талоны жрать → Результатов: 4


1.

Просто так 23.
О профиците.
1. Осень 1990. Я молодой и амбициозный завмаг. Уже 2 года, как закончив институт и поработав директором ресторана. Понял, что это не моё и подался в торговлю.
Время проведённое в ресторации не прошло даром. За этот небольшой срок я лишился почти всех своих жизненных иллюзий и нравственных ориентиров. Надолго потеряв веру в человечество и обретя жизненый опыт, которого лучше бы и не было. Попутно обзаведясь стойкой идиосинкразией к общественному питанию в целом и всему, что с ним связано в частности.
На момент происходящих событий я трудился на новом посту чуть более месяца. Опыта ещё не приобрёл, но понтов и самомнения уже имел в избытке. После кабака, с его бешеным ритмом, пригоревшими котлетами, наглыми официантками и постоянными драками между посетителями. Новая работа казалась лёгкой и простой.
2. После обеда мне позвонили из торгового отдела и приказали организовать выездную торговлю в полях совхоза ХХХ. Месячный план мой магазин уже выполнил и я с лёгким сердцем послал их в .......
Через 10 минут позвонила зам.дир. торга и спросила почему я отказываюсь выполнять приказы. Аргументация у меня была железобетоная: "Светка, Танька, Верка, Надька ........ в декрете. Ивановна, Петровна, Семёновна ....... на больничном (картошку копать отпросились). Кого я пошлю?
Следующим позвонил уже сам пан директор: "Вовка выручай. Для заводских рабочих, которые помогают колхозникам в уборке урожая выделили дефицит. Съезди сам пожалуйста, а я тебе премию и неделю к отпуску". Отказывать пану директору себе дороже и я поехал.
3. Времена тогда были тяжёлые. В стране попросту нечего было жрать. В магазинах страны было пусто. В моём разумеется тоже. Почти все продукты были по талонам, но их всё равно не хватало. Когда случался завоз, то выстраивались длиннющие очереди и в воздухе всегда пахло сварой. Тогда среди народа было расхожее выражение, что-то вроде: "Пофиг, что в магазинах ничего нет. Зато дома холодильники у всех забиты". Полная фигня конечно, все как один перебивались огородами и тем, что смогли купить на талоны.
Иногда государство устраивало разовые акции по затыканию голодных ртов. Мы называли их отоваркой. Вот в таком мероприятии мне и предстояло тогда впервые поучаствовать.
4. Через полчаса к крыльцу подъехал Газ-53 гружённый отоваркой. В этот раз дефицит представлял из себя 3 тонны свиной вырезки. Я забрался в кабину и мы помчали в поля.
Прибыв на место я попросил у водителя накладные, а в ответ услышал: "Я забыл их забрать. У меня только путевой лист". По идее надо было возвращаться за документами, но куда там. Народ был решительно настроен пополнить домашние холодильники и отпускать нас не собирался. Пришлось проявить знание предмета. Я забрался в кузов и достал из лотка пакет с вырезкой. К моему облегчению, там был вложен ярлык с ценой. Ценник меня немного удивил. Такая мясокомбинатовская вырезка продавалась в нашем торге по 3 руб. 50 коп. за килограмм. На этом было напечатано 6 руб. 20 коп. и производителем был некий агрочто-то Х.З.
На тот в момент в стране уже начался некий разброс цен. К примеру, магазины потребкооперации торговали по ценам отличающимся от цен в госмагазинах. Ещё были колхозные рынки и агропредприятия. Те вообще творили с ценообразованием, кто во что горазд. Поэтому меня ничего не насторожило и я пошёл в народ.
Люди узнав цену немного поворчали, но согласились и стали заказывать, кому сколько надо. Подсчитав заявки трудящихся, я выгрузил нужное количество лотков. Договорился с бригадиром, что заеду за тарой и деньгами попозже и поехал к остальным жаждущим мяса труженникам. Через пару часов кузов опустел и я отправился в обратный путь, собирая по дороге опустевшие лотки и деньги. В принципе всё оказалось не так и утомительно. Если ещё учесть, что будет неделя к отпуску и лишняя двадцатка, то всё складывалось просто замечательно.
5. Вернувшись в магазин, я пересчитал деньги, и положив их в сейф собрался домой. В этот момент в кабинет постучались. Это была моя заместительница: " Пока вас не было привезли накладные на вырезку. Очень извинялись за то, что так получилось. Оставили в извинение бутылку шампанского и конфеты. Конфеты мы с девочками употребили к чаю. Шампанское в холодильнике гастрономии." Пришлось мне задержаться на работе ещё немного.
Я взглянул на документы и охренел. В них была указана цена на проданную мною сегодня вырезку. Ценник был для торговских магазинов: 3 руб. 50 коп. за кг.
Моя зарплата на тот момент составляла 140 рублей. Излишек за проданное дороже мясо был больше 8000. Я сходил в отдел гастрономии за бутылкой шампанского. Выпил её в пять минут и ещё долго сидел и думал: "А что собственно мне сейчас со всем этим делать?". Не знаю, насколько долго я мог зависнуть, решая эту в принципе нерешаемую задачу. Только через час позвонила жена и я поехал домой. Решив, что утро вечера мудренее.
P.S. Ребята, убедительная просьба голосовать за историю. А не за ваше отношение к диким 90м и проклятым торгашам, которые "всю страну разворовали". Помните о том, что лично я у вас ничего не брал и в развале страны не виноват.
Иначе нет смысла писать о остром и отражающем дух эпохи. Повышается риск навсегда погрясть в "котятах" и мимозах.
Владимир.
30.08.2023.

