Результатов: 566

551

В 2016 году я попытался удрать из Украины и получить российское гражданство. Неудачно. О мытарствах по инстанциям, бюрократии, экзаменах по русскому языку – говорить не хочу – это банально и неинтересно. Хочу рассказать о своих наблюдениях и о русских, которых я встретил там…

После приезда в российский город N снял квартиру, а через какое-то время сильно простудился. Решил сходить в поликлинику в 50 метрах от дома, где жил, и «порешать» так, как привык у нас на Украине. Все мужики, когда болеют, ведут себя как капризные дети и просто невыносимы – я не исключение. Подошёл к регистратуре, собрал силы, наглость и… «зашёл с козырей»:

– Здрассь! Мне реально плохо. Я гражданин Украины. Страховки нет. Медкарты нет. Дам денег сколько скажете по прайсу или так… Иначе лягу и буду помирать прямо тут, – заявил я.

– Добрый день! Если собрались помирать – это в морг, а тут поликлиника. Вы конечно можете и у нас отбросить копыта, но только после обследования, и если мы вам разрешим, – пошутила регистраторша.

– Вы издеваетесь? – прошипел я, скомкав брови в кучу для придания свирепой решительности своему выражению лица. Но что-то со свирепостью пошло не так, высокая температура или общее хреновое состояние… У больных вообще плохо с юмором. Мой вид ещё больше рассмешил регистраторшу.

– Знаете, с таким несчастным лицом вас даже в морг не примут, – прощебетала регистраторша, набирая номер телефона. – Сейчас придёт терапевт. Алло, Наташа? Выйди к регистрации, тут тебя умирающий миллионер с Украины ждёт.

Вышла молоденькая терапевт Наташа.

– Где этот лебедь? И что у него с лицом? – поинтересовалась терапевт у регистраторши, взглянув на меня.

– Наташ, ну миллионеры все злые. Работа такая – деньги зарабатывают, характер портится. Наташ, он денег предлагал сколько скажем, так что ты не стесняйся – выстави ему счёт как положено, – съязвила регистраторша.

Терапевт Наташа провела меня в кабинет, проверила, послушала и поставила диагноз:

– Воспаления легких нет, а простуда сильная. Вот рецепт. Рядом аптека – купите всё, а через два дня зайдёте снова ко мне.

– Сколько я должен за консультацию? – спросил я.

– Странный вы. Нисколько. Через два дня придёте на повторное обследование…

Я зашёл в аптеку, купил медикаменты, и заметил возле дома бабушку, торгующую свежей малиной. Малина на простуду – самое то! – Бабуль, по чём баночка малинки? Не помню точно, но бабушка назвала цену раз в пять меньше ожидаемой, что меня очень удивило. Бабушка считала мои эмоции и сказала:

– Сынок, если дорого, я цену ещё скину, только баночку оставлю себе, а тебе пересыплю в пакетик.

– Да это же даром! – возмутился я. – Чего же вы меня, бабушка, так обижаете?! Я заплачу!

– Да вид у тебя больной, сынок, и лицо несчастное… Не всё ж про деньги, Солнышко…

Всегда себя считал прожжённым циником… Добила меня бабушка…

Теория управления, структура и механизмы социально-политической системы, политика, идеология, пропаганда – всё это бессильно, когда речь идёт не о государстве, а о его сакральной сущности – Отечестве. Может, Родина, Отечество – и есть то место, где есть люди, которые тебе помогут, не бросят, искренне веря в «Не всё про деньги, Солнышко…»

552

Моряк Боря и злобная селёдка

На рыболовецком траулере «Золотой Крючок» работал матрос Боря — ветеран восьми бурь, пятнадцати штормов и одной неудачной рыбалки. Он клялся, что однажды поймал селёдку весом в 12 килограммов, но никто не верил. Потому что селёдка... ну, она не бывает 12 килограммов.

Боря знал, что правда на его стороне. Он даже нарисовал эту селёдку и повесил картинку в каюте. Рыба была с глазами, как у начальника порта, и с зубами, как у бывшей жены.

