повезло, и инфекцию они не подхватили.
А история про любвеобильную "пионерку Машу Петрову" и бордель "Заветы Ильича" вошла в анналы того кожвендиспансера.
|
|
50
Жила-была мачеха с дочками и была у нее работница Золушка. Уехала мачеха с дочками на бал, а Золушку не взяла. Тут прилетела Фея и говорит Золушке: "Вот тебе карета золотая, вот тебе кони вороные, вот тебе платье белое. Поезжай на бал, но не задерживайся - ровно в полночь платье превратится в смирительную рубашку, карета в палату, а кони - в докторов-психиатров". Поехала Золушка на бал, да задержалась. Только прыгнула в карету - тут часы и пробили. Открывает она глаза, а кругом - психиатрическая палата да санитары в халатах, глянула на себя в зеркало - вместо платья рубашка смирительная, а сама уже не Золушка, а мужик какой-то усатый - Павел Петрович Иванов. С его слов и была записана эта правдивая история.
|
|