Шутки про баллонами - Свежие анекдоты |
2
Во время Московской Олимпиады 1980 года нам, студентам СТАНКИНа, бесплатно работавшим на обслуге импортных постояльцев в гостинице "Севастополь", довелось подраться с неграми.
Драка произошла в Новом Подрезково, в районе государственных дач. Нас было человек 20, негров - пятеро. Почему началась драка, никто из нас так и не вспомнил, все были пьяные, напились с горя после проигрыша нашей сборной по футболу сборной ГДР в полуфинале.
Негры тоже были пьяные, но они начали нас методично вырубать. Мне лично хватило одного удара, чтобы я упал и не поднялся.
И тут начался ПОЖАР. В 200 метрах от нашего побоища взорвался сарай с газовыми баллонами, и всё рядом стало гореть - дачи, сараи, лес - всё.
Мы перестали драться, вместе с неграми побежали тушить огонь, спасать народ. Пожарные приехали быстро, но мы из горевших дач всех вытащили до их приезда.
На рассвете мы и негры, все обожжённые и закопчённые, на берегу пруда дружно пили портвейн.
А негры, как оказалось, были не негры, а члены сборной Кубы по боксу...
|
4
xxx:
Не смотря на всю тяжесть происходящего, когда-нибудь, люди смогут собрать историй и снять комедийный сериал, полностью основанный на реальных событиях. Во время того локдауна весной 20-го, мои друзья обнаружили себя всемером в одной квартире - папа, мама, бабушка, дедушка и трое детей, младшие двое - детсадовские погодки. Не прошло и недели, как психологическая ситуация по понятным причинам полностью вышла из под контроля, после чего они все, надев чудом выкупленные у знакомых промышленные респираторы (это как половина противогаза, чтобы вы понимали, с двумя пластиковыми баллонами под подбородком), потому что медицинские маски найти было невозможно, по однодневному (!) пропуску чудом выехали на машине в Крым, где скрывались в палатках в лесу, откуда выходили за продуктами в ближайший населенный пункт по одному и в диком страхе наткнуться на полицию.
|
|
5
МАУГЛИ
Мы тогда арболитовый завод запускали из долгого небытия, это тот что из щепы изготавливает плиты для домостроения. Голые стены огромного цеха под крышей. Наша бригада монтажников получила в распоряжение небольшое помещение для своих нужд.
Оборудовали его всем необходимым навесили стальную дверь, но замок вставить не успели.
Очередным утром придя на работу обнаружили в нашей кандейке пару котят-подростков, месяцев по шесть отроду. Один убежал, а второй был схвачен за хвост, и с удовольствием остался жить у нас. Он стал пятым в нашей маленькой бригаде.
Черный, без единого пятнышка, красавец был нами наречен именем Маугли, и коллективной волей избавлен от необходимости отзываться на бабское кис-кис. Только по имени или на свист.
В своей кандейке мы переодевались, бывало обедали и хранили орудия труда. Дверь всегда закрывали на ключ, чтобы значит местные трудоголики эти самые орудия труда не стырили, а внизу стальной двери вырезали окошко для Маугли.
Маугли встречал нас каждое утро на входе в цех, провожал до кандейки, коромыслом выгибая спину терся о ноги, и урча заглатывал домашние ништяки. Был еще один ритуал, которому он неукоснительно следовал. Когда мы переодевшись и загрузившись инструментом, кабелями, шлангами и газовыми баллонами выдвигались к очередной дислокации, Маугли нас провожал до места, но не так как сопровождают собаки, семеня рядом или впереди, а как коты.
Цех только начинал заполнятся звуками запускаемых механизмов, голосами, металлическим лязганьем, а Маугли короткими перебежками, прячась между рельсами под многотонными стальными формами, то и дело замирая и прижимаясь к бетонному полу провожал нас до места, и уже потом уходил по своим делам. Если это была зима он возвращался в теплую кандейку, и в ожидании обеда досматривал сны, а летом целыми днями бродил по солнечным, окрестным лугам и перелескам, простиравшимся на Юг, до куда хватало глаз от самых заводских стен.