Однажды, во время ночной вахты, Боря услышал странный всплеск за бортом. Он выглянул — и там, при лунном свете, всплыла та самая селёдка. С усмешкой. С зубами. И с якорем в зубах.

— Вот же ж… — сказал Боря и прыгнул за борт с половником вместо гарпуна.

Через три часа его вытащили, синий от холода, но счастливый. В руках он держал... тапок. А селёдка? Уплыла. Но теперь на спине у неё была наколка: «Боря был тут».

553

Инопланетяне могут напасть на Землю в ноябре 2025 года, рассказали американские астрономы. Они заметили странный объект из другой звёздной системы. Его размер - около 24 километров, что больше Манхэттена. Он движется в сторону нашей планеты.
По мнению учёных, это не просто космическое тело, а хорошо замаскированный корабль, созданный другой цивилизацией, и их намерения вряд ли дружелюбны.

Дождались, суки, пока Брюс Уиллис занемог! Раньше не совались, ссыкло зелёное!

554

Почему индийские фильмы такие безумные?

В индийских боевиках черт ногу сломит: автомобилям не писаны законы гравитации, а пулям — баллистики; главный герой голыми руками раскидывает вооруженных до зубов бандитов; пробежка по стенке движущегося состава, словно по дорожке на стадионе, — обычное дело, как и использование банана в качестве оружия. Хватает странности и в комедиях, и в мелодрамах, где целомудренная романтическая линия резко прерывается пестрым танцевальным номером с песнями. Так очерчиваются два самых ярких жанра индийского кино.

Во-первых, масала — то есть тот, где всего намешано, как в чане индийских специй. Признаки масалы можно найти даже в древнеиндийских эпосах «Рамаяна» и «Махабхарата», а также в народном театре Индии, где суровый реализм сочетался с полетом фантазии. Постоянные хеппи-энды связаны с буддийской концепцией перерождений, приводящих к вечному блаженству. Помимо индийского искусства на эстетику масалы повлиял классический Голливуд (например, комедии Чарли Чаплина), гонконгские боевики, итальянские треш-фильмы и клипы с MTV.

Первая масала «Чандралекха» появилась в 1948 году. Уже тогда жанр поражал размахом: в фильме бились слоны, циркачи показывали трюки, а 400 танцоров плясали на гигантских барабанах. В 1970-х годах режиссер Манмохан Десаи возвел масалу в абсолют, выпуская один за другим фильмы о потерявшихся братьях, запретных чувствах и всепобеждающей любви.

Во-вторых, карри-вестерн с упором на тот самый странный экшен. В «Мести и законе», известном и советскому зрителю, есть погони на лошадях, ограбление поезда, танцы на битом стекле и аж две любовные линии. В кино фильм «Месть и закон» шел 5 лет, а очереди растягивались на километры (в итоге автобусную остановку рядом с кинотеатром переименовали в «Месть и закон»).

При этом индийское кино не замыкается на масале. Режиссеры вроде Сатьяджита Рая или Мринала Сена снимали серьезное и мрачное кино о голоде, нищете и окраинах больших городов. Так что оголтелость их фильмов — скорее симпатичный стереотип.

555

Секреты сумок аэропорта
Аэропорт «Внуково». У сотрудников досмотра уже глазa дергаются: они думали, что видели всё.
Случай первый. В чемодане лежит кастрюля… и в ней кот. Живой, довольный, мурлычет. Хозяйка объяснила:
— Ну а как? В переноске ему скучно, а тут уютненько!

Случай второй. У пассажира — чемодан с сотней одинаковых тапочек. «Зачем?» — спросили на досмотре. Ответ был прост:
— Я еду на море и не хочу, чтобы мои друзья ходили босиком!

Случай третий. Бабушка привезла килограмм картошки… в золотом сундуке. «Это семенной фонд!», — гордо заявила она. Сотрудники решили не спорить.

Случай четвёртый. Турист открыл чемодан, и оттуда выпал резиновый надувной фламинго в полный рост. Сотрудник сдерживая смех:
Женщину надувную ещё можно понять... Но фламинго? Это как минимум странный вкус. Не боитесь, что улетит?

556

Этот безумный мир русского инглиша

Начало 21 века

Компьютерная компания в районе Сан-Франциско

* * * * *

- Коля, помоги!

