Анекдоты про осматривал
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 52

51

Очень много лет назад одна моя подруга-художник впервые приехала в Германию, но не успела провести и двадцати четырех часов на немецкой земле, как откуда-то из глубины её организма вдруг посыпались камни, и подругу с температурой, рвотой и прочей дрянью под вой сирен умчали в университетскую клинику города Майнца. Там ей вкололи обезболивающее, она пришла в себя, открыла глаза, огляделась и немедленно зажмурилась снова, ослепленная абсолютной сияющей красотой вокруг. «Я умерла, - подумала она, - и всемилостивейший Господь отправил меня в рай».
Один за другим в ее палату входили белоснежные викинги. Викинги были душераздирающе молоды, высоки, статны, голубоглазы, русы, мускулисты, от висящих на их шеях стетоскопов сами по себе расстегивались пуговицы на блузке, а их белые халаты небрежно прикрывали интеллигентностью мужественность. Викинги брали подругу за руку, проверяли пульс, измеряли давление, они расспрашивали ее о самочувствии, они ставили капельницы и заботливо советовали побольше пить. Минус был один: от переизбытка в организме головокружительных эмоций камень тут же расщепился на молекулы, раскрошился на атомы и унесся прочь, и подругу через два дня из университетской клиники выперли, хотя она умоляла позволить ей остаться там навсегда, лежать на высокой кровати, со слабой улыбкой протягивать спасителям холодные пальцы, и пусть бы на ее бледных щеках, тревожа врачей, вспыхивал и вспыхивал лихорадочный румянец.
С тех пор прошло много лет, но легенда о викингах в белых халатах прочно закрепилась в сообществе художников-постановщиков театра кукол.
Спустя четверть века другая моя подруга, тоже по стечению обстоятельств художник-постановщик, приехала к нам в Германию работать и в какой-то момент с неизвестными и таинственными симптомами воспаления на ноге оказалась в больнице города Оффенбурга. От предвкушения она была почти что в обмороке, шутка ли, двадцать лет тайных грез, и вот они, высокие двери, ведущие в райские кущи, сейчас они распахнутся, и тридцать витязей прекрасных…
Но белые двери наконец-таки распахнулись, и через них в комнату колобком вкатился маленький кривоногий кореец, лысый, зубастый, до жути страшный и злой, как черт.
(Весь ковидный год мы с Димой и детьми прожили в Корее, там нас отвезли в местную больницу, чтобы сдать ПЦР-тест, мрачная корейская тётка с размаху сунула мне палку в нос, а когда я инстинктивно отшатнулась, схватила меня сзади за волосы и ткнула вперёд, и тут я поняла, что в Корее врачи пациентов любят без увертюры.)
Подругину ногу кореец осматривал, ворчливо приборматывая. Потом щелкнул челюстью и завопил: «Воспаление не находить, находить варикозное расширение, а почему находить? Потому что очень много лишний вес, потому что каждый хотеть на диване лежать, шоколад кушать, телевизор смотреть, а надо вставать спорт делать каждый день и ходить тысяч шагов, и нет много жрать, тогда и в больницу не ходить, и еще чулки специальные носить и не говорить истории! Еще вопросы спрашивать?»
Мы в ужасе сказали, что ещё вопросы спрашивать не имеем, но тут кореец случайно посмотрел в окно, с тоской увидел, что вместо небоскребов родного Сеула там карлятся опостылевшие особняки южнонемецкого барокко, вспомнил, что у тутошних дикарей свои ритуалы, повернулся к нам и, радушно оскалившись насколько мог, сообщил: «Хорошего дня!»
И выкатился вон.
«В детстве, - сказала подруга, - я однажды шесть часов стояла в очереди за сгущёнкой. И представляешь, сгущёнка кончилась как раз на мне. Вот и викинги тоже кончились…»