В эти же заливные луга выходили две щелевые камеры, которыми заканчивался наш цех, и которые участвовали в технологическом процессе. Представляли они из себя длинные, метров по 70-100, коридоры оборудованные широкой железнодорожной колеей. Они начинались в конце цеха и дальше шли ниже его фундамента уже под землей.
Залитые раствором формы попадали в правую камеру, и плавно протягивались до самого ее конца, где подвергались температурной обработке. В расположенном в самом конце строении, они перебрасывались в параллельный этому коридор, в котором остывали, медленно возвращались назад, и вползали в цех из левой щели. Но так стало уже после запуска цеха, а тогда просто два параллельных темных и страшных черных тоннеля, уходящих под землю.
Тогда осень была, дождливая выдалась. Дождь не прекращаясь лил все выходные, и в понедельник выскочив утром из вахтовки мы обнаружили что почти все низменности вокруг завода были подтоплены. Зашли в цех, Маугли нас не встретил.
На наш оклик: - Маугли! Мы услышали надрывное: - Мяу! – Доносящееся с противоположной стороны цеха. Предположив, что он где-то застрял, или его чем-то привалило – поспешили на помощь.
Он прекратил мяукать, только когда увидел нас а мы его, метров за двадцать. Маугли ходил кругами по наклонному пандусу ведущему к щелевым камерам, распушив вертикально торчащий хвост. Он явно хотел нам что-то сообщить.
Подойдя ближе, мы поняли что именно. Напротив входа в правую камеру, прямо посредине, аккуратно сложенной, лежала кучка мышей. Около десятка. Мы смотрели сверху. Я было подумал что это крысы, такие они были здоровые, каждая размером с трех-четырех воробьев, но морды у них были закругленные, не крысиные. Маугли спрыгнул вниз к трофейной кучке, сделал вокруг нее ритуальный круг, снова запрыгнул к нам, и получив заслуженные похвалы от каждого, повел нас к левой камере. Вы уже наверно догадались, и правильно. Точно такая же, аккуратно сложенная куча, и так же посередине ждала нас и там.
Ну казалось бы, чего тут удивительного? Коты всегда ловили мышей - чистые инстинкты. Но когда подумаешь, и накинешь на себя масштабы происходившего. Это как будто бы ты всю ночь держал оборону от двух десятков огромных зубастых и обезумевших от внезапного наводнения волков, не забывая при этом аккуратно складывать трупы в кучи, чтобы достойно отчитаться потом, осознавая при этом, какую ты выполнил нужную и важную работу.
Маугли прожил с нами лет пять, летом не появляясь по несколько дней, потом недель и однажды не вернулся совсем. Наверно женился.
|
|
6
«Мужчина – это случайно выживший мальчик.»
Во избежание чего-то там, будем считать, что история придумана, не является руководством к изготовлению самодельных взрывных устройств (СВУ) и направлена на то, чтобы уберечь подрастающее поколение от минно-взрывных травм и совершения прочих глупостей. Ну и до кучи - все имена вымышлены, а совпадения случайны.
Мне было лет 14, а может чуть старше. Ноябрьские праздники, конец восьмидесятых, один из поселков - военных городков под Выборгом. Сижу в своей подвальной мастерской, никого не трогаю, приёмник починяю. В воздухе аромат канифоли. И вдруг прибегает Пашка, мой приятель. Глаза горят, весь в возбужденном состоянии, будто в лотерею выиграл. С порога мне выдаёт: «Пойдем рыбу глушить!» - Да чем глушить-то? - спрашиваю. Тротила нет и не предвидится, порох из гранатных запалов и патронов весь спалили давно, да и было его немного. – Да я, говорит, танковый заряд скоммуниздил. Для тех, кто не сильно в курсе, в танках наших сначала снаряд в ствол подаётся, а потом заряд в гильзе. Заряд этот порохом набит аж трёх видов: длинная солома, как макароны, – порох бездымный, также цилиндрики небольшие, на ощупь как пластмассовые, маленькие такие бочечки, и на дне гильзы над капсюлем лежит круглым тканевым стёганым блинчиком - белый мешочек с дымным порохом для запала основного заряда. Кому интересно – погуглите.