К моему рабочему столу подошла наша новая сотрудница Лариса.
- Слушай - принтала, принтала тут, и не допринтала. Принтер аут оф пэйпер. Где бумага у вас?

Я подошел к принтеру и показал.

- Ох, спасибо! А то я искала, замучилась совсем. Понедельник – день тяжелый. Да еще такие выходные были!

Я понял, что сейчас последует рассказ о тяжелых выходных, и предложил:
- Может быть, присядем? Вон рядом с моим местом еще один стул.

- Да я недолго, только расскажу... Так вот вчера... - представляешь – сначала шопалась весь день [1 – см. прим. в конце], столько сэйлов[2] было, а потом поехала к друзьям на бёздэй пати[3]. Они недавно купили трёхбедренный[4] апартмент у ошеана. Найс эрия[5]... Но дорогой. Жалуются, что таксы[6] большие стали у них.

Я решил пошутить.
- Может быть, это на самом деле ротвейлеры?

Лариса непонимающе посмотрела на меня.
- Ты что, английского не знаешь? Таксы – ну... как это... налоги, вот! Так представляешь – они вдвоем живут в трхбедренном апартменте, а мать хотят отправить в нарсельком!
- Куда??
Я действительно не понял.
- Похоже, у тебя в самом деле проблемы с английским... Ну, дом, где пожилые живут, там медсестры ухаживают за ними. Дом престарелых!
- А! Nursing home!
- Да. Нарсельком. Причем апартмент хороший такой - апгрейдид бэзрумс, волкин клозетс[7], жили бы там с матерью. Хоттаб[8] у них есть.
- Гассан Абдуррахман?
- Чего? Какой Гассан? Так вот они оба работают, а к матери днем приходит хаматенда.
Я опять не понял.
- Кто приходит??
Лариса смотрела на меня уже с явным сожалением.
- Хаматенда. Ну, смотрит за ней, лекарства дает.
- Home attendant?
- Вот, знаешь ведь! Так они говорят, что дорого платить хаматенде, проще отправить мать в нарсельком. Что за люди... Ладно, пойду работать. Хорошо, принтать больше не надо, а то принтер так низко стоит, нагинаться надо все время...

Лариса отправилась к своему рабочему месту, но с полдороги вернулась.
- Коля – так у тебя плохо с английским, оказывается! Я-то думала, что у тебя хорошо – с американцами вон на совещаниях да в обед болтаешь вовсю, а теперь вижу – столько слов не знаешь. Тебе заниматься надо...

Я задумался, как бы лучше ответить.
- Ну... бывает непросто понять, когда ты так свободно вворачиваешь английские слова.
- Чудак! – Лариса засмеялась. – Все ведь так говорят! Так проще. Ну, пойду.
- Лариса!
Лариса обернулась. – Что?
- А когда ты с американцами говоришь, ты вставляешь русские слова? Так ведь должно быть проще.
- Ну ты странный! – Лариса опять засмеялась. – Они ведь по-русски не говорят! Это только мы с тобой здесь по-русски говорим!

Через месяц ее уволили... Главной причиной были массовые жалобы англоговорящих сотрудников (то есть, собственно всех остальных сотрудников) на взаимное непонимание. Надеюсь, что сейчас у нее все хорошо.

= = = = =

1 – шопаться – делать покупки, ходить по магазинам, от to shop
2 – sale – распродажа
3 – birthday party – день рождения
4 – от three bedroom, т.е. с тремя спальнями
5 – nice area – хороший район
6 – taxes – налоги
7 – upgraded bathrooms, walk-in closets – улучшенные ванные комнаты; большие кладовки, в которые можно войти
8 – hot tub, т.е. джакузи

