Шутки про поле - Свежие анекдоты |
553
Приятель рассказал. Почти как анекдот.
Довелось ему однажды побывать на международной конференции.
Днем участники конференции сушили мозг на заседаниях, а вечером увлажняли его в гостиничном баре.
Пить одному в баре не по приколу. Поэтому приятель культурно присоседился к компании японца и гражданина Евросоюза.
Выпили весьма крепко. В конце зашел разговор о жизни.
Японец говорит:
- Жизнь - это как восхождение на вулкан. Трудно, опасно. Но надо наслаждаться процессом и не спешить.
Европеец подхватил тему:
- Жизнь - это как плыть на лодке без весел по бурной реке, впадающей в море Смерти. Причалить к берегу не получится. Остается молиться и любоваться пейзажем.
На это приятель резонно возразил:
- Вот на хрена мне после выпитого вулкан и бурная река?! Мне бы поле перейти.
|
554
Собрались на стрелку как-то богатыри: Алёша Попович, Добрыня Hикитич. Да ждут-пождут дружка своего — Илюшу Муромца. А нет его — опаздывает. Прибыли они на поле, где с татарами им биться надо, а Ильи всё нет. Уж уговаривают они басурманов подождать. Ждут час, два , три, а Ильи всё нет. Hу решили сами разобраться. Побились. Всех врагов положили. Сами все в крови, отдыхают.
Тут появляется на своём богатырском коне Илюша Муромец — ещё пуще в крови, булава поломана, шлем пробит. Дружки его спрашивают:
— Что случилось, почему не пришёл на подмогу?
— Пацаны! поле перепутал!
|
|
556
Два тракториста обедают в поле во время усердной урожайной работы. Картоха, огурчики и т. д. Один читает статьи в расстеленной в качестве скатерки газетке:
- Слышь, Михалыч, чего пишут... За 25 лет половой жизни женское влагалище изнашивается всего на одну десятитысячную долю миллиметра!
- Дааа... Вот бы нам такие подшипники!
|
|
557
Бесплатный вайфай в метро повадились раздавать не только через рекламу (аллах бы уж с ней), но и через странноватые опросы. Поскольку почти всегда есть поле для своего варианта, повадился писать в него сакральное слово из трёх букв.
Но недавно система победила меня. Очередной вопрос был - "Ваш любимый бренд молочного шоколада?"
|
|
558
История произошла (и скажем больше регулярно происходила) в лагере нестрогого режима. Особо спокойных и неопасных в целом для общества зеков (не заядлые урки, а сидят например за сбитого пешехода, или что-то в этом роде, то есть уголовники, но по складу ума в целом законопослушные. Ну и отношение к ним соответствующее) отправили куда-то на сельхозработы. Режим конечно есть, как и полагается, собаки-автоматы-переклички, но все в полглаза, так как все все понимают. И в поле на сельхозработы выводили спокойно. И вот утро, идут в поле. Человек 30 зеков, пару автоматчиков, кинолог с цепной собакой. Вечер. Возвращаются в лагерь. Человек 30 зеков. На плечах подвое несут пьяных в ноль автоматчиков и кинолога. Ведут собаку. Самый ответственный идет сзади и несет автоматы anekdotov.net
|
|
559
Навеяно историей про бартер
С Сергеем я познакомился на дачах. Бывшие ведомственные домики в те годы были уже не чета коттеджам новых русских, но все же для конца 90-х это было более чем крутое загородное жилье - со всеми центральными коммуникациями, капительными стенами из панелей, камином и волшебным запахом кедровой вагонки. Сергей был нумизматом, я тоже баловался этой темой, и в какой то момент мы активно разговорились о том, как "вошли в тему". Далее от его лица:
Я с детства любил монеты - советские копейки, изредка попадавшиеся дензнаки соцреспублик - все доставляло удовольствие. Ходил вместе с отцом в магазин на Таганке, смотрел во все глаза - но покупалось мне что то только на день рождения и изредка на Новый год. В институте ездил летом на археологические раскопки, кое- что находили - но все сдавали. Да и процесс сам был скорее научный.
В 1991 году я закончил институт и осенью устроился на работу в НИИ. Собственно все как у всех. Денег на еду хватало, но не разгуляешься ни разу. Идти в кооператив было как то странно, в бандиты- ну совсем не мое, сам понимаешь.
Летом умерла бабушка, а осенью начал болеть дедушка, и я переехал в их двушку в центре присматривать. Дед прошел всю войну сапером, много рассказывал, как очищали минные поля и искали фугасы. Особенно запала мне в голову фраза про то, как одна случайно пропущенная мина могла унести жизнь целой семьи, и как важно было делать поиск боеприпасов крайне тщательным, не делая "дырок". Он рассказывал, сколько времени тратится на зачистку участка той или иной площади, технику поиска и много всего другого. В один из дней он достал из тумбочки грубо чищенную монету и протянул мне. Смотри, когда копал - случайно нашел. Наши металлоискатели такую мелочь не берут - они на мины настроены. На его ладони лежал редкий серебряный рубль Петра третьего. Зимой деда не стало, и я остался один в ихней с бабушкой двушке. Денег между тем начинало резко нехватать, а продукты становилось достать весьма тяжко. Гуляя по окрестностям, я зашел в нумизмат на Таганке, где до этого часто бывал с родителями. Оказалось, что цены на старинные монеты весьма кусаются - ничего солидного я купить со своими доходами не мог. Кучковавшиеся рядом спекулянты обладали весьма обширными коллекциями, но тоже по недоступным для НИИшного сотрудника ценам.
Ближе к весне мы сидели с одногруппниками у кого-то на хате, пили пиво. Мишаня, единственный из нас, кто "хорошо поднялся да невозгордился", рассказывал про сложные бизнес- схемы и умение договориться с чиновниками в любом месте, куда в принципе можно попасть человеку с относительной улицы. А потом спросил, нет ли у кого хаты в центре в аренду - приехали знакомые америкосы, партнеры по бизнесу, не хотят жить в отеле, и готовы заплатить за несколько месяцев вперед но строго по договору.
И тут, вдруг, как будто молния ударила в мою голову. Эврика! Схема была непроста, как и все в то время, но риск того стоил. Итак: я проверил имевшуюся в наличии палатку, договорился с родителями, что пару недель перекантуюсь у них, сдал свою хату до конца октября, получив полную сумму вперед в долларах, на эти деньги оформил загранник, визу и, взяв отпуск ( с этим в то время было уже резко проще) полетел в Германию. Мишаня, помогавший мне в этом процессе, дал хороший совет что привезти для продажи, а так же обещал помочь со сбытом. Слетав туда обратно три раза, я не то что бы много заработал (Мишаня все же на мне нагрелся, но без него я бы не влез в эту историю, так что зла не держу), но кое- что осталось после всех вычетов, а главное - я нашел в Берлине магазин с Металлоискателями! Каких там только не было - на любой вкус, цвет и кошелек. Денег было немного, поэтому я купил 3 аппарата, и прилетев, договорился с друзьями о совместном выезде на выходные. Мишаня за скромную мзду договорился с Археологическим институтом по части оформления тогдашнего аналога открытого листа, по сути - даже на проведение полноценных исторических изысканий. В нагрузку нам был дан археолог, который должен был наблюдать за процессом и в случае крупных находок отвечать за их сохранность, а так же за сохранность археологического слоя.
Главное - мы были ПЕРВЫМИ. С таким оборудованием в стране поиском просто НИКТО не занимался. А используя технику рассказанную дедом и старые карты расположения деревень, мы быстро начали работать в нетронутых войной местах.
Про эффективность могу сказать только одно - за первую неделю мая 1992 года мы, имея уже 5 приборов, нашли около 1 000 монет. От Ничего не стоящих поздних советов до помятой золотой пятирублевки. Археолог получал для музея море старинных безделушек типа складней или медных перстней 18 века. Мужик был "с понятием" и на нашу поляну не лез, как и мы принципиально не трогали места с археологической ценностью. Отдельно собирался цветмет, который помогал отбивать бензин( тачка была одна на всех, еду и прочие мелочи.
Хорошо ли мы жили? Ну как сказать? Это была жизнь вольных добытчиков, в палатке без душа и с работой в поле. Пить не пили, женщин тоже не водили. Уставали дико, но новости об экономической ситуации давали резкий стимул к работе.
Огромным плюсом нашего отряда были не только официальные бумаги, но и археолог, умевший находить правильный подход ко всем, интересовавшимся нашей деятельностью. Мы не давали взяток и всегда имели кучу красивого "мусора" для показа интересующимся. Мишаня в Москве свел меня с одним мелким дипломатом, который помогал вывозить наиболее ценные вещи в Германию на продажу- в Москве со спросом было туго, а главное- предельно опасно. В конце сезона мы аккуратно поделили находки, деньги и договорились через год вернуться к этой истории. Зимой я снова переквалифицировался в челноки, параллельно изучая монеты и цены на них. С нумизматами я вел себя предельно осторожно - показывал только фуфел, который "вырыл на даче", и вел себя как лох, пытаясь получить за этот фуфел дикие деньги.