В военных городках в игрушках у пацанов не редкость – патроны, которые любой борзый пацан из военной семьи мог выменять, скрутив тайком у своего папки-офицера какой-нибудь, востребованный у дембелей, красивый значок: гвардию или классность специалиста. Затем этот значок менялся у какого-нибудь знакомого каптера на всякие военные штуки. Но заряд от танка – это даже по нашим стандартам высший пилотаж. Как рассказал мне Пашка (не ручаюсь за правдивость его слов), он тайком подкопался под стену склада боеприпасов и несмотря на боевое охранение в виде сонного узбека-караульного, умудрился туда проползти и вытащить добычу. Верхом инженерной мысли была идея взять для изготовления СВУ старый насос. Побольше велосипедного. Может быть от мотоцикла, точно не скажу. На верхнюю часть нашлась заглушка с резьбой. В нижней части насоса, откуда в обычном режиме эксплуатации выходит воздух, уже было отверстие, в которое так и просился огнепроводный шнур. Оставалось только наполнить корпус чем-то взрывчатым, закрутить, сделать гидроизоляцию из клея и можно идти на громкую рыбалку. Огнепроводный шнур у меня неплохо получался из ПВХ изоляции от провода, в которую набивался желтый порошок регенерационного состава от изолирующего противогаза. Это соединение калия, которое выделяет кислород при попадании влаги выдыхаемого воздуха и поглощает углекислоту из него же. Оно используется и в водолазной и в пожарной технике, и на подводных лодках. Опытным путем (при бросании в костер) я когда-то выяснил, что неплохо выделяется кислород и при нагреве этой регенерации, поэтому трубка ПВХ с таким составом выгорает от начала до конца даже под водой.
Старые патроны с регенерацией были щедро оставлены пожарными на месте погорелой старой РЛС П-70 «Лена-М», где я их подобрал месяцем ранее. Удивительно, что охраны после небольшого пожара на ней вообще не было. Хотя, на ней оставалось много оборудования, какие-то инструменты, огромные запасные радиолампы в обрешетке на пружинных подвесах. Я даже домой приволок монтажные пояса с цепями, пассатижи, топор и что-то ещё. А станцию потом списали, как устаревшую.
Испытание было назначено на 7 ноября. Было прохладно, но сухо. Мы выдвинулись в район испытаний утром, часов в 10 и отошли от поселка на несколько километров в лес. С собой взяли все компоненты, картоху и ещё что-то из еды. Расстелили плащ-палатку, развели костерок, кажется, даже котелок с водой для чая поставили на рогульки над огнем. Пашка сел на один край плащ-палатки, а я на другой. Я занялся изготовлением шнура, а Пашка разобрал крышку заряда и приступил к начинке стальной трубы насоса. Решив, что кашу маслом не испортишь, Паша всыпал черный порох в насос и добавил горсть регенерации, чтоб покруче жахнуло. Потом взял в руки пучок пороховых соломин и начал всё это уминать в насос. Я сидел напротив, набивал в пластиковую трубочку регенерацию, Пашкины действия видел краем глаза, сосредоточившись на своей задаче. И вдруг свет погас. И наступило великое НИЧТО. Если бы меня в тот момент убило, я бы даже этого не понял. Не успел бы ни боль почувствовать, ни испугаться. Просто наступило небытие. Не имеющее ни времени, ни звуков, ни запахов, ни вообще чего-либо, поддающегося определению. Я очень четко помню, как возвращался из небытия в этот мир. Сначала было чувство осознания себя при полном непонимании произошедшего, сопровождающееся чувством удивления. Потом я стал что-то осязать, но чувство было такое, будто широкой доской мне