Шутки про лавочке - Свежие анекдоты |
252
Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает - пролистайте.
Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте.
Уильям Шекспир.
Нет, никто не умер, слава богу. Но когда это происходит с тобой лично, все намного острее, чувствительнее и больнее, чем чужие истории в самом талантливом фильме или книжке. Случалось, ли вам любить? Да так, чтобы «крышу срывало» полностью и ни о чем другом даже думать невозможно? Когда сознание, как бы раздваивается и когда ты не с ней, не можешь ее видеть и любоваться, все становится тусклым, неважным, незначительным и неинтересным, словно это и не ты вовсе. Вроде повезло, любовь взаимная была, но кончилось все очень нехорошо. Попробую рассказать, коротко не получится.
Давно это было, когда СССР вполне существовал, а город Алма-Атой еще назывался. Я в армии, но так получилось, что через несколько недель после месячного учебного пункта (курс молодого бойца и присяга), случился у меня острейший приступ аппендицита. Страшные рези, хоть на стенку лезь, терпел сколько мог, сержанту доложил и до медпункта еле дошел, пару раз даже присел приступ пережидая. Воскресенье, вечер, скоро отбой, в части только фельдшер из солдат, но молодец – настоял перед дежурным по полку, чтобы скорую вызвали, поэтому попал не в военный госпиталь, а в гражданскую больницу. Через час-два уже прооперировали, чуть до перитонита не дотерпел, но обошлось.
Казалось бы, что там, всего-то шовчик десятисантиметровый, но даже просто сесть, с кровати ноги спустив, целая проблема, семь потов сойдет. Одежду перед операцией всю забрали, включая трусы, утром выдали больничные штаны, застиранные до потери цвета, с множеством мелких дырочек, минимум на пять размеров больше, сползающие из-за слабой резинки, а курточку наоборот маленькую, очень тесную в плечах и с короткими рукавами (почти по локоть), еще вдобавок худой и с коротким ежиком подросших волос, выгоревших до белобрысости вокруг пилотки. Вот такое скрюченное чучело и выползло утром в коридор (туалета в палате не было). На обратном пути присел в холле на диване передохнуть. Из ближайшей палаты, тоже мелкими шажками, вышла полусогнутая подруга по несчастью, молодая девчонка, в домашнем, цветастом халате, примерно моих лет, присела недалеко в кресле.
Сказать, что я сразу влюбился, это не сказать ничего. Сидел, потел и любовался. Достаточно миниатюрная, красивая до безумия, той особой, немного кукольной, восточной, азиатской женской красотой. Мама у нее кореянка, а отец казах. Из южных казахов (верхний джус или старший жуз, кто понимает), ничего общего с тем привычным типажом северных казахов с их плоскими лицами, щекастыми и узкоглазыми, больше на узбека похож. Славная у них дочка получилась. Чтобы было понятней: когда я через много лет, первый раз в Тае побывал и увидел, листая каналы, их дикторш по телевизору, то сразу вспомнил свою Айгуль. Еще мама ей загорать запрещала, на улице даже в шляпке ходила, отсюда и молочно-белая кожа с очень нежным девичьим румянцем на щечках, крупные, почти черные, искрящиеся глаза… Короче, я запал-попал-пропал…, сразу и бесповоротно.
В общении с женским полом у меня никогда проблем не было, легко мог на контакт пойти, а тут еле смог разговор начать, чуть ли не заикаясь и еще сильнее потея:
- У вас то-тоже аппендицит? – кашлянул, дернулся от боли и покраснел до кончиков ушей. Вроде и не заинтересовал особо, но скучно ей в палате с бабками лежать. Разболтались. Даже скоро смеяться пытались, одной рукой держа живот, другой зажимая рот. И больно и смешно, от этого веселились еще больше.
Заживало все как на собаке, через пару дней уже на улицу вышли, придерживая бок и подволакивая правые ноги. Тихонько ходили по аллеям в небольшом парке на территории городской больницы, иногда держась за руки. Или на лавочке сидели под могучими платанами. Со стороны, наверное, комично смотрелись, куколка и чувырла в нелепой курточке, с обвисшими штанами, которые приходилось постоянно подтягивать.
Ах, это алма-атинское лето, благословенный край!
Смеялись, болтали, как это бывает, обо всем и ни о чем. Умненькая, начитанная.
Бытовые проблемы почти сразу решил, зубную щетку, мыло и станки одноразовые однопалатника жена принесла, подарила, подкармливали меня мужики в палате охотно, даже женщины с других палат приносили «солдатику», кто пирог, кто абрикосы с первыми яблоками. И Айгуль…
Словно в рай попал, особенно по контрасту после двух первых месяцев в армии. Плыл я, как будто в невесомости, немножко оглушенный, свалившимся счастьем, а армия где-то в другой галактике находилась…
Обычно после аппендицита выписывают на 5-7 день, но у Айгуль шов немного нагноился, а про меня словно забыли. Потеряли, как потом сказали, по всем больницам искали, как-то записали при приемке неправильно. В итоге получилось у нас почти две недели вместе. Ее выписали на день раньше:
- Первое увольнение и я приду. Обязательно жди… - она летом подрабатывала после сессии, мороженым торговала в определенном месте. Отупел я от любви и от расстройства, что все вдруг неожиданно закончилось, нет, чтобы адрес взять…
В первое свое увольнение попал только больше через месяц, который провел, как в дурном сне. Шел и молился. Только бы была, только бы была… А если не будет? Паника захлестывала, что же я за придурок. Ну, почему я адрес не взял? – многотысячный раз за этот месяц себя спрашивал. В больницу пойду, всех на уши поставлю, но адрес найду - решил я для себя.
- Девушка, пломбир продайте… – радостью полыхнули ее глаза, у меня аж душа запела.
- Какая ты красивая… – в кокетливой летней шляпке и белом халатике, глаза боялся отвести.
- Ты тоже красавчик! – с удовольствием оглядела она меня. В фуражке, начищенных до зеркального блеска ботинках и жестко отглаженной, уже подогнанной, новенькой форме, я себя намного уверенней и соответственней чувствовал, чем в больничной робе.
Смену быстро закрыла, пошли гулять по летнему городу.
- Мороженного хочешь? – показал я на летнее кафе «Мороженное» - нет, ну действительно от любви мужчины глупеют и абсолютно тупеют. Как она смеялась… Это был мой лучший анекдот за всю жизнь. Проводил ее до частного дома на окраине города, почти в предгорьях, прямо до потайной калитки. Там овраг рядом проходил, поэтому участок неправильной формы был и часть забора получалась, как бы на другой улице. Первый раз поцеловались… Спугнула нас проезжающая машина, мягко высвободилась, ускользнула… Еще придешь? Да, конечно, я не могу без тебя…
Полк недавно из командировки, поэтому проблем с увольнениями особых не было, но вот для молодых… Хорошо, что было правило, что в увольнения ходят только те, кто на «отлично», без промахов отстрелялся на последних еженедельных стрельбах. Как-то рассказывал я здесь историю: https://www.anekdot.ru/id/912659/
Проблем со стрельбой у меня точно не предвиделось, как-никак первый взрослый разряд был, пусть и в школе еще полученный, до КМС немного недотянул. Тут автомат АКС-74, не винтовка, но тоже не теорема Ферма, пристрелял нормально.
Положил я шестью патронами три мишени, грамотно отсекая очередь на два выстрела (ростовая 100 метров, пулеметное гнездо 200, ростовая 300, поднимаются по очереди, при попадании падают), и еще деду соседнему помог положить его последнюю фигуру, по которой он высадил уже все оставшиеся, из двенадцати выдаваемых на упражнение патронов. Ротный заметил, погрозил кулаком, но увольнительные потом писал не чинясь.
Так и жил от воскресенья до воскресенья (только в этот день увольнительные были), часы буквально считая.
А потом, как обрезало, то наряд, то караул, то залет… Месяц никак вырваться не получалось. Хорошо, что я на такой случай предупредил, что могу и в самоход поздно прийти. Дом у нее от части недалеко был, пяти километров не было точно. Ну и рванул. Отбой в 22-00, дождался, когда дежурный по полку с обходом пройдет и дежурный по роте сержант спать завалится, оставив на тумбочке молодого дневального моего призыва. По стеночке в густой тени от фонарей до курилки, там трехметровый с лишним забор бетонный, но в метре дерево без веток внизу и с гладкой, словно кожей облитой корой, а это вообще не проблема (по столбам я не лазил, что ли?). Прыжок c дерева на забор, подтянулся, перевалился, мягко спрыгнул. Обратно будет проще, большое дерево, значительно подальше от забора, но с толстенной, перпендикулярной стволу веткой почти до него. Летел, как на крыльях, словно по воздуху, земли не касаясь, по дворам, чтобы на проезжих улицах не светиться, еще и загиб сделал, цветов с клумбы нарвать. Что для меня эти 4-5 километров, не заметил даже. Возле заветной калиточки тихонько несколько раз посвистел. Открыла, на шее повисла. Опасался, что запах пота от меня будет, пусть и баня вчера. Что ты милый, от тебя всегда так хорошо пахнет… Может лукавила, но где-то потом прочитал, что некоторым женщинам запах свежего пота любимого мужчины даже приятен или вообще не замечают. Правда ли? Не знаю. Не путать с носками…)))
В саду беседка остекленная, с высоким полом, пышный ковер, расшитые подушки, низенький стол (порядка 30 см.). Сидим по-турецки, угощает она меня чаем, так и крутится в голове картинка с японским чайным домиком. Папа на сутках, мама ничего не скажет, не думай ничего, родной... Разговариваем, за руки держимся, целуемся, легонько друг друга касаясь…, но события не форсирую, опасаюсь даже чуть-чуть обидеть, напугать излишней настойчивостью и так хватает для «седьмого неба» … Было у меня до армии несколько подружек, но это больше физиология, а легкие школьные влюбленности вообще упоминать не стоит. По накалу, это как ночник с большим зенитным прожектором сравнивать…
Так и бегал (Форест Гамп, бля), под отцовский график подстраиваясь. Только вот, есть такое в армии гадкое слово «не положено». Не положено бойцу первого года службы в СОЧи летать (самовольное оставление части). НЕ ПОЛОЖЕНО, от слова совсем. Естественно, замечали и серьезные разборы с дедами случались. Били конечно, но не так чтобы убийственно, по «фанере» (грудь) в основном, чтобы следов не оставлять и за дело, впрочем. Сине-желтая постоянно была и хрустела местами, но неважно это было, у меня Айгуль…, поэтому терпел, дерзил и огрызался. У других моих одногодков задачи гораздо приземленнее: Пожрать, поспать и загаситься. Может поэтому один дед проникся и даже поддержку кидал, только прикалывался постоянно с извечным мужским цинизмом и дебильными вопросами: Вдул, не вдул… Все равно по-тихому старался все делать. И еще недосып страшный был, подъем то в шесть, на политзанятиях глаза закрывались, хоть спички вставляй, просмотр программы «Время» в ленинской комнате сидя в полумраке - пусть 20 минут, но мои. А один раз не смог дождаться отбоя дежурного по роте, все колобродил тот чего-то, а сам после наряда, глаза на миг закрыл… и проснулся только уже утром, от крика дневального: «Рота подъем!», в той же позе. Как я себя корил, Айгуль же ждала, а я дрых…
Сколько раз я так сбегал, шесть или семь, не помню уже, да и неважно это. В очередной раз увидел я в беседке свернутый матрас с бельем. Заметила мой взгляд, покраснела, глаза опустила:
- В доме так душно, здесь спать буду… - не надо слов, милая, все я понимаю. Решилась, так решилась… Первый я у нее был. Семнадцать лет, восемнадцать только осенью исполнится, я на год старше, дни рождения с разницей в три дня (оба Весы). Но ведь не имеет значения, когда, главное по любви… Хорошо и нежно получилось, и без какой-либо скабрёзности. Я словно в невесомости качался, где-то за гранью земного счастья.
Но вот же скотина, вырубился сразу после этого, сам не понял, как. Очнулся, как от толчка, на часы – твою ж дивизию! До подъема бы успеть.
- Я поскакал, надо уже… - быстро оделся, поцеловал, слабо рукой махнула, проснулась, не проснулась так и не понял.