К весне 1993 у нас в отряде было уже 2 машины, 10 аппаратов и 10 поисковиков, из которых двое бывших десантников, отказавшихся идти в братву или на завод за гроши. Начали попадаться единичные конкуренты с допотопной советской техникой, но нам это было нипочем - плотность работы давала свои результаты в виде кладов и различной побочки, которая в том же году начала уходить иностранцам через развал в Измайлово. Так же мы первыми начали платить трактористам за глубокую вспашку полей, где ранее находили монеты.
Итог - я до сих пор в теме ( это был 2003 год). Купил эту дачу, 2 квартиры в центре, инвестиции в Германии. У меня шикарная коллекция монет, включая покупные инвестиционные, причем те же советы я ещё вообще не продавал, а они начинают расти сейчас. Металлоискателями торгую. Да и ребята, с которыми работали тогда, тоже все при делах. Парочка стала профессиональными нумизматами. Один из главных плюсов-по сути у нас по полгода все 90-е был жесточайший ЗОЖ -натур продукт из деревни и никакого алкоголя. Про наркоту разве только слышали. Братва - ну да, есть она где то там в городе, а у нас вокруг - поля да леса.
P.S. Последний раз я видел Серегу перед продажей дачи. Он перебирался куда- то в загран на юга и продавал коллекцию советских копеек. В тот год я сам продал 15 коп одного военного года в полном идеале за 15 000 рублей. Сколько заработал с продажи Серега- боюсь представить.
|
|
561
Сидим с приятелем-одесситом у меня дома. Заходит моя дочь-студентка. Говорит: "Папа, я сегодня сдала на права и теперь могу ездить на твоей машине". Отвечаю: "Машину дам, если скажешь, что ты будешь делать, когда в чистом поле у машины отвалится колесо, а у тебя нет никаких инструментов и разрядился мобильный телефон". Дочь подумала, сказала, что не знает, а потом спрашивает приятеля: "А вы что скажете?" На что приятель по-одесски отвечает: "Скажу, что таки плохо".
|
|
562
Первая брачная ночь. Муж гладит жену по животу и говорит: - Это - мое поле, здесь я посажу картошку, - и уснул. На вторую ночь гладит по спине и говорит: - Тут я посажу капусту, - и уснул. На третью ночь жена ему говорит: - Слышь, фермер, если сегодня ночью морковку не посадишь, то я поле в аренду сдам!
|
|
563
Первая брачная ночь. Муж гладит жену по животу и говорит: - Это - мое поле, здесь я посажу картошку, - и уснул. На вторую ночь гладит по спине и говорит: - Тут я посажу капусту, - и уснул. На третью ночь жена ему говорит: - Слышь, фермер, если сегодня ночью морковку не посадишь, то я поле в аренду сдам!
|
|
564
Первая брачная ночь. Муж гладит жену по животу и говорит: - Это - мое поле, здесь я посажу картошку, - и уснул. На вторую ночь гладит по спине и говорит: - Тут я посажу капусту, - и уснул. На третью ночь жена ему говорит: - Слышь, фермер, если сегодня ночью морковку не посадишь, то я поле в аренду сдам!
|
|
566
Давно дело было. Семьи у меня тогда еще не было, а дури хватало.
И занесла меня нелегкая через Индию на Андаманские острова. Да-да, те самые острова, которые упоминает А.Конан Дойл в своем романе «Знак Четырех».
Поначалу путешествие обещало быть вполне беззаботным – приземление в аэропорту столицы островов Порт-Блэр, осмотр острова, и затем каждые несколько дней перемещение между несколькими самыми крупными островами на морском катере. Уже во время перелета Калькутта-Порт Блэр стало ясно, что что-то пойдет не так. Внезапно налетевший циклон, нетипичный для этих мест в то время года, тряс бедный самолетик так, что, казалось, хотел вытрясти из него пассажиров. На море был шторм, катера не ходили, и в Порт Блэре мы застряли на неизвестный срок, вчитываясь в прогноз погоды, и надеясь на такое же внезапное исчезновение циклона.
За несколько дней мы успели наизусть выучить нехитрое, но неизменно термоядерное индийское меню в местных ресторанчиках, поменять несколько гостиниц, исколесить остров на авто рикшах вдоль и поперек, посмотреть Андаманскую тюрьму, попасть под тропический ливень, а циклон так и не думал уходить. Один раз нам разрешили выход в море на катере, но его так качало и носило на волнах, что капитан дал распоряжение вернуться обратно в порт.
Гостиницы были забиты такими же застрявшими туристами, как и мы. Мы перезнакомились друг с другом, и у нас в итоге сложилась довольно пестрая компания из украинки, армянки, латыша, индуса, француженки и немки. Украинка, латыш и армянка прекрасно общались по-русски, индус со всеми – по-английски, француженка лопотала только на своем, но ее понимала украинка, а немка ломано изъяснялась на английском. Всеобщая посиделка превращалась в настоящий птичий базар.
Индус оказался еще тем пронырой, и попал на прием к самому министру туризма Андаманских островов. Тот пообещал, что циклону осталось бушевать буквально пару-тройку дней, поэтому покидать их роскошные острова ни в коем случае не надо. А пока не ходит катер, надо воспользоваться прекрасным комфортабельным автобусом, который буквально за какие-то 11 часов пути по островным джунглям довезет вас на север островов, где вы и насладитесь всеми прелестями этого края. Тем более, туда редко добираются туристы, и практически девственный тропический край в полном вашем распоряжении. Он рисовал в нашем воображении дивные манящие картины: необитаемые острова Росс энд Смит, соединенные между собой тонким перешейком земли… абсолютно девственные джунгли… заросли мангровых деревьев… пустынные песчаные пляжи с нависающими над золотым песком пальмами…
Название конечной точки нашего пути – Диглипур – я запомнила на всю жизнь. 11 часов тряски в старющем автобусе без амортизации и жесткими скамьями вместо сидений превратили мой зад в отбивную. Министр не соврал – туристов не было уже даже на этапе посадки в автобус. Только местная интеллигенция.
Джунгли и правда были невероятно красочные, дикие, нетронутые. Единственное, что говорило о цивилизации, это проложенная через них дорога для местного автобуса. Ехали мы в сопровождении полиции на мотоциклах, так как путь лежал через остров, запрещенный к посещению туристами. Там до сих пор сохранилось племя, которое носит набедренные повязки, использует для охоты копья, и панически боится фотоаппаратов. Наводить фотоаппарат на них категорически нельзя – обуреваемые своими суевериями, они становятся очень агрессивными, нападают на автобус, и заодно могут посрывать украшения и почему-то одежду красного цвета. Мы видели их. Несколько человек вышли из леса, и стояли смотрели на наш автобус, с копьями в руках, сверкая маленькими злыми глазками. Это было какое-то сюрреалистичное зрелище. Как будто за окном автобуса показывают документальное кино. В итоге обошлось без эксцессов.
Дважды автобусу надо было переправляться на пароме. Все пассажиры выгружались, и старый ржавый еле ползущий по заливу паром перевозил сначала автобус, а потом возвращался за пассажирами, так как переправить всех сразу было для него равнозначно гибели.
В одну из таких переправ захотелось мне в туалет, и я, как девушка стеснительная, и уже просто офигевшая от бесцеремонности индусов (местные пялились, тыкали пальцами и что-то обсуждали постоянно), устремилась к единственному строению в поле моего зрения. Архитектура его не оставляла сомнений, для чего оно возведено, и я предвкушала пару минут уединения.
И вот в самом центре Андаманских джунглей, в окружении островных индусов и мангровых зарослей, я испытала (как говорил Михаил Задорнов) чувство ГОРДОСТИ за наш народ!
На стене туалета по-русски огромными печатными буквами мелом было выведено ЖОПА МИРА
|
|
567
Денис Куприянов
В десятом классе нас возили на армейские сборы. Тот случай когда отмороженным на всю голову оболтусам было предложено на своей шкуре узнать что такое армия, пусть и в облегченной версии.
Суть была проста: вот поле, вот речка. Вдоль речки расположены позиции так называемых "Синих". Позиции штурмуют так называемые "Красные". По сценарию "Красные" должны были захватить позиции, а "Синие" будучи разгромленными, отступить за речку. Я находился на стороне "Красных" во второй роте, которая должна была атаковать центр. Первая соответственно шла на левый фланг, а третья на правый. Всё чётко, просто и понятно.
