Шутки про степью - Свежие анекдоты

Результатов: 6

1

Навигатор пронзительно каркнул: "Вы прибыли к месту назначения". И этим пунктом были Колпачки ( https://yandex.ru/maps/?ll=43.595875%2C48.603875&z=13.79 ). Одно название, как пощёчина!

Я не был здесь тринадцать лет. И не потому, что это место проклятое, хотя... в каком-то смысле, да. Для меня, рыболова, Колпачки – это святилище "бели". Царство карася-"душмана", густеры-"забана", подлещика, вот этой всей интеллигентной, мирной братии. А я? Я-то ловлю хищника. Мой бог – щука, идол - судак, культ – дерзкий окунь. Такие, как я – "шахматисты" спиннинга. Ловить в Колпачках - это как оперному певцу выступать на дискотеке.

Второй, более весомой причиной, было мое кредо: не лезь в места массового паломничества "рыболовов выходного дня". Толпа, шум, "конкуренцияя", вёдра, мангалы, пьяные крики... Брррррр!

Но вот мы здесь. Проездом. Занесло после вчерашнего юбилея старинного знакомого в Шебалино. В ноябре, в будний день в Колпачках пустынно. Жена, хитро прищурившись, сказала: "Ну, ты же не сможешь просто так проехать мимо воды? Зачем же ты спиннинг в багажник клал?"

Она знала, куда давить.

- Ладно, - пробурчал я, вытаскивая удилище, - Кину пару силиконок, "чтоб не нарушать отчётности", как говорил великий стратег, кот Матроскин. Будет полчаса на выполнение гражданского долга, не больше.

Вышел на берег. Заброс. Второй. Тишина. Вода гладкая, как совесть чиновника. Ни единого тычка. Окунь, видимо, сегодня был в отпуске или подался в монахи.

Я уже собирался смотать снасти, когда это случилось. Не поклёвка. Хуже.

Из-за кустов, нагло, уверенно, будто здесь не гость, а хозяин, выбежала... Кошка.

Она остановилась в пяти метрах, присела, а затем выдала самую требовательную, самую драматическую "Мяу!" в истории рыболовства.

И тут меня прошибло током.

- Тань, - крикнул я жене, - Иди-ка сюда!

Окрас. Один-в-один. Маскировочный, глубокий, черный с рыжиной, словно единое целое с рождавшей её степью. И главное – взгляд. Этот наглый, циничный, пресыщенный взгляд прожжённого рэкетира.

Тринадцать лет назад мы были здесь. На берегу к нам пристал заморыш-котёнок. Накормили его тогда частью нашего скромного улова. Посмеялись, назвали его "местной налоговой инспекцией" и уехали.

- Нет, не может быть, - прошептала жена, прикрыв рот рукой. - Это же...

Котя подбежала, потёрлась о мои штаны, включив на полную мощность свой мурчальный аппарат. Звучал он как работающий на холостом ходу дизельный двигатель.

Тринадцать лет – это целая жизнь для кошки. Даже для матёрой. Потомство? Вряд ли потомок, который дожил до такого возраста и сохранил такой же боевой окрас, мог быть так чертовски похож.

Это была Она. Без тени сомнения. Та самая. Словно ждала нас, не покидая свой пост.

Поклёвок - ноль. Перебор приманок и забросы – мимо. Но отчётность требовала жертвы.

Достал из рюкзака дежурный паштет. Тот, что всегда в багажнике рыбака - на случай полного провала и тоски.

Кошка ела. Она не просто ела - она принимала дань. Медленно, с достоинством, с тем же циничным, знающим взглядом, который говорил: "Ну наконец-то. Я уже заждалась. А ты всё хищника ловишь? Зря. Он сегодня на водохранилище Цимлянском, в Донском, ты его проехал".

- Она ждёт, - сказала жена, задумчиво глядя на кошку. - Тринадцать лет. Она запомнила нас.

- Похоже, она состоит исключительно из "налоговой" рыбы, - усмехнулся я. - Её миссия - сидеть здесь и собирать подати с проезжих, сентиментальных дураков вроде нас.

Мы попрощались с "инспектором", пообещав себе не возвращаться ещё тринадцать лет, чтобы не провоцировать животное на вечное ожидание. Но в машине нас обоих сверлила одна и та же мысль: "Как? Как она могла прожить столько лет на одном и том же месте, да ещё и узнать нас?"

Мы отъехали уже километров на пять, когда раздался звонок. Тот самый старинный знакомый, с юбилея в Шебалино. Между делом сказали ему, что спустя 13 лет заезжали в Колпачки, я даже покидал свои "силиконки".

