Шутки про субботнего - Свежие анекдоты

Результатов: 10

1

С искренней благодарностью всем тем прекрасным людям, о которых тут будет рассказано.

Каждый сходит с ума по-своему. Кто с парашютом прыгает, кто бультерьеров разводит, а я вот уже лет 30 играю в интеллектуальные загадки типа “Что? Где? Когда?”. Устроено у нас всё по-взрослому, есть городские клубы, национальные федерации, мировой рейтинг на тысячи команд, соревнования разного уровня вплоть до чемпионатов стран. Чтобы вы понимали масштаб: по телевизору вы видите, как шесть му... знатоков два часа пытаются ответить на 12 вопросов. А чемпионат, например, США – это полтораста человек, игры с вечера пятницы до вечера воскресенья, и вопросов от 90 до 150.

Конечно, кто-то должен всё это организовывать. Вопросы, правила, расписание, участников, ведущих, зал, гостиницу, еду. В США организуют клубы разных городов по очереди. Всё на чистом энтузиазме, общий бюджет немаленький, но взносы и расходы примерно равны, в хороший год остаешься в плюсе на пару сотен, а в плохой те же пару сотен в минус.

В этом году была очередь Чикаго, и получилось, что делал чемпионат в основном я. Конечно, очень помогли и чикагский клуб, и друзья из других городов, но в любом многоголовом мероприятии есть та голова, которая обо всем болит и на которую валятся все шишки – и эта голова оказалась почему-то моя.

В числе прочего на меня свалился заказ еды для субботнего банкета. Ладно, в одном месте заказал сто порций шашлыка с гарнирами, в другом – рыбу и салаты для тех, кто шашлык не ест. Заехал в банк, снял кэш (со своего счета, взносы собирал другой человек, потом должны были рассчитаться), разложил в два конверта, кинул в бардачок машины и поехал по другим делам. Дел было много: то столы привезти, то чайники, то аппаратуру, то еще что-нибудь.

Понятно, что раз я всё это в таких подробностях рассказываю, то что-то пойдет не так. Таки пошло. Когда пришла пора дать деньги помощнику, который должен был забрать еду (Дима, привет и спасибо за помощь) – денег в бардачке не оказалось.

В тот момент как-то выкрутились, заплатили с кредиток – моей и Диминой (Дима, спасибо тебе еще раз). Банкет прошел на ура, еды всем хватило. Ночью я устроил полный шмон в машине. Конвертов, разумеется, не нашел. Стал вспоминать, не перепрятал ли я их куда-то? Нет, вроде бы из ума еще не выжил, точно помню, что клал в бардачок и больше не трогал. Тем не менее перерыл всю квартиру и все карманы – толку ноль. В понедельник съездил в банк, попросил проверить по камерам, что я деньги забрал, а не оставил на прилавке – да нет, забрал.

Как говорил Шерлок Холмс, откиньте все невозможные версии, и у вас останется верная. Так что остался один вариант – деньги сперли. Замок в машине можно вскрыть меньше, чем за минуту. Да и открытой я ее оставлял в суматохе, пока таскал столы и прочее. На пару минут, но открыть бардачок и схватить два конверта время было.

Сколько пропало? Для меня много. Сами прикиньте, сколько стоит накормить ужином сто с лишним душ в не самом дешевом городе мира. С учетом того, что я уже одной ногой на пенсии и доходы сильно упали – считай, два месяца жизни. Ну, ничего не поделаешь, сам себе злобный лох, затягиваем потуже ремень и живем дальше.

Но не было бы этого длинного рассказа, если бы на этом всё кончилось. Прошло два дня, на форуме знатоков идет вольный трёп по итогам чемпионата. Как-то переходят на тему криминала в Чикаго. У кого-то телефон украли, у кого-то конвертер с машины. Я без всякой задней мысли, чисто для поддержания разговора, упоминаю, что у меня сперли деньги для банкета, не далее как в эту пятницу.

Буквально через час на форуме пишет один из знатоков, Коля:
– Мы тут посовещались и решили тебе эти деньги возместить. Уже 12 человек готовы вписаться.
Тут же реплики:
– Не 12, а 13. Меня тоже посчитайте!
– Уже 14!
Я:
– Спасибо, конечно, но не нужно. Я сам виноват, надо было внимательнее следить за деньгами.
Коля:
– Не выпендривайся и назови сумму. Для одного это много, а если разделить на 14, никто и не заметит.

Не успел я ему ответить, получаю сообщение от Стасика (это президент чикагского клуба, на самом деле его зовут по-другому, но не хочу светить редкое имя на весь интернет). Он срочно созывает в зуме совет клуба. Совет, надо сказать, уже лет пять не собирался, как-то всё шло своим чередом без лишних формальностей.

На совете Стасик:
– Я тут прочел на форуме, что случилось. Как тебе не стыдно брать деньги у посторонних? Позоришь наш чикагский клуб!
– Они не посторонние, а мои друзья. Но если ты так считаешь – ладно, откажусь. Перекантуюсь как-нибудь. Перейду с мраморной говядины на куриные бедра, оно и для здоровья полезней.
– Да нет, я не это имел в виду. Как тебе не стыдно брать деньги со всяких нью-йоркцев и калифорнийцев, когда тут свои чикагцы под боком? Выставил нас на посмешище! Мы что, сами не соберем эти деньги? А ну, совет, голосуем: кто за то, чтобы создать в клубе фонд экстренной помощи и тут же отдать его Филимону?

