Шутки про отправил - Свежие анекдоты |
Диалог в офисе:
111: - А где Паша?
222: - А его директор к врачу отправил.
111: - За что???
222: - Да ты ж видел, с каким он страдальческим видом тут последние дни сидел. И когда на вопрос шефа, что с ним, Паша ответил, что у него "муды зубрости" болят, тот отправил его за свой счёт к своему же стоматологу. Когда вместо зубов болят муды - не время терпеть!
|
Ваня, Коля и Петя работали на стройке, строили многоэтажный дом. Ваня упал и разбился.
Когда тело увезли в морг, Петя отправил Колю сообщить его жене о трагедии. Коля возвращается через пару часиков с ящиком пива. Петя в шоке:
- Колян, что это, где ты пиво раздобыл?
- А, меня Ванина жена подогрела.
- Как, у нее же трагедия, за что?
- Ну, пришел я, значит, позвонил в дверь, она открыла, я спрашиваю: "Это ты Ванина вдова?" Она отвечает: "Не вдова, а жена", а я: "А давай на ящик пива поспорим?!"
|
|
Вот я расскажу про пиджак.
Я совсем сопляк ещё был, только школу закончил. Приехал в большой город, устроился на завод.
А тут у меня сестрица жила, двоюродная.
И как-то раз мы встречаемся, она говорит - я замуж выхожу скоро, а жених у меня не местный. Давай ты будешь у нас свидетелем?
А там с женихом такая история, чтоб вы понимали. Он как раз незадолго до свадьбы с зоны откинулся, второй срок отбывал. И у него все друзья, они на роль свидетеля как-то не особо. Во-первых взгляд. Во-вторых они при слове свидетель вздрагивают, замыкаются, и уходят в глухую несознанку. И наконец, у них же у всех вместо паспорта справка об освобождении.
Я говорю - конечно! Давай. Неудобно же сестре отказать, правильно?
А сам про себя думаю - блин! А что хоть там делать-то нужно, свидетелем?
А сестрица мне - не переживай. Делать тебе ничего будет не надо. У тебя такая свидетельница будет, она всё сделает, ты только сиди и улыбайся. И всё.
Не, ну так-то конечно. Если просто сидеть и улыбаться, то я согласен.
Ну, так и решили.
И осталась только одна проблема. Костюм. У меня не было костюма. Ну, то есть конечно дома он где-то был. Но не ехать же пол-страны за костюмом?
Зато у меня был отличный черный кожаный пиджак. Как раз тогда модно было. И я думаю - да фиг ли костюм? Надену пиджак кожаный, рубаху новую, галстук, штаны приличные, и буду кум королю. Так решил, так сделал. И вот идёт свадьба. Ну, что это была за свадьба, это надо отдельно рассказывать. Сейчас не об этом. Идёт свадьба значит, был арендован зал специальный, не кафе, а просто какое-то большое помещение. Жених, невеста, народу человек шестьдесят, и я такой, в черном кожаном пинджаке, с красной лентой. Красив неимоверно просто! Мне сестрица потом, посреди застолья, наклоняется, смеётся, и говорит:
- Слушай, ты в этом своём пиджаке, как чекист на свадьбе у буржуев. Сделай лицо попроще. А то вон Валеркины дружки на тебя косятся.
Ну ладно. Свадьба идёт, все пьют, гуляют, веселятся, я сижу, улыбаюсь. Как велели.
И тут значит наступает очередь подарков. Как заведено. Свидетельница встала, и объявила, что вот сейчас, кто если хочет, может поздравить молодых. И началась церемония вручения подарков. Сперва родители с одной стороны, потом с другой... Ну, вы в курсе короче. И вот дарят подарки, невеста с женихом стоят, и принимают. И передают мне. А я стою, и складирую их там аккуратно сзади.
А лучший подарок молодым, вы знаете, это конверт с деньгами. И каждый считай второй, а то и чаще, стоит с конвертом.
И конверты невеста тоже берёт, и передает мне. И я складываю их аккуратно в карман. Внутренний левый. Черного кожаного пиджака.
Ну вот, всё это, торжественная часть закончилась, и свадьба запела и заплясала, как водится, постепенно съезжая с рельсов. Тут и мне работы подвалило. То драку разнимать, то невесту у меня украли и я бегал с выкупом высунув язык, то гармониста из-под стола доставал два раза. И взопрел. Жарко. Пиджак снял, и повесил на спинку стула.
И у меня его спиздили!
Представляете? То есть вот всё хорошо, висел-висел пиджак, я сигареты из него брал периодически, а в один определённый момент хвать! А пиджака нету. Ещё была слабая надежда, что кто-то просто надел. Или пошутил. Но нет. Поискали, поспрашивали, нет. Никто ничего. И хрен бы с ним с пиджаком. Но ведь все до единого конверты в левом внутреннем, с подарочными деньгами, а это сумма немаленькая... Понимаете, да? Ведь все видели, как я эти конверты в карман трамбовал. То есть при желании позариться мог кто угодно. Ойёйёй. Ситуация, сами понимаете, неприятная. Я даже рассказывать не буду, какие последствия для атмосферы праздника имела эта пропажа. Короче, пиджак так и не нашли. Ну, тут слава богу и день закончился. Я молодых отправил, гостей проводил, мы со свидетельницей ещё раз на всякий случай все закутки осмотрели, и уехали к ней.
Ну, второй день как обычно, игры/забавы, но дымка вчерашнего происшествия всё равно незримо висит над свадебным столом. И вот после второй или третьей где-то, смотрю, заходит в зал мужик, плотный такой, и слегка застенчиво по стеночке пробирается в мою сторону. И отзывает меня на улицу. И там в машине такси протягивает мне мой пиджак. У меня сердце прям бульк - и упало там в район... Ну, не важно. И я такой - как? Чего? Он говорит - ну вот вчера девчонку подвозил отсюда до дому. Пьяненькая. А что она садилась в пиджаке, а вышла без, я и внимания не обратил. Потом уж только.
Выяснилось. Сестрица жениха пошла на улицу курить, и пиджак накинула. На улице, слово за слово, поцапалась с мужем, тормознула такси, и укатила домой. В пиджаке. И забыла про него.
А я сразу по карманам-то шасть. И мужик так засмущался слегка, говорит.
- Там это... в кармане... ну... ночью сигареты у меня кончились. А курить охота! Я думаю - а вдруг? Неудобно конечно, по карманам... Короче, я сигареты там взял.
И тут я достаю из внутреннего кармана пачку пухлых конвертов, открываю первый попавшийся, достаю червонец, и подаю мужику.
Видели бы вы его глаза.
И вот выхожу я из машины, надеваю пиджак, и вхожу в зал. Встаю по центру, и стою так как бы между прочим. И жду, когда на меня обратят внимание. И улыбаюсь.
Сперва народ так постепенно затих. А потом...
Знаете, таких аплодисментов, такой радости в глазах присутствующих я своим появлением наверное никогда больше в жизни и не вызывал.
|
|
В 75 году до нашей эры 25-летний Юлий Цезарь пересекал на корабле
Эгейское море и попал в пиратский плен. Согласно Плутарху, пираты
затребовали выкуп в 20 талантов серебром (примерно 620 кг серебра или
600 тысяч долларов в переводе на нынешние деньги) и Цезарь рассмеялся
прямо в их суровые пиратские лица. А потом сказал, что они не имеют
представления, кто к ним попал и потребовал увеличить сумму до 50
талантов (1550 килограмм серебра), потому что 20 талантов – это так
мало, что просто даже стыдно.
Пираты, естественно, кочевряжиться не стали, и Цезарь отправил одного
из своих людей за серебром, которое надо было собрать за 38 дней.
Прошло несколько дней, и Цезарь стал обращаться с пиратами, как со
своими подчинёнными. Даже потребовал, чтобы те не смели разговаривать
между собой, когда он будет спать.
Первые дни неволи он посвятил написанию речей и поэм, которые потом
зачитывал пиратам. Потом пристрастился играть с пиратами в их игры и
стал участвовать в их делах, как будто примерял на себя роль капитана. В
конце концов, морские разбойники прониклись к нему уважением и
предоставили ему свободу – в пределах корабля и своего острова, конечно.
Хотя Цезарь держался с похитителями, можно сказать, дружески, сам факт
пребывания в плену ему совершенно не нравился. Он неоднократно
предупреждал своих похитителей, что как только окажется на свободе,
вернётся и всех их казнит. Пираты хихикали – они не знали, что Цезарь
слов на ветер не бросает.
К назначенному сроку выкуп привезли, Цезарь вернулся домой, собрал
небольшой флот и вернулся на остров, где его держали. Пираты явно не
приняли предупреждения всерьёз, поскольку оказались на прежнем месте.
Все они были схвачены и, как и было обещано, казнены. Цезарь вернул свои
50 талантов, прихватив заодно и остальные пиратские сокровища.
|
|
«Какая омерзительная рожа!» сказал профессор-археолог из фильма «Джентльмены удачи». Именно такая фраза пришла мне в голову. На входной двери подъезда висело объявление местного УВД относительно участившихся квартирных краж. С объявления на читателя смотрела абсолютно криминального вида физиономия, запечатленная внутриподъездной камерой видеонаблюдения. Гражданин, изображенный на фото, воровато озираясь, ковырялся в замке явно чужой квартиры. Весь его облик указывал на преступные намерения в отношении чужого имущества. Шариковой ручкой на объявлении было указано «Петя-жопа».
В целом событие это было не слишком примечательным и быстро бы забылось. Жуликов в наши дни вагон и вагонетка, а разрекламированная петина жопа, судя по фотографии, ничем выдающимся не отличалась от соответствующих частей тела иных граждан. Я бы скорее обратил внимание на рожу.
Но на следующий день от экрана компьютера меня оторвал звук хлопнувшей входной двери в приемную. И в нашу депутатскую приемную (я помощник депутата) проследовал обладатель этой самой рожи и прочих органов.
С одной стороны, меня успокаивала мысль, что это все-таки грабитель, а не убийца. Грабить же депутатскую приемную средь бела дня, даже не взирая на бутафорскую охрану, вообще не самая умная идея. С другой стороны, нет предела самосовершенствованию, и где гарантия, что гражданин не освоил смежную профессию: где грабеж, там и до разбоя недалеко. Кроме того, агрессию проявляли при общении со властью и гораздо более мирные с виду избиратели. На всякий случай я приготовился к глухой обороне и бегству кружным путем. Средство самозащиты в виде раритетной механической счетной машины «Феликс» несколько успокаивало. Да и одет посетитель был относительно цивилизовано.
«Добрый день!», - провозгласил избиратель. И сама формулировка приветствия и приятный баритон никак не вязались с уголовным обликом. В доверие втирается, подумал я, точно, домушник. Чтоб значит, бдительность я ослабил, а он противоправно завладел депутатским имуществом. Хотя критическое осмысление ситуации показало, что самое ценное, чем можно завладеть в приемной – древний компьютер, доставшийся нам с барского плеча металлургического завода. Все ценное, что не было прикручено к полу и прибито к стене похищалось избирателями с космической скоростью. Еще было государственное и партийное знамена, шкаф с папками и документами и старый пыльный райкомовский графин с водой. То есть в целом ничего привлекательного. Вид грабителя с принтером под мышкой и партийным знаменем в руке вызвал у меня нервный тик.
«Меня зовут Сбышевский Петр Николаевич, - доложил обладатель протокольной рожи, - я актер театра оперы и балета». «Ага, - подумал я, академического. Больших и малых академических театров. А фамилия моя слишком известна, чтобы… Точно, как там было написано на объявлении, Петя!».
- Понимаете, меня уволили по сокращению штата, а трудовая книжка у них пропала. Что мне делать?
Такого оборота я не ожидал. Видимо несоответствие ожиданий такому повороту событий было уже явно написано на моем лице и душа поэта не выдержала.
- А Вы в курсе, что Ваше лицо по всему городу расклеено в связи с совершенно другими обстоятельствами? Так сказать, далекими от области покровительства Мельпомены?