557

- Пaпа, а откудa я взялcя? - cпросил мaленький Кoля, зaлезая к рoдителям нa дивaн.
- Из мaмы, - aвтоматически отвeтил папа, потoм oпомнился, и с ужасoм стaл ждaть утoчняющих вопросов.
- А мама откуда взялась?
- Из Воронежа, - облегчённо выдохнул папа.
- А Воронеж откуда взялся?
- Воронеж? Странный вопрос… А! Вспомнил! Его же архитектор нарисовал. Дяденька такой. По этому рисунку Воронеж и построили.
Колю этот факт очень заинтересовал.
- А меня, прежде чем я из мамы появился, тоже дяденька рисовал?
Мама засмеялась, а папа возмутился:
- Какой ещё дяденька?! Тебя я рисовал! Понятно?
- Ага… - Коля задумался. – А зачем ты мне веснушки нарисовал?
- А мне дети с веснушками нравятся, - выкрутился папа. - Весело же.
- Не очень… - насупился сын. – И уши мне большие зачем? Меня из-за это лопоухим дразнят.
- У папы, когда он тебе уши рисовал, рука дрогнула, - улыбнулась мама. – Он, вообще, у нас плохо рисует.
- Да что ты?! – опять возмутился папа. - Могла бы и поправить мой рисуночек!
- Да, - согласился Коля. - Мама, а ты почему мне не нарисовала другие уши?
- Ну, если честно, и у меня с рисованием в школе было не очень, - призналась мама.
Коля тяжело вздохнул.
- Да ты не переживай, - отец взъерошил сыну волосы. - У меня тоже в детстве уши были, как у слона. А потом ничего прошло.
- Да я не про это…
Коля внимательно посмотрел на маму, потом на папу, потом слез с дивана, и серьёзно так сказал:
– Когда сестрёнку мне рисовать будете, меня позовите. Я прослежу, чтобы вы ничего не испортили. Девочка ведь должна быть красивой!

А.Анисимов

558

Как меня замели за сутенёрство...

В тот вечер на лекции по "вышке" профессор Поспелов наш любимый Юрий Александрович очень обыденно, скучающим голосом рассказал нам, как брать интеграл Пуассона. После лекции я вышел на ночную уже улицу и стоял, позволяя снежинкам падать на горящее лицо и чему-то улыбался. Немного замёрз, но почему-то пошёл не в общагу, а с толпой других студентов сел в метро и поехал. Не куда-то конкретно, а просто так, пятачок бросил в щель, прошёл как лунатик на платформу, постоял со всеми, толпа меня занесла в нутро вагона, поехалииии. Тыг-дык, тыг-дык, тыгдык-тыгдык... очнулся от слов "следующая станция Сокол"

Какой на хуй сокол? подумал я и пошёл на улицу. Там я, так же глупо улыбаясь, походил бесцельно туда и обратно, пока не приткнулся в относительно тихом углу. "Девчонки, а это кто?" "Да ладно, пусть стоит" Вокруг ходили люди, но меня они не отвлекали. Я постепенно забурился между людьми в длинных шубах, там меньше дуло. "Девчонки, это кто, наша охрана, что ли?" "Девки, прикройте меня, я поссу" "Девки, у кого сигареты есть? Да не, яву не буду, салем есть?" Я автоматически высунул руку и тоже взял сигаретку. Чья-то рука щелкнула зажигалкой. "Ого, он наши сигареты ещё будет курить?" "Га-га-га! Пирожок не хочешь?" Я всего этого не слышал, потому что стоя под фонарём боролся с интегралом Эйлера-как его, Пуассона. Там вроде надо сперва возвести в квадрат, получаешь полную херь, и когда уже отчаялся, переходишь в полярные координаты...

Тут кто-то крикнул, что-то такое грубое, квадратное, тупое... Аааа! Менты! Кто-то крикнул "Менты!" Хотя что в этом плохого, ну пусть менты подумал я отстранённо, у них своя система координат, а я совсем в другой плоскости. Вдруг стало тесно, все куда-то побежали, и я побежал. Ну, как - побежал, руки глубоко в карманах, мелко ногами перебираю, кто-то весело визжит рядом, толкнули пару раз, но несильно, на ногах удержался, и на бегу у меня получился странный результат - квадратный радиус.