Все дружно голосуют за. Но не успел я написать Коле, что теперь обойдусь без него, пишет Макс, один из организаторов прошлогоднего чемпионата:
– Не бери деньги у Коли. Или по крайней мере не все у него. У нас тут от бюджета чемпионата кое-что осталось, и еще дособерем. Возьми у нас, это будет правильнее.
– Макс, – отвечаю, – тут уже очередь стоит из желающих дать мне денег. Вот-вот до мордобоя дойдет. Прямо неловко, что украли какие-то жалкие пару тысяч. Надо было сказать, что миллион. Вы бы и его собрали, порадовались своей доброте, а я бы себе домик прикупил на берегу озера Мичиган.

Но и этим дело не кончилось. Прошел еще день, я рассказываю эту душещипательную историю в совсем другой компании, а там присутствует не сильно близкий приятель по имени Александр. Который сразу взял быка за рога.
– Не может быть, – говорит, – чтобы у тебя сперли деньги так, как ты рассказываешь. Что-то не сходится. Это что же – вор залез в какую-то случайную машину на парковке, открыл бардачок, всё там не спеша перебрал, конверты взял, а остальное положил обратно? И аккуратно закрыл машину?
– Да мне и самому не верится, но других объяснений нет.
– Может, кто-то знал, что деньги в машине, и лез целенаправлено?
– Нет, я никому не сказал.
– Но должно быть рациональное объяснение. Как там Холмс говорил: отбрось все невозможные варианты, и останется единственно верный. Кража – это невозможный вариант.
– И? Ты хочешь сказать, что я всё это выдумал?
– Пока нет. Дай подумать, это дело на одну трубку. Всё, кажется, понял. Скажи пожалуйста, какая у тебя машина?
– Хонда.
– А ты воздушный фильтр сам меняешь или едешь в мастерскую?
– Сам. Там ничего сложного, отщелкиваешь и вытаскиваешь бардачок, фильтр за ним прячется.
– Ну!
– Что ну?
– Ну там и деньги твои, за бардачком, возле фильтра. У Хонды над бардачком щель в три пальца шириной, слона можно потерять, не то что конверт с деньгами. Дело раскрыто, расходимся.

Пришлось мне извиняться перед друзьями за ложную панику. Теперь думаю: если, не дай бог, мне реально понадобится большая сумма – соберут ли они ее охотнее, потому что уже проверили мою честность, или скажут презрительно: “За бардачком поищи”?

P.S. Самое обидное, что все муки были напрасны. В обоих ресторанах сначала сказали, что за оплату безналом они берут процент, а потом прекрасно приняли безнал без всякой наценки. А возить нал в машине в США, оказывается, вообще рисковано, полиция может остановить и конфисковать на ровном месте. Скажут потом, что подозревали нелегальную деятельность, и фиг обратно получишь, тысячи таких случаев во всех штатах.