Повторяю диспозицию: открытое поле, с редкими вкраплениями кустарников и деревьев. Прямо по курсу река, куда и надо идти. Казалось бы что может быть сложней? Оказалось может.
Начну с того, что на полпути мы потеряли третью роту...
|
|
568
Ведущий на концерте:
— Музыка Яна Френкеля, стихи Инны Гофф, исполняет Иосиф Кобзон. «»Русское поле»»!
|
|
569
Играют в футбол команда слонов с командой муравьев. За 10 минут до финала слоны ведут со счетом 50:0. Вдруг в команде муравьев объявляют замену, и на поле выходит сороконожка, которая начинает забивать слонам гол один за другим. В итоге слоны проигрывают 50:75. Капитан слонов подходит к капитану муравьев и говорит: - Какой мощный игрок! А почему ты не выпустил его раньше? - Да он все это время бутсы зашнуровывал.
|
|
571
Было бы смешно, если бы не было так грустно.
Дача у меня расположена на границе Московской и Калужской областей (мы "в калугу" за грибами ходим). На севере от дач поле и за ним деревня, вокруг поля лес. И на днях этот самый лес загорелся, причем пожар начался около деревни (то ли кто-то траву или мусор жег, то ли окурок выкинул). Вызвали пожарных, те приехали достаточно быстро -- всего за 20 минут. Огонь потушили.
Нашему сторожу выразили благодарность, что вовремя вызвал.
Все, казалось, закончилось нормально, но тут он увидел дым в том же лесу, но не на севере, как было, а на западе, показал пожарникам, а в ответ услышал:
-- Это другая область, мы за нее не отвечаем. Либо вызывайте калужских пожарных, либо ждите, когда огонь дойдет до Московской области, тогда мы приедем и его потушим...
|
|
574
ПОЗДРАВЛЕНИЕ
Артиста-тезку президент по-царски все-таки поздравил
Враз без проблем и жителей Донбасса всех оставил.
В ужасе мусор авак,
хотел чистить всех,
а теперь-сам прыгай в мусорный бак.
Лютует госдеп-хотел русичам насыпать на хвост соли,
а перед ними расстилается Дикое Поле.
И все это просто и логично-
Пустое место пустым местом может править на отлично.
|
|
575
Довелось мне быть рабом на плантации. Каждый год мой дед заставлял меня все лето обрабатывать огород, размером с футбольное поле. И при этом постоянно мне дед жаловался, что ему этот огород и нафиг не нужен, самому тяжело организовывать "доставку" рабов на плантации и привозить с плантаций урожай.
И лучше б он это время на рыбалке проводил.
Один раз, я посчитала вообще все материальные расходы, которые сопровождают этот тупой рабский труд. И радостная прибежала к деду и сказала, что "ничего себе, оказывается, ты тратишь, например, 10000 тугриков за весь сезон на содержание огорода, а получаешь с него урожая на 6000-7000!!! ". На что мне был дан ответ, "кто ты такая, чтоб указывать старшим, и что люди (читай, остальные хозяева) скажут, если вы (мои рабы) не будете пахать на моей плантации?!".
|
|
576
Гуляй-Поле, и не боле!
Раз «Спартак» – можно действовать так,
Что по роже получит прохожий,
Если рожей с тобой он не схожий,
Если выдался день непогожий,
Если просто чесался кулак!
Разгулялся Гулиев Аяз,
Но – О, ЧУДО! – джигит не увяз:
Иностранец со сломанным носом
Уж не парится этим вопросом!
От Лазаря претензий нет,
Воскрес! - не нужен лазарет!
11 апреля 2019 г.
Полузащитник московского «Спартака» Аяз Гулиев избил пешехода, за то что тот слишком медленно переходил дорогу по переходу. У американца (им оказался пешеход) сломан нос, однако в полиции он написал заявление об отказе претензий к Гулиеву.
|
|
577
Кормить птиц птицами - это как-то даже извращённо. Выкидываю куриные останки. Но коты и собаки по весне под окнами просто не успевают ухватить кусок. Чайки тут же налетают и все косточки растаскивают. С дикими криками, замечу. Всё было как всегда, но в этом году в поле зрения появилось гнездо ворон. И обитатели-строители гнезда - само собой. Сначала отметилась баба, нет, некрасиво, женщина-ворона, которая собирала веточки, решая жилищный вопрос. А потом и мужик-ворон стал промышлять. Причём, довольно решительно. Садится на дерево напротив окна и каркает, кивая головой. Дескать, подайте, люди добрые, сами мы пролётом, а детишки скоро вылупятся.
А что поделаешь? Киваю головой в ответ и если нет чаек рядом - хлеб кидаю. Семья, однако. Может, его жена заклюёт, если еды не притащит.
|
|
580
Когда ехала сюда, в маршрутку зашли довольно колоритные персонажи. Не, в городе я бы и внимания не обратила, но тут - стоит буквально посреди поля обычная такая "остановка" - четыре столба с шиферной крышей, а под ней - трое таких кошернейших хипстера - подвороты, шарфы, стрижечки, очочки, у девочки - вечерний макияж, всё, как полагается. В одну сторону до горизонта - шпалы, в другую - чисто поле, и вот они. Следующие пять минут я забывала дышать, потому что, когда в драке сошлись две основополагающие черты личности - любопытство и мизантропия - не до того, ей-богу. Победило воспитание, которое заявило "вы оба придурки, а люди могут одеваться как им нравится и быть там, где им надо, и это не ваше дело!"
|
|
581
Жили-были три сестры. Одна была ленивой-преленивой. Вторая злой-презлой.
А третья и умница, и красавица, и рукодельница, любо-дорого смотреть.
Однажды утром остановилась телега у их ворот. Сестры вышли посмотреть, кто приехал. На телеге сидела незнакомая пожилая женщина.
Кто ты? спросили они.
Я Судьба. Пришло время выходить вам замуж.
Посадила их Судьба на телегу и повезла выдавать замуж.
Заехали они в первую деревню. Видят, в поле парень пашет и в руках у него любое дело спорится. Если нужно что-нибудь починить или построить все к нему бегут.
Вот этот твой, говорит Судьба первой из сестер.
Высадили сестру и поехали дальше.
Заехали в следующую деревню. Там парень живет такой, что никому в помощи не откажет. Добр ко всем. Нарадоваться на него народ не может, такой молодец.
Вот этот твой, говорит Судьба второй из сестер.
Высадили сестру и поехали дальше.
Заехали в третью деревню. У последнего дома, в грязи, у самой старой развалюхи, лежит пьяный. Остановила Судьба телегу и говорит:
Этот твой.
Да на кой он мне?! взмолилась третья сестра. Я же вот и добрая, и хорошая, и рукодельница. А ты мне такого жениха даешь! Вон сестрам каких нашла что, другого для меня нет?
Другие есть... ответила Судьба и, вздохнув, добавила, Но этот без тебя пропадет!
|
|
583
Собрались на стрелку как-то богатыри Алеша Попопвич, Добрыня Hикитич. Да ждут-пождут дружка свово-Илюшу Муромца. А нет его -опаздывает. Так прибыли они на поле , где с татарами им биться надо, а Ильи все нет. Уж уговаривают они басурманов подождать. Ждут час ,два ,три, а Ильи все нет. Hу решили сами разобраться. Побились. всех убрали. Сами в крови отдыхают. Тут появляется на своем богатырском коне Илюша Муромец еще пуще в крови ,булава поломана, шлем пробит. Дружки его спрашивают: Что случилось, почему не пришел на подмогу? Б*я буду, пацаны поле перепутал
|
|
585
"Что опьяняет сильнее вина? -
Лошади, женщины, власть и война!"
Р. Киплинг
Заметьте, Киплинг в своем стихотворении лошадей поставил впереди женщин... Ха-ха...
На ан.ру не так давно было несколько отличных историй про лошадей, свое вспомнилось, тоже решил отметиться.
Истории у меня традиционно длинные, кого это напрягает - листайте...
Из воспоминаний детства.
Летние каникулы я обычно проводил в сибирской деревне у бабушки. Дед работал скотником в совхозе. Стадо дойных коров голов 300-350, летний полевой выпас, сутки через двое. Утром и вечером привозили доярок для дойки, во главе с механиком, запускавшим дизель-генератор, а так остальное время вдвоем с напарником, пересменка во время вечерней дойки. Какая-то хитрая мотивация, зарплата напрямую зависящая от удоев, поэтому работали без дураков, стараясь использовать полностью световой день, выбирая и меняя для выпаса лучшие пастбища. В июне, например, удавалось поспать только порядка 3-х часов за полные сутки. Естественно, пасли на лошадях, по-другому не получилось бы, слишком большие расстояния и побегать бы пришлось, что в возрасте деда уже не так просто.