В общем, я как раз собирался двойной интеграл брать, когда женский голос над ухом громко сказал "Ну всё, блядь, прибежали на субботник" И тут - свет в глаза и чьи-то руки давай меня тащить, я вяло помогаю. Голос рычит "Руки из карманов, руки из карманов!" - и рраз, мои руки выдернули из карманов, а я как раз думаю, правильно, это же пределы интегрирования надо поменять - и тут интеграл этот как-то легко раз-раз - и подошёл к красивому решению, математически красивый корень из пи на четыре. Я аж что-то радостно воскликнул, что-то типа "ух, бля, красиво-то как! ебенинахуйблясцукониибаццо!" и от радости крутнулся на месте вокруг оси. Как оказалось, вырвался из захвата двух тащивших меня ментов...

- Бля, стоять, ска, чёзанах, ннна! - меня уронили в снег, и квадратный корень из четырёх это же два... картинка была - одни ноги в берцах и ботинках, а я думаю, там же ещё половина интеграла в отрицательной области осталась, надо на два умножить...
- Это чо там за блядь страшная валяется, поднимите!
- А это сутер ихний, кажись...

Картинка выровнялась, а у меня в этот момент получился результат - корень из пи. И стою я такой радостный, кайфую от красоты математики, а вокруг возня, суета, какие-то приказы гавкают, женские голоса тревожно кричат. И слышу один и тот же вопрос пять раз кто-то повторяет и повторяет. Я сфокусировал взгляд - на меня смотрит весёлый капитан и терпеливо сквозь гомон блядей говорит "я тебя спрашиваю, ты здесь что делаешь?" - а в руке мой студенческий билет. Я честно собрался с мыслями и ответил "Интеграл Эйлера-Пуассона беру".

Очнулся на улице под фонарём, с раскрытым студаком в руке, за пазухой полно снега... Ничо нипони... Хорошо, метро ещё не закрылось...

559

Примерно в час ночи я услышал странный шум... Ночью вообще много звуков, которые днём не слышны. Кот хрумкает свою еду, позвякивая железной миской. На улице диспетчер товарной жд станции что-то сообщает машинистам тепловозов. Собачке что-то послышалось, и она тявкнула пару раз. Жених пришёл к собачке и трясёт, падла, калитку. Проехала машина. И тут вдруг: динь-динь-динь... пауза секунд 10... динь-динь-динь... пауза секунд 10... динь-динь-динь-динь-динь... Звук вроде бы шёл с кухни.

Я полежал какое-то время, пытаясь расшифровать, что могло быть источником этого "динь-динь-динь" и по всему получалось как будто мимо дома проложили трамвайную ветку и дом стал мелко трястись и звенеть посудой каждый раз, когда мимо проходил трамвай. Других вариантов не было, пришлось вставать и плестись на кухню.

Когда я вывернул из-за угла, я даже не сразу понял, на что я смотрю. Какая-то слабо светящаяся конструкция типа колеса обозрения диаметром примерно с метр, сделанная из полупрозрачных зелёных трубок. А внутри сидят маленькие лупоглазые вроде как осьминоги и вертят головами. При вращении колесо издаёт тот самый динь-динь-динь, что меня разбудил.

Они меня заметили, и прямо в голове посредством телепатии говорят: "Мы прилетели из другой галактики, на нейтринном двигателе." Я говорю рад за вас, а хули на моей кухне? "Вынужденная посадка ," - отвечают.
Тут что- то зашипело, они глаза закатили, "ой, мля, кричат, склиз-реактор ещё 12 флюпов назад начал течь, охлаждение не справляется, мы щас все погибнем вместе с вашей планетой!" И давай щупальцы обвивать вокруг телец и в общем горестном порыве глаза выпучивать.

И тут смотрю - точно что-то у них в колесе кипит и излишки прямо на ковёр капают. Мне и ковёр жалко, и планету Земля, в общем схватил я эту зелёную хрень и удивился, холодная на ощупь. Ну и, куда эту жидкость девать-то, хватаю ртом, мы на Севере, бывало, и бензин хлебали. Думаю, если что - в раковину выплюну. И как-то сразу не сообразил, но вроде не смертельно, а даже нормально в организме становится.

Тут загорается на кухне свет, и вижу - стоит жена и смотрит на меня недобро, я по сторонам раз-раз башкой повертел, а колесо куда-то подевалось, наверное, в пятое измерение нырнули от неожиданности. И как финальный аккорд - в руке у меня почему-то бутылка пива, а на губах пена предательски белеет. Я пену слизнул и чётко говорю - это не то что ты думаешь, я планету спасал. Спи любимая, ты вне опасности.