врезали по лицу. Все мышечные ткани лица были в онемении. Я чувствовал, что глаза мои открыты, ощупывал их руками, но ничего не видел. В ушах стоял свист. По горлу текло что-то липкое и теплое. Первая мысль - пришел песец моим глазам. Потом, к счастью моему, темнота сменилась серой пеленой, и я стал различать свет. Туман в глазах чуть рассеялся, в голове звенело, я мутным взором обвел пространство вокруг себя. Пашка сидел на расстеленной палатке, весь в крови, с выпученными глазами. Он ничего не видел, о чем и заявил окружающему миру диким, отчаянным воплем. Я увидел, что в руке его будто зажата между пальцев пороховая макаронина. При ближайшем рассмотрении оказалось, что длинная пороховина пробила ему ладонь, словно стрела, насквозь, между костей. Почему-то я сразу выдернул её из Пашкиной ладони. Я не упомянул вначале, что с нами увязался Витька, младший брат Пашки. Как хорошо, что в момент бадабума он отошел от костра. Малой был в шоке от увиденного. Удивительно, что с момента прихода в сознание, у меня в голове не было ни страха, ни паники. Только четкое планирование действий. Трубка насоса, к счастью, не разорвалась. Она пробила плащ-палатку и вошла в землю, сантиметров на двадцать. Порох, который был в трубке, выстрелил вверх, как из маленькой пушки и сгорел не полностью. Дымный порох влетел Пашке в лицо и татуировал кожу. Бездымный разлетелся твердыми пластмассовыми осколками. Мне повезло. Всё, что прилетело в мою сторону, попало ниже уровня глаз. Рассекло верхнюю губу и горло. В глаза если и попало что-то, то совсем микроскопическое. Вот откуда было теплое и липкое. Пашке пришлось похуже, осколки несгоревшего пороха густо попали в лицо и он ничего не видел. Была пробита рука, обожжено лицо и глаза. Кроме всего прочего, регенерация очень щелочная, и попадание на кожу могло вызвать сильный химический ожог. (Кстати, я думаю, именно из-за контакта регенерации с остатками машинного масла в насосе и произошел этот самопроизвольный выстрел. Подводники знают, что промасленную ветошь нельзя держать рядом с кислородными баллонами или пластинами регенерации.) Чтобы смыть химию с кожи, я нашел чистую лесную лужицу, ополоснул другу лицо. Я не ошибся, вода стала мыльной на ощупь. Так, значит химию смыли. Надо искать медпомощь. Я знал, что поблизости есть военный городок радиотехнического батальона, локаторщиков. Там наверняка есть аптечка, телефонная связь, а может и медпункт. Но сначала надо было замести следы нашей глупости. В остатках костра я спалил остатки пороха, прикопал то, что не могло сгореть, залил костер и собрал в рюкзак плащ-палатку. Потом подхватил Пашку под руку, и мы пошли в направлении военного городка по лесной дороге. Витька шел за нами и плакал от страха. Не помню, сколько мы шли. Наверное, около получаса. Шли не быстро, мой друг по-прежнему ни черта не видел. По дороге у самого городка мы встретили людей, нам подсказали адрес военного фельдшера. Был праздничный день. На наше счастье женщина оказалась дома. Она вызвала скорую из райцентра, открыла медпункт и провела первичную обработку ран, сначала Пашке, а потом и мне. Приехала скорая и Пашку вместе с братом увезли. Я отправился домой. Дорога была через поле. Домой идти не хотелось. Как объяснить всё родителям? И тут я почувствовал крупную дрожь. Меня затрясло, как старого алкаша. Стало болеть лицо. Видимо, шок начал проходить. Я сел прямо на тропинку и зарыдал, почти по-зверинному завыл в голос, ничего не мог с собой поделать.