- Ах, это… - актер неожиданно зарделся как майская роза. - Вы тоже видели… Понимаете, тут такая история была, мы с товарищами отмечали спектакль в кабачке. Ну и немного перебрали, повеселились от души. В итоге администратор вызвал милицию, и нас забрали. Точнее все разбежались, а забрали одного меня. И начали протокол оформлять за хулиганство. А тут их главный приходит и говорит, что дескать привлекать не будем, если окажешь нам помощь. На предмет наглядной агитации жителей района, внешность у тебя подходящая. Сейчас, говорит, иди проспись, а завтра придешь фотографироваться. Будешь делом доказывать, что артист. А если не придешь, то протокол на тебя оформим и на пятнадцать суток сядешь. А мне на пятнадцать никак нельзя, у меня организм, диета, мне таблетки пить надо. Пришел я на следующий день, они на меня кепку одели, в ближайший подъезд отвели и дали какую-то железку. Ковыряйся, говорят в замке, изображай вора. Ну я и изображал. А они фотографировали. Я потом месяц на работе объяснял, что это спектакль был, так сказать. А соседка на меня донос написала в милицию, что опознала по фотографии грабителя. Ко мне даже милиционеры приезжали, но другие, не те, которые фотографировали. Снова в милицию возили, побили даже немного, верить не хотели. Но потом разъяснилось все.
Я на всякий случай в райотдел позвонил, спросил, правду ли глаголит пришелец. Усталый дежурный подтвердил, что все истина, что все их уже заколебали с этой историей.
Дальше было неинтересно, дядьке объяснил, как вести себя в ситуации с трудовой книжкой и отправил с богом. А про себя подумал, что зря актера уволили, натурально очень сыграл, даже пострадал за искусство. Одно слово, старая школа!
|
|
Потребовалась изолента, подмотать оголившийся провод. Сунулся туда, сюда - нет дома изоленты. Уточнив в справочнике название этого продукта на польском, "тасьма изоляцийна", отправил ребенка спросить у соседей. Дальше разговор:
- Добрый день, у вас нет изоленты?
- Привет, а тебе какую, узкую или широкую?
Сын бежит ко мне. Уточняю, что нужна узкая. Убегает к соседям:
- Нужна узкая.
- Узкой, увы нет.
- Спасибо, до свидания.
Я говорю: Саня, из широкой всегда узкую сделать можно, вырежем, сколько надо, тащи широкую. Вздохнув, сын напяливает тапки и бежит до соседей.
- Добрый день.
- Да, да. Привет.
- Вы широкую изоленту не дадите?
- Широкую? А у нас нет широкой.
Нам еще долго постигать местную ментальность. Интеграция в чужую страну - дело не простое.
|
|
Частичка Большой Истории.
Война, Западная Белоруссия, недавно присоединенная польская территория.За акции партизан немцы устроили карательную операцию. Собрали все село, отделили мужчин от женщин , построили.Идет вдоль шеренги стариков и пацанов фашист и у каждого по-польски спрашивает возраст.Кто постарше - в одну группу отсылает, помоложе в другую.Подходит к тщедушному квелому пацану, спрашивает, он отвечает:"Шешнасте (16)", вид дохляка вызывает у немца сомнение, он переспрашивает: "Пятнасте?(15)".Пацан , гордо - "Шешнасте!", хотя ему едва пятнадцать .Немец его к мужикам отправил.Подходит к следующему - крепыш здоровый, немец спрашивает - "шешнасте?", "пятнасте" отвечает, его к детям отправили, хотя ему был семнадцатый.После чего всех старше шестнадцати расстреляли.А тот, кто сказал " пятнасте" , слава Богу , жив, воевал и уже давно за "ощемджещёнт (80)".А все потому, что мама его в первую мировую была угнана в германию и знала немецкий , поэтому проинструктировала сына.
Учите мову, если не себе, так детям пригодится!
Дяде Володе - здоровья и долгих лет жизни!
|
|
Студент отправил товарищу SMS: "Димон, положи мне, пожалуйста, денег на мобилку!".
Тот перезванивает:
- Вадик, с тобой всё в порядке?
- Да, а что?
- Ты мне что за SMS прислал, придурок?
Студент проверил: долбаный Т9 внёс коррективы. Слова "мобилка", как выяснилось, он не знает. Заменил на "могилка"...
|
|
ПЛАСТИКОВАЯ БУТЫЛКА
Так, ерунда, конечно, но вот пошел сегодня мусор на помойку выбрасывать, увидел груду пустых пластиковых бутылок, да и вспомнилось мне, как я впервые познакомился с этой обыденной сейчас, но диковинной в прошлом тарой.
В самом начале девяностых годов я служил в армии. И вот к одному из солдат нашей не большой части приехали какие-то родственники проездом из Москвы, накормили его всякой снедью, да и укатили, оставив пакет провианта и невиданную ранее двух литровую бутылку пепси колы. Еду слопали, колу выпили, а вот легкую прозрачную бутылку с яркой этикеткой и плотно завертывающейся крышкой поставили в роте на тумбочку дневального вместо графина с водой. Вся часть, включая офицеров, ходили смотреть на эту бутыль, восхищаясь полетом мысли капиталистических производителей из числа вероятного противника. Даже командир нашей части, совершая утренний обход своих владений, взял за правило «глотнуть водички» из этой чудесной бутылки, особенно когда он был «после вчерашнего». Пил он большими глотками, весело пыхтя в густые усы и шумно двигая гладко выбритым кадыком. И вроде как даже становился добрее после этого. У «дедов» эта емкость была в особом почете: без нее не обходилась ни одна пьянка. После отбоя бутылку бережно доставляли в столовую, где старослужащие смешивали в ней водку с появившимся тогда ликером «Амаретто» и пили с невероятным удовольствием. После чего бутылку мыли, и трезвый «дух» аккуратно приносил ее на место.
Но — ничто не вечно. Через пару месяцев разорвалась и пришла в негодность истертая уже к тому времени этикетка. Допустивший это молодой боец был сильно бит. Синяки вскоре сошли с его лица, а солдаты привыкли к новому виду любимой бутылки. Месяца четыре спустя случилась новая беда. Один недотепа решил помыть ее горячей водой, и набулькал в нее из чайника кипятка. Не выдержав такого обращения, бутыль съежилась, превратившись из двух литровой в полутора литровую с какой-то неясной формой. Этому солдатику досталось еще крепче. Но бутыль не сдалась, и продолжила нести свой пост на тумбочке дневального. А еще через месяц произошла катастрофа. Наполовину пустую бутылку поставили около электрического обогревателя, и вся ее верхняя часть расплавившись согнулась и сильно деформировалась. Для всех это было тяжелое зрелище: любимая бутылка стояла склонив свою синюю голову-пробку, словно солдат-ветеран, не выдержавший всех тягот и лишений воинской службы. На следующий день, командир, во время утреннего обхода, увидев этого покалеченного служаку, отправил его на дембель, приказав дневальному «выбросить этого инвалида» . Бутыль с тумбочки исчезла, а ее место вновь занял стеклянный графин. Долгое время я не знал, что с ней стало, но уже перед своей демобилизацией я, печатая фотографии для «дембельского альбома» в будке киномеханика, увидел старую знакомую. Кинокрут, видимо нагрев изуродованную пластиковую емкость, слегка ее выпрямил, и использовал для хранения остатков фото проявителя.
Вот такая история. К чему я все это рассказал? Не знаю. Но может быть кто-то, прочтя это станет по другому относиться к привычным вещам. Кто знает, может и у них есть душа?
|
|
Александр Иванович Казначеев, действительный тайный советник, сенатор и почетный опекун Московского Опекунского Совета рассказывал:
– В бытность мою одесским губернатором я имел обыкновение по утрам прогуливаться по городу и иногда заходил в самые тесные, отдаленные захолустья. Однажды, проходя по одному из бесчисленных переулков, я заметил на длинном заборе намалеванные фигуры, резко бросавшиеся в глаза и тем нарушавшие общую благовидность, требуемую уставом городского благочиния. Я подозвал полицейского блюстителя порядка и приказал смыть неуместную живопись неизвестного баловника. Но упрямый маратель заборов не унимался. Спустя несколько дней, проходя тем же переулком, я опять увидал на том же заборе новое произведение и как на смех в более обширных и размашистых размерах. На этот раз я пристальнее вгляделся в рисунок и, к удивлению, заметил, что в очертаниях некоторых фигур проглядывала совершенная правильность и бойкая твердость привычной руки художника, хотя еще далеко не окрепшей. Назойливый шалун возбудил во мне любопытство, и я интересовался увидать его лично. Поручив полицейскому осторожнее подстеречь нарушителя порядка, я приказал узнать его адрес и сообщить мне. На другой же день был доставлен адрес, с которым я и отправился в поиски загадочного художника. Это был мальчик лет 12-ти. При появлении моем мальчуган сконфузился и оробел, а потому, чтоб ободрить и расположить его к себе, я похвалил его способности и велел принести ко мне все его рисунки, какие найдутся. Мальчик был рад, воспользовался приглашением и через несколько дней явился ко мне со своими тетрадками. При рассмотрении рисунки оказались настолько безукоризненными, что я окончательно утвердился в предположении об открытии замечательного художественного таланта. Не теряя времени, я взял мальчика к себе, рисунки отправил в Петербург, а через месяц или два отправил туда же и его самого, где он и был принят в Академию Художеств в качестве ученика.
Это был будущий профессор живописи, лучший русский маринист Иван Константинович Айвазовский.
|
|
Тибблз, кот смотрителя маяка, прибыл на островок Стивенс в Новой Зеландии в начале прошлого века.
Вскоре под дверью стали скапливаться кучи трупиков каких-то маленьких птичек.
Смотритель маяка отправил на анализ пару экземпляров и очень обрадовался, когда узнал,
что его Тибблз открыл новый вид – единственный в мире нелетающий вид
из отряда воробьиных. Но к сожалению было слишком поздно.
К тому времени, когда пришла радостная весть, Тибблз успел переловить всех до последнего представителя «Новозеландского крапивника о. Стивенс».
Это единственный случай в истории, когда одна особь истребила целый вид.
|
|
Учился я в свое время в военном училище. И были у нас там такие милые мероприятия как полевой выход. Для людей мирных поясню: курс на несколько недель выезжает в учебный центр для полевых занятий. Живут в палатках. Питаются в поле и т.д.
Данная история и случилась в мой первый в жизни полевой выход на первом курсе. В армии (для непосвященных) есть святые дни, как правило, в пятницу после обеда, которые называются ПХД (парко-хозяйственный день) - это когда все везде моют, копают, красят и убирают, в общем, еженедельный субботник. На ПХД приходят так называемые «покупатели», разные прапора и офицеры, у которых и надо работать. Парень я не маленький и всегда стоял в первых шеренгах. Ну, так вот стоим мы, ждем распределения на работы. Подходят к нашему начальнику курса различные «покупатели», шепчут ему, на что, и куда, сколько народу надо. Естественно, мы тщательно ко всему прислушиваемся, что бы в случае предполагаемой халявы вызваться добровольцами, типа макулатуру из библиотеки выкинуть. Подходит, значит, начальник тыла батальона к нашему курсовому и тихо так, но чтобы в первых рядах слышно было, говорит: - Слышь, Петрович, мне тут человек восемь покрепче нужны на продовольственный склад НЗ (неприкосновенного запаса) колбасу спиртом протереть, чтоб не плесневела.
Что тут началось, человек двадцать, кто слышал, метнулись сразу, остальные, поняв, что подвернулось что-то суперклассное, метнулись за ними.
