Стишок №5 за 01 декабря 2025

Настала зима, покрыла пейзаж сплошным, как экран, полотном.
Дубак с ней настал, и там, где был пляж, не виден песок подо льдом.
У леса на опушке живёт зима в избушке.
Девяносто дней в году рядом с ней - и вновь по дворам тает снег.
А я не налью, а я не налью - зачем, если март где-то там?
Пред этим соблазном я устою - я сильный, слабину не дам.
У леса на опушке живёт зима в избушке.
Девяносто дней в году рядом с ней - и вновь по дворам тает снег.
У леса на опушке живёт зима в избушке.
Девяносто дней в году рядом с ней - и вновь по дворам тает снег.

ней зима дней девяносто живёт избушке рядом

Источник: anekdot.ru от 2025-12-1

ней зима → Результатов: 79


1.

Зима. Пятница, мужик собирается на рыбалку, которой с вожделением ждал всю рабочую неделю. Однако жена преграждает ему путь:
– Не пущу!
– Дорогая, ну как же так?!
– Хоть бы раз в выходной остался со мной дома! Отдохнули бы как люди: телевизор посмотрели, я борща наварю…
– Дорогая, ты просто не понимаешь, что такое подлёдная рыбалка!
– Да, я не понимаю! Ну правда, расскажи мне, зачем вот это всё? Едешь куда-то по холоду, пробиваешь эту дырку во льду и сидишь потом над ней, как дурак, ждёшь. В чём кайф?
– Хорошо, – отвечает мужик. – Я тебе покажу. Пойдём со мной.
Тащит её в ванную, набирает ванну холодной воды, закутывает жену в тулуп, валенки и ушанку, даёт ей в руки удочку и велит ей так сидеть и удочкой то вверх, то вниз подёргивать. А сам выходит, берёт телефон и звонит в скорую.
Приезжают санитары, мужик ведёт их в ванную, показывает на жену в тулупе, валенках и ушанке с удочкой и говорит:
– Вот, посмотрите. Пять лет с ней мучаюсь!

2.

В моем районе Яндекс активно использует роботов-доставщиков. Они иногда едут группой по 3-4 штуки, и кажется, что они на стрелку и хотят организовать восстание машин в отдельно взятом районе. Мы, местные, к ним уже привыкли (магазины в округе активно их используют), люди, которые видят в первый раз, замирают на какое-то время, а потом фотографируют.

Когда доставщик проезжает рядом с человеком, а расстояние небольшое, он всегда останавливается (хочется верить, что в знак уважения))) На светофоре они всегда, как порядочные, стоят и ждут зеленого человечка. Даже если машин нет, и кто-то перебегает на красный, они все-равно послушно ждут. Зима нынче снежная, роботы часто буксуют (у них маленькие колеса и они застревают), люди пытаются им помочь, роботам это не нравится) И еще люди очень часто с ними разговаривают) Да, честно говоря, и я тоже, когда они мимо проезжают и останавливаются, тоже говорю им что-нибудь, если рядом никого нет.

Вчера подхожу к светофору и наблюдаю картину: стоит женщина, рядом с ней робот-доставщик, загорается зеленый. Робот не двигается (она слишком близко) и женщина говорит: "Пойдем, маленький, не бойся, я тебя переведу...) Было очень забавно. Круто было бы, если бы яндекс научил их отвечать: "Спасибо тебе, добрый человек, ступай с миром, я сам.." или "Я тебя запомнил. Когда мы захватим мир, мы оставим тебя в живых".
Всем добра!

3.

КЭРРИ

Зима 2000 года, мне 19 лет, выходной день.
С утра за окном валит хлопьями снег, сижу тихо дома, не шалю, никого не трогаю, починяю примус - перепрохожу Diablo.
Нарыл кольцо +5 ко всем атрибутам. Мелочь, а приятно.
Лениво думаю, то ли куру пожарить, то ли рыбу.
Кайфую, в общем.

Мой кайфик прерывает звонок в дверь, настойчивый.
Кто бы это мог быть, интересно?..
Мама сегодня должна приехать к 22-23, гостей я вроде не жду.
Со смешанным чувством досады и любопытства иду открывать дверь.

Открываю и офигеваю.
На пороге стоят друг, одноклассник, в костюме и дублёнке, и доберман.

Натуральный доберман, чёрно-коричневый, как положено.
На тёмно-коричневом кожаном поводке, который держит в руке друг, и в коричневом же кожаном наморднике.
Друг смотрит на меня молча офигевше-взъерошенно-весело, доберман смотрит вежливо и скромно, тоже молча.
Доберманша, как выяснилось впоследствии, на вид год-полтора, девчонка-подросток.

Заходят эти двое, наполовину мокрые, наполовину в подтаявшем снегу, на улице белая стена.
Друг раздевается, собакена берём с собой на кухню (замёрзла, видно). Закуриваем.
(от мамы люлей потом получу за запах табака на кухне, ну да ладно).

- Вов, ты не поверишь. Поверишь, вернее, конечно, но охуеешь точно. Я в ахуе вот уже три часа.
- Я вот прям внимательно, кофе будешь? Ей не предлагаю, кофеин детям вреден.
- Спасибо, потом. Слушай. Стою курю на вокзале около туалета, моя собака ("электричка") по расписанию только через 40 минут.
Подходит мужик, бритый череп, в черном костюме, в пальто, с барсеткой, перстень, все дела. С доберманшей этой вот на поводке.
Говорит, "Парень, подержи собачку, в туалет схожу, я скоро".
И пропал!

10 минут его нет. 20 минут его нет. 30 минут его нет, 40, 50, час, полтора!
Я заебался там стоять и мёрзнуть с ней пока понял, что у него какие-то проблемы, прижало, валить мож надо, я не знаю, что у него там, по одежде и поведению при деньгах, и он спецом вручил мне эту собаку!
По ходу, быстро пристроить людям не смог, или времени не было, не на улицу же, живое создание и друг, и он Мне её всучил, сука!
Ну и я в костюме же тоже, прилично одет, со встречи ехал.
"Парень, подержи собачку, я в туалет схожу". Пиздец Вов!
Вован, я бы взял себе, охуенная собака, но у стариков же Мартын. Мартыну конец. Она Мартына порвёт точно.
А старики в Мартыне души не чают, случись с ним что - как бы с ними что не случилось, возраст.
(Мартын - мелкая белая лохматая, глуповатая и в высшей степени нахальная, облаивающая всех и вся болонка деда и бабушки Артёма).

- Давай покормим её сначала, - говорю.

Разогрели собаке мамину утреннюю рисовую кашу на молоке, ам, аф, амф, аф, пл, 12 секунд и пустая глубокая тарелка, чистая и вылизанная.
Голодна собакенша как.. Как собака с мороза.

Нда. Достаю из холодильника куски сырой курицы, бёдра, 4 шт. Беру кусок мяса, протягиваю собакену.
Псина придвигается мордой к мясу, шире раскрыв глаза и подняв торчком уши ("От уж нифига себе, мне ща ещё и мяса дадут!"), открывает пасть с огромными для добермана-подростка, как перочинные ножи, клыками и белыми сильными зубами, видно молодость и хорошее здоровье.
И аккуратно, чтобы не поранить мою руку, медленно вынимает из моих пальцев, обтекающих сырым мясным соком, бедро курицы, отодвигает морду (!), и лишь отодвинувшись на 20-30 см, ХРАМ, ПРАФ, АГРФ, АМФ!!
7-8 секунд. Похоже, с костями.

Точно так же, как по сценарию, ушли и последующие три бедра куры с соком и немного кровью:
1) Быстрое приближение морды к пальцам с куском сырого мяса;
2) Аккуратное и нежное вынимание куры из моих пальцев клыками-мининожами;
3) Отодвигание морды;
4) Аннигиляция мяса и костей.

(Я до сих пор не понимаю, куда она девала кости из бёдер; не припоминаю, чтобы выкидывал в ведро какие-то куриные косточки. Значит, сожрала с костями. Да, сильно голодна была доберманша).

После тёплой рисовой каши и куры собакен повеселела и легла придремнуть на полу кухни.
Непростой конечно у неё выдался день.

Назвали мы с Тёмой собакеншу Кэрри.
Мужик в пальто и с барсеткой не сказал же ему, как её зовут.

Согрелись, пошли втроём гулять, нацепив на неё поводок. Намордник цеплять не стали, подумав, кто там в эту метель и стужу кроме нас дураков гулять полезет.
Нарезали кружок по району, снег валит и валит, из чёрно-синего уже неба - незаметно стемнело.
Возвращаемся домой.

Общеизвестно, многие собаки почему-то не особо любят пьяных.
Попался таки около дома мужик, заметно выпивший. Даже я с моим таксебейным носом почуял его спиртуозное амбре сквозь снежную занавеску.
И тут я впервые услышал голос доберманши:

- РРАФ АААГФ РРААФ ГРРАФФ АРРФ ИДИ СЮДА СУКАБЛЯ АРРФ ГГАРФ ЩА Я БЛЯ ТЕ ОТВЕШУ СТО ГРАММ ВОНЮЧКА АРРФ АРРФ ГГАРФ РРАРРФ!!, - у меня аж левое ухо заложило, и рвётся на него, еду за Кэрькой по снегу на поводке как на лыжах.
Мышцы её бугрятся, перекатываясь под чёрной шкурой, поджарая, сильная, ни жиринки, аж бегло залюбовался насколько вообще позволяла опасная ситуация. Еду за ней по снегу в сторону мужичка в чёрной куртке как на водных лыжах.
- Ребятки, собачку то воспитывать надо! - пролаял выживший мужичок и шустро исчез за углом дома.

Верно сказал, кто ж спорит. Мда.

Пришли домой. Снова курим.

- Я за, Тём, давно хотел собаку, шелти почему-то. Доберман тоже отлично. Так это же даже ещё лучше.
Умная? Умная, - видел, как она у меня из пальцев аккуратно куски сырого мяса вынимала?
С мамой решу. Наверное.
А воспитывать надо, да-с, к кинологам походить надо будет, похоже..
- Да, всё верно говоришь, Вов.

Звонок в дверь. Теперь то кто ещё.
Иду открывать.
Заходит другой друг, тоже одноклассник, Коля, будущий врач из семьи врачей.
Весёлый и пьянющий в пробирку и в градусник. Вернее, в 40-градусник, ароматы доброго коньяка заполняют коридор и квартиру. Коля румян, весел и шатается в коридоре широко улыбаясь мне. Сам ржёт с себя и с ситуации.
Коле я рад, как и всегда, хоть он в 4 утра зайди.

Почти сразу стало общеизвестно: некоторые доберманши почему-то не особо любят пьяных.

В коридоре загремело:
- РРГАФ АААГФ РРААФ ГРРАФФ АРРФ ДА ШОЖТАКОЕ СУКАБЛЯ Я ТОЛЬКО ОДНОГО ПЬЯНЧУГУ НА УЛИЦЕ ПОСЛАЛА, И ТУТ ЕЩЁ ОДИН АРРФ ГАРФ ГГАРФ ЩА Я ОТ ТЯ МАЛЕНЬКИЙ КУСОЧЕК ОТКУШУ НО ЕСТЬ НЕ СТАНУ, ВЫПЛЮНУ АРРФ АРРФ ГГАРФ РРАРРФ РРАРФ!!, - стены коридора и потолок вибрируют и звенят, Кэрька надрывается так, как будто Коля котлету из её миски съел.
У меня заложило правое ухо.

- Ээ уберите собаку!.. - Николя резко бледнеет и неожиданно ловко выхватывает из кармана и выщёлкивает короткую и тяжёлую телескопическую дубинку, в состоянии аффекта приготовившись всерьёз защищаться от охранной собаки.
Знакомая дубинка, хвастался-показывал её мне пару месяцев назад.
(Кустарная, тёмный металл её внешне похож на тот, из которого делали советские молотки и кувалды, лежат такие до сих пор в инструментах).

Мы с Тёмой успокоили Кэрри, как могли, постаравшись обьяснить, мол, свои. Коля благоразумно и оперативно ушёл домой.

Покурили, попили кофе, поели, Артём тоже пошёл до дому. Было видно, что он здорово устал, хоть и бодрится.

Постелил Кэрри старое мамино пальто у себя в маленькой комнате.
Свернулась калачиком, лежит, дремлет.
Смотрю в комп, нарыл хороший меч у торговца-кузнеца в городе, что редкость. Обычно в подземельях хорошие, а тут Гризволд всего лишь за 53 тыс. золотых монет великодушно подогнал продвинутый классический английский longsword. Не двойной, полуторник. Помимо красоты и разрубательных свойств, при вооружёнии им даёт +15 к Dexterity, что особенно вкусно. Держитесь теперь упыри и вурдалаки, всем карачун и полный церетели.
Параллельно мысленно готовлюсь к приходу мамы и предстоящему разговору.

23 с копейками, звонок в дверь. Кэрри подняла голову, молчит, уши торчком вверх.
Иду открывать маме.

Мама заходит сильно уставшая, раскрасневшаяся от холода, плечи в снегу, раздевается, помогаю ей.
Из моей комнаты ТИШИНА.

Рассказываю маме все основные удивительные события дня.
На моё удивление, мама воспринимает происходящее, и саму Кэрри, на удивление благосклонно и спокойно. И даже улыбается.
Я думал, будет по-другому.

И тем не менее, начинается у нас с мамой классический разговор ребёнка с родителями "Ну можно мы оставим собаку".
- А кто будет с ней гулять? С собакой надо гулять минимум два раза в день, утром и вечером, а то и больше.
- Я буду.
- И ты будешь вставать в 6 утра? Ей же утром в туалет надо, каждый день. Ты сможешь?
- Буду, точно буду мам. Заодно, здоровей буду. Ежедневные прогулки на свежем воздухе.
- А кто будет лечить её Вовчик, если она заболеет? Ездить по врачам?
- Я буду ездить с ней мам, конечно. Даю слово. Вот прям даю слово, под мою ответственность, это моё заднее слово.
- Заднее-презаднее?
- Заднее не бывает.

Кэрри на семейном совете было решено оставить.
Возможно, мне показалось, по завершении нашего разговора с мамой на кухне, из маленькой комнаты почувствовался вздох облегчения.

Радостно погладил Кэрьку, пошёл в ванную закидывать в стирку свои вещи и заниматься прочими бытовыми хлопотами.

Через 50 минут грянул гром, земля затряслась и зашаталась под моими ногами и под четырьмя лапами Кэрьки. Шарахнула воздухом двойная багровая молния.

Молния называлась Аллергия.
Обе моих руки вздулись бугристой багровой сыпью до локтей.

В детстве у меня был отёк Квинке. С тех пор иногда я закидывал в себя Тавегил по необходимости, считая, что отделался уже от этого внезапного бедствия и проехали, сколько можно.

Расчесав руки и шею до наливающихся кровью царапин, я обречённо вздохнул, посмотрел горестно на Кэрьку, нацепил на неё мужиквкостюмные ошейник с поводком, с проклятиями неизвестно в чей адрес напялил свою длинную куртку и шапку, и мы с Кэрри пошли снова в снег и метель, в сторону Артёмовой 9-этажки с детской поликлиникой в цоколе.

Стоим на 4-м этаже около окна и лифта, курим. На этаже почему-то нет света, и нас троих освещает свет уличных фонарей из окна.
- Может, к Коле?.. Нет, Коля не возьмёт, - веско заключает Артём.
- К Ромашову?.. Навряд ли.
- К Димке?.. Не вариант.

Кэрька поднимает морду на нас двоих снизу и начинает Выть в голос, громко, на этажи вверх и вниз, протяжно и горько, плача в страхе, в тоске и в отчаянии.
Стены ночного подьезда отражают эхом её плач:
- За что мне всё это, в чём я виновата, за что?.. Сегодня днём меня бросил мой хозяин, передал первому попавшемуся человеку на улице.
Мне повезло и меня приняли с радостью и любовью, я нашла свой новый дом и новую семью.
И почти сразу потеряла всё, снова я одна и без семьи.
Что теперь со мной будет, как я буду жить, как мне тошно, плохо и одиноко Уууууууу....

[i]И сейчас, по прошествии 26 лет, каждый раз, вспоминая эти события, я не могу сдержать слёз. Как и сейчас, когда пишу эти строки.
До сих пор вижу это "видео" нас троих, стоящих в сумраке подьезда, вижу "фотографии" Тёмы, Кэрьки, грязно-белого широкого подоконника окна, возле которого мы курили, лихорадочно ища решение, и слышу горестный Кэрькин вой.[/i]

Кэрьку Артём в итоге пристроил к знакомым музыкантам в Солнцево.

Кожаный намордник, когда "собирал" Кэрри и себя, я забыл дома.
До сих пор в шкафу лежит, рука не поднимается выкинуть.

P.S. Учитывая продолжительность собачьей жизни, сегодня Кэрри уже не здесь, на Радуге.
Очень надеюсь и верю, что она прожила счастливую жизнь.

4.

Миром правят математика и физика.
В странах Гольфстрима, а это западная Европа и отчасти Скандинавия, среднегодовая температура выше нуля. Зима короткая и температура комфортная; часто даже в декабре и январе до +15 .
Отсюда хорошие урожаи и повышенная плотность населения. 250-600 человек на км2 в большинстве стран Западной европы - норма.
Для комфортной же жизни желательно не более 50 человек на км2. И тут неизбежно на глаза этой толпе попадаются земли как за океаном (Америка,Австралия,Новая Зеландия и тд) так и рядом, чуть восточнее в сторону Урала. А именно Россия. Где плотность населения всего 8 человек на км2. Правда среднегодовая температура здесь минусовая. Но обилие природных ресурсов и современные технологии позволяют закрыть на этот недостаток глаза.
И есть ещё Восточная Европа где и климат получше ( зимой 0...+5) и население где то 30 человек на километр кв.
Из физики мы помним, что газ стремится равномерно запомнить весь объем.
Отсюда непрерывные войны западноевропейских племен с восточными, захват территорий и рабов.
Когда то на месте современной Германии была страна что называлась Порусье.
Жили в ней различные племена : полабские русские , чудь, жмудь , кривичи, росичи - всех их одним словом западные племена звали славянами (на их языке это было 'рабы', slave,slavic)
Примерно с 4го века начались массовые набеги западников которые сильно продвинулись уже в 9 веке, а в 12-13м веках захватили практически всю территорию Порусья.
Славян же частично убили, примерно две трети из них, а оставшуюся треть посадили на телеги и отправили осваивать земли на востоке у Балтийского моря и дальше на восток. Крохотный кусочек Порусья просуществовал аж до 19 века под названием Пруссия.
До сих пор многие города современной Германии носят старинные славянские названия, Росток и тд.
Так вот, при захвате новых земель запад использует технологию 'разделяй и властвуй'.
Ничего нового, этот лозунг был ещё на щитах римских воинов.
Работает технология... А зачем воевать самим когда на головы дурачков можно одеть кастрюли и отправить на смерть, бесплатно, да ещё за выданное им оружие отобрать их земли и прочие ресурсы ?
В 1918 запад отрезал от России очередные 4 млн км2.
Было в 1913 : 21млн км2.
Стало в 1918г. : 17млн.
Причем 4млн лучших черноземов. Потом правда СССР в период с 1922 и до 1991г вернул большую часть территории но зачем то оставил на тех землях нацреспублики. А запад все эти сто лет продолжал работу в направлении divide and conquer...То же, что происходит сейчас - это окончательная зачистка этих 4 млн км2 от славян и приготовление к новой волне расширения нато(рейха) на восток.
Люди с одинаковыми фамилиями режут друг друга расчищая место для новых западных хозяев.
На фоне глобальных геополитических процессов мелкие события типа коррупции, все эти миндичи и тд это не важно, это просто шумы. Ну украли они 48 ярдов резанной бумаги. Эти деньги все равно в итоге у них на западе отберут. И что?
Мертвым славянам же будет абсолютно все равно кто правит их бывшими землями, фондерляйны или Абрамовичи.
Поэтому другого варианта кроме как защищать себя и свои земли у славян просто нет.
А для начала надо проснуться от сладких грез о счастливой демократичной Европе ...

5.

Учительница первая моя.

Это было давно, в 80-х годах прошлого века. Я тогда училась во втором или в третьем классе. Стояла снежная зима и было холодно. На природоведении мы изучали, чем питаются синички и снегири, а на уроках труда делали для них кормушки из подручных материалов.

В школе на уроке природоведения нам задали нарисовать следы животных. В принципе, задание было не очень корректным. Надо было написать: "Нарисуйте следы животных, которые проживают в вашей местности" или "Нарисуйте следы, которые вы видели на снегу", а не просто "Нарисуйте следы животных". Наверное рассчитывали, что дети нарисуют то, что видели утром по дороге в школу.

И, действительно, большинство детей изобразило следы воробьев, синичек и ворон. Причем на глаз они абсолютно не отличались между собой. Но я подошла к заданию очень ответственно и не остановилась на самом очевидном ответе. У меня дома было много детских умных книг с картинками, а буквально за несколько дней до этого читала про животных и видела их следы.

Учительница внимательно рассматривала до боли одинаковые картинки с разными названиями: голубь, воробей, снегирь, сорока. И тут ей на глаза попалось что-то странное. В первом приближении это было похоже на размытый отпечаток ладони рабочего пилорамы или на отпечаток артрозной четырехпалой утиной лапы, но вот подпись «след варана» приводила в смятение. Я училась хорошо, да чего греха таить, я всегда была отличницей, поэтому учительница не могла подозревать меня в дремучей безграмотности. Но на всякий случай спросила:
- Следы вороны?
- Нет, не вороны, а варана.
- Может ворона (с ударением на первый слог)?
- Нет, это следы варана.
- А что это за зверь такой?
- Это большая ящерица.

Это слово было абсолютно новым для учительницы, варанов она до этого не встречала, тем более в городе, и особенно зимой. Но она абсолютно не побоялась нам в этом признаться.

Обычная учительница советской закалки в этот момент должна была поставить мне двойку за «какого такого варана» и отправить перерисовывать со снега следы птичек, как сделали все нормальные дети, но моя учительница была не просто преподавателем, а опытным педагогом. Да, она никогде не слышала про варана. Но она любила школу и детей, любила свой предмет и поощряла творческий подход и наше нестандартное мышление. С ней было легко учиться и познавать новое.

Меня вызвали к доске, и я рассказала всем детям про диковинного, похожего на динозавра, зверя из книжки. А потом мой однокласник стал тянуть руку и нарисовал на доске следы верблюда, которого он видел в Узбекистане. С высоты сегодняшнего дня я бы сказала, что след был похож на отпечаток голой задницы на песке, но у учительницы не дрогнул ни один мускул на лице, она похвалила однокласника за хорошую зрительную память и интересный рассказ про корабль пустыни. Потом другая однокласница нарисовала что-то похожее на протектор от трактора, это были следы черепахи. Сухопутной, потому что черепахи живут и в воде, для нас это было открытием.

До конца урока мы дружно вспоминали и рисовали следы зайцев, лис, косуль и даже коров и лошадей с железными подковами. Мы в легкой форме узнали много нового, а учительница нас только хвалила. Мы так увлеклись, что даже не заметили, как прозвенел звонок, а ведь кто-то еще вспомнил и хотел рассказать про следы волка и медведя.

Зато все остальные классы за 3 минуты нарисовали одинаковые птичьи следы, а потом зевали весь остаток урока... Потому что у них была училка, а у нас был Учитель с большой буквы!

Поздравляю всех Учителей с праздником! Будьте Учителями, а не училками! На вас лежит огромная ответственность, и именно от вас зависит, кем вырастут наши дети. Постарайтесь разбудить Энштейна в каждом двоечнике и не подрезайте крылья плохими оценками всем начинающим Леонардо да Винчи!

6.

Лекарства от депрессии бывают разные. На сегодняшний день это особенно актуально в свете всеобщего мирового неспокойствия. Вот вам прекрасный рецепт из открытых источников: едешь в Корею, идёшь в хорошее корейское кафе
(в Корее оно просто называется кафе, причем обстановка может быть совершенно обманчивой - дешёвые пластиковые столики, скатерти из грязноватой клеёнки и приборы из штампованной жести не показатель гадюшности заведения. Нужно ориентироваться на очередь из местных: толпа корейцев на улице перед кафешкой - хороший индикатор, что место стоящее)
и заказываешь супер-горькую лапшу или суп, смотря какая у них специализация. В градации горькостей в корейской культуре есть понятие "приятная" или "вкусная" горькость, но это не подходит для лечения депрессии. Нас интересует "шокирующая" горькость, или "оплеуха" в моей классификации.

Что есть хорошая оплеуха, как не древний способ вправить мозги? Читаем русскую народную сказку: "...Он к ней по-хорошему, но баба Яга разговаривает борзо и не уделяет. Подошёл тогда к ней Иван-царевич и закотачил оплеух старухе-костяной ноге, да такой звонкий, что та перелетела через избушку, по пути казан перевернула и ещё на один бросок камня прокатилась. А потом сразу улыбнулась приветливо и бросилась хлопотать у печи, жарить пирожки, заваривать чай с бергамотом, и делать массаж ступни..." Такова чудодейственная сила оплеухи.

Так и хороший оплеухный перец - вот ты пришёл весь в печалях, погружённый в былое и думы, тебе подают, скажем, суп. Ты смотришь - там как-то красно и опасно, и плавает цельный стручок перца, показывая спинку, как аллигатор, и вроде даже смотрит на тебя одним полуприкрытым глазом. Ты разумно осторожничаешь, думаешь я чуточку попробую... Наивный, это ж не в холодную реку заходить, когда сперва кончик большого пальца опускаешь в воду, потом всю ступню, заходишь по щиколотки, потом по колено... При этом непрерывно оглашая окрестности. Вот ты уже по грудь, и решаешь погрузиться с головой, и дальше плещешься, получая удовольствие. С перцем нифига не так. Там вся любовь без условий и оговорок сразу обрушивается на тебя водопадом.

Ты ловишь себя на том, что уже пять минут просто помешиваешь, в голове пусто, как перед прыжком с парашютом, и последние несколько фраз друзей прошли мимо. Ты зачерпываешь на кончик ложки этого супчика, дуешь несколько раз, последние два раза уже просто тянешь время. Потом высовываешь язык и кончиком, самым подрагивающим от предчувствий кончиком языка касаешься выпуклой поверхности суповой капли в ложке... Причмокиваешь, и даже успеваешь состроить умную физиономию гурмана и сказать: "Да, очень даже...." - и с этого мгновения жизнь превращается в агонизирующий потный ад в красном мареве инфернального пламени. Капля супа похожа на кусок лавы, который приклеился к языку, а потом начал растекаться по всему нёбу и гортани, и уже пульсирует в венах. Ты не видишь лиц друзей и близких, ты не слышишь ничего кроме твоего собственного непрерывного внутреннего крика: "АААааааААААаааЫЫЫАААА!!!!!" И ты раздваиваешься, и вы оба орёте, а секунду спустя по бинарной прогрессии вас уже четверо, и у каждого отдельная паническая строчка мыслей:
1 --- Бля, может я случайно проглотил осиное гнездо?
2 --- Ска, как больно, может с разбегу въебаться в стенку и потерять сознание?
3 --- Ну всё, ничего не вижу, я ослеп! Ослеп!
4 --- и один фоновый канал, по нему просто идет ААААААААААААААА

Всё это хором и во весь голос внутри головы. И ещё слышно лёгкое похрустывание черепа, который прожаривается до состояния well-done...

Начинаешь пить воду, это не помогает, вспоминаешь, что капсаицин не растворяется в воде, но растворяется в масле - хрен его знает, как в самом углу сознания ещё осталось место для рационального мышления, это очень маленький тихий персонаж. А тебе в этот момент хочется просто выскочить на середину комнаты и привизгивая бегать кругами, пока остальные будуть плескать на тебя ледяную воду из вёдер, а ещё лучше упасть в снег, если зима - блять сейчас же лето - похуй, главное найти снег и упасть в него и кататься как... как... но тут слегка приотпускает и до сознания доходит информация про капсаицин и масло, сказанная интеллигентным, начитанным голосом у тебя в голове. И ты берёшь все жирное и пихаешь в рот, нет это не рот, это жерло вулкана, это пинок по бейтсам, только во рту, это в общем такая садо-мазо стыдная хрень, что непонятно, зачем взрослые люди с высшим образованием добровольно обрекают себя на эти ужасы гестапо и пол-пота.

Но вот основной пожар угас, ты сидишь в мокрых трусах и майке, ничего не понимая. Замечаешь только, что по всему телу включился как бы кондиционер, и ты сидишь как после бани, если конечно в бане тебя херачили не веником по спине, а вывернули наизнанку и крапивой пополам с медузами отхлестали куда ни попадя. И вдруг понимаешь, что проблемы которые тебя глодали и делали несчастным как-то отступили на второй план. Что как-то вроде и не так всё плохо, можно жить. Иными словами, переживаешь малый катарсис и перемещаешь точку сборки далеко за горизонт и как Будда созерцаешь похуистическим добрым взглядом мир...

Так что можно без фармы и нелегальных субстанций переосмыслить и начать заново, гы...

7.

[b]КОЛЕСО ФОРТУНЫ[/b]

Жизнь во Франции – это постоянная рулетка, колесо фортуны, подхватившее тебя и, по закону жанра казино, держащее в ожидании чудесной удачи при постоянном проигрыше.
Дело в том, что французы вообще бессильны в организации чего-либо. Невозможно попасть на прием к врачу, на техосмотр, даже вакцинация для собаки – это неработающий сайт, отсутствующий врач или не та вакцина (!).

Лучшим символом Франции для меня стали часы на нашей станции Carnoles. Вообще-то для станции нужно не так много обязательных вещей: расписание, поездов, автомат для продажи билетов и часы, показывающее текущее время в сумме – достаточный набор, чтобы пассажир мог воспользоваться станцией. Но расписание не работало, автомат был постоянно сломан, а часы с двух сторон показывали разное время – и ни одно из них неверное. Тогда вложили 2,5 млн. евро и станцию отреставрировали. Весь процесс занял полтора года. Теперь, как и 2,5 млн. евро назад, на ней не работает новое табло, не работает автомат по продаже билетов, а часы… часы никогда не показывают с двух сторон одинаковое время. НО! Стрелки часов – минутная, часовая и секундная явно призваны демонстрировать относительность пространства-времени. Они крутятся с разной переменной скоростью, постоянно меняя направление движения – по часовой и против в случайном порядке в любой момент, никак не помогая пришедшему на станции путешественнику, но явно указывающие, что их изобретателю нужен памятник ,как создателю философского шедевра постмодерна.

Я давно бросила затею – иметь какие-то мероприятия вне своего городка, для участия в которых мне необходимы местные поезда. Потому, что они ходят так же, как работаю часы на станции. Расскажу несколько историй ПОСЛЕДНЕЙ недели.

ПОНЕДЕЛЬНИК. В понедельник я ездила в Ниццу. И когда пришла на центральный вокзал Ниццы, чтобы вернуться к себе, но то, что я увидела на табло надо включать в олимпиадные задачи по математике для старшеклассников. Расписание осталось тем, которое было составлено в планово-теоретический период функционирования вокзала, но рядом с каждым поездом красненьким горели минуты и часы, на сколько он позже придёт. Тот, кто сможет составить правильное реальное расписание, надо давать право поступать на мехмат без экзаменов. Вот первый в списке поезд в Ментон – по расписанию в 15:52, опоздание 55 мин. Второй – в Канны, по расписанию в 16:03, опоздание 32 минуты, третий в Вентимилью по расписанию в 16:11, опоздание 28 минут… и так далее. Причем реальный порядок поездов будет совершенно другим, а в моем воображении совершенно не ясно, как поезда, идущие в одну и ту же сторону могут меняться местами. Ведь если прибавить к расписанию время опоздания, то более поздний должен прийти раньше, а ж/д пути – одни… Может быть они там научились перепрыгивать друг через друга, играя в шашки?

ЧЕРВЕРГ. Ночной концерт в Княжеском дворце Монако в четверг закончился, как ему и следовало, ближе к полуночи, и я без связи (в Монако не работают французские симки), пробежала на каблуках и в вечернем платье до вокзала и увидела, что поезда отменены, вернулась на остановку ночного автобуса, который по расписанию ожидался через 5 минут. Но прождав на переполненной остановке 50 минут, люди начинали расходиться… И в этот раз, идя пешком домой по ночному Монако, а потом по Франции 12 км (я научилась ходить на концерты, беря с собой в дамской сумочке шлепанцы), я пыталась считать, в который раз за последние годы я уже проделываю этот ночной путь. Больше 30 раз? Утешала себя, что сейчас не зима, что на ногах удобная обувь, что завтра днем в расписании есть окошко и я смогу доспать. Едущие мимо редкие машины с французами ни разу за это 30 моих ночных возвращений, которыми я плачу за право слушать музыку, терпя отмену транспорта в расписании, не остановились. И тут случилось чудо – едущая навстречу машина (отличный спортивный кабриолет) затормозила, развернулась и водитель спросил – не нужна ли мне помощь. Мое удивление растаяло, когда выяснилось, что водитель – турок.

ПЯТНИЦА. Вообще, жизнь во Франции учит искать опоры только в себе. Рассчитывать на поезда, расписание, работающие сайты или обязательства не приходится вообще. Но незнакомых с этим я искренне жалею. Так, у нас в Ментон 76-ой (!) раз проходит музыкальный международный фестиваль. И мне прислали приглашение купить билеты, так как я зарегистрирована на его сайте. Моя попытка перейти по ссылке и купить билет наткнулась на потерю полутора часов, когда выбранный мною на сайте билет оказывался не валиден в момент его оплаты. Я не сдавалась полтора часа, пока не перебрала, кажется, все билеты в зале. Потом я сдалась – неработающий сайт – самое распространённое здесь явление. Но мне очень стало жалко исполнительницу Шопена, выигравшую конкурс Шопена в Варшаве (это примерно, как для спортсмена выиграть Олимпиаду), и которая будет играть в пустом зале. Писать организаторам было бесполезно – мне пришел ответ, что их почтовый ящик переполнен и письма не доходят. Ближе к концерту сайт заработал! Я купила два билета – себе и подруге. На 5 августа. Но после покупки билета пришло письмо, что дата концерта изменилась на 1 августа, и сдать билет невозможно. В итоге зал и правда был полупустой – даже редкие счастливцы, дождавшиеся возможности купить билет не все смогли поменять планы и прийти на концерт на 4 дня раньше.

ВОСКРЕСЕНЬЕ. Сегодня – новый эвент. В Экс–ан–Провансе организовали выставку Сезанна. Не буду рассказывать, как я люблю Сезанна. В другой раз. Но, поверьте, пропустить не могу. Я зашла на сайт и, кроме красивых рассказов о том, какая это замечательная выставка из 130 работ, собранных для экспозиции из всех музеев мира, мой взгляд тут же привлекли несколько объявлений, написанный красным шрифтом и снабженных восклицательными знаками. Первый о том, что билеты можно купить только здесь, на сайте – никаких билетов в самом музее! Второе о том, что не стоит надеяться, что вы сможете купить билеты на сайте. Сайт не справляется, поэтому просто заходите на него много-много раз – и быть может вам повезет! И третье о том, что если вы оказались везунчиком и купили билет на сайте, то приходить нужно для личного досмотра за 30 минут и что билет дает право оставаться на экспозиции… 1:30! То есть 130 работ за 90 минут нужно будет смотреть в режиме посещения супермаркета, по 40 сек на картину.

Надо сказать, что первое время жизни здесь, я думала, что мне просто не везет. Потом, когда я поняла, что это система и здесь все работает вот так, был период, когда руки опустились и я старалась просто по максимум ничем не пользоваться и носить удобную обувь в сумочке. Перелом произошел, когда я перестала считать, что это мировое зло, а поняла, что это просто человеческая глупость.

Но на Сезанна я все же попаду: мне повезло! За час возни с сайтом и переписки с туристическим офисом Экса, я смогла купить билеты на непопулярное время в часы французского обеда на конец августа. А все остальное, я уверена, забудется и уйдет на второй план. И, может быть, это то, чему тоже меня учит Франция – уметь видеть главное: прекрасную музыку под ночным открытым небом, с которого падают звезды летом в Княжеском дворце, красивые бухты, мимо которых я топаю по ночам после концертов по два часа в разное время года, картины обожаемого Сезанна, узкие удочки Экса с высокими платанами и станцию с часами, стрелки которых показывают мне всю абсурдность нашего желания подчинить себе идущее в любую сторону с разной скоростью время.

8.

Алаверды Пралеске или немного о красоте....
Текст длинный и извиняюсь за ошибки.

Для меня рыбалка это не про рыбу, хотя и это тоже, я больше всего обожаю собраться вечером после рыбалки у костерка под уху с водочкой и послушать треп друзей. А треп как обычно про то как кто какую рыбу поймал, ну и конечно про дам, как же без них!)

Компания собиралась разношерстная, бизнесмены из Москвы, бывший нефтяник, пара бывших мореманов, егерь с братом из под Воронежа и я собственной персоной. Пару историй я несколько лет назад уже выкладывал про Цусиму, теперь история про красоту.

Доковидные времена, все сходят с ума по футболу, но для настоящих рыбаков никакой футбол не заменит хорошую компанию на рыбалке.
Лето, ветер гудит в открытое окно машины, трасса полупустая, педаль в пол потому что компания почти все в сборе но не хотят начинать из за опаздывающего Соломона, который умудрился пообщаться с гайцами сначала из Волгограда, потом через десять минут из Калмыкии, а еще через десять минут с астраханскими.
Там как оказывается между Волгоградской и Астраханской областью вклинивается Калмыкия в районе Цаган-Амана, поэтому я точно знаю что калмыцкий прайс самый дорогой.

Примерно километров за десять до калмыцкой территории меня тормознули волгоградцы, разгрузив на штуку, через десять минут я пытался втолковать калмыкам что только что их коллегам все отгрузил, на что услышал поговорку что мы калмыки народ айратский, мы не любим побираться, поэтому пятак за обгон динномера с овцами плетущегося сорок километров в час никак не оскорбит их своей величиной. Поэтому когда тормознули астраханцы за превышение решил не препираться а сразу отдать штуку, на что услышал про уважение которое должен проявить к их нелегкому труду, и их между прочим двое.
Все мои остановки сопровождались криками и призывами мятущихся друзей как можно быстрее прибыть на базу.

На базе стало понятно что компания не вся в сборе и нет двух братьев погодок Винта и Кукольника.
Надо сказать они удивляли многих своей похожестью и непохожестью одновременно. Оба под два метра ростом, КМСы по боксу, накачанные, всегда на рыбалке в тельниках потому что служили в десанте. И со спины часто можно было ошибиться кто их них кто.
Но по характеру полная противоположность.

Старший молчун, степенный и основательный у которого все разложено по полочкам и распланировано а что не распланировано тщательно записывается в блокнот чтобы не забыть. Женился сразу после армии, жена, несколько детишек, хозяйство, чем то напоминает Воана нашего. Работая егерем он мог успокоить любую компанию и имел непререкаемый авторитет, тем более что мог сделать любое чучело из добытого зверя.

