Анекдоты про конкретный
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 107

101

Наверное, все знают анекдот о грузине из горного села, который в первый раз в жизни попал в Московский зоопарк. Он долго стоял у клетки с гориллой, а когда уже стемнело, и почти все посетители разошлись, негромко спросил: «Каха, это ты?»

Но мало кто знает, что этот анекдот придумал Резо Леванович Габриадзе, сценарист кинофильмов «Не горюй!», «Мимино» и множества других. А еще меньше - помнят, что у Кахи из анекдота был совершенно конкретный реальный прототип – грузинский спортсмен Петр Мшвениерадзе, с которым Габриадзе был хорошо знаком.

Талантами атлета Петр Мшвениерадзе был щедро одарен от природы. При росте 198 см. обладал невероятной силой, мгновенной реакцией, был великолепно координирован. Успешно занимался плаванием, тяжелой атлетикой, играл в волейбол, баскетбол и футбол. Можно сказать, что за короткое время Петр добивался успехов в любом виде спорта, даже в шахматах. Правда, многие шахматисты ему немного поддавались, потому что его одержимость победой и взрывной темперамент были известны всем.

Полностью Мшвениерадзе раскрыл свой потенциал в водном поло. Список его достижений впечатляет: участник Олимпийских игр 1952, 1956 и 1960 годов. Серебряный призёр Олимпийских игр 1960 года и бронзовый призёр Олимпийских игр 1956 года. Но самым ярким событием в своей спортивной карьере он считал проигранный на Олимпийских играх 1956 года в Мельбурне матч против сборной Венгрии, который вошел в историю водного поло под названием "Кровь в бассейне".

Этот матч проходил менее чем через месяц после жестокого подавления Советскими войсками Венгерского восстания 1956 года и запомнился крайне жесткой игрой, обоюдными оскорблениями и потасовками. С первых же минут ватерполисты начали избивать друг друга. Зачинщиками выступили агрессивно настроенные венгры. Мшвениерадзе вспоминал: «Венгерский нападающий Деже Дьярмати в первом тайме до крови разбил мне нос. Я погнался за обидчиком, если бы поймал, задушил бы и утопил, но он успел уплыть...». Игра достигла такого накала страстей, что судьи вынуждены были её остановить. В тот момент сборная СССР проигрывала, и ей было присуждено поражение. Но несмотря на поражение, игра и действия Мшвениерадзе были высоко оценены – ему присвоили звание Заслуженного мастера спорта.

В 2003 году Петр Яковлевич Мшвениерадзе покинул наш мир. Пусть Господь упокоит в свете душу славного сына грузинского народа.
На фото Петр Мшвениерадзе с внуком в 90-е.

По материалам сети

102

В очень далеком 1986 году мы ездили в экспедицию. Работы были связаны с разливом рек. Базировались в с.Енотаевка. Приехали мы туда во второй половине мая.
Село - глухомань глухоманью, особенно для москвичей.
А в конце мая у меня день рождения. Родители желали поздравить дитя с днем рождения. Они знали только название населенного пункта. Поэтому обратились к моему дяде-географу. Он порыскал по атласу и определил, что это село и где находится.
В результате я получила поздравительную телеграмму с замечательной адресацией: Енотаевка Астраханской обл., гостиница, М-ой Татьяне.

В то время я училась в МГУ, и в июне у нас была сессия. Когда мы уезжали, расписания экзаменов еще не было. Но этот вопрос нужно было выяснять.
Кто помнит, раньше, если нужен был конкретный абонент, на почте называли его полное имя.
Мой однокурсник потом долго рассказывал, как мирно ужинал с семьей, когда резко и громко зазвонил межгород.
- Ст-цев Анатолий Петрович? - строго спросили его. -Вас вызывает Енотаевка.
Толик офигел. Не то, что бы у него в Енотаевке не было знакомых, он даже не представлял, что это и где находится!
А уж когда его однокурсница, каким-то образом оказавшаяся в этой самой загадочной Енотаевке, без обьяснений, как ни в чем не бывало спросила:
- Толя, когда у нас первый экзамен и какой? - он просто завопил:
- Ты где?!! И что ты там делаешь?!

Экзамен я, кстати, сдала. Мы вернулись в Москву в тот день рано утром, я успела заехать домой, привести себя в порядок и "сдаться" на четверку.

104

В Древнем Риме перед тем как отправить тесто в печь, римские пекари ставили на него бронзовый штамп. Причина была практической. Пекари пользовались общими городскими печами, и в одной печи одновременно выпекались десятки буханок от разных мастеров, и без клейма было невозможно понять, где чей хлеб.

Плюс хлеб в Риме строго контролировался государством. Чиновники проверяли вес, размер и цену буханок, чтобы предотвратить обман покупателей. Клеймо позволяло точно установить, кто отвечает за конкретный хлеб.