2.

Последний рабочий день.

Вот уже больше минуты Егор Василич не работал, просто стоял, задумавшись у станка, так , что даже смотрящий за ним старший помощник мастера Николай сделал ему уже два предупреждения. После третьего автоматически назначалась неделя «ночной».
А задуматься было из-за чего: завтра будет 40 дней, как его супружница, его Машенька, отправилась в лучший мир. И вроде ничего не предвещало беды, но буквально за месяц до трагедии, в течении одного дня, был принят закон «О запрете вызова «скорой помощи» с рабочего места для работников старше 58 лет». А Машеньке то было все 60, но не совсем, день рождения то у неё только через несколько месяцев. Но Егор Василич, или Егорушка, как звала его жена, уже начал потихоньку распродавать свои старые рыболовные снасти, чтоб отпраздновать юбилей как все – в ресторане, пусть и привокзальном, но ресторане. И вот сейчас, очутившись один на один с такой неприглядной стороной жизни и имея в кармане деньги на 2 бутылки водки, оставшиеся от уплаты налога «на смерть», покупки места на кладбище и пластмассового имитатора гроба (на деревянный не хватило), он думал: «А не купить ли на все деньги «боярки» и не ужраться ли в усмерть?» Мысль то была, но удерживало Егора чувство собственного божественного предназначения: ведь год назад, когда его наказали за так называемый «прогул» - разбил очки на работе и не мог вытачивать деталь – дали месяц ночной смены по 12 часов, он прямо тут на рабочем месте у станка заработал инфаркт. И, несмотря на то, что его телефон находился в запертой комнате мастера («Закон о противодействии экстремизму»), Егор, на одних руках, не зря же в далёкой, ещё советской молодости, занимался гимнастикой, дополз до телефона, а мастер открыл дверь. Мастера потом сослали на 5 лет принудительных работ на Дальний Восток, за пособничество экстремизму. И вот Егор вызвал «скорую» и она приехала, а фельдшер, которому самому было далеко за 60 и передвигался он с палочкой, решил сделать что-то невообразимое – укол, пусть даже и трясущимися руками, но ведь попал же, и дал направление в больницу. Как выяснилось фельдшеру терять было нечего – у него была 4-ая неоперабельная форма рака. И этот фельдшер и, ещё не принятый закон «О запрете вызова «скорой»…, и та врачиха, которая ночью колола ему то, что надо, а не аскорбинку под язык, спасли ему жизнь и продлили благоденствие с Машенькой ещё на несколько месяцев.
И вот стоял Егор Василич на своих опухших варикозных ногах, не слушая совсем Николая, и думал о том, принять ли предложение своих бывших товарищей по рыбалке. Ведь они уже давно готовились что-то протестно совершить, потому как все они были уже давно уволены, квартиры некоторые уже успели продать и проесть, а некоторые и не успели – банки всё прибрали к своим рукам. Дети всех уже подписали обязательный документ «Об отказе и не помощи своим родителям». Поэтому они жили в лесу в палатке и кормились рыбой а также лесной живностью, которой становилось всё меньше и меньше, даже киоск шаурмы съехал в неизвестном направлении – собаки больше здесь не встречались. Ведь после отмены пенсий денег взять было неоткуда и только старший сын одного из его друзей-рыболовов устраивал им тайно под сосной «закладки» - 40-50 тысяч рублей. Сначала они покупали на это деньги килограмм мяса, две буханки «черного» и бутылку настоящей водки. Немного поджаривали мясо на углях, но чтоб не ужарилось и устраивали себе «праздник желудка». После принятия закона «О запрете ловли рыбы частными лицами» и сбросе в реку заводом какой-то дряни, из-за которой вся рыба поплыла вверх брюхом они стали не просто браконьерами, а отравленными браконьерами и жить им оставалось несколько месяцев: волосы и зубы выпали уже у всех. А с недавних пор вместо мяса, хлеба и водки они начали прикупать бензин, по 5-6 литров. Накопилось