Анекдоты про семьдесят
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 256

251

"Уважайте старость!" - говорили они...

У нас на районе есть много магазинов: Магнит, Дикси, Пятёрочка. Обычно я хожу в Магнит, но осенью решила зайти в Пятёрочку, посмотреть на их ассортимент и акции. Подумала о том, что приобрету продукты здесь, чтобы далеко не ходить. Положила в корзину молоко, масло, муку и другие ходовые товары и пошла на кассу самообслуживания.

Сканирую товары, а боковым зрением вижу, что слева от меня стоит женщина. Справа была еще одна касса самообслуживания, но женщина почему-то решила дождаться того момента, когда я закончу отовариваться. Я не люблю, когда у меня стоят над душой, от этого делаю все в два раза медленнее, и, соответственно, сканировала товары очень медленно, а женщина стала фыркать. Вдруг, она поставила свою корзину рядом с моей и стала сканировать свой товар в мой чек. Я ей сделала замечание, мол, я еще не закончила, на что она ответила:
- Я что, еще долго буду ждать?
- Так вот же еще одна касса стоит! - ответила я,
- Я сама разберусь, на какой кассе мне отовариваться!
- Вы свой товар пробиваете в мой чек! Как я расплачиваться буду? Или Вы хотите, чтобы я Ваш товар еще оплатила?

Женщина в возрасте, лет семьдесят-восемьдесят на вид. В правой руке у нее была трость. Женщина вся ссутилившаяся, трясётся. С одной стороны мне было очень стыдно с ней ругаться, но с другой - такой наглости я еще не встречала!

Я решила сделать иначе. Просто оставила свои товары на кассе и пошла к выходу. Сзади услышала фразу от этой женщины:
- Старость уважать надо! Ничему молодёжь не учат!

Я так и не поняла, что она от меня хотела: то ли, чтобы я товары ей оплатила, то ли, чтобы в ноги ей кланялась...

252

Привет, Страна!

Тут XTais-у приглянулся мой рассказ про батю, и он сказал, что с радостью прочтёт продолжение. Да не вопрос, бро. Лови.

Про папу. Часть третья.

После того как не стало мамы, отец остался один с двумя пацанами на руках. Одному из нас едва исполнилось шесть месяцев. Шок, немая обида на судьбу, бунт против Создателя и запредельный стресс... Знаете, папа и сейчас, сорок лет спустя, не может спокойно пройти мимо той больницы. Время идет, а рана всё равно саднит.

Личная жизнь у него потом не заладилась. Тяжёлый характер, поломанный судьбой, вечное «лекарство» в стакане, бедность... Какая женщина долго такое вытерпит? Младшего забрал дядя в деревню, а я остался с отцом.

Крови он мне попил, конечно, прилично — мама не горюй. Придёт «под мухой» и давай душу вынимать:
— А какого банана ты сломал мои часы, твою мать?! Думаешь, мне деньги с неба падают?!
Отец всегда был скуповат, и я нечаянно наступил на его больную мозоль. Те часы он мне припоминал долго, как будто в них была заключена вся его нелёгкая стабильность.
— Ты почему не учишься? В дворники захотел?! Это что, двойка по английскому? Сел и все выучил!!!
Ну блин, ты же мужчина! Хочется поскандалить — иди к ровеснику, разберись по-мужски. Но нет, проще было сорваться на малом. Весёлое, в общем, было детство. Свой первый седой волос я нашёл в восемнадцать. Нервы в труху, здоровье — «спасибо» папиным концертам.

Долго я носил этот камень за пазухой, пока жизнь не свела с мудрыми людьми. Есть такой знаменитый отец Анджей. Он годами мягко повторял:
— Помирись с отцом. Ему уже не двадцать пять. Сколько ему ещё осталось? Ты думал об этом?
А потом одна женщина сказала слова, которые пробили мою броню:
— Это твой отец, он дал тебе жизнь. У меня тоже папа пил. Но вспомни — ведь было же и хорошее? Он ведь лечил тебя, кормил, одевал... Вспоминая добро, ты лечишь свою собственную душу.
И меня накрыло. Я ведь правда задумался: я в детстве из болячек не вылезал, а папа таскал меня по врачам. Поликлиника была моим вторым домом, и он доставал любые лекарства. Возил в секции, пытался пристроить в музыкалку. Я никогда не был голодным или раздетым. Он не сдал меня в детдом, хотя в нашей жизни был момент, когда всё висело на волоске. Даже в лицей платный меня устроил. В общем, свой родительский долг он выполнил на твёрдую четвёрку.