Еще подбегая к части заметил неладное, плац освещен, моторы машин гудят… Что там такое? С опаской с ветки заглянул в курилку, разговор слышен и похоже офицеры сидят, подождал несколько минут. Нет, не уходят. Ждать больше нельзя, в полку тусня активная вовсю, на плацу машины-доставки стоят. Похоже по тревоге подкинули. Есть у меня запасной вариант, щель под пожарными воротами. Лечу вдоль забора туда, место неудачное, прямо у штаба, с окон можно увидеть, но что делать? Щель узкая, но худощавые товарищи пролазят. Похоже я свою стройность переоценил, застрял, в панике задергался, вырвался наконец, до крови ободрав ухо и оторвав пуговицу на груди. Да пофиг. Бегом под роту, а на плацу уже построение, народ с оружием, вещмешками и прочими причиндалами. Фу, слава богу, оружейка открыта, дневальный там пол моет под присмотром дежурного по роте. Была б закрыта (под сигнализацией) пошел бы сдаваться с потрохами ротному. А что еще делать?
- Ты где шаришься? – сержант подозрительно на меня посмотрел.
- Что случилось, что берем? – влетел я в оружейку, игнорируя вопрос.
- ХЗ, тревога боевая, все бери…, ёбарь-террорист… , только в темпе, дежурный по полку уже звонил… – хотел еще, что-то сказать, но махнул рукой. Автомат, штык-нож, подсумки, два магазина, бронежилет, противогаз, лопатка… – вроде ничего не забыл. А-а, еще каска под ротой на шкафу и мыльно-рыльное из тумбочки. Быстро-быстро. Теперь в каптерку, прапор уже закрывать собрался.
- Товарищ старший прапорщик, меня с наряда по парку сняли, то не еду, то еду… - врал я напропалую. Оказывается, и бушлат, и шинель берем, несмотря на раннюю осень.
- Куда нас, в Якутию что ли? – пытался я шутить, судорожно пихая все в вещмешок, блин, еще шинель скатывать, аккуратно надо, а то будет потом, как из одного места. Шутка не удалась, прапор лишь хмуро смотрел, а до меня дошло, что командировка то может длинная оказаться, аж в груди защемило. Выскочил уже на лестницу, пытаясь ничего не уронить, прапор вдогонку крикнул:
- Еще сухпай в столовой получи… - хрен там, уже команда: «По машинам!», ладно обойдусь, как-нибудь. Бочком, бочком, по краешку, стараясь не попадаться на глаза офицерам доскочил до машины, где уже сидел мой взвод. Получил несколько тычков, от сидящих с краю дедов:
- Да ты припух совсем! - приземлился на лавку в середине. Фу-у, успел…
Если бы я знал тогда! Командир взвода, молодой лейтенант, при перекличке не обнаружив меня, бучу поднимать не стал, резонно решив, что самоход там или еще что-то, сейчас разбираться не будет, пусть этим занимаются те, кто в полку из офицеров останется - и внес меня в списки не выезжающих. Всегда в полку бойцов пятьдесят со всех рот остается, наряды, караул и прочее. Бардак при таких массовых выездах всегда определенный присутствует. А вот я баран, куда торопился, счет уже на минуты, если не на секунды шел…
Командировка получилась не просто длинная, а длиннющая, растянувшаяся почти на пять месяцев. Степанакерт, Ереван, Баку и в конце Ленинакан после землетрясения. Про Ленинакан я как-то писал, почитать можно здесь: https://www.anekdot.ru/id/921079/
И опять на те же грабли с адресом, ни улицы не знаю, ни номера дома, с тылу только подходил, даже письмо не напишешь. Месяца через два затосковал я совсем уж сильно, хоть волком вой на ереванскую луну, даже мысль о дезертирстве мелькнула, но куда я в чужом краю без гражданской одежды, документов, денег, да и позор неслабый на оба дома, мой отец бы точно не понял. Потом, как-то притупилось, особенно в Ленинакане. Что мои страдания по сравнению с той катастрофой и с тем горем. Ничего не оставалось делать, только терпеть и ждать, ждать и терпеть…
В конце января прилетели наконец в Алма-Ату. Недели через три вышел первый раз в город, раньше не получалось, а самоход смысла не имел, ну походил бы я ночью по сугробам вокруг дома… Рванул сразу туда и к центральному входу. Позвонил в звонок на калитке в высоких деревянных воротах. Самого аж трясет. Открыл отец, серьезный дядька, между прочим, майор милиции:
- Ас-саляму алейкум, Айгуль дома? – ничего не ответил, вышел на улицу, прикрыл калитку. Пауза затянулась, оглядел меня всего, наконец посмотрел в глаза:
- Явился засранец, вот ты какой… Нет ее, в Чимкент к родителям жениха поехала – какой нахрен жених, порву, как грелку…
- А ты чего приперся? – начал я ему объяснять, что так получилось, про командировку длинную…, хорошо говорил, горячо…
- Ну, хорошо, не виноват ты, а сейчас чего хочешь?
- Увидеться, я ей все объясню…
- Нет тебя для нее больше, считай, что умер. И встречи не ищи больше, чтобы я еще раз из комы ее вытаскивал…
- К-какая кома? – ошарашен я был, не то слово.
- Таблеток она наглоталась, еле спасли, и аборт пришлось делать, потом по психологам возил… – тяжело вздохнул, немного помолчал, как бы вспоминая.
- Мальчик, я тебе жизнь могу реально попортить или из табельного пристрелю. Не приходи больше, не надо, я очень серьезно говорю, оставь ее в покое, забыла она тебя, не береди… - этот пристрелит, ничуть не засомневался, но больше обалдевший я был от таких чумовых новостей. Что тут говорить, все мои слова лишь жалким лепетом получатся.
Бедная моя девочка! Что же мы с тобой натворили? И ведь потом серьезно меня подлецом посчитала, мужланом и коварным соблазнителем. Добился и исчез, даже не попрощавшись. И все слова мои про любовь, ложью до последней буквы оказались, только средством достижения… Представил себе, что она сперва долго ждет-надеется, потом страдает-плачет… В часть сходить, узнать - гордость не позволила, а когда надежды не осталось, а еще и беременность, таблетки глотает… То-то мне тогда так хреново было. Ой, мамочка! Я вдруг себя действительно последним подлецом и конченным негодяем ощутил. Чтобы не разрыдаться тут же при отце, развернулся и ушел, даже не попрощавшись. Что же мне теперь делать?
Стал я письма ей длинные писать. Прощения просил, про любовь свою, что отслужу и замуж возьму, пусть не сомневается и так по кругу. Все новые и новые слова находил, убедительные на мой взгляд… Много писем написал, больше десятка точно, но скорее всего не доходи они до нее, отец, наверное, перехватывал и не показывал. Тетке позвонил (в Алма-Ате жила), чтобы приехала и заявление на длительное увольнение написала (до трех дней давали). Думал в учебное время в ее институт схожу, найду и поговорю все-таки. Домой не ходил, не то, чтобы угроз отца сильно боялся, но для откровенного разговора наедине, без давления на нее со стороны родственников, неподходящим место казалось. Но не получилось ничего…
Лихорадило тогда Советский Союз, трясло, как в лихоманке, то тут, то там… Бесконечные командировки, не такие длинные, но много. Практически всё Закавказье и Среднюю Азию с полком объездил, пожалуй, только в Туркмении не был. Центр ослаб и откуда вдруг столько разнообразных и жестоких националистов повылазило? Вот аналогия пришла: Как гиены нападают на старого, некогда грозного льва. Он еще рычит и когти выпускает, в виде, подобных нашему полку, частей, но уже все понимают, что вопрос больше остающегося времени… Горбачев слабаком оказался, по стратегическому мышлению выше секретаря обкома так и не поднялся, ну, и не везло ему конечно. Сперва Чернобыль с его финансовой огромной черной дырой и неприятными политическими последствиями, через два года землетрясение в Армении, по количеству разрушений и жертв беспрецедентное для СССР, за всю историю. Я уже не говорю, про менее значительные события, мало освещаемые в той прессе, но тоже весьма дорогостоящие. Например, полная эвакуация и расселение более 20 тысяч турок-месхитинцев из Узбекистана, где вроде бы мирные узбеки, им настоящий кровавый геноцид неожиданно вдруг устроили, с массовыми убийствами, невзирая на пол и возраст.
Сбегал я еще раз в самоход, как раз из Узбекистана приехали, июнь к концу подбирался. Посвистел минут пятнадцать тихонько на мотив «Сулико» возле калитки. Залезть во двор? Неправильно будет после всего, как вор пробираться, еще слова отца ее, про жениха покоя не давали… Все равно подпрыгнул, ухватился пальцами за край забора, подтянулся и посмотрел несколько секунд. Темно и в беседке, и в доме.
А про увольнения никто и не вспоминал, да еще и мои залёты… Мой длинный язык без костей и далеко ведущие приколы и дела, например, почитать можно здесь: https://www.anekdot.ru/id/880754/ Как я командира полка умудрился перед генералом подставить, не прямо и не специально, конечно.
За всей этой суетой, душевная рана моя, как бы подзатянулась, но все равно саднила постоянно и неотвязно. А время шло…
Чик чирик, пиздык, ку-ку, скоро дембель старику… - послушав последний раз незамысловатый дембельский стишок, двинулись мы впятером навсегда из расположения полка, только кто-то в сердцах сказал молодому:
- Дурак ты Батон, сегодня надо говорить не «скоро», а «уже», но пусть теперь тебя другие учат…
За воротами части прицепили неуставные аксельбанты и прочую хрень. Народ двинулся в кабак, поезд только вечером, а я по знакомому маршруту. Присел напротив за два дома на лавочке, жду. Представлял, что выйдет она, а я на колени упаду, прощения попрощу, скажу, что жить без нее не могу, замуж позову… А если отец не захочет ее замуж за не мусульманина отдавать, украду-увезу… Наивный сибирский мальчик…
Вечером съездил на вокзал, поменял билеты, проводил сослуживцев. Переночевал у тетки и с утра снова на посту, на надоевшей лавочке. Дождался…
Вышла из калитки, обернулась, сердце ударило, где-то в горле. Беременна, уже месяце на седьмом-восьмом, но точно по срокам не от меня, все равно подошел на словно ватных ногах.
- О, привет… – почти не удивилась, словно вчера расстались.
- Я вот демобилизовался… – слов не было, голова словно пустая бочка, только и смог руки в стороны развести, как бы извиняясь за свой парадный вид. Смотрел на милое, родное лицо и не мог никак сообразить, что говорить.
- А мы к родителям в гости приезжали… - спокойный, умиротворенный взгляд, как бы смотрящий немного вовнутрь, словно прислушиваясь, какой бывает только у счастливо беременных женщин.
- У меня все хорошо, я замужем, мужа очень люблю…, вот мальчик у нас будет… - все таким же спокойным и безмятежным голосом, нежно погладив живот.
Открылись ворота, начала выезжать машина с молодым, мордатым казахом за рулем.
- Это мой муж – пояснила она.
- А ты как? – опять без какого-то всплеска эмоций и особого интереса, словно поддерживая вежливый разговор со старым знакомым.
А я никак… - только и смог выдавить из себя от сжавшего горла спазма. Собрался силами и сказал почти нормально:
- Прости меня и будь счастлива… - отвернулся и пошел по улице, сдерживая подступающие слезы, не видя ничего вокруг. Бог ты мой! Как я умудрился просрать такую любовь и потерять навсегда свою Айгуль… Кто я, мудак конченный или жертва обстоятельств? Ромео, бля, казахстанского разлива…
Приехав в родной город, пустился я во все тяжкие, но постепенно, кое как, вошел в колею, как там в песне у Сплина:
Она хотела даже повеситься,
Но институт, экзамены, сессия…
Были у меня в дальнейшем влюбленности и женился по большой любви, но нет-нет, да бывает - вспоминаю ту, мою Айгуль и то счастливое алма-атинское лето. Боли никакой давно нет, так - легкая, светлая грусть…
P.S. Только не надо мне про «розовые сопли», сам все прекрасно понимаю, большой уже мальчик, но стал вспоминать и остановится не мог, словно все вчера было. Надеюсь, поймете.
|
255
Товарищи, сегодня я вам прочитаю лекцию на тему «Сифилис». Но сначала — маленькое лирическое отступление.
Как сейчас помню, сидели мы с другом в парке на лавочке, штудировали конспекты по истории партии. Что? Какой партии?… Да у нас тогда была одна партия. История известная… Так вот, садится рядом с нами девушка и тоже достает конспект. Знакомимся, чтобы вместе учить одну историю. Но друг приглашает девушку в кино, они уходят. Они ушли, а я остался с носом. А друг остался без носа.
