Результатов: 3

1

История про фамилии.

Очень часто я сталкивался с интересными именами и фамилиями, что для нашего слуха кажутся смешными, а для других совершенно нормальными. Например, когда я служил в армии, то у нас на рубеже на берегу Аракса стояла насосная станция, которая качала воду в армянский городок и станцию, населенную преимущественно азербайджанцами. Надо сказать, что на станции работали и те и те, и никогда не было каких-то конфликтов, мы проверяли паспорта и не могли скрыть улыбку, когда читали в паспортах имена Павлуша Бартухович, Сашко Гайкович или Алеша Мамедович, которого мы окрестили про себя Алешей Поповичем! Но больше всего нас веселил Смбат Мкртычевич, чье имя и отчество ни разу не записали без ошибок. Как-то, разговорившись с мужиками, я поинтересовался, откуда у них такие смешные имена?

- Мы практически все послевоенные дети, когда наши отцы приходили с фронта, они называли нас именами своих фронтовых друзей, которые погибли, так звали их на фронте. Моего отца вытянул на плащ-палатке его друг Павлуша, который потом погиб, и в память о нем отец назвал меня! Так же Сашко и Алеша носят имена погибших друзей.

Как-то после этого нам стало не смешно и уже никто из нас не прикалывался над ними.

Потом уже дома я часто не мог сдержать улыбку, слыша например армянские имена и отчества. Очень много у меня знакомых Гамлетов и Офелий, аж по пять человек, но больше всего меня веселил юморист и балагур по имени Гамлет Володяевич, хотя его младший брат Грант носил отчество Владимирович. На стройке каждый вновь прибывший считал своим долгом спросить его про отчество, и надо отдать должное его терпению - он с серьезным лицом это мужественно повторял:

- Моя мама очень плохо говорила по-русски, и когда родился, она понесла меня записывать в Загс. Там сидел старый глупый мужик, который очень плохо слышал и видел. Он спросил мою маму, как зовут папу? Она сказала, что Володя, а он, черт нерусский, как услышал, так и написал!

- А Гранта почему правильно записали?

- Его папа записывал…. в России!))

Когда в студенчестве были на практике в колхозе, то услышали историю про одну доярку, которой не нравилась ее фамилия Напрягло. Как ее только не дразнили и не прикалывали, нервов стоило ей очень много и поэтому в двадцать лет она решила выскочить замуж за красавца грузина, который приехал работать зоотехником. За глаза его звали Князь, потому что он рассказывал, что ведет свой род от княжеского рода Цициани. И вот они пришли в сельсовет расписываться, все чин-чинарем, глава сельсовета спрашивает ее, мол, гражданка Напрягло, вы будете менять свою фамилию?

- Да, да, конечно!

- Поздравляю вас, гражданка Целколомадзе!

- Блядь, Гиви, у тебя фамилия не Цициани?

- Маня, у меня прэкрасная грузинская фамилия Цалкаламадзе!

Надо сказать, эта история к вечеру разлетелась по всему колхозу, а потом ей в паспортном столе выдали паспорт с фамилией Цэлколомадзе, так записала тетка в сельсовете. Не ИИ! За ошибки прошу прощения, печатал с айфона, сначала хотел отправть как коммент, потом решил отправить как историю!)

Всем хорошего дня и настроения!
С уважением, Соломон Маркович!
08.12. 2025 г.

2

Первые мои две партии с гроссмейстером Смбатом Лпутяном — обе в чемпионатах Армении (1997 и 1998) — закончились его победой. Особенно запомнилась вторая из них. Тот турнир я начал крайне неудачно — пол очка из четырёх, — и пятую партию с Лпутяном очень уж хотелось выиграть, чтобы не только изменить неудачный ход турнира, но и отреваншироваться за поражение предыдущего года. При подготовке к партии мне в голову пришла шальная идея, которую я с помощью отца — бывшего парикмахера — немедленно реализовал: я постригся наголо. Практически до блеска. Посчитав, что смахнул таким образом со своей головы не только волосы, но и дурные мысли, я, полный решимости выиграть, надел белый костюм и отправился на тур. Однако всеобщее внимание так меня сконфузило (не могли сдержать улыбок не только Смбат и остальные одиннадцать участников чемпионата, но и многочисленные зрители в зале), что я перепутал порядок ходов и ошибся аж на четвёртом ходу. Соперник сразу же воспользовался подарком и уравнял позицию. Расстроившись, я допустил ещё несколько ошибок и быстро проиграл. Смбат после партии, смеясь, посоветовал: «В следующий раз голову меняй!»
Зря он это сделал. Следующую нашу с ним партию в чемпионате 1999 года я выиграл в разгромном стиле.

3

Весной 1996 года я придумал идею в защите Грюнфельда — 1.d4 Кf6 2.c4 g6 3.Кc3 d5 4.c:d5 К:d5 5.Ка4, — которая с подачи голландского ежегодника «New In Chess» вскоре получила в теории дебютов название «Вариант Наданяна», а на обложке 45-го тома этого издания было выведено: «Революция в защите Грюнфельда».
Реакция шахматистов на новинку была разной: одни, сразу взяв на вооружение, стали применять её в своих партиях — как, например, гроссмейстер Виктор Корчной, — другие посвящали ей аналитические статьи — как, к примеру, теоретик Игорь Зайцев, написавший, что это «выходит за рамки простой новинки, и в определённой мере это вызов устоям игры, попытка нащупать какие-то новые свойства в двухмерном шахматном пространстве», — третьи были ею шокированы — как, скажем, мастер Сергей Перун, предположивший, что «ещё лет двадцать назад за такие ходы могли бы посоветовать сходить к психиатру», — а четвёртые просто ругали — как, в частности, гроссмейстер Смбат Лпутян, вынесший вердикт, что «так играть в шахматы нельзя».
Каково же было моё удивление, когда через четыре года, просматривая свежие турниры, я наткнулся на партию Лпутян — Широв (Италия, 2000), в которой Смбат применил мой вариант, признав таким образом — хотя и косвенно — его целесообразность.