Пашка провалялся по больницам около 3 месяцев, ему делали операцию (или несколько) на глазах и в итоге спасли зрение. Долго он носил черные точки пороха под кожей на лице и оспинки-шрамики от осколков. У меня на память о детской глупости тоже остались шрамы, один на верхней губе прячется под усами, другой – в районе кадыка.
Родители наши не хотели подставлять нас под уголовку - хищение боеприпасов, изготовление СВУ. Нам сочинили легенду для участкового, что мы пошли печь картошку, нашли в лесу неизвестный предмет, (предположительно пороховой выстрел от гранатомета) и он взорвался в руках у Пашки. После того случая я завязал навсегда с самодельной пиротехникой. Крайне осторожно обращаюсь с оружием и держусь подальше от фейерверков и всего взрывопожароопасного. Чего и вам желаю, дорогие читатели.
P.S. С Пашкой после того случая наша дружба стала почему-то затухать. Мы перестали общаться. Последний раз я видел его лет десять назад. Прости меня, друг, если тогда я повёл себя как-то не так.
|
|
7
Дебют, не взыщите)
Что может быть банальнее травли насекомых на балконе? Осы! Много и очень много!
Вызываю спеца. Приезжает вполне уверенный в себе человек. При переодевании в спецодежду позвонил следующему клиенту и сообщил, что через полчаса будет в адресе... Ага!)
Балконный шкафчик осы облюбовали в самом начале весны. Я не придавал значения, меня не кусали. Выходил, курил. Ну полетают, присядут и улетят... не мешали. Да и дома всё реже получалось выходить на балкон, работа утомляла.
Но в августе популяция ос резко возросла! Меня по-прежнему не трогали, но! Подруга захотела понежиться на воздухе с коктейлем и через три минуты, пока я отлучился с балкона .. Правильно! Крик и страдание. Оса ужалила прямо в веко.
Перекись, лёд и много успокаювающих слов помогли не впасть в панику и опухоль века не стала катастрофой. Чуть-чуть припухло и слава всевышним, через час боль прошла.
Минула неделька.
Ночью, сдуру, открыл балконную дверь, не выключив свет, ушёл на кухню. Через полчаса я узрел весь рой в полном составе в комнате! Кружили вокруг люстры, ползали по стенам, пытались атаковать кошку! По-прежнему, меня почему-то игнорировали!
Но взыграло самолюбие. Какого хренца меня приняли в улей и решили поселиться у нового члена общины!
Пришлось топать в ночи в поисках отравы для ос. К утру, с двумя баллонами какой-то отравы, пьяный и уже не злой, я ввалился в абсолютно чистую от насекомых квартиру. Бороть было некого! И я счастливо уснул, не раздеваясь..
Постиг дзен я позже. Меня атаковали, расслабленного и надушенного духами одной дамы, сразу несколько десятков ос! Пока я спал, беззаботно открыв окно!
Укусов было не более десятка, и в голову - всего два. Но проснулся я моментально!
На инстинктах - закрыл окно и свалил в ванную. Вооружился полотенцем, и постоянно почёсываясь - начал неравный бой с авиацией противника! Ухлопал штук пять в первые две минуты и получив ещё пару укусов в руки, отступил до кухни, для рекогносцеровки. Там оставался не полный баллон дихлофоса!
Перекур и я снова в бою!
Химическое оружие! Что вы о нём знаете? Правильно! Ничего!
Прыская во все стороны дихлофосом, я наносил урон только себе!
Через пару минут осы тоже поняли, что дурак убьёт себя сам и помещение можно будет заселять! И расползлись по стенам и на люстру. А я? Мне на люстру никак нельзя! Я тяжёлый! А кашляя, уроню вообще всё, что ниже меня по этажам.
Опять отступил на кухню, забрал кошку и стал наконец-то думать! Тут без поддержки сторонних или потусторонних сил - мне не обойтись!