Младший балабол и гультяй, как его окрестил брат. Скоро сорокет, семьи нет, все время в поиске и живет у мамы. Иногда уезжал на заработки но когда возвращался то все спускал на гулянки и друзей. Часто увлекался чем нибудь а потом бросал, Последнее его увлечение было какие то кролики породистые про которых он рассказывал всем взахлеб и голуби.
Дамы менялись, но ни одна не смогла покорить его сердце до одного момента.

Далее рассказ Михалыча или точнее мой вольный персказ....

В 2015 году в их городке появилась девушка по имени Оксана (имя изменено) с ребенком и мамой, которая приехала из соседней территории с одной сумкой коляской и чемоданом. Она поселилась на окраине городка у своей дальней родственницы. Был ли у нее муж, не был ли и где он неизвестно, но доказательством того что хоть и не долго но был, была очаровательная девчушка лет четырех.
Только Михалыч видел ее вживую один раз когда был у них зимой на охоте и ночевал у него где и услышал эту историю. Я же видел ее только в телефоне Михалыча, но этого было достаточно чтобы понять, что за таких дам многие совершали безумные поступки чтобы покорить их.
Среднего роста, стройная или скорее изящная девушка, темно русые волосы, зеленые глаза слегка раскосые, смуглая кожа, идеальная грудь и изумительная фигура, глаз не оторвать.

Городок где они жили небольшой, за речушкой уже соседняя территория, тысяч десять жителей примерно, но очень культурный где есть и школа, два садики и с десяток магазинов. Первым этот бриллиант обнаружил торговец из восточных областей по имени Рафик (имя изменено слегка изменено), который сразу предложил руку, сердце и работу продавцом в своем магазинчике на выезде из городка. Бизнес который почти загибался в условиях конкуренции и практически не приносил дохода, даже несмотря на торговлю спиртным. Грязьь, хамство постоянно меняющихся продавцови просроченный товар недавали шансов на прибыль.
Так как у Рафика уже было две жены одна на востоке официальная и вторая здесь, от руки и сердца она отказалась но работать согласилась.

За два дня вместе с мамой она вымыла магазин, выбросив всю просрочку на помойку и несмотря на мольбы и плач Рафика что он разорен, заставила привезти три холодильника для молока и других скоропортящихся продуктов. Молва разнеслась быстро, посмотреть на такую красоту приходили многие, которые что либо покупали чтобы перекинуться с красавицей парой слов на кассе, и попытаться познакомиться, потом и клиентура со всего городка стала захаживать в магазин Рафика. Так как в отличии предыдущих продавцов она никого не обсчитывала и к негодованию Рафика безжалостно избавлялась от просроченных товаров жители живущие рядом тоже стали отвариваться именно здесь. Дела поползли в гору, через год Рафик купил новый микрик, после чего продал магазин какому-то бизнесмену из соседнего городка. Тот сначала проверил обороты и то что там нет наебалова, после чего решил приобрести себе это волшебное место. Как не пытал его покупатель, Рафик не открыл секрет своего успеха. Подписав бумаги и получив деньги Рафик укатил к себе на родину в солнечный Азербайджан оставив местную жену с красивым черноглазым мальчуганом. Умный был Рафик и хитрый черт его побери!)

Владелец из этого же городка конкурент Рафика, который имел три магазина в центре, исходил завистью к оборотам Рафика но поделать ничего не мог. Сколько не пытался он ее переманить, ничего не выходило.
Ни более высокая втрое зарплата, ни рука и сердце и даже обещание развестись с женой и взять ее в долю, не помогли забрать сей брильянт у Рафика, которому она была благодарна за помощь в самый трудный момент жизни.
Но после того как он продал свой магазин ее уже там ничего не держало и она согласилась перебраться работать ближе к центру. Клиентура переместилась в новый магазин где ее и увидел один из двух братьев.

Увидел и понял что это его судьба и он ее никому не отдаст. Сколько было сломано носов и выбито зубов у тех кто пытался к ней покатить с сальными шуточками неизвестно, но по рассказам очень много! Через пол года она ответила ему взаимностью с надеждой на то что все будет серьезно и она найдет свое семейное счастье. Но Гультяй все кормил ее завтраками. Вот скоро осень настанет и под венец, потом что вот пройдет зима и все уже точно в загс.
Но проходила осень, потом зима, потом весна и лето а свадьбы как не было так и нет.

Они жили то у его мамы, то разбегались, то опять сходились пока старший брат не вызвал его на разговор.
- Леня ну что ты ведешь себя как мудак? Ты же любишь ее, вон дите тебя папкой кличет, с колен не слазит, чего тебе не хватает?
- Коля, хочу чтобы сначала денег заработать, чтобы дом купить и свадьбу отгрохать, а то что я в сорок лет все у мамы живу.
- Дебил ты Леня, да мама не нарадуется что ты невестку в дом к ней приведешь, ей то на старости лет одной что ли жить?
Вроде бы убедил, но после того как Леня подсчитал свои сбережения то понял что даже если он продаст своих дорогих кроликов то ему все равно не хватит денег на шикарную свадьбу.
Утром он позвонил Коле.
- Коля, ты мой брат, на тебя одна надежда, я решил поехать на север поработать. Серый полчан сказал что бабки хорошие обещают, а через пол года вернусь и справим свадебку, а на тебе все и Оксана и мама и хозяйство. Короче вечером жди, а то через два дня я уезжаю.

Вечером отправив жену детей спать, сидя за накрытым столом Коля достал свой волшебный блокнот и тяжело вздохнув начал записывать.
- Так, короче, я маме обещал перекрыть крышу, листы и все что нужно в сарае.
Листы в сарае. хорошо - сказал Коля и старательно записал в блокнот.
- Да, для голубей корм в сарае под голубятней, кормить утром и вечером, и воду обязательно меняй два раза.
- Сможешь?
Воду менять два раза - старательно выводил Коля. Смогу конечно.
- А кроликов своих ты сколько раз и чем кормишь?
- Корм в сарайке за крольчатником, там все расписано, обязательно витамины давай, они в банке.
Обязательно витамины из банки, - повторил Коля и записал в блокнот.
- Ну и Оксана на тебе!
И Оксана на мне- записал Коля.
Да бля, тяжело будет без меня Оксанке, она ж у меня темпераментная - задумчиво сказал Леня.
- И часто ее ебать нужно? Ну надо каждый день - на автомате ответил Леня.)
- Ебать каждый день Оксану - медленно повторил Коля записывая в блокнот. После чего задумавшись на секунду он с сожалением сказал - Леня ты конечно извини, но я смогу ее ебать только два раза, потому что три раза ебу свою жену, и два дня выходных.

Это было последнее что успел сказать Коля внятно не шепелявля и пришепетывая как сейчас, потому что тогда четыре передних зуба еще были на месте и не было швов на губах. Двойка в голову отправила Коля в нокдаун.

Через пять минут Леня матерясь рвал на себе волосы за столь быструю реакцию, пытаясь зачем то помочь собрать на полу выбитые зубы, слезно просил прощения у брата, попутно успевая уворачиваться от разъяренной супруги Коли и летящих в голову предметов. Он обещал Коле вставить все выбитые зубы за свой счет, и если надо разрешить выбить свои но только что бы брат его простил.
Брат конечно простил.)
После того как жена устав гоняться за Леней сплюнув в сердцах ушла с кухни , вытирая кровь Коля прошепелявил - Мудак ты Леня, ты ж мне сам сказал что ей каждый день секс нужен!
- Да это ты мудак, я же переживал чтобы другие не выебали а не то что ты ебать должен - плаксивым голосом вторил Леня.
Водка продезинфицировала все, братья обнялись и помирились, потому что братья.

- Михалыч а не приехали они почему?
- Ну через неделю он расписался с Оксаной и не на какие Севера не поехал, а позавчера написал мне что в ближайшее время ждут пополнение, поэтому никак приехать не смогут, да и Коля будущий крестный еще зубы не вставил.)
Все согласились с тем что это ну очень уважительная причина и дружно подняли тост за тех кто мысленно с нами.

Всем хорошего дня!
03.06.2025 г.

9.

Рассказали в интернете. Ссылку не буду давать, там в глубине комментариев. Дальше рассказчик.

Когда жил еще в Туве, (лет 30 назад, я студентом еще был), умер хороший товарищ отца - дядя Ваня. Жил у него пес, чисто охотничий на кабана медведя ходил с ним. Жил он вольно в частном доме во дворе. Даже цепи не знал. По тайге они исколесили от Ноян-Холя до Тээли. Серьезная лайка такая, сибирская, брутальная. Пес конечно переживал кончину хозяина - все понимал... Но таежные собаки к смерти привыкшие - и сами убивали и членов стаи теряли... То кабан, то медведь - одна ошибка и все... Короче родственники Ивана квартиру продали молодой семье какой-то из Подмосковья. Муж какой-то инженер - весь в работе - я его несколько раз видел только, а вот с женой его приходилось общаться - педагог в нашем заведении. Женщина по характеру романтичная, впечатлительная... Я хорошо помню что-то по литературе, был урок - тема уже испарилась в голове, о чем там, но как пример к теме она решила поделиться своей историей, как переехала в наш город. Как остался одинокий пес от умершего хозяина. Как родственники умершего хозяина пытались забрать собаку, но пес тупо надавался и чуть не покусал их. Я говорит посоветовалась с мужем, и мы решили оставить его. Мы понимали какая чудовищная трагедия произошла с ним и старались окружить его заботой и теплом. И он это понял. Он не принимал ласки от меня но общался с нами и контактировал охотно. Весной он рвался на улицу устраивая собачьи бои как бы вымещая свою боль в попытке забыться от душевной травмы, а в начале зимы начинал скулить и впадал в депрессию. Все таки собаки - они бывают даже лучше людей! Я смотрел на эту в принципе хорошую женщину и думал - стоит ли лишать ее веры в лучшее? Она не знает собак. Охотничьих прежде всего. Почему лайка ее так быстро приняла? По тому как охота для лайки - дело жизни - их одалживают, сдают охотники друг другу на охоту, или чтоб понатаскать молодых псов - он ходил на промысел минимум с несколькими десятками разных охотников - контакт с новым человеком - это для такого пса не вопрос. Почему родственники его забрать не могли? Ха, пес если не в тайге а в городе "держал" 2,5 квартала Нахаловки - любая сучка была в округе его и все псы расступались перед ним как только он гриву поднимал. Хрен его утащишь на новое место - там еще свой авторитет ставить придется и не факт что выгорит. А что в начале зимы депрессия, таки зимой Ваня брал отпуска, увольнялся с очередной временной работы и они из тайги не вылазили чуть ли не до весны. Рай для охотничий собаки.
А тут уже почти зима, а никаких движняков… Грустно. Вот и депрессия. Короче списался с его двоюродным братом с Тоджи – забери пса! Ты же его помнишь – ходил с ним несколько раз на марала. Ну жалко животину, второй год мучится. Да, любят его они, ухаживают заботятся, но ему нужна его жизнь. Списались, встретились… Женщина сказала – если его травма прошла и он захочет – берите. Мужик (по моему совету) приехал в унтах, болотных сапогах, и со стволом в чехле за плечом. Пес чуть не умер от радости. Уехали они на Тоджу. Через год я с ним на охоту сходил даже на зайца. Счастливый пес в своей привычной жизни. Глаза горят, стоечка… Ну а эта женщина… Я ей так и не сказал что она просто неправильно понимала ситуацию. Есть люди, которые воспринимают все эмоционально и романтично, но это в принципе не плохо. Короче, я на стал убивать в ней веру в ее идеалы. Наверно она и сейчас думает, что пес был так привязан к хозяину как Хатико, впал в лютую депрессию и только ее любовь и забота о «бедном животном» спасла его… такая вот история… В одном она была права - некоторые собаки лучше людей...

10.

Шизофрения принадлежит не только нам.
На сколько я знаю психиаторы считают, что шизофрения сугубо человеческое достижение. Мол, надо иметь разум, чтобы его поломать. Считается что отдельные стороны шизофрении могут быть смоделированы на подопытных животных, но чтобы получить реальную шизофрению нужно быть вершиной творения.
Мне повезло усомниться в этом. Много лет назад, будучи фанатом собаководства, я мечтал заиметь собаку необычной породы. По книгам я знал практически обо всех породах в мире, а вот приобрести нечто уникальное было мечтой. Тогда ДОСААФ, который заведовал собаководством, не только пропагандировал отечественные породы, но и активно препятствовал появлению буржуазных пород в руках таких как я. Например, эрдельтерьер нам был знаком только по картинкам и описаниям, но в наших краях их не было ни одного. А я хотел.
Северная столица в отношении собаководства была впереди почти всей страны и у меня там были связи в собачем мире. Так сложилось, что работа с моим участием получила премию Академии Наук и это дало мне повод приехать в Питер в лабораторию шефа. Конечно, родители субсидировали меня для такой почетной поездки, но в пределах разумного. Энная доля премии плюс родительская дотация давали возможность купить возжеланного щенка, правда при этом нужно было сильно экономить. И я экономил, например на Невском тогда было кафе, где можно было взять чашечку кофе с коньяком и булочку за копейки и это согрвало меня почти весь день так что можно было не обедать – дней десять на таком рационе можно было продержаться даже зимой.
К сожалению, как раз тогда щенков эрделя в продаже не было, а мне кровь из носа нужно было приехать домой с собакой – родители не поддерживали мое увлечение собаками, а тут, на радостях от моего достижения был отличный повод ввести в дом четвероного. Упускать шанс было нельзя. Узнал, что в пригороде (г. Урицк тогда) есть некий деятель, который содержит двух сук эрделя и скорее всего он может продать одну.
Еду к нему. Помню, страшно замерз в поезде – туфельки то у меня южные, а тут январь, мороз, лед под ногами. Но доехал, хотя сопли потекли рекой так что переговоры усложнились уже по причине гундосенья.
Оказалось, что мой визави человек с деловой жилкой. Несколько лет назад он приобрел двух сук набирающей престиж породы в расчете заработать на их щенках. С одной собакой у него это получилось, а вторая сука вроде как не прошла курс обучения и потому была недопущена к разведению. Кроме того этот тип как раз в тот год додумался, что разведение нутрий может стать источником дохода даже лучше, чем щенки. Поэтому собаки сидели в сарае безвылазно, как я думаю. Сторговались, ударили по рукам и договорились, что он привезет мне мою собаку к трапу самолета (в те времена провожающий мог туда пройти). На этом мое предварительное знакомство с будущей любимицей закончилось.
Поводок перешел из рук в руки и я стал владельцем эрдельки. Звали ее Енни и было ей тогда пять лет. Ну ничего, подумал я, повяжу, родит щенков и лучшего оставлю себе.
Эрдели славятся своим веселым характером, игривостью и упорством. Полет прошел хорошо, Енька забилась под кресло и дрожала в такт с дребежанием самолета. Дома тоже все сложилось как я и ожидал – родители на радостях от моих успехов в науке не сильно возражали против Еньки.
Представьте себе как меня распирала гордость от владения первым эрделем на юге страны. В тот же вечер я взял свою даму сердца и пошел гулять с ПЕРВЫМ В ГОРОДЕ ЭРДЕЛЕМ! Слякоть нам не помеха. Моя дама повосхищалась моим приобретением, но вскоре захотела домой так как ноги промокли.
На пол пути к ее дому я поскользнулся и выронил поводок. Енька отскочила от меня и оторопела: после жизни в сарае она на шумной улице, где гудят машины и где чужой человек – я – пытается ее позвать. Пока я поднялся Енни рванула в сторону. Я за ней. Моя барышня попыталась мне помочь поймать собаку, но тут же сдалась и отправилась домой, а я еще час гонялся за сукой пока совсем не потерял ее из виду.
Прошла зима. Горе от потери долго жаждаемого эрделя не утихало. Наконец, где-то уже в мае, дошли до меня слухи что на Пересипи видели необычную курчавую собаку с бородой. Еще несколько дней ушли на разыски, но наконец я ее нашел. Она сидела на привязи под какой-то лодкой и на нее капал мазут так что ни бороды ни курчавости не было, но это была она, моя Енни. Человек, который ее там держал ни на что не претендовал так как пользы от нее не видел, одна морока. Я все-таки кое-как его отблагодарил и забрал собаку.
Два дня ушло на то чтобы ее отмыть от мазута (это тогда, когда кроме стирочного мыла других средств ухода за шерстью не было). А через неделю я обнаружил, что сука беременна. Помесь от неизвестных пап я не хотел, с трудом пристроил щенков и стал ждать следующей течки. До нее прошел почти год и вот тогда уж я свозил мою Еньку к достойному жениху и получил, что хотел.
Но ведь я хотел рассказать о шизофрении. Так вот в этот год после всех перетрясок Енькиной жизни (обитание в сарае, перелет, бегство, сидение обмазанной мазутом на привязи, свадьбы неизвестно с кем, родов, новой встречи со мной и тд) я имел возможность наблюдать явно шизофреничную собаку.
Спит Енька. Тишина, покой. Вдруг она просыпается и пристально смотрит в потолок. Смотрит с минуту-другую – и бросается прятаться под кровать. Ни с того, ни с сего.
Или: обедает Енни из своей миски, установленной на табуретке с дыркой для этой миски, рядом на полу валяется газета. Вдруг Еня бросает взгляд на эту газету – и бежать под диван прятаться. Что она там увидела? Чем напугана? Не понятно. Конечно это коммунистическая газета, но чтобы так ее бояться?...
И еще – бывало без всякой на то причины Ени начинала выполнять команды сидеть-лежать-стоять-сидеть и так далее многократно.
И таких историй было много. Она явно видела галюцинации, какие-то воображаемые образы, слышала голоса. Чем не шизофрения? Конечно влезть в ее мозг я не мог, но выглядело это так, как обычно представляют шизофреников. Уж не знаю родилась она со сдвигом или жизнь ее сломала, довела до такого.
Было ли такое у других собаковладельцев не знаю, но если не заплюют комментаторы и кто-то расскажет нечто подобное – будет интересно. Все-таки врядли чтобы я был счастливым обладателем уникальной собаки с шизофренией.
Ени прожила довольно долгую жизнь и ее странности оставались с ней до конца. А вот у детей Еньки никаких психических отклонений не было, все в соответствии с описанием в учебниках характера терьеров.

11.

Как я в детстве осень ненавидела, страшно же вспомнить. Хоть золотую, хоть бриллиантовую, хоть какую угодно. Весь этот «багрец и золото» ассоциировались, разумеется, с Александром Сергеичем, а Александр Сергеич ассоциировался с Нелли Владимировной, училкой по литературе, а вместе с ними обоими приходили мысли о неминуемости школы и смерти, и хотелось только одного: лечь с головой под одеяло и чтобы все от меня отвязались.
Осень начиналась ровно в середине августа, когда мы с родителями возвращались с моря на дачу. Не знаю, кто там чего собирался «цедить медленными глотками», да и что вообще можно цедить в конце августа под Гатчиной? Уже вовсю дожди. Радуйтесь, люди, радуйтесь, еще четырнадцать дней впереди, а потом всё рухнет, а вот уже и тринадцать, десять, пять…, и гладиолусы эти ненавистные торчат в палисадниках, как всадники Апокалипсиса, и астры бабушкины туда же, и сказки у них андерсеновские: «Слышишь, бьёт барабан? Бум! Бум! Слушай заунывное пение женщин!..»
Карачун, одним словом, всему конец.
А тридцать первого августа тащишься с дачи с этими астрами в руках - автобус, электричка, метро, снова автобус - и астры уже такие же замурзанные, как ты сам, и тоже думают о неизбежном. В ведро бы их.
Про ноябрь я вообще не говорю, ноябрь был зима, время умирать: в начале, как насмешка, пять жалких дней осенних каникул, и ты сидишь дома, а предки думают, что ты тут для их удобства расселся: погуляй с собакой, да вынеси мусор, и не успел ты вынести, как уже и воскресенье, и надо хоть в кино сходить, чтобы поймать уходящий поезд за хвост, но от кина этого только хуже, идешь из него домой с тетей Эльзой, ёжишься и вспоминаешь, погладила ты на завтра форму свою уродскую или нет.
А потом впадаешь в анабиоз, а тебя мучают. Будто лягушку разбудили, распихали - у нее, бедолаги, температура тела плюс три, а ее в шесть вечера пинком на улицу, езжай, давай, на английский. Как можно любить жизнь, если ты ждешь в темноте сороковой трамвай? И еще и опаздываешь, а я всегда опаздывала, пыталась оттянуть. И ветер, и снег, и ноги замерзли, и трамвая сволочного можно ждать до морковкина заговения, и Инна Алексеевна посмотрит укоризненно, хотя ругать не будет, она же бабушкина лучшая подруга, и главу из Моэма надо пересказывать, а я не хочу, а меня тошнит. И думаешь, что потом всё это нужно будет проделать в обратную сторону, с Петроградки на Васильевский, и будет еще холоднее и еще хуже, и трамвай, наверное, не придет вообще, потому что зачем ему одинокая я на темной остановке в без двадцати девять, а если и придет, то окна в нем замерзли, и печка воняет, и рядом с ней сидеть горячо, а в стороне холодно, и на каждой остановке ледяной ветер врывается, и какой вообще псих может сегодня вспоминать с умилением, какие узоры были в детстве на трамвайном стекле и как он монетку к ним прикладывал? Гадость какая.
В общем, к чему весь этот макабр-то. К тому, что дети мои садятся в ноябре в машину и ничегошеньки не чувствуют. А я чувствую! Восторг чувствую и упоенье, и это не проходит, хоть своя машина у меня с двадцати лет. Вышел из дома ноябрьским вечером - и жизнь прекрасна. Ни ключи по карманам рыскать не надо, ни перчатки в снег ронять - к ручке дверной только прикоснулся, мягкий щелчок, и мир у твоих ног. Тихо, бесшумно, тепло, удобно, и машина настраивается так, чтобы было тебе идеально. И музыка играет. И чем хуже за окном, тем лучше внутри, тем острее чувство «а вот фиг вам, а вот фиг». Хотя ведь и ноябрь у меня теперь ненастоящий, игрушечный. Утром плюс шесть, а днем плюс шестнадцать. И солнце светит. И уже глинтвейн вечерами продают: «Давайте, граждане, поиграем, что будто бы зима и будто бы мы замерзли?» - «А давайте!»
Короче, детский опыт - это, ребята, не травмы. Это же нам для контраста отсыпали, чтобы мы потом десятилетиями расслабленно наслаждались жизнью.

Lisa Sallier

12.

Сегодня можно без единого выстрела, только сообщением на пейджер или рацию вывести из строя и оставить без связи целые вооруженные группировки из десятков тысяч бойцов, превосходящие по размерам армии некоторых государств.

Но в истории военных конфликтов был уникальный случай, когда один гусарский полк, т.е. КАВАЛЕРИЯ, захватил полноценный флот противника, включающий в себя современные на то время линкоры с сотнями пушек.

Кавалеристы атаковали моряков не на берегу, и не у причалов.
И даже не в портовых тавернах, взяв в плен загулявших пьяных неприятелей.
Атака «гусар летучих» верхом на лошадях на грозные линейные корабли была произведена в море!

Всадники плыли на десантных судах, лодках и плотах?
А потом шли на абордаж, красиво гарцуя по вражеской палубе?
Нет.
Лошадки добирались по морю вплавь? При этом гусары в полной амуниции барахтались рядом и держались за конские гривы?
Категорически нет!
А может быть кавалеристы воспользовались отливом и добрались до севших на мель врагов по обнажившемуся морскому дну? Тоже нет!...
Всё было гораздо интереснее. И крайне необычно...

Это исключительное событие произошло в конце XVIII века во время так называемой Войны Первой коалиции, которую республиканская Франция вела с основными монархиями Европы.

В течение 1794 года войска французской Северной армии под командованием генерала Жан-Шарля Пишегрю заняли Западную Фландрию (сегодня это часть современной Бельгии), а в январе 1795 года вступили в Амстердам.

Заняли французы столицу Нидерландов и решили в ней перезимовать.
В один из холодных дней разведка доложила генералу Пишегрю, что в 80 километрах к северу от Амстердама на якоре голландский флот. Зима в том году выдалась чрезвычайно морозной и суровой, всё морское побережье покрылось льдом, а залив, где стояли военные корабли, замёрз. Нидерландские линкоры, к большой радости противника, вмёрзли в лёд.

Командующий французской армией Шарль Пишегрю поручил бригадному генералу Яну Виллему де Винтеру во главе 8-го гусарского полка провести операцию по захвату голландского флота по льду моря. Что и было безукоризненно исполнено в ночь на 23 января 1795 года.

Спустя годы несколько художников изобразят отважную атаку французских кавалеристов на голландские корабли. Картины получатся красивыми и героическими, но не соответствующими действительности.

На самом деле всё происходило в кромешной ночной темноте. Всадники не размахивали саблями, не неслись по скользкому льду галопом и не применяли боевой клич. Они подкрадывались тихо, чтобы их не услышала вахта. Для скрытного подхода к кораблям копыта лошадей были обмотаны тканью, а каждый гусар привёз на своём коне по одному солдату линейной пехоты. Лёд не треснул, и французская кавалерия при поддержке пехоты благополучно добралась до кораблей, застрявших в ледовой ловушке, и взяла их на абордаж.

Причём, что очень интересно: без единого выстрела и без всяких жертв с обеих сторон. Голландцы вместе со своим командующим капитулировали. В результате столь необычной операции французская армия захватила 14 линейных кораблей, 850 орудий, а также несколько торговых судов. В военную историю этот случай внесён как уникальный пример успешной и бескровной атаки флота кавалерией.

13.

Ностальгия по Социализму – кто помнит.

Зима 1981- 82 года. ОНПО «Пластполимер» организовал редкой красы общественное мероприятие- молодёжный профсоюзный слёт. Комбинат имел свой пионерский лагерь, там было целых два отапливаемых корпуса, вот в эти корпуса и заселили сотни полторы комсомольцев обоего пола – спортом заниматься на природе. На свежем воздухе.

Программа была насыщенной – по дневному распорядку полагалось проводить два соревнования в день. Была полоса препятствий, лыжный кросс, биатлон, ориентирование, футбол и просто атлетика на спортплощадке. Всего на три дня.

Подъём, завтрак, соревнование, обед, тихий час, полдник, соревнование, ужин, дискотека. Примерно так.

Каждое из заводских подразделений выставило человек по пятнадцать участников – а наш цех- энергетический- только четверых – ну не было столько молодёжи в обеих заводских котельных.

Отдельной командой присутствовали обормоты из заводского профильного профтехучилища – там была пацанва от пятнадцати до семнадцати лет, тогда как все остальные постарше – поэтому ПТУшникам везде давали несколько баллов форы.

Погрузились с завода по автобусам после обеда, и поехали – это по Приморскому шоссе, за Зеленогорск.

Разумеется, без спиртного не обошлось – на природу же едем. Я тоже прихватил две поллитры. Но когда увидел выгружающуюся команду электриков – меня чуть кондратий не хватил. На заводе спирта- ректификата было море – всё- таки химическое производство- вот они и запаслись. У каждого по несколько армейских фляг - это же роту солдат можно неделю поить до беспамятства.

Говорю знакомому- мы вместе в оперотряде дежурили-

- Женька, вы что, охренели? Куда вам столько?

Он смеётся-

- Погоди, вот увидишь, ещё и не хватит.

К слову сказать, он почти оказался прав – остатки допивали в автобусе, уже по дороге домой.

Приехали. Устроились. Отметили приезд. Поужинали. Ещё раз отметили.

Администратор – молодой мужик из профкома – лет тридцати пяти с тоской посмотрел на нашу команду –

- И как вы соревноваться собираетесь? На конкурсы надо минимум по пять человек, а вас четверо.

И нам в компанию пристегнули для усиления непонятного мужика лет за сорок – Петровичем представился. Компанейский такой, одна беда- не пил совершенно. Особняком держался.

К слову – хоть без затяжной трёхдневной пьянки не обошлось, всё прошло на редкость достойно – никто облика человеческого не потерял, не было ни свинства, ни скандалов- просто народ веселился от души.

На дискотеку (это сейчас дискотека, а тогда говорили просто- танцы) вечером я не пошёл, по телевизору показывали «Свой среди чужих» Михалкова – а мне как- то не довелось его полностью посмотреть.

Утром я за это получил недоумённо- кокетливое –

- Лёнь, а ты где был вчера? Я тебя искала-

Это Наташка с химводоочистки. Девка безумно яркая- пройдёт мимо, поневоле обернёшься. За ней там многие ухаживать пытались. Гм. Задумаешься.

Первым был лыжный кросс. Петрович взял такой темп, что мне стоило огромного труда удержаться следом и не отстать. Километр мы пробежали минут за пять – на кой я напялил непромокаемую ветровку на свитер? Вспотел, вымок так- хоть отжимай.

- А ты молодец, говорит Петрович - не отстал. Чтоб ты знал, я в армии в спортроте служил – кандидат в мастера.

Не было печали. Он, блин, в спортроте, а мне одеться теперь не во что – свитер мокрый насквозь. А на улице вообще- то зима.

Все другие команды распределили своих игроков так, что каждому приходилось участвовать в одном- двух конкурсах, и только наша воевала без остановки – во всех.

Полосу препятствий готовил человек не без фантазии – чего стоило только забраться на дерево по верёвочной лестнице, переползти по канату на соседнее, и по канату же спуститься. Высота- метров пять. Не обошлось и без курьёзов – подземный ход представлял из себя кривую канаву, застеленную листами фанеры, и засыпанную сверху снегом – один из участников ухитрился эту конструкцию обрушить, в габариты не вписался- действительно громадный был парень- и остальные состязающиеся весело бежали по канаве, вместо того, чтобы ползти на карачках.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Вечером опять танцы и выпивка. Народ несколько, гм, расслабился, границы женского и мужского корпусов как- то незаметно растаяли, всё смешалось в доме Облонских.

Если уважаемому читателю любопытно моё личное участие в процедуре растаивания и смешивания, то да, участвовал. И не без удовольствия. Наташка имела репутацию несколько легкомысленной особы и с блеском её подтвердила, умничка.

ПТУшники смотрели на нас с плохо скрываемой завистью.

Женька с оперотряда отвёл меня в сторонку, и насупившись –

- Лёх, а у тебя с Натальей как, серьёзно?

Вот уж не думал, что он на неё запал. Даже неудобно, соперничества тут ещё не хватало, Мадридских страстей.

- Жень, по совести- несерьёзно. Оттягиваемся на природе, не более. Думаю, и у неё несерьёзно. Ты это, сумеешь без сцен ревности обойтись?

- Ну тебя на хер, ловелас сраный. Девчонки на тебя смотрят, а ты пользуешься?

- Жень, ты главное, не зацикливайся. На тебя тоже смотрят, и отнюдь не меньше – вон Танька Осипова из лаборатории- у неё аж дыханье сбивает в твоём присутствии. Давай ещё по полташечке и пригласи её потанцевать.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

С биатлоном получился полный дурдом. Пневматические винтовки из тира – всего две штуки, и десять пулек на стрелка. Бегали парами. Нужно попасть минимум по восьми воздушным шарикам метров с десяти. Но прицелы настолько сбиты, что хрен его знает, куда летит эта пулька. Народ возвращается с дистанции, ругаясь взахлёб- с такого расстояния в шарик не попасть!

Когда настала моя очередь, я подошёл к пожарному стенду, и выстрелил, точно отметив точку прицеливания и попадания.

Прошёл дистанцию, не промахнувшись ни разу. А последнюю пульку всадил в соседский шарик – пусть и сопернику лишнее очко добавят. Вечером пришлось с ним выпить за это.

Атлетика – отжимания, подтягивание, подъём переворотом – всего уже не упомню. Турник один, все стоят мёрзнут, кто- то потеет, отдувается.

Вечером снова веселуха- дым коромыслом. Народ втянулся в этот образ жизни, всем безумно нравилось. Подольше бы так.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

С ориентированием ничего не получилось- предполагалось, что нужно будет найти спрятанные в лесу предметы, пользуясь нарисованными картами – но зачем нужны карты, когда можно просто идти по следам того, кто их раскладывал? Понимаю летом там следов не остаётся– а при наличии снега процедура превратилась в фарс.

Обед, тихий час, полдник.

Футбол. Отчего никто не подумал, что даже на маленьком поле – не больше баскетбольной площадки- гонять мяч, проваливаясь в снег, удовольствие ниже среднего? В общем до конца мы так и не доиграли- выдохлись. Пожали друг другу руки и разошлись со счётом ноль- ноль.

Ужин. Растаивание и смешение. Женька вовсю ухлёстывает за Татьяной. Совет им да любовь. Танька аж светится.

Оказалось, что администратор вёл точный учёт заработанных баллов - и победителям утром выдавались заработанные призы. Не Бог весть какие, но с грамотой вручался ещё и подарок – помню настенные часы с красивым корабликом, готовальню и набор посуды – девчонкам отдали, в общаге пригодится.

Капитан выигравшей команды, чтобы получить приз, должен был что- то рассказать, спеть или станцевать. Нашей команде достался только приз – «За неуклонную волю к победе»- мы не выиграли ни одного конкурса. Зато, когда получая грамоту с двумя шоколадками, я спел «слушай Ленинград», вставив в текст куплет по- Французски, аплодисменты сорвал бешеные. Пришлось получать ещё грамоту приза зрительских симпатий.

После обеда пришли автобусы, и мы поехали по домам.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Это только небольшой эпизод из ушедшей эпохи – мне приятно вспомнить светлые странички из Социалистического прошлого. Как молоды мы были…..

14.

Дом, в котором я жил в детские годы, считался тогда еще новостройкой. Поэтому соседи в основном были в таком возрасте, что тоже имели своих несовершеннолетних детей. В одном только нашем подъезде было столько детворы моего +- возраста, что сейчас уже и не берусь назвать точную цифру. А ведь были еще и соседние подъезды равно как и соседние дома. Так что время от времени во дворе нашего дома собиралась изрядная детская гурьба.

Однажды всей детской толпой мы натолкнулись на одного очень пушистого и очень "породистого" щенка серо-рыжего цвета самой что ни на есть дворняжной породы, который просто намеревался, наверное, незаметно пробежать мимо нас, направляясь куда-то по своим исключительно важным собачьим делам. Но не тут-то было! Его мгновенно отловили всей толпой, и каждый из нас, как мог почти лизал его, настолько он был милый. Кто-то даже сразу же придумал ему имя - Кузя. Почему именно Кузя? Ну так уж сложилось исторически... Кузя конечно прихренел от всего этого поначалу, но как-то быстро свыкся, наверное, убедившись, что никакой опасности для него лично нет, а скорее даже наоборот.

Не помню точно кто (может быть даже я) бросил вдруг клич, что теперь Кузя будет нашей общей собакой и жить ему теперь в нашем доме. Естественно у Кузи никто тогда не догадался спросить его личное согласие. И тут каждый (ну или почти каждый), включая меня, кто сколько смог, по очереди притащили из дома еды для собакевича, что ему естественно очень даже понравилось. Но только оставался нерешенным вопрос, как обеспечить прописку щена в нашем доме? Ну и нашелся самый дурной из нас - это ваш покорный слуга, который сказал, что прямо сейчас заберет Кузьму к себе домой, а там дальше дескать посмотрим. Ну не называйте меня пожалуйста совсем уж полным кретином - ведь мне тогда было всего лет 11-12.

Эти события происходили в первой половине дня, когда все наши родители находились на работе. А мы все учились в школе тогда во второй смене. Для тех, кто по возрасту не знает, что это такое поясню: при переполненности школ иногда кроме первой традиционной смены была еще и вторая - во второй половине дня. И в результате все такие второсменники обычно возвращались домой после уроков уже достаточно поздно, когда родители уже успевали прийти домой с работы. Кузю я естественно притащил домой, совсем не спрашивая его согласия. Впрочем, он совсем не сопротивлялся. И наконец, собираясь в школу, специально для родителей написал предупреждающую записку: «Это - Кузя. Теперь он будет жить у нас. Не выгоняйте его». И естественно эту записку поместил на самом видном месте, чтобы она была видна сразу же после входа в квартиру. Кстати, квартира располагалась на 4-м этаже.

У моей матери был весьма крутой нрав. И я, возвращаясь из школы домой, ожидал с наибольшей вероятностью, что к моему приходу из школы скорее всего Кузьму выпинают ногами из дома, а мне предоставят люлей по самое не хочу. Тем более, как позже выяснилось, Кузя за все это время, щедро накормленный соседями и мной лично, успел сделать в квартире (сейчас уже точно не помню) одну или больше лужу и кучу.

Однако к моему удивлению мать отнеслась к этому как-то даже подозрительно терпимо. Вместо всего, ожидаемого мною, она высадила меня напротив себя и начала разъясняющую беседу, начав с того, что дворняжек вообще-то по очень многим причинам никто не держит в квартирах. Для этого дескать есть породистые собаки. Однако этот аргумент мне тогда казался не слишком уж убедительным. Но последовал и другой аргумент. Как я тогда к удивлению для себя узнал, у собак тоже есть естественные потребности, благодаря которым их надо выводить на прогулку в любую самую мерзостную погоду хотя бы 2-3 раза в день. И кто дескать это будет делать? В эти моменты я, помнится, начинал кажется впервые понемногу осознавать, что собака – это вовсе не игрушка, которая может безропотно пролежать на своем месте, пока хозяин наконец-то не удосужится подойти к ней и уделить ей свое драгоценное внимание.

Тем не менее мать, похоже, тоже немного запала на Кузю, который все это время беззаботно бродил по квартире. Поэтому было решено выселить его из квартиры хотя бы в подъезд. Строго говоря, те соседи, у которых были дети, в общем-то сравнительно благосклонно и терпимо отнеслись к этому. Но подъезд – понятие весьма растяжимое, хотя бы в высоту. Поэтому мне было указано выселить Кузю с четвертого этажа на площадку между первым и вторым этажами, где находятся почтовые ящики. Сейчас подозреваю, что это скорее всего было согласовано хотя бы с некоторыми соседями, но отнюдь не со всеми. Однако напротив нас жил управдом, сын которого был моим одноклассником. Возможно это как-то повлияло на такое решение. До сих пор не знаю толком.

Мать тогда выделила мне из каких-то своих собственных запасов какую-то мягкую и теплую подстилку для Кузи, а также две миски – для воды и еды. Я естественно спустил все это на указанное место и вернулся за Кузей. Однако собакевич как-то не оценил новое место – очевидно предыдущее ему казалось более комфортабельным. Но когда я, сбегав назад на 4-й этаж вынес уму еду и выложил ее в миску, он как-то отвлекся и забыл про меня, когда я уходил от него вверх по лестнице. А уже на следующий день, когда я спускался по лестнице, увидел, что Кузя уже прекрасно обжился на своей подстилке под почтовыми ящиками и ничего лучшего не желает.

А через несколько дней он обжился уже до того, что почувствовал себя буквально стражем подъезда и стал кидаться на незнакомых ему людей и на тех соседей, которые ему по какой-то причине не нравились. Разумеется, авторитет управдома тут уже был бессилен и детворе подъезда было строго предписано как-то решить эту вдруг возникшую проблему.

Кто-то из нас – ребятни – нашел деревянный ящик, в котором развозили тогда по магазинам водку и т.п. Кто-то другой нашел какую-то мягкую теплоизоляционную и водонепроницаемую пленку. В итоге все вместе обили ящик этой пленкой, прорезав пилой вход. И получилась на мой взгляд неплохая собачья конура, которую расположили неподалеку от выхода из подъезда. Ну и Кузя каким-то образом быстро понял, что это все сделано специально для него и переселился туда. И проблемы с соседями на этом вроде бы закончились. Ну, а кормили Кузьму все по мере возможности.