- Ха-ха! - съехидничал он. - И не поймал ничего? И было бы странно, если б не так!

- А что? - насторожился я.

- Да это же полишинелевый секрет Колпачков! - засмеялся он. - Там уже много лет серьёзного хищника не было, местные своими сетями отвадили его туда заходить. Там только сомиха осталась. Старая, матёрая, сидит в яме. И хрен её поймаешь. Её даже сомом не зовут.

- А как же?

- Котя её кличут.

У меня мурашки пробежали по рукам.

- Стоп. Чего-чего?

- Ну, легенда местная, фольклор! Говорят, это не рыба, а оборотень. Она в виде громадной сомихи сидит на дне, но когда на берег приезжают новые рыбаки, то выходит "собирать информацию".

- А когда приезжают старые...

- Когда старые? - переспросил друг. - А когда приезжают старые знакомые, она выходит, чтобы забрать "налог на упущенную выгоду". Для неё не то что ваши приманки, а ваши эмоции, адреналин рыбацкий - как развлечение. Говорят, она может жить веками, просто меняя облики.

Я резко затормозил. Мы с женой переглянулись.

- Погоди, чего ты меня как пацана "разводишь"?.. Мы же её кормили. Паштетом.

- Конечно, кормили! - воскликнул знакомый. - А ты думал, чего она такая наглая? Это же настоящая Царь-Сомиха, только в облике кошки! Она слопала твой паштет, и твои тринадцать лет спокойствия! Ты откупился!

Я медленно опустил смартфон. Жена смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

- Царица-сомиха... в облике кошки... - прошептала она.

- И она взяла паштет. А это... это была дань не за рыбу, а за то, что мы не будем её ловить.

За секунду до этого я понял, что в моем рюкзаке, из которого я достал паштет, уже месяца два болтается без дела одна вещь.

Моя любимая, совершенно новая, самая уловистая в мире, но так и не опробованная приманка. Светящаяся в ночи силиконка-креатура с двумя воткнутыми шумовыми камерами, пропитанная спец-аттрактантом - отлитая по заказу, специально для ловли... сома.

Сомиха-Кошка не только взяла налог. Она взяла его авансом.
=
История реальная, было в четверг, 27.11.2025. Фото кошки подлинное. Обсуждение закрыл просто потому что знаю заранее, что там будет (здесь же не специальный рыбацкий ресурс). Пожалуйста, оставьте, свой вердикт голосовальным плюсиком или минусом. В любом случае жму руку.

2

Продолжение вчерашнего рассказа о поездке на родину «немецкой» шестнадцатилетней девчонки…

…о том, как я впервые оказалась в курятнике, дабы не обидеть бабулю или о мойке грязной посуды в тазике замызганой тряпкой, рассказывать не стану. А вот о пьянке-гулянке всей деревней, пожалуй напишу пару строк.

Помимо двоюродных и пятиюродных родственников в субботний вечер собралось всё село. Заученный «из видика» наизусть фильм «Любовь и голуби» заиграл новыми красками. Народ в растоптаных тапках мешался с дородными дамами в бусах, клипсах и с боевым окрасом индейца лицами, обрамлёнными неимоверными ПРИЧЁСКАМИ. Именно в тот вечер я увидела, что такое пить водку и самогон.. из стакана!

Один из троюродных братьев предложил рвануть на дискотеку. Но прежде нужно было покормить Гришу. На мой вопрос – «Это твой брат?» - последовал весёлый ответ: «Да, младший». Мы двинулись к дому через дорогу. То, что у этих странных людей в каждом дворе на цепях! сидели собаки, я уже была в курсе и прежде чем шагнуть внутрь, возмущённого охраника брат запер. Так как в доме не горел свет, я решила, что Гришу кормить уже не надо, видимо он лёг спать. Набрав миску чего-то непонятного мы с дальним родственником прошли на задний двор. Гриша не спал. Вилял хвостом и благоухал настоящей свиньёй. На дискотеку мы так и не попали, а устроили свою попойку очередным «компотом».

Через неделю нас повезли к моим дядьке с тёткой в Казахстан. Не спрашивайте, Северный или Южный, в сторону Балхаша, там, где пустыня, именуемая степью и температура летом под 45 градусов. Расстояние, если не ошибаюсь, где-то 350 км. Добирались мы три дня и три ночи, образно конечно, но часов восемь точно. Эта езда отпечаталась в памяти ярко. То, что для меня бег с препятствиями и бои без правил называлось там дорогами. Скажу честно – я потела и выделяла адреналин как Гриша. Левая рука отваливалась от напряжения мышц. Дело не в держаться, а в постоянном вдавливании себя в сиденье, лишь бы не впечататься в потолок салона или не вывалиться в открытое окно при виртуозном объезде ям и мгновенного увиливания от встречных машин. Порхающая рядом со мной тётя левой рукой сжимала дулю. Не задавая тупых вопросов я поняла, что это видимо оберег и свернула пальцы правой руки в такую же дулю.