Итак, лекция о сифилисе…
|
|
257
Зашла молодая, очень неопрятная девушка, я бы сказала, бомжевато очень выглядящая, попросила меня купить ей кусок мыла. Указала на самый дешевый, рублей за 7, глаза такие молящие были, я дала ей 10 рублей, она купила себе это мыло, а я невольно стала за ней наблюдать.
Она прошла мимо продуктового отдела, на минуту зависла, голодными глазами посмотрела на еду и вышла. Мне стало ее безумно жалко, и безумно интересно, как такая молодая девушка (лет 25 самый максимум) могла оказаться в таком положении.
Я купила пару булочек, догнала ее. Мы посидели на лавочке, она покушала и рассказала мне, что в 18 лет у нее появился парень, который уговаривал ее переехать к нему. Она, конечно же, тоже этого хотела, но мама у нее была очень строгая и жесткая женщина, не позволяла ей. О судьбе отца ей было неизвестно вообще. Итак, в семье произошла крупная ссора, она переехала к парню, спустя некоторое время, она стала ему неинтересна и он выгнал ее. А мать не смогла простить и не приняла обратно. Первое время скиталась по друзьям, потом ей стало стыдно, она пошла на улицу
Меня эта история поразила просто. Несмотря на гигиену и т. д, я привела ее к себе, мы выкинули ее грязную одежду, я обработала ей голову керосином (на случай, если вши были), она вымылась, почистила зубы, я подстригла ее (довольно коротко, потому что волосы были испорчены), дала денег и свои старые ненужные вещи. Она аж плакала от благодарности. Когда она ушла, я обзвонила друзей, рассказала все.
Мы сняли ей комнату в общежитии за 1000 в месяц, друг помог ей устроиться уборщицей в торговый центр
Боже, как она была счастлива и благодарна. Ну и нам, разумеется, было дико приятно, что мы помогли человеку. Потом общение с ней как-то становилось реже, потерялись, в общем, со временем. И вот на днях я случайно встретила ее в магазине. Она очень хорошо выглядела, поправилась, была прилично одета. Когда увидела меня, завизжала прям от радости, кинулась обниматься.
У нее все хорошо, появился парень, работает кассиром пока что, но думаю это временно..
На следующей неделе идем с ней в театр. Она сама купила билеты, очень уж хочет нас отблагодарить.
Делайте добро, ребята. Грязные бомжи на улицах — это не отбросы общества, они люди.
У каждого из них своя история. (Я не про очевидно спившихся) Порой лишние 5 рублей помогут им выжить, а немножко внимания — возможно, начать новую жизнь.
|
|
260
Пару лет назад довелось мне работать у одного клиента, что находился недалеко от моего алма матер. В один прекрасный день я ушёл чуток пораньше и решил пройтись по памятным местам. Зашёл в столовую, общежитие, лекционные залы, лаборатории, и в студенческий центр. В центре моё внимание привлекла солидная реклама спектакля "Три Сестры." Плакат гласил, что организовано это действо "Русским Клубом", и грядут события типа концерт Рахманинова, бардовский вечер, фильмы 60-х, Серебрянный Век, тематические вечеринки, итд.
"Молодцы ребята-организаторы, далеко пойдут" подумал я. А после мелькнула мысль "Знали бы они как и для чего это всё начиналось." И вспомнилось...
"Клуб Детей Лейтенанта Шмидта."
Эпиграф: "Я могу отчитаться за каждый заработанный мной миллион, кроме первого" (Джон Рокфеллер).
Моя семья приехала в США в самом начале 1990-х практически нищими. На семью из 4-х человек приходилась астрономическая сумма в $220 и несколько баулов с барахлом большинство которого оказалось бесполезным. До сих пор не понимаю, зачем мы тащили в США мясорубку, электродрель, и польский пуховик. Первые пару лет в новой стране было немного трудновато, хотя и очень весело.
Родители стали работать, подрабатывали и мы с сестрой, но в строчке "Итого" финансы пели романсы. Прошло полтора года, сестра закончила школу, и что дальше? У родителей даже вопрос не возник, она пойдёт в ВУЗ, сколько бы это не стоило. А стоило это ох не мало, даже не смотря на гранты и стипендии, особенно учитывая наше тогдашнее материальное состояние. Отдали последнюю копейку, ведь образование это святое.
Через 4 года сестра закончила университет и тут настало время идти мне. С деньгами стало чуток полегче, уже нищими не назвать, но даже до среднего класса было весьма и весьма далеко. И снова, никакие альтернативы во внимание не принимались. "Выкрутимся." ободряли нас и друг друга родители. "Будет день, будет пища."
В итоге я пошёл в достойный частный университет, что очень даже не бесплатное удовольствие. Вообще, в США образование в университете или колледже - это солидная кучка денег. Мне правда подфартило, я достаточно неплохо учился в школе, и универ расщедрился и дал мне скидку чуть ли не в половину суммы. На четверть суммы родители взяли кредит на себя, ну а на остальное взял уже кредит я сам. В принципе всё чётко и справедливо, хочешь сэкономить, не учись. Хочешь учиться, плати. Дорогу осилит идущий, кому образование нужно, тот его получит, не смотря на любые препоны.
Трудность была не только в стоимости образования, но и в том что и все сопутствующие расходы тоже были более чем ощутимы. У частных ВУЗов подход простой, "куда ты денешься с подводной лодки?", а посему ценник на общежитие, питание, итд выставляли просто конский. Студиозы-голодранцы (типа меня) старались найти хоть какую-то работу, иначе было бы совсем кисло. Проблема в том что студенческой рабочей силы было в избытке, а посему оплату давали минимальную, тем более что основой работодатель сам университет. Выход простой, нужно несколько работ.
Где я только не работал. Одно время занимался рассылкой писем в которых университет клянчил деньги. Работа не пыльная, письма в конверты засовывать и марки клеить, но скучная до одури. Потом в спортзале инвентарь раздавал, тоже не пыльно, но к сожалению от сна отвлекают. Одновременно и библиотекарем колымил, тоже копейка в карман.
После нашел две уникальнейших подработки, зацените. Первая - официальный подносчик мячиков для женской команды по лакроссу. Не работа, а сказка. Сидишь на стульчике, на девушек смотришь, пару раз за игру из корзинки им мячик кинешь, и во время перерыва вокруг поля мячики соберешь. Вторая ещё круче, кинооператор для женской команды по баскетболу. Ездишь по разным университетам и снимаешь игру на камеру. Девушки добрые и отзывчивые, во время поездок кормят, и за часы в дороге тоже платят. Короче, синекура, что ещё сказать. Одно плохо - игры недостаточно часто и работа сезонная.
И всё же финансовая проблема оставалась. Как ни крутись, не шустри, а нормальных денег не заработаешь. Вроде и работаешь часов 25-30 в неделю, а на выход имеешь долларов 100, много 150. А расходы солидные, хоть экономить старался где мог. Квартирку с товарищем-однокурсником, Сёмкой, на пару сняли вне кампуса подешевле, на всяческие семинары да презентации записывался ибо там иногда бесплатно кормили, а света в конце тоннеля никак не видно.
У Сёмки ситуёвина была чуток получше, его батяня с бизнесом в РФ. Но в 90-ые было как, то густо и тогда играют флейты и звучат барабаны, то совсем пусто, и тогда Господа благодаришь что жив остался. Короче, ему денежка была нужна почти так же как и мне, не клянчить же здоровенным парням копейку у родителей которым и так еле хватает. В какой блудняк мы только не вписывались дабы озолотиться. То мебелью для студентов торговали, то записывались как счетоводы для перепеси населения, то телефонные тарифы пытались продавать, но получалось всё ненадолго или не надёжно. Амбиций много, а на деле оказывался пшик.
Финансовый анус усугублялся каждое начало семестра. Причина проста, учебники. Онлайн продажи книг тогда практически не было (тема только начиналась), так что университетский магазин был по сути монополистом. Драли с несчастных студентов семь шкур без малейшего снисхождения. Я брал в среднем 5-6 классов в семестр и часто требовалось по два-три учебника на каждый. А книжки и по $50, и по $70, и по $100 могли стоить, так что итоговая сумма для нищего студента выходила монструозная. Преспокойно недельный заработок улетал за одну-две книжки.
Особенно угнетали некоторые сволочи-профессора. Оглашали что именно для их класса требуется определённый учебник или задачник и... создавали его сами. Потом поставляли этот шедевр эпистолярного жанра в университетский магазин и бедняги студенты вынуждены были покупать его втридорога. Деваться абсолютно некуда, плачешь, но берёшь. Одно "радовало", своей денежкой ты обогащаешь любимых учителей. Как сейчас помню бессовестный препод по геологии требовал $80 за свою малюсенькую книжонку в мягкой обложке. У препода по информатике запросы были побольше, почти $120.
Единственный кто имел совесть и понимание, так это наш УЧИТЕЛь по налогообложению, Стивен Лидка. Мало того, он сказал "книги толстые, а смысла в них нету. Всё что действительно для знаний, а не для галочки надо, я вам прочитаю в лекциях. Ведите хорошие конспекты, и это 3/4 дела. Ну а вдобавок, вот книжка, что я сам составил. Там ключевые концепции. Стоит она всего $9, это примерно сколько мне стоит её напечатать. Остальную литературу, если понадобится, можно взять в библиотеке." И правда, из этой грамотно составленной тоненькой книжки я почерпнул много больше чем из десятка других.
А сам предмет? Уж казалось, налогообложение - однозначное фи, скучнее быть не может. А вот и ошибаетесь. Лекции Стивена начинались в 8 утра, а сам он приходил в 7-7:15, на случай если у кого-то вопросы по предмету имеются. Так вот, студенты собирались у аудитории к 7 утра как штык, лишь для того что бы потусить с ним. Его лекции были что-то с чем-то, заряд энергии, фейерверк юмора, и калейдоскоп отличных жизненных примеров. Этот УЧИТЕЛь создал удивительнейшую атмосферу и сделал свой предмет настолько понятным и увлекательным, что студенты из других факультетов (биологи, физики, инженеры, итд) валом записывались к нему, хоть им этот предмет был абсолютно не нужен для диплома. Такого я больше не встречал, ни до, ни после.
К сожалению, редкостные уебаны (извините, другого слова нет) из университетской администрации схарчили его не поперхнувшись. Единственного, на мой взгляд, достойного профессора во всём департменте. Tenure (постоянную позицию) ему не дали из за своих дрязг, и он обидевшись ушёл. Мне вообще эти университетские страсти-мордасти весьма фиолетовы, но тут я счёл своим долгом и позвонить в департмент и написать письмо президенту университета, что отныне вместо благотворительности от меня они будут получать лишь половой х**. После я узнал что в примерно таком же тоне высказалось ещё несколько сот бывших студентов. Но, я пожалуй отвлёкся.
В конце каждого семестра возникал вопрос, а что же делать с использованными учебниками? Если очень везло, то находился кадр планировавший брать класс в следующем семестере, тогда продавали книжку ему/ей. Обычно же, со слезами на глазах, тащили всё обратно в университетский магазин где книжки принимали примерно за 10-15% от стоимости. А часто и не принимали, просто говорили "выходит новый тираж. Хотите, забирайте обратно, или вот ящик, складывайте туда." Ну а когда наступал следующий семестр то... эти самые учебники которые студенты сдавали за гроши, университет выставлял на полках как б/у за 75-80% цены новья, и они раскупались влёт. Бывало что и те книжки что студенты просто отдавали за бесплатно университет тоже продавал (в случаях если следующий тираж к началу семестра не успевал или учитель разрешал пользоваться обоими версиями, тем более что они редко серьёзно отличались).
И вот заканчивается очередной семестр, я с грустью перебираю свою библиотеку, и грустно прикидываю, на сколько же меня отымеют в этот раз. Вваливается Семка и видя мой кислый вид спрашивает:
-" Что дубинушка не весел? Что головушку повесил?"
- "А чего веселиться? Доходов нет, расходы одни. Кстати ты знаешь что в фразе "Студент сдаёт книги в университетский магазин." студент это подлежащее, а магазин это надлежащее."
- "Я тоже филолог-любитель." ухмыляется Сёмка. "А магазин - это местоимения."
- "Ещё одна вершина философской мысли" хмуро кивнул я.