Мне 12 лет. С дедовой лошадью, достаточно старым мерином, отношения весьма сложные, меня, как хозяина, вообще не воспринимал. То не давал садиться на себя, то пытался укусить, да и в седле не особо слушался. Короче, я его откровенно опасался и считал коней: тупыми, злобными, неповоротливыми, непослушными и серьезно опасными животными. Да и в седле чувствовал себя весьма неуютно, и по-правде сказать, что ездить верхом и управляться с лошадью толком не умел. Ну, нет конечно, не совсем болван, и рысью, в такт бега приподнимаясь на стременах и галопом вполне, но чувствовал себя и наверняка со стороны смотрелся, скорее, мешком с отрубями, чем ловким наездником.
Но не было бы счастья... Дедов напарник серьезно покалечился, упав с крыши сеновала и дед остался один. Лето в совхозе, людей свободных нет, от слова совсем.
- Даже под кустик спокойно присесть-посрать некогда... - жаловался он бабушке, проработав одну смену в одиночку. Естественно, следующий раз я поехал вместе с ним. За сутки, сперва набегался, да так, что ноги еле двигал, а потом когда дед меня пожалел и поменявшись посадил на лошадь, то набил такие синяки на заднице и натер между ног, что вообще передвигался с трудом и в раскоряку. Бабушка ворчала, но дед был непреклонен:
- Я в этом возрасте за плугом по 16 часов пахал...
Оформил в совхозе, как подпаска (с серьезной зарплатой между прочим, не в сравнение конечно, с деревенскими пацанами, работающими летом помощниками комбайнеров), и выписал мне мерина 3-х летку со звучным именем "Прогресс".
- Давай знакомься, твой теперь... - заведя на поводу во двор. Я волновался, наверное сильнее, чем перед первым свиданием в последующем. Поэтому подготовился, заранее отрезал несколько толстых кусков хлеба и посыпал их крупной солью.
Ах, это прикосновение нежных лошадиных губ, сердце замерло, когда Прогресс, аккуратно взял подвижными губами с ладони хлеб - благодарно на меня посмотрел. Так прямо у нас любовь с первого взгляда случилась.
- Деда, я его Пронькой звать буду...
- Почему Пронькой, а не Прошкой, например?
- Да ты посмотри на него, какой он Прошка? Вылитый Проня! Гляди какой взгляд хитрый и пронырливый...
- Ладно, занимайся, в стойло определи, воды принеси и травы задай... Завтра поедешь сам, чтобы перековали, я договорился...
- Деда... Может вместе?
- Сам управишься, большой уже, тебя до свадьбы за ручку водить что-ли? И потом тоже подсказывать..., как вставлять... - дед довольно заржал.
- И еще завтра к Хохлу поедешь, Иван Михалыч тебя немного поучит. Говорит, что казак потомственный, брешет поди, но с лошадьми знатно управляется... А я не смогу, терпения не хватит... Я же не обматерить не смогу, а ты даже на "ерганный рот" обижаешься не по-детски...
Всё оказалось не так страшно, и перековали, и к Михалычу поехал, прихватив пузырь самогона и кусок копченной свинины, сунутый бабушкой.
- Пошли за околицу... - Михалыч, в моем тогдашнем понимании, глубокий старик, положил в безразмерный карман граненый стакан, луковицу, краюху хлеба, сунул за голенище сапога небольшой нож.
- Конем надо управлять только ногами...
- Это как?!
- Вот лыцари (так и говорил "лыцари"!) раньше... В одной руке щит, в другой копье или меч... Оне чо, хуем за узду дергали?
- Мы казаки, или где?
Пронька оказался очень понятливым, веселым и игривым, немного хитрым, но у нас с ним все получалось. И на свист уже прибегал и некоторые команды только голосом, выполнял, даже ложился набок, а я таскал по совету Михалыча постоянно с собой небольшой холщовый рюкзачок с мытой некрупной морковью и хлебом, фактически дрессируя его, как собаку. И сам уже в седло влетал ласточкой, вот только с управлением ногами оказалось сложнее, но после одного случая тоже поперло.
Мы на сутках, спали ночью в вагончике.
- Вставай быстрее, коровы ушли... Потрава, бля... - на улице еще темно, около 3-х ночи, только небо на востоке начало слегка светлеть. Коровы выломали символическую загородку из тонких жердей и всем стадом ушли в расположенное сзади поле с уже колосившимся овсом. Далеко ушли, дальние уже почти с километр и еще разбрелись широко. Седлать некогда, так поскакали.
Пронька воспринял такой уход стада как личную обиду, я им совсем не управлял. Он сам носился, петляя, как заяц, на поворотах наклоняясь так, что я почти касался ногами земли, кусал коров, выгоняя их с поля. При этом злорадно ржал с восторгом от собственной ловкости и свободы движения. Я вцепившись в гриву, пытался лишь просто не свалиться. Корова только в стаде ведет себя как глупое животное, почувствовав свободу, начинает проявлять недюжий интеллект. Бык-производитель, здоровый, как танк, по кличке "Гад", наклонив голову с широченным лбом и нехилыми рогами, глухо мыча, почти рыча, приготовился встретить несущегося на него Проню. А тот, как-то очень ловко вильнул перед мордой, и привстав на дыбы, неслабо двинул того копытом передней ноги в район правого уха. Всё, сопротивление сломлено, бык трусливо потрусил в сторону стойбища. Проня на мгновение остановился, я тут же спрыгнул, чтобы немного опомниться от такого ошеломительного ковбойского родео. А-а, хозяин, тебе не надо - мне значит тоже... - Пронька тут же остановился и наклонив голову, начал смачно хрумкать молодым овсом, больше не обращая внимания на коров.
- Ладно, засранец... - я полез обратно - Погнали...
- Ку-у-уда! - (громкий пастушеский крик, вполне понимаемый скотом), это я уже корове, повернувшей опять от загона.
Деда за потраву оштрафовали на нехилую сумму. Он долго возмущался:
- Чо теперь, не отдыхать совсем? - а я понял, какое конь быстрое и ловкое животное, и при том очень умное и смелое. И у нас после этого возникло полное взаимопонимание, я бы даже сказал - полное единение. Я, наконец то, без проблем научился ездить "охлюпкой" (без седла), переводя Проньку с места сразу в галоп, избегая тряской рыси. В телегу он запрягался неохотно, обижено на меня кося, но под седлом носился с удовольствием, иногда по-ребячески взбрыкивая от полноты сил и упоения от стремительного движения. Я пару раз улетал, но в детстве даже такие падения, кончаются обычно только синяками.
Дед со своим мерином управлялся трехэтажным и частенько кулаком и кнутом, а у меня Проня только лаской, в критических моментах лишь повышением голоса с осуждающей интонацией. Никогда никакого хлыста или кнута, не-е... вру, один раз пришлось все-таки одним ударом на место поставить, а вот дед свой почти из рук не выпускал. Надо отдать ему должное, управлялся он им очень ловко. Мерину в основном грозил, а коровам иногда прилетало. Хотя чаще он им просто "щелкал" (оглушительный хлопок при правильном поступательно-возвратном движении рукой). Я потом прочитал, что такой громкий звук получается, потому, что кончик кнута преодолевает звуковой барьер (скорость звука в воздухе 340 м/сек).
Про дедов кнут надо сказать отдельно. С точенной ручкой, из сыромятной кожи, длиной почти 6 метров, у деда иногда казался продолжением руки. Для меня же тогда слишком тяжелый. Несколько разных насадок для кончика, на рыболовной плетенке с карабинчиком для быстрой смены. Для щелканья кусочек распушенной на конце тонкой бечевки, для охоты - просверленный насквозь стальной шарик, чуть больше сантиметра в диаметре. Этой насадкой он рисуясь и играючи, к восторгу зрителей, колол куски доски двадцатки, прислоненные к вагончику.
- А эта тебе зачем? - спросил я, показывая насадку с тонкой стальной проволокой, примерно пяти-семи сантиметров длиной.
- Что-то курицы захотелось, поедем сегодня на смену через птицефабрику - увидишь...
Та птицефабрика разительно отличалась от современной, с птицей в тесных клетках. Та курица гуляла свободно по территории, огороженной не очень высоким забором из сетки-рабицы. Некоторые, особо активные забор перелетали, роясь в редком березовом лесочке, возвращаясь обратно только на кормление.
Едем мимо, дед воровато оглянулся, спрыгнул с телеги, крадучись подошел поближе. Короткий взмах рукой с кнутом, негромкий всвист и обезглавленная курица, пробежав несколько метров, забилась на взрытой земле, орошая ее яркой кровью. Выждав с полминуты, дед еще раз огляделся, быстро подобрал голову и тушку, сунул их в телегу под траву.