С полусотрясением мозга мы наконец добрались до цели. Ночью снились кошмары.
Через два дня планировался культурный отдых на Балхаше (озеро) и это снова отдельная история. Ждите…

Ланка

3

Летом олимпийского 1980 года московских студентов принудительно разослали в стройотряды куда подальше от Москвы. Нас, в частности – в степь, в Целиноградскую область, строить кошары для овец.

По-видимому, из-за утроенного, а то и учетверенного количества стройотрядовцев нормальной спецодежды на всех не хватило. Вуз наш принадлежал системе МПС (да что скрывать – МИИТ это), а в МПС тогда имелась своя железнодорожная милиция. И нам вместо спецовок выдали залежавшуюся на складах милицейскую форму устаревшего образца. Штаны и рубашки, до кителей и шинелей дело не дошло.

Незадолго до этого я прочел одну интересную книгу. Автор, кажется, Валерий Алексеев. Там главный герой, невероятно крутой чувак, то ли геолог, то ли геодезист, проводил изыскания как раз в Казахстане и ходил с бритой головой, как Юл Бриннер. Раза три по ходу действия он пояснял, что это самая удобная прическа для полупустыни: не жарко, песок не застревает в волосах плюс экономия воды и мыла. Я повелся и перед отъездом пошел в парикмахерскую и постригся под ноль.

Должен признаться, что руки у меня крепятся к туловищу не совсем там, где у нормальных людей. Выдавать мне какие-либо орудия физического труда было опрометчивым решением. В первый же рабочий день я уронил на товарища кирпич, другому товарищу кинул на голову лопату раствора, а третьего притер носилками к стене. После чего за мной закрепилось заслуженное прозвище Убивец, которое вместе с матами разносилось далеко над степью при каждой моей оплошности, то есть примерно раз в полчаса.

В результате всего вышеперечисленного среди местных жителей распространился слух, что кошары им строят зэки из колонии особо строгого режима под усиленной милицейской охраной.

И вот представьте мое явление в местном сельпо. Сверху наголо стриженая башка и недельная щетина. Снизу форменная милицейская рубашка стального цвета и штаны с лампасами. За поясом полумолоток-полутопор, которым я отбивал половинки от кирпичей. Если в казахской степи раньше не знали, что такое когнитивный диссонанс, то теперь узнали.

Очередь замолчала, все уставились на меня. Самый смелый казах подошел ближе и спросил:
– Мужик, ты кто?

Тут надо пояснить еще одно обстоятельство. У меня довольно нетипичные или, наоборот, слишком типичные черты лица. Еще до стрижки меня принимали за своего то армяне, то грузины, то таджики, то еще какие-нибудь жители нашей многонациональной страны. И мне постоянно приходилось их разочаровывать. Так что вопрос «Ты кото?» от незнакомого человека я воспринял только в одном аспекте и привычно ответил:
– Еврей.

Боюсь, у этих добрых людей сложилось неверное представление о евреях.

4

Приведу еще один перевод старой монгольской сказки.

Давным давно нашими степями управлял большой и могучий волк Тумур. Его звали железным, потому как ничто не могло пробить его шкуру - ни клыки зверя, ни меч воина, ни стрела охотника. Не было соперника его силе, никто не мог устоять перед его броском. Никого не боялся Тумур и никого близко не подпускал он к себе. Даже красавицу волчицу Чимэг он всегда прогонял от себя, когда
приходила пора гона. Все его боялись и никто не мог устоять перед его злобой. Так было до тех пор, пока в степи не поселилась семья сусликов из ледовой страны. Страшные морозы выгнали их с родных мест, так и оказались они во владениях Тумура.

Главного суслика звали Мунх. Днем он рыл со своим племенем норки, а на закате вставал столбиком и глядел на степь. Видя как Тумур убивает зверей Мунх яростно высвистывал - Тумур, ты дурак, Тумур - ты идиот. Как ни старался Тумур сожрать это наглого маленького хама, ничего у него не получалось. Раз за разом бросаясь на Мунха он оказывался перед пустым входом в подземный лабиринт сусликов. Тумур в злобе пытался рыть землю, но ничего у него не получалось. Раз за разом за его спиной из другого выхода норок появлялся Мунх и свистел нагло - Тумур, ты дурак, Тумур, ты глуп. Много зверей убил в своей злобе Тумур и восстали звери. Они пришли к норкам Мунха и потребовали его покинуть их степь. Ты злишь Тумура, говорили они, а тот убивает за это не тебя, а нас. Уйдите с наших земель. Мы хотим жить как привыкли. Но Тумур будет так же убивать вас. Да, будет, но он будет убивать нас меньше, чем сейчас. Мунх задумался и наконец спросил зверей - а если мы, суслики, избавим вас от Тумура, вы разрешите нам здесь жить? Засмеялись звери - если вы, суслики, убогие и маленькие землеройки, избавите нас от этого страшного волка - живите сколько хотите. Но завтра вы должны будете покинуть наши земли.