3

«Военно-патриотический парк культуры и отдыха «Патриот»
Нет, это не шутка юмора, а надпись на дорожном указателе на трассе перед подъездом к парку Патриот, куда мы со взрослыми детьми поехали в субботний день летом . Так сказать, военно-патриотически окультуриться и отдохнуть. Проверили на сайте – парк работает, карантина нет.
По прибытии на место оказалось, что это несколько неуклюжее и косноязычное, извините, название как нельзя лучше соответствует действительности. Сам я офицер запаса, из военной семьи и с детства привык к военным городкам, гарнизонам, полигонам и аэродромам. Поэтому первое впечатление было – воспоминания детства, юности и молодости в одном флаконе!
На въезде - Огромный плац, в смысле стоянка для гостей. Это театр начинается с вешалки, а военный объект начинается с плаца! Причем, перед въездом стоял полувоенный охранник и вручную направлял подъезжающих на этот плац. Трогательно! - подумал я – Встречают. Странно, что для субботнего дня машин на этом плацу было как-то очень маловато. Ничего, решили мы, зато не будет очередей! Наивные дети и примкнувшая к ним жена излишне оптимистично ускакали искать информационный щит со схемой территории и открытыми экспозициями. Да, кстати, слово «Экспо» в парке популярно так же, как в 80-х годах почившего Советского Союза. Глядя им вслед, я задумчиво пробормотал – наивные чукотские дети, несмышленое поколение века информационных технологий, кто же вам на военном объекте повесит схему территории? Может вам еще схемы постов и смены караулов вывесить? Будет просто шведский стол для террористов.
Постояв на плацу под ну очень громкую музыку старых военно-патриотических песен в современной обработке (очевидно, культурная часть программы), мы перешли к военно-прикладной части, а именно, ориентированию на местности. Местность, надо отдать должное, впечатляла как размерами уходящей в бесконечную даль обнесенной приятным глазу сетчатым забором территории, так и армейской аккуратностью. Чистенько, трава зеленая, деревья подстрижены, вдаль идет дорожка из желтого кирпича. Умилила детализация воспроизведения вековых традиций нашего военно-строительного зодчества: сразу видно, что кирпичики резала и укладывала одна бригада, а бордюры/поребрики – другая, позже, по своим размерам. Наши делали, гастарбайтеры какие-то не сумеют так органично оставлять пустое пространство между кирпичами и бордюром… на вырост.
Итак, квест. Задача минимум: найти вход на территорию и кассы, где можно заплатить по 500 р. за каждого половозрастного члена нашей группы. Задача максимум: что-нибудь посмотреть или даже потрогать. Бонус: обед в какой-нибудь здешней кафешке (святой принцип в нашей семье: война – войной, а обед по расписанию).
За сетчатым забором невдалеке виднелась военная техника, частично зачехленная брезентом, как зрелая дама вуалью. Смущало, что на площадках с образцами техники на было посетителей вообще. Ориентирование на местности путем опроса местных жителей не задалось с самого начала. Встречались только редкие группы таких же неинформированных патриотов, как мы сами.
Следующая часть программы: марш-бросок от одного павильона к другому. Полувоенные охранники в павильонах патриотического парка Патриот с громкими названиями А, В, С и видимо далее по алфавиту на латинице (ну и что, выпускали же UAZ PATRIOT), были столь же дружелюбны, сколь и мало информативны. Только один охранник в павильоне С дал развернутый совет с уверенность бывалого гида: «Налево, вдоль дороги, 700 метров». Каюсь, мы не дошли, сломались напротив павильона с толерантным названием ОАК (читается и на кириллице, и на латинице). Пошел дождь, забег по пересеченной местности решили не устраивать и вернуться на плац.
На обратном неблизком пути мы обозревали бесконечный ряд служебных стоянок рядом с павильонами, на которых машин (очевидно, служебных) было во много раз больше, чем на гостевом плацу. Очень трогательно на этом фоне смотрелся танк, раскрашенный под Гжель (наверное, было достигнуто какое-то соглашение между Минобороны и Роскосмосом, типа: нам Гжель, вам – Хохлому). Все проходящие с удовольствием селфились и фоткались рядом с ним.
Пока устало брели под дождем, выяснили: здесь все движение устроено по кольцу вокруг территории по часовой стрелке. Свои это знают, а остальных, т.е. неорганизованных гостей, заворачивают на гостевой плац и идите куда хотите. Сбило нас с толку то, что нумерация павильонов на латинице идет против часовой стрелки – очевидно, чтобы заморочить супостатов. Ходят там и автобусы, но… тоже по часовой стрелке. Автобусных остановок перед павильонами нет (видели только одну перед павильоном возле стоянки, но она была как бы в другую сторону, если не знать про движение по кругу по часовой стрелке). Информационных стендов тоже нет, явный прокол с наглядной агитацией. Да, пункты питания находятся внутри территории и, поскольку мы внутрь не попали, то пожалели, что не захватили с собой сухой паек.
Вишенка на торте – эвакуация с территории парка. Стоянка платная. Выезд в крайнем углу плаца и - торжество армейской мысли – паркоматы выстроены в линию вдоль узкой дороги выезда с огромной стоянки. Естественно, в дождь все решили уехать одновременно и даже того сравнительно небольшого количества машин на стоянке было достаточно для организации пробки на выезде. Просто и надежно, как попытка эвакуации войск гарнизона осажденной Брестской крепости. Вроде и паркоматов много, но все сразу останавливаются у первых в линии, блокируют проезд и дальше пеший забег в поисках свободного. На выезде шлагбаумы не у всех срабатывают автоматически и охранник ходит и открывает вручную. Правильно, технологии технологиями, но личный состав должен быть постоянно чем-то занят.
Выводы: Мне, как человеку с раннего детства закаленному военно-патриотическим воспитанием, чей отец в 17 лет ушел добровольцем на ВОВ, а дед воевал в Первую мировую, было легко продолжать испытывать привычное с рождения чувство гордости за нашу страну. Ну не побывали мы внутри, не прикоснулись, ну и что? Ну никому ведь в голову не придет поехать скажем в Сочи на олимпийскую бобслейную трассу покататься с детьми на санках. Все ведь понимают, что не просто так строилось, а для серьезного международного мероприятия. Так и здесь. Приедет, скажем, делегация из Индии или Китая, и мне с миллионами россиян не будет перед ними стыдно за этот грандиозный патриотический парк. Ну а что касается культуры и отдыха, так есть в Москве замечательный парк им. Горького, где без всякого нагнетания волны патриотизма можно очень приятно провести время, поскольку создан он не для официальных делегаций и мероприятий, а просто для людей.
Тем не менее, уезжали с приятными ощущениями - это была разведка местности, мы сюда еще вернемся.