уже полторы пластиковых канистры. С начала они хотели поджечь дом какого-либо министра или олигарха и обязательно вместе с ним. Но, во-первых, выяснилось, что никто из них в России не живёт и, во-вторых, главное, охрана имеет двойной периметр охранения с простреливаемой полосой между заборами. Поэтому пронести бензин в дом просто не представлялось возможным. Тогда план был переработан – решили поджечь лес. Но, поскольку, они в этом лесу жили, а до другого добраться они не могли просто физически, то решили, что последний оставшийся в живых подожжёт бензин и подпалит лес. И вот, после очередного обеда всплывшей рыбкой, их в живых осталось двое. Впереди было ещё несколько «обедов».
Егор Василич думал о том, что надо решаться и именно сейчас, пока ещё середина лета и можно какое-то время прожить в лесу до смерти от заморозков или от голода, или от отравления, или эти «бригады боевых путинистов» найдут их в лесу. А эти не церемонились с «людьми дожития», так теперь называли тех, кто уже не мог работать, ведь они висели на шее бюджета, и это ничего, что пенсии были уже отменены. Ведь карточки на еду и талоны на койку в ночлежку тоже денег стоят, пусть даже они и доступны не всем, а только тем, кто отработал и платил все отчисления не менее 45 лет. И вот из-за этих талонов на ЛД (люди дожития) шла охота «бригад боевых путинистов», ведь за каждый талон бюджет возвращал им 100 тыс рублей. И охота в основном велась за мужчинами, ведь женщины не могли набрать стажа в 45 лет, они и раньше выходили в возраст дожития и ещё иногда рожали, а это как минимум год потерянного стажа. Именно поэтому современные девушки начали рожать ещё в школе в 14-15 лет, тогда появлялась возможность выработать стаж 45 лет и претендовать на «талоны дожития». Хотя, если кто-то рожал потом ещё, то эти шансы катастрофически уменьшались. Егору до выхода в возраст дожития оставалось чуть более года, но из-за того, что когда-то давно ему досталась по наследству от матери однушка, в которой он прожил с Машенькой и которую он приватизировал, на талоны дожития он претендовать не мог и было всего два пути: быстро продавать квартиру бюджету за 10% от цены и претендовать на талоны или оставаться в этой квартире, питаться бродячими животными или завести на балконе голубятню и ждать прихода «боевых путинистов». Ведь они имеют привилегию сдавать квартиры в бюджет, ну не за 10% , а за 8, но за то любые, даже чужие и без вопросов и с автоматической амнистией. Так в России был решён квартирный вопрос – малогабаритных квартир для черни больше не строили.
Хотя, в голове Егор Василича бродила ещё мысль: на следующую зарплату не покупать себе еды на оптовом складе завода, а купить что-нибудь типа бензина и спалить завод к чертям, сам бензин он купить не мог, ведь в отличии от друга-рыбака, за которым числился древний мотоцикл, уже рассыпавшийся в труху, у Егора не было личного транспортного средства, поэтому покупка им бензина приравнивалась к террористическому акту и 10-летнему тюремному сроку. Можно было б купить ацетон, все подумают, что он начал производить наркоту, но как-то надо замаскировать непокупку еды – ведь не может же он работать целый месяц не кушая. Можно, конечно, сейчас начинать рассказывать, что нашёл старую газету и там есть статья о пользе лечебного голодания, хотя чем это будет отличаться от того, что транслирует ТВ? А можно накупить еды и поменяться с рыбаками на бензин, 30 литров должно хватить для завода. И тогда можно не уходить в лес, жрать дохлятину и ждать у открытой канистры со спичками в руке своего последнего часа, а решить всё единомоментно. И именно эта мысль, о скорой встрече с Машенькой, настолько согрела Егора, что его уже не волновала неделя ночной смены «выписанная» ему Николаем, ведь завтра, на 40 дней, он и отомстит им всем и соединится с любимой.

