1

Каренину вообще частенько вспоминаю, но сейчас вот в каком контексте.
Говорил же ей муж:
— Ань, ну давай ты перебесишься по-тихому, а?.. Ну раз уж так получилось и тебя настигла эта подлая любовь, зачем же афишировать этот пошлый адюльтер? Ну не надо в люди со своим этим Вронским таскаться. Ну сын же у нас растёт, Ань...
А она:
— Нет! Вам не понять моих великих чувств, жестокосердный вы человек!
А Каренин её даже простить пытался и простил. И девочку, рождённую от Вронского, принял и фамилию дал. Что в те времена было необходимым условием, дабы не оказаться на обочине социальной жизни и вообще на обочине.
И ведь говорил Каренин:
— Ань, ну ладно ты сама в изгои подалась. Ну, может, тяга у тебя к экстремальному перепроживанию подросткового протеста и отрицания всего. Ну, мы же не знаем, в каких ты там тисках у маменьки жила? Ну дети-то чем виноваты? Ну их же тоже затравят... Ты же им все пути закрываешь, Ань...
А она ему:
— Да ты вообще не человек, а машина! Такой продуманный, что омерзение меня охватывает от твоего здравого смысла! Подите прочь со своей мерзкой рассудительностью, сударь!
И тут уж даже и подруги, и родственники подключились. Говорят: ну что поделать, раз мы живём в таком непрогрессивном обществе, где всё на виду и всем до всего есть дело...
Ну ты, Ань, уже определись — ты, если в гости к нам хочешь, то с мужем приходи.
А ежели ты одна против всех и всех нас презираешь за наше ханжество и непрогрессивные взгляды, то и не приходи в оперу, Ань...
Ну вот такая вот у нас «сэляви», понимаешь, Ань?
Ты, конечно, можешь напролом перть против социальных устоев. Но социум тебя переедет как паровоз и даже не заметит.
А мы, конечно, будем грустить и сокрушаться о твоей ужасной кончине...
Но мы будем жить дальше, а ты — нет.
Это я, как вы поняли, позволила себе очень вольную интерпретацию диалогов Толстого. Но суть не в этом.
Я всё чаще задумываюсь о трагедии Каренина. По сути, он там один из взрослых разумных людей, который берёт ответственность за всё. Каренин — носитель разума и порядка. И разум его сталкивается со стихией страсти. Стихия эта разрушительна и поначалу кажется мощной. Однако иссякает довольно скоро. Потому что подпитки нет, социального одобрения нет...
И вот когда первая волна страсти сошла и воды жизни успокоились, то оказалось, что «океан» уже и не океан вовсе...
Остаётся горький вопрос: а оно того стоило?

162 +

2

Случилась тут у нас неприятность — ребенок заболел. Ну, в общем, 6 лет, ОРЗ — ничего особенного, пьём таблетки, полощем горло. Но позавчера к ночи резко поднялась температура — до 39,5, ребёнок тряпочкой лежит, жаропонижающие не работают. И мы с бабушкой в районе полуночи вызываем «скорую».
«Скорая» приехала быстро, зашли два крепких молодых мужчины, деловито прошли в детскую. Ребёнка усадили, поздоровались с ним за руку, взаимно представились. И дальше старались общаться именно с ним, а наши с бабушкой истеричные попытки что-то сказать тщательно фильтровались. И это успокаивало — наши расстроенные эмоции не находили подпитки и усмирялись. В общем, слава Богу, всё оказалось не так страшно, как мы себе рисовали в воображении. Нам дали рекомендации по лечению, объяснили, как лучше снижать температуру, какие препараты и как использовать. Думаю, нам повезло, что в бригаде были именно мужчины — возможно, женщины-работники скорой могли бы срезонировать с нашими эмоциями (было однажды такое), это ни к чему хорошему бы не привело.
К чему вообще я это всё пишу? Хочу сказать «спасибо» всем адекватным работникам «скорой»! Вы терпите наши истерики, помогаете нам, спасаете нас и наших детей! Спасибо вам огромное!