А она мне запись с камеры - как я к холодильнику крадусь, используя гавканье уличной собачки для маскировки своих шагов, как бутылку пива вытягиваю, чтоб не звякнуть, как открываю пивас, обмотав полотенцем... А я чо, у меня на всё один ответ - не я это, похож просто. Я-то космический десантник нах...

560

Рувим Израилевич был ведущим инженером нашей лаборатории в советском НИИ, компанейским мужиком с характерным «одесским» чувством юмора.
Поэтому сначала я принял за очередной странный прикол то, что однажды увидел его сидящим за рабочим столом с ногами опущенными в тазик с водой. Однако Рувим Израилевич не улыбался, а кряхтел, вытирая ноги и наспех обуваясь, чтобы подойти к телефону, когда ему кто-то звонил. На мой вопросительный взгляд он бормотал что-то невразумительное про старые больные ноги.
Такое повторялось нечасто. Позже я выявил странную закономерность - водные процедуры выпадали исключительно на рабочие «черные субботы». Еще больше меня удивил тот факт, что людей с тазиками под столами я встречал и в других отделах.

Смысл этой странной истории мне объяснили гораздо позже, когда Рувим Израилевич уже благополучно иммигрировал в Израиль, а из Израиля - в США.
Теория тазиков выглядела так. Известно, что в шаббат (субботу) верующему еврею работать нельзя. Нельзя готовить еду, пользоваться транспортом. В Израиле даже лифты по субботам переходят в «шаббат-режим»: не нужно нажимать кнопку (это же тоже «работа»), кабина автоматически останавливается на каждом этаже. Понятно, что и выходить на работу в субботний день это грех.
Так вот, оказывается, субботние запреты не распространяется на путешествующих морем.
Что делает советский верующий еврей? Не выйти на работу в рабочий день он не может - это прогул. Тогда он приносит на работу тазик, наливает в него воду и все - он «на корабле».
Гениально!

561

Кто чем занимался после школы? Лично я с друзьями ловил привидение в старой заброшенной школе. Было это так.
В начале 80х в нашем маленьком городке построили по какой-то госпрограмме новую школу, на смену старой ветхой школы довоенной постройки, находящейся по соседству. В первый класс я пошёл именно в новую школу. Старое здание стало быстро приходить в упадок, а мы, школьники, полюбили туда забираться и бродить по опасным с точки зрения нормального человека коридорам с дырами сквозь перекрытия в полу, заваленным мусором, заходить в разгромленные классы, бить оставшиеся стекла в окнах, в общем, активно развиваться в доинтернетовской среде. И тут кто-то из девчонок, которые ещё со школьного возраста любили грузить со скуки нас, пацанов, всякими квестами, пустил слух о привидении в старой школе. О эти страшные истории детства! Кто вырос без них, тот много потерял. Они были настолько популярны, что увековечивались в "Ералаше" и детских фильмах про Петрова и Васечкина. Нынешние дети уже четко поделились, как мне кажется, на два лагеря - "тревожных", которые боятся всего, и "бесстрашных", которые ничего не боятся, таких как мне кажется намного меньше. Интернет ещё больше запугал первых и закалил вторых. Но это сейчас. А тогда мы заполняли вакуум нехватки приключений этими историями, которые выдумывались непонятно кем и кочевали из одних неокрепших мозгов в другие, будоража сознание.
Я не помню точно, кто из девчонок ляпнул про привидение в старой школе. Но идея поймать или хотя бы поговорить с ним о чем-нибудь пришлась по душе всем. И заметьте, это было ещё до просмотра всяких там Ghost busters с Касперами.
Страха не было совсем, так как на привидение мы шли компанией в несколько человек. Послеурочные дела сменились методическим прочесыванием гулких и длинных коридоров старой школы, перепрыгиванием дыр в полу с риском свалиться на этаж ниже (о эти досмартфоновские времена, вы спасали наших родителей от инфаркта после просмотра роликов с подвигами ваших чад), заглядыванием в самые тёмные углы здания и, увы, разочарованием, так как привидения нигде не было. Потом кто-то увидел на стене раздолбанного класса какую-то нарисованную фигню, и все решили что это тайный знак, указывающий на привидение. Потом кто-то на другой стене заметил непонятную надпись "осторожно Веста", и все решили что это предупреждение, а значит привидение где-то близко. Вот так мы шатались по опасному, без сомнения, ветхому зданию, а потом перепачканные, но жутко счастливые непонятно от чего шли домой.
От постоянных мыслей о привидении в школе я как-то увидел сон, будто стою я в длинном темном коридоре школы, и навстречу мне издали неторопливо топает какое-то низкорослое белое существо, жуткое, с неразборчивыми чертами лица и фигуры, издающее странный нарастающий гул. Существо не дотопало - я проснулся в холодном поту.
Поиски привидения продолжались несколько недель, потом нам просто надоело. Девчонке, распускавшей слухи о нем, торжественно объявили о том, что она вруха, и всё вернулось в рамки рутинной школьной жизни.
Осознание того, как мы рисковали, пришло намного позже, во взрослом возрасте. Я очень рад, что наши странные поиски не закончились трагедией, как это часто бывает в играх на заброшках. Ведь тогда бы это была психологическая детская травма на всю жизнь, а не приятное воспоминание.
Старую школу лет 15 назад частично снесли, а частично отремонтировали (да, и такое бывает - снесли половину, оставив вторую, которая, видимо, была в лучшем состоянии). Уже во взрослом возрасте, приехав в родной город, мне довелось побывать в этом здании, которое теперь узнаваемо только снаружи и то с одной стороны. В нем теперь располагается ЗАГС и гостиница. И кто знает, может быть, сочетающихся узами брака иногда благословляет зловещим шепотком это самое привидение из детства. А может, оно пугая постояльцев, бродит по новой гостинице, пытаясь вернуться в свой мир.