Так появился спец!
- Вас не прокусят через такую тонкую ткань? (Вопрошал я с сомнением, пока спец надевал лёгонький комбез)
- Меня не кусают, давно. (ответствовал умник!)
Часть вторая будет оптимистичнее и поучительней.
Спец надел маску химзащиты и открыл бутылку с отравой. Не спеша налил в крышечку нужное количество и вылил в утробу фумигатора. Я зачарованно смотрел, вдыхая пары отравы...
Проводил до балкона, помог с включением в сеть фумигатора, аккуратно и плотно закрыл балконную дверь и с надеждой стал наблюдать действо отмщения своим унижениям от подлых насекомых!
Спец был именно спец! Уверенный, безучастный и сосредоточенный!
Струя направлена прямо в гнездо! Спец воодушевлённо спокоен и отстранён!
Минута, полторы, две..
Осы не сразу сообразили, откуда идёт направленная опасность и кто тут враг.
Атака была неожиданна и непредсказуема. Они стали жалить спецу лодыжки. Укус в левую ногу, сразу же в правую! Пока он прыгал там, в стане врага, матерясь и танцуя.. На спину, ноги и грудь - прилетело несколько камикадзе с осиными талиями. Я только и мог из-за стекла давать указания, кого стряхнуть.
Но яд был хорош! Осы и я это почувствовали! Осы стали замедляться, а я - кашлять!) Вдохнул же паров, не для коров! Я через пару секунд впустил спеца в квартиру, ибо яд в фумигаторе уже закончился, а спец ещё нет. Жалко ведь человека! тем более битва ещё даже не началась!
Спец принёс на спецовке (за тафтологию минусуйте) трёх ос. В квартиру.
Одну в капюшоне удавили сразу, одна вылетела и атаковала меня, но обошлось, промазала мимо лица и была подбита тремором моего страха.
Третья замучалась ползать в накомарнике и умерла бы с тоски, не раздави её спец своей специальной рукой, непокусанной.
Заправка фумигатора новой порцией яда. Я кашляю, но уже с мокрым полотенцем у лица и вдалеке от этого действа.
Спец намерен вытащить осиное гнездо! Он решителен, брутален и я ему верю!
Запускаю на балкон. Уже проще. Насекомые ловят яд с удовольствием и отрешённостью наркоманов.
Спец начал изымать из недр ящика гнёздышко...
Не думал, что такого человека - можно удивить!
Чуть позже, он рассказал, что давно такого огромного гнезда не видел!
Потом рутина. Гнездо в пакеты, благодарность с моей стороны, брутальное спокойное: - Да, ладно!
И мы попрощались.
Есть у этой истории ещё кое-что.
Когда я спецу показывал на осу, которая ползла - ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННО к его шее под накомарник, меня посетила мысль. Не только люди могут жертвовать собой в отмщении. Этой осе не только инстинкт приказывал укусить самое уязвимое место. Как-то ведь это знание у ос - имеется! Как?
|
|
8
На дайв-боте старший гид в гневе подбегает к нашему дайв-лидеру и происходит следующий диалог:
- Слава, твой ребята написать очень плохой слово прямо на винтах Тиссельгорма! Это неприемлемо!
- Фатима, это не они. Винты Тисселя ниже 30 м, а чтобы нацарапать такие большие и глубокие буквы нужно полчаса работать. Мы ныряем с обычными 12-литровыми баллонами, нам просто не хватит воздуха, чтобы такое сделать. Это скорее всего немцы с соседней яхты вон видишь, они ныряют со спарками, им точно воздуха хватит.
- Как можно так шутить?! Это три русский буква, немцы не знать, как такое писать!