4

Опыт и его обобщение, это основа существования в любом обществе. Вот случай из середины 90-х, хотя и очень специфичный. Отметив с коллегам окончание субботнего дежурства, немолодой опер уголовного розыска, отправился домой. Во дворе дома встретились два мужика, которые используя его довольно беспомощное состояние, сняли с него пальто и шапку, заодно прихватив личное оружие, пистолет "Макаров". Утром, оценив ситуацию, он осознал, что досрочное увольнение, без должной выслуги, при неработающей жене и двух детях-школьниках, ему совершенно не нужно. Поскольку было воскресное утро, предложил жене и детям поехать на Красную площадь. Они выехали на семейном жигуленке, в бардачок которого, он на их глазах положил служебную кобуру от пистолета. Вернувшись с прогулки, открыл кобуру и обнаружил отсутствие оружия, чему стали свидетелями члены его семьи. Сразу же обратился с заявлением о краже в ОВД № 1. Именно так назывался территориальный милицейский орган. Дежурная смена попыталась его поколоть по обстоятельствам совершенного преступления, но что они могли сказать сыщику с 18-летним беспрерывным стажем. Было возбуждено уголовное дело, по которому он проходил как потерпевший. Как сыщик, он был обязан постоянно носить личное оружие. На вопросы своего начальства, пояснил, что не счел возможным пройти в мавзолей с табельным оружием. Опытное руководство, понимало суть события, но тоже не желало создания излишнего шума. Потерпевший по делу сыщик, благополучно дослужил установленный срок, который ему в дальнейшем продлили. Ничего поучительного в этой истории нет, просто эпизод из чьего-то опыта.

5

Раннее субботнее утро. Ляпота. Тишина. В квартире: папа (юрист), мама (юрист) и 3-х летняя дочка. Папа в спальне, еще не проснулся окончательно, блаженствует на кровати. Мама на кухне, хлопочет по хозяйству, варит кофе и обдумывает меню субботнего завтрака. Нежный ребенок, полный сил и энергии, скачет по квартире. Мама (из кухни): "Дочка, сбегай к папе, и спроси, когда он встанет с кровати." Дочка бежит к папе, передает вопрос. Папа: "Через десять минут." Дочка передает ответ. Мама: "Спроси у папы, будет ли он завтракать?" Дочка бежит к папе, передает вопрос. Папа: "Буду!" Дочка передает ответ. Мама: "Спроси у папы, что он хочет на завтрак?" Дочка бежит к папе, передает вопрос. Папа (не забываем, папа - юрист): "Попроси маму обрисовать горизонты перспектив в разрезе имеющегося запаса продуктов." Дочка: "Мама, папа сказал, что он не будет завтракать."

6

Тель-Авив, вечер субботнего дня, разговор двух евреев украинского происхождения:
- Уважаемый, а как давно вы не были на Украине?
- Не на Украине, а в Украине, вы хотели сказать, мой друг.
- Да, да, старина, как давно вы не были в УССР?

7

ИСТОРИЯ С ОТСТУПЛЕНИЯМИ

В 1990-м году мы с женой окончательно решили, что пора валить. Тогда это называлось «уезжать», но суть дела от этого не меняется. Техническая сторона вопроса была нам более или менее ясна, так как мой двоюродный брат уже пересек линию финиша. Каждую неделю он звонил из Нью-Йорка и напоминал, что нужно торопиться.

Загвоздка была за небольшим – за моей мамой. Не подумайте, что моя мама была человеком нерешительным, отнюдь нет. В 1941-м она вывезла из Украины в деревню Кривощеково недалеко от Новосибирска всех наших стариков, женщин и детей общим числом 9 человек. Не сделай она этого, все бы погибли, а я бы вообще не родился. Не подумайте также, что она страдала излишком патриотизма. В город, где мы все тогда жили, родители переехали всего четыре года назад, чтобы быть поближе ко мне, и толком так к нему и не привыкли. Вообще, мне кажется, что по-настоящему мама любила только Полтаву, где прошли ее детство и юность. Ко всем остальным местам она относилась по принципу ubi bene, ibi patria, что означает «Где хорошо, там и родина». Не страшил ее и разрыв социальных связей. Одни ее друзья уже умерли, а другие рассеялись по всему свету.

Почему же, спросите вы, она не хотела уезжать? Разумеется, из-за детей. Во-первых, она боялась испортить карьеру моему брату. Он работал на оборонку и был жутко засекреченным. Весь жизненный опыт мамы не оставлял сомнений в том, что брата уволят в первый же день после того, как мы подадим заявление на выезд. Сам брат к будущему своей фирмы (и не только своей фирмы) относился скептически и этого не скрывал, но мама была неумолима. Во-вторых, мама боялась за меня. Она совершенно не верила, что я смогу приспособиться к жизни в новой стране, если не смог приспособиться в старой. В этом ее тоже убеждал весь ее жизненный опыт. «Куда тебя несет? – говорила она мне, - Там полно одесских евреев. Ты и оглянуться не успеешь, как они обведут тебя вокруг пальца». Почему она считала, что я обязательно пересекусь с одесситами, и почему она была столь нелестного мнения о них, так и осталoсь неизвестным. В Одессе, насколько я знаю, она никогда не бывала. Правда, там жил дядя Яша, который иногда приезжал к нам в гости, но его все нежно любили и всегда были ему рады.

