Анекдоты про сапоги |
Беда, коль пироги начнет печи сапожник, А сапоги тачать[1] пирожник, И дело не пойдет на лад. Да и примечено стократ[2], Что кто за ремесло чужое браться любит, Тот завсегда других упрямей и вздорней: Он лучше дело всё погубит, И рад скорей Посмешищем стать света, Чем у честных и знающих людей Спросить иль выслушать разумного совета.
|
В апреле 1986 года Горбачев приехал в Тольятти и впервые публично сказал: "надо покончить с привилегиями". И людей прорвало. То, что годами шипело на кухнях, полезло в "Правду" - письма с заводов, где клеймили "этих уродов с их шикарной жизнью".
Вот список того, против чего боролись. С высоты нашего двадцать шестого та "борьба с привилегиями" выглядит как эпическая битва за термос. Потому что весь номенклатурный люкс был пронзительно простым.
"Волга" с шофером. Формально служебная. А по факту - возила куда угодно. И не только чиновника - еще и его жену, детей, тестя с тещей. На ней можно было проехать мимо пыхтящего, набитого автобуса, а гайцы видели номера - и не видели нарушений.
Или госдача - уютный домик "среди своих". Аж две спальни, два туалета, садовник, повар. Сегодня такую дачу не возьмет даже замдиректора завода. Потому что у него - особняк с вертолетной площадкой, бассейн с водой из Средиземного моря и портрет в полный рост в форме генерала Российской империи, в безвкусной золотой раме. И там, и дома - финская мебель и сантехника. Квартиры - вот сволочи! - с потолками аж в три метра (сейчас стандарт в нормальных ЖК), улучшенной планировки, увеличенной площади. С такими же соседями.
Главный раздражитель - спецраспределитель. Икра красная, черная, балык, сервелат, нормальное мясо и куры, молочка, сыры советские и импортные, заграничная ветчина - все качественное, без поиска и очередей. Пока народ "доставал" тощие синие куры, стоял в очередях за "докторской" и писал номерки на руке.
А спецмедицина? Четвертое Главное управление. Дефицитные и импортные лекарства, импортные УЗИ, кардиографы, кандидаты и доктора наук на приеме, операции у "светил".
Еще? Будете смеяться. Норковая шапка. Абсолютный символ статуса, мягкий теплый нимб. Номенклатурный работник в пыжиковой или норковой шапке - это был образ власти.
Или доступ в "Березку" за чеки Внешпосылторга. В столичном варианте - спецсекция ГУМа. Там продавались японские магнитофоны, нормальные куртки и пальто, платья, джинсы, сапоги, виски и заграничные сигареты. Вход - только своим.
Плюсом - возможность покупать дефицитные книги или подписываться на редкие зарубежные журналы, поездки за границу, особенно в "капстраны". Отдых - не как все, а в закрытых санаториях в Крыму или Сочи. И негласная квота для детей в МГИМО.
Несправедливость! Многим казалось: если лишить партийного бонзу привилегий - окунуть его в обыкновенную жизнь простого советского человека - он не выдержит и начнет "что-то менять" хотя бы для собственного комфорта. Или просто "отнять и поделить" - чтобы эти гады не жировали. Знакомо, да?
Настоящая несправедливость пришла позже.
И она была не про икру. И даже не про шапку.
Некоторые её просто не пережили.
|
|
Нiж в дупу от ватного писаки Куприна.
"Олеся"
"Судьба забросила меня на целых шесть месяцев в глухую деревушку Волынской губернии, на окраину Полесья, ..
Но... или перебродские крестьяне отличались какою-то особенной, упорной несообщительностью, или я не умел взяться за дело, - отношения мои с ними ограничивались только тем, что, увидев меня, они еще издали снимали шапки, а поравнявшись со мной, угрюмо произносили: "Гай буг", что должно было обозначать "Помогай бог". Когда же я пробовал с ними разговориться, то они глядели на меня с удивлением, отказывались понимать самые простые вопросы и все порывались целовать у меня руки - старый обычай, оставшийся от польского крепостничества...»
…«К тому же мне претило это целование рук (а иные так прямо падали в ноги и изо всех сил стремились облобызать мои сапоги). Здесь сказывалось вовсе не движение признательного сердца, а просто омерзительная привычка, привитая веками рабства и насилия. И я только удивлялся тому же самому конторщику из унтеров и уряднику, глядя, с какой невозмутимой важностью суют они в губы мужикам свои огромные красные лапы...»