И вдруг Сёмка как заорёт, аж стёкла задребежжали:
- "Эврика. Кто был ничем, тот станет всем. Мы им ещё покажем мать Кузьмы, почём фунт лиха, где раки зимуют, и почему уж замуж невтерпёж."
- "Кому покажем? И главное что? Учти, я к эксгибиционизму отношусь с опаской. Согласен на показ лишь в узком кругу ограниченных людей."
- "Гусары - молчать. Объявляю первое заседание акционеров ЗАО "Рога и Копыта" открытым. Наша цель, нести в массы разумное, доброе, и вечное. Взамен на свободно конвертируемую валюту, конечно."
- "Цель благая. Всеми низменными фибрами своей души поддерживаю. А теперь, ближе к телу, как говорил Мопассан."
Тут Сёмка и огласил свой конгениальный план.
- "Смотри сюда. Ты сейчас потащишь свои книги аки Сизиф на Голгофу. Получишь шиш с маслом. Тезис справедлив?"
- "Опыт - великая вещь. И он подсказывает что - да. Готов рассмотреть варианты."
- "А что если книги ... не сдавать."
- "Сёма, а ты оказывается мазохист-максималист. Предлагаешь пролететь как фанера над Парижем и вообще не получить ни копейки. Мол расслабьтесь граждане и получайте удовольствие."
- "Именно это я предлагаю. Более того, акционеры ЗАО "Рога и Копыта" немедленно собирают все наличные средства, берут сколько могут в долг и... направляют стопы к университетскому магазину и начинают скупать учебники у страждующего популюса за цену большую чем дают эти университетские крохоборы."
- "Сёма, ви таки кюшали протухшую рибу? Или молочко било несвежее? Что за блудняк ты предлагаешь? Не только не получить денег, но и отдать последнее и набрать всякого дерьма. Заметь, я готов грызть гранит науки, но здесь я предвижу что буду кушать бумагу вместо пиццы, а это извращение. Дуся, эти условия душа не принимает. Что мы с этими книжками делать будем?"
- "Я тебе уже сказал что ты дурень и уши у тебя холодные. Мы будем ими торговать."
- "Ага, мы откроем лавку, точнее скамейку, напротив магазина и будем зазывать покупателей "Дэвушэк, дэвушэк, книжка купи. Нэ смотри шо б/у. Книжка пэрсик. Кстати, как тебе мой бархатный баритон?"
- "Ты прав и не прав, мой друг Сократ. Скамейку мы действительно оккупируем. И действительно напротив магазина. Но мы будем лишь покупать книги. А вот насчёт продаж есть такая мысль." И Сёмка огласил остаток идеи "Довелось мне разок сидеть в тамошнем допре..."
Бриллиантовый дым пошёл по нашей скромной квартирке. Идея была настолько проста, настолько и гениальна. Просто чудо, что золото Клондайка лежащее на поверхности столько лет никто не подбирал. Дрожащей, но уверенной рукой я достал чековую книжку и посмотрел на баланс.
- "Чуть поболе штуки. Это всё что нажито непосильным трудом. Готов внести в виде благотворительности на пользу голодающим. Что скажет купечество?"
- "У меня примерно столько-же. Думаю что наших капиталов хватит что бы произвести фурор в науке и технике."
- "Мдас. С голым хером на перевес, они штурмом брали собес. Но фер то ке? Отчаянные времена требуют отчаянных мер."
Назавтра, сложив наши скромные капиталы, взял взаймы складной стол и парочку стульев у соседей, мы расположились у наружного входа в магазин. От руки сварганили объявление, мол покупаем учебники по высокой цене. Какую цену предлагать за какую книжку мы понятия не имели, пришлось периодически бегать внутрь и узнавать по чём учебники принимает магазин. Потом сверху мы накидывали по 5-7 долларов. За книжки что университет вообще деньги не давал, мы давали доллара 3-5, в зависимости от состояния и толщины книги.
Изначально дело шло тихо, но очень скоро узнав что мы платим больше, нас осадила толпа студентов. Несчастный столик прогнулся от тяжести книг. Потом начали складывать под столом в ящики. После просто клали книги на асфальт. Вскоре возмущённые работники магазина выскочили к нам с претензиями, мол какого хрена? Что за самодеятельность? Что за покушения на монополию?
В ответ мы разумно заявляли что вреда от нас нет никакого. Просто мы хотим купить книжки, у собратьев по разуму. И где вообще сказано что это запрещённая деятельность?
- "Хулиганы зрения лишают." орал Сёмка.
- "А ну, "подайте сюда Ляпкина-Тяпкина." нагло вторил я.
- "Я буду жаловаться прокурору" вопил Сема.
- "Может пошлём их просто на хер, со всей пролетарской прямотой?" предложил я.
На следующий день мы повторили концерт, а на третий у нас закончились деньги. В итоге у нас оказалось несколько сотен учебников по всем предметам, от античной философии до высшей математики, от химии до квантовой механики. От нашего столика до парковки было метров 50, не больше, но руки мы себе оттянули изрядно. Бедняга субарик Сёмки аж просел от загруженных фолиантов. А как вспомню о перетаскивании этого добра из машины к нам в квартиру на 3-й этаж мне становится дурно, хоть с тех пор прошло почти 20 лет. Зато теперь мы были готовы к битве титанов.
Как уважаемые читатели наверняка догадались мы отнюдь не собирались продавать эти книжки в розницу сидя на лавочке или банально расклеивая объявления. Покупатель у нас был запланирован лишь один... САМ университетский магазин. Как провернуть подобный гешефт? Вот тут я объясню.
Дело в том что когда начинался семестер, первые пару недель всеобщее состояние в университете можно было описать как "дурдом Ромашка." Студенты записываются в классы и очень часто потом меняют их (по разным причинам). Посему, уже купленные книги им надо сдать и приобрести новые. Всё что для этого надо это простая форма что выдают в регистрационном центре. Её заполняли от руки, указывали какой класс отменяют, какой берут взамен, и сотрудник центра (чаще всего был тот же свой брат-студент работающий за часовую зп и которому абсолютно пофиг) ставил или штампик или закорючку-подпись.
Потрепавшишь и построив глазки девушкам-студенткам мы стали обладателями целой пачки пустых форм. Формы мы заполняли, указывали что меняем расписание и шли с учебниками в магазин.
- "Хочу сдать. Другой класс беру." твёрдо заявлял я. "Денежку отдайте в рабочие руки."
- "Дайте я посмотрю" мямлил сотрудник. "Вы брали на кредитку? Или на университетский счёт?
- "За нал конечно." уверял я.
- "А чек у вас есть?" вяло сопротивлялись магазинщики.
- "Какой чек? Ну не сохранил я, потерял. Но ведь книжки вот они, такие же у вас на полке лежат. Больше их взять неоткуда. Да и по правилам, мы можем их сдавать первые 2 недели без каких либо проблем."
На этом сопротивление обычно останавливалось и за книги что мы скупили (или даже получили бесплатно) за копейки получали налом розничную цену от магазина. И вот тут уже появился целый поднос с ярко голубой каёмочкой.
В университетском магазине мы появлялись чуть ли не по 3 раза в день, ведь надо было успеть сбыть как можно больше книг. Через пару дней наши физиономии примелькались настолько что продавцы нас приветствовали как родных. Естественно они всё поняли и по инерции сопротивлялись, но у них "не было методов против Кости Сапрыкина" ведь никаких правил мы не нарушали. А посему каждый поход в магазин приносил нам сотни долларов. Конечно все книги сдать мы не успели, кое что магазин отказался принимать ибо эти учебники перестали использоваться, но процентов 80 инвентаря мы отоварили.
Прибыль на капиталовложение превысила все самые оптимистичны прогнозы и зашкаливала хорошо под 600%. Наконец то мы почувствовали себя людьми. В кармане завелись достойные деньги. Работать я не бросил, но уже не был вынужден экономить каждую копейку. Более того, я даже частично выплатил долги за учёбу и позволил себе кое какие излишества. Ну и конечно мы с Сёмкой с нетерпением ждали начала следующего семестра дабы повторить нашу арию на бис.
К сожалению повторный концерт по заявкам телезрителей не удался. Точнее как, учебники то мы скупили, причём в количестве куда большем чем ранее. Но хитрые университетские торгаши объехали нас по кривой. По новым правилам надо было указывать и номер студенческого билета и показывать идентификационную карточку при сдаче книг. Более того, надо было предъявлять официальное расписание до и после замены.
Мы метались как обосранные олени, меняли расписание по несколько раз на дню, но беготня в регистрационный центр и обратно занимала кучу времени. Плюс мы настолько примелькались, что нас тупо начали гнать и из магазина и из центра, еле-еле смогли на настоящие классы зарегистрироваться. Вопрос надо было решать и срочно, ведь на кону стояли достаточно приличные деньги.
- "И снова эврика", огласил Сёма. "Мы одни, в этом наша слабость. Но заграница нам поможет. Есть идеи."
- "Огласите весь список пожалуйста."
- "Мы должны кинуть клич, и организовать идейных борцов за дензнаки. На помощь аборигенов рассчитывать не стоит. Их протестанская этика и буддисткий порядок вещей не позволит им участие в нашем гешефте. Нужен свой другой такой-же. А проще, нужны ещё дети Лейтенанта Шмидта."
Конечно русскоязычные студенты в университете бывали и до нас, но очень редко. Пожалуй лишь в год нашего поступления потихоньку и началось покорение Ермаком Сибири. Если в наш год поступило человек 6 "русских", то к третьему курсу в университете было как минимум человек 25.
- "Позовём тех кого знаем. Заодно попросим их привести тех кого знают они. Ну и объявление в студенческом центре повесим, мол формируется "Русский Клуб." Не желаете ли преломить хлеб с нами."
- "А дальше что? Не боишься разгласить ноу хау?"
- "Чего боятся? Для меня это последний семестр." ответил Сёмка (он окончил универ за 3 года). "Тебе ещё один семестр после этого остался, на твой век заработка хватит. А свой брат эммигрант и сам подхарчится и нам поможет. Это наша дотация в "Союз Меча и Орала."
Сказано-сделано. Кого могли оповестили, кое-кто объявление увидел. Организовали совет в Филях, точнее на скамейках около библиотеки. Собралось человек наверное 15-18. Сёмка речь толкнул от которой бы прослезились бы камни.
- "Дорогие братья и сёстры, кенты и мочалки, аиды и гои, чуваки и чувихи. Доколе щупальца капитала будут высасывать последние соки из гегемона взымая непосильную дань в виде оплаты за учебники? Есть шанс восстановить историческую справедливость и всем заработать. Схема проста как два пальца, то бишь товар-бабки. Товар наш, время ваше. Доход гарантирован. При делёжке - честный пацанский пополам. Кто согласен, записывайте свои координаты на этот листок. Кто хочет подумать, без проблем. Только не тяните долго кота за бейцы, ибо время, которого мы имеем совсем мало, это деньги которые мы можем вместе заработать."
Проникновенная речь нашла отзыв и практически все согласились. Всё что требовалось от неофитов, пару раз изменить своё расписание, показать формы вместе со своими идентификационными карточками, и сдать свою долю книжек. Расчёт был после каждой сданной партии. От товара избавились буквально за пару дней к всеобщей выгоде. Конечно наш заработок был меньше чем планировался, но даже при таком раскладе мы всё равно очень прилично заработали.
Как знаток человеческих душ, Сёмка предложил накрыть скромную поляну, благо профита от энтерпризы было прилично. Несколько пицц, куриные крылышки, пиво, и анекдоты - лучший фундамент для объединения пролетариата. Всем понравилось, тем более халява. Пару раз за семестр весёлой компанией встретились, а там и год закончился.
Перед окончанием университета Сёмка мне и говорит;
- "Ты смотри, мы уже народ организовали. Люди как собаки Павлова, к халяве привычные. Их можно смело вести в светлое будущее. Мне в вожди уже поздно, я в магистратуру ухожу, а ты с нашей стаи товарищей сможешь хороший куш сорвать."
- "С этого момента поподробнее." заинтересовался я.
- "Да очень просто. На следующей пьянке я тебя в Президенты Русского клуба выдвину. Как обычно "народ безмолствует." То есть, я уверен, все поддержат. Тем более мы им такой ништяк на следующие семестры подогнали. Зарегистрируешь всех как "Русский Клуб" в университете официально, ведь людей достаточно. А дальше ловкость рук и никакого мошенничества, потребуй бюджет. Я узнавал, универститет достаточно щедро студенческим организациям денежку даёт. Будешь сам сыт и пьян, да и ребятам копейка перепадёт."