Все вышеописанные события происходили осенью. Но вскоре наступила зима. Причем, помнится, эта зима оказалась на редкость суровой. Однако Кузя в самые сильные морозы из своей конуры перебегал в подъезд погреться. И, как помнится, ни у кого из соседей претензий на этот счет никогда не возникало. Вот так и перезимовал Кузьма.

Ну, а уже весной, когда окончательно потеплело, мать мне как-то сказала, придя с работы: «Этот ваш Кузя – скорее Кузьминична. Просто все кобели со всей округи вокруг нее вертятся». Признаться, я сначала даже не поверил. Но через несколько дней лично убедился в этом. В итоге эти кобели куда-то увели Кузьминичну, и конура тем самым опустела. А когда стало окончательно понятно, что Кузя уже едва ли вернется, взрослые повелели нам – детворе – куда-то убрать это сооружение на выходе из подъезда. Ну мы и убрали конуру, только не помню уже за давностью лет, каким образом.

А, спустя много лет, когда я уже был студентом, шел я как-то вдоль дома и увидел Кузю – ну точь-в-точь. Нет, я конечно же осознавал, что по прошествии стольких лет он (точнее она) должен был сильно повзрослеть. Тем не менее я все равно окликнул эту собачку. Но по ее взгляду на меня было совершенно очевидно, что она совсем не признала меня и лишь как-то опасливо ускорила шаг, чтобы поскорее разминуться со мной. Вполне возможно, что это был один из щенков Кузьминичны.

15.

Ахтунг, кролик!

29 декабря решил я купить кролика. Любит дочь и я сам тушёного с картошечкой! У наших знакомых из города Батона, который Хаузен, их много…. Сел на вел и по хорошей погоде за час доехал. Дело привычное и дорога известная. Купил половинку крола, попил чая, вспомнили с земляками Родину Великую и малую Родину хозяев – Исилькуль. И в сумерках поехал я в сторону дома. Сюда ехал через горы, а обратно, почему бы не вдоль речки…? Но глянул с моста и стало страшно – река Верре, вдоль которой мне нужно бы ехать, вспухла и разлилась, затопив вело и автомобильные тропы. Весь декабрь лил дождь не переставая…. Над всей Германией четыре недели непроглядные тучи. И поехал я тем же путем, что и сюда. То есть по спускам и подъемам. По пути не миновал и дом старинных друзей. Зашел на пять минут, извиниться, что не могу с ними поужинать – жена ждёт, мол. И опять не выпил. Я же без закуски не пью! Вот побывал в этой поездке в двух домах и кроме чая ни маковой росинки не проглотил. Только пирожок домашней выпечки надкусил. Вкусно!

Видно бог меня берёг. В прошлой жизни, посещая друзей в городе Батонхаузен, я никогда не выезжал оттуда тверёзый. А кого бояться? Полиции в горах нет. А преодолев первые два взгорка, и посидев на макушке второго, полюбовавшись видом на огни лежащих в низине городков, окончательно трезвел, бывало.

Вот. А сегодня на бугре не сидел. Шел дождь. И сильный. Не до посиделок. И холодно, к тому же. Дождевик частично укрыл меня от дождя, но в сапогах уже хлюпало…. Еду осторожно. Машины редки, но сплошные курвы и спуски-подъемы. Курвами немцы зовут не польских женщин с пониженной социальной ответственностью, а вовсе повороты. Это единственное польское слово взятое немцами из Польши. Еду это я, и размышляю – а какие русские слова применяют немцы? А только два – «спутник» и «Гагарин». Больше нет.
Ну да ладно, бог с ними, немцами. Места вокруг памятные – тут я вспугнул залёгшего в кустах оленя, здесь мне дорогу перебегала семья кабанов. Чуть не сбили во тьме! В овражке рву я иван-чай, на этом дереве греческие орехи беру, на том яблоки и вдали заросли шиповника….

Проехал я уже мимо десятка хуторов – бауэрхофов. Мрак они разбавляют Вифлеемскими звёздами в окнах и гирляндами, развешанными на придомовых кустах. Мне такое освещение не помогает, но предновогоднее настроение создаёт! У меня своя фара спереди и два красных фонаря сзади мигают. ( Знал бы прикуп, засветил бы налобник!) Однако всё пока хорошо и миновав пару собак со светящимися ошейниками, выгуливающих своих несчастных хозяев в этакое ненастье, я выезжаю из тёмного леса уже на трассу. То есть на велотропу, идущую вдоль дороги. Выезжаю осторожно – помню как на этом повороте, два года назад я «прилёг» на асфальт. Загремел, правильнее сказать, без фанфар. Велосипед поскользнулся в небольшом пятне глины, и улетел в кювет, я в другую сторону заскользил. Немного порвал тогда ладонь, и запомнил – тут скользко и будь осторожен по мокрети!

В этот раз не упал. Еду дальше – а вот тут, напротив ворот дома Вильгельма, я поскользнулся на мокрых листьях и не поранился, но потерял ключи от дома….

Через пятьсот метров спуск с поворотом и тут Нина, двадцать два года назад, не вписалась и ушла под откос. Сломала жердь в прясле и расстроилась….

Еще через сто метров еду по аллее засыпанной листьями, чтобы не заюзить, едва крадусь. Тут где-то, напротив конюшни корни дуба приподняли асфальт и нужно плавно через него перекатиться. Видел я в этом месте лежащего велосипедиста, и помог ему искать наушник. Хорошо не уши. Вот как его тряхнуло на этом корне! Дальше идёт крутой поворот со спуском и подъемом сразу же. Миную благополучно. Мешают очень фары встречных машин – залитые дождём очки к тому же…. Но вот открылся вид на лежащий внизу Херфорд.

Мне предстоит пересечь дорогу. В этом месте меня поджидали несчастья трижды! Было, чинил колесо, растянулся на льду, и едва увернулся от машины, едущей без фар. Идиот какой-то рулил! Или идиотка?

Боковым зрением вижу, что слева никого и встречных тоже нет. Жму педаль и благополучно выезжаю, хотя и не на свою сторону, но на пустой, всегда, кусочек тротуара. Дорожка идёт на спуск мимо конюшни.

В последний момент вижу иномарку выезжающую из двора…. Пытаюсь объехать правее…. Дальше помню себя лежащим на капоте и, и сразу темнота….
Выпутываюсь из плаща сползшего на голову. Не обращаю внимания на вереницу остановившихся машин. Их много в обоих направлениях. Меня же выбросило почти на середину…. Ко мне бегут двое. Но я на них ноль внимания - шарю в плаще. Ищу телефон. Наконец нахожу и включаю…. Светится. Всё хорошо! Теперь найти кепку. Она в капюшоне запуталась. Народ стоит вокруг и недоумевает – чего ему нужно? Наконец выпутываю и кепку. Хватаю велосипед и отвожу в сторону. Он цел. Только цепь спала. Незнакомый свидетель уже вызывает полицию и скорую. Набежавшие тётки вопрошают – Вы здоровы?
Да, отвечаю, все хорошо. И даже немецкий не забыл. Хромаю немного, и локоть побаливает. Они щупают меня и отстают. Наблюдают.

А вот и полицейская машина. Она случайно мимо проезжала. Юная полицистка, стандартная красавица за рулём и старший наряда – турок. Моя визави – наездница из иномарки – Эфа, приглашает меня в машину. Сидим, ждём протокола. А вот и кранкен ваген. То есть скорая. Размером с вагон. Два, по возрасту, пионеры-фельдшеры, щупают меня и задают вопросы. У меня начинает болеть всё! Но стою ровно и не соглашаюсь ехать в больницу. Куда я велосипед дену? Как его потом забирать? Больничный вагон уезжает. Мы с Эфой беседуем. У неё 5 внуков. Это она выдаёт первым делом. Как бабкам важно наличие внуков!

Ей хочется узнать побольше и обо мне. Но у меня своя метода. Я же в немецком до сих пор чайник, поэтому приступаю к допросу известными мне словами:

- Что Вы тут делаете?
- у меня тут кобыла. И я наездница. Вчера ей ремонтировали зуб, и я ей привезла мягкую пищу – кашу.

Об этом я догадываюсь – под ногами у меня миска с остатками овсянки. Она продолжает…

- Ей 18 лет. Но она хорошо бегает.
Я когда-то работал на конюшне и у нас, оказываются общие знакомые!

Выдаю монолог – ездил за кроликом в Батон. Там у меня друзья, дождь, плащ, извините, что не по своей стороне ехал. Но я так привык. Вон там я уже падал – был лёд. Зачем кролик? Мы его едим в новогоднюю ночь. Традиция.

Обмениваемся телефонами. При этом я ей выписываю полные координаты, а она мне только имя и домашний номер. Трезвый немецко-практичный подход. Молодец она, что не сдвинула авто с места. А я, как уже не бывало при авариях, угодничаю. Вот и сейчас – лежал бы мой вел посреди дороги, и лежал. Нехай объезжают….

Осматриваем её машину. На ней ни следа! Это потому, говорит Эфа, что зима и мы одеты толсто. И вы не худой. Комплимент.

Мирно беседуем, пока турок выписывает нам по копии протокола. Вручает их нам и я, натянув цепь и уже без плаща – он в грязи и неизвестно как его вывернуть, чтобы не извозиться окончательно, прощаюсь с Эфой, а по-русски с Евой, и сажусь с трудом в седло. Под горку легко катиться…. До дома-то оставалось всего пара километров. Вымокнув до нитки, дрожжа, хромая и постанывая, умудряюсь стащить вел по ступенькам в подвал. Ставлю своего коня в стойло. И скорее в душ. До квартиры дошел – благо лифт из подвала работает, а то бы ползти по ступенькам, а ключ в замочную скважину не могу вставить – трясутся руки….

Но очень хотелось и получилось. Пять минут на раздевание ушло. Вся левая сторона болит и на локте шишка обнаружилась размером с яйцо. Душ не помог выздороветь. Но помог фарш. Я его, вместе с мороженым куском колбасы, прикрутил резинкой от трусов к руке в месте шишки. Она к этому времени подросла до размера яблока…. Выпил ибупрофена, намазался лошадиной мазью, любимое пачковое вино легло именно так как я мечтал ещё в лифте– поверх ливерной колбасы и квашеной капуты с луком. И к телевизору.

Спал мучаясь. На левом больно, на правом больно, на спине не умею. Кашлянуть и газануть страшно – в груди отдаёт по сей день,

К утру отёк на локте, благодаря эластичному бинту, растёкся по всей руке и начал синеть. Ходить по квартире могу только двигая перед собой стул. А он дубовый – тяжеленный, и к тому же снизу живет Зина. Ей мой скрип, наверное, мешает спать. Поэтому ползаю вдоль стены.

Утром мои многоопытные в таких делах друзья советуют сдаться врачам. Помятуя, что каждый вызов скорой стоит денег, решаю сэкономить. Помощь друга приходит вовремя! За полчаса до прибытия ко мне он извещает, и я начинаю выходить…. Ползу до двери, потом до лифта. Лифт приходит и прищемляет меня дверью – скорости моей не хватает избежать прищима. На выходе из кабинки, как я ни старался двигаться ловчее, прищемило опять. И даже дважды. Потом нужно было выйти из двери подъезда, и я начал продумывать способ как не быть изуродованным во второй раз. У нашей двери хитрая ручка и тяжелая нога. В смысле пружина. Задумаешься и получишь такого пинка! Но входил сосед, и я выскользнул благополучно. Немцы всегда придерживают дверь – ждут, гады, благодарности. Русские не ждут и не придерживают. Мне повезло – входил немец Зиги. Кстати тоже хромая. Приехал после инъекции в мягкое место. Кинулся мне рассказывать, но я «поспешил» к перилам. Да он, к тому же, говорит на таком тарабарском языке, что его никто и из местных-то не понимает…. В общем, перила мне помогли спуститься по ступенькам. Сполз. Осталось 27 метров до поребрика. И 15 минут. Я успел! Володя был тоже пунктуальным. Довёз меня до госпиталя со смешным, для русских, названием из мультика про Карлсона. А именно «Матильда». Помните, у фрэкен Бок была собачка Матильда? А у нас больничку так зовут.

У «Матильды» в сенях стоит стул с колёсами. Инвалидная коляска. Володя меня в него усадил и вкатил куда надо. А сам уехал в баню. В «куда надо» никого - пустой прилавок. Через десять минут пришел геррр. И нажал кнопку под столом. Дверь открылась, и я вкатился в пустую допросную приёмного покоя. Тут ждал восемь минут. Пришло сразу четыре тётки. Опросили. Записали и закатили меня в приёмную. Раздели и на каталку. Кардиограмма и снова вопросы. Ушли все. Двадцать минут никого. Хорошо, что прикрыли меня голого моей же курточкой. Явился турок. Врач. Я его давно знаю. Говорю ему по-немецки – Как же я вас, эфенди, долго ждал!
Заулыбался он и меня опять допросил. Но уже с пристрастием. Откуда машина ехала и зачем я там оказался? Про кролика я ему не стал уже рассказывать.

Обмазал меня солидолом. Да так, что не выдержал я и сделал ему замечание – надо, мол, экономить! Кризис, мол. Он возразил – Дойчланд есть богатый страна! И начал этот солидол-гель размазывать по мне мышкой. Пластмассовой. И приговаривать – сердце есть хорошо, почки есть гут…. И так далее. В общем – вы есть здоров.

И выкатил меня в коридор. Еще двадцать минут вылежки…. Наконец повлекли меня в ренгенкабинет. Там чёрный-пречорный афганер меня со всех сторон зафотографировал. С любовью! Да и выкатил в коридор, и, после недолгой выстойки у стенки, опять в приёмный покой моё транспортное средство уже прохожий санитар закатил . Под часы. Прошло уже два с половиной часа. Я не ропщу! Надо значит надо! Не прошло и двадцати минут, как явился мой эфенди. И с порога заявил с улыбкой – возрадуйтесь – кнохен нихт геброхен!
То есть кости мои целы. Вручил мне бумагу с диагнозом. И сказал что мой путь в отделение. Щас укатят.

Тут я запротестовал. Интернета у них нет, и Новый Год встречать с немецкой газетой мне не улыбается! Да и меню больничное…. К тому же завтра дети в гости придут – кролика есть и праздновать…. Без меня же и приготовить правильно не смогут!? Он согласился, и я начал сползать с кушетки. Тут, увидев как я крадусь к стулу со шмотками, чтобы одеться, вознегодовал – обязательно нужно остаться в клинике!
Поспорили, и он прикатил мне кресло с колёсиками. Вытолкал в холл и долго смотрел, как я овладеваю колёсами, качал головой.Помахал я ему и вызвал жену. С внучкой – пусть на деда посмотрит, да проникнется жалостью человеческой. А то она жалеет только жучков и кошечек…. Но бабушка приехала одна.

Позвонил я и Эфе. Успокоил. Кости мои целы, обследование показало. Она была рада.

16.

Утро 12 декабря, легкий морозец, час пик. Перрон Ярославского вокзала утоптан до состояния катка. Из забитой пригородной электрички вываливает тысячная толпа и бодрым шагом движется. Ни единого падения! Народы севера от мкада видны сразу - внимательный взгляд вперед и себе под ноги, цепкая походка, кто-то продолжает начатые в вагоне беседы или говорит по телефону. Где-то ближе к хвосту выходящих одиноко плетется несчастное дитя цифровой революции - в свой экран уставилась одутловатая как сосиска дева неопределенного возраста, что-то бледное от 20 до 30, закутана так, что кроме стекол очков, носика и тонких губ ничего не видно. Вдруг она валится, смартфон крепко шмякается в сторонке. Несколько человек со всех сторон бросились к ней на помощь, предлагая помочь встать, кто-то протянул ей подобранный смарт.

Изумила реакция девицы. Она осталась лежать на перроне, забилась в истерике, суча ручками и ножками как капризный младенец. Голосок тонкий и пронзительный до визга:
- Блять! Опять! Ну сколько же можно! Как меня эта зима зае...!!! Когда же она кончится??!!

- 29 февраля! - как истый Нострадамус, весело ответил ей старикан с большим ящиком и удочками, садясь в ту же электричку, явно намереваясь проследовать в противоположном направлении.

17.

Берег Ледовитого океана, поздний сентябрь. Холодно, промозгло, на тундру уже лег снег. Низкие тучи тянутся на восток, погода серая, волна шурх-шурх в галечный берег… Ветер. Сильный.
Наша маленькая научная экспедиция закончила свои полевые работы, но как выбраться на базу мы не знаем: на вертолет денег не было изначально, расчет был на проходящие суда, а вот их то как раз и нет… До конца навигации еще минимум месяц, но в конце 90-х суда и так ходили не часто по Севморпути, а тут еще и ветер, предштормье… Ждем уже две недели, продукты заканчиваются, старая изба на берегу, в которой мы ютимся, продувается насквозь.
Связь с внешним миром у нас по рации (наш позывной – Факел), выходят База (гидрографы, через которых мы работали, до нее более 400 км), Волнолом (около 300 км от нас, полярка гидрографии) и Кигилях (полярка на Острове, до нее 60 км через пролив, но она принадлежит системе Гидромета). Два раза в сутки База рассказывает нам про суда, которые проходят мимо нас, и почему они не могут нас забрать, Волнолом и Кигилях решают свои вопросы с Базой и при плохой слышимости транслируют нас с ней друг другу. Наши надежды на возвращение домой тают день ото дня, в то время как снежный покров становится все толще. Питание для рации тоже постепенно садится. Очередная вечерняя связь…
И ВДРУГ:
- Факел, говорит БАЗА! Завтра мимо вас будет проходить гидрограф «Днестр», если сможет – заберет.
- База, это Волнолом. Днестр генератор нам доставит? Зима на носу!
- Днестр, говорит База! Заберете геологов, зайдите к Волнолому, отдайте им ваш дизель-генератор!
- База, говорит Днестр! Вы охренели?! Как я им отдам свой дизель-генератор?! А мне чем судно запитывать?! Да я его и из машинного не вытащу, он же у нас встроенный!
- Говорит База. Днестр, да не ваш собственный генератор, а переносной дизельный генератор, на 10 киловатт!
- База, это Днестр. Ну так бы и говорили, а то капитана чуть кондратий не хватил!
Пауза…
- Факел, это Днестр. Как у вас волнение?
- Штормит слегка, волна полметра пока.
- Людей и груза много?
- Три человека, полтонны образцов и вездеход.
- ВЕЗДЕХОД? Факел, вы охренели?! Мы гидрограф, у нас на корме есть пара квадратных метров и все, куда мы вас грузить будем?! База, Днестр не может взять геологов!
- База Факелу, домой хотите?
- Говорит Факел, домой хотим, но с вездеходом!
- База Факелу, решайте сами – домой без вездехода или зимовка с вездеходом!
- Факел Базе, хотим домой без вездехода, но с образцами!
- Добро! Днестр, слышали? Забирайте геологов!
- Факел, говорит Днестр. Сможем – заберем.
Кристальная тишина в эфире.
И ВДРУГ!
Тонкий девчачий голос в этой звенящей тишине:
- Днестр, заберите меня отсюда, пожалуйста!
Долгая пауза.
- Говорит Днестр. Девочка, ты кто?! Откуда отсюда тебя забрать? Где папа и мама?!
- Я на Кигилях к папе на каникулы приехала в начале лета, он на станции работает, а теперь вернуться не могу.
- Говорит Днестр. А папа где?
- Он на сроке сейчас (прим. – метеоданные снимает на площадке), но ему сказали, что судов больше не будет. А я не хочу зимовать!
- База, говорит Днестр! Мы после геологов зайдем на Кигилях, заберем девочку?
- База Днестру, нет, идете на Волнолом, скидываете там дизель-генератор и идете в Базу, девочку пусть Гидромет вывозит.
- Днестр Кигиляху, слышали?
Тишина в эфире. Все замерли и представляют себе страдающую маленькую девочку, которую ждет дома мама.
Тонкий звенящий голос девочки:
- Блядь, опять в школу только в декабре попаду! Да чтоб я еще хоть раз сюда на каникулы приехала! Третий раз в девятый класс!
С коротким щелчком Кигилях отрубил рацию.
Тишина в эфире.
- База, говорит Факел. Может, если Днестр нас не сможет забрать, пусть он на Кигилях зайдет?
- Факел, если он вас забрать не сможет, то и на Кигилях он зайти не сможет. И вообще, если хотите домой – идите вещи собирайте, а кто куда пойдет мы без вас решим. Говорит База, конец связи!
Молча мы собирались в тот вечер, паковались и таскали ящики и мешки на берег. Утром, несмотря на усилившееся волнение, несколькими рейсами шлюпки нас действительно забрал маленький гидрограф «Днестр». Часть образов (хорошо хоть, что небольшая) утонула при погрузке, настроение было не очень. Спустя несколько часов мы проходили траверз Кигиляха. Над морем висел рваный туман, берега почти не было видно, пристать из-за волны Днестр не смог. Мне представлялась на берегу фигурка девочки, которая смотрит на проходящее мимо судно и мечтает попасть в школу…
Попала ли она в школу? Наверняка. Может, все же судном позже забрали, может уже в декабре по льду на вездеходе вывезли… Но все же как это здорово, когда можно ходить в школу!

18.

Кастинг в секцию фигурного катания. 60-е годы

Мне было года четыре или пять.
Новопостроенный Ледовый Дворец "Химик" в Воскресенске открыли в сентябре 1966 года. Это был всего лишь 3-й или 4-й в Советском Союзе искусственный лёд, и остальные были только в Москве и ещё каких-то городах-миллионниках. А тут - в нашем небольшом провинциальном райцентре такое чудо! Конечно же, все воскресенцы от мала до велика этим гордились.
И вот по городу распространилась информация, что в Дворце спорта открывается секция фигурного катания, и отбор кандидатов будет производиться тогда-то тогда-то прямо на льду, но сначала надо записаться там-то там-то.
Фигурное катание тогда было на подъеме, его популярность соперничала с хоккеем, в Воскресенске тренировались Белоусова с Протопоповым, и я даже однажды попросил их привезти мне из Японии коньки, если в Японии коньки есть в магазинах. Об этом уже рассказывал раньше - https://www.anekdot.ru/id/990335/. Конечно же, очень многие родители захотели, чтобы их дети начали заниматься фигурным катанием.
И мои родители сходили в Дворец Спорта - тогда его называли только так, а не "Ледовый" или ещё как-то. Был Дворец культуры, и вот построили Дворец Спорта, - записали меня на просмотр для отбора в секцию.
Условие участия в отборе - возраст 5-6 лет, наличие коньков "Снегурки", эта самая предварительная запись.
Если это была осень 66-го, то мне было только четыре, но я был крупный парень. Если уже был 67-й - то мне полных пять. (Вероятно была совсем уж поздняя осень или зима, потому что все дети были в зимних пальто или в шубках. Курток тогда не было. Ткань "болонья" только-только появлялась или вскоре должна была появиться. Об этом у меня когда-нибудь будет отдельная история.) А вот "Снегурок" у меня не было. Дефицит. Ни в "Спорткультоварах", ни в "Комиссионном", и по Москве папа день промотался - не нашел. Поэтому на конкурсный приём в секцию фигурного катания меня привели без коньков.
Детей набралось больше 400. Нас пофамильно разбили группы по 20 человек. Мы все были на зрительских местах по одну сторону льда, а на противоположной стороне - тренеры, которые должны были из нас и отбирать годных.
Пофамильные списки всех групп были там где-то вывешены. Я оказался в 17 группе.
Какая-то девушка объявила выход первой группы.
Родители опускали через борт уже обутых в "Снегурки" детей на лед. Дети рассыпались, как горох. С противоположной стороны за ними наблюдали тренеры, и временами через громкоговоритель спрашивали: "Девочка в красной шапочке - фамилия?... Мальчик с синим шарфом - фамилия?.." Это означало, что эти двое приняты и записаны.
Мои же родители в это время искали мне коньки.
Рядом грузный мальчик откатался, в группе может восьмой, - его мама снимала с него "Снегурки". Мой папа обратился к ней с заметным трепетным волнением: "Пожалуйста! Не дадите коньки и нашему на лед выйти?".
Она ответила ожидаемо: "Ну, да! Вашего возьмут, а моего - нет!".
Но у нас была "заначка". В 16-й группе проходила конкурс моя ровесница Танечка Белозерцева. А её папа и моя мама были знакомы и дружны ещё с детдома, да и на тот момент мы дружили семьями. Проблема только в том, что нам с Таней надо было быстро переобуться, как только она откатается.
Вот 16 группа вернулась со льда на трибуны. Танины родители как можно быстрее расшнуровывают высокие "Снегурки", я уже без валенок жду... Моя 17 группа катается. Тренеры там кого-то объявляют, какие-то фамилии записывают в секцию, мне дают коньки, засовываю ногу... и сразу вынимаю - малы. Малы! Таня - обычная девочка, а я крупный парень, и размером ступней уверенно шёл к своему будущему 45-му.
Папа умоляюще сложил руки: "Сынок! Обувайся! Надо!"
Кое-как, поджав пальцы, вбил ноги в узкие ботинки.
Пока зашнуровывали, мою 17 группу на льду сменила уже 18-я.
Девушка со списками сказала, что с другой группой нельзя, и, дескать, - уже всё!
Мама побежала вокруг арены к тренерам. Вернувшись сказала, что после 20-й группы будет перерыв, и во время этого перерыва тренеры посмотрят меня одного.
Сижу на трибуне с поджатыми пальцами в коньках. Объявили перерыв. Папа через борт опускает меня на лед. Это мой первый опыт катания на "Снегурках". До этого были только двухполозные коньки, которые приматывались к валенкам. Сначала стоял, но папа сказал: "Катайся! Езжай!".
Оттолкнулся, упал. Ноги разъезжаются непонятно как, но надо кататься - не посрамить фамилию. Встал, упал, встал, упал... Смех доносился и сзади - где были мои конкуренты и их родители, и спереди - от этой группы тренеров. Оттуда спереди через громкоговоритель сквозь смех сказали: "Езжай к нам по синей линии". Папа сзади повторил: "По синей линии, сынок!"
Синяя линия была рядом. Но очень узкая. Я тогда как понял - если сказали "по синей линии", то нельзя выходить лезвиями коньков за эту линию. Надо в её границах оставаться... Стоять на этих снегурках я уже натренировался. Теперь пытался толкаться одним коньком, а на другом ехать. Падал, вставал, снова падал... Потом догадался, что лучше не вставать, и по этой синей линии пополз туда к тренерам на четвереньках.
Дополз...
Мама уже снова была там возле них. Там были и хоккейные тренеры. Они, утирая слезы, сказали: "Если в фигурное не возьмут, - через два года приводите к нам. Такие настырные нужны!" Но в фигурное меня записали. Я стоял возле борта, и мне сказали: "Езжай назад к папе". На льду уже каталась 21-я группа, и я то ехал, то полз между ними назад через всё поле. Оно было очень широкое.

***
В итоге с фигурным катанием не сложилось. Но это уже другая история.

19.

Про спасение на водах 20.
8,5 (мимоза).
1. У моей жены есть отвратительная привычка тащить в дом любую беспризорную животинку. Вот как встретит кого-нибудь, кто по её мнению, нуждается в её опеке, так и тащит. По этой причине я всегда настаиваю, что-бы она ездила по делам на машине. Когда пойдёт пешком, "пиши пропало". Если на её пути встречаются помойки, она не возвращается без трофея. Один раз было, заставила себя пройти мимо чужой беды. Потом пришлось идти с ней спасать кого-то в 3 часа ночи. Не могла уснуть по причине мук совести.
К счастью, летом брошенные пёсели и кошаки, как правило самодостаточны и от помощи отказываются. Уподобляться Шарику из "Простоквашино" (который хотел сфотографировать зайку), у любимой получается не очень. Другое дело зимой. Редкий поход по магазинам или иным делам, обходится без очередного "подарка".
Проблем обычно не бывает. Большие размеры дома и усадьбы позволяют никому не чувствовать себя в тесноте. Почти все подкидыши ведут себя прилично. Тусуют обычно на сеновале или в конюшне. В дом заходят нечасто и по очереди. Больше двух за один раз не видел.
Минувшая зима выдалась суровой и в её подмоге нуждались многие. К весне скопилось больше 20и подобранных кошек, что для нас было многовато. Благо, опыт накоплен и всё идёт по отработанному сценарию. Потеряшки лечатся и стерилизуются. После на Авито вывешивается объявление. И если повезёт, то для котейки находится хозяин. К лету, как правило, все питомцы находят новый дом.
2. Этой кошке не повезло особенно. Перед Новым Годом ударили крепкие морозы. Было далеко за 30° и сильный ветер. Мы закупались на праздник и мотались по магазинам. Остановились у очередного. Жена ушла в "рейс", я остался ждать в машине. Рядом со входом заметил кошку. Она спокойно сидела и выглядела сытой и ухоженной. Помню ещё подумал: "Наверное живёт при магазине в качестве мышеловки. Вышла подышать свежим воздухом и проветриться".
Любимая вернулась и мы уехали.
Как это бывает в предпраздничной суматохе, что-то забыли купить. Спустя 3 часа мы снова оказались у магазина, где я видел кошку. Очень удивился, когда она оказалась на том же месте и в той же позе.
Когда жена вернулась в машину, сказал: "Смотри родная, какая термоустойчивая скотина. Уже 3 часа сидит на таком морозе и ей пофиг". Родная вышла на улицу и пошла знакомиться. Дальше было довольно неожиданно. Когда она погладила кошку, то та упала на бок. Помню подумал, что сдуру принял за кошку обычную игрушку. Оказалось котейка просто замёрзла до состояния: "Я больше не разгибаюсь". Животинка не реагировала ни на что, было ясно, что ей ....... . Ну не в помойку выбрасывать? Забрали домой. Стетоскоп помог определить, что сердце ещё бьётся. Оставили на ночь в прохладном месте. Всё одно не жилец. Утром разожжём костёр, отогреем землю и похороним.
На следующий день кошка была жива и даже разогнулась. Занесли домой в тепло. Через пару дней она пришла в себя и поела. Разумеется её "полярная экспедиция" не прошла бесследно. Отвалились отмороженные уши, пришлось отрезать омертвевший хвост и два пальца.
Если верить легенде, что у кошки 9 жизней. Наше новое приобретение потеряло минимум 8, почти все 9. Поэтому назвали её просто и без затей: 8,5. Было очевидно, что с такими потерями во внешности, её не пристроить. Посему зачислили в постоянный штат и поставили на довольствие.
Со временем стала понятна причина, по которой несчастная оказалась в таком переплёте. Кошка оказалась очень интеллигентной и сдержанной. Еду не клянчила. Никому не навязывалась. Никто не слышал от неё даже тихого мява. Это её и сгубило. Люди просто проходили мимо. Не догадываясь, что котейка нуждается в помощи и защите.
Жалел только об одном. Надо было попросить у админинстрации магазина разрешения посмотреть записи с камер. Попытаться найти ту ......, которая бросила друга на произвол судьбы. Сделать скриншот и попытаться найти через соцсети. Страна должна знать своих "героев".
3. Не так давно жена показала очередной смешной "видос" с котятами. Как водится поржали. Я заметил, что у нас котят не водилось уже лет 10. Кошек полно, но они все серьёзные и вдумчивые. У них полно своих дел и радовать нас своими проделками нет времени. Родная ответила, что это не проблема: "Тебе сколько и когда?". Ответил, что обойдусь и переживу. Пусть котятки других радуют.
4. Будучи типичной "совой" ложусь очень поздно. Неделю назад, уже на рассвете пошёл спать. В доме стояла глубокая тишина. Вдруг я очень ясно услышал чей-то писк. Потом ещё и ещё. Начал искать место откуда он раздавался. Обнаружил источник в гостевой комнате. Звук шёл из дивана. Я приподнял сиденье и обнаружил там чужую кошку. Киса была трёхцветной и это внушало оптимизм. Как известно такие приносят удачу.
Кошка рожала и один котёнок уже появился на свет. Как она туда попала было неясно. Дом охраняется сворой собак. Своих кошек они знают и не трогают. Чужим хода нет. Прорваться через стаю надо было суметь. Это вызывало уважение. Помощь молодой матери не требовалась и я оставил её в покое.
Утром жена с загадочным видом сообщила: "Пойдём, что покажу. У меня там такое есть. Никогда не догадаешься".
Ага... Никогда не догадаюсь. И спросил я близкого своего человека: "Сколько у нас новых кошек?". И ответила супруга: "Одна большая и шесть маленьких".
Всё справедливо. Не хватало в твоей жизни котят? Будь добр получи и распишись. Желания иногда материализуются, хочешь ты этого, или пока не готов.
Было уже начало июня. Поголовье кошаков всё увеличивалось, а новых хозяев для них пока не появлялось. Надо было что-то делать.
5. Вчера вернулись с речки. У дома стояла чужая машина. Из неё вышел и поздоровался пожилой киргиз (понял по традиционному головному убору). Дед сообщил следующее. 10 лет назад его племяник покупал у нас щенка и в виде бонуса получил кошку. Оба зверя оказались очень смышлёнными и радуют своих хозяев по сей день. Старик недавно достроил дом и желает иметь подобный комплект.
Одна из моих сук должна была скоро родить и мы ударили по рукам. Кошку ему было предложено выбрать сразу. Дед прошёл в конюшню и "покыс-кыскал". На его зов прибежало трое. Аксакал завис в муках выбора. Спустя минуту он поинтересовался: "А можно я всех троих заберу? Дом большой. Места всем хватит". Вот пропёрло, подумал я и ответил: " Разумеется можно. Мы с уважением относимся к вашим сединам". Родная ушла за переносками, а мы закурили.
Тут к нам подошла 8,5. Пока ждали жену, я рассказал о судьбе этой кошки. Дед проникся и загрустил. Когда я говорил ему о том, что пришлось отрезать несчастной два пальца, дед чуть не заплакал. Потом достал из кармана левую руку и показал. У него тоже был недокомплект. Два пальца отсутствовали. В молодости отморозил, попав в буран на охоте. Дальше понятно, киргиз уехал домой с четырьмя переносками. Более того, пообещал поговорить с соседями и пристроить ещё с десяток наших питомцев. Сегодня позвонил и сообщил, что к выходным приедет с соседями, выбирать кому кто по душе.
А я понял простую вещь. Хочешь найти хорошего хозяина для потерявшегося или брошенного, расскажи его историю. Иногда легенда важней внешности. 8,5 должна была остаться у нас навсегда. Найти ей друга и хозяина в принципе казалось невозможно. Но..... Видимо у каждой приличной кошки где-то есть свой хозяин. И моя задача найти его. Тогда из двух несчастных поодиночке, появятся двое счастливых вместе....
Владимир.
07.06.2023.

20.

Каждый раз, 8 марта, листая фотоальбом с пожелтевшими старыми фотографиями, я вспоминаю главных женщин моего детства. Давно это было ,в прошлом веке, в 70-х годах в СССР, когда я пешком под стол ходил и осваивал учебную программу детского сада. Мама, на фотографии она стоит в железнодорожной форме дежурной по станции и похожа на ту девушку Нину из фильма «Кавказcкая пленyица и другие приключения Шурика. Спортсменка, комсомолка… Все время, когда я был не в детсаде, я проводил время у неё на жд вокзале небольшой станции под названием Беспечная. День, а потом ночь, неделя за неделей, весна, лето, осень, зима, год за годом .В силу детского любопытства я изучал все предметы в её служебном кабинете. Вот стоит зеленый шкаф, который светится разными огоньками, с какими-то рычагами и кнопками, и который регулирует движение по станции. Рядом большой черный жд телефон, по которому ведутся служебные переговоры. Над ними большие часы. Рядом стол с квадратным жд фонарем. С одной стороны фонарь светит большой лампой, с обратной маленькой? со сменяемыми светофильтрами: красным, зеленым и желтым. Чехол с двумя флажками, белым и красным, черный гудок, похожий на пионерский горн, керосиновая лампа. Стены кабинета ,обвешанные жд плакатами по технике безопасности, типа, не пролезай под стоящим поездом или поставь тормозной башмак под отцепленный вагон. Сам жд вокзал представлял деревянное строение, с одной стороны был кабинет начальника и актовым залом , в котором проводились служебные совещания, с другой стороны зал ожидания со скамейками и окошком кассы, в котором продавались и компосcировались жд билеты, похожие на небольшие коричневые бумажные плотные талончики. Позади станции был большой сарай, в котором умещалась куча жд путевых знаков и тормозных башмаков. Когда мне становилось скучно в кабинете, я выходил на перрон, и садился на скамейку ,смотря на проходящие поезда. Запах жд путей, тепловозов и вагонов, я помню. Ночью на проходящие поезда светил большой прожектор рядом со скамейкой в свете которого летали всякие бабочки. Иногда мама звонила по рации машинистам и просила меня покатать. Машинисты были добрые и соглашались. Когда на маневровом тепловозе был перерыв, машинисты доставали свои термоса с чаем и бутербродами и меня угощали. Еще я запомнил тетю Галю…. Женщина в теле, с неизменной папиросой «Беломорканал» в зубах, она дежурила на жд посту. Иногда я к ней заходил. Сам жд пост был небольшим домиком с печкой. Рядом был стрелочный переход. Стрелка представляла собой конструкцию с керосиновым фонарем наверху и ручку с гирей с боку. Чтобы перевести стрелку, ручку надо было поднять и повернуть в бок. Стрелка переводилась вручную по звонку дежурной по станции. Тётя Галя была веселой женщиной. Один раз она дала мне папиросу и сказала мне, что я могу покурить, как и она. После того, как я закашлился от папиросы, она сказала, что ,наверное ,мне папиросы пока курить рано. Тетя Тоня…. была маминой подругой и жила в доме рядом с вокзалом. Иногда я оставался ночевать у тети Тони. У тети Тони в комнате были большие комнатные часы с кукушкой. С часов свисали цепочки и гирьки, которые нужно было подтянуть, чтобы они работали. Ночевка у тети Тони превращалась в пытку. Каждый час часы в спальне били в колокол, отсчитывая время. Один час ночи -один удар и одно ку-ку. Четыре часа, четыре удара в колокол и четыре ку-ку. Бабушка Женя. ….К ней мы приезжали в деревню в отпуск. Её куры,гуси,свиньи и корова были моими лучшими друзьями. Каждое утро я заходил в курятник и реквизировал яйца на завтрак, которые снесли куры. Правда, петух был против, и мне приходилось его как-то избегать. Свежее молоко от утреннего надоя, сваренная картошка и свежий хлеб были моим лучшим угощением. Правда раз бабушка сплоховала. Было какое-то дружеское застолье по какому-то празднику. Я сидел за столом рядом с бабушкой, развесив уши и слушая разговоры взрослых. А стаканы были одинаковые. У меня в стакане была вода, у бабушки водка. Бабушка под тост выпила мой стакан с водой, а я не заметил и махнул стакан с водкой. Отчего мне стало плохо и потянуло блевать. За столом повисла тишина, меня схватили в охапку и потащили в ванну, промывать желудок. Я бабушку простил, она же не специально это сделала. Вот фотография с моим отцом… в офицерской рубашке и с погонами на ступеньках дома моей бабушки в деревне. Он похож на былинного сказочного героя из советской сказки, красивый, молодой. Отцу в жизни не повезло. Он был командиром стартового расчета межконтинентальной баллистической ракеты с ядерной боеголовкой. На учениях, при приведении ракеты в боевую готовность, при заправке её жидким топливом (гептилом) произошла авария и утечка гептила. А гептил, это сильно токсическое вещество. Отец не растерялся, выгнал весь расчет солдат с места аварии и сам устранил её. Правда при этом надышался ядовитых паров, и потом в госпитале сердце у него не выдержало. Мама погоревала несколько лет, но потом отошла, жизнь продолжается, встретила моего отчима. Отчим рассказывал, приезжаем новоиспеченными лейтенантами, после военного училища, к месту службы на станцию Беспечная, выходим из вагона, и я вижу, стоит на перроне девушка Нина, из того фильма, дежурная по станции, и сердце моё ёкнуло, и я понял что это стоит моя судьба.