Всю ночь суслики чем-то шуршали и что-то высвистывали друг другу. Наконец на рассвете они все вышли из своих норок, стали столбиками и начали свистеть - Тумур, ты дурак, Тумур, ты идиот, Тумур, ты глуп.
Разъяренный волк бросился на суликов. Не все успевали спрятаться в норки и многие погибли. Но оставшиеся все также продолжали свистеть - Тумур, ты урод, Тумур, ты дурак. От злобы и ярости ослеп Тумур и не увидел маленькой дырки в земле перед норой Мунха. И попала в яму его лапа и сломал Тумур ее. Страшный вой злобы и ненависти раздался над степью. Услышали его охотники, примчались и схватили Тумура, увезли с собой и никогда больше степь не слышала его рев.

Собрались звери у норы печального Мунха, оплакивающего своих сусликов. Ты победил страшного зверя, ты самый смелый и умный, оставайся с нами в нашей степи. Нет, сказал Мунх, это не я победил Тумура, это МЫ, суслики, победили Тумура. Он был дурак не потому, что глуп, или слаб, а потому, что был один.

Много лет прошло с тех пор, но никогда больше никто из зверей в нашей степи не жил и не охотился поодиночке. Говорят, что до сих пор Мунх* встает столбиком у своей норки и высвистывает свою вечную песню..

_____
*Мунх - вечный (монг.)

5

Знакомому ребенку в школе задали выучить стихотворение про тучку.
Итак, Михаил Юрич Лермонтов, стихотворение "Утёс".

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.

Стих заучивали вместе (мама была на работе, а я псевдоняня).
Прочитали, повторили, прочитали, повторили.
-Катя, - спросил меня ребенок, - а о чём это стихотворение?

Потом подумала и добавила:
-Слушай, а почему в кино женщины, если переночевали у мужчины, поутру тихо убегают, не прощаясь?

И тут я сообразила: ребенок понял стихотворение ровно так же, как и я.
Блядо-тучка переночевала с мужичком, и с утра, по лазури, свежепотраханная, втихаря свалила. А у старого утёса в "морщине" влажный след. Стоит, думает, плачет.

У меня возникло несколько вопросов. Я вообще любознательная.
Например, первый: почему это учат в шестом классе?
Это же взрослое стихотворение. Натурально.
А второй: о чём оно на самом деле?

Вообще, если так посмотреть, для Лермонтова тучи - это вечная ассоциация с женщинами. Нет, это понятно, всё-таки, он мужик, причем, писал, будучи в самом расцвете сил. Но я вот чувствую некую обиду к тучам, вернее, к женщинам, которая вот прям сквозит.

Вот, например, ещё:

Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную.

Кто же вас гонит: судьбы ли решение?
Зависть ли тайная? злоба ль открытая?
Или на вас тяготит преступление?
Или друзей клевета ядовитая?

Нет, вам наскучили нивы бесплодные...
Чужды вам страсти и чужды страдания;
Вечно-холодные, вечно-свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.

Обратите внимание на последний абзац.
Ведь там же явно читается: все бабы - суки.
Обидели женщины Лермонтова, ох, как обидели.
А детям учи стихотворения несчастного мужичка и не понимай, откуда утёс в пустыне, чего он там плачет, и куда тучка ускакала по утру...

6

Над степями Украины ветер тучи собирает.
Между тучами и степью злобно реет черный Беркут.
Вот он носится, как демон, мирных жителей пугая – избивая и пытая.
Всё мрачней и ниже тучи опускаются над степью
Гопник стонет перед бурей, - стонет, мечется по степи
и не знает где же можно спрятать ужас свой пред бурей.
Ветер воет... Гром грохочет...
Глупый Янык робко прячет тело жирное в межгорье...
И не знает он убогий что конец его уж близок…
-Буря! Скоро грянет буря!
Это смелый дух Майдана гордо реет между молний над ревущим гневно людом;
то кричит пророк победы:
- Пусть сильнее грянет буря!..

Партнеры

Реклама