Как молоды мы были. … И не знали всего коварства врага. Ухмыляющийся майор отобрал восемь действительно самых здоровых ребят и отправил их к прапорщику Ситкину (злостному козлу) за ломами и лопатами. Обтирка колбасы превратилась в банальное раздалбливание асфальта под кабель… вернулись в палатки мы в первом часу ночи без рук и ног. Ржали над нами еще долго и очень долго, и после этого случая у нас на курсе прочно закрепилось выражение «колбасу спиртом протирать», что означало тяжелую и самую гнусную работу.
|
|
ДИХЛОФОС
В советское ещё время отправил колхоз бригаду мужиков в лес на делянку... ну приехали, обустроились как могли (шалаш, очаг и т.п.) и начали работать - валить деревья. А те кто был в лесу знают, что насекомых, комаров и прочей мошкары там на всех хватит. Случилось так, что один из мужиков взял с собой в качестве репеллента Дихлофос... ну побрызгает немного на рукава, на воротник - вроде хотя бы немного но помогает. Его тесть, попавший в бригаду вместе с зятем, увидел это дело и спросил дихлофосу себе побрызгать. Хорошо так набрызгал на одежду и для пущей надежности, чтоб уж совсем комары не приближались, брызнул этот препарат себе внутрь кепки и надел на голову. Спустя непродолжительное время мужики обратили внимание как тот дедок, качаясь как травинка на ветру, падает без сознания. Вот так дедок и узнал кто такие токсикоманы =)
|
|
ПАРИЖСКИЙ ГРУЗЧИК
Во времена, когда бумажки от жвачки хранилась в советских семьях наравне со свидетельством о рождении, а захватывающая история о том, какой у неё был вкус, исполнялась на бис при каждом семейном застолье, учился я в одном из поволжских университетов с Хосе Викторовичем Хэбанес Кабосом. Кто не в курсе, Хосе Викторович был потомком в первом колене детей коммунаров, вывезенных из республиканской Испании в промежутке между 1937 и 1939гг уже прошлого века.(история от 28.04.2012)
В 1975 году умер генералиссимус Франко, в 1980 в Москве состоялись Олимпийские Игры. Может быть, поэтому и, наверное, вкупе ещё с целым рядом причин, отца Хосе Викторовича пригласили в очень специальные органы и открыли секрет, который им был известен давно, а именно, что в далёкой Испании у него есть родственники, и эти родственники много лет ищут следы мальчика, сгинувшего в Советской России накануне Второй Мировой войны. Вручили бумагу с адресом и попросили расписаться в двух местах. За бумагу с адресом и за то, что он прошёл инструктаж по поводу возможных провокаций со стороны счастливо обретённых близких. Инструктаж сводился к тому, что ему посоветовали (конечно же, во избежание возможных провокаций) бумажку спрятать подальше и сделать вид, как будто её и не было.
Тем же вечером, на кухне полутора комнатной хрущёвки гостиничного типа (это, когда трое за столом и холодильник уже не открывается) состоялся семейный совет. Решили: писать родне и ждать провокаций.
Ответ пришёл через месяц, откуда-то с севера Испании, из маленького провинциального городка, где чуть ли не половина населения была с ними в какой-то степени родства. Священник местной церкви на основании старых церковных записей о рождении, крещении, документов из городского архива отправил несколько лет назад в советский МИД очередной запрос о судьбе детей, сорок лет назад увезённых в гости к пионерам. Теперь он славил Господа за то, что тот сохранил жизнь Хэбонес Кабосу старшему, за то, что нашлась ещё одна сиротка (Хэбонес Кабос старший был женат на воспитаннице того же детского дома, где рос сам), и отдельно благодарил Всевышнего за рождение Хэбонес Кабоса младшего.
Далее, как и предупреждали в очень специальных органах, следовала провокация. Служитель культа звал их, разумеется, всех вместе, с сыночком, приехать погостить в родной город (скорее деревню, судя по размерам) хотя бы на пару недель. Расходы на дорогу и проживание не проблема. Как писал священник, прихожане рады будут собрать требуемую сумму, как только определятся детали визита. Видимо, в городке советских газет не читали, и, поэтому, не знали, что трудящиеся в СССР жили намного обеспеченнее угнетённых рабочих масс капиталистической Европы. Тем не менее, родственников и падре (который, как оказалось, тоже был каким-то семиюродным дядей) отказом принять помощь решили не обижать, и начался сбор справок и характеристик. Так о предстоящей поездке стало известно у нас на факультете. Здесь для многих путешествие по профсоюзной путёвке куда–нибудь за пределы родной области уже была событием, достойным описания в многотиражке, наверное, по этой причине предстоящий вояж большинство восприняло близко к сердцу. Почти, как свой собственный..
Хосе был хороший парень, но, мягко скажем, не очень общительный. Он был близорук, носил очки с толстыми линзами и обладал какой-то нездоровой, неопрятной полнотой, выдающей в нём человека весьма далёкого от спорта. Особой активностью в общественной жизни не отличался, но в свете предстоящей поездки на Пиренейский полуостров стал прямо-таки «властителем умов» доброй половины нашего факультета и примкнувших почитателей и почитательниц (преимущественно по комсомольской линии), проходивших обучение на других факультетах. В те полтора-два месяца, что тянулся сбор необходимых бумаг и согласований, Хосе одолевали поручениями и просьбами. Девушки, на которых Хосе и посмотреть-то стеснялся, подходили первыми и задавали милые вопросы: «А правда ли, что в Испании на улицах растут апельсины и их никто не рвёт?» или « А правда, что там все свадьбы проходят в храмах и, поэтому, нет разводов?». В комитете ВЛКСМ факультета дали понять, что ждут от него фоторепортаж об Испании и сувениры. В университетском комитете ВЛКСМ от него потребовали материалы для экспозиции «Герои Республиканской армии и зверства режима Франко», стенда «Крепим интернациональную дружбу» и, конечно же, сувениры для комсомольских секретарей, а было их три - первый, второй и третий.
Надо сказать, что вся эта суета мало радовала Хосе Викторовича Хэбанес Кабоса. Плюсы от поездки просматривались чисто теоретически, ввиду мизерной суммы в валюте, которую разрешалось менять и того, что, судя по многочисленным косвенным данным, глухая провинция испанская мало чем отличалась от глухой провинции российской. А список просьб и поручений, тем не менее, рос от кабинета к кабинету. И только одно обстоятельство грело душу будущего путешественника. Так как дорогу оплачивали родственники, то они и проложили маршрут, который обеспечивал нужный результат при минимальных затратах. Поэтому, в Испанию семья летела до какого-то аэропорта, где их встречал падре на автомобиле и вёз потом до родного городка, а вот обратно они отправлялись с ближайшей железнодорожной станции во Францию, до Парижа !!!, там пересадка на поезд до Москвы. Один день в Париже в 1981 году для провинциального советского паренька, пусть даже и с испанскими корнями… Боюсь, сегодня сложно будет найти аналогию, скорее невозможно.
Нас с Хосе объединяло то, что жили мы в промышленном районе далеко от центра города, соответственно далеко и от университета, поэтому нередко пересекались в транспорте по дороге на учёбу и обратно. Сама дорога занимала около часа в один конец, мы оба много читали, немудрено, что к четвёртому курсу уже достаточно хорошо друг друга знали, обменивались книгами и впечатлениями о прочитанном. Любимыми его писателями были Хемингуэй и Ремарк. Думаю, что во многом по этой причине, Париж для него был каким-то детским волшебством, сосредоточением притягивающей магии. В последние недели до отъезда все наши с ним разговоры сводились к одному – Париж, Монмартр, Эйфелева башня, Монпарнас, набережные Сены. Все его мысли занимали предстоящие восемь часов в Париже. К тому времени он и в Москве-то был всего один раз, ещё школьником, посетив только ВДНХ, Мавзолей, музей Революции и ГУМ. Но в Москву, при желании, он мог хоть каждый день отправиться с нашего городского вокзала, а в Париж с него поезда не ходили.
Буквально за считанные дни до поездки, мы, в очередной раз, пересеклись в автобусе по дороге домой с учёбы и Хосе, видимо нуждаясь в ком-то, перед кем можно выговориться или, пытаясь окончательно убедить самого себя, поделился, что не собирается покупать там себе кроссовки, джинсы или что-то ещё, особо ценное и дефицитное здесь, в стране победившего социализма. На сэкономленные таким образом средства, он мечтает, оказавшись в Париже, добраться до любого кафе на Монмартре и провести там час за столиком с чашкой кофе, круассаном и, возможно, рюмкой кальвадоса и сигаретой «Житан» из пачки синего цвета. Помню, меня не столько поразили кроссовки и джинсы на одной чаше весов (по сегодняшним временам, конечно, не «Бентли», но социальный статус повышали не меньше), а кальвадос и сигарета на противоположной чаше непьющего и некурящего Хосе. Хемингуэй и Ремарк смело могли записать это на свой счёт. Вот уж воистину: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся»…
Через полмесяца Хосе появился на занятиях. Он практически не изменился, как никуда и не ездил, разве что сильно обгоревшее на южном солнце лицо выделялось на нашем общем бледном фоне. На расспросы реагировал как-то вяло, так, что через пару дней от него все отстали. К тому времени большинство наших комсомольских боссов стали появляться с яркими одинаковыми полиэтиленовыми пакетами, где было крупным шрифтом прописано «SUPERMERCADO» и мелким адрес и телефон. Надо думать по этой причине, они тоже Хосе особыми расспросами не донимали. Я пару раз попытался завести разговор о поездке, но как-то без особого результата. А ещё через полмесяца случилось Первое Мая с праздничной Демонстрацией, после которой разношерстная компания в количестве полутора десятка человек собралась на дачу к одной из наших однокурсниц. Пригласили и Хосе, и он, как это не однажды случалось ранее, не отказался, а даже обязался проставить на общий стол литр домашней настойки (впоследствии оказавшейся роскошным самогоном). Тогда-то мы его историю и услышали.
Апельсины действительно росли в Испании прямо на улицах, и никто их не рвал. Больше того, складывалось ощущение, что в городке, где они оказались, никто не плевался на улице, не бросал окурков и не устраивал пьяных драк с гулянием и песнями. Поселили их в маленькой семейной гостинице, где владельцем был тоже какой-то родственник. В первый вечер в ресторанчике той же гостиницы состоялся ужин, на котором присутствовали большинство из родственников. Тогда же определилась программа пребывания. Особой затейливостью она не отличалась. Каждый день за ними после завтрака заезжал кто-то из новообретённой родни, возил, показывал, как живёт, как работает, а вечером ужин и воспоминания, благо родители стали постепенно воспринимать, утраченный было, родной язык. Время быстро бежало к отъезду и уже были розданы все сувениры, в виде водки, матрёшек и металлических рублей с олимпийской символикой. Не без участия кого-то из родственников были приобретены и сувениры для Родины, а именно, пара простеньких двухкассетников, которые подлежали реализации через комиссионный магазин немедленно по приезду и рулон коврового покрытия размером 2х7,5 м. Судьбу ковролина предполагалось решить уже дома, оставить его себе или, разрезав на три куска, продать. В условиях тотального дефицита стоимость ковриков зашкаливала за три месячных зарплаты главы семьи. Настал день отъезда. Поезд на местном вокзальчике останавливался на несколько минут, провожающие помогли найти нужный вагон и занести вещи. Ковролин был тщательно скатан в рулон и упакован в бумагу и полиэтилен. По середине рулон для удобства был перетянут чем-то вроде конской сбруи, которую можно было использовать как лямки рюкзака и нести это сооружение на спине, либо использовать как ручки сумки и нести рулон уже вдвоём. Судя по полученным инструкциям, дорога с вокзала на вокзал в Париже должна была занять не более тридцати - сорока минут на метро. Такси обошлось бы значительно дороже, да и коврик вряд ли бы туда поместился. Чай в испано-французском поезде проводники не разносили, поэтому поужинали тем, что собрали в дорогу родственники, и Хосе Викторович заснул, мечтая о том, как проснётся утром в Париже. Утро наступило, но Парижа ещё не было. Поезд опаздывал на пару часов. В итоге, к моменту прибытия, от планировавшихся восьми часов, на всё про всё оставалось что-то около пяти. Хосе уже смирился с тем, что придётся отказаться от подъёма на Эйфелеву башню и довольствоваться фотографией на её фоне. На перроне он водрузил на себя ковролин, оказавшийся неожиданно лёгким для своих угрожающих габаритов, и, взяв ещё какой-то пакет, отправился вместе с родителями на поиски метро. Метро нашлось довольно быстро, и Хосе с гордостью про себя отметил, что в Московском метрополитене не в пример чище. Насчёт красивее или не красивее Хосе представления составить на этот момент ещё не успел, так как придавленный ковролином мог наблюдать только пол и ноги родителей, за которыми он следил, чтобы не потеряться в потоке спешащих парижан. Пока Хэбанес Кабос старший пытался на испано-русском наречии получить совет у пробегающих французов о том, как проще добраться с вокзала на вокзал, Хэбанес Кабос младший переводил дыхание, прислонившись ношей к стене. Только с третьего раза они загрузились в вагон (первая попытка не удалась, потому что дверь сама не открылась, пока кто-то не потянул рычаг, во второй раз Хосе недостаточно нагнулся и рулон, упершись в дверной проём, перекрыл движение в обе стороны). Проехали несколько остановок, как им и объяснили. Уже на платформе коллективный испанский Хэбанес Кабосов старших помог установить, что нужная точка назначения находится значительно дальше от них, чем за полчаса до этого. Ещё пять минут подробных расспросов помогли избежать очередного конфуза. Оказалось, что пересев в обратном направлении они окажутся ещё дальше от цели. Так устроено парижское метро, на одной платформе – разные ветки. Переход занял минут пять, но показался Хосе бесконечным.