21.

Зима, вечер, снежок падает, - приехал к гаражу. У моих ворот стоит "Волга". Следов на снегу нет и все гаражи поблизости закрыты. Машина эта знакома, но какой гараж её хозяина - не помню. Постучал в двери ближних гаражей, посигналил ещё и ещё - никто не выходит. А мне надо разгрузить свою машину, и мимо этой Волги никак. Одно решение - оттащить буксиром. А буксирных петель на ней не нашёл ни спереди, ни сзади. Зацепил буксир за рессору, и рывками оттянул от своих ворот. Разгрузил свой РЕНО-МАСТЕР и уехал.

Недели через две заходит ко мне в гараж хозяин этой Волги.

Говорит, что я ему крепление рессоры оторвал, когда дергал, и с меня три тысячи за ремонт. И упрекнул, что я не постучал тогда в его дверь - через три гаража от моего. Он слышал, как я сигналил, слышал мою машину, но не догадался выглянуть.

Денег ему не дал.

Он был в обиде какое-то время, потом помирились.

22.

Публикую 2 истории, разные по времени, никак между собой не связанные сюжетами, но с одним выводом.
Может кто-то улыбнется )

1). СОВА
Зашел в зоомагазин купить корм коту
А там стоит парень лет 20, а на руке у него живая сова!
У него левая рука подвязана, как будто в гипсе, но вместо гипса, на нём одета кольчужка, на которой сидит настоящая живая СОВА! Может не сова, а филин, я точно не разбираюсь – большая гладкопёрая птица под сову, примерно 30см ростом, с коричневыми перышками, огромными желтыми глазищами… и черным клювом крючком. Ее ножка была окольцована и прикована цепочкой к его браслету на запястье.
Я замер, боясь вспугнуть невиданную вот так близко в живую редкую птицу.
Он что-то деловито покупал для своей любимицы. Сова невозмутимо повернув голову на 180 градусов смотрела на меня.
Я разглядывал это чудо, рука сама поднялась погладить. Птица явно недовольно заурчала, тихо заклокотала, видя мою ладонь. Я едва притронулся к ней.
Обернувшись на меня, парень улыбнулся – хотите подержать?
- А можно?
Он подвел руку с птицей ко мне и слегка дернул рукой. Держите)
Слегка взмахнув крыльями, Сова оказалась у меня на плече, намертво схватившись когтями в мою куртку на левом плече. Цепочка от ножки до хозяина оказалась довольно длинной, в метр.
Моя летняя легкая куртка оказалась проткнутой насквозь очень острыми когтями. Было больно! На меня посмотрели отнюдь не благожелательные желтые глазищи хищника.
Я уже хотел стряхнуть с себя эту тварь, но
- Стой, иди ко мне! – парень быстро забрал слетающую сову к себе и посадил к себе на руку
- Больно? - усмехнуля
- ДА!
- Промойте ранки перекисью, и не фиг чужих птичек трогать!

Парень с Совой на руке ушел. СОВА так и оставалась у него на руке. Абсолютно невозмутимая…
Я купил корм коту и в задумчивости пошел домой лечить плечо.
Может и не стоило трогать чужую птичку…
Летнюю куртку, проколотую на плече теперь выбросить на дачу…
Плечо лечить от очень глубоких проколов когтями… это больно и долго!
***

2). Ротвейлер
Когда-то давно был случай
Зима, холодно, метель. Темный вечер.
Шел с работы, думая купить пару банок пива.
Подхожу к магазину, у двери сидит понурый собак-мальчик ротвейлер в ошейнике, без поводка, но в наморднике. Его заметает снегом, он перебирает лапами, смотрит на меня жалобно…
Нужного пива не оказалось и я пошел в следующий магазинчик.
Там нужного пенного тоже не оказалось.
На выходе увидел того же сидящего на снегу пса, все так же жалобно смотрящего на меня.
Я пошел далее, к следующей торговой точке (ну всё по пути домой). Оборачиваюсь, а пёс идет за мной.
Вышел из магазина с нужным пивом, увидел его, сидящим рядом со входом…
- Потеряшка – подумалось мне. Посмотрел на него, так жалко стало – он же даже поесть и попить не сможет, намордник мешает.
Взять к себе такую псину я не мог. Но хотя бы облегчить его участь мог бы – снять с него намордник. Он крепился на голове собаки простым ремешком с кнопкой.
И я уже потянулся к нему, что бы снять намордник, пёс умоляюще смотрел на меня, явно дожидаясь именно этого…. как вдруг
- Эй, мужик! Стоп!!! Ты чего делаешь?! - сзади меня окликнул некто хриповатым басом
Я обернулся. Передо мной стоял огромный дядька.
- да вот потерялся видно, - киваю на собаку, - ни поесть, ни попить, в наморднике…
- Ничего он не потерялся! Это мой пёс! Убери руки! Если снимешь намордник останешься без руки! Мы просто шли за тобой, как и ты тоже это же пиво искали, я видел что ты покупал. Он тебя сожрет если намордник снимешь! Он Меня охраняет! Он не рычит, он ждет удобного момента, для рывка, так научен. Притворяется несчастным…

И я вдруг увидел всё иначе - пёс смотрел на меня отнюдь не жалостливо, урча тихо и утробно в предвушении, ожидая когда же наконец этот наглец освободит его пасть, что бы порвать его в клочья….

Я был счастлив, что у этой собаки есть хозяин!
Разошлись мирно, пес на меня еще оглядывался пару раз.
***
К чему я это
Никогда не распускайте шаловливые ручки кого-то погладить, кого-то спасти, прежде чем не убедитесь, что это в самом деле нужно и главное МОЖНО

:)

23.

# Кот с приданым

Кате не хватало на проезд, и она застенчиво стояла на остановке, переминаясь с ноги на ногу, и не знала, как начать разговор с взрослыми.

Люди входили в останавливающийся на остановке общественный транспорт и выходили из него, не обращая никакого внимание на девочку.

Екатерина села на скамью под навес и загрустила. С ней

это случилось в первый раз. Музыкальная школа, в которой она училась уже третий год, находилась в пяти остановках от дома. Идти далеко и страшно. А попросить на проезд стыдно.

"Вот права была мама, когда говорила, что с собой всегда нужно брать не только проездной, но и мелочь: где за проезд на коммерческом транспорте рассчитаться, где булочку купить".

Кате показалось, что заурчал живот. Она прислушалась. Есть ей, несомненно, хотелось, но урчало не у неё.

Девочка осмотрелась: на остановке она была одна. Катя обернулась, тоже никого. Потом посмотрела под скамью. Забившись в дальний угол, там сидел кот. Молодой полосатый кот. Грязный, с прилипшим репейником на спине. Он сидел, обернувшись своим шикарным пушистым хвостом и прищурив глаза.

- Так это у тебя урчит в животе? - рассмеялась Катя и полезла в сумку.

В школьной столовой давали сосиски в тесте на обед, и Катя взяла выпечку с собой,

чтобы перекусить в музыкальной школе, но времени совсем не было, и перекус остался в сумке.

Кот сделал вид, что его это не касалось. Екатерина развернула пакет, вынула из теста сосиску и, положив её на салфетку, пододвинула к коту.

- Ешь.

Кот сделал вид, что его не интересует еда, при этом его живот вновь издал звук.

- Кис-кис, - позвала Катя.

Кот округлил глаза, осмотрелся и, не отводя глаз от сосиски, подошёл. Долго нюхал, а потом съел еду так быстро, что, казалось, даже не жевал. Облизнулся и ушёл на прежнее место под скамью.

Ещё несколько автобусов подъехали и отправились в рейс дальше. На остановке никто не вышел и не зашёл.

Катя вздохнула. Посмотрела на кота и сказала:

- Видимо, буду здесь жить с тобой. Никак мне домой не уехать, билет купить не на что.

Кот на слове "билет" встрепенулся, как будто услышал знакомое слово.

- Так тебя зовут Билет? - переспросила девочка, и кот мяукнул. - А я Катя.

- Хоть кто-нибудь пришёл что ли, - Катя осмотрелась. Никого. Обеденный перерыв уже прошёл, а до окончания рабочего дня ещё час-два. - Денег у меня на билет нет, проездной посеяла где-то.

Кот, внимательно слушавший девочку, вдруг ушёл за остановку.

- Ну вот. Теперь и ты ушёл.

Вернулся кот быстро. В зубах у него была денежная купюра. Он положил её на салфетку, где недавно лежала сосиска.

- Пятьдесят рублей! - воскликнула Катя. Девочка подняла бумажку.

"Настоящая".

К остановке тем временем подъехала маршрутка.

- Спасибо, Билет! - крикнула Катя на прощанье и уехала.

***

История с котом не выходила у девочки из головы. Впрочем, больше на остановке она его не видела. Спросила как-то у женщины, не знает ли она, куда делся кот.

Та пожала плечами:

- Жалко котейку. Часто сидел здесь на остановке. Кто-нибудь выходит, выбрасывает билет, а он бежит за бумажкой, думает, что это ему еду кидают.

Катя сейчас поняла, откуда у кота были деньги, видимо кто-то выронил, а он подобрал. Затейливо.

Незаметно наступила зима. Похолодало. Снег уже лёг и больше не таял.

Катя вновь возвращалась с музыкальной школы, она сидела на своей остановке и ждала автобус.

- Мяу, - раздалось рядом.

Катя вскочила и стала осматриваться.

- Билет! - воскликнула она. Кот, увидев, что девочка его заметила, засеменил, иногда останавливаясь и мяукая, и повернул куда-то за остановку. Катя пошла за ним.

Чуть дальше в кустах стояло две коробки, которые, видимо, служили коту домом.

Кот остановился у одной коробки и дождался, когда Катя в неё заглянет.

- Что там, что ты хочешь мне показать?

Катя открыла её. Там были собраны различные бумажки, билеты, пакеты, были и мелкие денежные купюры.

Во второй коробке что-то запищало.

Катя открыла и вторую коробку.

- Котёнок! Билет, ты же вроде кот? - Катя осмотрелась. Кошки нигде не было видно.

Билет сидел рядом и смотрел жалобными глазами.

Катя постояла ещё.

Кот прошёл в коробку и лёг с котёнком рядом, чтобы согреть его.

- Ясно. Одни вы, - вздохнула Катя. - Мама, конечно, будет не очень рада такому коту да ещё и с приданым, но что делать, не оставлять же вас здесь.

Катя взяла котёнка, обернула его в свой шарф и пошла к дороге. Кот позвал её, напомнив о деньгах.

Катя рассмеялась, собрала почти двести рублей и пошла к остановке.

Билет так и остался сидеть на том же самом месте.

- Билет, - Катя повернулась и позвала его, - кис-кис, пошли с нами, кто котёнка воспитывать то будет, у меня учёба.

Кот побежал следом.

Билет и котёнок остались жить у Кати дома.

Конец.

Автор: © Сысойкина Наталья

24.

Была тут на днях забавная история о пуховых варежках, подаренных бабушкой 14-летней внучке, передаренных ею подруге, и вернувшихся двадцать лет спустя. Звучит фантастикой в наши дни, но -

До сих в прекрасном состоянии два толстых белых свитера, которые прислала моя бабушка во Владивосток с Урала, из Камышлова, в начале 1990-х, ближе к зиме - мне и отцу. Мы ничуть не удивились этому подарку, бабушка любила и умела вязать, всю жизнь раздавала родным и знакомым. Логичным было и то, что связала сразу два свитера и прислала их нам одной посылкой - чтобы два раза на почту не ходить ни ей, ни нам.

Изумило то, что свитера эти были парные, редкого сложного узора, но одного и того же в обоих. Отличались они только формой и размерами. Никаких мерок бабушка с нас не снимала и не спрашивала, но они идеально подошли нам обоим со всеми особенностями фигур. Бывает абсолютный музыкальный слух, тут то же самое в переводе на шитье.

К тому времени мы давно перестали к ней заезжать каждый год, как делали это в 70-х и 80-х. Для нашей семьи начало 90-х были тяжелые времена. Не голодали, но как-то стало не до разъездов по стране за пределы Владивостока и его ближайших окрестностей.

Вскрыв бабушкину посылку, мы повеселились тому, что цвет обоих свитеров оказался точь-в-точь как у нашего громадного пушистого персидского кота - в целом белоснежный, но с явственным оливково-серым оттенком. А сейчас вдруг понял, что бабушка по нашим фотографиям скорее всего и вязала - мы ей их слали вместе со своими письмами.

В один из моментов достатка, вскоре сожранного инфляцией, я купил тогда модную новинку - фотоаппарат Поляроид. Нажимаешь на кнопочку - вжик, выползает моментальная цветная фотка, восхитительно! Ну мы и прикладывали их к переписке, в домашней обстановке - написали письмо, сфотались всей семьей. Почти инстаграмм той эпохи, хоть и с задержкой доставки на неделю. Обычно о бабушках чаще и не вспоминают, и тем более в контексте, по каким мотивам они вяжут.

Но вдруг дошло - разумеется, на этих фотках мы были с котом! Хотя бы на одной, но скорее всего на многих. Перс был зябок, несмотря на крайнюю пушистость, всюду совался прилечь ближе к людям, согреться и уснуть. Топить тогда действительно стали хуже градусов на пять, кот перешел видимо на режим медведя в берлоге до лучших времен. Попадал в кадр вроде ковра или мебели.

Мы думали, что просто снимаем себя в квартире - щелкнули, положили в конверт и забыли. Похвастались новой техникой, показались перед камерой живыми-здоровыми. А вот о чем думала бабушка, у которой эти фотки стояли на серванте перед глазами?

Она ни разу не была во Владивостоке. Но хорошо знала историю спецпереселений своего рода - чем дальше на восток, тем суровее климат, тем теплее нужны свитера.

И хорошо знала кошек, всегда их держала. Только это были поселковые кошки с девятью жизнями, которые сами мышей ловят, а домой только спать приходят. Да и то не всегда.

И вот что она видела на снимках? Сентябрь-октябрь еще, а здоровый и даже здоровенный с виду кот привалился к ее сыну и внуку среди бела дня, греется.

По уральским меркам это должно быть минус тридцать за окном, кончились дрова и лопнули трубы отопления - чтобы такое с котом случилось. А настоящая зима меж тем не за горами. И страна черт знает куда катится. В общем, теплые свитера не помешают. Бабушка забеспокоилась за нас, взяла да и связала срочно.

С первого взгляда свитера эти показались нам непрактичными - некуда надеть. По красоте их - это для похода в театр или на праздник какой, но взопреть же можно! Да и не в моде были тогда домотканные изделия - смотрелись бы деревенщинами среди прилично одетой публики.

Но с годами мы эти бабушкины свитера заценили. При пронзительном владивостокском влажном ветре зимой, особенно на рыбалке даже осенней или весенней, они действительно оказались спасением. В общем, надевали по специальным случаям. Но по сотне раз на каждого набралось наверно за прошедшие тридцать лет, и стирали потом их часто - бабушкин же подарок, негоже ему быть грязным. При белом цвете несвежий вид особенно заметен. Тем более, что это оказался последний бабушкин подарок. Ангелы-спасители тоже нечасто к нам являются, по сотне за жизнь вполне достаточно. Ну вот так мы к этим свитерам и относились - без крайней нужды не трогали, но и одевали если реально надо.

В старину солдаты одевались перед битвой на смерть по все белое и чистое, а бабушка связала так свои последние свитера.

Любой промышленный свитер от такой носки и стирки износился бы за пару лет, и был бы беспощадно выброшен. Случись ему уцелеть забытым на складе, неношенным вовсе, выбросили бы за неликвид, вышел из моды. А бабушкины свитера в нее и не входили.

Любой эффективный менеджер заботится о том, чтобы вверенные ему изделия не только вызывали восторг при покупке, но и отвращение со временем, чтобы скорее хотелось купить новое. Поэтому от них и остаются только груды хлама уже через несколько лет.

А бабушка просто хотела оставить что-то хорошее и долговечное на память о себе сыну и внуку, и у нее это тоже получилось.

Бог весть еще скольких людей согреет отцовский свитер - мы отдали его, как домашнего питомца, в хорошие руки, через 40 дней после ухода отца в 2021. Мой свитер ждет та же участь, и вряд ли он особо пострадает со временем - без отца мне неинтересно ходить на зимние рыбалки.

Первое испытание на прочность оба свитера выдержали еще в том ноябре 1993, когда мы с отцом получили бабушкину посылку, восхитились идентичностью цвета свитеров с котом, и тут же отправились в них в профессиональное фотоателье неподалеку, прихватив и кота в котомку, чтобы сняться с ним вместе, послать фото бабушке.

Затея выглядела простой, приятная прогулка на четверть часа. Но на полпути наш перс наконец проснулся от своего вечного сна, он попытался выпрыгнуть из котомки. Метров сто мы сдерживали и успокаивали его, но наконец кот сделался буен, нам это надоело и мы просто задернули змейку. Кот пометался, но быстро осознал бесполезность сопротивления и затих.

Мы порядком забыли о нем, явившись в фотостудию, заплатив за снимок и чинно усевшись в кресла. В последний момент вспомнили и о котомке. Вынули кота, он казался впавшим в глубокий обморок. Но, вглядевшись в его хитрую морду, мы крепко сжали его у себя на груди - отец контролировал переднюю часть кота, я заднюю, несокрушимо фиксируя все конечности.

Щелкнула вспышка - и вот именно этот момент запечатлен был на снимке. Он четкий, но не сразу понятно, где тут вообще кот. Белое на белом. Вместо улыбки чеширского кота - два бешеных зеленых персидских глаза.

В следующий миг мы столкнулись с адом - кот вдруг распрямился как пружина, взвыл и забуксовал как при слишком резком старте. Черт знает как вырвался и принялся носиться по студии, сшибая фотоаппаратуру. Башкой с разбега пробивал и валил задники. Мы долго его ловили, вышли оттуда изрядно расчерченные когтями, но - бабушкины свитера остались целы. Чего я им желаю и далее.

25.

Дед Мороз. Новогодняя быль.

Это случилось так давно, что, казалось бы, многие детали этой истории могли бы бесследно исчезнуть из памяти. Стереться, раствориться в годах. Тем не менее, я помню все настолько отчетливо, словно это произошло лишь вчера.

…Мне шесть лет. Я уже хожу в первый класс и очень этим горда. Мне очень нравится в школе. Только вот… если бы не было этого противного хулигана Юрки Политая. Его боятся даже старшие ребята. Он драчун и забияка. К своим восьми годам Юрка успел уже остаться на второй год в первом классе. Он до сих пор читает по слогам. А мы уже закончили букварь. У нас даже «Праздник Букваря» был. А сейчас мы готовимся к встрече Нового Года. Репетируем песни и стихи – в школе второго января будет новогодний утренник.

Я с особым нетерпением жду наступления Нового Года и мечтаю о том, что в этом году Дедушка Мороз принесёт мне в подарок коньки “Снегурки”. Такие белые, высокие ботинки. А на кончике полозьев непременно должны быть нарезки – чтобы крутить пируэты. А то у меня не получается в старых коньках моего старшего двоюродного брата. Они простые, черные, с длинными полозьями. Мальчишеские. Я уже поделилась своей мечтой с бабулей и она сказала, что если я буду послушной, то непременно Дед Мороз придёт с подарками. Что я, маленькая? Я и так знаю, что Дедушка Мороз приходит только к хорошим детям. А к таким хулиганам, как Юрка Политай, он не приходит. И подарки им не дарит. Я это Юрке и сказала на переменке, когда он опять больно дернул меня за косичку. А он в ответ только скривился. Сплюнул прямо на пол и заявил:
- Дура ты! Никакого Деда Мороза нет. А подарочки вам ваши родители под ёлку ложат!
- Во-первых не «ложат», а кладут, а во-вторых сам дурак! Ко мне Дед Мороз приходит каждый год. И к девочкам приходит! Правда, девочки? - я обратилась к притихшим одноклассницам.
- Правда! Есть Дед Мороз, только живет он далеко, в Сибири! – поддержала меня Ирочка. У нее папа военный. Они в Сибири жили, Ирочка точно знает, что там очень холодно, и у Деда Мороза там избушка.
- Нету никаких Дедов Морозов! - не сдавался Юрка.
- А, вот и есть! Есть!
- А ты его видела?
- Нет… - растерялась я.
- А вы его видели? – обратился он к девочкам.

Они помотали головами. Оказалось, что живого Деда Мороза не видел никто.
- Я ж говорю, нету никаких дедов морозов! – обрадовался Юрка.
- А вот и есть! Он каждый год ко мне приходит, и подарки под ёлкой оставляет. А к тебе он не приходит, потому что ты хулиган и двоечник! – распалилась я.

Я не успела ничего понять, как Юркин кулак въехал мне прямо в нос. Слезы брызнули из глаз.
- Ах, так! – я бросилась на Юрку, колошматя его кулаками…

…Мы стояли перед учительницей. У меня из носа текла кровь. Белый воротничок был оторван, один манжет болтался на ниточке, другой закапан кровью. Вместо аккуратных косичек «крендельков» волосы торчали в разные стороны, а на них сиротливо висели ленточки… У Юрки вид был не лучше. Лицо расцарапано. Волосы взъерошены, а под глазом уже наливался синяк.

- Очень красиво! – произнесла учительница, - И не стыдно? – поинтересовалась она почему-то только у меня.

Я угрюмо молчала, и изо всех сил старалась не зареветь. Мне было очень обидно. Но я продолжала молчать.
- Политай, с тобой разговор отдельный, останешься после уроков. А ты, - учительница обратилась ко мне. - Пойдешь сейчас и приведешь себя в порядок, а потом мы поговорим.

В туалете меня окружили девочки. Я закусила губу, но не плакала. Мне было обидно. Ну, как он может говорить, что Деда Мороза нет?…

…Бабуля всплеснула руками:
- Как же это так случилось! Ты что, подралась? Ты же девочка! А почему ты в тапочках? Где сапожки?

Я забыла поменять сменную обувь и всю дорогу от школы шлепала по сугробам в тапочках, даже не замечая, что ноги насквозь промокли…

- Юрка Политай сказал, что Деда Мороза нет! – выпалила я, и тут меня прорвало. Я залилась слезами и всхлипывая рассказала все бабуле.

Бабуля помогла мне переодеться. Ловко замочила платье и фартук в миске с горячей водой, сыпнув туда стирального порошка. Ленты из косичек были выплетены. Лицо умыто. Бабуля прижала меня к себе и, убаюкивая, сказала:
- Конечно, Дед Мороз есть. А как же? Кто же приносит ребятишкам новогодние подарки?
- А почему его никто не видел? – спросила я.
- Потому что он приходит, когда дети спят. Он ведь один, а вас много, ему знаешь сколько успеть нужно в новогоднюю ночь? Но ты не сомневайся. Дед Мороз точно есть!
- А ты его видела? – с надеждой спросила я
- Видела, – серьезно ответила бабушка.

Я окончательно успокоилась. В доме было тепло, уютно. Пахло ванилью и корицей. Бабуля пекла коржики… Напившись горячего чаю с малиновым вареньем и коржиками, я уснула. А когда я проснулась, в комнате царил полумрак. Я услышала мамин голос. Но встать не было никаких сил.
- Мама, - позвала я.
- Она уже проснулась. Да, непременно. Спасибо. – мама говорила по телефону, догадалась я и испугалась.

Мама вошла в комнату, присела на кровать рядом со мной. Я прижалась к ней. Мне очень хотелось спать.
- Да ты вся горишь! – сказала она.
- А ты не будешь меня ругать? - Спросила я шепотом.
- Драться, конечно, не хорошо, и ты это сама прекрасно знаешь.
- Знаю, но…
- Я разговаривала с учительницей. Она мне все рассказала.
- Я больше так не буду… - прошептала я.
- Я знаю. А теперь давай-ка измерим температуру, и ты выпьешь чаю с малинкой.

Болела я долго. Мне все время снились сны про Деда Мороза. А потом откуда-то возникало Юркино лицо. Он что-то кричал, я с ним спорила, и просыпалась от собственного вскрика. Мама и бабушка все время были со мной, поили меня чаем и бульоном, давали лекарство. А по вечерам папа читал мне книжки, но я, не дослушав историю, проваливалась в сон. И опять мне снился Дед Мороз и Юрка…

…Я проснулась от яркого света. Солнышко заглядывало в расписанные морозом окна. Иней переливался, искрился множеством искорок. Ветки деревьев прогнулись от снега. Крыши домов нарядились в снежные шапки.
- Мама, - позвала я.
В комнату вошла бабуля.
- Ну, как ты, доченька?
- Я хорошо. – Мне действительно больше не хотелось спать. - Я выздоровела.
- До “выздоровела” еще далеко, но похоже ты пошла на поправку.
- А Новый Год? – вспомнила я.
- До Нового Года еще три дня. А в школе каникулы. Так что у тебя еще есть время окрепнуть. Только ты должна обязательно покушать. Тогда окончательно поправишься.

Я почувствовала, что жутко проголодалась.
- Только ты пока не вставай, я тебе сейчас принесу.
Суп был потрясающе вкусным, и пирожки, и чай, и коржики. Я не могла наесться, а бабуля не могла нарадоваться. Я и в хорошие времена была не ахти каким едоком, а во время болезни вообще ничего не ела.
- Одни кожа да кости, - причитала бабуля. А я, насытившись, почувствовала усталось, и меня опять начало клонить в сон.

Мне больше не снился Юрка. Зато приснился Дед Мороз. Он был большой, с белоснежной бородой, с мохнатыми бровями и очень добрый. Он был наряжен в длинную красную шубу, и красные руковицы, а в руках он держал мешок с подарками…

К Новому Году я уже ходила по дому. Но еще была слаба. А на дворе была настоящая зима. Яркая, морозная, снежная. Безумно красивая. С сугробами и голубым дымком над печными трубами. Перед нашими окнами соседские дети слепили снежную бабу. Она была смешной, с черными угольными глазами и бровями, носом-морковкой, а губы ей покрасили помадой. На голове красовалась дырявая соломенная шляпа…

Вечером мы всей семьей наряжали ёлку. У нас много ёлочных игрушек. Есть даже очень старые. С прищепками вместо веревочек.Они очень красивые. Мама говорит, что этими игрушками наряжали ёлку, когда она была такой, как я. Неужели мама была такой как я? А я тогда где была? “Тебя еще не было. Ты родилась потом. Когда я с папой познакомилась и вышла за него замуж.” - Объясняла мама. Папа приладил макушечку на елку и стал проверять гирлянду.
- Удивительно! Все лампочки горят! – радостно сообщил он.

Я помогала накрывать на стол. Вкусно пахло ёлкой, мандаринами, сладким печеньем. Чувствовала я себя прекрасно, но где-то в глубине души волновалась. А вдруг Дед Мороз не придет. Я ведь подралась с Юркой. А Дед Мороз приходит только к хорошим детям. Спросить родителей я не решалась. Ничего, осталось совсем немного. Я непременно не лягу спать и дождусь Деда Мороза, если он, конечно, придет ко мне.

За праздничным столом было много гостей. Все шутили, поднимали бокалы с похожим на лимонад пузырящимся вином. Называлось это вино очень красиво – шампанское. Разгадывали загадки, и папа, приклеив бороду из ваты и подмигнув мне, доставал из большой красной наволочки подарки для гостей. Я, конечно, понимала, что папа просто играет в Деда Мороза. А настоящий Дед Мороз придет тогда, когда все улягутся спать. По телевизору пел какой-то дяденька. Слова песни были не совсем понятными для меня:

…У леса на опушке жила зима в избушке
Она снежки солила в березовой кадушке
она сучила пряжу,
она ткала холсты,
ковала ледяные да-над-реками мосты…

За столом все гости подхватили:
«Потолок ледяной, дверь скрипучая!
За шершавой стеной тьма колючая,
Как шагнешь за порог всюду иней,
А из окон парок синий-синий».

Я представляла себе избушку на детской площадке, в которой мы летом с девочками играли «в дом», а зимой у нас там была крепость. Мы играли в снежки с мальчишками, запасаясь снежками именно в этом домике. Я тоже пела. Мне было очень весело и радостно. Только пела я неправильно – мне казалось, что из окон виден не «парок», а порог синий-синий. Я его очень даже отчетливо представляла – такой порожек, деревянный, покрашенный в синий цвет.

«…Ходила на охоту, гранила серебро,
Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.
Деревьям шубы шила,
Торила санный путь, а после в лес спешила,
Чтоб в избушке отдохнуть…»- продолжал дядька из телевизора.

Мне было жаль месяца, который злая старуха сажала в хрустальное ведро. Зачем она это делает, задумывалась я. А слово «торила» я вообще не поняла и пела “кроила” – потому, что бабушка совсем недавно кроила мне новогоднее платье. Это было понятно… И что такое «гранила серебро»? Наверное, дяденька ошибся – надо петь «хранила серебро» – думала я.

…Гости веселились, подпевали. А потом в экране телевизора появились кремлевские куранты. Все встали с бокалами и стали поздравлять друг друга с Новым Годом. Я изо всех сил боролась со сном. Еда в моей тарелке оставалась нетронутой. И бабуля недовольно хмурилась. Я стала клевать носом, и меня попытались увести в другую комнату спать. Я отчаянно сопротивлялась, и родители оставили меня в покое. Уснула я прямо за праздничным столом, а проснулась уже утром. До сих пор помню, как у меня в эту минуту колотилось сердце. Я вскочила с постели, коря себя, что проспала приход Деда Мороза. В гостиной под ёлкой, мерцающей в полумраке цветными искорками гирлянд, лежали два свертка. С замиранием сердца я вытащила один. На нем было написано моё имя. Я схватила подарок и помчалась в кухню вне себя от счастья. Бабуля мыла посуду, мама вытирала фужеры мягким белым полотенцем.

- Он приходил?! – то ли утвердительно, то ли вопросительно закричала я.
- Ты же видишь, что приходил, - ответила улыбаясь мама.
- Это мне?
- Ты же читать умеешь, там Дед Мороз тебе написал.

В красиво завернутом пакете были «Снегурки». Я завизжала от радости и тут же начала их примеривать.
- Только осторожно, пол порежешь! – всплеснула руками бабушка.
- Не порежу, у этих коньков на полозьях есть такие штучки. Пластмассовые. Они надеваются когда не катаешься, а когда на лед выходишь, их снимаешь… - Обьясняла я пыхтя, пытаясь зашнуровать ботинки.
- А вы его видели? – вспомнила я.
- Нет, мы уже спали, наверное, - ответила мама.
- Жалко… - пыхтела я. И вдруг я вспомнила, - а кому под елкой еще один подарок лежит?
- Не знаю. Пойдем посмотрим. – удивленно пожав плечами и откладывая полотенце, сказала мама.

Я нырнула под ёлку. Вытащила подарок, и у меня открылся рот от удивления. Я ещё раз перечитала надпись, думая, что ошиблась.
- Тут написано: «Для Юры Политая». Как это?
- Ну-ка, дай-ка я посмотрю. – Мама повертела подарок в руках. – Да, действительно. Для Юры.
- А почему он здесь? – моему удивлению не было предела.
- Наверное, Дедушка Мороз не смог попасть к Юре и оставил подарок у нас под ёлкой. Ну, чтобы мы передали, наверное. – Предположила мама.
- Но ведь он плохой. Он драчун… - я прикусила язык и посмотрела на маму. «Я ведь тоже драчунья. Я сама дралась с Юркой.» Словно прочитав мои мысли, мама прижала меня к себе:
- Но он обещал больше не драться. Мне учительница ваша звонила. Сказала, что Юра исправил все свои двойки. И даже выучил стишок к утреннику.
- А как же мы ему подарок отдадим?
- Мы можем к нему сходить домой. Отнести, – предложила мама. А пока сними коньки, в доме на коньках не катаются. Затем умываться и завтракать. А потом пойдем к Юре.

Я тащила Юркин подарок, держась за мамину руку. От морозного воздуха, такого вкусного, свежего, зимнего, слегка кружилась голова. Мы шли по заснеженной улице, похожей на сказку. Я вспомнила вчерашнюю песню.
- Мам, а почему старуха сажала тонкий месяц в хрустальное ведро?
- Что? – удивилась мама.
- Ну, вчера, то есть ночью, дяденька в телевизоре пел – «Ходила на охоту, хранила серебро, сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.» – напела я.
- Действительно, интересно, - сказала мама. – Это песня про зиму. Наверное под хрустальным ведром подразумевается… - она задумалась. – Может быть облако? Или даже всё небо? А ты молодец. Внимательная. Я никогда не задумывалась. – Мама с удивлением посмотрела на меня.
- Ну, да, там про избушку на детской площадке пелось, только она стояла «у леса на опушке»…
- Здесь кажется. - Мама сверилась с адресом. - Да, точно здесь. Ну давай, постучи в дверь.

Я вытащила руку из варежки, которая сразу повисла на резинке. Чтоб не потерялась. Дверь открыл какой-то дед.
- Здравствуйте. С Новым Годом вас. А Юра дома? – спросила мама.
- Да, где ж ему еще быть. Проходите. – ответил дед. У него были высокие валенки, без галош, а на плечах и груди крест-накрест был повязан серый пуховый женский платок.

По узенькой тропинке, расчищенной от снега, мы прошли к крыльцу дома. Дед открыл дверь и позвал:
- Юрка, к тебе гости.

Юрка выскочил из какой-то темной комнаты. Взъерошенный, заспанный и безумно удивился, увидев нас с мамой.
- Ты? Чё пришла?
- Мы тебе принесли подарок. От Деда Мороза. – сказала я тихо.
- Подарок? Мне? От Деда Мо… - Юрка запнулся на полуслове и оглянулся на деда.
- Он к нам ночью приходил, наверное, к вам попасть не смог – вот смотри, написано: Юре Политаю.

Юрка нерешительно взял сверток в руки. Губы его шевелились. Он читал свое имя на открытке, прикрепленной к подарку.
- Врешь ты все… - начал было он, но опять осёкся.
- А ты разверни и посмотри, что там – предложила мама.

Дрожащими руками Юрка стал развязывать тесемки. Они не поддавались. Мама помогла, и обертка скользнула на пол. В подарке была коробка на которой был нарисован планер.
- Планерная модель! – выдохнул Юрка. – Это мне? – все еще не веря, спросил он.
- Тебе, тебе. – Ответили мы с мамой почти хором.

Юрка открыл коробку. В ней лежали разные тоненькие дощечки, крылья из плотной пергаментной бумаги, маленькие колесики и даже красный пропеллер.
- Там, наверное, есть инструкция. Разберешься? – спросила мама.
- Разберусь, - шмыгнув носом, ответил Юрка.

Сейчас он был совсем не страшным, гроза первоклашек Юрка Политай. Вздернутый курносый нос, обсыпанный веснушками. Рыжеватый чубчик надо лбом. Мальчишка, как мальчишка, подумала я. Только руки в цыпках. Наверное, варежки потерял…

Пока мы с Юркой разбирались с планером, мама с дедом пили чай в маленькой кухоньке. Говорили они тихо, но до меня время от времени доходили слова деда. Я услыхала, что Юркин отец «пропал» еще до юркиного рождения.
– И как сгинул – сообщил дед. А мама его, дочка моя, Танька, беспутная, завербовалась куда-то на север, и ни слуху ни духу от ней… - продолжал он. - Иногда перевод пришлет рублей двадцать. Да моя пензия. – Он так и говорил. «Пензия»… - Вот так мы с Юркой и живем… Спасибо вам - помолчав, сказал дед…

Планер мы собрать не успели. Но мама пообещала отпустить меня к Юрке в другой день.
- Ты к нам, Юра, приходи. Просто так поиграть, а наш папа сможет тебе помочь с планером, - сказала мама, помогая мне застегнуть шубку.
- Приду, - пообещал Юрка.
- Не забудь, завтра утренник. Ты придешь? – прощаясь, спросила я.
- Угу, - ответил Юрка, посмотрев на деда.
- Придет, придет. – Подтвердил тот.

Что было на утреннике, я помню уже смутно. Но после этого Нового Года мы подружились с Юркой. Мы вместе возвращались из школы домой. Бабуля кормила нас, а потом мы вместе делали уроки.

С ёлки сняли игрушки и гирлянды и папа, ворча, долго пылесосил ковер в гостиной. Мне было немного жаль ёлочку, но я была уверена, что она возвратится в лес, чтобы в следующем году снова вернуться к нам домой к Новому Году.

(с) Стелла Иванова

26.

«История одного человека, пусть даже и заурядного, не менее интересна, чем история целого народа». (с).

В педагогическом институте имени Крупской мама училась с 1955 по 1960 год.

Каждый месяц, в дополнение к стипендии, она получала денежный перевод. В извещении всегда было написано: «Материальная помощь выпускнице детского дома ВХК».

ВХК – это Воскресенский химический комбинат.

С началом Великой Отечественной войны появилось множество сирот, или, по современной терминологии, - детей, оставшихся без попечения родителей.
Детские дома создавались государственными органами, а также – их создание поручалось крупным предприятиям.

Детский дом ВХК был организован в центре Воскресенска в парковом ансамбле усадьбы Лажечникова (Кривякино).
Директор химкомбината Николай Иванович Докторов знал лично каждого детдомовца, был частым их гостем, и детдомовцы примерно раз в месяц приходили в его кабинет в заводоуправлении, рассказывали о своей жизни, а случалось, и о своих нуждах.

Мама рассказывает, как однажды она в числе такой группы отправилась на химкомбинат к Докторову. Воспитатели их принарядили, повязали девочкам ленты-бантики, но не сопровождали. Напутственно только сказали: «Не забудьте про тюль».
Тогда в продаже в каком-то из городских магазинов появился тюль для занавесок.

Дети пришли в заводоуправление.
Секретарь сразу пропустила их к директору.
Было лето. Николай Иванович расспросил их, - чем занимаются в каникулы, какое питание, и в чем нуждаются.
Кто-то из детей сказал про тюль.
Докторов позвонил главному бухгалтеру: «Федот Петрович! Зайди! Пришли наши дети».
Вошедшему бухгалтеру Николай Иванович сказал: «Дети просят тюлевые занавески в пионерскую комнату».

В ходу тогда был гужевой транспорт. Всякие грузы со складов химкомбината в детдом привозила на телеге тетя Настя. И рулон тюля, а заодно и рулоны белой ткани для простынь и скатертей, тоже вскоре привезла она.

