51
Ночной кошмар начальника отдела по розыску без вести пропавших
В 97-99 опера УБОП раскручивали банду братьев Смаковых. Один из задержанных бандитов согласился показать место, куда они трупы жертв прикопали. На место происшествия, чтобы процессуально все закрепить, выехал экипаж УБОП, прокуратура, задержанный с конвоем, «три девятки», и, конечно же, взяли с собой начальника отдела по розыску без вести пропавших, майора Картузова. На место выехали ранним летним утром, так как ехать от областного центра надо было км 200. Бандит довольно быстро и точно показал могилку, вскоре трупы были извлечены, данное мероприятие зафиксировано, останки упакованы и отправлены с «999». Был жаркий солнечный день, место живописным - лесок на берегу озера. А надо сказать, что начальник отдела УБОП по борьбе с бандитизмом подполковник Греков после работы любил удачное дело слегка обмыть, но здесь они малость переборщили, вскоре ушла машина и с конвоем и с прокуроршей. Вечерело. Начали собираться и наши опера. А майора Картузова на солнце разморило и уснул он прямо на подстилке в одних плавках. И не просыпается, зараза. Опера давай его в УАЗик грузить, ну и когда затаскивали у него плавки случайно слезли до колен, никто ему их подтягивать естественно не стал. Едут назад. Стемнело. На переднем сиденье Греков, на заднем майор Картузов и УБОПовский опер Андрюха Шлеин. Они значит с Грековым продолжают, а Картуз спит со спущенными трусами. Через некоторое время он просыпается и говорит Грекову:
- Дайте похмелиться! Во чего это у меня трусы сняты?
А Греков за словом в карман не полезет, с пол-оборота может такую оперативную комбинацию завернуть - закачаешься.
- Тебе похмелиться? Да тебя убить мало…
- Что такое?
- Ты же по пьяне на прокуроршу полез, в кусты ее затащил, она вся в слезах уехала в город, сказала, что на тебя уголовное дело заведет, ты что там с ней сделал?
- Я? Да я не помню… вот ничего себе… и что теперь?
- Да ты не бойся. Мы же своих не сдаем, «ментовское братство», это тебе не шуры-муры. Мы подтвердим, что ничего не было, даже Серега!
Водитель угрюмо качнул головой в знак согласия.
- Андрюха, подтвердим же?
Но оперативник Шлеин был не согласен.
- А мне-то это зачем? У меня и так с прокуратурой рамсы постоянно, я не буду ничего подтверждать, если он вел себя как скотина - пусть и отвечает, я-то здесь причем…
- Ах ты стукач! – и с этими словами Греков перекидывается с переднего сиденья на заднее, левой рукой обхватывает голову Шлеина, накрывает его своим немаленьким телом и начинает долбить правой рукой по своей левой ладошке. Со стороны майора Картузова схватка выглядела зверской расправой над стукачом, раздавались плотные напасы в шарабан строптивого опера. Шлеин типа отрубается, Греков потирая руку переваливается на место.
- Я, по-моему, убил его, Серега сворачивай на проселок, надо что-то делать…
Бедного майора по розыску без вести пропавших с похмелья начинает трясти колотун, он скулит:
- Ну ёперный театр!!!
УАЗик заезжает в лес.
- Доставай его! – приказывает Греков майору. Тот, чуть не плача, выволакивает безжизненное тело Шлеина из машины, Андрюха тоже артист еще тот, безвольно бьётся головой о подножку – ну полный труп.
- Надо его закопать! – обреченно говорит Греков, - Ты же меня не сдашь? Ментовское братство! Скажем утонул, наверное! А?
- Нет, надо рапорт написать…
- Ах ты сука, да я из-за тебя, а ты… - лицо Грекова искажается в страшной гримасе душевных страданий, он достает Макарова, незаметно освобождает его от обймы, и протягивает его майору. – Я из-за тебя, а ты, мы должны быть повязаны кровью, на, добей его… что, слабо … тогда значит закапывать будешь… ну быстро взял лопату, Серега, дай ему лопату!
И вот начальник отдела по розыску трупов копает ночью в лесу могилку, чтобы спрятать труп и плачет. Опера, черти, ржут потихоньку возле УАЗика. Потом он бросает лопату и с криком:
- Может, ему еще можно искусственное дыхание сделать? – и, набрав в легкие воздуха, склоняется над Шеиным, но тот уже не выдерживает, хватает майора за горло и как заорет:
- Что, с трупами целоваться?
Бедный Картуз теряет сознание.
ЗЫ Майор потом очень просил, чтоб эту историю никому не рассказывали, ну куда там. Но фамилии слегка изменены.
|