Тем не менее эти слова так запали мне в душу, что за 22 года, прожитых в США, у меня появились друзья среди сефардов и ашкенази, бухарских и даже горских еврееев, но одесских евреев я только наблюдал издалека на Брайтон Бич и всякий раз убеждался, что Одесса, да, не лыком шита. Чего стоило, например, одно только сражение в «Буратино»! Знаменит этот магазин был тем, что там за полцены продавались почти просроченные продукты. Скажем, срок которых истекает сегодня, или в крайнем случае истек вчера, - но за полцены. Все, как один, покупатели смотрели на дату, качали головами и платили полцены. По субботам и воскресеньям очереди вились через весь магазин, вдоль лабиринтов из ящиков с почти просроченными консервами. По помещению с неясными целями циркулировал его хозяин – человек с внешностью, как с обложки еженедельника «Дер Штюрмер». Изредка он перекидывался парой слов со знакомыми покупателями. Всем остальным распоряжалась продавщица Роза, пышная одесская дама с зычным голосом. Она командовала афро-американскими грузчиками и консультировала менее опытных продавщиц. «Эй, шорный, - говорила она, - принеси маленькое ведро красной икры!» Черный приносил.

Точную дату сражения я не помню, но тогда на Брайтоне стали появляться визитеры из России. Трое из них забрели в «Буратино» в середине субботнего дня. Были они велики, могучи и изъяснялись только мычанием, то ли потому что уже успели принять на грудь, то ли потому что по-другому просто не умели. Один из них, осмотревшись вокруг, двинулся в обход очереди непосредственно к прилавку. Роза только и успела оповестить его и весь магазин, что здесь без очереди не обслуживают, а он уже отодвигал мощной дланью невысокого паренька, которому не повезло быть первым. Через долю секунды он получил от этого паренька прямой в челюсть и, хотя и не упал, но ушел в грогги. Пока двое остальных силились понять, что же происходит, подруга молодого человека стала доставать из ящиков консервные банки и методично метать их по противнику. К ней присоединились еще два-три человека. Остальные нестройным хором закричали: «Полиция»! Услышав слово «полиция», визитеры буквально растворились в воздухе. Народ, ошеломленный бурными событиями и мгновенной победой, безмолвствовал. Тишину разорвал голос Розы: «Ну шо от них хотеть?! Это ж гоим! Они ж не понимают, шо на Брайтоне они и в Америке и в Одессе сразу!» Только дома я обнаружил, что мой йогурт просрочен не на один, а на два дня. Ну что же, сам виноват: не посмотрел.

Но вернемся к моей маме. Жили они с отцом на пятом этаже шестиэтажного дома в квартире с двумя очень большими комнатами и огромным балконом, который шел вокруг всей квартиры и в некоторых местах был таким широким, что там умещался стол со стульями. С балкона были видны река, набережная и парк, а летом еще и цвела герань в ящиках. Сам дом был расположен не только близко к центру, но и на примерно равном расстоянии от всех наших друзей. А мы жили и подальше и потеснее. Поэтому вначале завелось праздновать у родителей праздники, а потом и просто собираться там на кухонные посиделки. Летом посиделки, как правило, проходили на балконе. Пили пиво или мое самодельное коричневатое сладковатое вино. Сейчас я бы его вином не назвал, но градус в нем был. Оно поднимало настроение и помогало расслабиться. В смутные времена, согласитесь, это не так уж мало.

Только не подумайте, что у меня был виноградник и винные погреба. Вино меня принудила делать горбачевская антиалкогольная кампания. А началось все с покупки водки. Как-то в субботу ждали гостей, нужны были две бутылки. В пятницу я взял отгул и к двум часам был в магазине. Со спиртным боролись уже не первый год, но такой очереди мне еще видеть не приходилось. Я оценил ее часа в три и расстроился. Но таких, как я, расстроенных было мало. Народ, возбужденный предвкушением выпивки, терпеливо ждал, переговаривался, шутил, беззлобно ругал Горбачева вместе с Раисой. Вдруг стало тихо. В магазин вошли два худых жилистых человека лет сорока и направились прямо к прилавку. Мне почему-то особенно запомнились их жесткие лица и кривые ноги. Двигались они плавно, быстро и ни на секунду не замедляли шаг. Люди едва успевали расступаться перед ними, но очень старались и в конце-концов успевали. «Чечены!» - донеслось из очереди. Чеченцы подошли к прилавку, получили от продавщицы по две бутылки, бросили скомканные деньги и ушли, не дожидаясь сдачи. Все заняло не более минуты. Еще через минуту очередь вернулась в состояние добродушного веселья, а я не смог остаться и двинул домой. Меня терзали стыд за собственную трусость и злость на это общество, которое устроено таким странным образом, что без унижений нельзя купить даже бутылку водки. В то время я увлекался восточной философией. Она учила, что не нужно переделывать окружающую среду, если она тебя не устраивает, а нужно обособить себя от нее. Поэтому я принял твердое решение, что больше за водкой никогда стоять не буду.