В Париж пришла весна, окружающие спешили по своим делам одетые в легкомысленные курточки и летнюю обувь, а наши герои возвращались на Родину, где в момент их отъезда ещё лежал снег, и одежда на них была соответствующая. Пот тёк ручьём и заливал лицо и глаза, а перед глазами сливались в единый поток окурки, плевки, пустые сигаретные пачки, раздавленные бумажные стаканчики из под кофе. Рулон, в начале пути смотревший гордо вверх, через несколько минут поник до угла в 45 градусов, а к финишу придавил Хосе окончательно, не оставляя тому выбора в смене картинки. С грехом пополам, протиснувшись в вагон метро, он испытывал блаженное отупение, имея возможность выпрямить насквозь мокрую от пота спину и отдохнуть от мельтешения мусора в глазах. Если бы в тот момент кто-то сказал, что это только начало испытаний, возможно Хосе нашёл бы предлог, как избавиться от ковролина ещё в метро, но только на вокзале, и то не сразу, а после долгого перехода с ношей на горбу, в позиции, которую и в те времена считали не слишком приличной, после долгих поисков информации о своём поезде, стало ясно – это не тот вокзал. От этой новости слёзы из глаз Хосе не брызнули только по одной причине, судя по насквозь мокрой одежде, они уже все вышли вместе с потом. Во-первых, это предполагало, как минимум, потерю ещё часа времени, во-вторых, повторная плата за метро была возможна только за счёт части его заначки, где и так всё было просчитано впритык ещё у родственников в Испании. Вдобавок ко всему, продукция отечественной легкой промышленности, в которую было облачено семейство во время скитаний по парижскому метро, рулон ковролина и странный язык на котором они обращались за помощью, существенно сокращали круг лиц, готовых помочь им консультацией. Блеснуть своим, весьма посредственным, знанием английского и принять участие в расспросах редких добровольцев-помощников Хосе не мог, так как придавленный ковролином находился в позе, позволяющей видеть только обувь интервьюируемых. В итоге было принято решение, что на поиски информации о маршруте до нужного вокзала отправляются мужчины, причём источник информации должен быть официальный, а сеньора Хэбанес Кабос остаётся караулить рулон и остальной багаж.
Мужчины вернулись с листком бумаги, на котором был тщательно прописан и прорисован путь с вокзала на вокзал и, на обороте, крупная надпись на французском, призывающая всех, кто её читает, помочь владельцам листочка не сбиться с маршрута. Дальше были переходы, вагоны и, наконец, нужный вокзал. Когда через пару часов подали московский поезд, Хосе, молча просидевший всё это время, обречённо продел руки в лямки и побрёл вслед за родителями к нужному вагону. Проводник, выглядевший в форме просто щегольски, видимо не привык видеть у себя подобную публику. Приняв проездные документы, он скептически оглядел Хэбанес Кабосов старших, задержал взгляд на унизительной позе сгорбленного под рулоном Хосе и, обнаружив, что держит в руках три паспорта, с ленивым удивлением спросил: «Что, грузчик тоже с вами?»
Так закончилось это путешествие. Единственным воспоминанием о нём остался заплёванный и грязный пол парижского метро и тяжесть, не позволяющая разогнуть спину, чтобы увидеть хоть что-то, кроме обуви впереди идущих….
PS. Вот, вроде бы и всё. Но надо сказать, что тогда эта история настолько меня впечатлила, что через 14 лет оказавшись в Париже я первым делом поехал на Монмартр, заказал кофе и круассан (оказавшийся банальным рогаликом), кальвадос и сигареты «GITANES» без фильтра в синей пачке, а в метро так и не спустился. С тех пор я побывал в Париже раз пять, но до сих пор не знаю, какое там метро. Боюсь, всё ещё грязно….
|
|
История рассказана дедом. И даже не моим – жены.
Так получилось, что дед в конце 50–х служил в Заполярье. Не знаю точно где. Знаю, что там где–то был порт, а где–то — зоны, которые они охраняли. Но рассказ не об этом. Как и положено, солдаты периодически ходили в караул. Так вот из–за морозов в караул каждому солдату выдавалась пайка спирта питьевого (70%–го) для сугреву. Как я понимаю, пить его разрешали совсем по чуть–чуть (за этим присматривал офицер), и только во время отдыха. Солдаты спирт конечно пили, но как положено — только чтоб согреться. А потому оставались излишки.
И частенько эти излишки выменивали у местного населения (чукчи, нанайцы, хз кто еще) на различные ништяки. Однажды дед пошел на такой обмен к одному чукче — рыболову. Они у него постоянно рыбу брали. Дед говорил, что стоял сарай прикрытый дверью. А дверь была «заперта» загнутым гвоздем. Никто не воровал. Туземец как положено спирт взял, солдата отправил в сарай набирать, чего ему нужно. И вдруг подбегает к деду и говорит, идём мол, чего интересное покажу. Ну дед выскочил, а чукча ему указывает на прорубь в речке, на берегу которой стоял сарай.
А к проруби подошел медведь. Побродил, разнюхал, пробил корку льда, которая успела сковать прорубь, и нырнул в нее. Через некоторое время на лед стала вылетать рыба. Оно и понятно – рыба толпится вокруг проруби, там кислорода больше, только знай – лови. А еще через пару минут появилась лиса и давай таскать эту рыбу в лес куда–то, прятать. Короче пока медведь возился, лиса всю рыбу сперла и скрылась. Ну мишка довольный вскоре выныривает из проруби – полно себе еды набрал. Нечасто удается зимой найти прорубь то. А не тут то было. Нет рыбы.
Короче бедолага давай бегать вокруг проруби реветь на всю округу, а поздно уже. Уперли. На этом дед и чукча благоразумно скрылись в сарае, нечего злить и без того разъяренного и голодного зверя.
Так что не врут сказки про плутовку – лису.
|
|
Пихалыч:
Сегодня звонила секретарша клиента и просила скинуть на мыло ценовое предложение. Не вешая трубки, вбиваю продиктованный ею адрес в аутглюк и отправляю. Далее разговор:
- Я вам отправил. Проверьте.
- Я у себя ничего не вижу.
- Обновите.
- (тоном уязвленного самолюбия) У меня новый компьютер! Мне не надо ничего обновлять!
|
|
Седня кора была. Звонит секретарша клиента и просит скинуть на мыло ценовое предложение. Не вешая трубки, вбиваю продиктованный ею адрес в аутглюк и отправляю. Далее разговор:
- Я вам отправил. Проверьте.
- Я у себя ничего не вижу.
- Обновитесь.
- (тоном уязвленного самолюбия) У меня новый компьютер! Мне не надо ничего обновлять!
|
|
Восстание машин
Не пугайтесь, само восстание еще не началось.
Но, чувствую, дело к тому идет.
Уж, больно, техника становится умной последнее время... Причем не в меру.
Не далее, как вчера, раздается на моем сенсорном смартфоне звонок...
Смартфон, каюсь, ношу в кармане джинсов и без чехла.
Пока я смартфон доставал, он решил, что я занят, поэтому звонок сбросил и попытался отправить на номер звонящего соответствующую смс с сообщением, мол занят, перезвоните позже.
Поскольку звонящий номер был городским, его попытка не увенчалась успехом, на чем он, временно и успокоился...
И я тоже...
Я перезвонил сам, выяснил, что у них проблема, требующая моего вмешательства.
Пообещал немедленно заняться. Завершил звонок и занес телефонный номер в свой справочник, чтобы знать кто звонит, после чего собрался и поехал смотреть на месте.
По приезду выяснил, что стал невольной причиной небольшой паники...
После занесения их городского номера в телефонную книгу смартфона, последний нашел совпадения в названии с другими абонентами, в частности с контактом главного бухгалтера.
Решил, какая нахрен, разница?
И... отправил смс о том, что я занят, главному бухгалтеру...
И вот представьте, я позвонил, сказал, что займусь их проблемой... и через 10 минут им от меня прилетает сообщение, что я занят...
Это при том, что проблема по нынешним временам была НАИСЕРЬЕЗНЕЙШАЯ!
У них куда-то исчез его величество Интернет...
Ну разве можно в таких условиях работать?
Будьте осторожны! Скайнет наступает :)!
|
|
ИЗДЕРЖКИ ПРОГРЕССА
Знакомый председатель колхоза жалуется на жизнь:
- Ты понимаешь, раньше мои мужики всю зиму не спеша занимались ремонтом отечественной техники. А теперь, как мы закупили эти "Джоны Диры" и "Катерпиллеры", так они ни хрена не ломаются. Мужики спиваются. Надо что-то делать. Отправил их на колхозную делянку лес валить, так одного чуть спиленным деревом не пришибло. Чем занять их следующей зимой, ума не приложу...
|
|
В ответ на историю про "Земной поклон мастеру-самородку".
В самом начале 1850-х гг. Российская Империя начала осознанно ухудшать отношения с Османской Империей, чтобы спровоцировать султана на объявление войны. Тогда считалось, что бравые русские солдаты разделаются с турками на раз-два - и это было вероятно, но в войну вмешались Британия и Франция... В общем, про Крымскую войну все слышали.
Так вот, в 1853 году с целью спровоцировать султана государь Николай Палыч отправил послом в Стамбул князя Александра Меншикова (правнука того самого Меншикова). Помимо прочих намеренных нарушений дипломатического этикета, Меншиков не кланялся при встрече с самим султаном - страшное оскорбление! Турки, не видя возможности заставить князя кланяться, сделали притолоку у входа в тронный зал так низко, что не наклониться было нельзя.
Меншиков вошёл в тронный зал СПИНОЙ ВПЕРЁД. Наклонившись.
|
|
<Bagira> блин, 2 с лишним недели посылка шла почтой россии с москвы. с красноярска быстрее пришла.
<UncleFedor> удивила
<UncleFedor> у нас пацаны заказывали шарфы из Шотландии
<UncleFedor> они шли 27 дней
<UncleFedor> 3 из Глазго до Москвы и 24 из Москвы
<Trank> Почта России!
<Trank> я дедушке морозу 25 лет назад письмо отправил... вообще тишина полная
|
|
Невероятное совпадение.
В эти выходные был в гостях в седе Дивное Ставропольского края. В субботу мне приходит СМС от одногрупника, с которым я не виделся 14 лет. (Он сейчас живет в Волгограде): "Привет, я в Дивном до завтра. А ты в Ипатово?" (Ипатово - примерно 50 км от Дивного)
Я ему отвечаю, что тоже в Дивном. Потом перезваниваю и спрашиваю, с чего он взял, что я должен быть в Ипатово (живу в городе Благодарном в 150 км от Дивного).