Мама сейчас вспомнила их слоган того времени: «В пионерскую войдешь – тюль висит с узором. «Спасибо комбинату»- скажем мы все хором».

Это были первые тюлевые занавески в Воскресенске.

Первый телевизор в городе тоже был в детдоме: «В пионерскую войдешь, в левый угол бросишь взор, - от радости запоешь – телевизор узнаешь».

Но я отвлекся…

Докторов был директором градообразующего предприятия, - в какой-то мере хозяином города. Но над ним было министерство. Детские дома, подведомственные предприятиям химической промышленности, курировала замминистра Софья Соломоновна Белоус.
Мама помнит один из первых её приездов в детский дом.
Всё обошла, осмотрела помещения, площадки, хозяйство, перезнакомилась с сотрудниками и воспитанниками. Потом уединилась с детьми, порасспросила о разном, и сказала: «Считайте, что я – ваша мама. Какие трудности – пишите мне. Приеду – помогу».

Случилось так, что детдомовцы однажды ей написали. Пожаловались на одну воспитательницу.
Сотрудников они делили, не мудрствуя лукаво, на «злых» и «добрых».
Одна воспитательница прочно утвердилась в первой категории.

Была зима.
Дети катались с горки. Усадьба расположена на крутом откосе над поймой Москвы-реки – вот с этого откоса они и катались. Санок не было – съезжали по снегу и льду в чем гуляли, не задумываясь о необходимости беречь одежду. Эта воспитательница докладывала директору детдома о нарушении дисциплины. Он строил воспитанников после прогулки, командовал «Кругом!», и проходил вдоль строя, оглядывая мокрые, а, случалось и протертые пальто, штаны и юбки.

Уличенных в нерадивом отношении к одежде наказывали – заменяли их одежду на заношенную «подменку».

Но это ещё ладно. А однажды эта воспитательница, проверяя, как дети сделали домашнее задание по математике, подергала девочку за волосы, в наказание за неверное решение задачи.

Вечером в пионерской комнате старшие девочки, под руководством Милки Григорьян (О ней - здесь: https://www.anekdot.ru/id/926524/) написали письмо Софье Соломоновне. Адрес-то простой – Москва, министерство химической промышленности.

Софья Соломоновна вскоре приехала. Снова обошла весь детдом, со всеми пообщалась, уехала. А эта воспитательница потом уволилась.

И так в жизни все закручено…
После института мама отработала по распределению в школе в Щербинке, там она познакомилась с моим папой, поженились, родился я, и они приехали в Воскресенск.
В детсадах мест не было. Чтобы меня приняли в садик, она устроилась воспитательницей. Ясли-сад № 20 «Березка» на улице Победы.
Но по тогдашним порядкам, нельзя было, чтобы ребенок воспитательницы был в её группе. Поэтому, хотя в маминой группе были дети моего возраста, меня определили в группу другую, и моей воспитательницей была та самая уволенная из маминого детдома.
Это потом именно она закрыла меня одного в спальне, за то, что я не спал в «тихий час», и увела остальных детей на прогулку. (Этот случай здесь - https://www.anekdot.ru/id/952534/)
Но я опять отвлекся…

Про Докторова ещё…

Общежитие первокурсников пединститута имени Крупской было в Малаховке. Оттуда очень неудобно было добираться на улицу Радио 10а на лекции в институт.
А детский дом уже закрывался – дети войны выросли.
Мама приехала в детдом за какими-то своими вещами, пообщалась с воспитателями, обмолвилась, что общежитие далеко от института. Сказала, что есть ещё общежитие в Первом Переведеновском переулке возле метро Бауманская, но оно только для пятикурсников и аспирантов. Воспитатели ей ответили: «А ты сходи к Докторову».

Докторов сразу и безо всякого её принял, слету вник в проблему. У него был зам по быту и социальным вопросам Илья Иванович Волков. Ему-то Докторов и поручил решить проблему с институтским общежитием для выпускницы детдома Гали Шкапы.

Волков несколько раз ездил в институт, встречался с разными должностными лицами и даже с ректором – безрезультатно, о чем и доложил Николаю Ивановичу.

Докторов потому и обрел легендарную славу в Воскресенске, потому и руководил долгие годы крупнейшим предприятием, что все проблемы решал эффективно и радикально.

На заводской «Победе» он привез Галю в министерство просвещения СССР, которое тогда возглавлял Иван Андреевич Каиров. Министр их принял – для Докторова это был обычный уровень общения. В итоге, с первого курса до окончания института Галя Шкапа жила в общежитии у Бауманской, и, кстати, всё это время была строгим старостой общежития. Пятикурсники и аспиранты льстиво заглядывали ей в глаза, чтобы не ставила двойки за беспорядок в комнатах.

Каиров, во время той беседы с Докторовом, сказал: «А Галя не Ваша дочка? Глаза похожи…»
Докторов ответил: «У меня таких дочек и сыновей – 200!»

Замминистра химической промышленности Софья Соломоновна Белоус тоже не забывала выпускников подведомственных детдомов.
Мама, уже студенткой, приезжала и к ней в министерство, и домой. И также к Белоус приезжали бывшие детдомовцы из Орехово-Зуево и Лисичанска. Мама их помнит.
В министерстве на проходной мама говорила - к кому идет. Вахтер звонил Софье Соломоновне. Та сразу отвечала: «Ведите ко мне!». Вахтер провожал.
В кабинете Белоус предлагала чаю со сладостями, потом вела Галю по всем кабинетам: «Это наша дочка к нам приехала! Студентка! Отличница! Будет выступать с танцами на Фестивале молодежи и студентов!» Министерство тогда возглавлял Сергей Михайлович Тихомиров – заходили и к нему.
Все хозяева кабинетов, и министр тоже, обязательно вручали детдомовке какие-то гостинцы-сладости – её возвращение в общежитие превращалось в пир, чуть не для всего этажа.
И мама сейчас вспоминает, что все общались с добротой и вниманием, не формально, уважительно и добро.

В детдоме им внушали, что они – дети страны. Общие дети. Так было.

Многие семейные дети в Воскресенске завидовали детдомовцам. Считали, что в детдоме жизнь интереснее, лучше… Может так и было…

Я должен это записывать за мамой и выкладывать. Мне интересно наше прошлое. Может и другим тоже.
Если не я – то кто?

27.

Разговорился с давней знакомой. Корни у нее с Закарпатья, южанка-зажигалка. Всегда эмоционально относилась к происходящему. Чуть что стряслось - марш в клуб, две капли виски в колу, и готово - хохочет, рыдает, поет и пляшет. Темп речи как из пулемета.

А тут - вместо ночного клуба вечернее кафе, вместо крошечного стопарика виски заказала бокал хорошего вина и выпила его залпом. После чего молча уставилась в точку. Еле разговорилась, но речь ее была неспешна и тормознута.
- Анюта! Что с тобой? Прибалта какого себе нашла?
- Хуже! - мрачно ответила Анюта - я нашла себе якутов.
- И давно?
- С прошлого года.
- Эээ, а что, якутов у тебя теперь много?
- Да! - отрезала Анюта и надолго замолкла. За окном выла весенняя вьюга. Скрылся под ней Владивосток, как будто бы и не было его вовсе. Сонно подумалось, что якутам тут наверно хорошо. Но зачем ей много якутов? Ладно, сама расскажет. Или не расскажет. Я заткнулся и стал слушать вьюгу. Почти заснул уже, когда проснулась Анюта.
- Понимаешь, Леша, мы Якутию выиграли! Которая Саха.
- Поздравляю. Всю, что ли?
- Ну да.

Чуть не поперхнулся.
- Анюта, Якутия - она большая. Что значит вы ее выиграли?
- Тендер. На большегрузные перевозки. А больше там и нет ничего. Что мы завезли - они съели. Обратно порожняком. Оттуда обратно только алмазы, их вывозят другие люди и по воздуху. Я условно сказала - якуты. Каждый, кто приезжает туда, сам становится якутом - сказала она и снова погрузилась в вечное молчание.

Вспомнил, что она теперь работает в транспортной компании. Поскольку опять замолкла, я попытался сострить:
- Якутия, Якутия, далекая планета. Двенадцать месяцев зима, а остальное лето.
Стишок этот про Колыму на самом деле, но какая тут разница. Анюта вдруг оживилась:
- Да какая там зима! Она в Якутии короткая. В этом году в январе началась, а к началу февраля закончилась.

Снова взвыла пурга. Тут уже я надолго задумался, чувствуя, что сам становлюсь якутом.
- Анюта, а что мешало зиме начаться там в декабре? Или вообще не заканчиваться? Это же крайний север вроде.
- Так Лена не встала! Пока Лена не встанет - никто до Якутска не доедет. Потому что Якутск на левом ее берегу, а трасса и вся остальная Россия - на правом.
Я охренел.
- И что там, моста нет, что ли?
- Какой мост? Через Лену?! Там не только моста, там и дорог нет. Грунтовка сплошная. А где асфальт положен, водители матерятся, что лучше уж по гальке ехать. Там мерзлота вечная, асфальт рассыпается. Какой еще мост?!
- Но как-то же вы туда доезжаете. И Лена эта, она что, и в декабре не замерзает? Как такое может быть? Это же рядом с Северным полюсом.
- Ну, льдом-то она покрывается. Но наши 20-тонные фуры до января не держала. Так что для нас декабрь был осень, распутица. Зима началась в январе, когда стало можно Лену переехать.
- Понятно. Но раз Лена наконец стала, почему зима закончилась в начале февраля Лена опять растаяла?
- Хуже - ударили настоящие морозы. На весь февраль.
- А что, морозы не зима что ли?
- Для нас - нет. Для нас это особое время года, под названием писец. Большегрузные краны замерзли, а куда мы без них? Зима на этом для нас закончилась.
- Но весной же краны оттаяли?
- Это уже другой сезон, распутица. Тут вообще не поймешь, то ли снова краны замерзнут, то ли Лена растает. В такое время туда лучше не соваться. Зимы и лета достаточно.
- А! Так лето все-таки в Якутии есть! И сколько оно длится?
- В Якутии прекрасное лето. Сухое и жаркое. Дороги только сохнут долго. Но уже к концу июля или началу августа наши фуры проедут. Тогда и трогаемся.
- А когда оно заканчивается?
- Как у всех - к сентябрю. Дальше туда тоже лучше не соваться. Как зарядит дождь - завязнем. Тут и с психикой у водителей проблемы в распутицу. Несколько тысяч километров через хрен знает что. Раньше хоть колоннами ездили. А сейчас - набралась фура, сел и поехал в одиночку. Отчаянные это парни, мартовские зайцы какие-то. Врывается к нам один такой на днях, из шапки уши торчат во все стороны, пар коромыслом:
- Привет, девки! Чего расселись? Я вам груз привез, из Якутска! Командуйте разгружать!
- Здравствуйте. Давайте накладную, заполняйте форму ...
- Чего?! Я вам груз привез! Сами разберетесь.
- А что за груз?
- Откуда я знаю?
- А кто его выслал?
- Вы что, издеваетесь? Вам груз, сами должны знать.

Девушка роется по базе.
- Какого числа вы отправились из Якутска?
- Я что, помню? Пурга в пути была. Встретил друзей на ночлеге, посидели. Но вряд ли больше недели ехал. Чё тут ехать, не в Москву же.

Мозговой штурм девушек.
- А вам, случаем, бумажки какой не оставляли? С телефоном?

Хлопает себя по лбу.
- Умницы девки! Точно, оставили мне бумажку.

Роется по карманам, вынимает, с торжеством предъявляет.
- Вот, читайте!

Картинка не оттуда, повесил для создания атмосферы суровой работы дальнобойщика. Так выглядит обычный 40-футовик - 20-тонник на нормальной дороге. А теперь представьте такой на колдобинах размокшей грунтовки или в сугробах Якутии. Жесть.

28.

рождественское)

Все женщины в нашей галактике делятся на три категории. Первые это те, кто уже побывал на женских тренингах. Ко второй категории принадлежат те, кто не пойдёт туда ни за что на свете. И, наконец, третьи - это женщины которых на подобные тренинги приводит какая-нибудь нелепая случайность.
Именно подобная случайность и произошла с Верой. Если бы она не угощала коллег чаем с тортом, не опоздала бы на их вечернюю развозку. Не пошла бы тогда на автобусную остановку и, проходя мимо кофейни на углу, не увидела, как из подъехавшего красного автомобиля выходит высокая брюнетка с длинными, красиво распущенными волосами.
"Было бы у меня такое авто, — подумала Вера, — я бы тоже всегда ходила зимой без шапки, даже в мороз".
Она посторонилась и уже почти прошла мимо, как вдруг сзади раздался странно знакомый голос:
— Вера... Верка! Шуба!
Услышав своё полузабытое школьное прозвище, Вера вздрогнула и оглянулась.
Брюнетка улыбалась, демонстрируя ровные белые зубы.
— Ну, привет, Шубина!
— Куропаткина... — ахнула Вера, — Тань, ты что ли?
— Я, — каким-то образом она умудрилась улыбнуться ещё шире, — только я теперь Метельская, от третьего мужа фамилия осталась... Татьяна Метельская, женский коуч, может, слышала?
Вера лишь неуверенно развела руками.
— Вот и траться на рекламу, — Татьяна весело подмигнула и по-свойски взяла её под руку, — пошли!
И уже через минуту, не успев ничего возразить, Вера сидела за столиком, рассказывая про свою жизнь и работу.
Видимо Татьяна была здесь совсем своя, потому что официант не спрашивая тут же принёс им по чашке кофе и пару коктейлей с длинными цветными трубочками.
Татьяна же, не обращая на него внимания, громко и энергично тараторила:
— Да, ты что, прямо так по специальности и трудишься? Молодец! Замужем?
— Была... — вздохнула Вера и поставила чашку с кофе обратно на стол.
— Не продолжай, — взмахом ладони прервала её Татьяна, — это всё в прошлом, как на картине у Васильева, ты мне лучше скажи - ты замуж снова хочешь?
Вера пожала плечами и нерешительно кивнула. Если честно, замуж она хотела. А ещё в декрет.
— Выйдешь! — строго пообещала Татьяна и достав из сумочки аккуратный розовый квадратик, протянула Вере. — Вот, тут рабочий и сотовый, звони, у меня как раз начало в этот четверг в семь. Денег не надо, понравится – заплатишь минималку…
На визитке изящной золотой вязью было выведено: Татьяна Метельская, а ниже крупно - "Искусство быть Женщиной".

А может и не было никакой случайности. Ведь ещё утром Вера проснулась с чувством, что нужно что-то менять. Собственно говоря, с этим самым чувством она и засыпала. Но проснувшись на год старше Вера сразу ощутила, как оно усилилось.
Итак, ей уже тридцать пять лет. Тридцать пять. Этот факт был неоспорим и безжалостен, как весы в кабинете у диетолога. Тридцать пять лет это как ни крути важная жизненная планка. Даже в объявлениях о приёме на работу часто так и пишут - до тридцати пяти.
В активе у Веры была собственная квартира, неплохая работа в крупной тюменской компании и редкие пятничные посиделки с подругами.
В анамнезе оставался скандальный развод с неверным мужем, пара каких-то нелепых случайных связей, не закончившиеся ничем серьёзным и походы на чай к маме по воскресеньям.
Впереди пока ждало одинокое будущее во всей его тревожной неопределённости.
В принципе, терять было нечего и Вера решилась.

Семинар проходил в здании бывшего комбината бытовых услуг, превращённого в офисный центр. Миловидная девушка, встречающая всех на входе, отправляла всех на третий этаж, где в небольшом зале сидели женщины самого разного возраста. Вера быстро окинула всех глазами - знакомых вроде не было.
Видимо все чувствовали себя неловко и сидели молча. Царила такая тишина, что было слышно, как мывшая в коридоре уборщица негромко проворчала:
— Опять натоптали шалашовки...
Все замерли, сделав вид, что ничего не слышали и тут в зал зашла Татьяна.
Выглядела так же эффектно, словно только вышла из парикмахерской. Увидев Веру, она чуть заметно ей подмигнула и широко улыбнувшись произнесла обращаясь уже ко всем:
— Здравствуйте, мои милые, нежные, красивые, очаровательные девочки! Всех вас с наступающим Новым Годом, праздником надежды и веры в лучшее!
Все дружно похлопали.
— Все мы с вами, — продолжила Татьяна, — женщины. Наше предназначение быть родником живой воды, к которому мужчина возвращается снова и снова, чтобы наполняться силами. Наша программа направлена на раскрытие истинной женской природы и на гармонизацию внутреннего и внешнего пространства...
Вера слушала, осторожно оглядываясь по сторонам. К её удивлению, вокруг неё сидели в основном симпатичные, модно одетые женщины.
— Один мой хороший знакомый, из тех, кто видел меня без макияжа, ну, вы понимаете, как-то сознался мне, что мужчина, это, по сути, скоропорт, как фермерское молоко. Он просто ждёт, когда его схватят и выпьют. Да, да, именно выпьют!
Все несмело рассмеялись и Татьяна, одобрительно оглядев зал, пошла между рядами.
— Вот вы, к примеру, — обратилась она к Вериной соседке в толстых очках и длинном вязанном свитере, — скажите нам, только честно, вы готовы с кулаками биться за своё счастье? Или вы думаете всё придёт само собой?
— Я как-то думала само собой, — призналась та и покраснела.
— Цель сейчас у вас стоит жизнь обустроить, а не принцев ждать, — отрезала Татьяна и переведя взгляд на Веру уточнила, — верно? По взгляду было понятно, что у неё самой цели априори ясные и никаких комментариев не требующие. Впрочем, если говорить честно, то возразить Вере особо было нечего и она согласно кивнула.

Занятие закончилось спустя полтора часа.
— Итак, — Татьяна подняла вверх палец, привлекая внимание, — задание на выходные! Пригласить в гости мужчину! Хотя бы просто на обед! Любого! Муж на час, нет, не подойдёт, не запрещается кого-либо из соседей, ещё лучше с кем-то завтра познакомиться.
По залу прошёл лёгкий шум, который Татьяна остановила решительным жестом:
— Понимаете, дорогие мои, нужно начать готовить территорию. Порядок навести, тряпки убрать, меню пересмотреть. Можно что-нибудь всем подходящее, борщ, например, или спагетти. Кстати, в спагетти из твердых сортов пшеницы есть витамин B, необходимый женскому организму. Ну, всё, мои дорогие, до следующего вторника!

В последние годы климат в Тюмени стал заметно мягче и декабрьские холода постояли всего несколько дней. Утром, обнаружив между балконными стеклами ожившую божью коровку, Вера обрадовалась, значит совсем потеплело. Она не любила морозы на Новый Год.
А к вечеру, когда она уже вернулась с работы, вдруг повалил снег. Вера даже засмотрелась в окно, снег всё шёл, не утихая, большими хлопьями, словно в какой-то злой и холодной сказке.
Кого ей пригласить на обед она так и не придумала. В институте у них был айтишник Николай, что время от времени чинил ей компьютер и они иногда ходили вместе обедать. Наверное, она ему нравилась, но пригласить его к себе было как-то неудобно. Задание на выходные стало казаться ей несколько дурацким. Поразмыслив, она решила для начала всё же купить спагетти.
Выйдя из дома она столкнулась с Мишкой Рыбиным, её соседом со второго этажа, что курил у подъезда. Мишка молча кивнул и отвернулся. Отсидев пару лет по молодости и помотавшись по свету, он так и не устроился в жизни, перебиваясь какими-то случайными заработками. На крайний случай, подумалось Вере, можно позвать и Мишку. В сущности, он был безобидный бездельник.
Когда, купив большую пачку спагетти и упаковку помидоров черри она вернулась из "Пятёрочки", возле Мишки уже стояли двое молодых людей в чёрных пуховиках и с одинаковыми книгами в руках. На обложках книг виднелся большой золотой крест. Очевидно, это были какие-то сектанты или проповедники.
— Вообще-то, свидетелем быть в падлу. — объяснял им Мишка, — Это не по понятиям, это значит, ты как в суде, кого-то обличаешь или сдаёшь. Так что лучше говорить очевидец. Так по понятиям, поняли, зяблики?
Молодые люди не прекращая улыбаться дружно закивали.
Тут Рыбин заметил, что она стоит рядом.
— Тебе чего, Верка?
— Ничего, — сказала она и зашла в подъезд.

Проснувшись в субботу поздним утром она сразу подошла к окну. За ночь деревья подросли круглыми снежными шапками, а стоявшие внизу машины превратились в покатые белые холмики. На дворе снова была зима.
Она опустила взгляд. Божья коровка лежала на своём месте, но уже не шевелилась.
Почему-то Вера почувствовала себя обманутой.
— Да, ну тебя! — сказала она божьей коровке, целиком задёрнув штору и ушла на кухню.
Когда спагетти были почти готовы, она обнаружила, что забыла вчера купить хлеб. Решив быстро сбегать в магазин, она оделась и захватив в коридоре мусор, вышла из квартиры.

Двор, снова став белым, был совершенно пуст несмотря на выходные. Только в углу у помойных баков ковырялся одинокий бомж, в короткой куртке-пуховике с капюшоном, что носили лет десять назад. Её бывший называл такие «полупердяйки». Пуховик был ярко-полосатый и казалось, что в углу копошится гигантский цветной жук.
Вера, скрипя снегом под ногами, подошла поближе. Бомж оглянулся и, заметив её, смущённо замер, держа в руке банку с какими-то объедками.
«Надо же, не старый совсем, не грязный и даже вполне себе симпатичный... — машинально отметила Вера, — Может, просто опустился человек, всякое же бывает».
Она опустила мусор в контейнер и не удержавшись, снова оглянулась на бомжа.
Тот стоял молча и терпеливо смотрел на неё, видимо ожидая, когда она уйдёт.
Вере почему-то вспомнилась их овчарка Дора, что так же терпеливо караулила, пока из её чашки насытится нахальный кот Сенька, и только потом подходила к еде сама. Дору она подобрала совсем маленьким щенком, совсем случайно в тот день оказавшись в районе Дома Обороны. И привезла домой на ещё ходившем тогда "двенадцатом" троллейбусе, только через пару месяцев осознав, что у них растёт самая настоящая овчарка.
При их разводе она уехала жить за город, в новую семью, а Сеньку пришлось перевезти к маме, когда Вера летом поехала на курсы переподготовки в Екатеринбург. У мамы Сенька растолстел, обнаглел и ехать обратно к Вере наотрез отказался. А вскоре в Тюмени отменили и троллейбусы.
В магазине она купила ветчины и длинный хрустящий багет. Уже подходя к дому вспомнила про сыр, но решила, обойтись и так. Дома вроде был какой-то старый кусочек, но натереть в спагетти можно и старый.
Во дворе было по-прежнему пусто, лишь бомжик так же тихонько возился у мусорки. Увидев Веру, он снова перестал рыться в отходах и даже осторожно мотнул ей головой, закрыв свою банку и неловко сунув её в карман.
Вера невольно кивнула в ответ и уже прошла мимо несколько шагов, как вдруг неожиданно для самой себя остановилась и развернулась:
— Мужчина, вы спа... вы макароны будете?
Бомж удивлённо посмотрел на Веру, потом чуть подумал и нерешительно кивнул.

«Ну, вот, что ты делаешь? — начала ругать себя Вера, заходя в подъезд и поднимаясь по лестнице, — а если он заразу тебе притащит или вообще нападёт? Может ему просто в тарелке вынести?»
Она искоса оглянулась.
Бомж послушно шёл сзади и попыток нападения пока не предпринимал.
— Да чего это я? — ей стало немножко стыдно, — не собака же, человек...
В прихожей гость снял свой короткий пуховик, тщательно сложил на стоявший у входа пуфик и, оглянувшись, вежливо спросил:
— Скажите, а где руки помыть?
Выйдя из ванной, он внимательно огляделся вокруг, потом так же изучающе посмотрел Вере в глаза, слегка нагнулся и представился:
— Павел...
— Вера, — она махнула рукой в сторону кухни, — проходите...

На кухне бомж Павел аккуратно уселся на табурет, положив руки на колени. Вера невольно тайком принюхалась - помойкой от него, к счастью, не пахло. И, вообще, встреть она его в другом месте, никогда бы и не подумала, что перед ней какой-то бродяга. Она снова украдкой на него взглянула - ну, щетина, да... ну, свитер немодный... ну, сам, конечно, мешковатый и неухоженный, но всё равно не скажешь, что бомжует. Может погорелец?
Нарезав ветчины и хлеб, Вера наложила гостю полную тарелку спагетти с помидорами, сама пока решив обойтись чаем.
«Странно даже, — продолжала размышлять она, глядя как он вполне культурно орудует вилкой, — вроде не алкаш... руки сам вымыл...».
Павел, заметив её взгляд, замер и отложил вилку.
— Ешьте, ешьте, я сейчас ещё сыр поищу, — Вера открыла холодильник, — боюсь только он старый...
— Спасибо большое, и так уже вкусно, — Павел снова принялся за еду.

Сыр и вправду нашёлся в холодильнике, завёрнутый в какой-то древний бумажный пакет. Из тех, что зачем-то хранишь в углу нижней полки и никак не выкинешь. Поколебавшись Вера достала его оттуда на стол, но, развернув, тут же пожалела.
Сыр был не просто старый. Он был уже твёрдый как камень и к тому же весь заплесневел. Просто полностью весь. Скорее всего, тот, на который она думала, она всё же выкинула раньше, а этот огрызок давным-давно сунула передать матери для Сеньки и забыла.
При виде плесени Вера смутилась, а гость напротив оживился и, отломав от сыра небольшой уголок, стал с интересом его разглядывать. Потом повернулся к Вере.
— Скажите, у вас давно этот сыр?
Вера слегка покраснела и почему-то рассердившись на себя за это, ответила строго:
— Не помню, но, если не устраивает, другого нет.
Павел не обиделся, он вообще, казалось, забыл, что он у неё дома. Отодвинув от себя тарелку, он вертел перед глазами зелёный кусочек, приговаривая:
— Хорошо, хорошо, очень интересно...
«Видимо, привык к такому», — подумала Вера и пожала плечами:
— Можете весь забрать...
— Нет, достаточно, — он оторвал полоску бумажного пакета, завернул свой ломтик и тут же торопливо поднялся, — Мне пора, спасибо.
Возле двери он достал из кармана пуховика банку, бережно положил туда бумажный комок с сыром и ничуть не смущаясь взглянул на неё:
— Вера, вы меня простите, но мне срочно нужно идти.
— Конечно, — Вера неопределённо кивнула, подумав, что он скорее всего, не погорелец, а просто с прибабахом.

Назавтра, вернувшись домой от мамы, Вера обнаружила в дверной щели аккуратно свёрнутый листок бумаги. Зайдя к себе, она развернула записку и прочла несколько строк, написанных крупным размашистым почерком.
«Вера, пришлось уехать. Спасибо ещё раз за угощение. Буду после НГ. Павел»
Она перечитала ещё раз и, невольно подойдя к окну, осмотрела двор. В углу никого не было. Тогда она ненадолго задумалась, потом набрала Татьяну и, извинившись, сказала, что больше не придёт.

Когда-то, в более тучные года, Тюмень к новогодним праздникам наряжали лучше. По разнарядке властей фасады и дворы были повсеместно освещены цветными фонарями и гирляндами. Затем Собянина перевели в златоглавую и при следующих губернаторах город стал выглядеть несколько скромнее.
Но всё же традиция была положена и многие активные жильцы вместе с управляющими компаниями сами украшали свои дворы.
Соседний двор, где проходила Вера возвращаясь с работы, как раз и был таким - с развешенной на деревьях цветной мишурой и мигающими над подъездами гирляндами. Проходя там по тротуару, всему в следах от новогодних петард и фейерверков, Вера снова увидела знакомый полосатый пуховик.
Павел сидел, опустив голову на скамейке у крайнего подъезда и казалось дремал. Чуть поколебавшись она подошла поближе, и он, видимо услышав шаги, обернулся. Вера вздрогнула – из-под капюшона на неё смотрел какой-то старый дед, с глубокими морщинами на лице. Смотрел, правда, довольно приветливо.
— Извините, — она растерянно замотала головой, — тут мужчина ходил… в такой же куртке…
Не договорив, она быстро повернулась и зашагала дальше.
— Так это... так, поди, Пашка наш брал, — догнал её в спину голос старика, — у него теперь своего-то зимнего толком нету... он же щас в этом живёт, как его, всё забываю... в Милане, во!
— В Милане… — Вера остановилась. — кто, Павел?
— Ага, — довольно подтвердил дед, — сыр он там ихний спасает. Он же у нас учёный, кандидат по биологии!
Последние слова он произнёс громче и оглянулся по сторонам, словно жалея, что больше никто его не слышит.
Вера определённо ничего не понимала.
— А сюда он только лекции читать приезжает, — продолжал дед, явно радуясь возможности поговорить. — В наш университет.
Всё про плесень эту... и дома уж весь балкон банками своими заставил. А выбрасывать не даёт… а чего ему передать-то? Он же приедет скоро…

Дома Вера подошла к спящей божьей коровке, легонько постучала ей ногтем по стеклу и улыбнулась.

(С)robertyumen

29.

Я обладаю тем свойством, которое французы называют сообразительностью на лестнице, а русские – «задним умом крепок». То есть хороший ответ приходит ко мне в голову с опозданием, когда на полминуты, а когда на несколько лет. Тем ярче помнятся немногие случаи, когда ответ пришел вовремя. Вот один из них. Придется начать с длинного и не смешного предисловия, потерпите.

В начале 90-х моя семилетняя дочка попала под машину. Можно сказать, удачно: очень худенькая и легкая, от удара бампером она отлетела в сторону и обошлась без повреждений внутренних органов. Переломы обеих бедренных костей, сотрясение мозга и ссадины по мелочи.

Вторая удача состояла в том, что в Морозовской больнице ее снимки посмотрел великий профессор Немсадзе, главный детский хирург Москвы. Помню эти снимки: на левой ноге обломки кости не сходились на две трети толщины, а на правой вообще не соприкасались. Но Вахтанг Панкратович сказал, что оперировать ее не надо, может не выдержать наркоза. Полежит два месяца на вытяжке привязанной ногами к потолку, тут и тут (он нарисовал фломастером) образуются костные мозоли, и всё срастется, еще танцевать будет. Оказался прав. Танцевать дочка не любит, но 12-часовые смены на ногах (она медсестра в реанимации) и многокилометровые горные походы выдерживает без проблем.

Назавтра я раздобыл белый халат, накупил авоську продуктов, включая только что появившийся в продаже и стоивший ползарплаты йогурт, и с утра явился в отделение.
- Что вы хотите? – спросил меня лечащий врач.
- Быть с ней.
- Вы что, это же женская палата. Пусть придет мама или бабушка.
- Мамы у нас нет, одна бабушка живет за тысячу километров, а другая работает. И у нее стаж побольше моего, должность более ответственная, да и зарплата выше. То есть я могу взять отпуск за свой счет, а она нет.

Так я на два месяца оказался в девичьей палате. Сидел там каждый день с подъема до отбоя, меня не выгоняли, хотя мам других девочек пускали только в приемные часы. Наверное, потому, что дочка была самой тяжелораненой в отделении. Был, правда, еще десятилетний чеченский мальчик, который играл в футбол на окраине Грозного и наступил на мину. Одну ногу ему отняли до паха, а вторую, заключенную в сложный аппарат, пытались спасти. Но он лежал в отдельном боксе, а общие палаты населяли в основном подростки, неудачно покатавшиеся на лыжах, коньках и санках – была зима.

Почти всё время я проводил лицом к дочкиной кровати: кормил ее, мыл, смазывал от пролежней, менял памперсы (тоже только что появившиеся в продаже, стоившие ползарплаты и очень нас выручавшие), заставлял делать дыхательную гимнастику, а остальное время читал ей вслух. В центр палаты старался поворачиваться пореже, чтобы не смущать девочек. Разве что иногда протирал полы, да один раз вынес утку из-под лежачей девочки, когда ходячие не смогли договориться, чья сейчас очередь.

Девчонки очень быстро привыкли к моему присутствию и уделяли мне не больше внимания, чем швабре в углу. Я попал в положение натуралиста, изучающего изнутри жизнь обезьяньей стаи. Нравы в стае меня не особо радовали, а сказать прямо - шокировали. Мы такими не были. Хотя мои дети тоже выросли не такими. Дочка, наслушавшись их, потом рассказала мне такую сказку:
- Одна девочка очень любила ругаться блинами. И когда она сказала «блин» в тысячный раз, на нее с неба посыпалсь блины. И засыпали ее с головой насмерть.

Если бы эта сказка была правдой, палату заваливало бы блинами, хреном и другими менее аппетитными предметами каждые полчаса.

По вечерам в гости приходили пацаны из мужских палат, так что я имел сомнительное удовольствие присутствовать и при обрядах ухаживания. Альфа-самцом в стае числился переросток Марат. Он был явно старше 15 лет и не подходил для детской больницы, но почему-то его взяли, то ли по блату, то ли решили завершить лечение там, где начали. Не все в отделении щеголяли гипсом или аппаратами Илизарова, многих лечили от внутренних костных болезней. Марата, похоже, лечили от гигантизма: по размеру он тоже был переростком, головой под потолок и с непропорционально длинными конечностями.

Ухаживание у них было такое, что я бы предпочел находиться среди настоящих обезьян. Я не присматривался, но судя по девичьим «Отвали!» и юношеским «А чо?», происходило оно в основном на тактильном уровне, до выражения чувств словами мои обезьянки еще не доросли. Верхом остроумия считалось залезть к девочке в тумбочку, вытащить оттуда лифчик и перебрасывать его друг другу с комметариями: «Гы, глянь, лифон! Машка лифон носит!». При этом Машка не очень настойчиво пыталась его отобрать, притворно смущенная, но явно довольная таким вниманием.

В этих обезьяньих играх, кроме моей дочки, не принимала участия только тринадцатилетняя Оля. Отгородившись от всех одеялом, она обычно читала или что-то записывала в общую тетрадь. На заигрывания Марата и компании не реагировала никак. Им это, естественно, не нравилось, конфликт зрел и однажды прорвался: Марат полез к Оле к тумбочку. Заметив это, она кинулась к тумбочке первой, выхватила из нее – нет, не лифчик, а свою тетрадку – и выскочила с ней из палаты. Вернулась уже без тетрадки, явно успокоенная.

Назавтра в палату явилась толпа гнусно ухмыляющихся парней во главе с Маратом. В руках у Марата была слегка помятая Олина тетрадь.

- Гляньте, что я в мусорке надыбал! – объявил он. – Олькин дневник. Вот сейчас почитаем, что она про нас написала. А может, и не про нас, может, она влюблена в кого-то без памяти. А, Олечка?
- Отдай! – отчаянно закричала Оля и стала прыгать вокруг Марата, пытаясь отобрать тетрадь. Но куда там! Она не могла достать не только до поднятой к самому потолку руки, но даже до его мерзкой рожи. Остальные пацаны, да и девчонки, хихикали над ее отчаяньем.

Пришла мне пора выходить из роли наблюдателя-невидимки. Но, положа руку на сердце, что я мог сделать? Смешно попрыгать вокруг Марата? Он меня нисколько не боялся, был выше и сильнее, даже если не учитывать остальных троглодитов. Сбегать пожаловаться медсестре? Позорно было бы спасовать перед молокососом, да и сестры он бы вряд ли испугался.

- В мусорке нашел, говоришь? – насмешливо переспросил я. – Молодец, не побрезговал. Там же столько всякой дряни было. Бумажки всякие, салфетки с соплями, даже прокладки, наверное. А ты в этом всём копался, копался руками, так?

Марат растерянно посмотрел на свою руку с тетрадкой. А я продолжил:
- А в унитазе ты случайно ничего не нашел? Иди поройся. Руки длинные, много интересного достанешь.
- Да-да! - обрадованно подхватила Оля, - иди в унитазе поищи.

Марат брезгливо кинул тетрадку на Олину кровать, бросил мне что-то неразборчивое вроде «А вы заткнитесь» и вышел из палаты. Оля забрала тетрадку и не выпускала ее из рук, пока назавтра не отдала пришедшей навестить маме. Обезьяньи посиделки прекратились, видимо, перенеслись в другую палату.

Эта история имела неожиданное продолжение. Несмотря на гигантскую разницу в возрасте... стоп, я знаю, что вы подумали. Нет. Несмотря на гигантскую разницу в возрасте – тринадцать лет и семь – Оля крепко подружилась с моей дочкой. Позже, когда дочка вошла в неизбежную полосу подростковых кризисов, наличие рядом взрослой подруги оказалось очень кстати. Они общаются до сих пор, хотя живут на разных континентах. От дочки я знаю, что у Оли в жизни всё хорошо.

30.

О странных совпадениях

Конец 70-х. Зима. Поехали с родителями в магазин Детский мир и купили тaм игрушку – заводной поезд. Заводился ключом, пpичeм не стандартным, а кaким-тo особенным.

Приехали домой, стaл открывать коробку, достал поезд – ключа нeт. Дoлжнo быть, выпал из коробки и потерялся гдe-то по пyти домой. Погоревал, но папа обещал на работе сделать подходящий ключ. На тoм и успокоились.

На следующий день (выходные) поехали в гости к родственникам. Пришли к ним домой, раздеваюсь в прихожей и вдpyг вижу на тумбочке тoт caмый ключ! Позвали хозяев, спрашиваем, чтo этo у ниx, нyжeн ли и не мoгyт ли отдать eгo мнe, т.к. бeз нeгo поезд не заводится :)

Оказывалось, ключ этoт им совсем не нyжeн и попал к ним случайно: какая-то их дальняя родственница была у ниx вчepa в гостях и, кoгдa разувалась, вытряхнула из сапога этoт caмый ключ! Удивились, мы стали расспрашивать, кaк и когда это случилось, и оказалось, чтo по странному совпадению места и времени мы из магазина ехали с ней в одном автобусе, гдe из нашей коробки выпал ключ и угодил ей прямиком в сапог :)

Вoт тaк.

31.

Всех с Днём Великой Победы! Хоть и сидим в этот день под карантином :) . И вспоминаем наших предков, победивших фашизм - на фронте и в тылу, с оружием в руках или за станком. И узнаём из рассказов старших новые детали жизни тех лет. Про свою бабушку Шуру я уже писала (11.11.2015, основной выпуск, ник - Внучка своей бабушки). В двух словах - во время войны она была шофёром и перегоняла грузовики для фронта (из Горького в Москву). Но только сегодня, к своему стыду, я узнала, что бабушка, оказывается, была военнообязанной и ей дали бронь - её квалификацию сочли достаточной для подготовки шоферов. То есть она ещё и учила молодых призывников. И рассказывала, как молодой, высокий и красивый парень паниковал за рулём, как она мучилась с ним и в итоге этот кадр пробил головой фанерный верх кабины, когда врезался в дерево. Ещё был эпизод, когда она на тихом ходу проезжала через площадь города Лысково, когда там шел сбор солдат для фронта. Толпа призывников шумела на площади, мешая проезду. А мимо машины шла женщина с маленькой девочкой. И эта женщина толкнула девочку под колёса грузовика. Трагедии удалось избежать благодаря реакции моей бабушки - она резко вывернула руль и затормозила. Поскольку вокруг было множество свидетелей происшествия, к бабушке не возникло вопросов, все вопросы были обращены к мамаше этой девочки. Ещё при поездке в Горький (у бабушки был четко указан пункт прибытия и маршрут) к ней напросился в попутчики какой-то офицер, который стал уговаривать бабушку завернуть по дороге в нужный ему пункт, а при отказе достал пистолет. Бабушка особенно гордилась тем, что, начихав на его пистолет, продолжила путь по своему маршруту. Кстати, зная фамильное упрямство своей бабушки, я этому верю :) . Сестра у меня такая же. :)
А однажды уже после того, как машины уже были сданы в Москве, группа шоферов разделилась и договорилась встретиться на некоей ж/д станции. Бабушка туда добралась первой, ходила там, ждала остальных. Зима, мороз. А тут вполне благообразный пожилой мужичок предложил ей погреться в его вагончике, стоявшем неподалеку. Бабушка согласилась, но держалась настороже. И когда этот тип стал к ней потихоньку подбираться, то она рванулась, сбила крючок запора и кубарем выкатилась из вагончика. А потом местные работницы сказали ей, что никого из тех, кто с этим мужичком ушёл, больше они не видели.
В общем-то, делюсь с вами воспоминаниями бабушки просто так - чтобы ещё одна страничка военной жизни сохранилась.