В понедельник я выпросил у кладовщицы две двадцатилитровые бутыли. На базаре купил мелкий рубиновый виноград, получил у приятеля подробную консультацию и... процесс пошел! Виноградное сусло оказалось живым и, как любое живое существо, требовало постоянного внимания и заботы. Для правильного и ровного брожения его нужно было согревать и охлаждать, обогащать кислородом и фильтровать. И, как живое существо, оно оказалось благодарным. С наступлением холодов мутная жидкость очистилась, осветлилась и в декабре окончательно превратилась в вино. Первая дегустация прошла на ура, как, впрочем, и все остальные. В последний год перед отъездом я сделал 120 литров вина и с гордостью могу сказать, что оно было выпито до последней капли.

Но вернемся к моей маме. У нее был редкий дар совмещать несовместимое. Она никогда не курила и не терпела табачный дым и в то же время была обладательницей «прокуренного» с хрипотцой голоса. Она выросла в ортодоксальной еврейской семье, но не упускала случая зайти в церковь на службу. Особенно ей нравились монастыри. Она всегда была благодарна Революции и Советской власти за то, что у нее появилась возможность дружить с отпрысками дворянских семей. Я бы мог продолжить перечисление, но надеюсь, уже понятно. Наверное, поэтому с ней с удовольствием общались и спорили наши друзья. Нужно признать, что она была человеком резковатым и, пожалуй, слишком любила настоять на своем. Зато ее аргументы были, хотя и небесспорными, но оригинальными и неожиданными. Помню ее спор с Эдиком, кандидатом в мастера по шахматам, во время матча Карпов – Каспаров. Шахматист болел за Карпова, мама – за Каспарова. После короткой разминки мама сделала точный выпад:
- Эдик, - сказала она, - как Вы можете болеть за Карпова, когда у него такие кривые зубы?
Эдик малость опешил, но парировал:
- А какое отношение зубы имеют к шахматам?
- Самое прямое. Победителя будут награждать, по телевизору на него будут смотреть миллионы людей и думать, что от шахмат зубы становятся кривыми. Что, они после этого пойдут играть в шахматы?
Эдик так и не нашелся что ответить. Нелишне добавить, что в шахматы мама играть вообще не умела.

Теперь, когда все декорации на сцене расставлены, я хочу представить вам наших друзей Мишу и Аиду, первых, кто поехал в Америку на месяц в гости и возвратился. До них все уезжали навсегда. Прощания на вокзале по количеству плачущих больше смахивали на похороны. А вот Миша и Аида в том далеком 1990-м поехали, вернулись и привезли с собой, кроме горы всякого невиданного добра, неслыханную прежде информацию из первых рук. Как водилось, поделиться этой информацией они пришли к моим родителям. Брызжущий восторгом Миша пошел в атаку прямо с порога:
- Фаня Исаевна, дайте им уехать! Поживите и Вы с ними человеческой жизнью! Мы вот-вот уезжаем, скоро все разъедутся. Не с кем будет слово сказать.
- Миша, - сказала моя мама, - Вы же знаете: я не о себе забочусь. Я прекрасно осведомлена, что у стариков там райская жизнь, а вот молодые...
И беседа вошла в обычную бесконечную колею с примерами, контрпримерами и прочими атрибутами спора, которые правильны и хороши, когда дело не касается твоей собственной судьбы.

А папа, справедливо спросите вы? Наверное и у него было свое мнение. Почему я молчу о папе? Мнение у него, конечно, было, но выносить его на суд общественности он не спешил. Во-первых, папа не любил спорить с мамой. А поэтому давал ей высказываться первой и почти всегда соглашался. Во-вторых, он уже плохо слышал, за быстрой беседой следить ему было трудно, а вклиниться тем более. Поэтому он разработал следующую тактику: ждал, когда все замолчат, и вступал. В этот день такой момент наступил минут через сорок, когда Миша и мама окончательно выдохлись. Папа посмотрел на Мишу своими абсолютно невинными глазами и абсолютно серьезно и в то же время абсолютно доброжелательно спросил:
- Миша, а красивые негритянки в Нью-Йорке есть?
- Есть, есть, Марк Абрамович, - заверил его Миша.
- А они танцуют?
- Конечно, на то они и негритянки! Танцуют и поют. А что им еще делать?!
- Марк, - возмутилась мама, - при чем тут негритянки? Зачем они тебе?
- Как это зачем? – удивился папа, - Я несколько раз видел по телевизору. Здорово они это делают. Эх, хоть бы один раз вживую посмотреть!
- Фаня Исаевна, - торжествующе провозгласил Миша, - наконец-то понятно почему Вы не хотите уезжать!

Разговор получил огласку. Народ начал изощряться. Говорили маме, что ехать с таким морально неустойчивым мужем, конечно, нельзя. Намекали, что дело, похоже, не только в телевизоре, по телевизору такие эмоции не возникают. Мама злилась и вскоре сказала:
- Все, мне это надоело! Уезжаем!

Через два года мой двоюродный брат встречал нас в Нью-Йорке. Папа до Америки не доехал, а мама прожила еще восемь лет. На http://abrp722.livejournal.com/ вы можете посмотреть, какими они были в далеком 1931-м через год после их свадьбы.