24.08.2018. © Ser Gin (Сэр Джин) Разрешено копировать со ссылкой на автора.

3.

Рассказами про украденные документы, билеты, итд напомнило такую страшилочку.

Чемодан

Я уже рассказывал чуток про моего деда (ему сейчас 95 лет). Июнь 1941ого он встретил будучи курсантом военно-инженерных курсов в Ленинграде (там в Инженерном замке учили курсантов. Хотя большее количество времени будущие сапёры проводили в ... Сапёрном). Тех солдат что призывали в 1940-м и у кого было хоть год университетского образования (а он как раз год до призыва отучился в институте) и желание, весной 1941ого отправляли на офицерские курсы (для зануд - я знаю что тогда ещё офицеров не было, а были командиры, но для простоты я буду использовать термин "офицер"). Ну а таскать понтоны на Беларуско-Польской границе (под Гродно) или быть на курсах в Ленинграде, это две большие разницы. Сами понимаете что он выбрал.

Естественно учёба-то быстро окончилась в июне ‘41 и курсантиков просто начали использовать то как пушечное мясо, то как подсобную силу. Но повезло, курсы всё таки не расформировали и прямо перед Ленинградской блокадой вывезли. И так как взводных-ротных в первые месяцы войны выкашивало как косой, обучение быстренько закончили и дали всем по кубику на петлицу. "Поздравляем товарищи! Вы все младший комсостав РККА - взводные и ротные (лучшим курсантам писали в документах младший лейтенант - командир роты, хотя большинство конечно получали должность комвзвода). А теперь шагом марш - вперед на формирование." Но до формирования надо доехать. Спрашивается как?

Курсантов организовывали по группам в 20 человек. В группу назначался старший (один из только что отштампованных мл. лейтенантиков), и они такой полутолпой ехали куда Родина прикажет. Кстати назначать старшего здравая мысль. Ведь всегда легче в случае чего наказать его, ето же гораздо проще чем наказывать всех. Деду "подфартило" - сделали старшим группы.

Мало того что он за себя отвечать должен, старший должен отвечать за других 19 таких же балбесов. А им всем лет по 18-19. Самому старшему 20. Если думаете что отвечать за 19 других тинэйджеров в таком же звании как и сам легко, то ошибаетесь. Но мало того отвечать, надо быть нянькой для всех. Старшой, вот тебе талоны на питание - корми всех, предписание -довези всех, и самое главное - чемодан с ЛИЧНЫМИ ДЕЛАМИ - храни и доставь.

Это сейчас кажется смешно, а ЛИЧНОЕ ДЕЛО члена РККА в те времена было не хухры мухры. Это если не ВСЁ, то пожалуй очень близко к тому. Конечно личные документы у каждого с собой, но личное дело то сам военнослужащий везти не может. Значицца чемоданчик этот надо беречь как зеницу ока. Личное Дело надо доставить к формированию, а потом оно уже будет ездить за солдатом или офицером по полям сражений, госпиталям, фронтам, итд. Но изначально доставляли вот таким образом, "на попутных", наверное потому что электронная почта или факсы плохо работали :-).

Ехать до Кавказа, ой не близко, но это чёрт с ним. Страшно другое. Что в 1941м на вокзалах творилось, ни в сказке сказать ни пером описать Wes Craven, Спилберг и Тарантино могут нервно курить в сторонке. Вот о чём драмы писать можно. Там и потерянные и найдённые родственники, новорожденные, и страстные романы длинной в день и в жизнь, разлуки навсегда, незнакомые становятся друзьями, и старые друзья становятся врагами, и свои калифы на час, и чудеса в решете.