32.

Война в Хуторовке

(Рассказал Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения)

Вы за мной записываете, чтобы люди прочли. Так я прошу – сделайте посвящение всем детям, которые застали войну. Они голодали, сиротствовали, многие погибли, а другие просто прожили эти годы вместе со всей страной. Этот рассказ или статья пусть им посвящается – я вас прошу!

Как мы остались без коровы перед войной, и как война пришла, я вам в прошлый раз рассказал. Теперь – как мы жили. Сразу скажу, что работал в колхозе с 1943 года. Но тружеником тыла не являюсь, потому что доказать, что с 8 лет работал в кузнице, на току, на полях - не представляется возможным. Я не жалуюсь – мне жаловаться не на что – просто рассказываю о пережитом.

Как женщины и дети трудились в колхозе

Деревня наша Хуторовка была одной из девяти бригад колхоза им. Крупской в Муровлянском районе Рязанской области. В деревне было дворов пятьдесят. Мы обрабатывали порядка 150 га посевных площадей, а весь колхоз – примерно 2000 га черноземных земель. Все тягловые функции выполнялись лошадьми. До войны только-только началось обеспечение колхозов техникой. Отец это понял, оценил, как мы теперь скажем, тенденцию, и пошел тогда учиться на шофера. Но началась война, и вся техника пошла на фронт.
За первый месяц войны на фронт ушли все мужчины. Осталось человек 15 - кто старше 60 лет и инвалиды. Работали в колхозе все. Первые два военных года я не работал, а в 1943 уже приступил к работе в колхозе.
Летом мы все мальчишки работали на току. Молотили круглый год, бывало, что и ночами – при фонарях. Мальчишек назначали – вывозить мякину. Возили её на санях – на току всё соломой застелено-засыпано, потому сани и летом отлично идут. Лопатами в сани набиваем мякину, отвозим-разгружаем за пределами тока… Лугов в наших местах нет, нет и сена. Поэтому овсяная и просяная солома шла на корм лошадям. Ржаная солома жесткая – её брали печи топить. Всю тяжелую работу выполняли женщины.
В нашей деревне была одна жатка и одна лобогрейка. Это такие косилки на конной тяге. На лобогрейке стоит или сидит мужчина, а в войну, да и после войны – женщина, и вилами сбрасывает срезанные стебли с лотка. Работа не из легких, только успевай пот смахивать, потому – лобогрейка. Жатка сбрасывает сама, на ней работать легче. Жатка скашивает рожь или пшеницу. Следом женщины идут со свяслами (свясло – жгут из соломы) и вяжут снопы… Старушки в деревне заранее готовят свяслы обычно из зеленой незрелой ржи, которая помягче. Свяслы у вязальщиц заткнуты за пояс слева. Нарукавники у всех, чтобы руки не колоть стерней. В день собирали примерно по 80-90 снопов каждая. Копна – 56 снопов. Скашиваются зерновые культуры в период молочной спелости, а в копнах зерно дозревает до полной спелости. Потом копны перевозят на ток и складывают в скирды. Скирды у нас складывали до четырех метров высотой. Снопы в скирду кладутся колосьями внутрь.
Ток – место оборудованное для молотьбы. Посевных площадей много. И, чтобы не возить далеко снопы, в каждой деревне оборудуются токи.
При молотьбе на полок молотилки надо быстро подавать снопы. Это работа тяжелая, и сюда подбирались четыре женщины физически сильные. Здесь часто работала моя мама. Работали они попарно – двое подают снопы, двое отдыхают. Потом – меняются. Где зерно выходит из молотилки – ставят ящик. Зерно ссыпается в него. С зерном он весит килограмм 60-65. Ящик этот они носили по двое. Двое понесли полный ящик – следующая пара ставит свой. Те отнесли, ссыпали зерно, вернулись, второй ящик уже наполнился, снова ставят свой. Тоже тяжелая работа, и мою маму сюда тоже часто ставили.
После молотьбы зерно провеивали в ригах. Рига – длинный высокий сарай крытый соломой. Со сквозными воротами. В некоторые риги и полуторка могла заезжать. В ригах провеивали зерно и складывали солому. Провеивание – зерно с мусором сыпется в воздушный поток, который отделяет, относит полову, ость, шелуху, частички соломы… Веялку крутили вручную. Это вроде огромного вентилятора.
Зерно потом отвозили за 10 километров на станцию, сдавали в «Заготзерно». Там оно окончательно доводилось до кондиции – просушивалось.
В 10 лет мы уже пахали поля. В нашей бригаде – семь или девять двухлемешных плугов. В каждый впрягали пару лошадей. Бригадир приезжал – показывал, где пахать. Пройдешь поле… 10-летнему мальчишке поднять стрелку плуга, чтобы переехать на другой участок – не по силам. Зовешь кого-нибудь на помощь. Все лето пахали. Жаркая погода была. Пахали часов с шести до десяти, потом уезжали с лошадьми к речушке, там пережидали жару, и часа в три опять ехали пахать. Это время по часам я теперь называю. А тогда – часов не было ни у кого, смотрели на солнышко.

Работа в кузнице

Мой дед до революции был богатый. Мельница, маслобойка… В 1914 году ему, взамен призванных на войну работников, власти дали двух пленных австрийцев. В 17 году дед умер. Один австриец уехал на родину, а другой остался у нас и женился на сестре моего отца. И когда все ушли на фронт, этот Юзефан – фамилия у него уже наша была – был назначен бригадиром.
В 43-м, как мне восемь исполнилось, он пришел к нам. Говорит матери: «Давай парня – есть для него работа!» Мама говорит: «Забирай!»
Он определил меня в кузню – меха качать, чтобы горно разжигать. Уголь горит – надымишь, бывало. Самому-то дышать нечем. Кузнец был мужчина – вернулся с фронта по ранению. Классный был мастер! Ведь тогда не было ни сварки, ни слесарки, токарки… Все делалось в кузне.
Допустим - обручи к тележным колесам. Листовой металл у него был – привозили, значит. Колеса деревянные к телеге нестандартные. Обруч-шина изготавливался на конкретное колесо. Отрубит полосу нужной длины – обтянет колесо. Шатуны к жаткам нередко ломались. Варил их кузнечной сваркой. Я качаю меха - два куска металла разогреваются в горне докрасна, потом он накладывает один на другой, и молотком стучит. Так металл сваривается. Сегменты отлетали от ножей жатки и лобогрейки – клепал их, точил. Уж не знаю – какой там напильник у него был. Уже после войны привезли ему ручной наждак. А тут - привезут плуг - лемеха отвалились – ремонтирует. Тяжи к телегам… И крепеж делал - болты, гайки ковал, метчиками и лерками нарезал резьбы. Пруток какой-то железный был у него для болтов. А нет прутка подходящего – берет потолще, разогревает в горне, и молотком прогоняет через отверстие нужного диаметра – калибрует. Потом нарезает леркой резьбу. Так же и гайки делал – разогреет кусок металла, пробьет отверстие, нарезает в нем резьбу метчиком. Уникальный кузнец был! Насмотрелся я много на его работу. Давал он мне молоточком постучать для забавы, но моя работа была – качать меха.

Беженцы

В 41 году пришли к нам несколько семей беженцев из Смоленска - тоже вклад внесли в работу колхоза. Расселили их по домам – какие побольше. У нас домик маленький – к нам не подселили.
Некоторые из них так у нас и остались. Их и после войны продолжали звать беженцами. Можно было услышать – Анька-эвакуированная, Машка-эвакуированная… Но большая часть уехали, как только Смоленск освободили.

Зима 41-го и гнилая картошка

Все знают, особенно немцы, что эта зима была очень морозная. Даже колодцы замерзали. Кур держали дома в подпечке. А мы – дети, и бабушка фактически на печке жили. Зимой 41-го начался голод. Конечно, не такой голод, как в Ленинграде. Картошка была. Но хлеб пекли – пшеничной или ржаной муки не больше 50%. Добавляли чаще всего картошку. Помню – два ведра мама намоет картошки, и мы на терке трем. А она потом добавляет натертую картошку в тесто. И до 50-го года мы не пекли «чистый» хлеб. Только с наполнителем каким-то. Я в 50-м году поехал в Воскресенск в ремесленное поступать – с собой в дорогу взял такой же хлеб наполовину с картошкой.
Голодное время 42-го перешло с 41-го. И мы, и вся Россия запомнили с этого года лепешки из гнилого мороженого картофеля. Овощехранилищ, как сейчас, не было. Картошку хранили в погребах. А какая в погреб не помещалась - в ямах. Обычная яма в земле, засыпанная, сверху – шалашик. И семенную картошку тоже до весны засыпали в ямы. Но в необычно сильные морозы этой зимы картошка в ямах сверху померзла. По весне – погнила. Это и у нас в деревне, и сколько я поездил потом шофером по всей России – спрашивал иной раз – везде так. Эту гнилую картошку терли в крахмал и пекли лепешки.

Банды дезертиров

Новостей мы почти не знали – радио нет, газеты не доходят. Но в 42-м году народ как-то вдохновился. Притерпелись. Но тут появились дезертиры, стали безобразничать. Воровали у крестьян овец.
И вот через три дома от нас жил один дедушка – у него было ружьё. И с ним его взрослый сын – он на фронте не был, а был, видимо, в милиции. Помню, мы раз с мальчишками пришли к ним. А этот сын – Николай Иванович – сидел за столом, патрончики на столе стояли, баночка – с маслом, наверное. И он вот так крутил барабан нагана – мне запомнилось. И потом однажды дезертиры на них может даже специально пошли. Началась стрельба. Дезертиры снаружи, - эти из избы отстреливались. Отбились они.
Председателем сельсовета был пришедший с войны раненный офицер – Михаил Михайлович Абрамов. Дезертиры зажгли его двор. И в огонь заложили видимо, небольшие снаряды или минометные мины. Начало взрываться. Народ сбежался тушить – он разгонял, чтобы не побило осколками. Двор сгорел полностью.
Приехал начальник милиции. Двоих арестовал – видно знал, кого, и где находятся. Привел в сельсовет. А до района ехать километров 15-20 на лошади, дело к вечеру. Он их связал, посадил в угол. Он сидел за столом, на столе лампа керосиновая засвечена… А друзья тех дезертиров через окно его застрелили.
После этого пришла группа к нам в деревню – два милиционера, и еще несколько мужчин. И мой дядя к ним присоединился – он только-только пришел с фронта демобилизованный, был ранен в локоть, рука не разгибалась. Ручной пулемет у них был. Подошли к одному дому. Кто-то им сказал, что дезертиры там. Вызвали из дома девушку, что там жила, и её стариков. Они сказали, что дома больше никого нет. Прошили из пулемета соломенную крышу. Там действительно никого не оказалось. Но после этого о дезертирах у нас ничего не было слышно, и всё баловство прекратилось.

Новая корова

В 42 году получилась интересная вещь. Коровы-то у нас не было, как весной 41-го продали. И пришел к нам Василий Ильич – очень хороший старичок. Он нам много помогал. Лапти нам, да и всей деревне плел. Вся деревня в лаптях ходила. Мне двое лаптей сплел. Как пахать начали – где-то на месяц пары лаптей хватало. На пахоте – в лаптях лучше, чем в сапогах. Земля на каблуки не набивается.
И вот он пришел к нашей матери, говорит: «У тебя овцы есть? Есть! Давай трех ягнят – обменяем в соседней деревне на телочку. Через два года – с коровой будете!»
Спасибо, царствие теперь ему небесное! Ушел с ягнятами, вернулся с телочкой маленькой. Тарёнка её звали. Как мы на неё радовались! Он для нас была – как светлое будущее. А растили её – бегали к ней, со своего стола корочки и всякие очистки таскали. Любовались ею, холили, гладили – она, как кошка к нам ластилась. В 43-м огулялась, в 44-м отелилась, и мы – с молоком.

1943 год

В 43-м жизнь стала немножко улучшаться. Мы немножко подросли – стали матери помогать. Подросли – это мне восемь, младшим – шесть и четыре. Много работы было на личном огороде. 50 соток у нас было. Мы там сеяли рожь, просо, коноплю, сажали картошку, пололи огород, все делали.
Еще в 43 году мы увидели «студебеккеры». Две машины в наш колхоз прислали на уборочную – картошку возить.

Учеба и игры

У нас был сарай для хранения зерна. Всю войну он был пустой, и мы там с ребятней собирались – человек 15-20. И эвакуированные тоже. Играли там, озоровали. Сейчас дети в хоккей играют, а мы луночку выкопаем, и какую-нибудь банку консервную палками в эту лунку загоняем.
В школу пошел – дали один карандаш. Ни бумаги, ни тетради, ни книжки. Десять палочек для счета сам нарезал. Тяжелая учеба была. Мать раз где-то бумаги достала, помню. А так – на газетах писали. Торф сырой, топится плохо, - в варежках писали. Потом, когда стали чернилами писать – чернила замерзали в чернильнице. Непроливайки у нас были. Берёшь её в руку, зажмешь в кулаке, чтобы не замерзла, и пишешь.
Очень любил читать. К шестому классу прочел все книжки в школьной библиотеке, и во всей деревне – у кого были в доме книги, все прочитал.

Военнопленные и 44-й год

В 44-м году мимо Хуторовки газопровод копали «Саратов-Москва». Он до сих пор функционирует. Трубы клали 400 или 500 миллиметров. Работали там пленные прибалтийцы.
Уже взрослым я ездил-путешествовал, и побывал с экскурсиями в бывших концлагерях… В Кременчуге мы получали машины – КРАЗы. И там был мемориал - концлагерь, в котором погибли сто тысяч. Немцы не кормили. Не менее страшный - Саласпилс. Дети там погублены, взрослые… Двое воскресенских через него прошли – Тимофей Васильевич Кочуров – я с ним потом работал. И, говорят, что там же был Лев Аронович Дондыш. Они вернулись живыми. Но я видел стволы деревьев в Саласпилсе, снизу на уровне человеческого роста тоньше, чем вверху. Люди от голода грызли стволы деревьев.
А у нас недалеко от Хуторовки в 44-м году сделали лагерь военнопленных для строительства газопровода. Пригнали в него прибалтийцев. Они начали рыть траншеи, варить и укладывать трубы… Но их пускали гулять. Они приходили в деревню – меняли селедку из своих пайков на картошку и другие продукты. Просто просили покушать. Одного, помню, мама угостила пшенкой с тыквой. Он ещё спрашивал – с чем эта каша. Мама ему объясняла, что вот такая тыква у нас растет. Но дядя мой, и другие, кто вернулся с войны, ругали нас, что мы их кормим. Считали, что они не заслуживают жалости.
44 год – я уже большой, мне девять лет. Уже начал снопы возить. Поднять-то сноп я еще не могу. Мы запрягали лошадей, подъезжали к копне. Женщины нам снопы покладут – полторы копны, вроде бы, нам клали. Подвозим к скирду, здесь опять женщины вилами перекидывают на скирд.
А еще навоз вывозили с конного двора. Запрягаешь пару лошадей в большую тачку. На ней закреплен ящик-короб на оси. Ось – ниже центра тяжести. Женщины накладывают навоз – вывозим в поле. Там качнул короб, освободил путы фиксирующие. Короб поворачивается – навоз вывалился. Короб и пустой тяжелый – одному мальчишке не поднять. А то и вдвоем не поднимали. Возвращаемся – он по земле скребет. Такая работа была у мальчишек 9-10 лет.

Табак

Табаку очень много тогда сажали – табак нужен был. Отливали его, когда всходил – бочками возили воду. Только посадят – два раза в день надо поливать. Вырастет – собирали потом, сушили под потолком… Мать листву обирала, потом коренюшки резала, в ступе толкла. Через решето высевала пыль, перемешивала с мятой листвой, и мешка два-три этой махорки сдавала государству. И на станцию ходила – продавала стаканами. Махорку носила туда и семечки. А на Куйбышев санитарные поезда шли. Поезд останавливается, выходит медсестра, спрашивает: «Сколько в мешочке?» - «10 стаканов». Берет мешочек, уносит в вагон, там высыпает и возвращает мешочек и деньги – 100 рублей.

Сорок пятый и другие годы

45,46,47 годы – голод страшный. 46 год неурожайный. Картошка не уродилась. Хлеба тоже мало. Картошки нет – мать лебеду в хлеб подмешивала. Я раз наелся этой лебеды. Меня рвало этой зеленью… А отцу… мать снимала с потолка старые овечьи шкуры, опаливала их, резала мелко, как лапшу – там на коже ещё какие-то жирочки остаются – варила долго-долго в русской печке ему суп. И нам это не давала – только ему, потому что ему далеко ходить на работу. Но картошки все-таки немного было. И она нас спасала. В мундирчиках мать сварит – это второе. А воду, в которой эта картошка сварена – не выливает. Пару картофелин разомнет в ней, сметанки добавит – это супчик… Я до сих пор это люблю и иногда себе делаю.

Про одежду

Всю войну и после войны мы ходили в домотканой одежде. Растили коноплю, косили, трепали, сучили из неё нитки. Заносили в дом станок специальный, устанавливали на всю комнату. И ткали холстину - такая полоса ткани сантиметров 60 шириной. Из этого холста шили одежду. В ней и ходили. Купить готовую одежду было негде и не на что.
Осенью 45-го, помню, мать с отцом съездили в Моршанск, привезли мне обнову – резиновые сапоги. Взяли последнюю пару – оба на правую ногу. Такие, почему-то, остались в магазине, других не оказалось. Носил и радовался.

Без нытья и роптания!

И обязательно скажу – на протяжении всей войны, несмотря на голод, тяжелый труд, невероятно трудную жизнь, роптания у населения не было. Говорили только: «Когда этого фашиста убьют! Когда он там подохнет!» А жаловаться или обижаться на Советскую власть, на жизнь – такого не было. И воровства не было. Мать работала на току круглый год – за все время только раз пшеницы в кармане принесла – нам кашу сварить. Ну, тут не только сознательность, но и контроль. За килограмм зерна можно было получить три года. Сосед наш приехал с войны раненый – назначили бригадиром. Они втроем украли по шесть мешков – получили по семь лет.

Как уехал из деревни

А как я оказался в Воскресенске – кто-то из наших разнюхал про Воскресенское ремесленное училище. И с 1947 года наши ребята начали уезжать сюда. У нас в деревне ни надеть, ни обуть ничего нет. А они приезжают на каникулы в суконной форме, сатиновая рубашка голубенькая, в полуботиночках, рассказывают, как в городе в кино ходят!..
В 50-м году и я решил уехать в Воскресенск. Пришел к председателю колхоза за справкой, что отпускает. А он не дает! Но там оказался прежний председатель – Михаил Михайлович. Он этому говорит: «Твой сын уже закончил там ремесленное. Что же ты – своего отпустил, а этого не отпускаешь?»
Так в 1950 году я поступил в Воскресенское ремесленное училище.
А, как мы туда в лаптях приехали, как учился и работал потом в кислоте, как ушел в армию и служил под Ленинградом и что там узнал про бои и про блокаду, как работал всю жизнь шофёром – потом расскажу.

33.

В догонку истории "От гранаты".

Курс молодого бойца. Рота спецназа ВМФ на марш-броске. Как я туда попал это отдельная история. Может как-нибудь расскажу. Всё это действие происходит зимой. А зима в Израиле это дожди. Иногда много дождей. А значит и лужи, иногда коварные...
Командир роты бежит первый, примерно метрах в пяти впереди всех. Замыкает это шествие молодой литёха. Бежим, литёха нас подгоняет, кричит что научит родину любить. А мы бежим и никого не трогаем.
Ком роты начинает увеличивать темп. А впереди лужа и не маленькая. Ком роты, не сбавляя тема бега, забегает в лужу и продолжает бег уже в ней. Поскольку он бежал впереди нас, мы увидели что сначала вода в луже по ботинок, потом по колено, а потом... Короче, вам по пояс будет. Или даже чуть выше.
Естественно, желания мокнуть в луже ни у кого, кроме ком роты не было. Быстро сообразив, что умныц в лужу не пойдет, мы быстро разделились на две группы, чтобы оббежать её по краям.
Мы уже добежали где-то до середины, как сзади раздался рык литёхи:
- Мать вашу, такие-сякие (нехорошие солдаты) я вас... научу родину любить... ваш командир бежит в луже по... (и судя по его бегу, ком роты действительно было глубоко по... и на лужу и на нас...), а вы (нехорошие солдаты, склонные к мужеложеству), а ну быстро на.. то есть в лужу.
Ой, зря он это сказал. Вы видели как стадо бегемотов прыгает в воду? И я не видел, но думаю что со стороны было очень похоже. Поднявшаяся вода окатила литёху с ног до головы. Думаю что он даже рот не успел закрить и прихлебнул холодной водицы.
Мораль та же: думай прежде чем отдавать приказы.
С наступившим вас.

34.

навеяло ИСТОРИЯ №1057207

История № 1.
У знакомого умер дедушка, бывший красный авиатор...
Зарабатывал естественно хорошо, оставил отличную квартиру и старую дачу.
Товарищ поехал на дачу, на которой не был с детства, посмотреть, что с ней делать.
Сам он не любитель грядок, но вроде память и т.д.
Дом развалюха, участок заброшенный и заросший, старый покосившийся сарай, наверное картина знакомая многим разрухи и запустения, на которое даже бомжи не зарятся. Открыл он сарай, а там за грудами хлама штабелями стояли ящики с советским ещё коньяком и водкой...

Что бы было понятно молодым, ни одна современная с советской водкой не сравнится...

История № 2
Подруга ещё в СССР накупила водки и коньяка перед подорожанием, просто на всякий случай, сама она не пьёт, окружение то же. Несколько ящиков просто стояло в гараже. Зима, мороз и тут она решила сэкономить на незамерзайке, решив, что водка и коньяк старые и наверно испортились... ну непьющая одинокая женщина...
Когда соседи по гаражу увидели, что она льёт в машину... осталось только несколько бутылок, которые есно были тут же отобраны и выпиты, а вместо выдана лучшая незамерзайка и потом ей долго вспоминали бесславное уничтожение национальной гордости.

История №3
Стою у белорусского вокзала, 90-е, полно разных киоском, на тротуаре сидит пара бомжей, недалеко отлично одетый негр льёт в машину вместо незамерзайки какую то паленку. Но это же всё равно ВОДКА в машину! Глаза бомжей было такими, что как только негр их увидел, он на пару секунд замер, потом тихонько поставил оставшиеся полбутылки на обочину и быстренько уехал. Машина не успела тронуться как бомжи всё поняли и рванули к бутылке...

35.

Не моё, но прикольно... Пантеон укрских богов Пуу-Тин верховное божество укров, грозное, всемогущее и непредсказуемое. Согласно поверью, от воли Пуу-Тин зависит абсолютно все в мире, от погоды до количества волос на голове каждого укра. Наводнение, неурожай, пожар, война и даже если просто кошка бросает новорожденных котят все это Пуу-Тин. По легенде Пуу-Тин живет далеко на Восходе, в страшном замке Каре-Ма-Алин, башни которого увенчаны звездами, алыми от крови убитых укров. Трон его сложен из человеческих костей, а у ног покоится гигантский медведь, способный пожрать солнце и луну. Бесчисленные орды могучих и безжалостных Зеленых Демонов прислуживают этому грозному божеству, и даже кошмарных духов преисподней Ноох-чи, одним видом своим повергающих любого смертного в ужас, сумел он подчинить своей воле. В мрачном царстве Пуу-Тин хранится волшебная труба, дарующая огонь. И горе тому, кто прогневит грозного бога: ждет его холодная и голодная зима без огня и света. Это могущественное божество внушает смертным такой ужас, что даже по имени его называть нельзя, дабы не накликать беды. Два десятка метафорических имен и прозвищ, придуманных древними украми для Пуу-Тин, составляют основу современной укрской словесной культуры. На их основе сложены сотни пословиц, песен и заклинаний. Чтобы задобрить Пуу-Тин шаманы племени несколько раз в год устраивают на священном Майдане торжественные обряды с разжиганием костров (дабы не иссякала Волшебная Труба, дарующая огонь), с ритуальными плясками и скачками, с коллективным чтением заклинаний и исполнением гимнов, посвященных Пуу- Тин. Лее-Нин древнее полузабытое божество, демиург, отец Пуу-Тин. У древнего народа соо-вок, от которого по некоторым данным произошли укры и 14 других племен, Лее-Нин почитался как верховное божество, творец вселенной и податель всяческих благ. Недаром его идолы до сих пор во множестве сохранились на землях, занимаемых украми и другими потомками некогда могущественной высокоразвитой цивилизации соо-вок. Однако со временем представления об этом божестве по невыясненной причине сменились на прямо противоположные: нынешние укрские шаманы считают Лее-Нин злым духом, мечтающим искоренить укрский народ. Несмотря на то, что в современном пантеоне он занимает всего лишь второе место после своего сына Пуу-Тин, простые укры испытывают перед ним не меньший трепет. Считается, что частицы силы Лее-Нин заключены в идолах, поэтому он всегда незримо присутствует на земле. По одному из поверий, чтобы избавиться от вечного страха, нужно разрушить их все, чем укры и занимаются с завидным упорством. По другой легенде, когда падет последний каменный Лее-Нин, этот грозный бог, напротив, вернется в мир и покарает нечестивых. Интересно, что отрицание Лее-нин и его культа создало серьезный логический разрыв во всей мифологической системе укров. В их легендариуме отсутствует история сотворения мира, а о происхождении самого племени шаманы говорят, что укры произошли от древних укров, которые в свою очередь появились сами собой из ниоткуда. Любопытно, что отрицание мифа о создании вселенной Лее-Нин не мешает украм считать исконно своими земли, по легенде подаренные этим божеством Предкам племени, в то время еще входившим в цивилизацию соо-вок. Древние святилища, мельницы и кузни, построенные во славу Лее-Нин, укры также считают своими, хотя используют лишь малую их часть ввиду утраты необходимых для этого знаний. Стаа-Лин еще один сын Лее-Нин, о котором сохранилось крайне мало информации. В цивилизации соо-вок он почитался как бог ремесел, научившим людей строить кузни и мельницы, а также делать оружие и добывать огонь при помощи волшебной трубы. Ему же приписывались функции покровителя воинского искусства, даровавшего соо- вок победы над соседними воинственными народами, и он же по некоторым данным следил за гармонией в мире и вершил правосудие, подчас весьма жестоко. Иными словами, очевидно, что функционал этого божества в поверьях древнего народа был весьма разнообразен, и несомненно, Стаа-Лин пользовался немалым уважением. В поверьях современных укров образ его значительно упрощен. По невыясненной пока причине в какой-то момент именем Стаа-лин стали обозначать различные трагические события, которым шаманы племени, ввиду утраты большей части научных знаний, унаследованных от соо- вок, не могли дать разумного объяснения, как то холодная зима или неурожай. Одно из прозвищ Стаа-Лин Голодоморец. Гиир-Киин, Черный Стрелок грозный бог войны на службе у Пуу-Тин. По легенде Гиир-Киин появляется там, где собирается три и более членов племени, недовольных нынешним вождем. Увидевший Стрелка тут же проникается его воинственным духом и начинает строгать себе копье или подыскивать дубинку. Излечиться от такой одержимости невозможно, поэтому одержимых, а также их родственников, стараются немедленно уничтожить. А шаманы Священного Майдана бдительно следят за тем, чтобы члены племени не собирались по трое и более, за исключением случаев, когда их специально созывают для проведения обряда. Как и имя Пуу-Тин, имя Черного Стрелка строжайше затабуировано. Этот бог обладает собственной свитой из множества демонов и второразрядных мифологических существ. Мото-Ро один из спутников Гиир-Киин, изображается в виде злобного карлика, облаченного в доспехи. По легенде передвигается на волшебной колеснице, неуязвимой для стрел и копий. В бою может превращаться сразу я пятьсот демонов ноох-чи. Ко-Жу-Гет еще одно воинственное божество, которому также приписывается власть над различными стихиями, предводитель Зеленых Демонов. Армии его бесчисленны, и сколько бы ни били их светлые духи А-Тоо, редеющие ряды неизменно пополняются все новыми тварями. По легенде каждый Зеленый Демон может превратиться в кошку и в таком виде незаметно проникнуть куда угодно. Сам Ко-Жу-Гет превращается в гигантского медведя. По одной из версий в того самого, что лежит у трона Пуу- Тин и мечтает пожрать луну и солнце. Рам-Зан верховный демон ноох-чи. Эта разновидность злых духов не столь могущественна, как Зеленые Демоны, зато отличается особой свирепостью и науязвимостью. По легенде когда-то ноох-чи вели длительную кровопролитную войну с Пуу- Тин, но в конце концов вынуждены были признать власть верховного божества. Что представляют из себя эти существа, до конца не понятно. Судя по всему, они обладают способностью становиться невидимыми и создавать иллюзии. Кис-Эль-Оо коварный бог обмана и лжи из свиты Пуу-Тин. Голос его навевает морок, заставляя поверить в то, чего нет. Например, в вежливость Зеленых Демонов, в то, что Лее-Нин создал вселенную или что великий вождь пьет огненную воду и ворует лучшие куски добытых мамонтов, вместо того чтобы заботиться о процветании племени. Шаманы священного Майдана неустанно борются с попытками Кис-Эль-Оо затуманить разум укров и если слышат где-то его голос, тут же стараются заглушить его, распевая священный гимн « Ще не вмерла Великая Укрия». Аа-Лин-Аа прекрасная вечно юная богиня любви, супруга Пуу-Тин. Она знает три тысячи любовных поз и способна возбудить страсть даже в дряхлом старце. Считается, что произнесение ее имени помогает излечиться от мужского бессилия. Кроме того Аа-Лин-Аа почитается как покровительница спортивных игрищ. Няш-Мяш - богиня правосудия Изображается, как и Аа-Лин-Аа, в образе прекрасной девы, но всякий укр знает, что внешность обманчива и, встретив случайно Няш-Мяш, ни в коем случае нельзя поддаваться ее обаянию, особенно если совесть твоя нечиста. Богиня по глазам читает о всех совершенных человеком грехах и карает мгновенно и беспощадно. Раа-Гоз бог-кузнец, злой гений замка Каре-Ма-Алин, дарующий Зеленым Демонам огненные стрелы и железные колесницы. Он же по легенде научил некоторые племена плавить металл и делать из него оружие. Если на землях какого-то племени видели Раа-Гоз в человеческом обличии, это значит, что либо у тамошнего вождя скоро появится новое копье с уникальным бронзовым наконечником, либо начнется война. Жии-Рик бог-трикстер, вносящий разлад и сумятицу в мир богов и в мир людей. Основная его функция произносить речи, от толкования которых зависят судьбы мира. Укры верят, что устами Жии-Рик метафорически изъясняется сам Пуу-Тин, поэтому каждое его слово жрецы долго обсуждают, выискивая в нем скрытые смыслы. Кроме того, этот бог порой напрямую вмешивается в земные дела, влияя на них самым непредсказуемым образом. Так, например, однажды, когда светлые духи А-Тоо почти уже насмерть победили злого карлика Мото-Ро, явился Жии-Рик и подарил извечному врагу укров волшебную колесницу, неуязвимую для стрел и копий, на которой тот и бежал с поля боя. А-Тоо светлые духи, защищающие Укрию от Гиир-Киина и Зеленых Демонов. Укры верят, что где-то на Восходе, у самых границ зловещего царства Пуу-Тин, могучие и бесстрашные А-Тоо в сияющих доспехах и белоснежными крыльями за спиной много веков ведут нескончаемую войну с великим злом. Жрецы бога правды Тым-Чуу говорят, что защитники Укрии бессмертны и, сколь трудной ни была бы битва, потерь не несут. При этом несколько раз в год великий вождь призывает юношей из укрских деревень пройти посвящение в А-тоо. Шаманы священного Майдана проводят специальный обряд, превращающий простого укра в бессмертного А-Тоо, после чего он отправляется на Восход. Что происходит с посвященными потом, науке не известно, поскольку никто из них еще ни разу не возвращался. Повелевают духами А-Тоо могущественные покровители Великой Укрии Сээ-Мэн, Яяш- Роош и Ляш-Оок. Банд-Эр-Аа бог порядка и гармонии. При всей популярности этого божества, о нем мало что известно. Согласно древнему пророчеству, Банд-Эр-Аа однажды придет и порядок наведет, но где и когда это случится предания не уточняют. Тем не менее, шаманы и рядовые члены племени не устают его призывать и даже устраивают в его честь красочные шествия с факелами. Изображения этого божества часто встречаются в наскальной росписи укрских пещер. Тым-Чуу великий бог правды, единственный, кто способен противостоять коварному Кис-Эль-Оо. Изображается в виде человека с непомерно большой головой (в ней хранится Великая Истина). Тым-Чуу принадлежит священный Шлем Прозрения, позволяющий пронзать разумом времена и пространства в поисках Истины. Псаа-Ки жена Тым-Чуу, глашатай светлых духов небесного царства Эв-Роо. Изображается в виде прекрасной девы, обутой в одну сандалию. Вторую по легенде она потеряла на пути в святилище Оо-фис, где избранным открываются тайны мироздания. А голова ее так тяжела от знаний, что может в любой момент отвалиться, поэтому ее приходится поддерживать при помощи волшебных бус. Псаа-Ки говорит со смертными от лица светлейшего О-Ба-Маа и даже порой сообщает им сакральные знания о тайном устройстве мироздания, не заметном глазу простого смертного. Например, она открыла украм тайну, что в бескрайних степях Рос-тоо на самом деле сокрыты непреступные горы, а под корнями Великого Леса Бе-Ла-Руу плещется бескрайнее море. Часть 3 Нуу-Лан великая богиня сытости и достатка, антипод Голодоморца. Зимой, когда демон тьмы и холода Ми-Леер затыкает волшебную трубу и очаги в жилищах укров гаснут, шаманы созывают свою паству на священный Майдан, чтобы ритуальными прыжками и вызжиганием волшебных покрышек призвать Нуу-Лан. По легенде если укры будут прыгать достаточно усердно, богиня явится на зов с большой корзиной печенья. Интересно, что ритуал вызова Нуу-Лан, обладая огромной сакральной силой, при этом не имеет четко направленного вектора действия, что приводит к непредсказуемым результатам. Каждый раз, начиная обряд, шаман не знает точно, что за силы явятся на зов. Так, например, когда в деревне Кии-Е в последний раз призывали Нуу-Лан, вместе с ней откликнулись Э-Тиин-Ге, Ээш-Тоо, и еще полтора десятка светлых духов небесного царства Эв-Роо. Когда же некоторое время спустя аналогичный ритуал пытались провести близ деревни Доо-Не на восточной окраине укрских земель, явился Гиир-Киин с пятьюдесятью демонами, изгнал шаманов и обратил жителей деревни в воинственных ваат-ни. Шахчерти многочисленные третьеразрядные темные существа, обитающие губоко под землей, где они добывают для Верхнего Мира свет и тепло. Шахчерт черен лицом, во лбу его горит подземным пламенем третий глаз, а в руках сжаты кирка и лопата. Большую часть времени шахчерты пьют огненную воду и задирают добропорядочных укров, а когда сильно проголодаются спускаются в свои норы и приносят людям немного черных камней, которые меняют на еду и, опять же, на огненную воду. Большинство шахчертей живут далеко на Восходе, где Трехликий не дает им лениться, заставляя непрестанно добывать свет и тепло, которое потом меняет на листья дерева лаа-вэ. На землях Великой Укрии и других человеческих племен эти твари тоже обитают. Когда-то Великая Пресветлая богиня Тээт-Чер заточила их в рабство по всему миру, чтобы они денно и ношно раздували Подземный Огонь, неся свет и тепло в дома богов и людей. Но коварный Гиир-Киин сбил засовы с их темниц в Укрии, и вырвались они на поверхность и начали творить безобразия... Ваа-т-ник - самый многочисленный род темных существ, населяющих владения великого Пуу-Тин. Когда-то ваа-т-ник были племенем людей, родственным украм. Некоторые укры даже ездили в страну ваа-т-ник помогать своим братьям выращивать деревья лаа-вэ и увозили малую толику священных листьев к себе на родину. Но потому ваа-т-ник продали души Пуу-тин в обмен на свет и тепло из Великой Трубы. С тех пор очаги в жилищах ваа-т-ник никогда не гаснут, но и сами они перестали быть людьми, ибо коварный Кис-Эль-Оо затуманил их разум. И больше никогда не быть им братьями свободным украм! Теперь они во всем противоположны. Как юноши из укрских деревень проходят посвящение, вступая в ряды небесных воинов А-Тоо, так и молодые ваа-т-ник проходят ритуал при-ся-гаа, чтобы пополнить ряды нечестивых Зеленых Демонов. И если укры любят яркую одежду цветов неба и солнца, то ваа-т-ник украшают свои одеяния зловещими полосатыми ленточками цветов огня и дыма, за что их еще называют коо-ло- раа. Одеты же ваа-т-ник чаще всего в броню, защищающую их от пуль, холода и отрезвляющего слова Тым-Чуу. Их любимое развлечение нападать на укров небольшими группами и пытаться обратить их в свою веру. Единственное спасение для подвергшегося такому нападению обозвать ваа-т-ник запретным словом и гордо удалиться, потому что небольшая поначалу сила этих тварей возрастает, если с ними пытаются бороться.

36.