Восемнадцать лет я терпел его дебоши. А потом на биологии нам сказали: всё, ты полноценный член общества, человек полноправный. Ну, раз взрослый — стал давать отпор. Ругался, уходил, не разговаривал. Как-то один раз молчал месяцами. Помню, папа первым сделал шаг:
— Что, сынок, отцу родному денег уже не даёшь? (я тогда ползарплаты ему отдавал до ссоры).
— Да не вопрос, пап, зарплата через неделю, отдам.

Так мы «зажигали» ещё десять лет, пока я окончательно не съехал на съёмную. Он жутко обиделся. С его колокольни это была черная неблагодарность: ростил сына, ростил, ночами не спал, ждал опору в старости, а тут — нате, ушёл и даже «спасибо» в карман не положил. Кричал, что из квартиры выпишет...
Вины за собой не чувствовал никакой...

Первое время я ещё звонил, поздравлял с праздниками. Но я так устроен: мне нужно встречное движение, а его не было, я ему звонил, а он мне нет. И общение потихоньку заглохло.

Отец мой был неласков и суров,
Он жизнь прожил, не ведая покоя.
И я теперь среди своих миров
Вдруг нахожу в себе его лицо кривое.
Я злился, уходил, искал пути,
Но время всё расставило по полкам:
Трудней всего — понять его и простить,
Не оставаясь на него лишь волком.
(Константин Ваншенкин)

Когда я рассказываю это людям, мне часто говорят: «А квартира? Отсуди долю!». А я отвечаю: «Я и так полусирота. У меня остался всего один родитель. Не буду я судиться. Пусть доживает, как хочет, сколько Бог даст».

Говорят, время лечит. На самом деле душу лечит Создатель. Двадцать лет конфликта — это слишком много. Папе скоро семьдесят. Наш клан по его линии — долгожители, все за восемьдесят уходят, и он ещё бодрячком, ремонтами подрабатывает. Я простил его.
Начал потихоньку мириться. Со стариком непросто: капризный, упрямый, обидчивый. Всё так же выпивает, а потом — в больницу на профилактику.

Старость — это ведь второе детство. Два года мы снова общаемся, и он начал оттаивать. Я знаю его как облупленного, знаю, с какой стороны подойти. Путь к сердцу моего отца лежит через его жадность ))))

Даст Бог, наше скандальное 25-летнее реалити-шоу закончится миром.

«Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле...»
Исход 20:12

Помните те старые ролики из девяностых?
— Они выросли и забыли своих родителей. А вы помните? Позвоните родителям.

С., по ГОСТу.

253

О бедном еврее замолвите слово
Историю эту мне рассказала после недавних событий подруга.
Сидели мы, выпивали, смотрели под пивко с воблой новости, она и выдала:
- Как хорошо, что я в эту Израиловку не уехала. Вот бы мне сейчас звездец был!
- А приглашали?
- Приглашали. Не рассказывала?
- Нет.
- Наверное, и к слову не приходилось и история эта сложная, - задумалась подруга.
- Расскажешь?
- Расскажу. Не думаю что евреи с тех пор сильно изменились, судя по поведению – у них взяли власть ортодоксы.
Дальше я ее слова приведу от первого лица, как она мне и говорила.
Пусть подругу зовут Маша. Рассказывать о ней не буду, да и не о том речь. Комментировать ее рассказ тоже не буду. Это – ее впечатления и ее жизнь. Итак…