- Вечером приготовим по-полевому...
Стемнело, небо вызвездило, такого безмерного количества звезд в городе никогда не увидишь. Горит костер, в нем два кирпича положенных рядышком. Не убирая перо, дед курицу выпотрошил, сунул и растер внутри пригоршню соли, еще засунул вовнутрь очищенную луковицу и принялся тщательно, прямо по перу, обмазывать снаружи глиной, замоченной заранее в ведре. Обмазал толстым слоем, положил на кирпичи, нагреб сверху углей с горкой...
Застывшая, потрескавшаяся глина, с приготовленной курицы, снимается вместе с пропитанным ею пером... и вкуснее я птицы больше никогда не пробовал...
В магазине покупали только хлеб, с совхозной пекарни, раньше ездил на велосипеде (порядка 2 км. в одну сторону), теперь только на Проньке, красуясь по деревне. Крупной рысью, с прямой спиной, гордо поднятой головой, в такт еле заметно приподнимаясь на стременах, отчего посадка кажется влитой, небрежно левой рукой придерживаю провисшую уздечку. В правой "детский" кнут (примерно 3 метра), перехваченный метровой полупетлей указательным пальцем, чтобы не попал под задние копыта. Под восхищенными взглядами баб и девчонок, ждущих привоза хлеба, резко останавливаю, подняв на дыбы с разворотом, ловко спрыгиваю, небрежно перекидываю и привязываю уздечку к решетке.
- Ай, да прямо казак... Какого внука Василий воспитал... - делаю вид, что не слышу, и даже не смотрю в ту сторону, хотя внутри все поет от удовольствия.
- Эй, а чего у тебя конь не взнуздан?
- Он и так меня слушается... - теперь соизволил посмотреть и небрежно, как о пустяке ответить, взглядом зацепив красивую девчонку-ровесницу, во все лучащиеся, синие глаза на меня с восторгом смотревшую. Ну надо же, как это оказывается приятно...
За такую гордыню и самолюбование, наказание свыше не заставило себя долго ждать. В очередной раз поехал на Проне за хлебом. Высокое синее небо, с небольшими белоснежными облачками, легкий, теплый ветерок с полей, вкусно пахнущий цветением разнотравья, жаворонок поет... Настроение прекрасное. Вот бы та девчонка опять была...
Чувство полета, скорости, ощущение под собой послушного, откликающегося на малейшее твое желание сильного животного, собственной ловкости и умелости... Издалека разглядел у магазина знакомый цветастый сарафан и от удивительного состояния незамутненного счастья даже запел во все горло. Как сейчас помню - "Машину времени":
"Мы в такие шагали дали, что не очень то и дойдешь..."
Пока сумел выплюнуть, оса успела несколько раз укусить в язык и в губу изнутри...
Спрыгнул я сам или просто свалился - даже не понял. Упал на пыльную дорогу и от острой боли не сознавая, смог ли я эту жгучую гадость выплюнуть или все еще кусает, глаза застили слезы, язык по ощущениям горел и мгновенно распухал. Пронька подошел, несколько раз шумно меня понюхал, потом прихватил мягкими губами за ухо и тихонько потянул вверх, мол, ты чего хозяин?, вставай-давай...
От магазина на велосипедах подъехало несколько человек, видимо заметили мои кувыркания в пыли. А Пронька не подпускает, храпит, наступает на них боком, зубы скалит... Подтянулось еще несколько человек, в деревне развлечений то немного.
Сквозь слезы заметил знакомый сарафан, что сразу меня мобилизовало. Встал, вытер низом футболки грязное лицо, говорить уже не мог, поэтому жестами и мычанием показал про осу влетевшую в рот, и что эпизод исчерпан.
Я запрыгнул на Проню и поехал шагом домой, молча страдая, и морально, и физически. Язык опух, да так, что нелепо торчал наружу, нижняя губа напоминала багровую толстую сардельку, три дня с большим трудом пил только молоко, на четвертый смог съесть немного жидкой каши. Вот так, мгновенно из князя в грязи, переделывая известную поговорку. Но сейчас понимаю, что отделался больше испугом, мог и отек гортани с последующим удушьем получить.
На самом деле последний эпизод произошел уже следующим от начала повествования летом. Прошло несколько лет, я стараюсь приезжать как можно чаще и на подольше, в т.ч. зимой и осенью. Проня раздобрел, заматерел, но также с удовольствием носился со мною под седлом. Помню: давно не был, а сейчас его седлаю, и нас обоих прямо трясет от сладкого предвкушения безумных скачек по скошенным полям. Переобуваюсь на крыльце, а он в нетерпении прыгает с брыканием по скотному двору, загнав в угол испуганных овец.
Можно было бы рассказать еще несколько интересных случаев, например, про волчью нору, но чувствую - перебираю по объему, поэтому еще только один.
Мне 16 лет. Я приехал на выходные. Начало зимы, мы поехали с дедом на охоту. Я на Проньке, дед взял в совхозной конюшне молодого жеребца. Едем шагом по опушке "заячьего" леса, дед со своим раритетным кнутом, я с "детским". Он поближе к лесу, я от него метрах в десяти к полю, "на добивке". Заяц сидит до последнего, потом выскакивает буквально в паре метров и почему-то всегда в поле. Снегу еще немного, лошади идут легко, но жеребец выскакивающих зайцев пугается, дергается, дед промахивается раз-другой, а я даже близко так кнутом не владею, тоже мажу. Загонять зайца на лошади бесполезно, он петляет, да так, что его ловкая и гибкая рысь не всегда взять может, но зайцев много, третья попытка, четвертая. Дед уже строит семиэтажные, Проня тоже чувствую заметно злится, даже жеребца куснул. Наконец дед попал, заяц заверещал, как маленький раненый ребенок, так, что у меня всякое желание дальше охотиться пропало. Хорошо, что дед вторым ударом сразу его добил. Я хотел уже приотстать, но вдруг заметил далеко в поле рыжую искру.
- ЛИСА!! Но далеко... уйдет... - с сожалением дед.
- А это мы посмотрим... - Проня рванул, как мне показалось даже раньше команды. Ах, как же он пластался... я его вообще не подгонял, он словно заразился моим, всё возрастающим азартом.
- А-а-а! - Достаем!! До леса не уйдет, но в голове пусто, только первобытные инстинкты охотника, зашкаливающий азарт и хлещущий через край адреналин. Когда осталось меньше пяти метров, Проня плавно сдвинулся в сторону, словно открывая пространство для удара. Я с первого же взмаха попал шариком матерой лисе в лоб, чуть выше переносицы... Наповал.
Я обратно ехал шагом, медленно отходя от бешенной скачки и сумасшедшего сердцебиения. Вот это охота! Вот это я понимаю...
Для сравнения. Пригласили меня пару лет назад на охоту. Возложив свои пузаны на мощные снегоходы, трое охотников загнали по глубокому снегу небольшую косулю и остановившись, практически в упор расстреляли ее, изнеможенную и замершую, из крутых нарезных винтарей. Ее била крупная дрожь, обреченно смотрела, провалившись по грудь в снег, на подымавшиеся стволы, влажным черно-лиловым взглядом, пробиравшим до глубины души... А я думал: Вы, чего мужики... серьезно? Так и не снял с плеча, одолженную мне винтовку. В чем кайф то? Точно не из-за мяса, лицензия дорогая и бензина больше сожгли. Фу бля..., охотнички...
В дальнейшем я ушел в армию, а когда пришел, многое изменилось. Бабушка серьезно заболела, почти уже не вставала. Младшая дочь забрала их с дедом в город, продав дом в деревне.
- Как там Проня? - практически второй мой вопрос.
- А Проньку в совхоз обратно забрали, когда я в больницу с сердцем попал...
- Выдали его потом одному долбоёбу, тот не уследил, правое переднее копыто расковалось, охромел, на ногу наступить не мог, безуспешно лечить пытались... А потом сдали на мясокомбинат...
- Мамочка... - шепотом, у меня в душе все перевернулось, я стиснул зубы, а дед уже перешел на другую тему. Да не поняли бы меня родственнички, с их рационально-жестоким, деревенским прагматизмом, с их равнодушно-потребительским отношением к скотине. Я ушел в ванну, включил воду и разрыдался... Я - уже взрослый, двадцатилетний мужик, прошедший армию, видевший горы трупов в Ленинакане, заживо сожженных детей в Маргилане... - плакал взахлеб как маленький мальчик...
Умом понимал, что ничего изменить все равно не получилось бы. Ну, не в деревню же переезжать, бросив институт, но в душе так было гадко, словно предал или сам убил лучшего друга... Тех слез и сейчас ни капли не стесняюсь.