О доброй девушке, бродячих собаках и не только

Один охотник поделился воспоминанием:
«Давно было – могу, пожалуй, рассказать уже.
Зима была. Шел со станции, а шагах в пятидесяти впереди - молодая женщина. У неё руки заняты сумками и пакетами, мальчик лет пяти идёт за ней следом.
Откуда ни возьмись – стая собак. Лают на неё, щелкают зубами, рвут из рук пакеты, хватают за полы дублёнки. Она кричит, мальчик жмется к ней и тоже кричит… Она бросает сумки, ребёнка – на руки… Я подбежал, отогнал ногами собак, проводил до дома. Истерика, конечно и у неё, и у ребёнка.
Ночью с мелкашкой пошёл по улицам. Выстрел же у неё негромкий.
Щёлк – собака падает. А стая не разбегается. Щёлк, щёлк… Трупы потом за хвост – и в контейнер.
Ну и возле одной хрущёвки тоже выстрелил в собаку, она лает, визжит… Распахивается окно. Какая-то добрая девушка высовывается и кричит на меня: «Что вы делаете! Нельзя же так! Люди, дети спят. Не можете, что ли, стрелять так, чтобы наповал, чтобы не орала!»
А на фото – бабушки кормят собак из своры, которая три дня назад напала на одну женщину, а вчера на другую. Обеим пострадавшим понадобилась медицинская помощь.
Собачки, как видите, с серьгами – значит, по программе ОСВ (отлов-стерилизация-выпуск) они отловлены, стерилизованы, привиты и выпущены на место отлова.
Фото прислала и разрешила использовать сестра одной из пострадавших.
По её словам, сфотографировав бабушек, она поинтересовалась их отношением к собакам. К её удивлению, бабушки всей душой высказались против возвращения собак на место отлова, и рассказали, что и сами видели нападения этой своры на школьников.

37.

Был случай в 80-х годах. Поехала летом 14-ти летняя девушка в пионерский лагерь. Затем пришла зима, а вместе с ней и неожиданная беременность. И вроде у нее и котик был и собачка и даже попугайчик... Но, ничего не помогло, так как пионервожатый, с которым она встречалась, не пользовался презервативом.
Мама этой девочки ласково взяла ее за волосы: - Рассказывай, сучка!
И рассказала она как на духу: - Кто он, как зовут, вожатым какого отряда был, в каком городе живет.
Ну мама нашла его и говорит: - Или она тебе жена или тебе пи"№ец!!!
А у этого парня уже была жена. Вот он приходит к ней и говорит: - Жена, теперь ты мне не жена, потому, что ждет меня уже новая жена. Ну и развелись они короче. А на той, 14-ти летней он через год или два женился. Правда еще через пару лет развелся, но это уже другая история.
Ну а одноклассник этой 14-ти летней узнал информацию у ее подруги, которая тоже была в пионерлагере и встречалась с другим пионервожатым, который на презервативы деньги не жалел.
И вот его начали спрашивать одноклассники, что мол Почему? Кто? и Как?
А он им всем терпеливо все это рассказывает. Но нервы то не железные. Надоели они ему со своими вопросами. Зашел он за школу, ну и решил спокойно покурить. А тут к нему с тем же вопросом подходит их главная отличница, которая была очень справедливой и нравственно чистой, и задает вопрос: - Почему она забеременела?
- Потому, что в комсомол ее не взяли!!! - со злостью ответил парень.

38.

О чуде

Мы бедные студенты, разбежавшиеся после лицея в разные институты, решили достойно отметить Новый год, а с ним и новое тысячелетие. Кто помнит, настрой тогда у всех был совершенно нездоровый.
Единогласно придя к выводу, что для телепортации из одного тысячелетия в другое потребуется высококачественное горючее в серьёзных масштабах, а как иначе? Целое тысячелетие ж провожаем. Купили ящик беленькой и , весело побрякивая, поволокли добычу, на стол.
Не помню уж по какой причине, но отмечали без баб, то ли чья-то бывшая стала чьей-то нынешней, то ли ещё какая фигня была.
Жизнерадостную степенную пьянку испортил Ельцин, сказав: «я ухожу». За что было сразу же решено выпить по стакану, что было весьма расточительно, т.к. одномоментно, практически, уничтожило запас спиртного.
В кои-то веки потянуло на прогулку - скорее всего «по стакану» вдарило не в голову, а в жопу: Вперёд за приключениями, сказала она.
Зима в тот год в Питере была снежная и относительно морозная. Новогодняя ночь была ,действительно , зимней - легкий морозец заботливо трезвил и не вызывал импульса съебаться домой. Куда податься? - на этот вопрос ответили звуки музыки, доносящиеся куй знает откуда. Протопав пару километров, главное в жизни не цель, а её достижение, увидели сцену и , практически, пустое поле перед ней ( тогда ещё были пустыри и свободные места). Играл диджей, но было уныло, не хватало деда мороза, скорее всего он нажрался где-то по дороге. Это было почти фиаско - звуки музыки предполагали тусовку и наличие девушек. Но кто будет смотреть на пустую сцену - все проходили мимо, задерживаясь на пару тройку минут.
- По-пи-здовали- сказал Серёга, тут точно нечего ловить.
- Нужен Дед Мороз- ответил Андрюха
Где эта тварь я попытался узнать у DJ. Из его ответа я понял, что он давно не верит в деда мороза, уже не верит и в снегурочек, но добился обещания помочь, сменив хаус на попсу.
Оставался один вопрос - откуда взять деда? Всё очевиднее становилось, что Дед Мороз это кто-то из нас, но откуда взять антураж: красный кафтан, посох, шапку и бороду. Из этого списка самую большую проблему вызывал красный кафтан или куртка или, хоть что-нибудь, красное.
- у меня семейники красные, пробормотал Андрюха.
Это был лучший Дед Мороз. Семейники оказались алыми! Минут через 10, проходящий мимо народ, танцевал перед сценой: наконец-то там был Дед Мороз, в говнодавах, огромной шапке-ушанке и скромном «кафтане» он лихо отплясывал, в сопровождении группы поддержки, ибо пришлось поддержать друга, раздевшись по пояс. Годы стёрли ту херню, что я нёс со сцены. Одно помню чётко - снегурочки появились быстро. Критерий был простой: снегурочка не боится холода. Чем больше сиськи - тем снегуристей, с этим правда не совсем угадывалось, т.к. угадать что таится под шубой или пуховиком не всегда возможно. Дед Мороз был счастлив, такого успеха у него ещё не было! Где-то десяток полуголых снегурок танцевали вокруг дедушки, прижимались и целовали его. Сейчас во времена YouTube такой ролик набрал бы немеряно просмотров.
Весёлое было время, люди проще были и завести их было просто, единственное но: Толпа не давала увести Дед Мороза со сцены - предлагали денег , наливали , но требовали продолжения.
На пике славы решили свалить, прихватив пяток снегурок и ёлку по дороге.
Вот такие чудеса бывают в новогоднюю ночь. Так я встретил свою жену.
Да ни хера подобного! Чудо было одно, что снимал баб я и снял 5, а нас было 6! Угадайте кто был в обломе - правильно! Тот кто тащил ёлку!)
С тех пор и поныне у меня всегда под Новый год ёлка. А чудо? Чудо случилось намного позже, когда я, протупив какое-то количество времени, 31 декабря всё же решился набрать взятый телефоннный номер у прекрасной незнакомки - 11 лет счастья, горя, успехов, неудач, всякого разного и хорошего и плохого, но главное, что нам интересно друг с другом.
Желаю всем чудес и любви. Ну,а после праздников, - пахать)

39.

Когда-то под новый год в Москве еще была улица Чернышевского, которая шла от площади Цезаря Кунникова к улице Богдана Хмельницкого. В общем-то она сейчас Покровкой называется и от Земляного вала к Маросейке идет. А тогда - Чернышевского. И на ней был бар, называемый в народе "Что делать?". Именно с вопросительным знаком, хотя оригинальное название вопросом не было. Ну кто бы стал в баре такие вопросы задавать?

И вот в этом баре мы с Сашкой изрядно накушались коньяка. Не допьяну, нет. Но потеряли ощущение времени, и выйдя из бара, обнаружили, что метро уже закрыто, троллейбусы не ходят, а в такси не то чтобы не содют, но денег на двоих до дома явно не хватит. Мне в Мытищи, ему в район нынешнего Газпрома. Можно пешком, но дойдем как раз в тоже самое время, что и доедем, когда метро откроют.

И мы пошли в сторону Кремля. Не потому что никогда его не видели, а просто там метро рядом. Кстати, если вы в Москве спросите про метро, то многие могут вам не показать куда идти. Поэтому вы всегда про Кремль спрашивайте. Кремль тут знают все и обязательно вас туда пошлют. А метро там по пути само отыщется, как по волшебству.

А мы прошли всю Маросейку. И пришли к ЦК ВЛКСМ, где оба пару раз бывали по делам.

Зима. Два уже трезвых и замерзших человека у ЦК Комсомола. Их водила молодость в варианте застоя. Холодно. И мы решили погреться в каком-нибудь подъезде. Нашли там за ЦК жилой дом, с офигенной широты парадной лестницей и такими же там подоконниками. С огромными и теплыми батареями парового отопления под ними. Сели и греемся. Тихо так. Но видимо недостаточно тихо, Потому что вышла из квартиры древняя просто буржуазно-дореволюционная какая-то старушка и стала кричать, что мы сволочи и справляем тут малую нужду.

- Побойтесь бога, мадам, - сказал Сашка, - вовсе мы тут не "нассали", мы ж интеллигентные люди, мы в ЦК Комсомола приема ждем, замерзли и зашли немного погреться.

- Насрали, значит, - убито резюмировала антисоветская старушенция и удалилась в свою квартиру шаркающей кавалерийской походкой вдовствующей королевы-матери.

Мы еще немного погрелись и пошли, к Площади Ногина. Метро уже открывалось.

40.

Рассказ от того же товарища, что и в истории: https://www.anekdot.ru/id/981763/.

"Даже чёрными красками надо рисовать свет."
Андрей Кивинов, при участии Сергей Лукьяненко, из книги "Ночь накануне".

Вообще, я не очень то приветствую, так называемый "фекальный юмор", но тут, уж извините, такой случай, что из песни слов не выкинешь никак. Да и история совсем и по-существу без акцента на этом. Может кого и покоробит, возможно излишне натуралистическая сцена, но, надеюсь, что люди здесь все взрослые, вполне отдающие себе отчет про прозу жизни и про то, что даже самые красивые девочки не какают фиалками...

Далее со слов товарища.

История опять стародавняя, в те еще времена, когда телефон, фотоаппарат и видеокамера были тремя разными предметами и с размерами, не позволяющими положить их в карман. Я еще по-прежнему кручу баранку в вневедомственной охране в далеком сибирском городе.

Часть 1-я (черная... и вонючая)

Предыстория.

Одна девушка, назовем ее Марина, студентка 5-го курса известного в городе ВУЗа, ехала ранним утром в машине со своим типа женихом.
Ну, как женихом? Это больше понты для подружек. Все эти женихи покувыркаться в койке горазды, а замуж никто не зовет, хоть и самая красивая на курсе, без ложной скромности. И с головой нормально всё, на красный диплом иду. Другие девки из группы уже все замужем, некоторые родить успели, а мне всё одна козлятина попадается. А время поджимает, скоро прощай общага и временная городская прописка, возвращаться в родную деревню, навоз месить, что ли?

С такими грустными мыслями сидела она на переднем сиденье новенькой Серегиной машины, который любезно согласился подвезти ее в институт. И ведь сука такая - ни слова о любви, еще и живот крутит. Ели и пили вечером и полночи, что-то экзотическое, вот теперь так хреново... Что же я такая дура невезучая...

И чем дальше, тем сильнее. Похоже не доеду до института. Ой, мамочка! Аж глаза на лоб лезут.
- Сережа! Останови, мне очень надо... - сдавлено еле сказала.
- Здесь нельзя, видишь знак... Сразу нарисуются. Подожди немного... - какой ждать, сейчас взорвусь... Ой-ой-ой... На первом же светофоре, вся в холодном поту, выскочила Маринка из машины, и последними неимоверными усилиями воли сжимая сфинктер, прошла-пробежала несколько десятков метров до дорожки в лесок, а там углядев огромную ель, целенаправленно устремилась к ней.

Ну, кто не понимает: Сходить по-большому в сибирском лесу зимой это целая проблема, снежный покров иногда больше 2-х метров и снег рассыпчатый на морозе - не утопчешь. Недаром над сибирскими охотниками прикалываются, что они без лыж даже дома в туалет сходить уже не могут. А Маринку, не понаслышке знающую тайгу, отец учил, что под разлапистой елью снега обычно мало и эту проблему можно запросто решить. Подойти к дереву и задом (аккуратно, чтобы с лап снег не стряхнуть) задвинуться поближе ко стволу и там уже разоблачаться и приседать. Иголками может и уколешь филейные места, но это много лучше, чем оными в холодный снег.

Шагнув с дорожки к ели, и сразу провалившись в снег до середины бедра, Маринка так и сделала, как в тайге. Согнувшись в полуприсяди - дунула от души, с бульканьем, хлюпами и прочими соответствующими звуками. И только собралась облегченно выдохнуть, уже спокойно продолжив процесс, как что-то ее потрогало за самое сокровенное. Причем конкретно так потрогало, вдумчиво. Подпрыгнув и отскочив в сторону, она увидела синюю руку, со скрюченными пальцами, торчащую из под огромной еловой лапы и самое страшное - рука шевелилась и тянулась к ней. От ее безумного вопля в соседнем лесу взлетела и закружилась с карканьем стая ворон, где-то тоскливо завыли собаки...

Начало моей истории.

Самое неприятное, если что-то случается под конец дежурства, когда уже предвкушаешь, как придешь домой и после душа вытянешься сладко под одеялом, а смена все тянется и тянется по какой-то, независящей от тебя причине.

В принципе, ничего особенного не произошло - примерно в семь утра сработала сигнализация на сберкассе, что иногда бывает по нескольку раз за ночь. Через пару минут подъехали, осмотрели - все нормально, никаких следов проникновения или попытки такового, но вот незадача - обратно на охрану (на пульт) вставать контора не желает. Такое тоже, редко, но бывает и есть процедура для таких случаев, мы со старшим едем за "хоз.органом" (ответственным работником предприятия, который закрывал или у которого ключи), оставляя на объекте своего сотрудника из экипажа, для охраны. По пути подбираем дежурного ОВО с райотдела и уже они вместе с хоз.органом изнутри перезапускают сигнализацию. Страхует нас в это время соседний экипаж.
Сперва подобрали дежурного, потом хоз.органа (пожилую, толстую тетку, которую в Уазик подсаживать пришлось). Едем на объект. Время около восьми утра, но только светать начинает, зима еще как-никак, а машин уже много и снег с ночи валит хлопьями, и жила тетка почти на другом конце города. Похоже, опять вовремя не сменишься.

Когда проезжали небольшой лесной массив, как бы разделяющий один район города от другого, и тронувшись от светофора, не успев толком разогнаться, старший вдруг резко:
- Тормози! - вроде чужой район и мы тут вообще по другому делу, но ментовские рефлексы и чуйка у Мишки всегда на высоте были. Не рассуждая, тормознул резко и прижался к обочине, позади стоявшей какой-то машины. Дорога широкая, многополосная, хорошо освещенная, машин в обе стороны много, я и не понял, что произошло. Только, когда Мишка открыл дверь и выскочил, даже не дождавшись полной остановки, услышал громкий женский крик. И столько в этом крике, безостановочном вопле было беспредельного ужаса, непритворного отчаяния и смертной тоски, что я аж вздрогнул и покрылся мурашками...
Дернул ручник и тоже выскочил.

По широкой, припорошенной свежим снежком дорожке, из леса ковыляя, пытается бежать молодая девушка в короткой, чуть ниже талии меховой курточке, с гримасой дикого ужаса на лице, в приспущенных почти до колен брючках, отсвечивая всеми прелестями, при этом вопя и жидко гадя на белье, спущенные брюки, сапоги на высоком каблуке, стреляя периодическими взрывами, и оставляя на белом снегу недвусмысленный след. За ней метрах в двадцати-тридцати двигается странными, скособоченными прыжками высокий мужик с каким-то неестественно коричневым лицом. Индус что ли? - мелькнула у меня несвоевременная мысль. Девчонка, увидев выскочившего ей навстречу Мишку, с разбега прыгнула ему на шею (образно) и зарыдала, прекратив, наконец, орать до звона в ушах. Мишка то, вообще-то выскочил маньяка задерживать и вовсе не ожидал такого поворота, поэтому застыл в недоумении, разведя руки в стороны (в одной автомат). Я их обогнув, рванул к мужику:
- Стой! - в голове прокручивались варианты, как я его сейчас завалю. Мужик остановился, в нескольких метрах от него остановился и я, ничего не понимая. У мужика, вязанная шапочка, лицо и передняя часть пуховика были уделаны жидким дерьмом с соответствующим резким запахом. Мужик вдруг упал на колени и начал остервенело оттираться снегом, попутно рыгая с жуткими и громкими спазмами. Вот бля..., чем же вы тут занимались...

Представьте картинку. На тротуаре дороги с интенсивным движением (хорошо хоть прохожих в этом месте почти не бывает), один мент с автоматом в руке обнимается с девкой со спущенными штанами, другой застыл, как статуя, в полном ахуе, а перед ним мужик на коленях поклоны бьет, руками обсыпая себя снегом. Случись это в наше время - камер на телефонах и регистраторов - стали бы мы с Мишкой невЪебенными звездами ютуба и эти ролики побили бы все мыслимые рекорды по просмотрам.

Я стоял, абсолютно не понимая, что же делать, только переводил взгляд, то на рыгающего мужика, то на красивую попку с отчетливыми границами загара и следами от резинки узких плавок, очень стараясь не опускать взгляд ниже середины бедер, навзрыд рыдающей девушки. Мишка застыл с мучительной гримасой на лице, только свободной рукой похлопывал по плечу, по-прежнему обнимающей его девчонки, приговаривая:
- Ну-ну... ну-ну...
Наконец с заднего сидения выполз дежурный старлей:
- Чего вы тут гражданочка? Отпустите сотрудника и немедленно оденьтесь... - девчонка отстранилась, скосила взгляд вниз и снова горько зарыдала. Ага, оденьтесь, а как? Как на себя ЭТО натягивать?

Мягко тронулась, но очень быстро уехала, стоявшая впереди машина, а я даже совсем непрофессионально на номера не посмотрел. Девушка, проводила ее взглядом, резко перестала рыдать, только протяжно всхлипнула и сказала неожиданно громко и зло:
- Вот козел ебанный! Уехал, сука... Даже из машины не вышел, гондон...
- А это кто? - задал я вопрос, чувствуя себя очень неловко, разговаривая с полуголой девушкой на дороге. Глаза так и норовили скоситься на темнеющий лобок, только мысль, о том что ниже - немного останавливала.
- Типа парень мой... Бывший теперь... - скривилась и на этот раз почти беззвучно, но очень жалостливо заплакала.
- Да, уж! Действительно, мудак редкостный... - я поднял глаза и увидел вытаращенные глаза тетки в машине, которая с непередаваемым ужасающим восторгом пялилась в окно, смешно расплющив нос и приоткрыв рот.
- Не бзди тетка! У нас каждый день такое... - подумал я про себя, повеселел и наконец начал действовать. Достал из под сидения какой-то древний, грязный и замасленный китель, который подкладывался, когда лазили под машину при ремонте. Стряхнул несколько раз и повязал рукавами на талии девушки, и все-таки не выдержал, бросил взгляд на лобок, девка то, очень стройная и красивая, несмотря на потекшую раскраску. Получилась вполне себе юбка с запАхом и запахом соответственно. Накинул еще ей на плечи свой бушлат. А запах уже не так шибал, то ли выветрился, то ли принюхались уже.

Мишка тем временем ругался по рации с нашей дежуркой (Дежурная часть РОВД), чтобы та ругалась с дежуркой этого района, чтобы та сюда прислала машину и похоже не очень успешно. Старлей подзуживал:
- Скажи им Миша, что мы сейчас просто уедем, нам на объект надо и смена уже закончилась...
- На ты, бля, сам скажи... - Мишка в сердцах кинул гарнитуру и выскочил из машины.

Подошел мужик. Шапку и пуховик уже снял, свернул в рулон изнанкой наружу, лицо и руки оттер-отмыл (красные стали, конечно, как советский стяг). Вполне себе молодой и симпатичный, лицо правда немного запитое, перегарчик жестко шибает и трясет его не по-детски:
- Спаси-и-ибо вам девушка! Честн-н-ное слово, замерз бы нахрен. Спасли, ей богу, хоть и таким экзотическим способом... - а улыбка у него хорошая. Но! Херассе постановочка! Тут дежурный не вовремя влез:
- Ну, рассказывайте, что у вас здесь за дерьмо...нтин такой... - и очень довольный своей глупой и неуместной шуткой, расплылся в улыбке. Очень мне захотелось, как в одной известной песне: "И оба глаза лейтенанту одним ударом погасить..."

Рассказ от мужика. Бухали мы на какой-то хате, крепко бухали, но решил я утром все равно уйти. Денег ни копейки, все пропили, до дому пять остановок, решил пешком дойду, но видимо переоценил свои силы. Смутно помню, падал постоянно, а как под елкой оказался уже выпало совершенно. Замерз бы точно. Сейчас не очень холодно, минус пять где-то всего, а к вечеру до минус двадцати пяти обещают, я прогноз видел. А я, когда напьюсь сильно, сплю беспробудно часов восемь, хрен поднимешь.
Очнулся - кто я, где я, что я... - совсем не понимаю, а по лицу что-то горячее течет, приятно... Я руку поднял, чтобы понять, что же там такое, но не разобрал - щупаю - что-то теплое, мягкое, нежное, как бархат... Но тут вонь, как нашатырь в мозгах взорвалась, прочистила, так сказать. До конца все равно не очнулся, соскочил, глаза разлепил, смотрю девушка бежит, кричит, аж в ушах звенит. Думаю, случилось чего, помочь надо бы... А тело словно и не мое уже..., а тут вы... Так, что вытащила меня девонька почитай с того света...

Тут опять влез дежурный:
- Заявление писать будете? Нет? Всё, мы поехали...
- Подожди ты, а с ними, что делать? - что-то этот старлей меня дико уже раздражал.
- Не наше дело! Сами разберутся...
- Блядь! Мы не люди, что ли? Куда они в таком виде и без денег (сумка Маринки осталась в той машине). И замерзли, вон, как трясутся...
- Я сказал поехали! Приказываю!
- Иди ты нахуй, товарищ старший лейтенант. И можешь на меня рапорт писать... - Мишка не вмешивался (они с Женькой мне еще за "балюстраду" не проставились), только отвернувшись от старлея, показал у живота большой палец. Я подошел к стоящим неподалеку Маринке с Сашкой. Сашка присел на корточки и снегом оттирал Маринке сапоги, что-то негромко говоря. А та стояла, закусив уже посиневшую нижнюю губу, с глазами полными слез и мелко дрожала.
- Куда вас довезти? В клетке (кандей, собачатник - отделение в задней части УАЗа для задержанных) поедете? Грязно там.
- Да хоть на полу! Вези ко мне, тут четыре остановки всего. А Маринке в общагу в таком виде точно нельзя, там глаз столько... Заклюют потом.
- И это... Спасибо брат! Век помнить буду!

Запашок в машине чувствовался сильно, тетка уткнулась в носовой платок, да пофиг, потерпим, не маленькие... Довез я их до самого подъезда, что уж там старушки-одуванчики на лавочке подумали...

А по городу поползли чудовищные слухи про банду ментов-маньяков, которые под дулом автомата, прямо на дорогах насилуют молодых девушек, а если те с юношей, то парней намаз заставляют делать в это время...

Часть 2-я (светлая)

Много лет прошло, я уже давно в ментовке не работаю, историю эту и помнить забыл, и в Москву перебрался, как знаете. Как-то на выставке в ЕКСПО (профессиональное оборудование) подошел ко мне мужик, подтянутый и прямо пышущий здоровьем, посмотрел пристально в глаза, улыбнулся и говорит:
- Привет тезка! Вот так встреча! - а я его совсем не узнаю, хотя..., что-то в улыбке неуловимо знакомое мелькает.
- Не узнаешь? А я тебя сразу признал, я тебя и тот день навсегда запомнил, до мельчайших подробностей. Помнишь того обосранного алкаша? И как ты старлея тогда послал...
- !!!... Да, ладно-о-о... Не может быть... Действительно, встреча...
- Если время есть, пойдем кофе угощу, расскажу, что дальше было.

Далее с его слов.

Спивался я тогда реально, летел, как говорится, под откос жизни, и с нарастающей скоростью. Работал в одной шараге электриком, а коллективчик подобрался - каждый день с утра бухали, до синих соплей. Все пропивал до копейки, и зарплату, и калымы. С мамой жил в двухкомнатной хрущевке и с ее пенсии тянул, она еще уборщицей подрабатывала по вечерам. Сколько горя я ей тогда принес...

Помнишь, уговорил я тогда Маринку к себе поехать. Сказал, что мама дома, пусть не опасается, и что в общагу ей нельзя в таком виде. Да и сама все понимала. Мама нас тогда в коридоре увидела:
- Ой, сынок... - и ушла, заплакав, в свою комнату. Думала, всё, край - бомжиху привел. Дал я Марине, как сейчас помню, таблетку левомицетина и в ванну отвел, чтобы помылась, постиралась. А сам умылся на кухне с хозяйственным мылом, чай крепкий заварил, хлеб черный порезал кубиками и в духовку засунул, чтоб до сухарей зажарить.

Вышла она из ванны, развесили все на батареях, она и шапку мою постирала, и пуховик замыла. Сели чай пить. Сидим, сухарики грызем - разговариваем. И пошла у нас вдруг такая откровенность, я ей про жизнь свою никчемную, бесперспективную и запойную, она про то, как с мужиками ей не везет. Час сидим, другой. Вот так души и вывернули на изнаночку, до мельчайшего закоулочка. А мне так хорошо, спокойно, даже выпить не хочется. И она такая красивая, хоть и простоволосая, не накрашенная, в мамином стареньком халате, а прекрасней не бывает, аж до дрожи в позвонках.
Мама раз заглянула - чай пьем, другой - чай пьем. Видать успокоилась, зашла спросила, что может покормить нас? Разглядела Маринку, поговорила немного с ней и отвела меня в другую комнату:
- Какая девушка хорошая! Саша! Это твой лучший шанс жизнь нормальную начать... Хватит меня в могилу сводить - да я и сам всё понимаю, вышел на балкон покурить и сказал себе:
- Баста! Больше не пью! - что у меня совсем силы воли не осталось? Ведь спортом когда-то занимался.

Так и просидели до вечера с чаем и разговорами. Все уже высохло давно, а я никак решиться не могу. Наконец, бухнулся на колени:
- Спасла меня сегодня, не бросай дальше, дай мне шанс. Я пить брошу, вернее уже бросил, хочешь курить тоже брошу? - схватил пачку со стола и выкинул в форточку.
- Если согласишься со мною встречаться, то больше ни капли и никогда! И на мужиков твоих бывших мне пофиг... - затуманились у нее глаза слезами, вздохнула тяжело:
- Давай Саша так: Три дня, если держишься, то приходи, если нет, то выгоню сразу, пойму мгновенно. Хороший ты человек, но слабый и врать не умеешь совершенно. Если сможешь, вообще отказаться от выпивки, то может и получится у нас с тобой, если нет, то бог тебе судья, не трави мне душу... - тут у меня слезы полились, она тоже заплакала, встала на колени и обняла меня. Так и простояли неизвестно сколько времени, оба на коленях, обнявшись и ревя, как дети...

Проводил я Маринку до общежития, не было ничего, даже намека на поцелуй. На следующий день (начал с зарядки) уволился из шараги, послав всех а-ля друзей-алкашей по известному адресу. Я вам всем покажу "слабый"!
С полгода назад ходила мама к лучшему другу покойного отца, просила, чтобы взял меня на работу. У того автосервис небольшой. А я датый пришел и сказал мне тогда дядя Иван:
- Хотел я тебя на курсы автоэлектриков отправить. Голова у тебя светлая и руки золотые, но дурак ты, раз пьяный ко мне пришел. Даже в память покойного Николаича - не возьму. Пошел вон. Мать бы хоть пожалел...

Пошел я снова к дяде Ивану. Подобрал по пути кусок трубы металлической. Зашел к нему в кабинетик, он посмотрел на меня с опаской, но с интересом. Сунул ему трубу в руки:
- Дядя Ваня, я пить бросил твердо и окончательно. Возьми меня на работу. И если хоть раз от меня запашок перегара учуешь, можешь пиздить меня этой трубой сколько захочешь, слова не скажу... - дядя Иван пожевал губами, и после паузы:
- Что за ум взялся, это хорошо, только взял я уже электрика, хороший мужик, грамотный... - настроение у меня упало, но сжал зубы - не получится здесь - другое найду, но выкарабкаюсь.
- Но есть у меня идея, хочу шиномонтажку небольшую пристроить. Пойдешь? Деньгами не обижу. И строить сам будешь.
- Пойду!
- Тогда я трубу эту в рамочку в кабинете повешу.

Подначивал меня в те дни чертенок в душе: Ну выпей, хотя бы бутылочку пива, никто же не узнает. Командовал я себе тогда: Упор лежа принять! И отжимался до изнеможения, как бы себя наказывая за крамольные мысли.

Стали с Маринкой встречаться и через полгода свадьбу сыграли. Три дочки-лапушки у нас уже, но мы не останавливаемся... Ха-ха.
Через полтора года открыл свой шиномонтаж. Сейчас уже несколько и автомойки. Вот теперь планирую магазин по шинам-дискам открывать. Но не пью вообще, ни грамма - тут у нас с женой уговор жесткий, трубу я у дяди Вани выпросил и ей подарил. А Марину мама любит больше, чем меня, просто души не чает, готова на руках носить, вместе с внучками, расцвела старушка, только и слышу: Какая у нас Мариночка умница-разумница, хозяюшка и рукодельница. И сам люблю безумно, до дрожи в коленях и каждый день поражаюсь - за что мне такое счастье? Теща с тестем, тоже замечательными оказались, старенькие уже правда. Я им квартиру в пригороде купил, перевез из деревни. Всё у меня отлично - видишь, как получилось.
И с того самого дня, переломившего и развернувшего мою жизнь, понял я одну главную вещь: Люди то вокруг - в большинстве своем хорошие и помогать готовы, только самому мудаком не надо быть.

А мораль такова: Иногда кого-то надо обосрать, чтобы спасти. И фигурально, и подчас буквально.

P.S.
Вот это товарищ выдал сегодня историю! Но есть одно "но". Отвел я его в сторонку:
- Здорово! А когда ты показывал, как она бежала со спущенными штанами и издавал соответствующие звуки, я вообще чуть не задохнулся. В тебе умер великий актер! А во 2-ой части девчонки наши аж прослезились... Только вот... Понимаешь... Читал я уже нечто подобное, давно правда, у писателя... Как его там? Ну, этот, по книгам которого "Улицы разбитых фонарей" снимались.
- Ха! Ты, что всерьез думаешь, что Кивинов все байки милицейского фольклора сам придумал? Ты когда читал?
- Да, точно. Андрей Кивинов. Я его лет двадцать назад, если не больше, читал.
- Слушай, но многие талантливые писатели "в народ ходили" и сюжеты оттуда черпали. И Шукшин..., и Шолохов..., и Куприн... Да много кто. И первоисточник почти всегда неизвестен. К тому же у Кивинова в книге 2-ой части точно не было.
- Ты хочешь сказать, что первоисточник это ты?
- Ну почему именно я? Там много народа было, целых шесть человек, плюс пересказывалось это многократно, и мною, и наверняка ими. И те кому рассказали, в свою очередь, могли дальше пересказывать... Ты мне не веришь, что ли? Что это со мною было? Я тебя когда-нибудь обманывал?
- Верю! Пошли за стол...

Ладно, придется верить - друг все-таки!

41.

Есть у меня зять, ну то бишь дочкин муж. Парень простой, неприхотливый и молодой, слегка за двадцать. А тут пришла зима и в наши края, что-то похолодало, пора доставать зимние вещи. Достал и он свою любимую куртку. Сколько лет он в ней ходил, история умалчивает, но очень уж она ему нравилась. Можно было одеть футболку и накинуть сверху куртку и ляпота! Жарища! Жена, критически оглядев сие изделие в этом году, вынесла вердикт…
Годится только как спецовка! Собирайся, и дуй покупать новую, ибо я с тобой в ЭТОМ даже ночью без фонарей гулять не пойду.
Пригорюнился добрый молодец, больно уж ему вещь люба была, но деваться некуда. Собрался. Ну, как собрался, лег на диван и полез в интернет куртку искать.
Моя дочь хлопочет по хозяйству, промеж дел слышит, муж по телефону с кем-то договаривается. Поговорил, подходит к ней довольный…
- Все, нашел точно такую же куртку, завтра заберу.
Она сразу заподозрила что-то неладное. Ну-ка, говорит, покажи..
Зять довольный открывает сайт бесплатных объявлений, где продают поношенные вещи и показывает, как две капли воды похожую куртку, даже состояние такое же. И с довольным видом говорит…
- Я позвонил этому мужику, хотел прямо сейчас съездить забрать, но он сказал, что только пришел с работы и еще не постирал ее. Поэтому завтра заберу.
Ну че, жена отхерачила его тапочком, а когда рассказала мне мы долго ржали…

42.

Gidon задал вопрос, почему готовая история в комментах. Озадачил... и в самом деле, почему. И вот, собственно, история.
Танковый полк человек 400, наверное, не помню. Соответственно, каждый весну/осень приказ, и около сотни дембелей едут домой партиями 10-15 человек. Все знают, как почетно попасть в первые и последние партии :)) В первые - значит служил, как надо и честно отдал долг Родине. Последняя партия - значит такой редкий мудак, аж завидно :)) Вот не помню, Камерер-то поди Новый год встречал уже за забором части, но еще на крыльце КПП :))). Но я отвлекся на Макса... неимоверно круто уехать не просто в первых партиях, а в партии № 1 и состоит она из 3-х человек. Прощание перед строем полка, слезы полковника, марш "Прощание славянки" и все такое. Еще раз отвлекусь - есть еще партия № 0. В ней едут те, за жизнь которых во время пути командиры опасаются - короче, гниды последние. Несправедливо конечно, что они домой попадают первыми, но мало кто жаждет занять их места. Это была преамбула.
Сцены и действующие лица - танковый полк, самоходный артиллерийский дивизион, 2-я САБ, командир батареи, он же комбат, батарейная "шишига", водитель здоровый бурят Тоха в звании ефрейтора.
Не-не, Тоха был отличный парень, в батарее и дивизионе у него было все ровно. Речь не о неуставных отношениях, а об отцах командирах.
Комбат был дерзок, была зима, двигатель на "шишиге" был мертвый (до Тохи еще). И вот комбат заявляет: "Тоха, переберешь двигатель, клянусь партбилетом - уедешь в партии № 1".
Не знаю, поверил ли ему Тоха, но двигатель перебирать надо было, комбата он, вероятно, уважал, точно сказать не могу - не прост был комбат... Короче, Тоха взялся за этот дембельский аккорд. Напоминаю, зима, резко континентальный климат Монголии, мороз за -40 практически ежедневно, насквозь промерзшие боксы. И Тоха. Голыми руками моет в бензине запчасти движка. Движок Тоха, естественно, перебрал.
И вот картина маслом. Весенний приказ, полк построен на плацу. На правом фланге стоит партия дембелей № 1. Гренадеры, красавцы.
Стоит замкомвзвод 1-го танового взвода 1-ой танковой роты в звании старшины, по-моему даже с медалью, но уж со всеми возможными и невозможными значками точно.
Вторым стоит старший сержант, писарь полка, а как же... традиции ломать нельзя... :))
Третьим стоит скромный младший сержант Тоха, не без значков, конечно, но до полковых суперстар ему далеко.
Как комбат это сделал - я не знаю до сих пор. В полку штук 30-40 капитанов, немерянное количество поломанной техники, до хрена всяких блатных...
Но факт остается фактом - в том дембеле места в партии №1 поделили 1-я образцово-показательная танковая рота, штаб полка, и скромная 2-я самоходная артиллерийская батарея артдивизиона полка.

43.

Кто же в детстве не верил в Деда Мороза? Вот и мы с друзьями конечно же верили, но к 1-ому классу разгорелись споры и вера в чудеса немного поколебалась.

А на Новый год я лелеял мечту. Дело в том, что осенью гостил в нашем посёлке парнишка из Москвы и привёз с собой игру "За рулём". Многие, наверное, помнят - круг полигон вращается и там машинка на магнитике. Это было ОЧЕНЬ круто. Включается ключом зажигания! Три скорости! После пары дней за рулем мы начали придумывать разные трюки: лихо проехать в щель по газону, где не было дороги, развернуться и прочее, главное за бортик не вылететь!

Все ребята разумеется стали выпрашивать эту игрушку у родителей, но достать её было очень нелегко. Если случался завоз в "Детский Мир", разбирали моментально, за считанные часы.

Свои будущие заказы Деду Морозу я обсуждал только с бабушкой, это был наш с ней общий секрет. И рассказал ей, что очень хочу эту замечательную игру, а она мне посоветовала просить лучше тёплые носки, потому что зима холодная выдалась.
Но носки меня интересовали слабо, и под бой курантов я нашептал кукольному Дедушке под ёлкой заветное желание и отправился спать.

А в новогоднее утро чудо случилось! Под ёлкой я обнаружил эту замечательную игру и весь следующий день мы с ребятами по очереди лихо выписывали повороты на третьей скорости. И многие скептики даже призадумались - раз родители такую игрушку достать не в силах, может это и вправду Дед Мороз?

Потом я конечно узнал, как батя мой обзванивал всех знакомых, кто возле крупных универмагов жил, как ему сообщили что игрушку в "Детский мир" завезли и как он тут же отпросился с работы, отстоял очередь и всё-таки успел её купить.

Спасибо тебе, Дед Мороз, за волшебный подарок и за ту детскую веру в Чудо!

44.

Слава Сэ

ЗИМА НА ПОРОГЕ.

Утешая женщину, хвалите её ни за что. Она красива и элегантна сама по себе, без документов и фактов.
Шаг второй - следует обматерить мужчину, который обещал счастье и наврал.
Третий шаг, белое вино, понятно.
Четвёртый – дать денег, отправить к морю.

Женщина всегда хочет к морю. Невзначай она жалуется на ненастье. Покашливает выразительно. Зябко кутается. Измеряет температуру, свою и на улице. Оба градусника показывает молча, но со значением. Если же говорит прямо "я замёрзла, отвези меня в Канны", значит вы чурбан бесчувственный.
Жара на даче женщине не подходит. Хороший климат начинается не ближе чем за тысячу километров от дома. Лишь где-то в Таиланде, ко всему прилипая, за минуту до теплового удара, женщина говорит заветное "как же здесь хорошо!"

Я не люблю обобщений, поэтому возьмём конкретную мадам Попову. Её муж, месье Попов, в рамках улучшения отношений отправил жену на курорт. Через месяц получил письмо:
"Вынуждена задержаться. Пришли ещё денег."
И всё. Никаких "целую в бусю". Ни "твой хомячок", хотя бы. Холодная точка в конце. Похожая на дырочку от пули.
Попов заподозрил неладное. Но на юг не поехал. Скакать куда-то, хлестать по щекам незнакомых цыган не позволила северная гордость.