Дело это было в девяностые годы, в самом конце.
Тогда из нашей страны откровенно вывозили талантливую молодежь. Обещали, что там будет хорошо, что тут будет плохо, мы, воспитанные лопоухими родителями – верили в сладкие обещания. Меня эта участь тоже не избежала.
Правда, в другом варианте.
Медициной я хотела заниматься всегда, но в конце девяностых поступить в мед без денег или блата было практически невозможно. Горжусь собой – я прорвалась на бюджет.
Только вот для меня тогда даже стипендия, в семьдесят, что ли рублей, была серьезными деньгами. И вставать приходилось в пять утра, чтобы бегать через полгорода – на проезд частенько и то не хватало.
Как известно, в каждой приличной русской семье можно найти еврейскую бабушку, тетю-хохлушку, дядю-белоруса и прадеда-татарина. Это еще не полный список.
И вот однажды, подруга с соседнего факультета, сказала мне:
- Машк, а ты бы хотела поехать за границу и учиться там?
- На какие шиши?
- Есть такая программа – репатриация в Израиль. Если у тебя есть еврейские предки, ты можешь туда поехать, выучить язык, получить гражданство…
Плевать мне было на Израиль. Но медицина!
Чтобы стать хирургом, я бы пошла на все. И если там можно, а тут у меня перспективы были крайне невнятные, и мне регулярно намекали, что места только для своих…
Понятно, просто так никто бы не поехал. Поэтому была программа для юных евреистов. Съездить на две недели, посмотреть, куда зовут, и если понравится, тогда… и все это бесплатно. Мы оплачивали какой-то небольшой процент…
Ради такого дела влезли в долги.
Правда, бабушка (не еврейка) сразу сказала, что это дело такое. О еврейских ростовщиках она слышала, а вот с еврейскими меценатами – никак. Так что смотри в оба и ничего не подписывай.
Я и не собиралась.
Поезд, самолет, Израиль.
Первые два дня – угар и восторг. Институты, больницы, оборудование, от которого у меня чуть религиозный экстаз не случился, сейчас-то оно и тут есть, но в девяностые! Кстати, море, которое я увидела в первый раз.
Программа включала поездку по всему Израилю. Тель-Авив, Иерусалим, Хайфа…
Едем. Потом прозвенел первый звоночек.
На третий день индеец Зоркий Глаз заметила, что в автобусе с нами едет девчонка примерно наших лет с оружием. Автомат какой-то.
Английский я знала неплохо, потому и принялась с ней разговаривать. Звали девчонку Руфь, была она из семьи первопроходцев, приехали они сюда давно, вся родня – евреи, вот, она служит. На мой вопрос – тебе заняться нечем? Или ты мечтала служить? Руфь ответила, у них служат все. Потом она учиться будет, но отслужить надо.
Это и мне придется служить? Оказывается, да. Приехал – пожалуйста. И не факт, что медиком, дадут автомат – и бегай. Это мне не понравилось. Если что, хирургу такие развлечения могут дорого обойтись. Повредишь руку, и конец карьере.
Расспрашиваю дальше.
Служат все, а кого куда направляют, ну вот ее – сюда. А так могут и на границу, и куда угодно… и что? Мне придется стрелять в арабов? Которые мне вообще параллельно? А с фига? Вы сами с ними поссорились, сами и разбирайтесь, я не хочу. Я лечить хочу, а не убивать. И точно не рисковать жизнью во славу страны, которая мне пока ничего не дала. Только обещает. А откосить не удастся, она со своей влиятельной родней – тут, а куда зашлют меня? Если я тут вообще никто?
Звоночек второй.
Едем дальше. Стена плача.
Все названия приводить не буду, но вот стена, и я захотела поставить у нее свечку.
Низзя.
Почему? А потому как вы еврейка не по маме, а по фиг знает кому. Второй сорт. Унтерменш среди юберменшей. Так что вам многое нельзя. И ваши дети – да-да! Они тоже будут вторым сортом, потому как мама не породистая.
Все евреи равны, но одни равнее других?
Оруэлла читала только я, потому окружающие пожали плечами и согласились. Да, понимать надо, везде свое… а тут ты – второго сорта. Я поняла.
Третий звонок.
Музей всех погибших в холокосте. Кому интересно – ищите в интернете, я потом нашла. Красивое место, хороший экскурсовод.
Черт меня дергает за язык.
Открываю рот и интересуюсь, нельзя ли посетить памятник русским солдатам. Или тем кто тоже погиб во время ВМВ? Или памятник Сталину без которого Израиль не состоялся бы.
А что?
Евреев тогда погибло пять миллионов. Русских – двадцать шесть. И кого тут геноцидили и холокостили?
Экскурсовод изображает карпа и хлопает жабрами.
Нет таких ага. Евреи сами вылезли из концлагерей, сами всех спасли, короче все сами-сами, и никто им не помогал. Возможно, они даже лично застрелили Гитлера.
- Благодарности от евреев дождаться не получится, сразу видно – благородный народ, - подвела я итог. А музей так ничего, красивый.
Звоночек четвертый.
Иерусалим.
Нам по 18-19 лет, как тут удержаться и не погулять по ночам? Кто сможет остаться спокойным?
Экскурсовод чешет репу, потом берет карту. Дело было еще ДО массового распространения сотовых, может, они были у одного человека из пяти, так что…
Карту в руки и карандаш.
- Не ходите сюда, сюда, сюда…
Лучше вообще никуда не ходите. Спрашиваем.
- Это – чего?
- Вот это арабские кварталы, вас там могут просто побить за внешний вид.
А, ну это понятно. К мусульманам с голыми сиськами ходить невежливо, это мы понимаем. Хотя кретинизм, конечно. Если из точки А в точку Б проще всего пройти по прямой – уж потерпели бы мусульмане? Мы ж не соблазнять идем, а просто домой. На фиг они нам нужны?
Но это половина пирога.
- А вот это?
- Это ортодоксальные кварталы.
- там нас тоже за сиськи побьют?
- Ну… могут выгнать, могут дерьмом кинуть…
- Ы!?
Немая реакция.
Двадцатый век заканчивается, каким дерьмом?
Экскурсовод видит что мы офигели, и на полных серьезных щах объясняет, что у местных ортодоксов, то есть у их бап-с и деток есть такое развлечение. Гадят в пакетик, завязывают, и могут кинуть в мимо проходящего не-ортодокса. Или еще каким мусором.
У нас культурный шок.
Удержаться было выше моих сил.
- они что – вот это складывают, может, еще и в холодильнике держат, и ждут? Или у вас такие производительные ортодоксы? Как видят мимо проходящего, так и начинают процесс?
Экскурсовод видит, что мы ждем ответа, тут все подтянулись, кто был в холле гостиницы, из наших, тема-то всех интересует.
И он вполне серьезно отвечает.
- Ну… да, хранят. Но ведь у вас тоже опасно ходить по улицам у вас эти… бандитские разборки?
Раздается грозный вой:
- ЫЫЫЫЫЫЫ!!!
Одного из парней, москвича, еврея по прадеду, скручивает в дугу. И он с воем выдыхает:
- Я как представлю, как митинская и люберецкая братва вот ЭТИМ кидают в друг друга на стрелке…
Порвало – всех.
Мы выли, рыдали, ползали по полу от смеха, под осуждающим взглядом экскурсовода. А я окончательно убедилась, что евреи – это люди высокой культуры. И такие запасливые. Или производительные?
Не знаю много ли ребят из тех что ездило в ту поездку, репатриировалось, лично я решила, что предки есть – и хорошо, но я туда ни ногой. А выводы про Израиль?
Сделайте сами.
И помните – остерегайтесь ходить по ортодоксальному кварталу без костюма полной химзащиты. Или хотя бы без зонтика.