Всего мои родители прожили вместе шестьдесят с половиной лет. В эти годы вместились сталинские чистки, война, эвакуация, смерть старшего сына, борьба с космополитизмом, ожидание депортации, очереди за едой, советская медицина, гиперинфляция и потеря всех сбережений. Одним словом, жуткая, с моей точки зрения, судьба. Тем не менее, они никогда не жаловались и считали свою жизнь вполне удавшейся, чего я от души желаю моим читателям.

Abrp722

8

Я сегодня стал добровольным участником уличного спектакля.
Честное слово, давно я уже так не развлекался в реальной жизни, поддерживая талантливую игру главных актёров умелым подыгрыванием. Это вам не здесь и тут.

Дело было так: на крытой стоянке около супермаркета, когда я шёл сдавать пустые бутылки, меня ненавязчиво и без единого звука, одним вежливым жестом, остановил мужичок самого что ни на есть цыгано-румынского вида - чёрный, маленький и толстый - и молча протянул мне открытую папку и авторучку. Рядом отирался ещё один точно такой же...

Тут нужно сделать отступление и сказать, что у нас на улицах тебя частенько могут остановить какие-нибудь люди и, тряся жестяной кружкой с мелочью и непрерывно при этом тараторя, попробовать вытянуть из тебя пожертвование на что угодно - от помощи в организации нового монашеского ордена до реставрации знаменитого Пятигорского Провала.

Обычно я в таких случаях в разговор не вступаю - мотну, бывало, отрицательно головой, да и удалюсь восвояси.
Но тут мне понравился сам молчаливый подход к делу, и я заинтересовался: взял в руки папку и прочёл в ней напечатанное. Там, на титульном листе, большими и красивыми буквами, без единой ошибки, было напечатано приблизительно следующее: Мы, сборище глухонемых этого государства, хотим открыть в соседнем райцентре филиал нашего общества. Помогите, пожалуйста, чем можете.
А дальше был подколот "лист номер1" с реестром уже якобы собранных пожертвований. Всё, как положено: графы с фамилиями, почтовыми индексами, росписями и суммами внесённых бабок. Всё - разными почерками; но я сразу же обратил внимание на то, что, если судить по индексам, то сегодня, как нарочно, в нашу захолустную дыру съехались лохи со всей страны - такой там был территориальный разброс нарисован. И суммы, там проставленные, тоже внушали уважение - от пятёрки и до пятидесяти тугриков. Это вам не медяки в кружке. Ну и, пню понятно: ребята не могут связать на местном языке и двух слов, а вот поди ж ты - выкручиваются же всё-таки.

Короче, мне идея пришлась по душе, и я решил поддержать недремлющую мысль потомков героев О,Генри - дать им пятёрочку за оригинальность и основательность в подготовке.
Полез в кошелёк - а там меньше двадцатки купюры нет. Достаю, а глухонемой марку круто держит - даже глаза не заблестели от вожделения. Профи, одним словом. И лапку к деньгам тянет. Я ему пятерню растопыренную показал - пятёрку, мол, больше не дам. Сдачу, мол, давай. Тот - в карман, вытаскивает червонец: нету больше сдачи, давай червонец. Я ему показываю - нет, только пятёрку. Тот башкой закрутил, заоглядывался - а второй несчастный инвалид, придурок этакий, как раз слинял куда-то. Этот аж запыхтел от злости, я уж думал - всё. Щас скажет чё-нить, и рассыплется сказка, как карточный домик... Но нет, сдержался он. Профи - он и есть профи.

Ну, я рукой махнул, деньги в кошелёк спрятал, да и пошёл себе дальше - посуду сдавать.
А там, в приёмном пункте, по случаю субботнего наплыва, небольшая очередь образовалась, человек пять. Только это я в хвост пристроился - дёргает меня кто-то сзади за рукав.
Оборачиваюсь - стоит, красавец. И в руке у него - три раза по пять тугриков. Ну, я их себе забрал, а ему отдал двадцатку - заслужил, хера ль там говорить.
Ну, отдал, да и снова отвернулся - пьеса окончена, чего уж там.

А вот фигу - снова он меня за рукав дёргает!
Оборачиваюсь вторично - а он мне папочку с авторучкой протягивает!
Ей-богу, я аж умилился... Давай, говорю, сюда твой список.
И вписал честно туда свою фамилию, индекс, дату проставил и внесённую сумму.
Очередь смотрела на меня, как на ненормального.
Вернул я ему папку; он поблагодарил меня лёгким наклоном головы, а я показал ему большой палец: так держать!

Но и это ещё не всё: нашёл я в магазине свою жену в отделе тортов и рассказал ей всю эту историю. Она, конечно, поименовала меня идиотом.
А потом, когда уже мы закупились-загрузились и выезжали со стоянки, смотрю - чимчикует продолжатель дела Паниковского как раз впереди нас, вдоль ряда машин - очередную сострадательную душу ищет.
Я, плотоядно ухмыляясь, подкрался к нему сзади черепашьим шагом, да и бибикнул во весь голос немецкого автопрома - чтобы за жениного "идиота" не так обидно было..
И что вы думаете? Даже не обернулся. Только с шага немного сбился от неожиданности. Профи - он профи и есть.
Ну, я, поравнявшись с ним, ещё раз показал большой палец - и мы уехали домой...