Идею официального "Русского Клуба" все приняли "на ура." Сёмка рассчитал как по нотам, естественно супротив моего президентства никто не возражал.
Ну а следующий семестр (мой последний в универститете) уже мы встретили во всеоружии, с кучей учебников которые мы организованно сдавали. Одновременно я сделал презентацию в администрации, Клуб официально зарегистрировали. Пожалуй помогло то что мы подбили весь факультет русского языка на лоббизм за нас. Я даже умудрился бюджет в пару тысяч долларов выбить, дескать будем посещать музеи, культурно обогощаться, и даже организуем какое нибудь публичное мероприятие. Одно худо, бюджет лишь на следующий семестр дали, на мою долю не досталось.
Впрочем я и не жалею, мне и заработка с книг хватило. А на следующий семестер "Клуб Детей Лейтенанта Шмидта" зажил уже своей полноценной жизнью. С первых денег организовали большую гулянку в русском ресторане. Даже умудрились отчитатся за это как за "изучение русской кулинарии." Пару лет меня, как первого официального Президента Русского Клуба звали на всякие встречи, даже ко мне домой несколько раз всей оравой в гости приезжали. Потом потихоньку перестали, тем более я и сам к этому делу с работой и моими разъездами охладел.
Ну а ныне видно Русским Клубом сурьёзные ребята руководят. Всё бело, пушисто, чисто и культурно. Да оно наверное и правильно. И всё же, знали бы они как и для чего это всё начиналось...
|
|
264
Общаются на лавочке в сквере три старика. Первый: Мне 80 года, а я здоров! Только вот пописать не могу все утро на это уходит. Второй подхватывает тему: А мне 82 лет, но я тоже здоров, как конь. Только вот покакать не получается нормально все утро на это уходит. Третий торжествующе заключает: А мне уже 85 лет, и у меня вообще никаких таких проблем у меня нет ровно в семь утра я писаю, ровно в семь тридцать какаю. А ровно в восемь просыпаюсь.
|
|
268
В парке на лавочке сидят два алкаша и спорят:
— Правильно ТПРУХТ!
— Нет, правильно ШРУХТ…
— Нет ТПРУХТ…
С другой стороны сидит девушка, она поворачивается к ним и говорит:
— Мужчины, правильно ФРУКТ!!! Я знаю,- я филолог!!!
Один мужик поворачивается к другому, и говорит:
— Откуда филолог может знать, как правильно слон пердит?
|
|
269
Прочитал анекдот про соседа с мешочком для травы
Давно было. Деньги были ещё с Лениным. Беззаботное студенчество. Погода класс! Сидим со старостой на лавочке рядом с институтом, отдыхаем, курим. Тут он меня спрашивает:
- Ты знаешь, где можно драп купить?
Нихяссе, староста! Вона как бывает. В башке включается процессор, грузится поисковик. Пытаюсь вспомнить знакомых нариков, точки возможных продаж. Бля, ментам бы не попасться. Ну, думаю, при желании можно добыть. Уточняю:
- А тебе много надо?
- Да метра три, на пальто.
У меня округляются глаза, слегка отвисает челюсть. Смотрю на старосту, как лемур, который охуел. Он начинает смотреть на меня примерно так же. Немая пауза. Немая сцена. И тут мы оба врубаемся - чё к чему! Ржали минут пять, вовсю, как два дурачка на скамеечке.
А драп он так и не купил. Взял готовое пальто.
|
|
270
Послевоенный фильм "Весна". "Весенние томления":
- А весной, весной счастья хочется,
Надоел мороз одиночества...
Воспоминания из детства... 1948 год. Дом отдыха ЦК текстильной промышленности. Мы с братом, 12 и 10 лет, сидим на лавочке, ждем отца. По аллее мимо нас прогуливаются отдыхающие, женщины разного возраста. Редко, очень редко - мужчины. Молоденькая девчонка подошла к нам и с нескрываемой тоской:
- Мальчики, какие вы хорошенькие! Ну почему вы такие маленькие?
...Ах, война, что сделала, подлая?...
|
|
271
Сидят на лавочке немец с русским и спорят у кого медицина лучше. Немец: У нас на шахта биль польшой афарий, все люди погибли, один пипол, как это челофек вылазит, ничего не фидит, у него глязоф нету. Наш медицин фисокий урофень поставиль ему дерфяные клаза. Теперь он фидит как простой, нормальный челофек. Русский: Ху*ня. У нас один раз на сенокосе самогону перепились и Кольку дрисьня пробрала. Пошел он в высокую траву посрать, а Петька, с пьяну не заметил, махнул косой и х*й ему с яйцами напрочь отрезал. А сенокос же где хирурга взять? Простой сельский врач-ветиринар ему вымя пришил, так он одновременно троих еб*т и еще доится!!! Немец: О-о-о, это русский пистешь! Хто это фидел? Русский: Да ваш м*дак с деревянными глазами. .
|
|
272
Жена достала своёй непосредственностью, пока искал причины такого изменения в её характере, обнаружились изменения в моей супружеской жизни, при которых ей достался крохотный загородний домик, а мне дачный, размером четыре на четыре и перспектива стать бомжом, потому что оттуда до места работы просто нечем было добираться. Спас работатель, сдав мне почти за всю мою месячную зарплату квартирку его любимого чада, уехавшего в Лондон для ликвидации безграмотности. Жизнь наполнилась смыслом иметь бесконечные переработки, не учтённые Кодексом Закона о труде, но учитываемые благодарностью моего желудка.
В расположении дома, в котором оказалась спасшая мою трудовую книжку от пробелов новая двухкомнатная квартира, было огромное преимущество по отношению к дачной жилплощади, откуда я возвратился в город, -рядом с ним находился педагогический институт. Я, доведённый бывшей супругой до категории «зачем плыть на тот берег, если отсюда всё хорошо видно», сидел как-то прекрасным воскресным вечером на лавочке около дома и думал о смысле жизни, попутно наблюдая за снующими по своим делам молодыми студентками, отстукивающими каблучками такты марша, грациозно «проплывая» перед моими глазами, как лебеди в известном балете.
А рассуждал я в этот момент о парадоксе, что доверие к женским существам после обретённой свободы от сброшенных оков упало на уровень плинтуса, в то время как все они стали казаться эталонами красоты, невзирая на возрасты.
Один из этих ангелочков пропархал мимо меня к витрине обьявлений и застыл там, изучая содержимое, читая всё, касаемое сдачи жилья, неотлогательно названивая по прилагаемым номерам телефонов. Испытав фортуну эта Мона Лиза моих грёз превратилась в обиженную обстоятельствами девушку, опустившую в задумчивости голову, медленно мерявшую шагами длину тротуара, проходя мимо меня.
-Может я могу развеять ваше горе?- Обратился я к девушке, скорее в порыве поддержать её морально, чем стремлением реально помочь.
-Мне помочь невозможно, дядечка!- Услышал я ответ отдалявшейся лебёдушки, даже не посмотревшей в мою сторону.
Не помню, как я поднялся и пошёл рядом, как подисиквал слова утешения, как она перестала прогонять меня прочь и поверила мне, как предложил я ей для проживания одну из двух раздельных комнат моей сьёмной квартиры за умеренную плату, которую она также не имела возможности оплачивать и отвергла на этом основании моё предложение и как согласилась в конце концов посмотреть предлагаемую мной комнату, когда я предложил в качестве оплаты поддержание порядка в жилище и приготовление пищи моему истосковавшемуся по нормальной еде желудку.
Прошлой весной молодой специалист направилась учить истории деревенских детей, а я с тех пор не входил в пустующую комнату. Кошки скребутся где-то под рёбрами, когда прохожу мимо дверей, куда ещё недавно приходили весёлые подружки моей соседки по жилью, ещё недавно подкармливающей меня деревенской снедью.
А вчера получил от шефа известие, что его чадо обучилось европейским премудростям и скоро появится в своём рабочем кабинете, сменив меня на поприще трудовых будней.
Пять лет до пенсии как-то надо доработать, а шансов в городе получить работу у меня нет.
Да и привык я к натуральной деревенской пище, а все женщины вдруг снова превратились в красавиц и ангелов, не позвонить-ли мне по сохраненному в моём телефоне номеру? Может найдётся место учителя физики в росийской глубинке?
|
|
274
Парень сидит на лавочке в парке и видит, как по дорожке едет в инвалидной коляске очень красивая девушка без ног. Парень не может сопротивляться внезапно нахлынувшим чувствам и, подойдя к коляске, начинает знакомиться с девушкой.
Они гуляют по парку, разговаривают, и через некоторое время парень понимает, что
очень хочет эту девушку. Смотрит ей в глаза и понимает, что она тоже не против, но как осуществить желаемое? «»не волнуйся»» — говорит девушка — «»там за поворотом есть забор, а в заборе гвоздик, а у меня сзади на одежде пришита петелька. Ты повесишь меня за петельку, и у нас все получится»».
Полчаса нежной страсти, но все хорошее когда-нибудь заканчивается.
Парень снимает девушку с гвоздика и нежно садит ее в коляску. И тут девушка начинает безудержно плакать.
— Что случилось»» — встревожился парень, — я тебя чем-то обидел?
— Нет, просто ты первый…
— Милая, неужели я у тебя первый?
— Первый кто снял меня с гвоздика.
|
|
278
Парк. На лавочке сидит средних лет женщина. К ней подсаживается мужик: - Женщина, извините, вы, случайно, не педагог? Женщина удивленно: - Да, педагог. А как вы догадались? - Просто у вас лицо такое глупое... Женщина возмущенно: - Вы хам! И вообще у вас, например, лицо тоже глупое! Мужик с грустью: - Я знаю: я ведь тоже педагог...
|
|
280
Парень сидит на лавочке в парке и видит, как по дорожке едет в инвалидной коляске очень красивая девушка без ног. Парень не может сопротивляться внезапно нахлынувшим чувствам и, подойдя к коляске, начинает знакомиться с девушкой. Они гуляют по парку, разговаривают, и через некоторое время парень понимает, чтоочень хочет эту девушку. Смотрит ей в глаза и понимает, что она тоже не против, но как осуществить желаемое? "не волнуйся" говорит девушка "там за поворотом есть забор, а в заборе гвоздик, а у меня сзади на одежде пришита петелька. Ты повесишь меня за петельку, и у нас все получится". Полчаса нежной страсти, но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Парень снимает девушку с гвоздика и нежно садит ее в коляску. И тут девушка начинает безудержно плакать. Что случилось" встревожился парень, я тебя чем-то обидел? Нет, просто ты первый... Милая, неужели я у тебя первый? Первый кто снял меня с гвоздика...
|
|
281
Мужчина в парке подсаживает к даме на лавочке:
— Извините за назойливость, но вы случайно не педагог?
— Да, а вы как догадались?
— А у вас лицо глупое.
— Что? Хам!!! У вас у самого лицо глупое!!!
Мужчина грустно:
— Я тоже педагог.
|
|
282
Сидят двое на лавочке-мужчина и женщина. Вдруг женщина начинает кричать:
— Милиция!!! Спасите меня от этого придурка, маньяка!!!
Подходит мент и начинает распрашивать, в чем дело, и получает следующий
ответ:
— Пппоннимаетте, сиддим ммы ттут н-на л-лавоччке, а ввок-руг гголлуб-би
хходятт ттуда ссюда, в-вворкуют. Я ттут и гговворю:
«Вот ббы и ннам т-так»,-но ппока я г-говорил ситуацция у гголлубей
иззмениллась.
|
|
283
Мелкий пакостник. Мой сосед нормальный мужик, никто не жалуется. А вот соседка с нижнего этажа возненавидела его, всего лишь за то, что он курит на лавочке во дворе, а дым поднимается к ней в квартиру на третьем (!) этаже. Помимо оговоров и сплетен в его сторону, которые ему пох...., однажды она сделела ему большую бяку - теплым летним вечером сосед пил пиво во дворе за столиком для доминошников, а соседка вызвала полицию по поводу распития спиртных напитков в общественном месте. Полицмены действительно отреагировали оперативно и через 20 мин. сосед был увезен в участок, оформлен и получил штраф. Алаверды к соседке вернул через месяц. Ей за сорок, но не пятьдесят ещё, с виду ничего так, издалека если смотреть, а когда наштукатурится, то и вблизи нормалёк. Очень молодится, через день по салонам красоты ёрзает, мажется кремом шеньшеневым и т.д., в общем молодость от себя не хочет отпускать. (Да, забыл сказать, что она не замужем уже лет десять). И вот начала она встречаться с мужичком, лет так 38 - 40, а он, судя по всему, не может въехать, сколько же ей лет. Слышали, наводил он справки через знакомых, но выяснил или нет, история умалчивает. И вот однажды сосед увидел её в магазине в очереди на кассу, с ней её поклонник, в корзинке бухло, шоколад, фрукты. И, фанфары...... Запрягаем алаверды. Сосед подозвал мальчонку, лет 15, не знакомого, дал ему 500 руб., что-то пошептал на ухо и свалил из магазина. И вот, подходит мальчик к нашей парочке, и очень вежливо обращается к соседке: "Извините, БАБУШКА, вы крайняя?" (за этот вопрос к тётке он и получил бабосы), и остался стоять в очереди. Больше поклонника во дворе не видели, соседка опять в гордом одиночестве. А не надо пакостить людям.
|
|
284
Утро 1 января. У подъезда многоквартирного дома на лавочке с несчастным видом сидит мужчина. Наконец, открывается входная дверь и выходит веселый сосед:
- С Новым Годом, сосед! Ты чего на лавочке сидишь?