254

Встретился с одноклассницей. Вот что она рассказала.
Так уж случилось, что мне пришлось делать фотографию на паспорт. Ну да, паспорт надо было менять. Потому что лет мне... Да, уже не двадцать пять. Не хочется говорить, но... тогда мне сорок пять стукнуло. А фотография на паспорт — отдельная песня. Не помню уже, кто сказал, что в паспорте практически у всех видится морда бритой обезьяны. Но - надо. Иду в одну фотостудию. Фотограф - девочка. Нет, даже девочкО. Смотрю на фото. Что, эта загнанная до смерти кобыла - я? Да у неё же на морде написано, что ей стукнуло семьдесят! Не, не нравится. Иду в другую студию. Фотограф - девочкО. На фото - личность с явной умственной отсталостью. Реальная идиотка. Иду в третью студию. Кто фотограф, надо уточнять? На фото — бомжиха, страдающая чесоткой, фурункулёзом и лишаём одновременно. Иду в четвёртую. На фото - алкоголичка в стадии перехода от запоя к белой горячке.... Захожу в очередную студию и вижу, что фотограф - мужик! Мужик! И говорю ему:
"Ну, сними же ты меня так, чтобы было видно, что я, невзирая на циферки возраста, в тираж ещё не вышла. Ты же МУЖЧИНА, разгляди же во мне ЖЕНЩИНУ! Ещё не старую, ещё не отчаявшуюся в жизни!"
Он и щёлкнул. На фото — симпатяшка лет тридцати максимум, с пухлыми улыбчивыми губками и "чертенятами" в глазах. Эта фотография и пошла на паспорт. Причём рожи я ни в одной фотостудии специально не строила, какая есть, такая и снималась.
Мораль: снимает не фотоаппарат, а фотограф. И снимает не то, что есть, а то, как видит. Очень благодарна до сих пор тому мужчине - фотографу профессионалу.

