Из всех живых существ, живущих на земле, Кира Кузьминична, моя теща,
больше всего, после меня, конечно, ненавидела нашу собаку – тибетского
мастифа по кличке Гоша. Гоша это чувствовал и отвечал ей тем же. Поэтому
теща, без особой необходимости, старалась нас не посещать. Это было мне
на руку, так как Куклукскланиха, как я величал свою тещу за глаза,
потому что, кроме имени и отчества, и фамилия у нее начиналась тоже на
букву К (но, мы ее тут пропустим) очень любила давать нравоучительные
советы. Всем, всегда и по любому поводу. Двое ее мужей, не вынеся
нравоучений своей благоверной, предпочли переселиться в мир иной, а
посему вся ее любовь была направлена на свое несмышленое чадо и ее
непутевого муженька, то бишь меня.
Самое же любимое существо у нее была ее кошечка Пуша. Это мерзкое
существо, ненамного младше своей хозяйки, питала какую-то патологическую
ненависть ко всем, без исключения, гостям приходившим к ним в гости.
Ненависть эта выражалась в том, что она старалась нагадить во все
башмаки, оставляемые в прихожей. Причем, количество дерьма, умещавшееся
в этой кошечке, поражало, как своим количеством, так и своим зловонием.
Хозяйка же только посмеивалась над «невинными» проделками своей
любимицы, с умилением поглаживая ее. Я же готов был растерзать мерзавку,
особенно когда она обделала мои новые итальянские туфли. Но, Бог, видать
все видел и, как-то отплатил Куклукскланихе той же монетой.
Кира Кузьминична любила свою питомицу и выгуливала ее, посадив ее себе
на плечи, тем самым оберегая ее от нахальных дворовых котов.
Теща живет на соседней улице и поэтому, когда мы с женой поехали
отдохнуть на недельку в Египет, то попросили Куклукскланиху приглядеть
за Гошей – выгуливать его и кормить.
- Ни черта с вашим людоедом за неделю не сделается, - зло проворчала
она, - авось не околеет! А околеет – еще лучше!
Но, в конце концов, согласилась, на свою голову, как потом оказалось.
Никто ж не думал, что у тещи хватит ума объединить выгул Гоши и прогулку
со своей Пушей. Когда псина увидела, что на плече, так «горячо любимой»
им Куклукскланихи сидит, какая-то мерзкая тварь (кошек Гоша тоже
недолюбливал), он с лаем бросился на тещу, пытаясь дотянуться до котяры.
Увидев, в нескольких сантиметров от себя, грозно лязгающие челюсти, и
поняв, что находится не на безопасном расстоянии от собаки, Пуша решила,
обезопасить себя, перебравшись еще выше. С выпученными от страха глазами
она сиганула с плеча на голову Куклукскланихи, где с перепугу и
обделалась, каким-то жидким поносом. Вопль моей тещи был слышан даже в
соседнем доме. А Пушу удалось оторвать от головы лишь с пучком тещиной
шевелюры.
По возвращению домой нас ждала длинная нравоучительная лекция о
невоспитанности нашей собаки с предложением сдать этого «бешеного пса»
на мыло. Я же, после этого случая, когда теща заводила очередное
поучение, стал ее подкалывать – как бы принюхиваясь к ее волосам,
говорил: -А вы знаете, Кира Кузьминична, а запах-то все равно остался!