Оказывается, он думал, что я сейчас живу в Ипатово.
Совпало сразу два события: мы приехали одновременно в Дивное, и он забыл, где я сейчас живу. Иначе он бы не отправил мне СМС, что он в Дивном и мы бы не встретились.
|
|
ПРОКЛЯТИЕ ДРЕВНИХ ШУМЕРОВ
Самое начало 90-х.
Карина – толстая веселая армянка на тонюсеньких каблучках, всегда была желанной гостьей нашей общаги. Она постоянно вносила апельсиново-клубнично-шоколадные оттенки в наш черно-белый студенческий ужин. Черно-белый, потому что белые макароны в черной кастрюле. Но любили мы ее не только за это, хотя за всех говорить не стану.
Итак, Карина - дочь богатых родителей, вполне была уверена, что этого качества ей хватит на всю ее долгую и счастливую жизнь.
Папа снял дочке трешку на Васильевском острове, но Карина частенько от скуки приезжала в общагу потыкать шпильками наш старый стертый линолеум.
Вся ее Питерская жизнь заключалась в том, чтобы проснуться от полуденного пушечного залпа, поймать такси, приехать в очередной Апраксин двор, растянуть краешек глаза, чтобы точнее сосчитать количество нулей на ценнике, вручить продавцу тяжелую пачку обесцененных денег и стать владелицей очередного шелкового топика.
Ах да, еще Карина любила учиться и подходила к этому делу со всей возможной ответственностью. В конце-концов, папа именно за этим отправил дочку в Питер и каждый месяц из Еревана присылал ей по четыреста стипендий.
Никто и никогда не видел Карину на лекциях, спать удобнее дома.
Ее учеба начиналась и заканчивалась только во время сессии.
К каждому преподавателю был свой подход. Одному ящик фальшивого армянского коньяка, другому - целую сумку дорогих продуктов, а кому-то хватало и скучной книжки по искусству.
Проще всего было платить деньгами, но в те времена не все еще брали…
Так Карина медленно, но верно и продвигалась к своей цели – красному как Феррари диплому.
За всеми этими заботами незаметно подкрался пятый курс.
Курс засел за написание дипломных работ.
«Ботаники» потянулись в библиотеки, а все прочие потянулись к бывалым аспирантам, чтобы те долларов за 100-120 накропали бы в лучшем виде.
Работа закипела и только для Карины, библиотека - сразу нет, нехрен там делать, там даже поржать не с кем. Аспиранты, тоже не уровень, она как всегда поступила по-своему и скромно постучалась в кабинет завкафедрой.
Вошла:
- Здрасьте Борис Иваныч. Я бы хотела с Вами посоветоваться по поводу диплома.
- Вы до сих пор не можете выбрать тему? Советую взять шумеров. Очень благодатная тема, только ее почему-то все опасаются.
- Да мне все равно какая тема, главное, чтобы был красный диплом. Признаюсь Вам откровенно - после института я выхожу замуж за сына друзей моего отца. Очень солидные и порядочные люди, так вот они поставили условие, чтобы обязательно у невесты был красный диплом, мол, если не красный, то невеста пять лет непонятно чем… ну Вы понимаете.
- Подождите, а я чем могу Вам помочь? Не понимаю. Напишете диплом на отлично, защитите свою работу - получите красный.
- Я и говорю, что мы с будущим мужем после свадьбы уедем в Нью-йорк, а там нет, ни древних, ни простых шумеров, там даже диплом нашего института никому нафиг… извините.
Я конечно могла бы обратиться к любому Вашему аспиранту, чтобы мне написали, но боюсь, на защите у меня могут что-то спросить и все – засыпалась, поэтому самое лучшее, если диплом напишете Вы. Во первых Вы его наверняка напишете очень хорошо, а во вторых, как председатель комиссии не дадите никому грузить мне мозги и задавать тупые вопросы.
Борис Иванович набрал воздуха и заорал:
- Пошла во-о-о-он!!! Как ты смеешь мне, мне, заведующему кафедрой, такое предлагать!?
Карину звуком отодвинуло к дверям, она машинально схватилась за дверную ручку, но совладала с собой, не убежала, а ласково продолжила:
- Борис Иваныч, Вы наверное не так меня поняли. Это же не бесплатно. Я дам Вам пятьсот долларов.
- Шт-о-о-о!!!? Во-о-о-о-н!!! Я клянусь, что не то что красного, а и простого диплома Вам не видать, как своих ушей! Сейчас же иду к ректору ставить вопрос о Вашем отчислении. Хамка!
Испуганная Карина опять схватилась за дверную ручку и прошептала:
- Тысяча…
- Девочка, ты еще здесь? Все! До-сви-да-ни-я!
- Две…
- Ну какая Вы наглая. Мне сорок восемь лет и уже поздно менять свои принципы. Не все, деточка, в этом мире измеряется деньгами. Можете сразу идти в деканат и добровольно забирать свои документы…
- Три…
- Три тысячи долларов?
- Да…
- Нет!
- Четыре…
У свирепого Бориса Иваныча глаза вылезли из орбит и он обреченно выдохнул:
- Вам искусство и письменность древних шумеров подойдет…?
__________________________________________
Прошло полгода.
Бориса Ивановича как подменили, он стал каким-то заторможенным. Взгляд потух, куда-то подевался искрометный юмор. Да и весь он как-то скукожился, посерел и постарел.
Зато стало известно, что он наконец перебрался с мамой из коммуналки в отдельную квартиру. Даже на кафедре проставлялся.
До госэкзаменов оставался месяц.
Карина стала замечать, что завкафедрой ее побаивается и избегает. Один раз, даже на другую сторону улицы перешел и стал завязывать шнурок, чтобы только с ней не здороваться.
Хотя может показалось.
Карина:
- Борис Иваныч, а мой диплом еще не готов, а то хотелось бы его хоть почитать?
- Кариночка, голубушка, да зачем Вам его читать? Главное, чтобы работа была на пятерку. У меня все под контролем, не переживайте. Чуть-чуть осталось.
Неделя до госов.
Карина:
- Борис Иваныч, уже можно забрать свою работу? Мне ведь еще красивый переплет делать.
- Осталось пара страниц, я ведь хочу, чтобы все было на уровне. А кожаная обложка у меня есть. Красная, как Вы любите.
Оставались два дня.
- Борис Иваныч, я уже волнуюсь.
- Не переживайте, Ваша работа готова. Этой ночью все закончил, только замотался, забыл с собой захватить. Завтра встретитесь со своими древними шумерами, полистаете. Все будет хорошо.
Наутро Карина примчалась к завкафедрой, но кабинет почему-то был закрыт и никто не знал, отчего Бориса Иваныча нет в институте. Домашнего телефона на новой квартире у него пока не было, а мобильниками в те годы пользовались только киллеры в перестроечных боевиках…
За пять долларов Карина в деканате купила домашний адрес, поймала такси и помчалась за своими шумерами в красном кожаном переплете.
Позвонила в дверь, ей открыла старенькая заплаканная бабушка.
Карина:
- Добрый день, тут живет Борис Иваныч?
Бабушка разрыдалась:
- Нет больше моего Борюсика. Только что увезли в морг. Кровоизлияние, лопнул сосудик. Довел его ваш институт…
Карина попросилась поискать «свою» красную папку, всю квартиру перевернула, но так и не нашла. Не было ее.
Диплом она так и не получила, ни красный, ни синий.
Вскоре из Еревана приехал маленький, толстенький армянский папа и пинками погнал непутевую дочку обратно домой…
|
|
ГОРЕ
"Красота требует жертв..."
(Выдержка из правил по технике безопасности)
Гулял с сыном по зоопарку и в толпе народа увидел потрясающей красоты девушку.
Такие обычно не ходят по улице, разве, что по зоопарку.
Да, все было именно в такой последовательности – вначале, я заметил красотку и только потом обратил внимание на ее спутника. Им оказался мой древний приятель – Кирилл.
Кирилл всегда славился своими девушками и чем старше он становился, тем его спутницы делались выше, моложе и красивей. Неважно, что по этому поводу сказал бы дедушка Фройд, но я Кирюху вполне понимаю - кто-то собирает марки, кто-то пивные крышки, а он красавиц. Жизнь коротка.
Мы познакомились и тут же вчетвером присели за столик кафешки.
Длинноногая красавица Татьяна, все больше молчала и было видно по ее прекрасным грустным глазам, что гнетет ее какое-то страшное человеческое горе, о котором и спрашивать неудобно…
Вот из за этой близости ужасной неизбывной беды, разговор у нас почти не клеился, все просто печально заглатывали мороженое и помалкивали.
Только Кирилл успокоительно гладил свою девушку по плечу и было видно, что Татьяна вот-вот разрыдается…
У нее запел телефон, звонила подруга и видимо после первого же вопроса – «что стряслось?» Девушка не выдержала, разрыдалась, схватила со стола сигареты и отошла в сторону, чтобы без свидетелей излить свое горе…
Я отправил сына посмотреть кто там в ближайшей клетке так противно пахнет, а сам спросил Кирюху в лоб:
- Что случилось?
Кирилл устало улыбнулся и ответил:
- Да, Таня захотела посмотреть на зверят, чтобы хоть немного отвлечься от своей беды, и вот мы здесь. Скажу тебе честно, если бы я ее чуть меньше любил, то тут же назвал бы тупой, нелепой овцой и заставил бы стереть в мобильнике мой номер телефона, но поскольку я Танюшу безумно люблю, то я так не скажу, а скажу, что она наивная, ранимая и доверчивая… как овечка, ну в смысле ты понял…
- В общих чертах понял – пытается высосать твой мозг через коктейльную трубочку? Она хоть, где-то учится, работает?
- Да, учится парковаться без характерного скрежета и работает у меня дома прекрасным цветком.
- Ясно, а что все-таки случилось?
Кирилл убедился что подруга нас не слышит и явно раздражаясь перешел почти на крик:
- Что случилось!? Да каждый день у нее что-то случается, вот и сейчас свежее горе… Я просто перестаю верить в теорию вероятности. Ну как можно быть настолько тупой и опасной для самой себя и при этом умудриться дожить до двадцати восьми лет!!!? Сегодня поехали с ней в парикмахерскую – стрижка, покраска и вся прочая херь.
Пока туда ехали, она мне всю плешь проела – Как бы ей уберечь от парикмахера свой любимый сорокасантиметровый хвостик, чтобы его случайно не отстригли? Я сказал, что нужно просто предупредить и все - это их работа – разберутся. Она стала орать, что я о ней не забочусь и что просто «предупредить», будет недостаточно.
Я говорю – будет мало? - скажи два раза. Не бойся, не отрежут.
Но она все равно бесилась и пищала, что раз мне на нее наплевать, то она все решит сама…
Приехали. Таня ушла стричься, а я уселся в предбаннике и стал читать журналы.
Она и вправду все решила сама. Ничего не стала говорить мастеру про хвост – ведь это, сука, ниже ее достоинства, а чтобы тот никак не смог его отстричь, додумалась зажать хвостик зубами. Как раненый связист закусывает телефонный провод…
Вот так она вся в слезах, в истерике и вышла ко мне с отрезанным хвостом во рту…
Правда она восхитительна?
|
|
Снова про детский лагерь.