- Не, Фатима, это американцы пока еще не знать, а немцев в 45-м еще наши деды научили там на рейхстаге и не такое было написано!
|
|
9
Моя партнёрша по эстраде попросила меня заехать в салон и купить гель для снятия накладных ресниц. Сам я довольно полный, пожилой мужчина с седой бородой и усами. Зашел в салон. Небольшое помещение, все полки заставлены пузыречками, щетками, какими-то баллонами-распылителями. У прилавка две юные девушки что-то обсуждают с такой-же юной продавщицей. Обращаюсь к продавщице с просьбой продать мне гель для снятия накладных ресниц. Все три девушки внимательно на меня смотрят... Говорю: "Девушки не удивляйтесь, это я не себе...". Одна из них на полном серьёзе произносит: "Да мы уже после Кончиты Вурст ничему не удивляемся".
|
|
10
НЮРКА
(из серии "Вот так рождаются стихи")
"Я помню чудное мгновенье"
А.С.Пушкин
"Кому на Руси жить хорошо?
Гагарину Юрке. Буфетчице Нюрке. Леониду Брежневу...
А остальным - по-прежнему".
Анек эпохи 70-х.
В 1973 году отдыхал на лодке в Ольгинском проливе близ 3-го шлюза дамбы в Конче-Заспе, что в 24 километрах вниз по Днепру от Киева. И заключил бартерную сделку, ещё не зная этого термина, с буфетчицей Нюркой близлежащей базы отдыха трудящихся крупного киевского предприятия.
Буфетчица снабжала меня бройлерами, китайской тушёнкой, кто помнит - в красивых прямоугольных банках, растворимым кофе, сервелатом, маслом, сахаром, шоколадными конфетами и прочими дефицитами, которые выдавались отдыхающим базы строго по лимиту.
На меня лимит не распространялся - в порядке этого самого бартера я поставлял Нюрке царскую рыбу - увесистых сомов, линов, судаков и сазанов, которых как подводный охотник стрелял здесь же, в Ольгинском, где знал каждый корч, каждую яму и другие места тусовки добычи. Часть рыбы Нюрка продавала через свой буфет, часть приватизировала для личного потребления.
И в процессе бартера хорошие деловые отношения переросли в нежные личные: Нюрка влюбилась в меня как Тузик в грелку. Ещё бы - такой мужик ей ещё никогда не попадался: трезвый и некурящий интиллихент, не матерится, опрятный, на аккуратной сине-белой лодке, с красавцем, белым королевским пуделем. Да всегда чисто выбрит (правда, это была вынужденная мера, чтобы маска получше прилегала к лицу и не пропускала воду, но Нюрка об этой технической подробности не ведала). Ну, ещё хорош собой, обходителен. Да, судя по закупкам к приезду гостей, не бедный. И к тому добытчик царской рыбы, а не костлявых лещей, которыми её заваливали местные непросыхающие вонючие рыбаки - соискатели самогона, который Нюрка контрафактно сбывала.
Дефициты Нюрка выдавала мне в подсобке, которую запирала на щеколду и норовила меня завалить на мешки с сахаром. Но тут ей был отлуп - я отдыхал на лодке не только с белым королевским пуделем Атосом и подводно-охотничьей снарягой, но и с любимой супругой. И для меня "семья" - слово, от которого в моём еврейско-польско-русско-украинском сердце сливалось не меньше, чем в просто русском сердце при слове "Москва".
Поэтому всё, чего от меня удостаивалась дрожащая от страстного нетерпения Нюрка - ну, там вежливо пошшупаю плотный буфетчицкий жопень да нежно потискаю сиси 4-го калибра - не без того, не жлоб же какой, не оказывающий никакого внимания пылкой Женщине! Но больше - ни-ни. "Потерпи,- говорил,- до 28 августа - в этот день моя должна быть на заседании кафедры и уже останется в Киеве, а я с неделю буду одинок, вот тады моим одиночеством и воспользуесси".