255

В 45 баба ягодка опять, но это не точно)

Навеяно историей lohhersonskii от 19.03 про смену паспорта.

Я очень ответственно подошла к фотографии на последний паспорт (все-таки ходить мне с ним до конца моей жизни, а еще и работа была связана с частым посещением банков: а там всегда паспорт надо показывать). В общем, пошла я волосы укладывать в салон (волосы длинные, ниже лопаток), мне их выпрямили. Смотрю в зеркало, вроде ничего). Пошла фотографироваться вполне довольная собой. Прихожу, говорю, что мне фото на паспорт нужно - менять пора. Фотограф, мужчина, отвечает: «Знаете, по моей статистике самые придирчивые к фото на паспорт девочки 14 лет, получающие первый паспорт, и мужчины, которые меняют паспорт в 45. Вот недавно мужчина приходил - всю душу мне вымотал: почему такие мешки под глазами, почему я такой старый. А он такой, ну что я могу поделать." И я, ни секунды не раздумывая: «Да, тяжелая у вас работа, но Вы не беспокойтесь: со мной проблем у Вас точно не будет, я, вообще, не придирчивая, статистику Вашу не испорчу. Хотя по поводу 14 лет мне странно это слышать: дочь в январе получила первый паспорт – всего два раза сфотографировали.»

- Везде бывают исключения – философски ответил мне фотограф и мы начали процесс.

Я села на стул, он попросил меня немного приподнять подбородок, выпрямить спину. Волосы я все вперед, конечно, перебросила, чтобы красиво было). Сижу и уже предвкушаю, как бомбически я буду выглядеть на фото в паспорте).

- Ну вот посмотрите – фотограф позвал меня, и я увидела на экране свое огромное лицо, на котором все морщины (которых, как мне наивно казалось, было не так много) были четко прорисованы. Фото заканчивалось ровно на уровне плеч и моих, так тщательно уложенных волос, было не видно.

- А зачем Вы меня так приблизили? Давайте подальше сделаем, чтобы укладку было видно, а морщин нет.

- Лица должно быть 80%, - безжалостно сказал фотограф и занервничал.

- Давайте хотя бы 50, - начала торговаться я, надеясь, что на 60-ти мы все-таки сойдемся.

- У Вас такое фото не примут.

- Ну раньше-то на фото лицо было меньше, - справедливо заметила я.

- Раньше было 60% лица, а теперь новые правила – 80 %, - обреченно сказал фотограф, понимая, что на этом мы не закончили.

Нет, ну треша никакого не было, я фотографировалась раз 10 (ну ладно, 7 – немного преувеличила), но результатом, конечно, осталась не очень довольна, хотя фотограф вставил мне какие-то белые точечки в зрачок на фото, чтобы глаза как будто блестели и немного поработал над цветом лица (видимо, понимал, что я так просто не уйду). Хотя с другой стороны, что на зеркало (фото) пенять, коли….

Фотограф, глядя на меня уставшими глазами, распечатал мне фотографии и сказал: «Вы знаете, мою статистику Вы все-таки нарушили, но с учетом того, что ваша дочь фотографировалась всего два раза, в моем мире все-равно соблюден баланс»)).

Хожу с новым паспортом, а что делать. Но знаете, что интересно, меняла я его 5 лет назад и теперь мне это фото даже нравится, думаю, что в семьдесят я буду считать это фото лучшим))))

Всем добра)