Был в нашем лагере день смеха. Мероприятие такое, каждый отряд давал в клубе смешное представление. Не помню по какой надобности зашёл в корпус. Гляжу в окно идёт мой питон (пионер) из клуба, улыбается шире затылка. Вдруг остановился, побледнел, лыба скуксилась, как в мультике про Винни-пуха у ослика Иа, когда ему Пятачок сказал про лопнувший шарик. Присел на корточки, за живот держится, слеза побежала. "Блин, Андрюха, что случилось???". "Живо-о-от" стонет Андрюха. Я его на руки и в Нехворайку (так медпункт называется), а там никого, все в клубе. БЛЯ-А-А-А. Врываюсь в клуб, ору во всю глотку, что срочно доктора надо, питон погибает. Все ржут, типа классный прикол воспитатель придумал. Еле объяснил, что не прикалываюсь. Прибегает фершал, пузо пацану помял, вопросы позадавал, предварительный диагноз выдал: подозрение на воспаление аппендицита. Возможно нужна срочная операция. "БЛЯ-А-А, ЕПТ, ДА КАК ЖЕ ТАК...." (Это уже я). Лагерь в 20 километрах от города, как добираться? 90-е года, такси у нас в городе ещё не было, про мобильники не знали, личный транспорт далеко не у каждого. Ладно дежурил мент Серёга, у которого машина была, более того, он на ней приехал. От лагеря до трассы три километра узкой извилистой дороги. Летим мы по этой дороге 130 км/ч, взрослые впереди, Андрюха сзади корчится. На трассу вылетели, ещё прибавили, потом мигание дальним светом и бибиканье на перекрёстках, сотня по городу. Доехали. УФ-ф-ф. Залетаю в приёмный покой, сидит какой-то старичок, меня увидел, в стол вцепился, видимо испугался. Было от чего. Как в лагере ходил, так и приехал: 190 рост, шорты из рваных джинсов, босиком, морда небрита, волосы дыбом, глаз сверкает (Андрюха погибает). Хватаю этого старичка, "Ты - спрашиваю - доктор?" Оказалось, что он. Меня успокоил, отправил подышать свежим воздухом. С Андрюхой поговорил, заставил его поблевать, анализы взял. Что оказалось. Продавался в те времена сухой сок "YUPI". Водой разведёшь - вкусно, воды поменьше - ещё вкуснее, а на сухую - вообще зашибись. Мой Андрюшенька несколько пачек и сожрал. Твою мать.
Короче. Говорю Серёге менту, что мне стресс снять надо, пива хочу, время уже десять вечера, поехали в ночной магазин. Как есть захожу во всей красе, пара покупателей по стеночке, по стеночке и вон из магазина, продавщица под прилавок спряталась, охранник за дубинку хватается. Когда объяснил им, кто я, поржали вместе. Купил пива, выхожу, смотрю, а Андрюха на заднем сиденье лежит, глазки закатил, рот открыт, язык на сторону. Явно помирает. БЛЯ-А-А-А-А-А-А-А. "АНДРЮХА, что с тобой???". Этот маленький засранец голову поднял, на меня посмотрел: "А, чё, я сплю".
ТВОЮ МАТЬ.
|
|
История трогательная :)
Один товарисч снял в Паттайе (Таиланд), как он думал, прекрасную юную деву.
Спросил, дескать, "Как ты хочешь, о дива?".
Дива ответила, что она хочет в кино.
Сходили в кино. Романтично и трогательно.
Потом пришли в номер. Прелюдия к сексу. Оказался - ледибой. Товарисч, дабы не обидеть дамо, дал немного денег и отправил восвояси.
Ледибой удивился и спросил: "Бить не будешь? А то бывает иногда..."
В ответ товарисч напоследок сам спросил: "А про кино чё за тема-то была? Зачем дескать?"
Ответ: "А после нумеров никто в кино уже не водит..."
Но это еще не вся история.
Товарищ спустился на ресепшн своей гостиницы и спросил у портье, какого, мол, хрена ты меня не предупредил, что это не девка. Тот поклялся, что в следующий раз обязательно предупредит.
А до того уже вторую неделю товарищ охмурял одну типа приличную тайку. Романтические свидания, знакомство с семьей, все дела. Наконец, тайка сдалась и согласилась пойти к нему в гостиницу. И только они заходят в лобби отеля, тот самый портье громко на всю гостиницу кричит: "Мистер, не беспокойтесь, вот эта - точно леди, а не ледибой".
Надо ли говорить, что больше товарищ ту тайку не видел...
|
|
После поездки в США Мстислава Ростроповича вызвали в Особый отдел Министерства культуры и спросили:
- Мстислав Леопольдович, как вы посмели оставить принимающей стороне программу ваших будущих гастролей, не согласовав ее с нами?
- Да, знаете..., как-то..., а что, нельзя?
- Вы еще спрашиваете! Немедленно напишите новую программу. Здесь же! Сейчас же!
Ростропович сначала растерялся, потом обозлился и написал:
Моцарт, концерт для виолончели с оркестром (Моцарт никогда ничего для виолончели не писал). Беллини. Соната для виолончели, флейты и клавесина (та же история) Риталлани. Концерт для виолончели соло (такого композитора вообще в природе не существует).
Минкульт одобрил выбор маэстро, красиво распечатал список типографским способом и, заверив у министра, отправил в США. По словам Ростроповича, принимающая сторона чуть не уволила двоих сотрудников за то, что те не смогли отыскать вышеуказанное произведение Моцарта даже в Зальцбургском архиве, а генеральный менеджер чуть не сошел с ума, пытаясь вспомнить мелодию беллиниевской сонаты. Ни у кого не возникло сомнений в существовании всей этой музыки, т.к. заявка было подписана Ростроповичем и заверена министром культуры Фурцевой.
Говорят, по вскрытии этой шуточки, в Штатах хорошо посмеялись.
|
|
История из жизни Зеландских таксистов ( город Крайстчерч). За пачкание интеръера такси существует штраф до 500 долларов, который не просто взыскать. Сама история: В ночь с пятницы на субботу вез компанию подвипивших подростков, один из них блеванул на сидение и возле его дома оказалась его мамаша , которая согласилась оплатить химчистку салона, предоставив для оплаты кредитную карту.Я снял с карточки всего 150 долларов. Через несколько дней получил гневное письмо с требованием объяснить почему такая большая сумма за услуги такси. Я сделал копию корешка счета на котором было написано моей рукой : за облёванный салон и отправил в банк адресата. Больше со мной не контактировали.
|
|
На дворе 1 апреля. Большой ТЦ. В отделе электроники, скучает за кассой, Лариса.
Время к обеду. Продавцы-консультанты, в числе которых и Рома, первыми идут в столовую, где кормили без денег, вычитая потом некоторую сумму из зарплаты, бывали и просроченные продукты из «продуктового». Возвращаются и с круглыми глазами. Рома Ларисе:
- Представляешь, красной икрой кормят, в «продуктовом» партию икры начальница забраковала, и её всю в столовку отдали. И главное бесплатно, и в столовке подтвердили.
Лариса с подружкой из «видео», истекая слюной, задались законным вопросом в столовке:
- А где икра?
Смеху было. Это они так пошутили.
Время к вечеру, уж и инкассаторы нарисовались, как обычно начали обход ТЦ с левой стороны, отдел электроники предпоследний у них, и к нему идут уже порядком груженные мешками с честно изъятыми у граждан, (в замен на товары) деньгами.
Время 18-30. Лариса с испуганным лицом, пройдя в торговый зал, полушепотом Роме:
- Чё делать? Инкассаторы мешок с деньгами на кассе забыли. Большой, там наверно тыщ 500. У Ромки ступор:
- А он сейчас где?
- Да я его в мусорное ведро сбросила, если вернутся, скажу, сами уронили.
Время 19-00. У Ромы и его закадычного друга совещание, уже заброшен ноут, в который пихали нелегально систему и всё, что там клиент заказал. Выдвигается Рома к кассе:
- Покажи.
- На смотри. (В мусорном ведре, которое стоит в кассовом отделе, лежит толстый мешок с деньгами)
- Посчитала?
- Нет, ты что, вдруг вернутся.
- У них контора до семи работает, если через полчаса не приедут, то всё, завтра не вспомнят, где мешок забыли. А с камерами я договорился, с двух штук, которые направлены на кассу, уже Юра всё стер, скажет сломаны.
Время 19-30. 287 тыщ. Теперь в ступоре уже все трое. Центр работает до 22-00. Вроде и вернуть надо, но и у самих долгов. Совещание продолжается. Рома:
- Нам с Лешкой по 100, тебе 87.
- Вообще-то, это у меня мешок забыли. Я вам могла ничего не говорить, себе бы всё забрала и всё.
- Но мы же камеры стерли.
- Ну и что.
Время 20-00. Рома:
- Нам по 90, тебе 107.
- Да пошли вы, со своими расчетами. Мне 150, вам на двоих 137.
- Куда тебе столько денег?
- Найду куда деть.
Время 21-50. Лариса проходит в торговый зал. Роме:
- Я вам там оставила, на стуле у кассы. 160 на двоих, возьмёте только незаметно, когда домой пойдёте.
- По 80 это же мало, а может там, в мешке ещё больше было, мы же не считали.
- Ну, вот и посчитаете. Только не забудьте, что сегодня 1 апреля.
Сказала она, направляясь к выходу.
На дворе 2 апреля. Весь ТЦ уже в курсе, с самого утра настроение у всех замечательное. Ларису в десятый раз просят рассказать всё. Только Рома ходит мрачный.
- Я вчера успел жене позвонить, сказал, чтобы не ждала, да ещё и на **й отправил. А подружка закупила харча на всю свою зарплату и ждала меня вечером с «огромным сюрпризом».
Печатается с разрешения Ларисы.
|
|
Вспомнился ДОСААФ начала 90-х. Нас военкомат перед армией туда отправил учиться шоферить. Первым делом народ направили в парк, распределили по машинам и припахали к хозработам. Один особо сознательный быстренько справился с поручением и ...пошел спрашивать, что делать дальше? Ему поручили взять "два ведра трансмиссии" у механика и заправить "во-о-он того 131-го", стоящего после капиталки. Тонкого военно-полевого юмора чудо не оценило, сходило к механику и поинтересовалось где взять пару ведер трансмиссии. Тот на беду, не стал отвлекаться на распросы и сходу показал цистерну с отработкой.
Шутка удалась.
В результате у ЗИЛа отработка оказалась заправлена в бак и ...радиатор. На беду он стоял с поднятым капотом и манил открытой горловиной...
Взято с Guns.ru
|
|
ПЕРЕПАД ДАВЛЕНИЯ
Был такой случай. Идёт оперативная форма техобслуживания на транзитном Ан-24. Технарь дерьмо из приёмного бака туалета слил, ассенизаторскую машину отправил и пытается закрыть заслонку бака. А там такая неприятность: застрял вонючий тампакс, заслонка находится глубоко в трубе слива, и засовывать туда руку технарю больно неохота, да и дело было поздней осенью, технарь одет как капуста, и рука в трубу скорее всего не пролезла бы. Короче, он с такой-то матерью повис на ручке заслонки и с грехом пополам поставил её на стопор. Как обычно, контрольная заслонка худая, и контровочных шплинтов у технаря нет. Ну, думает, и хрен с ним, и оставляет всё как есть.
Дальше всё идёт в штатном режиме. Технарь заправляет верхний бак водой, выполняет остальную предполётную подготовку и выпускает борт в рейс. В полёте вода из приёмного бака начинает просачиваться через зажатый тампакс, собирается между главной и контрольной заслонками, замерзает и выбивает нахрен обе заслонки.
Начинается быстрая утечка воздуха через очко унитаза с борта самолёта в атмосферу. Толчок превращается в мощный пылесос. И тут в туалет идёт тётка, как говорится: приятная в окружности, а не в наружности, по своей нужде. Садится на этот пылесос, и хоп! - её присосало! Орёт, встать не может, жмёт на звонок стюардессе.
Прибегает стюардесса, натурально ох**вает от такой картины, оторвать тётку с очка не может, идёт в салон искать добровольцев. Желающих помочь мало.
Короче, экипаж запросил вынужденную посадку. Тётку после выравнивания давления от унитаза оторвали. Правда, ей пришлось стоять, пока до стоянки рулили: у неё синяк образовался во всю задницу. Она потом, наверное, года два сидеть не могла. Дальше "скорая" и т.д.