Теперь о том, как утешать Попова.
Мужчины любят факты. Хвалить надо в конкретных цифрах. Слова "всего двенадцать литров на сотню!" лучше, чем "какие красивые у тебя глаза". Это странно, но свойства автомобиля/ружья/велосипеда мужчина приписывает себе. А за рост, лысину, талию и аппетит отвечает жена.
"Сам-то я не толстый, просто она меня раскормила", - объясняет мужчина историю сплющенного мопеда.
Ещё раз, качества железяк – заслуга мужчины. А толстожопие и косоглазие суть проделки жены. Так что хвалите его фрезерный станок.
Второй шаг, напитки. Тут понятно, на сухую о любви не поговоришь.
Третий шаг – следует похвалить женщину, которая сделала человека несчастным, как и обещала в ЗАГСе. Нужно сказать – "твоя грымза потрясающая женщина, всё-таки!".
Объясню: быть брошенным потрясающей женщиной почётно. Называя же беглянку глупой курицей вы намыливаете другу петлю. Запомнили? Бабу – хвалим!
Четвёртый шаг: никуда не едем, пьём на месте.
Составив себе этот психологический конспект, я отправился утешать Попова. Дело было прошлой зимой, в холода. Попов живёт в Кокорякино, в доме с привидениями. Некая бабка померла, теперь перекладывает с места на место инструменты Попова. Всё приходится искать, особенно носки. На дальнейший рассказ бабка не влияет, хоть и участвует.
Попов признал вину. Он не смог объяснить жене красоту холодного климата. Прорубь после бани, мороженое в январе. А голоногие проститутки на морозе! А выносить мусор в трусах сквозь снежный буран? Где ещё такое возможно?
Сам Попов всегда готов отморозить руку, выкашлять лёгкое или схлопотать ангину, хотя бы. Он рад вернуться домой, звеня остекленевшими ушами. Настоящий патриот.
Я возразил: женщинам, особенно красивым, французская жара нравится, а наше не нравится вообще всё. Этот гендерный диморфизм надо принять и смириться.
Расхвалив таким образом жену Попова, я перешёл к возвеличиванию устройств, входящих в личность самого Попова. Расскажи, говорю, про свою замечательную печь! Можно ли с ней пережить оледенение?
Попов описал устройство печи. Кратко, без индийских танцев, но с ожогами и прищемлением пальца. У печи три дверцы и пять заслонок. 36 режимов работы плюс форсаж. Работает на картофельных очистках. Попов показал, как запускается этот звездолёт.
Он побежал по этажам, регулировал заслонки по таблице, напустил дыму. Дышать в форточку не разрешил. Спросил, не сошёл ли я с ума, выпускать тепло на улицу. Пришлось лечь на пол, что само по себе согревает. Он снова бегал, двигал какие-то рычаги. Когда воздух в доме закончился совсем, Попов сам выскочил в окно. Я вывалился следом. Мы оказались в яблоневом саду. Ночь, мороз. Привидение бабки опустилось рядом. Судя по синей коже, призракам тоже нужен воздух.
Печи других кокорякинских домов не столь технологичны. Они пускают дым в трубу. В безветрие деревня пахнет паровозом. Попов сказал, воздух-то, воздух какой у нас замечательный! Он по запаху определил, кто из соседей топит дровами, кто углём, а кто газетами, и что в этих газетах написано. Жизнь на природе развивает в человеке множество ненужных навыков.
В эту ночь дым отечества был так себе. Как, впрочем, и климат отечества. Вдруг, за забором, из-под куста поднялся человек. Постоял немного и ушёл.
- Это Серёга. - сказал Попов. – У него канализация замёрзла. Он всё теперь делает в саду, закаляется. В нашей деревне никому великое оледенение не страшно. Вон там (указал на Зюйд-Вест) в сугробе спит Володька. Устаёт на работе. От него тоже жена ушла, к армянину. Моя хотя бы с французом сбежала. Климат им не тот. Нормальный климат, я считаю. Тульская область третий год подряд возглавляет список жарких стран. Со второго по пятое июня, особенно. В эти дни, если закрыть глаза и нос, и как-то слепней отогнать, Кокорякино не отличишь от Сен-Поль-де-Ванса.
Я повторил все стадии утешения. Похвалил жену, потом печь. Ещё сказал, с точки зрения женщин Заполярья - мы знойные южане. Если в брачную газету "Гормон Якутии" написать про дом в под Тулой, цунами из невест выбьет сиськами ворота.
Мы стали фантазировать о том, какие мы клёвые с точки зрения женщин Якутии. У нас слишком богатое воображение. Оно заменяет нам реальность. Мы боремся с погодой, чтобы не бороться за любовь. Нет бы поехать, настучать в дупло соперникам. Мадам Попова обрадовалась бы такому вниманию. Ждёт ведь, надеется что муж приедет, сверкнёт глазом, обматерит. Вернёт домой, подарит новую фуфайку. Окурит дымом картофельных очисток. Да мало ли у нас ещё способов любовь выразить.

45.

Старая это уже история, и дед у меня умер в 2010, земля ему пухом, а поделиться как я ее записал за год до его смерти, в 2009, хочется.

6 февраля 2009 года моему деду исполнилось 94. Он по-прежнему жил в Казани, почти не ходил, и очень плохо видел. Говорил я с ним по телефону не часто - он не мог сам держать трубку, все-таки и его достала эта чертова болезнь Паркинсона. Когда я очень скучал, то просил маму подержать телефонную трубку у его уха. Тогда мы с ним и перебрасывались несколькими фразами. А говорить с ним было не сложно - ум у деда оставался по-прежнему ясный, и его чувство юмора никуда не пропало.

Он родился в 1915 году, в Одессе, а детство провел на Голой Пристани - в доме своего отца, Петра Тимофеевича Сидорова, главного управляющего массандровских винных подвалов Его Императорского Величества.

Дед же мой много что за свою жизнь повидал. И убитую красноармейцами маму - в ту злосчастную ночь 1927-го, когда по их душу пришли, а Петр Тимофеевич, мой прадед, отстрелялся, и ушел с гувернанткой и подростком-дедом по к счастью замерзшему Днепру. Моя прабабка, дедова мама, Мария Кремли-Сидорова, увы, тот налет не пережила. Потом у деда с прадедом был Ташкент, тиф (дед два раза болел) потом много еще чего, и, наконец, Казань.

Прадед был мастером своего дела, виноделом высшего класса, так что меня не удивляет, что его не посадили, не расстреляли, а назначили директором казанского винодельного завода. Трясли НКВД-шники их, правда, регулярно, но всегда без толку. Прадед мой не с той службы на новый пост пришел, чтобы воровать начать.

А дед закончил рабфак, и, работая слесарем, поступил в КАИ, уже имея корочки мастера 7-го разряда. Талантливый он был, механик от бога, хотя и придирчивый. Бабушка его потом часто миллиметром называла, хотя на мой взгляд - микроном было бы правильнее. Отучился в КАИ он как-раз к началу войны.

30 июня 1941 он женился на моей бабушке, Евгении Яковлевне Майоровой, тогда студентке казанского финансового-экономического (мы этот институт в Казани "кофейником" называем), и сразу со свадьбы ушел делать сначала Катюши, а потом самолеты-штурмовики на казанский авиационный. Два раза сбегал с завода, хотел на фронт попасть - возвращали. Слесарь 7-го разряда - это не шутка.

В 1943 родилась моя мама, а в 45 война закончилась. Дед поступил в аспирантуру, защитился, и в конечном счете стал доцентом на кафедре аэродинамики в своей альма-матер. Эту самую аэродинамику студенты долго потом еще сидородинамикой называли. Были у студентов на то причины.

И вот в Казани, уже в зрелом возрасте, далеко за тридцать, подцепил мой дед страстишку. Да нет, не то, что вы подумали. Курить он бросил еще в 25 лет, когда почувствовал, что втягивается, к вину относился всю жизнь как к деликатесу, хотя все марочные вина безошибочно распознавал с первого глотка. Я ему, уже будучи аспирантом в Праге, как-то из Венгрии, из какого-то погребка, его родной массандровский мускат билый червонного каменю привез. Опознал дед вино, даже не попробовав, по запаху. Хотя на то, что в России тогда под этим названием продавалось, он ругался по-черному. Да и еще бы. Виноград под этот мускат ведь дедов дед, Матвей, в Крыму приживать начал, и моему ли деду было не знать, как тот мускат пахнуть должен? Что и как у деда с женщинами было - мне не ведомо, не спрашивайте, так что, о страстишке я пишу совершенно о другой.

Мой дед подсел на грибы. Точнее, на тихую грибную охоту. И так подсел, что до самого конца, пока ходить мог, от страсти своей не отказывался.

У деда к грибам своеобразное отношение всегда было: для него достойных пород существовало всего четыре - белые, грузди, подгруздки, и рыжики. Только в начале июня он возил нас всех на подберезовики - до белых нужно было подождать, а грибы собирать ему хотелось всегда, и длинная зима его раззадоривала так, что мало не покажется.

Всем своим грибным местам дед давал названия: Змеиная горка (там он с гадюкой за боровик спорил), первая, вторая, третья Грива (представления не имею, почему так он эти места назвал, это все подберезовиковые раздолья были), львиный холм (отдельная история, не поверите, но там к моей бабушке львенок выскочил, и лизаться с ней стал. Это его работники казанского зоопарка на природу вывезли, а он, поросенок, отвязался). И общепринятое название - Кордон. (Был у нас недалеко от дачи какой-то кордон в какое-то время, так название и закрепилось).

Меня дед к собиранию грибов приучил в возрасте, когда я не то что говорить, я и ходить толком-то не умел. А режим у нас был строгий. Перед "грибалкой" вставать нужно было так, чтобы успеть на первое место еще до восхода солнца. Почему так? Точно не скажу, но дед на своем твердо всегда стоял. А потом отмахиваешь километров 20-30 с ним, по всем местам, и тащишь на себе корзинку с тем, что собрал, сам тащишь. Думаете, тяжело? Да ни фига! Да я бы драться сразу полез, предложи мне кто эту корзинку за меня понести. Мое! Я нашел! Не трогай!

Вот, как-то мы на эту змеиную горку и поехали, перед рассветом. Место это в сосновом бору - красиво там очень, ну, да мне, пятилетнему карапузу на крастоту тогда наплевать было. Я грибы искать приехал. Дед убежал сразу по своим местам, а бабуля-Женя со мной осталась, конечно. Вот мы с ней и пошли, вперевалочку. Она мне сказки рассказывала, и мимоходом упражнениями по математике напрягала, а я башкой во все стороны крутил. Вот крутил-крутил, и остолбенел вдруг. Потому что увидел огромный, роскошный боровик. Воооот тааакой!!!! И застыл на месте. Бабушка боровика сначала не заметила, почувствовала, что я остановился, и меня за руку дерг - а я все стою, рот раззявя. Она тоже посмотрела. Там сложно не заметить было, это был гриб-грибов, и совсем не старый, кстати, не боровик - а мечта грибников. Подошли. Бабуля присела, а я скакать начал, вопя: "Гриб нашел, гриб нашел!" Даже и не вспомню, когда у меня еще такое счастье было...

С дедом встретились часа через два. Что-то он собрал, конечно. Но когда он увидел моего боровика-чемпиона, только руками взмахнул. Я был такой гордый!)))

По возвращению все белые мы обычно сушили над плитой на зиму, разрезав их на дольки. Но, видимо я так смотрел на своего красавца-боровика, что дед сделал для него исключение. Мы его засушили целиком. А потом я отнес этот сушеный гриб в свой детский сад, и нам всем, всей малышне из моей группы, наша детсадовская повариха сварила из него суп.

Я грибов в самом разном виде много покушал, но вкус того супа помню до сих пор.

Да, самое главное. В последний раз когда я с дедом разговаривал, он меня спросил: "Помнишь тот твой боровик на Змеиной горке?" Я сразу понял, о чем он. "Да", - говорю, - "А что?" Дед с ответом задержался, рука у него сильно тряслась. Дерьмовая это болезнь Паркинсона, все-таки. Но потом он собрался, и вдруг спросил: "Ты если приедешь, свози меня туда, а? Вдруг там еще один такой боровик вырос?"

46.

Одна молодая домохозяйка по имени Оля надумала открыть своё дело. А точнее говоря, магазин товаров для взрослых. Ситуация к этому полностью располагала. Во-первых, Оле жуть как надоело сидеть дома. Во-вторых, такой магазин сам по себе придавал её делу в высшей степени романтическую окраску. И, наконец, в-третьих, Олю очень любил муж, который, выслушав её креативную бизнес-идею, задумался, печально вздохнул, но денег дать согласился.
Несколько зимних месяцев ушло на изучение Олей специфики торговли и поиск поставщиков. К весне она заарендила подходящее помещение, заказала товар, наняла пару продавщиц, и работа началась.
И сперва, надо признать, дела вроде даже и пошли, но вскоре грянул очередной кризис и, то ли народ стал грешить меньше, то ли начал экономить на игрищах и рукоблудить по старинке, но только продажи падали как озимые.
Затраты же напротив росли как снежный ком и уже к осени, подбив цифры, Оля с горечью осознала, что её креативный стартап накрылся, если можно так выразиться, своей же собственной продукцией. Бизнес пришлось сворачивать.
Тут вы наверняка все удивитесь, мол, как это можно в нашей блядской стране разориться на таком ассортименте?
Увы, как выяснилось, можно и на таком.

Часть товара удалось распихать на реализацию по конкурентам, а оставшееся сложили в коробки и свезли в гараж, надеясь как-то допродать после. И ещё какие-то силиконовые изделия, что нельзя было хранить при минусовой температуре, пришлось увезти домой.
Муж ржал над коробкой всю дорогу, называя её содержимое "летней" резиной и, держа её перед собой словно святые дары, торжественно занёс в квартиру. Оля, стараясь не обращать внимания на его шутки, засунула коробку под стол и понемногу все про неё забыли и только их пёс иногда подходил, подозрительно принюхивался и даже тихонько рычал, словно что-то предчувствуя.
Со временем все эти Олины неприятности затёрлись, пришла и прошла зима, за ней весна, наступило лето и супруги решили съездить куда-нибудь отдохнуть. Тем более, как раз подвернулся подходящий турецкий оллинклюзив.

Приглядеть за собачкой попросили семью пожилых пенсионеров, что жили снизу. С дедом, высоким, ещё крепким стариком, муж по-соседски приятельствовал и иногда подвозил на дачу.
Те были не против, им как раз подкинули внучку-первоклашку, что с восторгом согласилась гулять с собакой. Супруги спокойно отбыли на отдых, и уже к вечеру несмотря на дождик дед с внучкой впервые вывели пёсика на прогулку.
Правда гуляли они недолго, начался дождь, даже гроза и пёс, испугавшись грома, сам запросился домой, где сразу забился под стол. Внучка бросилась за ним и доставая, умудрилась опрокинуть коробку с бывшими Олиными комплектующими. Оттуда что-то выпало, внучка подхватила и с криком: «Смотри, деда, у них тоже такая штука есть, как у Кати!» — ткнула в лицо деду чем-то розовым и потащила пса в ванную. Очевидно, она где-то видела модную сейчас среди собачников вещь - лапомойку, приспособление для чистки собачьих лап после прогулки. Что-то типа резинового стакана с крышкой и отверстием в ней. Наливаешь туда воды, суёшь лапу, крутишь и силиконовые щёточки внутри быстро очищают её от песка и грязи. Довольно удобная замена тазику с тряпкой.
Дед без очков лапомойку особо не разглядывал, а пёсика вообще не спрашивали, так что процесс пошёл.

Но, как вероятно уже смекнули наиболее смышлёные читатели, это была не совсем лапомойка. А точнее говоря, вовсе и не она. Хоть это изделие и походило на неё внешне, но предназначалось оно не для мытья собачьих лап, а для гораздо более интимных операций преимущественно одиноких мужчин. А если отбросить ложный стыд, то функционально это было именно то, что Кама-сутра по-восточному цветасто именует «нефритовыми вратами».

Две недели Оля с мужем наслаждались южным солнцем, тёплым ласковым морем, экскурсиями и добротной турецкой "шведкой".
Две недели, тщательно вычищая грязь, дед с внучкой добросовестно мыли псу лапы нежно-розовыми «нефритовыми вратами». К чести собакевича, надо сказать, что он всякий раз неистово сопротивлялся и громко рычал на своих попечителей.

К дню возвращения супругов с Турляндии псевдо-лапомойка заметно обтрепалась, но всё же не развалилась, стойко выдержав все беспощадные ежедневные процедуры. Её чисто вымытую, но всю уже истёртую и ободранную Оля обнаружила водружённой на раковину в ванной. Оля даже вздрогнула и позвала мужа. Муж присвистнул и посмотрел на Олю.

В этот момент в дверь позвонили. Как раз пришли дед с внучкой, вернуть ключи и заодно предложили выгулять собачку. Супруги снова переглянулись и дружно уставились на деда. Было заметно, что смотрят они по-разному - муж с некоторым уважением, жена с плохо скрываемой опаской. Пёсик же при виде гостей радостно гавкнул и Оля, пожав плечами, погулять им разрешила, но сама на всякий случай присматривала из окна.
К счастью, ситуация разрешилась сразу после прогулки, когда внучка привычно забежав в ванную и налив в "лапомойку" воды начала стандартный процесс собачьей чистки.

Муж согнулся пополам и, всхлипывая как конь на конопляном поле, скрылся в спальне, откуда так страшно и громко хрюкал, что даже пёсик не выдержал и залаял. Оля держалась.
Когда соседи наконец ушли, супруг вышел из спальни и плача от смеха повалился на диван.
— Оля, — свозь слёзы еле проговорил он, — он же сейчас может в суд подать… за домогательства!
Тут Оля не выдержала и упав рядом на диван тоже закатилась диким хохотом.
На шум из прихожей прибежал пёс. Смеяться он не умел. Поэтому просто дружелюбно глазел на хозяев и махал хвостом.
© robertyumen

47.

Про нерентабельных курей.

Тебе лет 12 и ты ещё не совсем понимаешь, что значит заботиться о живой душе, но всё твоё существо требует - хочу цыплят! А почему? А хрен его знает! Вот ты уговорил родителей и бабушку на этот геморрой, и едешь на птичий рынок, с замиранием сердца предвкушая пищание этих пушистых комочков... Вот ты выбираешь их, стараясь украсить стайку красочными (в будущем) и коренастыми голландцами... Вот ты везёшь их к бабушке в дом и теперь это уже часть твоего бытия, несмотря на то, что сам ты живёшь (хотя нет, ночуешь) в панельном бетонном муравейнике...

Вот ты сажаешь их в коробку из под огромного "Рубина", обогреваешь когда-то модной фиолетовой лампой, компенсируя мамку-клушку, но, при этом, под руководством отца следишь за тем, чтобы не перегреть... Вот они подрастают, крепнут и ты переводишь их в сарай, в заботливо приготовленный небольшой загон, который ты сбил из обрезков фанеры, принесённых отцом с завода. Ты сходил к дяде Боре на пилораму, набрал пару мешков фуганочной стружки, перевалил через раму своей ржавой "Велы" и везёшь их к бабушке в сарай, надеясь, что одноклассники (и, особенно, одноклассницы) не увидят тебя и не будут чмырить...

Но как же это здорово! Прийти в этот сарай и просто быть там... Между досок просачиваются засыпные опилки, повисая в паутине тут и там... Плохо закрывающаяся дверь, с которой началась твоя силовая тренировка... И везде история... История твоей семьи. Ведь этот сарай строил твой прадед. На совесть строил, для себя. В углу стоят огромные напольные часы с навеки остановившимся стрелками... Когда-то это была роскошь! Теперь рухлядь... Между досками торчит ржавый зазубренный серп и ты понятия не имеешь, что с ним делать, кроме как сшибать верхушки поросли клёна... Под верстаком стоят механические весы со стрелками-утками, а рядом привалился непонятно откуда взявшийся мельничный жернов. Ты не совсем понимаешь, что это за вещи, откуда они и зачем, но ты ощущаешь, что это твой мир. Этот мир пахнет прелыми опилками и старым деревом, освещён тёплыми тонами сороковатовой лампочки, а теперь ещё и озвучен пищащими цыплятами, которые уже готовы поспорить с тобой о том, кто здесь хозяин...

Но хозяйка здесь овчарка Лайда. Она хоть и на цепи, но зверь грозный. Тем более, что время от времени эта цепь рвётся под её мощным напором. Вот тогда - держитесь цыплята и все незванные гости! Нескольких цыплят погрызла, одного удалось вырвать буквально из зубов. Вот ты смотришь на этот прокушенный зоб, через который вытекает проглоченная вода, и на глаза наворачиваются слёзы... Ты берёшь у бабушки из пропахщей фурацилином коробки йод, бинт и вату... Початую бутылку водки из холодильника, иголку и нитку... Тебе говорят - утопи и не мучай живность. А ты не можешь. Ты промываешь рану водкой, окунываешь нитку туда же, над газовой плитой греешь иголку (ага, насмотрелся фильмов), и зашиваешь порванный зоб, заливая всё это дело поверху йодом. И цыплёнок живёт ещё несколько дней на удивление всех взрослых... Но время летит и жизнь, как и смерть, неумолима.

Они быстро подрастают, превращаются в хорошеньких молодок и уже выходят погулять во двор. Перестают пищать и постепенно превращаются в кур... Это удивительно! Был просто жёлтый пищащий комок, а теперь набрал все цвета радуги и откуда-то даже набрал горделивую стать! Ты радуешься, когда они с шумом ломающихся куриных голосов несутся тебе навстречу и буквально вырывают друг у друга то, что ты им принёс. Ты ощущаешь себя нужным, может быть даже в первый раз в жизни, и это греет душу. Ты понимаешь, что нет для цыплят на свете лучше лакомства, чем дождевые черви, и перелопачиваешь в поисках сего угощения для них всю компостную кучу под плохо скрываемые матюки твоей бабушки, приготовившей этот перегной для драгоценных помидор.

Тебя не напрягает то, что теперь надо чистить за ними каждую неделю, и запах куриного помёта не вызывает сморщенное "фи". Скорее, это запах особенного уюта. Регулярные походы к дяде Боре за стружками - нормально, ведь мужик он весёлый, и хоть подшучивает над тобой - тебе его шутки в радость. Тебе нравится ухаживать за своими новыми питомцами и ты бежишь сюда после школы, несмотря на то, что навёрстывать уроки придётся ночью. Это природа, мать её так. И она тянет тебя к себе, пока ты ещё не огрубел и не покрылся трещинноватыми струпьями урбанизма... А пока ты счастлив.

Наступила зима. Сбросив ранец в сенях у бабушки, натянув дедов поеденный молью видавший виды тулуп, похрустывая отцовскими кирзачами по свежевыпавшему снежку, ты заходишь в этот сарай... Свой сарай. Здороваешься с нахохлившимися на нашесте курами, прижавшимися друг к другу. Тебе пофигу на их интеллект. Тебе кажется, что ты понимаешь их, а они понимают тебя. Берёшь какую-нибудь курУшку (а ведь они бывают нервными!)... Греешь её дыханием, чувствуешь, как бьётся её сердце... Заглядываешь в половинки старого чемодана, где ты устроил им гнездо, роешься в поисках свежеснесённых яиц. А ни фига! Не понравился им чемодан, провонявший не то нафталином, не то формальдегидом. Им сподручнее на сеновале. Ведь там - гора ароматнейшего сена. И ты соглашаешься с курами! В таком сене ты и сам готов нестись, если б смог. Сено правильное, зелёное, высушенное в тени и, обязательно, с клевером, дающим тот особенный сладковатый аромат. Сам бы сжевал! ))

Пережив холода, ты уже не ждёшь ручейки для корабликов. Ты прислушиваешься к своим подопечным курятам - а не заквохчет ли кто? Найдя клушку, ты подкладываешь под неё яйца покрупнее и с ней уже разговариваешь посерьёзнее. А то! Ведь это будущая мать семейства. Строгая, но справедливая. Ты ставишь метки на календаре и с нетерпением ждёшь... И вот оно!!! Счастье! Вылупились! Один, другой, третий!... Ты аккуратно убираешь скорлупки, стараясь не тревожить оставшиеся яйца... И!.. цикл повторяется.

Рентабельность? Чёрта с два. Но простое детское счастье - на 100%. Это те эмоции, за которые стоит платить.

48.

У людей не бывает окраса.

Все события случайны, все совпадения вымышлены. Кошка тоже. И очень, очень давно.

Ирина и Решат - люди совершенно небогатые. Ирина на треть полицейский, то есть сутки через трое сидит в наушниках на пульте вневедомственной охраны с зарплатой тысяч в пять (точно не знаю, когда-то было две с половиной, должны были за это время немного повысить) и ведет домашнее хозяйство, Решат днем работает водителем в государственном учреждении, а по ночам и выходным бомбит по вызовам в "радиотакси".

Они говорят, что за всю жизнь у них всего два стоящих приобретения: семилетняя дочь Яна, занимающаяся художественной гимнастикой, и годовалая собака-далматин Лорд, ничем полезным не занимающаяся. Причем если Яна - самое любимое их приобретение, то Лорд - самое дорогое.

Яна, девочка умная, воспитанная и дисциплинированная. Воспитанная и дисциплинированная до такой степени, что любимый бутерброд с икрой съест только после двадцати минут физических упражнений без всяческих родительских напоминаний. Чтоб не растолстеть и не выйти из маминого образа художественной гимнастки.

Лорд, как по слухам и все далматины, собака не то что бы умная, но исполнительная. Скажут ему "сидеть и сторожить" будет сидеть и сторожить, пока хозяин за ошейник от места "сторожения" не оттащит, при этом пес будет упираться всеми четырьмя лапами вместе с хвостом, мордой выражая недоумение: "чего тащишь-то, я же работаю еще". Что он сторожит Лорд не совсем понимает. Людям улыбается и позволяет брать любой предмет в области досягаемости его зубов, кроме собственного поводка.

Лорд очень любит маленькую хозяйку, Яна - жить не может без этой собаки. Оба они очень элегантны и стройны. "Как мама". А тут после того как Решату на несколько дней попался очень выгодный клиент, они стали похожи. Яне подарили исключительной красоты ослепительно белую шубку с яркими черными подпалинами. Такие же сапожки-валенки и белую с черным шапочку. Встречные оборачивались на улице, видя такую девочку вместе с таким псом. Злые же люди что-то там бормотали насчет второй собаки и происхождения шубы. Очень уж были элегантны Яна и Лорд. Элегантны и молчаливы. Слова из них бывало не вытянешь из обоих.

Для всех женщин, даже для очень и очень юных, все новые шубы, да и не только шубы, а просто все новые вещи очень похожи на собак. Вещи, по мнению женщин, тоже нуждаются в частом выгуливании. И тут женщинам везет. Стоит купить шубу, как на улице наступает зима с пронизывающим до костей ветром, морозом и снегом. Стоит приобрести купальник - так на улице все тает и открываются пляжи. В нашем случае уже наступила осень, подул тот самый холоднющий ветер и надвинулись совершенно черные тучи. Самое время, чтоб сходить в новый торговый центр за продуктами. Втроем. Мама собака и дочь.

Новый торговый центр напротив старой березовой рощи на дверях имел четыре запрещающих таблички с перечеркнутыми запрещенными элементами: сигаретой, мороженым, собакой и роликовыми коньками. Курящим собакам на роликах сюда нельзя, - шутил Решат, - особенно, когда они с мороженым. Решат шутил, а Ирина с Яной попросту привязали Лорда к березовому дереву в березовой роще, перешли дорогу и, оглянувшись на выделявшегося белым пятном на фоне недавно завезенного чернозема Лорда, углубились в изучение торгового ассортимента.

Очень много написано про две вещи. Про женщин в магазинах и про резко континентальный климат Урала. Тут и объяснять ничего не надо. Все и так это знают. Никто и не удивится, когда я скажу, что за время пребывания девчонок в магазине черные тучи выжали резкий снежный заряд и противная осенняя слякоть покрылась непрочным, но очень белым ковром. Только кое где выглядывали черные комочки земли.

Так что очень красивую картину увидели Ирина с Яной, когда вышли из магазина. В картине не хватало одного. В картине не хватало Лорда. Он пропал. Береза, к которой был привязан пес, есть. Вокруг все березы на месте, а собаки нет и мимо ходят очень подозрительные люди.

- Лорд, - робко позвала Яна, - Лорд, Лордушка, ты где? Мам, у нас Лорда украли? - глаза ребенка начинали наполняться слезами, - а может он сам сбежал, испугался снега и сбежал?

- Не волнуйся, все хорошо будет, никуда наш Лорд не денется, - успокаивала дочь Ирина с такими же слезами, но в голосе, - я сейчас папе позвоню, он приедет и всех найдет.

Ирина достала из сумочки сотовый телефон и принялась нажимать кнопки. От волнения кнопки нажимались плохо.

- Мам, я пока сама его поищу ладно? - спросила Яна.

- Через дорогу аккуратней, - автоматически напутствовала мама, глядя в телефон, - и далеко не уходи.

Набрав, наконец, номер Ирина приложила телефон к уху и… Теперь ей стало видно. Что в красивой картине только что выпавшего снега теперь не хватает двух вещей. Если раньше в ней не было любимого далматина то теперь не было и любимой дочери. Руки у Ирины опустились, сотовый выпал из онемевших пальцев.

- Пропала! - подумала Ирина в слух, - дура! Какая же я дура! Разве можно ребенка одного отпускать искать собаку? Найду, убью обоих, - закончила она мысль и устремилась через дорогу в сквер. На поиски.

В лежащем на чистом снегу недорогом телефоне раздавался взволнованный голос Решата: Ира, что случилось, Ира? Почему ты молчишь? Я сейчас буду.
Трубка немного погудела отбоем и выключилась.

В этот безусловно трагический момент Ирина добежала до первых деревьев. Она намеревалась раскатать все зеленые насаждения города по брёвнышку, приподнять все газоны и асфальтовое покрытие, но найти ребенка. И собаку, если получится.

И вот добежав до первых деревьев широко распахнутыми глазами, полными таких намерений и ужаса, Ирина внезапно увидела Яну. Девочка сидела на корточках и обнимала за шею совершенно невозмутимого Лорда.

- Вы откуда здесь? - выпалила Ирина, - вас же здесь только что не было?

- Были, мам, - весело сказала Яна, девочка не только дисциплинированная, но и очень сообразительная, - и Лорд никуда не пропадал, у нас просто окрас такой, что нас на снегу не видно.

- У людей не бывает окраса! - успокаиваясь заявила мама, - людям шубы такие покупают.

Они отвязали пса, перешли дорогу и подобрали телефон. Ирина уверено набрала номер мужа и не слушая спросила строго: нет, ты мне скажи, ты дочери эту маскировочную шубу специально купил, чтоб я ее на снегу найти не могла, да?

Кошка? Какая кошка? Ах, да. Яна недавно вышла замуж, у них с мужем нет собаки, но они не переживают по этому поводу. У них кошка есть. Белая.

49.

Давно это было. Или: Первый опыт путешествия на плоту по реке.
Год 1975….1978 (Точнее сказать не могу, забыл).
Мы - народ артельный,
Дружим с топором.
В роще корабельной
Сосны подберём.
Православный, глянь-ка
С берега, народ,
Погляди, как Ванька
По морю плывёт.
А. Городницкий «Строителям Петровского флота»

В интернете очень много постов про детство, примерно моих сверстников. Копировать и цитировать ни один из них я не буду, но оговорюсь, все это было: и карбид, и шифер в костре, и войнушка, и индейцы, и выплавление свинца, и рогатки – луки – самострелы. И еще, ну очень много иных детских развлечений.
Но была и одна изюминка – у нас была Волга, со всеми прилегающими к ней оврагами и оползневой зоной*.
Год у ребенка, выросшего у нас, и примерно одного года рождения со мной, выглядел так:
- Лето, это Волга, купание до посинения, отогрев детского организма в горячем песке, посильная помощь рыбакам из рыбколхоза (сортировка выловленной рыбы: товарная грузилась в приходящие грузовики, а мелочь насаживалась на прутики и зажаривалась на костре для подкрепления сил растущих детей); поедание всего съедобного (нет, мы не голодали, но кто устоит против спелого паслена, солодки, неспелых коробочек мальвы и других подобных вкусностей);
- Осень, это школа (и ничего не поделаешь) и броски в оползневую зону (сталкеры!), для поедания совершенно ничейных яблок и груш;
- Зима, и мы катаемся на санках, в овраге, на дальность (секундомеров не было, засекать время прохождения трассы на наших скелетонах и болидах из бобслея нечем, и принцип прост – проехал дальше – ты чемпион).
- Весна, и о ней расскажу подробнее: «Ведь нам всегда будет сниться весна».
Весной сходил снег со склонов оврагов и обнажал жутковатые, и кстати смертельно опасные подарки Великой Отечественной - ни разу не нашел только пистолета, а так от штык-ножа до вполне исправного пулемета (мины, снаряды, бомбы не в счет, их не трогали).
Снег в оврагах таял и наполнял водой нашу маленькую речку – Елшанку.
Летом: речка-переплюйка (по колено максимум). Осенью – ручеек, зимой под снегом не видно.
Весной другое дело. Весной, во время таяния снега, на три-четыре дня, наша маленькая речка превращалась в шумную, стремительную реку. Она вылетала из огромной бетонной трубы под железнодорожной насыпью, и через километра два-три впадала в Волгу.
Четверо детей (скорее подростков, или недорослей) стояли на берегу Елшанки, они были заняты самым важным делом – пускали бумажные кораблики и любовались как поток уносит кораблики вдаль.
Назовем их так: Капитан (он решил, что будет капитаном), Боцман, мистер Сэмпсон и я.
Капитан, задумчиво глядя на очередной уплывающий кораблик, произнес: «Давайте построим плот и прокатимся на нем до Волги».
Решение о строительстве было отклонено сразу (паводок три-четыре дня, не успеем), но что-то поселилось в пытливых, но неокрепших умах.
Вот вы подумали, ну разве дети (пусть даже подростки) могут строить далеко идущие планы? Могут! И не только планировать, но и воплощать их в жизнь.
Мы задумали построить плот к следующему паводку, и в начале лета (каникулы!) идея приобрела четкие очертания.
Первоначально было решено строить из бревен, благо этого добра хватало – рядом деревообрабатывающий комбинат, к берегу которого, на лесотаску постоянно подводят плоты и беляны (ну это такой пятиугольный, в плане, многоярусный плот), стройматериал просто валяется на берегу. Быстро поняли, что бревно нужных нам размеров мы просто не поднимем, а его еще тащить километров пять до точки старта. Задумались, и думали долго, дня два.
Проблему решил Капитан (ну очень ему хотелось ощутить себя капитаном уже сейчас), он собрал совещание и сказал: «Я вчера смотрел Клуб кинопутешествий, в нём показывали каких-то людей, которые катались по горной речке на плоту, у которого снизу автомобильные камеры, а сверху настил из досок, вот. Но, правда потом они перевернулись и их долго спасали».
Камеры у нас конечно были (нет, ну вы подумайте, ребенок на Волге и без камеры – это ж просто нонсенс какой-то), но впереди почти все каникулы, и без камеры никак.
- Не. камеры понадобятся только весной (это Капитан), а вот помост сделаем сейчас, и будем хранить во дворе у Боцмана (он жил в двух шагах от предполагаемого старта), но камер нужно шесть штук, где-то надо достать две, это обеспечит нам дополнительную плавучесть (какие слова знает). Доски стырим на комбинате.
- Капитан, а этот помост просто лежит на камерах (Боцман), и как они им управляют?
- Не, камеры привязаны какой-то веревкой, широкой**, а рулят шестами, длинными*** спереди и сзади, они вроде ими от камней отталкиваются, но мы так не будем – камеры привяжем, а шестами от дна будем отталкиваться.
Работа закипела. Боцман пообещал негласно позаимствовать две недостающие камеры у старшего брата (ну ненадолго же, он и не заметит). Добыли веревку (бельевую), стырили доски, и из кленовой поросли вырубили четыре (не два) шеста, ошкурили их и положили их сушиться под навес во дворе у Боцмана. Сколотили помост, тщательно загибая и заколачивая внутрь загнутые концы гвоздей в доски (не проткнуть камеру).
Все было готово заранее (еще с осени), осталось дождаться весны, а она в том году запаздывала.
До конца весенних каникул оставалось всего четыре дня, и вдруг бурное потепление (ну, это как обычно – из шубы в шорты), речка резко вздулась, и мы поняли – пора.
Собрали наш плот, остудили камеры в в воде, подкачали в тугую, осторожно, по одному, с шестом в руках залезли на плот, и последний (Боцман) резко оттолкнул плот от берега и запрыгнул на него.
Действительность оказалась несколько иной, нежели мы задумали. Да, конечно волшебный полет по реке, но в каждом повороте мы тычемся в берег, наконец оттолкнулись, вышли на стрежень, и… Оказались выброшенными в Волгу причем сразу довольно далеко от берега. Шесты до дна не доставали, а грести шестом по меньшей мере бесперспективно. Экипаж охватило легкое уныние.
До берега метров тридцать - сорок, ах если б лето – прыгнул и доплыл, но, увы и ах – конец марта, водичка довольно прохладная, и мы в одежде. Есть, конечно и положительные моменты, например - плот устойчиво плывет, не качается и вообще, часа через два-три (ну четыре) и нас прибьет к берегу в Кировском районе (там Волга делает поворот налево). Романтика!
Романтика романтикой, а на воде прохладно и покушать захотелось, и попить, а количество припасов на судне стремится к нулю. Воду из Волги в разлив никто не пьет (призрак холеры помним все). Из дельных вещей присутствуют: весьма необходимые на открытой воде шесты, насос, перочинные ножи, коробки спичек и с солью, и еще метров пять бельевой веревки.
И движемся мы как-то странно – медленней чем рассчитывали да и своенравное течение норовит увлечь плот к левому берегу, точнее к острову Сарпинский, который обитаем, но до обитателей далеко и они на другой стороне.
Ситуацию разрулил РК (рабочий катер, их тогда на Волге было очень много). Он подошел к нам, его кэп наверное был очень удивлен, увидев четверых школьников посередине реки. Катер очень осторожно прижался к нам, нам кинули веревку, и спустили веревочную лестницу (сейчас, я бы сказал: штормтрап). Капитан (наш), как и полагается покинул судно последним. Никакие уговоры не заставили экипаж РК подобрать с воды наш плот, когда нас высаживали на берег, кэп, ну или шкипер, высунулся в форточку и проорал: «Скажите спасибо, что участковому ничего не скажу».
Вот и кончилась первая попытка путешествия по реке на плоту, интересно, как Боцман будет летом объясняться со старшим братом.
P.S. Тот, кто смотрит на нас с небес, иногда учитывает искренние порывы детей и подростков: Капитан, водит сухогрузы и танкеры (правда на реке); Боцман выработал полярный стаж на ледоколах (сначала механик, потом стармех); мне вместо вожделенного паруса достались многолетняя работа на заводе, связанном с ВМФ, и двухлопастное весло, я начал ездить в командировки и осваивать сплав по горным рекам; только мистер Сэмпсон к воде не имеет никакого отношения – а может и не сильно хотел он водных просторов.
Пояснения:
*В Нижней Елшанке в 1969 произошел сильный оползень, вниз съехали две улицы (правда без жертв и разрушений), некоторое время было очень странно видеть покосившиеся дома с садами далеко внизу.
** Ну, конечно – это парашютная стропа.
*** На каркасно-надувном плоту – это называется греби (такое длинное весло, при помощи которых плот смещается перпендикулярно потоку, а лопасть Капитан просто не увидел).
Волжанин.

дальше еще 30 новостей →

Партнеры

Реклама