И как только я отвёз благоверную домой и вернулся, Нюрка уже нервно прогуливалась по дамбе насупротив нашего лагеря - дальше Атос не пустил, исполняя обязанности сторожа. И не дал себя даже погладить - рявкнул так, что бедная Нюрка испуганно отскочила. Хотя в ипостаси сопровождающей меня в буфет морды пёс очень даже ластился к ней за колбаску.
К тому же он пребывал не в духах - обиделся, что не взял его с собой, когда отвозил в Киев благоверную. Хотя я объяснил псу, что кто-то же должен был стеречь лагерь, и он со мной согласился да остался сторожить наше нехилое добро - лодку, палатку, газплиту с баллонами, погреб с продовольствием, холодильник, канистры с бензином, и т.д, и т.п.
А как только я вернулся, пудель помчался за Нюрой и привёл ко мне, резко сменив гнев на милость: принял как лучшую подругу, облизывал руки и усиленно вилял хвостом - извинялся за причинённый ей испуг при исполнений обязанностей. Мол, извини, ничего личного - бизнес!
Правда, в палатку нас не пустил, но мы не гордые, перенесли постель в лодку, разложили в сидения в диван, подняли тент, и изголодавшаяся Нюра погнала такую волну, что метеослужбы зафиксировали непонятное природное явление - местный шторм в районе Кончи-Заспы.
Да в Нюре вспыхнул такой огонь, что если б я тоже так воспылал в ответ - чёрт его знает, какие непредсказуемые события случились бы дальше. Это даже могло кончиться пышной многоплодной беременностью не только Нюры, но и моей, поскольку дама предпочитала резвиться сверху.
К счастью, меня отвлекла главная страсть - охотничья: в конце августа-начале сентября в Ольгинский залив массово заходили сомы, лини, судаки и сазаны, нагулявшие за лето нехилые килограммы. Начиналась настоящая пУтина. Уловом набивал обширный садок, чтобы к концу отпуска привезти в Киев мешок отборной рыбы и устроить раздачу слонов - родным, близким, друзьям, подчинённым...
И до отъезда домой пережил сумасшедшую неделю: днём - рыба, вечером, ночью и утром - баба. И так всё перепуталось, что даже даже стал побаиваться: не трахнуть бы рыбу, а гарпун не всадить в бабу.
Вестимо, я же не железный, к концу обе страсти выдохли меня до такого истощения, что потом дома отсыпался несколько суток. Тем не менее эти незабвенные дни гальванизировали меня на возвышенный стиш, который посвятил его виновнице Нюре - аки Пушкин Анне Керн (куды конь с копытом, туды и рак с клешней):
Н.С.
Вот и увяли цветы удовольствия.
Я отощал, словно брошенный пёс.
Хочется только теперь продовольствия.
И хорошо, что хоть ноги унёс!
Вкрадчивым шёпотом, негой и ласкою,
И красотой изумительных поз
Вы из меня даже душу вытаскивали.
И хорошо, что хоть целый уполз!
Так и не понял - кто: ведьма вы, фея ли?
В море огня и желаний немыслимых
Столько навеяли - сколько развеяли...
Но я всё думаю: вовремя смылся ли?
... Вестимо, этому стишу до пушкинского - дистанция агромадного размера. Такая же, как простой буфетчице Нюре Степанне Горпинченко из жлобского XX-го столетия до царской генеральши Анны Петровны Керн из романтичного XIX-го века .
© Алик, дайвер, капитан маломерного судна "Прогресс-2"
|
|
11
Звонок в двеpь. Откpывает усталый помятый человек, с кpасными глазами,
бледный, весь в чеpном, на лице депpессняк пpосто написан. Безpазлично
смотpит на звонившего - веселого жизнеpадостного pумяного здоpовяка
с пpотивогазом и двумя баллонами за спиной. Здоpовяк вопpошает:
- У вас кpысы есть?
- Hет...
- А клопы?
- Hет у меня клопов...
- Hу а хотя бы таpаканы есть?
- Hет. Я совсем один живу... :(
|
|