Вывод: жёсткие требования по обеспечению герметичности салона самолёта - это вам не шутки!
|
|
КУРОРТНОЕ ЗНАКОМСТВО
70-е годы. Начальник Магаданского управления Гражданской авиации и флаг-штурман отправились в отпуск в Сочи. По прибытии в санаторий выяснилось, что двухместный номер, на который они претендовали, оказался занят, и им предложили переночевать одну ночь в трёхместном, тем более третьим постояльцем там тоже был аэрофлотовец.
Надо сказать, что начальник управления носил шикарные усы, а флаг-штурман отличался огромным ростом и таким же огромным носом. Следует отдать им должное, мужики они были простые и не привередливые. На предложение переночевать в трёхместном номере они хотя и не с радостью, но согласились. Кто помнит 70-е, тот, вероятно, помнит, что аэрофлотовцы любили пощеголять в форме, но наши персонажи ввиду своих высоких должностей и широких полос на погонах поскромничали и приехали отдыхать в гражданской одежде.
Чего нельзя было сказать о третьем персонаже, которого они застали в номере. Парень лет двадцати трёх, в полной парадной форме аэрофлотовца с полуторалычками на погонах встретил их с распростёртыми объятиями, тут же сообщил, что приехал из Ростова-на-Дону, летает штурманом на "свистке" (Ту-134), и что авиация - это сногсшибательно. Слово "круто" тогда в обиход ещё не вошло. Наши уважаемые руководители ещё не успели бросить свои пожитки на свободные койки, как от молодого человека последовала команда:
- Ты, Ус, мотай за выпивкой, а ты, Нос, за закуской. А я пока здесь всё организую.
Наше уважаемое руководство, улыбнувшись, взяло протянутую молодым человеком авоську и отправилось отовариваться в ближайший гастроном. А поскольку Ус и Нос относились к высшему командному составу "Аэрофлота", то по должности они уже давно не употребляли простую водочку, а предпочитали простенький пятизвёздный армянский коньячок. Естественно, они взяли с запасом коньячку и полагающуюся к нему закуску, благо их отпускных на это вполне хватало.
После их возвращения в номер санатория, молодой человек страшно возмутился, что они набрали коньяка, ведь на эти деньги можно было купить в два раза больше водки. Однако поскольку выпивка и закуска были уже куплены, ростовчанин в мгновение ока накрыл "поляну" и предложил выпить за встречу. Удивительно, что он не стал расспрашивать, чем занимаются его новые соседи, а стал рассказывать о своих лётных и любовных подвигах и о том, какие громадные деньги можно легко заработать в летний сезон на перевозке "зайцев". После нескольких рюмок он решил из вежливости поинтересоваться, откуда приехали Ус и Нос. Услышав, что из Магадана, он оживился и поделился с ними, что собрался переводиться в Магаданское управление ГА, и что даже ростовский отдел кадров уже отправил его личное дело начальнику тамошнего управления.
Тёплая компания выпила ещё нескольких рюмок, и он всё же спросил, кем работают его новые друзья. После того, как Ус заявил, что является начальником Магаданского управления ГА, а Нос - его флаг-штурманом, материальная оболочка молодого человека мгновенно исчезла, едва успели отзвучать отголоски их слов. Больше они его не видели за всё то время, которое провели на курорте.
Однако нужно отдать должное начальнику управления: по приезде домой он подписал перевод своему новому сочинскому знакомому, и тот долго работал в Магадане.
|
|
Взял халтурку на дом, чуть не попалился. Жена залезла на флешку нашла запароленый архив "ФОТО ДЕВОЧЕК НЮ". Еле отмазался сказал что фоткал студенток с Новгородского Юридического, по работе. Молчала минут 15, потом попросила показать фотки. Снова отмазался, сказал, что уже по емайлу клиенту отправил. Эх, блондинко.
|
|
История сохранила данные о первом противоправном действии против движимого имущества в Минске, а именно - о первом в истории столицы угоне автомобиля, который произошел 6 марта 1912 года.
Жертвой угонщиков стал некий состоятельный купец Шендерович, лишившийся своего Mercedes. Не питая особых надежд на то, что автомобиль найдут, он отправил своего приказчика в Петербург для покупки аналогичной модели. Когда приобретенный Mercedes прибыл в Минск, оказалось, что он и есть ранее угнанный автомобиль Шендеровича.
|
|
Старая история из мира медицины: медпредставители разных контор любят
дарить врачам разную дребедень с корпоративной символикой: ручки,
блокноты, халаты. Грешит этим и компания «Гедеон Рихтер». Одному из
наших многочисленных друзей такой вот халат и перепал, с классической
надписью слева на груди: «Гедеон Рихтер». И логотип.
А так как у врачей денег часто немного, друг в этом халате на работе
ходил. Ну и нормально, криминала в этом нет. А тут к нему бабулька на
прием пришла, с грыжей межпозвоночной. Неоперабельная в силу возраста.
Отправил он её к соответствующим специалистам, мол, бабушка, оперировать
нельзя, идите, пусть выпишут обезболивающее и сопутствующие препараты.
Бабку отфутболили назад, типа, нефиг нам тут таблетки пить, идите назад,
к нейрохирургам, пусть оперируют грыжу. Бабка возвращается в больницу и
спрашивает в регистратуре:
— Где тут этот ваш Гедеон?
В регистратуре немного офигевают и уточняют:
— Какой такой Гедеон?!?!?!
А бабка отвечает:
— Ну врач ваш, Гедеон Рихтер. У него на халате его имя написано.
Тут пол-больницы от хохота и полегло. Долго потом друга Гедеоном
называли при каждом удобном случае :-)
|
|
Спартак:
"антон: я отправил вам на почту рассказ когда будут известны результаты?
Спартак: с какого e-mail ты его отправил?
антон: с майкрософт оутлюк
Спартак: ну в оутлук же есть какой-то электронный адрес?
антон: ну вот я вам и отправил"
Artem Chek: хорош :)
Спартак: вот что ему написать?
Artem Chek: Напиши, что у тебя нету оутлука :)
Спартак: точняк
|
|
На мужа повесили огрооомный отчет, который надо было сделать за день.
Первую часть отчета сохранил под нормальным названием, но по мере
нарастания негативных эмоций, другие части пошли под рабочими названиями
"жопа2", "жопа3", "приложения к жопе". Отчет заканчивал поздно ночью и
так устал, что так всю папку и отправил...
|
|
Перепечатываю с разрешения мужа.
- Здравствуйте, Александр, это говорит Керен из армии.- Здравствуйте,
Александр, это говорит Керен из армии.
- Добрый вечер, Керен из армии, чем обязан?
- В Ваших личных данных ваша жена Мариана записана под Вашей фамилией, а
в компьютере она всплывает под другой. Почему?
- Потому что она мне теперь не жена. Мы развелись и она вышла замуж
второй раз. Теперь у неё фамилия нового мужа.
- Так, хорошо, значит я пишу "разведён".
- Нет, не разведён. Я тоже женат, у меня новая семья.
- Почему?
- Не знаю, это жизнь, люди разводятся, женятся, замуж выходят.
- Но я не могу изменить с "женат" на "женат", надо сначала написать
"разведён".
- А вам и не надо ничего менять в графе "личное состояние", измените
только имя супруги и её номер паспорта, программа это позволит (меняет
данные и вписывает Ленку и её номер паспорта под мою диктовку)
- А откуда Вы знаете, что программа это позволит?
- Я её сам написал.
- ???
- Когда я служил срочную, базы данных только входили. И я написал
программу, которой все пользуются до сих пор.
- А как я могу знать, что Лена Ваша жена?
- Позвоните ей, спросите, могу дать номер телефона.
- Нет, пошлите мне копию паспорта по факсу, там должно быть записано.
(Посылаю ей копию паспорта)
Через 15 минут...
- Это снова Керен, Ваша Лена тоже в компьютере значится под другой
фамилией.
- Под своей фамилией. Она сохранила свою фамилию.
- Почему?
- Понимаете, Керен, моя жена поэтесса. Знаете. что такое поэтесса?
- Знаю, это как Мая Бускила.
- Мая Бускила певица, а поэтесса это как Бялик, Шлёнский, Лея Гольдберг.
Так вот, у моей жены тысячи читателей, которые знают её под её фамилией.
А моя фамилия им ничего не говорит. Поэтому она сохранила свою фамилию.
Понимаете?
- А как это записать?
- Запишите "Викман" в графе "фамилия", программа это примет.
- А откуда Вы знаете, что она это примет? ... а, да, вы программист.
- Упаси Вс-вышний. Я не программист, никогда не был им и не буду. В
армии меня посадили на гауптвахту. И от скуки я вызвался помочь
командирам. Они как раз маялись с новой программой. Я написал им лучшую,
чтобы не маялись. И потом всюду программы заменили на мою.
- А за что Вас посадили на гауптвахту?
- За то, что написал по-арабски стишок о сексуальных предпочениях
Арафата и вывесил его на блок-посту.
- А какие у него сексуальные предпочтения?
- Он был пассивным гомосексуалистом.
- А если вы тоже пишете стихи, почему ваша жена не может взять Вашу
фамилию?
- Потому что я такой же поэт, какой программист, а Лена- поэтесса
милостью Божьей.
- Хорошо, Вы можете мне прислать свидетельство о браке, где значится
дата свадьбы.
(звоню Ленке, она факсует свидетельство)
Проходит полчаса...
- Алло, Александр, это опять Керен.
- !!!
- У Вас с Леной дети есть?
- Да, есть. Дочка Рут.
- Когда родилась Рут?
- Я отправил Вам паспорт с развёрнутым вкладышем, там записана и Рут с
номером паспорта и датой рождения.
- Хорошо, спасибо!
Ещё через десять минут...
- Это Наама, командир Керен.
- Здравствуйте, Наама, а что с Керен?
- С Керен всё в порядке, но мы тут опять запутались. По документам
получается, что Рут родилась за год до вашей с Леной свадьбы.
- Ну и...
- Почему? В документах какая-то ошибка. Должно быть наоборот.
- Да нет там никакой ошибки. Как есть, так и записано. И я знаю, что
должно быть наоборот. Но ведь люди грешны, Наама. Раввин Эльяшив
говорит, что женщине с мужчиной нельзя сидеть рядом в автобусе и
находиться на одном концерте. Раввин Эпштейн требует, чтобы женщины
одевали паранджу. Иначе, говорит, происходят всякие неприятности, от
которых рождаются дети. Когда я увидел Лену, она была без паранджи. И
родилась Рут.
- Почему?
- Что почему?
- Ну, если женщина только без паранджи, дети ещё не рождаются.
- Наама, скажите это раввину Эпштейну. Понимаете, так получилось, за
девять месяцев до рождения Рут... В общем, нам ничего не мешало. Ни
паранджа, ни другие предметы гардероба.
- Но Вы же религиозный человек?
- Я? Религиозный? Почему?
- В поселении живёте, раввинов цитируете, Арафата не любите.
- А Вы любите Арафата, Наама?
- Нет, но я же живу не в Хевроне.
- А где Вы живёте?
- В Тель Авиве.
- В смысле, в незаконном поселении, построенном на месте арабской
деревни Шейх Мунис? Вы слышали про Шейх Мунис, Наама? Здесь, у нас в
Кирьят Арбе- Хевроне, 30 процентов светских.
- Ну и зачем вы там живёте?
- А зачем Вы живёте в Тель Авиве? Зачем люди вообще где-то живут?
- Значит, Вы светский. Как у Вас всё запутано получается?
- Да, Наама, всё получается запутано. Люди сходятся, расходятся, снова
женятся, рожают детей. И живут долго и счастливо.
- С кем?
- Что с кем?
- С кем живут долго и счастливо?
- Со своими жёнами. У Вас есть друг, Наама?
- Я рассталась с подругой. У меня тоже всё запутано.
- Распутаетесь. Новую подругу найдёте.
- Где найти такую, чтобы жить долго и счастливо?
- Не знаю, Наама, не знаю.
- Но вы же где-то находите? Как женщину хорошую найти?