- Да вот код в замке поменяли, а я не знал. Так всю ночь на лавочке и просидел.
- Ну тогда, с Новым кодом!
|
|
285
Во дворике у подъезда на лавочке сидят бабульки. Тут к подъезду подруливает крутой джип, выходит из него новый русский, видит бабулек и начинает наезжать: Чего расселись, старые кошелки, у моего подъезда, в натуре? Одна из бабушек отвечает: Что ж ты, сынок, на нас ругаисси? Совсем старость не уважаешь. Я вот внучку своему на тебя пожалуюсь, он мене в обиду не дасть. Что?! Какому-такому внучку? Что, конкретный пацан? Так пусть завтра на разборку подваливает, побазарим. Короче, бабка, передай внучку, завтра в пять на этом месте стрелка. Ладноть, передам. На следующий день к подъезду приезжают пять джипов с братвой, рассредоточились по двору, оцепили подъезд, биты, автоматы, все как положено. Новый русский во главе бригады. Бабульки сидят на той же лавочке. Ну что, бабка, где твой внучок-то? Да где-то здеся. А где хто ж его знаеть, он же у меня снайпер.
|
|
286
Понравилась история Некто Леши про "сниму квартиру, порядок В РАЙОНЕ гарантирую". Вспомнил по ассоциации.
Когда еще был питерским студентом, в конце 80-х - начале 90-х, попал в бригаду шабашников, предлагающих свои услуги населению как сейчас бы сказали методом "прямого маркетинга". То бишь, попросту ходили по многоквартирным домам и предлагали кому что сделать надо - полку или зеркало повесить. Этакий "муж на час". Сидим с напарником перед подъездом на лавочке, отдыхаем. Рядом стоит пара обшарпанных кейсов с инструментами и потрепанная большая сумка с разошедшейся молнией. В сумке всякие гвозди, шурупы и всевозможные железяки для ремонтов, на все случаи жизни. Двое-трое девчонок и пацанов оббегают квартиры и предлагают услуги, оставляют телефон "фирмы" (еще одна девочка-диспетчер на дому). Каждому участнику "движухи" свой процент от выручки...
Подходит толстый и солидный милицейский начальник. Майор, вроде, но точно уже не помню. Спрашивает:
- Х...ли вы тут ошиваетесь?
- Услуги предлагаем. Полки-карнизы-зеркала навесить. Если по электрике что - у нас тоже мастер есть. Передадим ему заказ. Но уже на другой день, по договоренности. А также кафель или линоле...
Мент перебивает, что у них тут в районе квартирные кражи были. И мы очень подозрительно выглядим. Мы с напарником, потные и грязные после предыдущего ремонта двери у какой-то бабули, сидим молчим.
Мент продолжает:
- Я вас спрашиваю!! В отсидку что ли хотите? А?.. Развелось тут всякой швали!! Чтоб я вас тут больше не видел!! А то пожалеете!!
Я отвечаю:
- Нет.
Он аж побагровел:
- ЧТО??!!!!!
Я спокойным тоном отвечаю:
- Вы спросили, "в отсидку что ли хотите". Я ответил "нет". Не хотим.
Возникла пауза. Чтобы её заполнить, я добавил:
- Мы просто подрабатываем. Поскольку студенты. С родителей денег не тянем, им в провинции и так не сахар. Сами как-то тут крутимся. Можем уйти, если надо. Как скажете.
Мент задумался на секунду, посмотрел на наши потные, грязные и усталые рожи. На весь наш "скарб". Потом усмехнулся:
- Молодец!!
Я спросил слегка в непонятках:
- А что такого? Все работают - и мы тоже...
Он ответил:
- Я не про то. Просто ты ответил по принципу "простой вопрос - простой ответ". Не часто такое бывает. Я от своих-то не от всех могу этого добиться. Молодец!
И он от нас отстал.
P.S. Правда, и мы, от греха подальше, перешли в другой дом через несколько дворов.
|
|
287
СТАРЫЙ ВОР
Психику ребенка решили не травмировать, поэтому никогда не возили его к папе на зону.
Вот выйдет, тогда.
Наконец, месяц назад, старый вор Григорий, отсидев от звонка до звонка одиннадцать лет, откинулся и лично познакомился с родным сыном – шестиклассником Мишей. В первые дни Миша побаивался нового человека, да еще такого разукрашенного нелепыми рисунками. Старый вор это понимал и старался быть помягче и поласковей к мальчику. Много лет Григорий в своих тюремных снах представлял, как будет гулять с Мишаней по парку и говорить: - Смотри, сынок – птичка, она называется ласточка.
В жизни все оказалось совсем не так. Ну, чему он может научить почти взрослого человека? Как ныкать от шмона стиры? Или заделывать мастырки, чтобы загаситься на больничке? Наоборот, Миша объяснял папе, что сильно на экран телефона давить не нужно, он и так понимает, или что у них нет ДиВиДи плеера не от бедности, а просто он не нужен. Старый вор слушал и старался ничему не удивляться, а впитывать, чтобы скорее вернуться к жизни. Однажды вечером Григорию представился случай проявить себя в полной мере. Мишин класс готовился к спектаклю и репетиция затянулась до глубокого вечера, нужно было забрать ребенка. Старый вор, профессионально скрывая дикое волнение, вошел в школьный актовый зал, поздоровался с молоденькой учительницей, другими родителями и сел с краю на лавочке, ну прям как обычный папа. Репетиция закончилась, дети стали переодеваться, учительница давала последние указания, распределяла бумажки с новыми текстами, и вдруг, Григорий отчетливо услышал, как эта очкастая курица, обращаясь к Мише, негромко сказала: - Ну, раз у тебя старый вор, то и рассчитывать на него особо нельзя, мало ли, подведет, а времени в обрез. Ладно, попрошу Танину Маму.
Кровь прилила к голове старого вора. Весь тюремный опыт Григория подтверждал главное правило выживания: «Стерпишь обиду - дождешься вторую» Сам Григорий, может и смолчал бы, но настраивать сына против отца, при этом называя его старым вором? Этого Григорий проглотить никак не мог. Он велел Мише идти, подождать на улице и прямо там, «не отходя от кассы» жестко «предъявил» молодой училке, за «гнилой базар» и за то, что она при всех же «парафинит» незнакомого человека, да еще и перед его родным сыном. В актовом зале воцарилась лютая тишина, никто не ожидал такого. Родители, отведя в ужасе глаза, помалкивали, а дети наоборот, слушали старого вора, разинув рты.
А по дороге домой, Миша рассказывал растерянному папе - что такое word и почему старому word-у не стоит доверять.
Многому еще нужно научиться Григорию, чтобы, наконец выйти из тюрьмы…
|
|
288
Ещё во времена СССР жили-были три подружки, бабушки-старушки. Придя однажды с чьих-то похорон, они постановили: каждой, кто вперёд уйдёт в мир иной, покупать букет цветов за 12 рублей. Наверное, понравился им букет за такую довольно-таки приличную по тем временам сумму. В скором времени одна из них оставила своих подружек и они выполнили своё обещание. Букет за 12 рублей украсил холмик на погосте. Прошло ещё немного времени и из подружек осталась только одна. Сидя на лавочке во дворе, она сообщила, что проводила свою подруженьку Шуру в последний путь и положила ей на могилку букетик цветов за 7 рублей. Соседи, слышавшие об уговоре, напомнили ей, что букет-то должен стоить не 7 рублей, а 12, на что был получен следующий ответ: "А покойная 5 рублей была мне должна...".
|
|
289
Многие говорят, что молодежь сейчас пошла неправильная. Недавно вечером под домом на лавочке сидела одна компания. Не пили ни капли алкоголя, только сладкую газированную воду, ели конфеты и пирожные, травили анекдоты и смеялись заразительным смехом. Молодцы!
Хм, еще раз: пили сладкое, ели сладкое, ржали как кони… Тааааак, стоп.
|
|
290
ПРИЗРАК ОПЕРЫ
В палисаднике на скамейке сидел призрак оперы и курил, кайфуя от своего дыма, смешанного со сладким воздухом древней Вероны.
Мимо шли карабинеры с маленькими автоматиками на пузе и конечно же не могли не обратить внимания на подозрительного человека. Подозрительным было то, что у призрака оперы, помимо большого пакета, имелись целых три легкомысленных женских сумочки. Вот если бы одна, это еще туда-сюда, Италия - страна либертовая, но тут целых три.
Подошли, представились и осторожно поинтересовались: Кто? Откуда? Кого грабанул и что в пакете?
Призрак оперы стушевался, подумал - что бы такое сказать, но ничего не придумал, ведь на итальянском он знал только одно слово - «феличита», да и то не догадывался что оно значит. Английский тоже прошел мимо нашего героя, никак его не потревожив.
Полицейские попросили паспорт, но бедолага только похлопал себя по карманам и неопределённо махнул рукой куда-то вдаль.
Начался лёгкий шмон. В дамских сумочках оказались обычные женские вещи, в большом пакете куча зонтиков, штук десять, не меньше, причём, все не новые. А вот из карманов джинсовки, карабинеры извлекли разнокалиберные ножи. Много ножей. Не холодное оружие, конечно, обычные складные, но зачем нормальному человеку таскать с собой по городу целых восемь ножей?
Неожиданно, призрак оперы показал рукой на оперную арену за деревьями и вдруг запел, срывающимся от волнения козлетоном: «Ах неужели навсегда закроются мои косые очи и не увижу я тебя моя любовь, моя морковь…?»
Тут уж карабинеры напряглись не на шутку, один взялся за автоматик, другой за наручники. Не прошло и получаса, как наш герой уже сидел в комиссариате и пытался давать показания.
Дело совсем не шло. Полицейские на русском тоже знали всего одно слово: «Горбачёв»
Но тут один вспомнил, что их боевой товарищ, хоть и ушёл в отпуск, зато жена его - украинка. Позвонили, сказали – фратэлло, выручай, позови жену к телефону.
Задержанный поговорил с полицейской женой, потом жена, когда отсмеялась, поговорила с карабинером, а когда отсмеялся весь комиссариат, мужика со всеми его ножами и женскими сумочками погрузили в полицейскую машину и с ветерком вернули на старую скамейку. И очень вовремя, из оперы уже повалил народ. Подошла и его родная русская группа, целых сорок человек, они поблагодарили товарища за неоценимую помощь, разобрали свои сумки, зонтики и ножички, выразили сожаление, что ему пришлось пожертвовать собой и не пойти, Пласидо Доминго это что-то.
Но наш герой не переживал, ну на хрена ему четыре часа слушать этого Доминго да еще за пятьдесят евро?
Уж лучше спокойно на лавочке покурить, вещи посторожить...
|
|
293
Помните, в фильме "Люди в черном" агент Джей на вступительном экзамене стреляет в муляж маленькой девочки, затесавшейся среди монстров.
- Зачем ты пристрелил Тиффани?
- А что делает маленькая белая девочка ночью в гетто среди монстров?
Тель-Авив. Центральная автобусная станция. Зима. Идет мерзкий дождик.