Места малo, расписания идут к чертям, люди по головам ходят (и это в прямом смысле слова), а талонами на питание можно только подтереться. Да, конечно по ним офицериков на станциях должны кормить. Только кто должен? И кому? А если жрачки нет? А начальники станций уже и так на грани того что бы застрелиться и не мучиться, им ещё с голодными пацанами разбираться. "Не маленькие, потерпите. И какая нафиг разница, с голодухи сейчас сдохните или через неделю вас в первом же бою на небо отправят" самые ошалевшие и уставшие говорят.

Ну, ну, попробуй, удержи 19 голодных пацанов. Все на каждой станции разбредаются, ищут что сменять, купить, отработать. Кое кто ищет сердобольных селянок. Жрать то хоцца и очень. Кстати на станции можно застрять было и на сутки, и на двое, и более. Так что бегай, ищи всех, обеспечивай жрачкой, и смотри что бы кто-то в какой нибудь блуд не вписался.

А по нужде сходить? Ладно остальные, у них тощий вещмешок и всё. А тут, этот проклятый чемодан с личными делами. Вечно в руках. Вечная тревога. Ни тебе поставить что бы пожрать, ни поставить что бы пардон, облегчиться. Спишь с ним в обнимку, а то уведут в момент, народ ушлый. Черед 4-5 суток уже в полуобморочном состоянии. Уж лучше на передовую, там хоть чемодан проклятый не надо таскать.

На одной станции застряли не на шутку. Когда состав - не понятно, когда хавчик - тем более. Начальника станции ищут днём с огнём, он не дурак - прячется от всех. Товарищ деда из группы сжалился, "ты с чемоданом своим скоро с ума сойдёшь. Давай так, ты иди ищи начальника станции и попробуй талоны отоварить хоть на что либо. А чемодан отдай мне, я на него лягу, спать на нём буду." Сказано - сделано.

Вернулся дед счастливый через пару часов, с собой большой котелок с кашей тащит. Чудо из чудес, сумел талоны отоварить. Подходит к своим и товарищ смущённо мямлит - "извини чемодана нет." "Ты что? Ты знаешь что за чемодан? Ты понимаешь что там?" "Да" тот кряхтит. "понимаю. Заснул, из под головы вытащили. Я даже и не проснулся."

За утерянные личные дела 20 офицеров и сейчас вряд ли по головке погладят. А в военное время, смело можешь считать что это расстрел. И за меньшее к стенке на раз-два ставили. Найти в этом Вавилонском столпотворении украденный чемодан не реально. Повезло лишь в одном, в кармане гимнастёрки было у деда было направление на группу. Ну типа сопроводительное письмо "отправляется 20 штук младшего комсостава, каждого звание и имярек. Едут туда то." И всё. Больше документов нет, личные не в счёт.

Доехали как то до места. В ОСО, "где личные дела?" "Нету. Украли." "Как нету? Как украли? А ты знаешь что тебе будет?" "Представляю." И опять чудо из чудес, попался в ОСО нормальный майор. Сжалился, решил не губить пацана. Наверное прикинул что вряд ли кто из этих мл. лейтенантиков на передовой и месяц протянет, так что можно решить вопрос на месте (говорят что средний срок жизни комвзвода в 41м исчислялся чуть ли не днями, много неделями).

В направлении имена и звания есть, ну и хорошо. Поздравляю всем по взводу, новые личные дела и вперед на передовую. Те у кого было написано комроты конечно возмущались, комвзвода должность меньше и оклад соответственно будет поменьше, но что они могли сделать? Ну а деду майор говорит "Вообще-то за утеру документов тебя под трибунал надо. Но жалко мне тебя. Вот должность комвзвода в Феодосийско-Керченский десант? Что трибунал присудит и так ясно. Что будет в десанте тоже в принципе ясно, но всё же шанс у тебя есть."

Вот собственно и всё. Шанс свой дед использовал на все 100%. Прошло с тех пор почти 76 лет и дай Господь ему здоровья на ещё столько-же.