Lisa Sallier

52

В 1987 году American Airlines сделала Стивену Ротштейну предложение, от которого, казалось, невозможно было отказаться.
Заплатите 250 000 долларов один раз. Летайте первым классом в любую точку мира. Навсегда.
Ротштейну было 37 лет, он был чикагским инвестиционным банкиром, который практически жил в самолетах. Он подсчитал все. Он выписал чек. Два года спустя он добавил дополнительный абонемент еще на 150 000 долларов, позволяющий ему брать с собой в поездку любого, кого он захочет.
То, что последовало за этим, стало легендой.
В течение следующего 21 года Ротштейн совершил около 10 000 перелетов. Это 476 перелетов в год. Более одного в день. Он летал в Лондон на ужин. Токио на суши. Париж на встречу. Сидней на выходные. Он преодолел 30 миллионов миль.
Его жена Нэнси позже скажет, что он "сел в самолет, как большинство людей садятся в автобус".
Но вот тут история становится необычной.
Ротстайн использовал свой золотой билет не только для себя. Он превратил его в нечто прекрасное.
Он приезжал в аэропорты пораньше, осматривал зоны ожидания и подходил к незнакомцам, нуждавшимся в помощи. Бездомный мужчина пытался воссоединиться с семьей. Путешественник, у которого отменили рейс. Священник, мечтавший побывать в Риме. Полицейский, надеявшийся вернуться домой в Боснию. Люди, которые никогда не могли позволить себе проезд первым классом, а иногда и вообще не имели билета.
Он предлагал им место рядом с собой. Свободный.
Его дочь Кэролайн позже вспоминала, как ее отец использовал этот пропуск, чтобы помочь бесчисленному количеству людей, превратив то, что могло быть чистой снисходительностью, в случайные проявления необычайной щедрости.
В течение двух десятилетий American Airlines мирилась с этим. В 1998 году генеральный директор даже написал Ротштейну личное письмо, пообещав "соблюдать условия сделки в отдаленном будущем".
Затем наступило 13 декабря 2008 года.
Ротстайн зарегистрировал свой багаж в аэропорту Чикаго О'Хара, подошел к выходу на посадку со своим спутником и приготовился сесть на рейс до Лондона. Как только он подошел к самолету, сотрудник авиакомпании вручил ему письмо.
Его пропуск был аннулирован. Он вступил в силу немедленно. За "мошенническое использование".
Двадцать один год неограниченной свободы закончился за тридцать секунд.
Последовавшая за этим судебная тяжба была ожесточенной. Ротштейн подал в суд на 7 миллионов долларов. American Airlines подала встречный иск. Дело тянулось в судах несколько лет, прежде чем было урегулировано во внесудебном порядке на конфиденциальных условиях.
Но в этой истории есть душераздирающий аспект, который делает все более человечным.
В 2002 году сын Ротштейна-подросток Джош погиб в автомобильной катастрофе. Ему было 15 лет. На его похоронах присутствовало более 1000 человек. Десять из них были сотрудниками American Airlines.
В последующие годы многие из этих "спекулятивных бронирований", на которые жаловалась авиакомпания, были сделаны в самые темные ночи его горя.
"Когда в доме все спали, и мне не с кем было поговорить, и я был одинок из-за смерти Джоша, я звонил в отдел бронирования American Airlines и в течение часа разговаривал с агентами о том, кто что знает", - позже объяснил Ротстайн. "Они знали меня. Я знал их имена. Я знал их жизнь".
В конце каждого звонка они спрашивали, какой номер он хотел бы забронировать. Он заказывал билет на какой-нибудь рейс. Не потому, что ему нужно было куда-то лететь. Потому что он был отчаянно одинок.
Эти тысячи неиспользованных бронирований не были мошенничеством.
Это были попытки скорбящего отца почувствовать связь с миром.

Бывший генеральный директор Боб Крэндалл позже признался: "Изначально мы думали, что это будет что-то, что фирмы будут покупать для лучших сотрудников. Вскоре стало очевидно, что общественность оказалась умнее нас".
Так кто же был прав? Человек, который воспользовался пропуском в точности так, как было объявлено в рекламе? Или компания, которая продала невыполнимое обещание и попыталась его избежать?
Мы никогда этого не узнаем.
Что мы знаем точно, так это то, что за 21 год и 10 000 полетов Стивен Ротстайн воплотил в жизнь мечту, которая есть у всех нас.
Свобода путешествовать куда угодно и когда угодно.
И щедрость брать других с собой в путешествие.
Оказывается, у некоторых обещаний есть срок годности.
Даже у тех, на которых написано "навсегда”…

Из сети

12

Партнеры

Реклама