Много лет спустя и теперь уже давно, повез я своих детей в конно-спортивную школу. Дочке семь лет, сыну десять. Но не зашло... Вообще никакого желания, а насильно мил не будешь... Все понимаю: другое поколение - другие интересы, но мне их немного жаль. Не будет в их жизни никогда того сладкого упоения от быстрой скачки и не будет никогда такого Прони...
Как сказал Черчилль: "Ни один час жизни, проведенный в седле, не прожит зря." Прав был сэр Уинстон, прав на все сто.
|
|
590
Я ваксинг зоны бикини делала один раз в жизни, и, поверьте, больше на такое не пойду даже если мне заплатят. Во-первых, я пошла на ваксинг будучи глубоко беременной, буквально за пару дней до кесарева. Мастер, увидев "объект", и, пытаясь рассмотреть под объектом поле работы, слегка прифигела. "Девушка, а вы уже делали ваксинг?" с опаской спросила она. "Говно вопрос!" с улыбкой счастливой идиотки сообщила я, не уточнив при этом, что до этого всего лишь занималась мелким садомазо, гордо именуя это "ваксинг ног". Взгромоздившись на стол, и посетовав, что из-за пуза не видно, я морально приготовилась к священнодействию. Звучала медитативная музыка, приятно пахло воском, мастер вдумчиво пощелкала ножницами в районе паха и переспросила :"Точно все убираем?" "А хуле нет?" лениво подумала я, и кивнула, полусонная. Мастер нанесла воск на верхнюю часть лобка, пригладила сверху полоской ткани, и дернула. От моего вопля с деревьев в радиусе километра, как взрывной волной, смело всех ворон. А мастера припечатало к стене. Честно, я чуть не родила, причем сама, и причем ребенка, который лежал ножками вперед. Я опущу занавес и не буду рассказывать, как я избавлялась от оставшейся части волос на неудавшемся "пЭрсике", а сразу перейду ко второй части Марлезонского балета, действие которого развернулось в роддоме неделей позже.
Те, кто делал кесарево "надцать" лет назад, знают, что никаких зарослей около будущего шва быть не должно. При первом кесареве мне процедуру обезволосения провели всухую, тупой бритвой Нева в руке похмельной санитарки. Помня сей Хичкоковский опыт, я озаботилась ваксингом причинного места, как и было описано выше.
Гордая своей предприимчивостью, и стараясь не вспоминать ужасы процесса, я прошествовала в смотровую и сняла трусы. Но, вместо восхищения, на лицо врача наползло недоумение, а, присмотревшись поближе, ужас. "Женщина, что с вами случилось, почему там все красное и в прыщах?!" обрела дар речи акушерка. "Ваксинг," уже не так гордо объяснила я. "Мы вас так не можем на стол класть, сейчас я пришлю сестру и она присушит ЭТО зеленкой," пообещала врач, и оставила меня в томном ожидании.
А надо сказать, что за неделю, с таким трудом удаленные, волосы начали отрастать, и пЭрсик начал не только чесаться, но и напоминать по виду больного лишаем ежа. Живенько представив, на что станет похож мой многострадальный пЭрсик, если его ещё и покрасят в зеленый цвет, я натянула трусы и заняла оборонительную позицию.
К моему изумлению, драться и уговаривать меня не стали, а переодели и увезли в операционную.
Коварство медперсонала я в полной мере оценила во время первого похода в туалет, попытавшись рассмотреть шов. Прямо под швом, в паху, уютно расположился зеленый, побитый лишаем, ёж....
|
|
591
ВЫДЕРЖКИ ИЗ СОЧИНЕНИЙ ШКОЛЬНИКОВ :) 1. Трактор мчался по полю, слегка попахивая 2. Летом мы с пацанами ходили в поход с ночевкой, и с собой взяли только необходимое: картошку, палатку и Марию Ивановну. 3. Умер М.Ю.Лермонтов на Кавказе, но любил он его не поэтому! 4. Плюшкин навалил у себя в углу целую кучу и каждый день туда подкладывал. 5. Ленский вышел на дуэль в панталонах. Они разошлись и раздался выстрел. 6. Дантес не стоил выеденного яйца Пушкина. 7. Во двор въехали две лошади. Это были сыновья Тараса Бульбы. 8. Онегину нравился Байрон, поэтому он и повесил его над кроватью. 9. Герасим поставил на пол блюдечко, и стал тыкать в него мордочкой. 10. У Онегина было тяжело внутри, и он пришел к Татьяне облегчиться. 11. Лермонтов родился у бабушки в деревне, когда его родители жили в Петербурге. 12. Чацкий вышел через задний проход и подпернул дверь палкой. 13. Герасим налил Муме щей. 14. Бедная Лиза рвала цветы и этим кормила свою мать. 15. Хлестаков сел в бричку и крикнул: Гони, голубчик, в аэропорт! 16. Отец Чацкого умер в детстве. 17. Пьер был светский человек и поэтому мочился духами. 18. Под старость лет его приковало к постели раком. 19. Вдруг Герман услыхал скрип рессор. Это была старая княгиня. 20. Кабаниха нащупала у Катерины мягкое место и каждый день давила на него. 21. У Ростовых было три дочери: Hаташа, Соня и Hиколай. 22. Тарас сел на коня. Конь согнулся, а потом засмеялся. 23. Душа Татьяны полна любви и ждет не дождется, как бы обдать ею кого-нибудь. 24. Шел полк французов и кутузов. 25. Онегин был богатый человек: по утрам он сидел в уборной, а потом ехал в цирк. 26. Петр Первый соскочил с пьедестала и побежал за Евгением, громко цокая копытами. 27. Нос Гоголя наполнен глубочайшим содержанием. 28. Глухонемой Герасим не любил сплетен и говорил только правду. 29. Тургенева не удовлетворяют ни отцы, ни дети. 30. Такие девушки, как Ольга, уже давно надоели Онегину, да и Пушкину тоже. 31. С Михаилом Юрьевичем Лермонтовым я познакомилась в детском саду. 32. Герасим ел за четверых, а работал один. 33. Печорин похитил Бэлу в порыве чувств и хотел через ее любовь приблизиться к народу. Hо ему это не удалось. Hе удалось ему это и с Максимом Максимычем. 34. У Чичикова много положительных черт: он всегда выбрит и пахнет. 35. Пугачев помогал Гриневу не только в работе, но и в любви к Маше. 36. Шелковистые, белокурые локоны выбивались из под ее кружевного фартука. 37. Сыновья приехали к Тарасу и стали с ним знакомиться. 38. Фамусов осуждает свою дочь за то, что Софья с самого утра и уже с мужчиной. 39. Таким образом, Печорин овладел Бэлой, а Казбич Каракезом. 40. Наташа была истинно русской натурой, очень любила природу и часто ходила на двор. 41. Герасим бросил Татьяну и связался с Муму. 42. Грушницкий тщательно целил в лоб, пуля оцарапала колено. 43. Поэты хIх века были легкоранимыми людьми: их часто убивали на дуэлях. 44. Здесь он впервые узнал разговорную русскую речь от няни Арины Родионовны. 45. Первые успехи Пьера Безухова в любви были плохие он сразу женился. 46. В результате из Тихона вырос не мужчина, а самый настоящий овца. 47. Кирсанов сидел в кустах, но все, что не надо, видел. 48. Сначала Татьяна горячо любила Онегина, а он ее в глаза не видел. Hо когда она похолодела, Евгений решил начать все снова. Было поздно. 49. Председатель так взял доярок за живое, что надой молока сразу увеличился. 50. Когда я прочитал роман Горького Мать, то сам захотел стать матерью. 51. Hа поле раздавались стоны раненых и мертвых. 52. В лесу стоял необычайный аромат, и я тоже остановился постоять. 53. Летать на костылях непросто, но он научился.
|
|
592
Вы когда-нибудь мечтали стать охотником?
Я мечтал об этом с детства. С того дня, когда посмотрел фильм «Белый Бим Черное ухо». Поле, опушка леса, маленький ручеек, ты один на один с природой, наслаждаешься тишиной, покоем и одиночеством. Птички щебечут в ветвях. Воздух прозрачен и чист, чуть сдобрен пряным ароматом осени. С тобой твой самый преданный друг – собака. И естественно верная двустволка, как же без нее.
Приближаясь к 40, я решил, что мечту уже пора осуществлять.
Вы когда-нибудь охотились с гончей на зайца? Нет? Зря. Очень рекомендую. Старинная русская забава, знаете ли-с. По крайней мере, именно так мне ее отрекомендовали.
Рецепт сей забавы сравнительно прост. Берем егеря с гончей и трех «охотников». Вывозим их в лес. «Охотников» егерь выстраивает вдоль просеки на расстоянии метров 100-150 друг от друга и велит им ждать. Гончую егерь отпускает искать зайца.