256

Алёна Владимировна машинально качала ногой, бездумно глядя в экран ноутбука. Мысли её бродили вокруг вселенской несправедливости, потому что как-то иначе назвать то, что она в свои тридцать девять лет ещё не замужем, Алёна Владимировна не могла.
Ведь всё при ней, всё! В некоторых местах даже с избытком, но много - не мало. Да и времена нынче такие, что лишний вес - это не проблема, а инвестиция.
На работе все коллеги мужского пола либо безнадёжно женаты, либо не представляют для Алёны Владимировны ни малейшего интереса.
Попытки познакомиться на улице тоже успехом не увенчались, пугливый нынче мужик пошёл, робкий. Чуть к нему подойди с игривым настроем, как он уже краснеет, потеет и что-то бубнит про полицию.
Алёна Владимировна решила, что пора попробовать знакомиться через интернет. Этот способ ей казался сомнительным, но очень уж хотелось сходить замуж, а других возможностей для себя она не видела.
Вот и сидела сейчас Алёна Владимировна перед ноутбуком и набиралась решительности перед заходом на сайт знакомств. Теоретически она представляла, как всё будет, но Алёна Владимировна была опытной женщиной, поэтому отдавала себе отчёт в том, что теория очень часто не имеет ничего общего с практикой.
На сайте она зарегистрировалась и теперь ждала, когда принц на белом коне сам отыщет свою принцессу и напишет ей. Уж тогда Алёна Владимировна возьмёт его в оборот, да и коняшке работа найдётся, у хозяйственной женщины ничего зазря не пропадёт.
Вдруг ноутбук чирикнул и отобразил, что Алёна Владимировна стала счастливой обладательницей целого одного сообщения. Внутри женщины поднялась какая-то горячая волна: то ли изжога, то ли интерес, так сразу и не разберёшься.
Она дрожащей рукой всё-таки смогла навести мышку на значок сообщения и открыла его. "Привет, как дела", - прочитала Алёна Владимировна.
Она уже было разочаровалась в авторе такого послания, как тут же пришло следующее. "Вы блистательно красивы".
Прочитав второе сообщение Алёна Владимировна зарделась от смущения, а акции автора сообщения поползли вверх. Алёна Владимировна назначила этого велеречивого незнакомца на должность искомого принца и рванула в штурмовой флирт.
Пять минут пообщавшись ни о чём, Алёна Владимировна решила выяснить, как выглядит её почти уже возлюбленный. На аватарке у него был забавный котёнок, что не говорило о собеседнике Алёны Владимировны ничего, а знать, как выглядит будущий отец её детей Алёне Владимировне очень хотелось.
Своей фотографии у собеседника не нашлось, поэтому Алёне Владимировне пришлось довольствоваться описанием. А это описание было очень даже ей по вкусу.
Вчитываясь в сообщения, Алёна Владимировна уже видела перед собой высокого брутального спортсмена с копной смоляных кудрей и пронзительными зелёными глазами. Возможно в кудрях есть серебряные нити, всё-таки без пяти минут мужу Алёны Владимировны уже сорок пять лет.
- Ох, он ещё и играет на фортепиано! Какая прелесть! - растеклась Алёна Владимировна лужей по стулу. Очень довольной и вдохновенной лужей, стоит заметить.
Но тут же, словно холодный душ, пришло ещё одно сообщение. В нём собеседник интересовался уже внешностью самой Алёны Владимировны.
А вот это уже было опасненько. Себе на аватарку Алёна Владимировна поставила собственную фотографию, но загвоздка заключалась в том, что на той прекрасной фотографии Алёне Владимировне было девятнадцать лет, да и то была видна только половина лица и густые каштановые волосы.
Надо ли говорить, что за двадцать лет и лицо, и волосы и вся фигура целиком претерпели значительные изменения? Конечно, Алёна Владимировна и сейчас прекрасно выглядела, но юность есть юность.
Алёна Владимировна судорожно размышляла, что же ответить своему принцу. Потом глубоко вдохнула, решительно выдохнула и пододвинула к себе ноутбук.
- Должна же быть в женщине какая-то загадка, - решила она для себя и стала напропалую врать.
Хотя нет, не врать, это слишком грубо звучит. Алёна Владимировна стала талантливо недоговаривать, что, по её мнению, женщине было позволительно.
Рост? Ну, пусть будет метр семьдесят. И что, что у неё на самом деле метр шестьдесят? Она же может надеть каблуки, платформу, да хоть ходули.