Ну а Вам банальный совет, храните доверенные документы в безопасном месте и не доверяйте их товарищам. А то трибунал не трибунал, а вот проблем не оберётесь.

4.

Что-то в последнее время стало модно про кризис писать. Дескать, вот в 90-е был кризис - ого-го-го!, а в этом году только Айфоны подорожали. Вот за Айфоны не скажу - не знаю. У меня сотовый телефон только для того, чтобы по нему звонить. Даже с ходу не вспомню, сколько ему лет. Про 90-е рассказывать не буду. В 1991 мне было 15, в 1999 году, соответственно 23. Нет, кое-что, конечно помню. Помню, как картошку всей семьёй сажали, чтобы было что жрать. Помню, как в деревне в очереди за хлебом в обморок упал. А ещё хорошо помню, что это были... не 90-е, а 80-е. Да, да, помню как-то отец талоны потерял, так думали всё, в пору хоть саваном накрывайся. Нет, вроде как нашли. Про 90-е врать не буду – по-всякому было. Лично мне повезло. Мои родители в энергетике работали. До этого у мамы зарплата была 100 в месяц, а отца - 200. А тут вдруг вспомнили, что от энергетики очень многое в стране зависит. Тогда в 90-е я впервые узнал, что колбасу можно есть не только по праздникам. Ну, про 1994 и 1998 рассказывать не буду – тут и без меня рассказчиков найдётся. Расскажу про кризис 2005 года. Что, даже не слыхали о таком? В народе он известен ещё и как цементный кризис. Я тогда только женился, и задумали мы с женой взять квартиру в ипотеку в новостройке. Но тут монополист «Евроцемент» отказался поставлять застройщикам цемент без 100% предоплаты. А потом и вовсе поднял цены в три раза. Застройщики тут же приостановили продажу квартир, а когда возобновили – цены улетели в космос вслед за Павлом Виноградовым и Михаилом Тюриным. Именно с тех пор в русском языке слово «ипотека» стало означать «пожизненное рабство». Потом был кризис 2008 года. Я не знаю, кому тогда зарплату срезали на 15%, кому на 5, мне её срезали в два раза. Меня тогда спасла перспектива свалить в Москву в бессрочную командировку. Кстати, сейчас, работая в столице, я получаю примерно столько же, сколько тогда в своём областном центре в Среднем Поволжье. Опять же лично не знаю людей, которым в 2008 через 3 месяца зарплату восстановили. Может и есть такие. Теперь о нынешнем кризисе. Про Айфоны говорить не буду – не знаю. Знаю, что ряд лекарств в стране подорожал в 2-2,5 раза. Подорожала даже банальная валерьянка – это при том, что Valeriana officinalis (валериана лекарственная) произрастает на всей европейской территории России. Но, видимо, владельцы Айфонов слишком здоровые, чтобы заметить это. Подорожали продукты (судя по газетам раза в 1,5, по магазинам – в 2). Одежда подорожала настолько, что большая часть магазинов превратилась в музеи. Недавно меня заманивали в магазин шуб 70% скидками – магазин накрылся медным тазом и распродавал товар. Квартиры не подорожали – некуда просто. Знаю застойщика, который 2 когда назад распродавал дом ещё на котловане, а теперь сдаёт дома на треть не распроданные. Проезд в метро за два года кризиса вырос с 30 рублей до 50 (на 60%). В Подмосковье государственные автобусы возили за 26 рублей (если брать карточку на месяц на 60 поездок – то 14 рублей), теперь возят за 40 рублей (по карточке – 28 рублей). Причём автобусы по-прежнему убитые и ждёшь их по-прежнему от получаса до часа. Впрочем, ребята с Айфонами на метро вряд ли ездят. Вот господин Костин (группа ВТБ) вообще кризиса не ощущает, хотя и сокращает ежеквартально примерно по 10% своих работников. Так что вряд ли мы когда-нибудь поймём друг друга. Но самое главное отличие этого кризиса от предыдущих кризисов – он случился не у всех. Как сообщает Forbes, количество миллиардеров в России выросло. Доходы главы ЦБ РФ, к примеру, за прошлый год выросли в два раза. Так что кризис – это понятие относительное.

Партнеры

Реклама