Чтобы добраться до работы, мне нужен автобус. Местный бомонд живет своей обычной жизнью. Прямо под светофором в луже сидит попрошайка и клянчит "шекелёк". Возрастной бомж с бородой как у Деда Мороза и коляской из супера, забитой всякой фигней, сидит на лавочке и задумчиво посасывает пиво из банки. Его собрат, босой и в отключке, лежит рядом. Неподалеку группа китайских строителей, встав в кружок, человек 8, греется водкой прямо из горла. Мелкие черные потомки беженцев - эритрейцев носятся по улице, мамаши выдергивают их из-под колес, папаши где-то фарцуют крадеными телефонами. Метрах в 20 от входа небритый мужчина кавказской внешности крутит "наперстки" из бумажных стаканчиков и ему даже дают деньги. Неподалеку стоит полицейская машина, вокруг царит мир и взаимопонимание.
Бегу на свой автобус. И тут меня - интеллигентного, в очках, хорошо одетого, белого, дружелюбного, с чемоданчиком для компьютера - тормозит охрана и начинает тщательную проверку документов...
|
|
295
Как-то раз в молодости мы с другом детства набрали целую авоську жигулевского пива, прихватили сушеной воблы и расположились в тихом уголке городского парка. Нашли место, где вокруг не было ни души, сидим на травке, пьем пиво с рыбкой, балдеем. Вдруг, откуда ни возьмись, к нам подходит старенькая такая бабуля с клюкой, и спрашивает:
- Сыночки, а что вы собираетесь с пустыми бутылками потом делать? А то, если сдавать не будете, так может мне оставите? Вы уж не обидьте бабку, дайте заработать.
Мы, конечно, были не против, все равно мы бы их сдавать не пошли, нам, молодым парням, было бы просто стыдно стоять в очереди с авоськой пустых бутылок возле палатки приема стеклотары. Поэтому мы ответили:
- Конечно, бабушка, когда уйдем, все ваше.
- Тогда я тут недалеко посижу, а то перехватят еще, тут кроме меня много народу посуду собирает.
Бабуля отошла на некоторое расстояние и заняла позицию недалеко от нас с явным намерением, несмотря на свою старость и немощность, в случае чего силовым образом противостоять любому, кто посягнет на ее законную добычу.
Боковым зрением мне казалось, что она со свой точки наблюдения внимательно присматривается ко мне, и это, если честно, немного раздражало. Но прошло какое-то время, и мы уже перестали обращать на нее внимание, как она вдруг встала и снова направилась к нам. Подойдя, она неожиданно сказала,обращаясь ко мне:
- Скажи, внучек, тебя зовут (называет мое имя)? А маму твою зовут (снова в точку)? А лет 20 назад вы жили по адресу (тоже называет правильно)?
Я удивился, откуда она все это про меня знает. Тут она и объяснила, что она просто узнала меня, потому что хорошо помнит меня маленького. Оказывается, когда-то, когда мне было что-то от двух до трех лет, она была моей няней, а сейчас вот увидела, и мое лицо сразу показалось ей знакомым, и потом, присмотревшись, она меня окончательно узнала. Конечно, мне стало интересно, даже друг не остался равнодушным, почти через двадцать лет и такая встреча.
Начали ее распрашивать, что она помнит о моем в детстве. Бабулька стала меня очень хвалить, типа каким я был умным ребенком, как рано начал разговаривать, стихи учить и тому подобное. Было понятно, что если она и где-то преувеличивает, то судя по деталям, которые она явно не могла придумать, было очевидно, что она точно ничего не врет и не путает, и передо мной моя настоящая бывшая няня. Было интересно ее послушать. Заодно, она в разговоре умело вставляла фразы про свою маленькую пенсию и плохое здоровье. В результате, когда мы собрались уходить, она получила от нас не только пустые бутылки, но впридачу мы с другом еще и отдали ей какие-то небольшие деньги, которые нашлись в наших карманах.
Придя домой, я, конечно, сразу рассказал о такой неожиданной встрече. И вот что я узнал в ответ.
Оказывается, так как в раннем ворасте в детском садике я все время болел, а сидеть со мной было некому, поскольку все работали, то для меня действительно вынуждены были найти няню. Так вот, эта милая старушка вместо того, чтобы сидеть на лавочке и наблюдать, как я играю в песочнице, целыми днями водила меня по городским пивнушкам и забегаловкам и учила профессионально побираться. С ее подачи я подходил к посетителям (в большинстве там были обычные пьяницы) и жалобным голосом говорил что-то типа:
- Дяденька, у меня папа сидит в тюрьме, а мама водку пьет, меня совсем не кормит. Дайте, пожалуйста, хоть двадцать копеек на хлебушек, а я вам за это стишок расскажу.
Люди удивлялись, глядя на ухоженного, хорошо одетого мордастого малыша, но все же многие действительно давали деньги, какую-то мелочь, конечно, но за день в целом, видимо, набегало неплохо. Выручку, естественно, забирала себе няня, а меня она сумела таким образом обработать, что, получив шоколадную конфету или мороженое, дома я о наших с ней похождениях молчал как рыба. Самое прикольное, что этот ее бизнес в конце концов обломал прокурор, но не в смысле, что ее преступной деятельностью заинтересовалась генеральная прокуратура. Просто у нас был прокурор сосед по лестничной площадке, друг моего деда, тоже фронтовик, очень хороший дядька и большой любитель выпить. Так вот, он зашел как-то в пивную опохмелиться и увидел меня, в тот момент, когда я рассказывал стишки и клянчил у посетителей мелочь. Хоть он и был, как обычно, с большого бодуна, но сразу же меня узнал и тут же побежал звонить на работу моему деду.
Надо отметить, что у меня была вполне приличная семья. У деда от полученной информации даже случился сердечный приступ.
Няню, конечно в тот же день с треском выгнали, при этом после ее ухода бесследно пропали мамины золотые сережки.
Когда я обо всем этом узнал, то разозлился и на эту бабусю, и на себя, и подумал, что если когда-нибудь еще ее увижу, то обязательно напомню ей и про то, как она меня маленького по антисанитарным местам водила, и про мамины серьги, пусть ей станет стыдно.
Интересно, что когда я при встрече рассказал об этом другу, он оценил эту историю с совершенно противоположной стороны.
- А чем ты недоволен? Бабулька свои обязанности выполняла добросовестно, практически играла с тобой в развивающие игры, водила на экскурсии в интересные места, приучала к общению с людьми. Вот я в этом возрасте в детском саду только сидел на горшке и ковырялся в носу, даже вспомнить нечего об этом периоде жизни.
- Но серьги-то золотые она украла!
- И что из этого? Она ж работала у вас, а вы ее уволили, вот серьги и прихватила при увольнении, можно сказать, в качестве выходного пособия. Кстати, получается, что ты и свои первые деньги заработал благодаря ей. Так что, если встретишь, лучше подкинь бабуле деньжат, не обеднеешь.
Наверное, подкинул бы, не знаю, просто больше я свою няню не встречал. А теперь, конечно, уже никогда и не встречу.
|
|
296
Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только загорают на берегу пруда некоторые не по-деревенски совсем. Гошка с Генкой. Расстелили верблюжье одеяло старое, загорают и на тонконогих девчонок смотрят, а Светка с Ольгой им на мостике отсвечивают. Это Гошка им втер, что стоя у воды загорать лучше получается, вот они и стоят. А Гошка с Генкой смотрят, когда девчонки на мостике стоят, на них смотреть удобнее, а Гошка в Светку уже четыре года влюблен летом.
Он бы и зимой влюблен был, но зимой они не видятся, а учатся в разных городах. Этой зимой будут в седьмых классах учиться.
Генке Ольга нравится. Ишь, как красиво стоит, думает Генка, как будто нырять собирается «рыбкой». Сейчас прыгнет.
- Не, Ген, не прыгнет, - встревает Гошка в Генкины мысли, - она плавать не умеет.
- А твоя Светка, - обижается Генка, - а твоя Светка тоже только по-собачьи плавает.
- Нет, ты лучше скажи, зачем девки лифчики носят? – Генка уже не обижается, а философствует в меру сил, - Ольга четыре года назад без всякого лифчика купалась. Сейчас-то он ей зачем?
- Ген, а ты ее и спроси, - Гошка устраивается поудобней, - вдруг расскажет?
- Дааа, спроси, - возмущенно протянул Генка, - сам спрашивай. Она хоть и в лифчике, а дерется как без него.
- Чего делаете, мужики? – к пруду подошел зоотехник Федька – двадцатитрехлетний парень, почитаемый Генкой и Гошкой уж если не стариком, так вполне солидным и немного глуповатым человеком, - я тут у Куркуля ружье сторговал немецкое, айда на ферму испытывать.
- Врешь, Федька, - не поверил Генка, - нипочем Куркуль ружье не продаст, оно ему от отца досталось, а тому помещик за хорошую службу подарил.
- А я слышал, что Куркуль ружье в том разбитом немецком самолете нашел, что в войну золото вез. Ружье взял, а золото перепрятал, - возразил Гошка, - но тебе, Федька, он его все равно не продаст. Жадный потому что. А у тебя столько денег нет.
- Продаст, не продаст, здоровы вы рассуждать, как я погляжу, - надулся Федька, - я ведь и один ружье отстрелять могу. А вы сидите тут, на девок пяльтесь. Последний раз спрашиваю: идете, нет?
- Идем, идем, - Генка свистнул, а Гошка махнул рукой обернувшимся девчонкам: ждите, мол, у нас тут мужские дела, скоро придем. И они пошли.
До старой летней фермы недалеко совсем – с километр. Зимой там пусто, а на лето телят пригоняют из совхоза. Сейчас день, телята на выпасе, ферма пустая. Голуби одни комбикорм жрут. Одна такая сизая птица мира больше килограмма в день сожрать может, а их тут сотни. Не любят их за это в деревне. Конкуренция. Комбикорма совхозным телятам не хватает, у скотников своя скотина по дворам есть просит и голуби еще. Никакого прибытка с голубей – одно разорение. Вот поэтому Федька на ферму и пошел ружье отстреливать. Хоть и пьяный, а пользу для хозяйства блюдет.
Шли молча. Генка думал, дадут ли ему пострелять, и попадет ли он в голубя на лету. Гошка размышлял, откуда, все-таки, взялось ружье у Куркуля. И только Федька просто шел и не думал. Думать Федька не мог. Голова раскалывалась, в глазах плыли радужные пятна, и даже слюны не было, чтоб сплюнуть.
Насчет ружья Федька ребятам не врал: Василь Федорыч, старик, прозванный в деревне куркулем за крепкое хозяйство, большой дом и прижимистость, действительно согласился продать ему ружье "за недорого".
Раз в год, в начале июня, Куркуль уходил в запой. То ли входила в нужную фазу луна, то ли еще какая Венера заставляла его тосковать по давно умершей в июне жене, а может Марс напоминал о двух июньских похоронках, полученных им в разные военные года на обоих сыновей, но весь год Куркуль, можно сказать, что и не употреблял вовсе, а каждый июнь пил беспродыха.
Федька подгадал. Две недели назад он зашел к старику за каким-то, забытым уже, делом, да так и остался.
На исходе второй недели пьянки, Василь Федорыч достал из сундука, завернутый в чистую холстину, двуствольный Зауэр и отдал его Федьке. Бери, пользуйся. Я старый уже охотиться, а такому ружью негоже без дела лежать. Ружье без дела портится, как человек. А сто рублей ты мне в зарплату отдашь.
Федька, хоть и пьяный, а сообразил, что ему повезло. Как отдать сто рублей с зарплаты, которая всего девяносто он не сообразил, а что повезло – понял сразу. Забрал ружье и ушел, чтоб Куркуль передумать не успел. За патронами домой и на ферму пробовать. Мать пыталась было отобрать, видя такое пьяное дело, но он вывернулся и удрал. Ребят встретил по дороге. Голова раскалывается просто, а на миру и смерть красна и болит вроде меньше, поэтому позвал и даже уговаривал.
Дошли до фермы, ворота настежь, голубей пропасть. Вспорхнули было, когда Федька с ребятами в ворота вошли, потом опять своим делом увлеклись: кто комбикорм клюет, кто в навозе ковыряется.
Федька тоже с ружьем поковырялся, собрал, патронов пару из кармана достал. Зарядил.
- Дай стрельнуть, а? – не выдержал соблазна Генка, - вон голубь на стропилине сидит. И гадит. Не уважает он тебя, Федь. Ни капельки. Давай я его застрелю?