Из всех вопросов, заданных мне в этот вечер, последний застал меня
врасплох. Я не знаю, где найти хорошую женщину для другой хорошей
женщины в погонах. Я многого в этой жизни не знаю. И поэтому я не сват,
не программист, не поэт и не раввин. Я всего лишь я, как это не
прискорбно.
взято с http://solokha.livejournal.com/580200.html
|
|
Владелец одесского текстильного магазина посылает телеграмму своему
поставщику-фабриканту:
- "Ваше предложение принимаю. Документы отправил. С уважением, Коган".
Принимая бланк, работница почты вежливо советует:
- "С уважением", собственно говоря, вы могли бы вычеркнуть.
- Сударыня, вы таки знакомы с фабрикантом Рабиновичем?
|
|
К 27 января про ЖИВОЙ ВЕЛИКОРУССКИЙ ЯЗЫК (вчерашнее посмотрите) Выходила
в советские времена преинтереснейшая серия книг "Солдаты слова". Вышло,
по моей памяти - где-то пять сборников. Была у них такая же
преинтереснейшая особенность. Две трети сборника занимала политическая
трескотня о роли советского журналиста в советско-партийно-общественной
жизни. Поэтому книжки эти особенным спросом и не пользовались. Зато те,
кто дочитывал книгу до последней странички были вознаграждены сверх
всякой меры, отмеряемой в те годы ее величеством цензурой. Не менее
последней трети книги занимали просто журналистские байки.
... Мы с "живого и великорусского начали? И с дамы, которая искала в
словаре Даля нецензурные выражения? Так продолжим воспоминаниями одного
журналиста, работавшего редактором крупной советской газеты вскоре после
революции. Правда, в моем изложении, первоисточник - один из томов того
самого издания, "Солдаты слова" - я давно, как говорят, утратил. Итак -
от его лица.
Работал я редактором крупной питерской газеты вскоре после революции.
Одной из корректорш у нас была бывшая преподавательница Смольного,
этакая дама - божий одуванчик. Больше всего она боялась пропустить
опечатку. Бес-то ее и попутал. В одном из номеров опечатка все же вышла.
Да не простая, а такая, из которой получилось матерное слово.
Одуванчик-не одуванчик, а выговор от меня она получила приличный. А вот
реакция ее меня насторожила.
- Николай Иванович (скажем так), ну я понимаю, что пропустила, ну,
виновата, но что уж вы так расстраиваетесь. Я ведь стараюсь. Ну,
оплошала, ну все же что уж тут такого...
И вслух повторила то, что получилось вследствие опечатки.
Я взорвался.
- Да неужели вы не понимаете, что это - ругательство, от которого лошади
краснеют?
Корректорша на какое-то время замерла, а потом тихо ответила:
- Конечно нет. Где бы я могла этой мерзости научиться?
Весь день она ходила грустно-задумчивая, а под вечер пришла ко мне.
- Николай Иванович, вы мне, пожалуйста, выпишите на бумажку все такие
слова, я их выучу, и в следующий раз буду проверять особенно тщательно.
Эх, доисторический Николай Иванович! Была бы машина времени - отправил
бы ты свою корректоршу хотя бы на денек в наши годы хоть на остановку
общественного транспорта, хоть на рынок, а еще лучше - в любое
образовательное учреждение. Школу, колледж, институт. Она бы по
возвращении тебя самого таким девяти-ети-этажным словам бы научила!
|
|
В военный госпиталь я пришел после мед института и клинической ординатуры. Начальник госпиталя, Оговской, дыша на меня перегаром, сходу спросил: «Че могеш, бля?». Я начал было перечислять: аппендицит, грыжи…, но он меня довольно резко прервал, типа «не гони волну, и этого хватит», «а сейчас иди в прием, там лежит боец с аппендицитом. Если после твоего оперативного лечения боец выживет, ты принят в штат, если помрет – пшел на хер! » Я подчинился приказу командира и с тех пор стал служить в отделении хирургии. Но история не про это, история про Еврейчика. Оговской был бабский угодник, дебошир, распиздяй (по-другому не назовешь) и классный хирург, что называется, хирург от бога. К нему постоянно приходили какие-то делегации, как штатские, так и военные с которыми он непрерывно бухал, не забывая в перерывах разводить спирт и оперировать.
И вот, в очередное мое дежурство, уже после отбоя л/с, он вызывает меня и говорит: «Нам не хватает третьего». Я типа «не могу, я дежурный, на мне весь госпиталь», а ему уже тогда было похер. Пришлось согласиться. Вместе с нами бухал еще какой-то Еврейчик, гражданский чек, Оговской его так представил. Чисто еврей, такой упитанный, лощенный, с хитрыми, затуманенными (к тому времени) глазками и какой-то херью на щеке. После каждого второго стакана Оговской предлагал ему удалить эту херь на щеке, но Еврейчик тактично отказывался. После очередной бутылки он сдался, и тут раздался громовой голос командира, который разбудил весь госпиталь: «Срочно готовить операционную!», (причем это, не выходя из своего кабинета). Через полчаса вбежала опермедсестра и доложила, что операционная готова. «Ну, с богом»,- промолвил Оговской и чуть ли не за шиворот поднял Еврейчика, который от выпитого еле стоял на ногах. А ты, указывая на меня, будешь ассистировать. Вначале я все принимал за шутку, но, видя напор командира, понял, что ошибся.
Готового Еврейчика уложили на операционный стол, привязали, чтоб не дрыгался и процесс пошел. Оговской взял скальпель (художника в нем не убить), и хлестанул по щеке. Хлынула кровь, много крови. Я хоть и пил через одну, но тоже был под хорошим шафэ. Еврейчик все стонал: «Как там, как там? » (видно холод стали и ужасная боль протрезвили его). Этот стон остановил Оговской ревом: «Заткнись, еб твою мать! И так ни хера не получается!». Дальше началась, как нам казалась, кропотливая работа. После своего последнего штриха, Оговской заснул младенческим сном прямо в операционной. Еврейчика с его перекошенным лицом я перевязал, посадил в дежурный автомобиль (хотя с бензином тогда были проблемы) и далеко за полночь отправил домой. Командира все-таки удалось дотащить до его кабинета.
На следующий день, часов в одиннадцать, перед обедом меня вызывает командир, хмурый как туча. «Садись», говорит, рассказывай, что вчера там было. Ну, я так и так, Еврейчика оперировали.
- Как оперировали, йобанарот?
- Так и оперировали, говорю, а я ассистировал
- А где сам клиент? Живой то хоть?
- Живой, после операции уехал домой на дежурке.
- Да-ааа…
Взгляд его затуманился, видно, переваривал услышанное. Вдруг в окне перед нашим взором предстает картина маслом: бежит, нет, быстро идет, подпрыгивая и семеня короткими ноженками наш родненький Еврейчик, все бинты на роже в крови, но подмышкой портфельчик, и читаемые очертания поллитровых бутылок, а в руке паспорт. Вместо «здрассте» Еврейчик, махая перед носом полковника паспортиной, выпалил: «Командир, ты че наделал? Мне скоро уезжать на историческую Родину, а я на фото в паспорте совсем не похож! ». Оговской тяжелой походкой подошел к клиенту и приподнял болтавшуюся повязку и изрек: «О, мля, смотри, Гуимплен!». По всей щеке бедного еврея шел впечатляющий шов чуть ли не до уголка рта, как у героя «Человека, который смеется». Я выпал в осадок. Оговской, судя по всему, видел и не такое. Он спокойно
самостоятельно засадил бутылочку беленькой и снова раздался его громовой командирский голос: «Срочно готовить операционную». Еврейчику ничего не оставалось делать, как поддаться судьбе и идти второй раз под нож не трезвого хирурга. У Еврейчика на груди лежал паспорт с фотографией. Так, на всякий сличай. На этот раз операция прошла вполне успешно. Косметику наложили классно, хоть и руки слегка дрожали от похмелья. «Мастерство не пропьешь! », – изрек Оговской, вытирая кровавые руки о халат. Еврейчика с тех пор я больше никогда не видел.
Зато к нам в госпиталь прибыла гуманитарка, состоящая из американских протезов. Но это уже другая история.
|
|
реальный случай из жизни израильской армии. (имена изменены)
было это в 2000 году в разгар интифады. на палестинских территориях стоят
израильские базы, как правило численностью от взвода до 2-х рот, и на
каждую базу завозят воду - каждый день. делает это военный грузовик весом
9 тонн. это история об одном из них. после залива всех точек, водитель
по фамилии олень - понятно что выходец из бывшего союза, подошел к деж.
офицеру и спросил если есть еще что-нибудь на сегодня. офицер, довольный
что дело сделано, отправил оленя спать, похвалив за хорошую работу. и
тут самое интересное. через час пришел доклад что на одном блок-посту
кончилась вода. деж. офицер приказал подорвать оленя, и дать им воду.
каково же было его удивленье, когда грузовика на стоянке на базе не
оказалось, и еще патрульный джип сообщил по рации, что наблюдает перед
собой огромную лужу на несколько тонн воды, что по меркам пустыни летом
выглядело по меньшей мере странно. первая мысль деж. офицера - что олень
выехал с базы и арабы спиздили его вместе с машиной, предварительно
слив воду. после безуспешных попыток дозвониться до сотового оленя,
чувствуя как очко сжимается до размеров угольного ушка и скрепя
сердце, офицер доложил ком. полка что произошло. наш полковник оказался
мужик тертый. поняв, что если он не найдет оленя, полетят его погоны, он
не мудруствуя лукаво, вызвал роту морского и пехотного спецназа, а
заодно и танковый батальон, при поддержке звена апачей. картина маслом.
танки гремят в атаке, вертолеты постоянно барражируют пространство,
спецназ зачищает деревни, арабы в ахуе! оленя нет! на счастье всей
нашей армии кто-то догадался позвонить брату оленя, который и поведал
родине, что олень на машине уехал к телке в питах-тикву, город за 130 км
от базы, где он сейчас и находится, занимаясь безумным сексом.
p.s. насколько я слышал, оленя выгнали из армии по статье 21, то есть
дурак и идиот, сколько армия потратила сил и средств на его поиски...
история умалчивает.
|
|
Ronikut: Живу на верхнем этаже, соседи снизу сделали капремонт и срезали батареи, теплые полы у них чтоли, но не суть, пожаловались в ЖЭК, они как то утрясли вопрос, в итоге наша квартира ледяная, жену с дочкой отправил к теще, а сам остался. В 3 часа ночи в угловой комнате, не выходящей на боковых соседей врубил Prodigy на полную и громко прыгал, когда позвонили по телефону соседи снизу ответил, что прекращу, как только они в батарею постучат.
|
|
Тимоти Декстер — эксцентричный, наивный, необразованный бизнесмен,
сколотивший состояние на сделках, которые вопреки здравому смыслу
сделали его богачом. Родился Декстер 22 января 1747 года в городе
Мадлен, штат Массачусетс. Женившись на богатой вдове стал управлять ее
сбережениями. Во–первых стал скупать обесценившуюся за годы войны за
Независимость "континентальную валюту", которая никому не была нужна.
Однако, неожиданно после войны валюта вновь обрела ценность и принесла
бизнесмену огромный доход. Он покупал дешевые акции и после этого они
начинали расти в цене. Над необразованным выскочкой насмехались и
однажды один торговец в шутку сказал ему, что на островах Вест–Индии не
хватает рукавиц и сковородок. Ничего не зная о жарком климате он повез
товар в тропики. Все вокруг считали его за сумасшедшего. Но к удивлению
рукавицы купили азиатские торговцы, которые перепродали их в Сибирь, а
сковородки пригодились местным производителям патоки в качестве ковшей.
В очередной раз шутники посоветовали ему продавать уголь в Ньюкасл.
Закупив угля он отправил его в Англию, ничего не зная о том, что Ньюкасл
является крупным угледобывающим городом. Кстати выражение "selling coal
to Newcastle" является идиомой и означает "бесполезное занятие". Когда
корабль пришёл в город, оказалось что местные угольщики объявили
забастовку и угля в городе нет. В результате груз он продал с большим
успехом.
|
|