105

Преамбула:
В кафе сидят 2 адвоката и жуют принесенные с собой бутерброды. К ним подходит официантка и говорит, что свою еду есть нельзя. Адвокаты пожимают плечами, меняются бутербродами и продолжают есть

История:
В РФ доступ на местную биржу открыт всем физическим лицам (физикам), достаточно иметь счет в банке и паспорт. Однако по умолчанию каждый физик считается тупым и для того, чтобы его не облапошили прям сразу, давно было введено понятие "квалифицированного инвестора" (квала), которому доступны практически все инструменты в отличие от неквала, которому доступно чуть более, чем нихуя (бумаги класса А и выше). Чтоб получить эти малиновые штаны и считаться чатланином, а не пацаком, необходимо выполнить несколько условий:
1) Пройти тесты на теоретические знания. Это примерно день работы, с обучающими курсами
2) Пройти образовательно-имущественный ценз. Иметь или специальное образование (список весьма конкретный, просто МBA по экономике недостаточно), или поддерживать оборот по счету не ниже установленной планки, или иметь опыт работы на определенных должностях (финдиректор, аналитик финфонда и т.п.) или тупо на счет занести много денег.

Проблема в том, что если этот статус был получен один раз в одном брокере, то перенести его в другой (неважно, по какой причине) - целый квест. Формально ЦБ выпустил распоряжение, по которому это допустимо и осуществляется с помощью специальной выписки, где указывается, что Имярек такой-то является квалом, однако не установил требований к этой справке, а главное - не обязал всех брокеров эту справку принимать. То есть формально один выдает красивую бумажку, а второму она может не понравиться и все, сушите весла - нужно получать квала заново. Тесты - ерунда, вот ценз... До 25-26 годов условия по цензу были относительно мягкие, а после - стали совершенно людоедскими. Нужно поддерживать или оборот в квартал не менее 6 миллионов рублей (~75к$) или сразу закинуть на счет брокера 24 миллиона (~300к$)

Попал в эту мясорубку и я. В одном брокере (назовем его Б1) в лохматом 24 году я сумел получить эти заветные малиновые штаны по обороту, тогда это было 6 млн в год (а не квартал!). В 2026 почесал в голове, сравнил предложения и по ряду причин захотел попасть к другому брокеру Б2, сохранив при этом статус квала. Но не тут-то было - брокер Б2 начисто отказался принимать справку брокера Б1 - буковки не такие, подпись не та. Видимо, деньги мои были не так сильно нужны. Получив внятные описания, чего им нужно, я попытался получить нужную бумагу от Б1, но не тут-то было. Формат справки был прописан в договоре на обслуживание и менять его они отказывались (еще бы, все клиенты разбегутся, если всех отпускать). Пат. Угрозы обратиться в ЦБ как к регулятору не разжалобили их сердца и не обмочили им штаны, тем более, что на сайте самого ЦБ было прямо написано - справки принимать могут, но не обязаны, хотя выдавать должны по первому требованию.

Погрустив, я начал изучать остальных подходящих брокеров, обзванивания их с прямым вопросом - принимают ли они справки о статусе квала от брокера Б1? Брокер Б3 обрадовал меня согласием и за пару дней я получил заветный статус у него. Изучив его структуру, тарифные планы и некоторые иные особенности, я остался несколько неудовлетворенным, однако решил позвонить брокеру Б2 с вопросом - а принимают ли они справки от Б3? На мое удивление был услышан положительный ответ и через 5 дней я таки получил то, что хотел изначально, хоть и воспользовавшись услугами третьего (ни в чем не повинного) лица в качестве переводчика одного формата справки в другой.

Хоть я и не заканчивал МИФИ, но "Дорогу осилит идущий!"

106

В середине нулевых работала у нас в КБ одна еврейка. Её отец в 90-е был видным деятелем хасидской общины в России, так что семья вообще не бедствовала. После его смерти они стали жить заметно скромнее, но остатки былой роскоши ещё имелись. Хасиды их не забывали, и периодически подкидывали ништяков. Однажды подогнали её сыну бесплатную путёвку в хасидский детский лагерь в дальнем Подмосковье. Все воспитатели в лагере были либо из Израиля, либо из США. Посещения родителей были разрешены два раза за смену. Дама попросила меня свозить её к сыну, т.к. добираться в эти ибеня на общественном транспорте было крайне неудобно.
Приехали. Хасидский молодёжный лагерь оказался бывшим пионерским лагерем типовой планировки, прямо как в моём детстве. Имелись в наличии и статуи пионеров с горнами и барабанами, и профиль Владимира Ильича на стене административного корпуса. Поверх всего этого были развешаны какие-то лозунги на иврите, а по трансляции звучали еврейские народные напевы, что вызывало определённый когнитивный диссонанс. Заглянул в столовую, в предбаннике обнаружил хасида в типичном хасидском прикиде, по-английски толковавшего группе детей Тору.
Толпа еврейских мамочек пообщалась со своими детьми и изъявила желание посмотреть, в каких условиях их детки живут. И тут в полный рост встал языковой барьер - еврейские мамочки знали только русский язык, а имевшиеся в наличии представители администрации владели только ивритом и чуть-чуть английским. Мне пришлось стать переводчиком, разрешение было получено.
Мамочки с детьми разбрелись по комнатам, и внезапно выяснилось, что их понимание чистоты и гигиены сильно отличается от хасидского. В комнатах был конкретный срач и соответствующий запах. Выяснилось, что дети за две недели всего один раз мылись в душе, и ни разу не меняли бельё. Начался скандал, мамочки это умеют, любят, практикуют. Увы, из собранных мамочками на экзекуцию воспитателей никто не знал ни слова по-русски. Мне опять пришлось выступить переводчиком. Экзекуция не задалась, хасиды прекрасно понимали мой английский, но совершенно искренне не понимали сути претензий, мол, а что такого?! Всё же нормально, где срач, какой срач, разве это срач?! Нормальный запах! Мамочки поняли, что ничего от администрации не добьются, где-то раздобыли необходимые принадлежности и устроили генеральную уборку с постирушками.
Через две недели сотрудница поехала на второе посещение уже без меня. По её словам за это время там всё вернулось в исходное состояние, мамочкам снова пришлось самостоятельно наводить чистоту.