9

Вчера смотрела закрытие Олимпиады.
Поскольку воскресенье, актуально было время начала-время окончания.
Утром-то на работу!
Ну, программа спуникового канала показала, что начало в 21, окончание в 23 – вполне нормально, до 11 смотрим – и баиньки!
В 23.15 празднование было все еще в разгаре, перепроверила время окончания – телевизор уже показывает 23.30. Оппа!
Потом время окончания изменили на 24.00.
Потом на 24.10.
В 24.20 закончили-таки, но я уже чистила зубы.
А фигли – если я просплю, и скажу начальству, что из-за Олимпиады, начальство сильно-сильно удивится, но из вежливости спросит, в каком же виде соревнований я так увлеченно участвовала, что проспала работу.
А, насколько я помню, просмотр закрытия олимпиады по телевизору в олимпийскую программу не входит, медалей за это не дают, так что начальство не сочтет это уважительной причиной!
Так что я хотела сказать-то все-таки.
Когда время перевалило за 23.30, я начала задумываться, что мне еще хорошо. Вот кончится церемония – а я уже дома! Зубки почистила – и спать!
А народ-то, народ, который зрители на трибунах!
Зрителей на трибунах 80,000 человек.
Этой толпе, чтобы просто дойти до метро (километр примерно) нужен час. Потому что скорость толпы равняется... скорости толпы.
Боолее того, в олимпийской толпе дойти до метро за час – это скажем, только для первой половины зрителей. Для чемпионов толпы. Для замыкающих – и того дольше. Я даже боюсь подумать: два часа, три?
Учитывая, что поезд метро – не эскалатор, не отходит от платформы каждую секунду, и толпу на входе в метро останавливают, организовывая очередь!
Более того, в Лондонских условиях воскресный транспорт СИЛЬНО отличается не только от транспорта рабочей недели (расписание, частота), но отличается даже от субботнего!
В воскресенье поезда метро и работу раньше заканчивают, и ходят намного реже.
В общем, если в начале церемонии я завидовала тем, кто присутствовал на этом празднике лично, то по окончании, а именно по мере того, как оно затягивалось и затягивалось, я уже не завидовала.
Думаю, они завидовали мне.
Момент второй.
Помните, как Россия выиграла Евровидение, и концерт начался в какое-то несусветное время, поздно до невозможности?
Объснение было, что главная аудитория – Европа, там время на час-два-три позже, поэтому, для них, шоу началось позже.
На какую аудиторию работал Лондон.. на Штаты и Канаду только, получается?
Европа должна была пойти баиньки (извините за повторение – но понедельник – рабочий день!) Каким нужно быть мороном (moron = баран по-английски), чтоб смотреть закрытие олимпиады до часу ночи (в Германии и Франции, например) или до двух ночи - (в Финляндии, на Украине, или Прибалтике) ну а про Россию я даже не говорю...
Подумалось – может, для Китая? Все-таки они на втором месте по количеству медалей... Но с учетом разницы во времени церемония закрятия началась по китайскому времени в 5 утра, закончилась в 8.20 – пожалуй, для них это тоже не идеальный вариант. В понедельник, еще раз повторюсь.
Ну и, наконец, уж сравнивать, так сравнивать.
Пару лет назад Маддону в Лондоне оштрафовали за то, что она задержала свой концерт.
Из-за позднего начала концерт Мадонны закончился позже, зрители не успели на метро, все ловили такси, а это дорогое удовольствие... Расстраивались...
И власти Лондона за это оштрафовали Мадонну.
Об этом я думала, пока церемония закрытия все заканчивалась-заканчивалась и не могла закончиться.
Было время найти информацию про концерт Мадонны в интернете.
Чуть с дивана не упала!
Концерт Мадонны долен был закончиться в 22.30, а фактически закончился в 23.10
Олимпиада – церемония закрытия – должна была закончиться (если верить спутниковой программе) в 23.00.
Закончилось мероприятие в 24.20.
И знаете, что? НИКТО, поверьте мне, НИКТО! Не оштрафует организоторогв церемонии закрытия Олимпиады.
Вы что, правда думали, что Англия – страна демократии и равноправия? И сильно отличается от России в плане мафиозности?
Ха, как бы не так.
У олимпийского оргкомитета больше денег, чем у Мадонны (теперь, после окончания Олимпиады, точно больше). И власти больше.
Уверена, про позднее окончание церемонии закрытия никто даже не пикнет!
И так и надо!
Олимпиада же!
Историческое событие, понимаешь!
Подумаешь – люди домой не смогли добраться. Люди через сто лет умрут, а Олимпиада – это Олимпиада!
Вот только если Олимпиада сама по себе, а не для людей (более того – даже против людей! Ибо а) зрители не успевают на транспорт, б) спортсмены заканчивают карьеру инвалидами...) так кому она нужна?
Неужели ТОЛЬКО организоторам?!

http://l-sincerely.livejournal.com/

Партнеры

Реклама