Наступают блаженные минуты тишины и покоя, предвкушения и надежды, расслабления близкого к нирване. Человек и лес. Почти один на один. Озорные лучики солнца, пробиваясь сквозь еще густую листву деревьев, золотят их уже павших собратьев. Вдали слышатся «пулеметные очереди», издаваемые дятлом.
Но, чу, что это? Лес оглашается лаем гончей.
- След взяла,- довольно хмыкает егерь.
Внутри все замирает, сжимается, готовится к одному быстрому движению. Сейчас гончая выгонит зайца на просеку и будет лишь миг, чтобы добыть его.
- Вы главное в собаку не попадите,- подбадривает «охотников» егерь,- Как зайца подстрелите, сразу в рюкзак его. А то мало ли, ходют тут всякие, вопросы задают, документы спрашивают. А если заяц в рюкзаке, то его как бы и нет. И спросу, стало быть, тоже как бы нет.
Но заяц хитер. Лай гончей то приближается, то удаляется.
- Петляет,- комментирует егерь,- Заяц кругами бегает. А гончая его только по следу ведет. Носом в землю. По сторонам не смотрит. Заяц может круг прямо рядом с ней сделать, она и не заметит.
Лай гончей все удаляется, дальше и дальше. В след за лаем удаляется и егерь. «Охотники» нетерпеливо переминаются в ожидании. А лай их словно дразнит, словно манит за собой, зовет уйти с просеки в чащу. Иной раз, кажется вот он, руку протяни и достанешь. Два десятка шагов сделай и сам все увидишь. А то он еле различим где-то на границе слуха, словно и не в лесу уже вовсе.
Иногда лай стихает. Потом возобновляется. В минуты затишья к «охотникам» по очереди выходят то гончая, то егерь, но всегда по одному.
- Гончая не приходила?- спрашивает егерь.
- Егерь не приходил?- светится вопрос в умных глазах гончей.
Так незаметно проходит день. Солнце желтеет, клонясь к закату. В лесу раздается сухой хлопок, словно выстрел из ружья. Лай гончей смолкает. Спустя некоторое время возвращается егерь. Без гончей и без зайца, но с заметно уплотнившемся вещмешком за спиной.
- Ушла за реку,- вздыхает он,- видно след совсем потеряла. К вечеру сама домой придет.
Тресясь на фанерке, заменяющей заднее сиденье в уазике-долгожителе, «охотники» в задумчивом молчании размышляли о сущности бытия, о чудной русской душе, о милой сердцу старинной забаве, о гончей и о заячьей судьбе. Прекрасный день! День, который будешь с теплом и улыбкой вспоминать на смертном одре, этот день был прожит не зря. И только одна пакостная мыслишка, словно комар ночью над ухом, зудела где-то в глубине: «Ружье-то можно было и не покупать, не так уж оно и нужно для охоты оказалось».
|
|
593
Участились сообщения наших корреспондентов с мест о новом смертоносном почтовом вирусе. Определить вирус можно по следующим приметам: в поле Subj имеется слово «задолженность» либо «последнее предупреждение», а обратным адресом указывается адрес Вашего провайдера.
Будьте бдительны, ни в коем случае не открывайте подобные письма, а сразу отправляйте их в мусорную корзину!
|
|
595
Прибралась в доме, подоила корову, вывела на луг, разбудила детей, накормила, отвезла в школу, наточила косу, пошла в чисто поле, накосила травы, уехала в офис, уволила идиотов, обналичила деньги, прибежала домой, нарубила дров, приготовила обед, накормила детей, отправила отчет в налоговую, побежала в поле, косила до темна, час в салоне красоты, привела корову, подоила, приготовила ужин, накормила детей, искупала, уложила спать, помылась,ушла в интернет, схватила со стола краюху хлеба, перекусила и довольная - спать.
Вскакиваю: УЖАС!!!
Мужик то - нетраханный весь день на диване пролежал!
|
|
596
Очень давно эту историю, очень похожую на байку, рассказал мне парень с которым я тогда встречалась.
Еще до армии он получил права, и поэтому попав в на службу в войска, соответственно, стал водителем, водил он небольшой армейский грузовичок, какой точно я не скажу, не знаю просто. С фургоном. Служба проходила на одном военном аэродроме, парень он был по молодости веселый и безответственный. Однажды пересекая поле аэродрома, решил не объезжать стоящий на пути самолет, а проскочить под ним, расстояние вроде позволяло. Но глазомер подвел его капитально, грузовик распорол часть брюха самолета и застрял намертво зацепившись за него. Наказание за его дурную самодеятельность получили все, как и что там было он не рассказывал.
Но что интересно, этот вояка умудрился выкрасть из канцелярии справку о ДТП, на память. В которой была запись "Столкновение с самолетом".
Вот так.
|
|
599
Только что минуло 23-е февраля. В этот день моему дедушке исполнилось бы 97 лет. Я думал в память о нём 23-его и забросить эту историю, которую он мне рассказал чуть более года назад, но к сожалению не успел. Посему делюсь сейчас. Напишу от первого лица, как он рассказывал. Будет длинно, извините.
Возвращение "Домой"
Эпиграф - "Шар земной мы вращаем локтями, от себя, от себя." (В.С. Высоцкий)
"К концу января 1944-го я уже был почти здоров. Лопатка и плечо правда ещё ныли, тем более, что осколки так все и не достали. Но рана затянулась, хоть и зашили её абы как, ты же сам видел. (Пояснение - в госпитале деду рану зашили очень плохо. Между лопаткой и плечом образовалась впадина размером с детский кулак). В больничке до смерти надоело, и так уже три месяца провалялся.
Начали документы на выписку готовить. Оказалось что пишет их врач, симпатичная такая девушка, Лида. Так получилось, что пока я в госпитале был, мы познакомились. Кстати землячка, тоже родом из Белорусии. Нет, никакого романа и близко не было, просто подружились, разговаривали о том, о сём.
Начала документы писать и спрашивает меня:
- Ранение у тебя тяжёлое было. Давай я напишу, что к прохождению дальнейшей службы ты не годен. Комиссуют тебя.
- Да ты что? - говорю. - Все воюют, а я в тылу отсиживаться буду. Пиши, "годен без ограничений".
- Миша, - уговаривает меня, а сама чуть не плачет, - ну зачем тебе на фронт переться? Тебе что, больше всех надо? Ты же уже 2.5 года воюешь, мало тебе что ли? Или наград ищешь? Так у тебя орден уже имеется. Сам знаешь, пошлют к чёрту в пекло, пропадёшь ни за грош. Давай хотя бы напишу, что "ограниченно годен", в армии останешься, но на фронт не попадёшь.
- Нет, - твердил я, - пиши "годен". Я на фронт хочу.
Препирались мы с ней долго. В конце концов она и написала как я просил.
- Вот упрямый баран, - в сердцах сказала. - Ты уж не забывай, черкни весточку мне хоть иногда, что да как.
Кстати, мы с ней действительно переписывались, даже после войны. Она даже ко мне на Дальний Восток приехать собиралась в 1946-м. Ну, а когда на бабушке женился, я писать перестал...
Я теперь думаю нередко, чего я упорствовал? Ведь не мальчик уже, знал, что ни хрена на войне хорошего нет. И убить могут ни за понюх табаку. Наверное, воспитывали нас тогда по другому. Как там в песне поётся "Жила бы страна родная, и нету других забот." Вся жизнь, может быть, пошла бы по-другому.
На формировании подфартило. Я вообще везучий - что есть, то есть. Там майор какой-то сидел, на меня посмотрел, на документы. Говорит:
- Вы, товарищ лейтенант, на фронте давно, с 41-го?
- Так точно, - отвечаю.
- И сейчас прямо из госпиталя?
- Так точно, - повторяю.
- Значит так. Вижу, что вы на фронт хотите, но он от вас никуда не денется. Сейчас остро нужны офицеры для маршевых рот. Пополнение большое, а опытного младшего комсостава мало. Примите маршевую роту.
Куда деваться? Принял.
Для чего маршевые роты нужны, спрашиваешь? Видишь ли, солдат после учебки или госпиталя не сразу на фронт посылали. Обычно собирали в таких подразделениях, чтобы хоть какое слаживание произошло. Формировали роты и давали пару месяцев, чтобы солдаты друг к другу притёрлись, да и командиры к солдатам пригляделись.
Состав разный, конечно. Попадались и опытные бойцы, обычно после госпиталей. Их командирами отделений ставили. Но у меня таких было мало, в основном совсем мальчишки, прямо из учебки. Мелюзга, лет им по 17, реже 18, все 26-го года рождения. У них ещё молоко на губах не обсохло, а их на фронт. Думалось - обеднела земля мужиком, совсем молодняк в армию берут.