107

То, что иногда называют романтикой «оттепели», начиналось как сухая и жёсткая продовольственная программа. Магазины пустовали, и надеяться на колхозы особо не приходилось — людям стали раздавать землю, чтобы они могли вырастить на ней продукты для себя и своей семьи, чтобы прокормиться, но без излишков.
Но главный вопрос «почему именно шесть, а не пять и не десять?» имеет очень конкретный, почти математический ответ. Тут не было никакого «на глаз».
Всё началось в тяжелом 1944 году. Война ещё гремела, страна голодала, и советский ученый-овощевод Виталий Эдельштейн, профессор Московского сельскохозяйственного института, человек дотошный и въедливый, сел за книгу «Индивидуальный огород». Эдельштейн был не просто кабинетным теоретиком. Он систематизировал всё, что знала тогдашняя наука о выращивании овощей, и задался простым вопросом: сколько земли нужно одному человеку, чтобы не умереть с голоду?
Он посчитал всё до грамма. Годовая норма овощей на человека составляла 500 килограммов 700 граммов. Цифра выглядит странной, но это и есть научная дотошность: никаких округлений, только точный расчет. Потом профессор вычислил, что для получения такого урожая требуется 124,5 квадратных метра земли. Тоже никакой магии, так как просто опытный агроном прикинул, сколько картошки, моркови, лука и капусты нужно посадить, чтобы набрать эти полтысячи килограммов.
А дальше уже простая арифметика. В те годы среднестатистическая советская семья состояла из 3,9–4,3 человека. Коэффициент, конечно, странный, как половина землекопа, но что поделать — статистика. Умножаем 124,5 на четверых, получаем около 500 квадратных метров. И к этому прибавляем место для садовых деревьев: яблонь, смородины, малины. Так и вышло 600 квадратных метров, или 6 соток.
Этот расчёт не пылился на полке. Уже 24 февраля 1949 года вышло постановление Совета Министров СССР «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве рабочих и служащих». Звучит пафосно, а по факту это значило одно: «Люди, спасайтесь сами, как хотите». Документ подписал ещё Сталин, а не Хрущёв, как многие думают. Именно при Сталине участки по 6 соток стали официальной нормой. А в 1955 году, уже при Хрущеве, приняли ещё одно постановление, которое разрешило строить на этих участках летние домики. И началась та самая массовая дачная эпопея, которую мы знаем.
Но почему нельзя было дать, скажем, 10 соток? СССР же — не Япония, земли каждому хватило бы. Но и на этот вопрос был ответ: чтобы не торговали излишками. Если бы человеку достался участок побольше, он бы вырастил лишний урожай и понёс на рынок. А это уже элементы частного предпринимательства, что в СССР называлось «нетрудовыми доходами» и было делом неблагонадёжным. Шесть соток давали ровно столько, чтобы семья могла прокормиться, но не развернуться в полноценного фермера. Участок должен был кормить только своих, без излишков.
Прямо как в аптеке. Ничего лишнего, только чтобы не умереть с голоду и не отвлекать ресурсы от колхозов. Кстати, формально земля оставалась государственной, а человек получал её в бессрочное пользование. Вроде твоё, а вроде и нет, но это «вроде твоё» тогда значило очень много.
Кстати, условие было жесткое: за три года участок нужно было полностью освоить и построить хоть какую-то будку и посадить деревья. Если не справился — участок забирали. Люди вкалывали все выходные не от хорошей жизни, а потому что боялись потерять этот клочок земли, который становился единственной страховкой в голодные годы.
Дача перестала быть уделом избранных. До этого слово «дача» пахло чем-то старым, дореволюционным, литературным. Ну там Переделкино, писательские особняки, парки с прудами. А тут вдруг дача стала доступна токарю с завода или учительнице.
Вот так и получилось, что шесть соток — это 124,5 помноженные на 4 плюс немного на деревья, минус желание продавать лишнее. Чистая советская арифметика, из которой вырос целый культурный пласт.

Sergey Tkachenko

123

Партнеры

Реклама