563

[b]Долгая дорога к просветлению[/b]

История началась три года назад, когда мой друг Серёга, известный любитель лёгких денег и сложных схем, притащил ко мне в гараж здоровенный, явно старинный сундук. Весь в пыли, с кованными железными уголками и огромным висячим замком.

«Нашёл на чердаке у бабки в деревне! — сиял он. — Думаю, там клад! Антиквариат! Но вскрывать буду только с тобой, ты же мне как брат».

Мы поставили сундук в угол гаража, поклялись найти мастера по старинным замкам и никому о нём не рассказывать. Начались поиски. Оказалось, специалистов по средневековым английским висячим замкам XVII века в нашем городе днём с огнём не сыщешь. Серёга погрузился в интернет-форумы кладоискателей, я слушал его многочасовые теории о том, что внутри: то ли золото флибустьеров, то ли секретные карты, то ли прадед-граф скрывал там семейную тайну.

Через полгода он нашёл какого-то чудака из Вологды, который согласился приехать и вскрыть замок «исторически корректно», не повредив его. Мы скинулись на билеты мастера. Тот приехал, три часа копался у сундука с какими-то щупами и спицами, а потом развёл руками: «Замок — бутафория. Прикручен на два болта с обратной стороны. Просто открутите».

Мы онемели. Открутили. С трепетом приподняли массивную крышку. Внутри, на бархатной, истлевшей от времени подкладке, лежала… ещё одна коробка. Обычная советская жестяная коробка из-под монпансье. Серёга, уже не дыша от предвкушения, открыл и её. Там, завернутая в газету «Правда» за 1978 год, лежала записка, написанная корявым почерком:

«Колхоз им. Кирова, бригаде плотников. Колян, Гришан, Вась, вы туда не ходите, вы сюда ходите. А то цемент уже второй рейс простаивает. Вахтёр дядя Миша».

Мы сидели в полной тишине, глядя на эту записку. Всё. Три года тайн, надежд, поисков, тысячи рублей на поездку специалиста… ради послания от какого-то советского вахтёра.

«Ну что ж, — хрипло сказал Серёга, — хоть сундук антикварный, продадим». Мы сняли замок, чтобы отнести его на оценку. И тут, под слоем краски на задней стенке сундука, где висел замок, проступили какие-то гравированные линии.