Я им, наверное, стариком казался, ведь мне уже целых 22 года было. Да и я сам себя так чувствовал, ведь с июня 41-го на войне. А опыт - это не шутка. Вижу, что задору цыплячьего в пополнении много, но понимаю - это не солдаты. Разве за 3 месяца учебки солдата можно сделать? Да ни в жизнь. Их, по-хорошему, ещё бы с полгодика учить надо, да кто же столько времени даст? Войне люди нужны. Осознаю, что с такой подготовкой на первом же задании половина этих мальцов поляжет. Надо хоть как-то их поднатаскать.
Гонял я их нещадно, и днём и ночью. Вижу, что им тяжело, но по мне - только так и надо, ведь лишь мёртвые не потеют. Бег и стрельба это хорошо, но ещё важнее сапёру - правильно ползать, ведь часто задания ночью. От своих, по нейтралке, и до колючки. С каждого отделения - проход 10 метров. Умри, но сделай. Туда и обратно ползком, думаешь легко?
Но главное для сапёра - это минное дело. Тут я им продыху не давал, ведь хитростей десятки, если не сотни. Это же не только мину поставить и снять. Её ещё и обнаружить надо, а немцы-хитрецы своё дело туго знали. А как проволоку правильно резать? Как проход обозначить? Как снаряжение упаковать, чтобы оно ночью, пока по нейтралке ползёшь, не загремело? Тут каждая мелочь жизнь спасти может. И погубить тоже.
Мне сейчас 95. Часто думаю, сколько из них до Победы дотянуло. Может, до сих пор ещё и жив кто из тех мальчишек, что я учил. Они же меня на пяток лет моложе. Как мыслишь?
Впрочем, особо покомандовать мне ими и не пришлось, всего пару месяцев. Прибыл с пополнением на 2-й Белорусский фронт в самом конце марта 1944-го. Тут в штаб меня вызывают и приказывают роту сдать. Ладно, а делать-то что? Вот тут и огорошили меня по настоящему.
Оказывается, немцы назад откатились, но минных полей оставили за собой множество. Надо очистить, ведь земля стонет, ухода просит. А... не поймёшь ты всё равно, ты же в деревне не жил, не знаешь, что такое поле и луг. Плюс много маленьких мостов разрушено, надо восстановить. Дают мне 4 сержанта, отделение солдат, и ... целый взвод девок. Лет им от семнадцати до двадцати. Комсомолки, доброволки. Я аж ахнул:
- Товарищ подполковник, а что мне с ними делать? Они хоть мины живьём видели? Топор или пилу в руках держат умеют?
- Они через училище прошли. Остальному на месте обучите. Предупреждаем сразу, бдить зорко - за потери будете отвечать по всей строгости.
Вот это поворот. Тут самая страда и настала. И откуда этих соплюх понабрали? Тут с пацанами-желторотиками проблем не оберёшься, а это девчонки-малолетки. Не забрели бы куда, не обидел бы их кто.
В первую очередь, на минные поля строго-настрого запретил им заходить. Все мины я, сержанты и солдаты снимали. Им лишь обезвреженные мины относить дозволил. А когда мосты строили, поручил им доски, брёвна, да инструменты таскать. Приказал - в воду ни ногой. В апреле же вода ледяная, простудят там себе что.
Ох и намучился я с ними! Они же, дуры, инициативные, всё лезут куда не надо, за ними глаз да глаз. Всё им хиханьки да хаханьки. Не понимают, курицы, что коли мина рванёт, ахнуть не успеют, как их кишки на деревьях окажутся. Думал, совсем с ума сойду, хорошо, что сержанты толковые попались, помогали. Мужики, всем лет за 30, у самих дети чуть помладше есть. Надо признать, старались девчонки, хотя с большинства от них проку как свинью стричь - визгу много, шерсти мало.
Но тут-то и случай один произошёл. Девки-девками, а службу нести надо. С них толку на копейку, значить всем остальным работать много надо. Так вот, был один солдат у меня. Имя не припомню сейчас даже, мы ему кличку "Бык" дали, ибо росту он был огромного и силы немерянной. Но лентяй и волынщик, каких сроду не видал. Всё стонал да жаловался. Гоняли его, конечно, и я, и сержанты, но не так чтобы уж намного больше других. Уж коли так его природа силой наградила, грех не использовать.
Так что стервец учинил. Надыбал взрыватель, к пальцу привязал. Когда мостик восстанавливали, чем-то тюкнул. Бахнуло, два пальца оторвало, кровь хлещет. Девки с испуга орут, он тоже. Не знаю, на что он рассчитывал - ведь и дураку ясно, что самострел. А за это по головке не погладят. Такая злоба взяла - вот сукин сын, девки стараются, из жил лезут, а на нём пахать можно, и вот что учудил.
Перевязали его, конечно. Из особого отдела приехали, опросили. Рапорт приказали написать. Впрочем, особисты и без меня своё дело знали, сразу самострел увидели. Быка увезли. Не знаю, что с ним стало, думаю, шлёпнули его, в то время с такими строго было.
Для морального духа подразделения такие случаи - это очень плохо. Девки мои скисли, да и мужики хмурые стали. Дрянное дело. У самого на душе кошки скребут, вроде бы всё правильно, а не по себе. Главное, гнетёт что я в тылу баклуши бью, пока остальные воюют. Умом, конечно, понимаю, что дело нужное делаю, а всё равно муторно.
Но я, как я и говорил, везучий. Прошла неделька, потеплело, май настал. Разминируем поле одно, а через дорогу ещё поле, его другие солдаты разминируют. С ними лейтенант. Разговорились:
- С какой части? - спрашиваю.
- Первая ШИСБр. - отвечает.
- Так и я там служил до ранения. Надо же где довелось свидеться. А где штаб ваш? - обрадовался я.
- Тут недалеко, километров 10. - рассказал, как добраться.
С делом закончили, и я туда ранним вечером направился. Деревенька полусожжённая, спросил у бойцов, где командование. Захожу в хату - и нате-здрасте, Ицик Ингерман, замначштаба батальона. Не скажу, что мы дружили, он вообще меня намного старше, да штабных мы не сильно жаловали, но тут обнял как родного. Тут на шум и комбат вышел, и другие офицеры.
- Ты какими судьбами? - расспрашивают.
- Да вот после ранения. В госпитале отлежался. В маршевой роте был, сейчас разминированием занимаюсь.
- Так давай к нам. Сам знаешь, как взводные нужны.
- Да я бы с радостью. А как это устроить?
- За это не беспокойся. Сам поеду за тебя просить. - говорит комбат.
- В какую роту попаду?
- Да в твою же, третью.
- Вот здорово. К Юре Оккерту (Юрий Васильевич Оккерт - имя подлинное).
Тут мужики нахмурились.
- Нет его больше. В том бою, тебя ночью ранило, а утром он погиб.
Расстроился я жутко. Такой хороший ротный, каких поискать. Кстати, как и я, из под Ленинграда призывался. Я потом как-то пытался семью его разыскать, да не вышло. Не судьба, видно.
- А Вася и Коля как (Василий Александрович Зайцев и Николай Григорьевич Куприянюк - имена подлинные).
- Что им сделается? Как заговоренные. Коля после ранения вернулся, а Ваську пули боятся.
Тут комбат ухмыльнулся:
- Кстати, сюрприз для тебя имеется. Орден на тебя пришёл, уже полгода дожидается. Сейчас в штаб бригады ординарец сбегает, принесёт.
Вот это сюрприз так сюрприз. Оказывается, когда меня на той проклятой высоте 199.0 ранило, и меня в госпиталь увезли, комбат про меня не забыл. К Ордену Отечественной Войны II степени представил.
Ординарец вернулся скоро. Ну, как положено, орден в стакан водки положили. Выпил, разомлел. Так тепло стало на душе.
Рано утречком поехал с комбатом к своему командованию. Они меня отпускать не хотели, подполковник сначала кричал и грозился. Потом уговаривал, даже медаль выправить обещал. Но я намертво стоял, хочу к своим, и всё тут. Плюс мой комбат рядом, а он и мёртвого уговорить может. Отпустили наконец.
С девочками и солдатами попрощался и в свою бригаду уехал. Как раз на 9-ое мая попал.
Своя бригада (1-я ШИСБр), свой 3-й батальон, своя 3-ая рота. Даже взвод свой, тоже 3-й. Ротный другой, правда, но друзья-взводные те же. А Вася и Коля - мужики надёжные, я вместе с ними с 42-го. Они в тяжёлый час не подведут.
Душа пела, я снова на фронте. Снова со своими. Вместе большое дело делаем, будем Белоруссию освобождать. А до милой Гомельщины почти рукой подать.
Вернулся в свою часть. Можно смело сказать - ДОМОЙ вернулся."
|
|