Не удивлен вовсе. Все эти вопли про кизяцкий дух растут именно отсюда. Из рабской сущности забитого быдла.
Как и баранья покорность перед скотами из ТЦК.
Все сопротивление выражается в криках «Що вы робите?!»
Прям главный вопрос на Украине сейчас. Сакральный, я б сказал.
А происходит там совок. Собственно, совок и есть естественная форма самоорганизации хохла. Причем совок без науки и балета. Просто концентрированная совковая дрянь. Запертые границы, отношение к гражданам, как к скоту, политизация всего и все и всем заправляют горлопаны-комиссары. Ну и тотальное воровство везде. Ануда, раньше кумачом все драпировали, теперь сортиры, заборы и халупы жб цветом малюют.
Молодец Зеля, чо уш. Хохлам за Бабий Яр отомстил по-царски.
|
|
ИСТОРИЯ ПРО СВАРЩИКА, КОТОРУЮ Я КОГДА-ТО СЛЫШАЛ...
Году в двухтысячном я познакомился с одним уважаемым нефтяником по имени Пал Палыч, который стоял у истоков "Газпрома" и очень хорошо знал Черномырдина с Вяхиревым, которых именовал не иначе как Витька и Рэмчик.
Он был как бы на пенсии, имел с десяток домов, начиная от нашего города и до Сочи с Таманью, а также обладал довольно приличным пакетом акций "Газпрома".
Я с удивлением смотрел на его дом и охреневал - сколько же у него было денег!
А ещё он был интересным рассказчиком, и мы с интересом слушали, как они осваивали Западную Сибирь в семидесятых годах.
Как-то я задал ему вопрос: "Почему Виктор Степанович Черномырдин так косноязычно говорит?"
- Понимаешь, Сол, он разговаривал всю жизнь только матом, а перед камерами ему приходится думать, чем заменить бля и ёп твою мать! Его боялись все, потому что он был крут и скор на расправу, мог за пьянку и в морду дать, на медведя один ходил! Я только однажды видел, как он ничего не смог сказать и не сделал.
Строили мы знаменитый газопровод Уренгой-Помары-Ужгород. Сроки были жёсткие, мы ежедневно по яйца в грязи, мошка, тягачи буксуют... И тут Витька с Рэмчиком приехали с проверкой. Сапоги, костюмы, польты. Короче, модные такие перцы. Идём вдоль трубы, все суетятся, начальники рангом поменьше и бригадиры бегают как ужаленные, рабочие работают и только какой-то сварной в фуфайке сидит на трубе и не работает.
На досточке у него хлеб, сало, лук и початая бутылка водки.
Когда мы подошли, он налил уже второй стакан водки, выпил и закусил луковицей.
На Витьке лица не было, он покраснел и стал матом орать на мужика:
- Блять! Да я тебя сейчас отмудохаю! Я тебя, ссука, по тридцать третьей без выходного пособия!..
Мужик молча посмотрел на него и налил себе третий стакан, сплюнул беломорину и выпил залпом!
Витьке сделалось плохо! Он, задыхаясь, твердил одно:
- Блять! Убью ссуку!
Видя, что на мужика это не произвело никакого впечатления, Черномырдин спросил:
- Ты кто такой?
- Я сварщик, а ты кто?
- Я генеральный директор, - прохрипел Витька.
Сварной закурил беломорину и спокойным тоном поинтересовался:
- Ты коренной шов сварить без брака можешь?
Витька при этом вращал глазами и хрипел.
- А забивочный и чистовой? Нет? Тогда иди отсюда нахуй!
После чего выплюнул беломорину, опустил маску и стал варить.
Витька, как рыба на берегу, хватал воздух ртом, но сказать ничего не мог.
Потом повернулся и со всей своей свитой пошёл дальше, сказав только одну фразу:
- Ну ёп твою мать!
Сварного никто не уволил, потому что таких спецов можно было сосчитать на пальцах одной руки. Остальные могли варить только какой-то один шов, а такими мастерами никто тогда не разбрасывался.
Названия швов я мог и забыть, как они на самом деле правильно называются.
Но вот коренной шов запомнил отчётливо.
Да, эту историю я упоминал раньше в комментах так что кому то она может показаться знакомой!)
Всем хорошего дня!