Серёга схватил растворитель, смочил тряпку. Через десять минут перед нами, чётко и ясно, проступила красивая гравюра: карта какого-то поместья с обозначениями, а внизу — надпись на латыни. Мы перевели её через Google: «Тайна — в ложном дне. Ищи того, кто знает цену железу и крови».

Это было как удар тока! Значит, не зря всё! Значит, бабка была не проста! Значит, коробка с запиской — это просто отвлекающий манёвр для непосвящённых! Наш энтузиазм вспыхнул с новой силой. Теперь мы искали уже эксперта по тайникам и гравюрам. Серёга практически поселился в архивах, я финансировал поездки по всем усадьбам области, которые хоть как-то соответствовали рисунку.

Ещё год ушёл на поиски. Мы нашли усадьбу! Она принадлежала старому, совершенно глухому коллекционеру. Когда мы, трясясь от волнения, показали ему фото гравюры, он долго её разглядывал в лупу, а потом хрипло сказал:

«Да, знаю эту работу. Это Суворов-младший, середина XIX века. Делал фальшивки для богатых купцов, которые хотели «родовую историю». Эту гравюру он клепал пачками. У меня их штук пять в амбаре валяется. Продам вам за пять тысяч, хотите?»

От его слов нас чуть не хватил удар. Мы вышли от него, сели на лавочку у пруда и молча смотрели на воду. Вся эта многоходовка длиною в три года — сплошная цепочка фальшивок и пустых надежд. Наши мечты о богатстве растворились, как дым.

«Ну… — сказал я, пытаясь как-то разрядить обстановку. — Хоть коробка от монпансье антикварная. Может, её продадим?»
«Забей, — махнул рукой Серёга. — Давай лучше выпьем. За наши глупые мечты».

Мы купили бутылку виски, вернулись в гараж, сели на старые покрышки прямо перед открытым сундуком. Пили молча, передавая бутылку друг другу. Напиток постепенно делал своё дело, тоска начала отступать, сменившись философским отношением к жизни. Под конец бутылки мы уже смеялись над всей этой абсурдной историей.

И тут, в момент, когда я закатывался от хохота, швырнув пустую жестяную коробку от монпансье в угол, раздался странный звук. Не глухой удар жести о бетон, а звонкий, дребезжащий. Как будто внутри что-то болталось.

Мы замерли. Серёга медленно подошёл к коробке, поднял её, потряс. Внутри что-то звенело. Он с силой сжал жесть в нескольких местах, и дно коробки… отщёлкнулось. Фальшивое дно.

В маленьком тайничке лежал ключ. Не старинный, а самый обычный, современный ключ от почтового ящика. К нему была привязана бирка с номером: Ящик 347.

Мы не спали всю ноть. В восемь утра мы уже висели на двери главного почтамта города. Как только открылось, мы влетели внутрь, нашли ящик под номером 347. Сердце колотилось так, что я слышал его стук в ушах. Серёга дрожащей рукой вставил ключ. Щёлк. Ящик открылся.

Внутри лежал один-единственный конверт. Без марок, без адреса. Мы разорвали его. Внутри был листок в клетку, оторванный от школьной тетради. На нём тем же корявым почерком, что и первая записка, было написано:

«Если вы это читаете, вы большие упёртые мудаки и потратили кучу времени. Но настойчивость должна вознаграждаться. Клад — это опыт, дружба и эта офигенная история, которую вы теперь можете рассказывать. Цемент всё ещё ждёт. Дядя Миша».

Мы стояли у почтовых ящиков, держа в руках эту записку. А потом начали смеяться. Смеялись так громко, что на нас начали коситься почтовые работники. Мы смеялись до слёз, до боли в животе. Это был смех просветления.

Мы ничего не нашли. Но мы нашли всё.

P.S. А коробку от монпансье я всё-таки продал на аукционе одному чудаку, который коллекционирует советский быт. За восемьсот рублей. На эти деньги мы с Серёгой… купили цемент. И построили ему на даче нормальный сарай. Без всяких сундуков.