Фигура? Сочная, как персик! Да, местами мягкая, а ещё местами пушистая. Ну, вот такой вот персик шестидесятого размера, законом не запрещено! Хотя про размер пока можно и не писать.
На фотографии конечно же её лицо, а про то, что оригинал фотографии за двадцать лет это лицо немножко поизносил, к делу не относится. И лица стало немного больше.
Чем увлекается? Кулинарией, конечно же. Попробуйте наесть шестидесятый размер, не умея готовить! Алёна Владимировна не так богата, чтобы так плотно кушать в ресторанах.
Что Алёна Владимировна собирается делать вечером? Сериальчик посмотрит, картошечки с котлетками и салатиком навернёт да спать ляжет. Точнее, не так. Она будет читать Достоевского, пить чай с бергамотом и размышлять о... Стоп! А к чему вообще был вопрос?
О! Так её зовут на свидание! Свидание? Вечером? В парке? В ноябре? Конечно, она придёт! "Я буду ждать тебя с цветами на аллее", - написал зеленоглазый принц, заставив сердце Алёны Владимировны биться чаще.
Она закрыла ноутбук и с блаженной улыбкой смотрела куда-то в стену. Видимо, именно туда транслировались видения свидания и последующей свадьбы.
- Да что же это я сижу? Времени осталось всего ничего! - вдруг подпрыгнула Алёна Владимировна, после чего вскочила, уронив стул, и унеслась наводить красоту.
К назначенному времени Алёна Владимировна при полном параде шагала в парк. Она была на каблуках, правда, даже на них не дотягивала до обозначенного ею же самой роста. Зато ей удалось втиснуться в пальто персикового цвета, хотя для этого и пришлось надеть корсет, так что дышала Алёна Владимировна очень осторожненько и через раз.
Вот и аллея, осталось найти своего принца Игоря. Алёна Владимировна искала взглядом высокого плечистого мужчину со смоляными кудрями и охапкой цветов, но что-то кроме невзрачного мужичка с тремя гвоздичками никого на аллее не видела.
Мужичок как-то пристально разглядывал Алёну Владимировну, чем сильно её раздражал. И тут её мозг пронзила догадка. Алёна Владимировна медленно развернулась через плечо и прищурив левый глаз стала рассматривать заметно стушевавшегося от такого внимания мужчину.
- Игорь? - спросила Алёна Владимировна, всей душой желая услышать отрицательный ответ.
- Д-да, а вы Алёна? - разбил мужчина все надежды Алёны Владимировны.
Алёна Владимировна разглядывала Игоря как врага народа. Он совершенно не подходил под описание! Где кудри? Те самые смоляные кудри, которые Алёна Владимировна уже мысленно полюбила всем сердцем!
Если кудри когда-то и имелись, то теперь о них напоминал только лёгкий кучерявый пушок по краям внушительной лысины.
А рост? Куда делся богатырский рост в метр восемьдесят? Мужчина был одного роста с Алёной Владимировной, а она даже на каблуках не дотягивала до метра семидесяти. Избранник так спешил на свидание, что стоптался по дороге?
Цвет глаз за толстыми очками увидеть не представлялось возможным, они могли быть и зелёными, но какой от этого толк, если всё остальное описанию не соответствует?
- И каким же это вы спортом занимаетесь? - не сдерживая ехидства, спросила Алёна Владимировна.
- Настольным теннисом! Я знаете какой прыгучий! - выпятил невпечатляющую шириной грудную клетку Игорь.
Алёна Владимировна закатила глаза и вздохнула. А мужчина всё еще в каком-то ошеломлении разглядывал её, прижимая к груди три понурые гвоздики.
- В-вот не надо на меня так вздыхать! Я тоже ожидал увидеть здесь нимфу, а не вот это вот всё, - вспылил Игорь, обводя рукой Алёну Владимировну одной рукой, а второй поправляя сползающие с носа очки.
- Вот это вот всё, значит? - свистящим шёпотом произнесла Алёна Владимировна, после чего вырвала цветы из рук мужчины и стала охаживать этим скромным букетом по голове и рукам Игоря, которыми он эту самую голову постарался прикрыть.
Бросив остатки цветов в стоящую рядом урну, Алёна Владимировна гордо развернулась и пошла на выход из парка.
- Вот же обманщик, а! Спортсмен он, брюнет он! Тьфу, обманщик! И как таких земля только носит, - бурчала она себе под нос.
На аллее Игорь, выковыривая из ушей лепестки гвоздики, тоже бурчал, и тоже на тему обманщиков, а точнее обманщиц. Персик она! Какое возмутительное вранье! Как людям только не стыдно так нагло про себя врать!

123456

Партнеры

Реклама