10.04.2026 г.
|
|
Ежа голой жопой не испугаешь! (Русская народная поговорка)
В армии у всех было много смешных историй, моя служба тоже не исключение.
Строили мы систему на границе с Ираном, лето, жара куча ползущих гадов: гюрзы, скорпионы и фаланги.
Естественно, встречаться с ними никому не хотелось, но они были повсюду.
Поэтому прежде чем утром засунуть ноги в сапоги, необходимо было постучать обувью об пол, и почти всегда оттуда вываливался недовольный скорпион.
Сходить до ветру на природе тоже квест ещё тот, надо было проверить территорию в радиусе пяти метров, чтобы избежать неожиданностей. Но когда прижимало, то некоторые забывали про все эти меры предосторожности.
Законный обед, мы дремлем под деревом, летеха читает увлекательную книжку, идиллия полная.
Тут Мики припекло сходить до ветру. Летеха напомнил ему быть повнимательнее, на что Мики просто махнул рукой и побежал, быстро расстёгивая штаны на ходу.
Понимая, что добежать за скалу он не успевает, присел рядом с тропой, Но, чтобы не загадить её, решил задницей раздвинуть высокую траву и дал залп.
Тут же он почувствовал, что кто-то ужалил его в задницу и затем с шелестом и недовольным шипением уполз в траву.
Идиллию разрушил дикий вопль Мики. Он нёсся со спущенными штанами с криком:
- Гюрза! Помогите!
Сыворотки с собой не было, до заставы три километра.
Летеха встал и посмотрел на задницу Мики, на которой красовались несколько красных точек, потом зачем-то приложил пальцы и измерил расстояние между точками. После этого раздвинул руки в стороны, как рыбак, и сказал:
- Гюрза не меньше метра!
Мики выл и продолжал твердить одну фразу:
- Помогите! Помогите! Сыворотку принесите!
Летеха, почесав затылок, продолжил:
- Нет это точно не гюрза.
Мики немного успокоился, но летеха с серьезным выражением лица продолжал:
- Скорее, это эфа, метра полтора! Сыворотка не поможет, надо срочно отсасывать яд!
Мики повернулся к нам голым задом и заголосил еще сильнее:
- Пацаны! Отсосите! Отсосите!
Все стали шарахаться от Мики, не торопясь отсасывать яд, а он поворачивался то к одному, то к другому, повторяя свою просьбу.
Нам еще деды рассказывали байки, что видели на нашем участке эфу, укус которой - это прямой путь на небо, но летеха нам еще давно объяснил, что самое северное место, где их видели - это Ленкорань, а у нас они не водятся.
Но байка про эфу сильно засела в мозгу у многих.
Мимо прошёл поезд на Ереван, и пассажиры в окнах с удивлением смотрели на картину, где солдатик со спущенными штанами пугает голой жопой других, которые шарахаются от него как от чумы.
Летеха наконец то сжалился над Мики, сказав, чтобы он не переживал, это не змея точно.
Мики с трагическим лицом прекратил скулить, но стоял почему-то так же, со спущенными штанами.
Летеха сказал промыть ранки, после чего взял лопату и пошёл посмотреть на то место, где Мики якобы встретился с гюрзой.
На месте нашлись лишь нора недалеко от тропы и несколько иголок дикобраза, которые он принёс с собой и показал нам.
Мики уже успокоился, натянул штаны и, вытирая слёзы, сказал:
- Ссуки! Нет у меня друзей больше!
Потом взял лопату и пошёл охотиться на дикобраза, повторяя фразу:
- Убью ссуку!
Убивать никого ему не пришлось, потому что испуганный обосранный дикобраз со страху выскочил на рельсы и погиб под колёсами поезда Баку-Ереван.
Летеха глубокомысленно изрёк:
- Не вынес, бедняга, позора! Мики, ты довёл до суицида животинку, тебе её и закапывать.
Мы ржали и катались от смеха, а Мики шипел:
- Ссуки! Бляди! Мудаки!
Мики после этого случая получил погоняло "Отсосити", что хорошо рифмовалось с его именем Митя.
Иглы, которые он подобрал на месте, были бережно отмыты и уложены в дембельский чемодан как память.
А эта история стала байкой и изменила поговорку.
Теперь, когда хотели сказать, что нам не страшны угрозы, говорили:
- Это как дикобраза голой жопой Мики пугать!
Всем хорошего дня!
13.04.2026 г.
|
|