- Я сам первые два, - Федька прицелился, - вдруг чего с ружьем не так…
- Бабах, - сказало ружье дуплетом, и голубь исчез. Вместе с голубем исчез изрядный кусок трухлявой стропилины, а через метровую дыру в шифере, сквозь дым и пыль в ферму заглянуло солнце.
- Ну, как я его? – Федька опустил ружье.
- Никак, Федь. Улетел голубь. Ни одного перышка же не упало. Говорил же, дай я стрельну, или Гошка вон, - Генка покосился на приятеля, - он биатлоном занимается, знаешь, как он из винтовки садит? А ты мазло, Федь.
- Ах, я - мазло? Сами вы … – Федька, никак не мог найти множественное число от слова «мазло», - Сами вы мазлы косые. И стрельнуть я вам не дам, у меня все равно патроны кончились.
- Не, Ген, - Гошка друга не поддержал, - попал он. Картечью, видать, стрелял. Вот и вынесло голубя вместе с крышей.
- А у вас выпить ничего нету? - невпопад спросил Федька, поставив ружье к стене и зажав голову ладонями, - лопнет сейчас голова.
- Откуда, Федь? - Гошка повернулся к зоотехнику, - мы обратно на пруд пойдем, и ты тоже беги отсюда. А то Лидка с обеда вернется, она тебя за дырку в шифере оглоблей до дома проводит. И ружье отобрать может, и по башке больной достанется.
- Идите, идите, в зеленую белку я все равно попал, - сказал Федька вслед ребятам и засмеялся, но они не обратили на его слова никакого внимания. А зря.
Вечером, а по деревенским меркам – ночью у Гошки было свидание. На остановке. Эта автобусная остановка на бетонной дороге из города в город мимо деревеньки, стояла к деревеньке «лицом» и служила всем ребятам местом вечернего сбора и своеобразным клубом. Автобусы днем ходили раз в два часа, последний автобус был в половину одиннадцатого вечера, и, после этого, угловатая железобетонная конструкция с тяжеленной скамейкой, отходила в безраздельное ребячье пользование. Девчонки вениками из пижмы выметали мусор, оставленный редкими пассажирами, Гошка притаскивал отцовский приемник ВЭФ и посиделки начинались.
Обычно сидели вчетвером. Но сегодня к Генке приехали родители, Ольга «перезагорала» на пруду и лежала дома, намазанная сметаной. Пользуясь таким удачным случаем, вдобавок к ВЭФу, Гошка захватил букет ромашек и васильков для романтической обстановки.
Светка не опоздала. Они посидели на лавочке и поболтали о звездах. Звезд было дофига и болтать о них было удобно. Как в планетарии.
- А средняя звезда в ручке ковша Большой медведицы называется Мицар, - Гошка невзначай обнял Светку левой рукой, правой показывая созвездие, - видишь? Она двойная. Маленькая звездочка рядом называется Алькор, по ней раньше зрение проверяли в Спарте. Кто Алькора не видел, со скалы сбрасывали. Видишь?
- Вижу, - Светка смотрела вовсе не на Алькор, - Вижу, что ты опять врешь, как обычно. А у тебя волосы вьются, я раньше не замечала почему-то.
После таких слов разглядывать всяких Мицаров с Алькорами было верхом глупости, и Гошка собрался было Светку поцеловать, но в деревне бабахнуло.
- Стреляют где-то, - немного отстранилась Светка, - случилось чего?
- Федька у Куркуля ружье купил. Пробует по бутылкам попасть.
- Ночью? Вот дурак. Его ж побьют, чтоб не шумел.
- Дурак, ага, - и пьяный еще. Пусть стреляет, ну его нафиг, - согласился Гошка и нагло поцеловал Светку в губы.
Светка не возражала. В деревне опять бабахнуло, и раздался звон бьющегося стекла.
- Целуетесь, да? – заорали рядом, и из кювета на дорогу выбрался запыхавшийся и взлохмаченный Генка, - целуетесь. А там Федька с ума сошел. Взял ружье, патронташ полный с картечью и по окнам стреляет. Белки, говорит, деревню оккупировали. Зеленые. К нам его мать забегала предупредить. Ну я сразу к вам и прибежал. Пойдем сумасшедшего Федьку смотреть?
В деревеньке бухнуло два раза подряд. Пару раз робко гавкнула собака, кто-то яростно заматерился. Бабахнуло снова, громче, чем раньше, и снова звон стекла и жалобный крик кота.
- Дуплетом бьет, - с видом знатока оценил Генка, - до теть Катиного дома добрался уже. Пойдем, посмотрим?
- Сам иди, - Светка прижалась к Гошке, - нам и тут хорошо. Да, Гош?
- Ага, хорошо, - как-то неубедительно согласился Гошка, - чего там смотреть? Что мы Федьку пьяного не видели? Нечего там смотреть.
А смотреть там было вот что: Федька шел по широкой деревенской улице и воевал с зелеными белками.
- Ишь, сволота, окружают, - орал он, перезаряжая, - врешь, не возьмешь! Красные не сдаются!
И стрелял. Проклятущие и зеленые белки были везде, но больше всего их сидело на светящихся окнах. Гремел выстрел, гасло окно, и пропадали зеленые белки.
Федька поравнялся с домом тети Кати, где за забором, на толстенной цепи сидел Джек. Пес имел внешность помеси бульдога с носорогом и такой же характер. В прошлом Джек был охотничьей собакой, ходил с хозяином на медведя и ничего не боялся. Из охотничьих собак Джека уволили из-за злости, да и цепь его нрав не улучшила. Джек ждал. Раз стреляют, значит сейчас придет хозяин, будет погоня и дичь. И лучше, если этой дичью будет этот сволочной кот Пашка, нагло таскавший из Джековой миски еду. От мысли о Паше шерсть на загривке встала дыбом. Нет, утащить еду это одно, а жрать ее прям под носом у собаки – это другое. Прям под носом: там, где кончается чертова цепь, как ее не растягивай.
Возле калитки появился человек с ружьем.
- Гав? - вежливо спросил Джек, - Гав-гав.
Хозяин это ты? Отстегивай меня быстрей, пойдем на Пашку охотиться. Так понял бы Джека любой, умеющий понимать собачий язык. Федька не умел. Он и зеленых белок понимал с большим трудом, не то что собак.
- Белка! – заорал он, увидев собаку, - главная белка! Собакой притворяется. Сейчас я тебя. Федька поднял ружье и выстрелил.
- Гав? – опешил пес, когда картечь просвистела у него над головой, - совсем охотники офонарели. Кто ж по собакам стреляет? Стрелять надо по дичи. В крайнем случае, - по котам. Вот Пашка… Джек не успел закончить свою мысль, как над его головой свистнуло еще раз.
- Не, ребята, такая охота не для меня. Ну вас нафиг с такой охотой. Пусть с вами эта скотина Пашка охотится. Так подумал, или хотел подумать Джек, поджал хвост вместе с характером, мигом слинял в свою будку, вжался в подстилку и закрыл глаза лапой. Бабах! – снова грохнуло от калитки, и по будке стукнула пара картечин.
- Не попал, - не успел обрадоваться Джек, как снаружи жалобно мяукнуло, и в будку влетел пушистый комок.
- Пашка?! – по запаху определил пес, - попался сволочь. Вот как все кончится, порву. Как Тузик грелку порву. Пес подмял под себя кота и прижал его к подстилке. Кот даже не мяукнул.
Федька снова перезаряжал. В патронташе осталась всего пара патронов, а белок было еще много. Хорошо хоть главную белку грохнул. Здоровая была, надо потом шкуру снять, - на шубу должно хватить. Патрон встал наискось, Федька наклонился над переломленным ружьем, чтоб подправить. Что-то тяжелое опустилось ему на затылок. Белки пропали, и Федька упал, как подкошенный.
Куркуль, а это был он, потер правый кулак о ладонь левой руки и крикнул в темноту:
- Лидка, ты тут? Иди скорую ему вызови. Скажешь белая горячка у парня. Милицию не вызывай, я сам с участковым разберусь.
Лидкой звали председателя сельсовета и владелицу единственного телефона в деревеньке.
- Перестал стрелять вроде, - на автобусной остановке Генка поднялся со скамейки, - патроны видать кончились. Пойдете смотреть? Нет? Ну я один тогда. Целуйтесь себе.
Генка направился в деревню. А в деревне, в собачьей будке возле теть Катиного дома Джек привстал и обнюхал перепуганного кота. Хотел было разорвать и, неожиданно для себя, лизнул Пашку в морду. Пашка, обалдевший от таких собачьих нежностей, вылез из будки, потянулся и отправился по своим кошачьим делам. Не оглядываясь.
А утром, проснувшийся Джек, нашел возле своей миски, толстую мышь. На своем обычном месте, там, где кончается собачья цепь, сидел Пашка, вылизывался и, кажется, улыбался.
|
|
297
Живу в Австралии уже довольно приличное время, русских тут предостаточно, но по возможности они пытаются лишний раз себя не выдавать. Как-то раз возвращаясь домой после работы, проходил мимо местных бомжей сидящих на лавочке. Тут один из них вскакивает, становится ногами на сидение и начинает громко вещать на чистом русском:
- Граждане! Конец света близко! Инопланетяне уже в пути и глазом моргнуть не успеете, как нашей планеты не станет!
Проходящая мимо девушка тоже на чистом русском:
- Мля! И тут от вас покоя нет!
|
|
298
Вагонные споры последнее дело, когда уже нечего пить! И поезд идет, и купе опустело, и тянет поговорить!....
Довелось как то в 2010 году ехать из Москвы с друзьями через Киев в Бухавель на лыжах кататься. Нас в Киеве ждали друзья и два дня развлечений. Мы с товарищем зашли в купе, где уже разместились две женщины лет под пятьдесят. Одна типичная хохлушка - веселушка, которая на все присказку имела и женщина похожая на учительницу. У нас из вещей только два рюкзака с вещами и пакет с выпивкой и продуктами, у хохлушки-веселушки штук пять баулов со шмотьем, у учительницы только чемоданчик на колесах. Женщина все сокрушалась и переживала, что не хватит двухсот гривен чтобы откупиться от таможенников за баулы, на что учительница сказала чтобы та ни о чем не беспокоилась и все вопросы с таможней она разрулит. Мы уступили им свои нижние полки и забросив рюкзаки ушли в вагон ресторан покушать и поиграть в картишки. Когда мы вернулись уже за темно, женщины сидели и о чем то в пол голоса беседовали, учительница слушала историю про сына женщины, который против воли матери женился на женщине старше себя на три года и с двумя детьми, родив третьего. Из за конфликтов с матерью они ушли на съемную квартиру, и от помощи матери отказываются, хотя у нее какой то магазинчик шмоток на Шулявке и она помогает второму сыну понемногу. Она никак не могла поверить что у них любовь, как ей высказал сын и он одумается и женится на дочери ее подруги, которую она с детства пыталась ему сосватать. Что она только не делала чтобы открыть ему глаза на ее недостатки, но сын просто замыкался в себе пока не съехали на съемную квартиру. И она свято верила в то что желает ему только хорошего а он мать не слушает! Весь этот рассказ я слушал в пол уха а учительница молча не перебивая с какой то грустной улыбкой!) Когда монолог прервался, она спросила женщину, правда ли та думает что делает сыну хорошо? Та ответила утвердительно! Тогда она стала рассказывать...
Она оказалась судьей по гражданским делам из Харькова и буквально за пару лет до этого у нее в производстве было дело. Обратилась одна молодая семейная пара на определение отцовства дочери. На первое заседание они пришли втроем, дочери два года, вылитая папина внешность, пшеничные волосы и такие же лопоухие ушки! Причем на экспертизе настаивала мама ребенка! Судья посмотрев на дочь с улыбкой сказала, что может не стоит тратить деньги на генетическую экспертизу а дешевле в зеркало посмотреть? )) Но они шутку не оценили и настояли на своем! Когда муж ушел, а она осталась что то подписать, судья спросила зачем ей это? И она рассказала историю..
Они жили в одном доме, но до армии пожениться не успели, так как его мать была против, и он попал служить в часть в том же городе. Несколько раз бегал в самоволку и ко времени его дембеля она благополучно родила девочку. Он стал жить у нее, но мать все время твердила сыну что она шалава и он рогоносец и растит чужую дочь! Даже то что она имеет полное портретное сходство с отцом его мать не убедило. И однажды он пошел выносить мусор и не вернулся домой к жене а ушел к маме! И чтобы доказать свою правоту она заказала экспертизу отцовства. Когда пришла экспертиза они пришли за результатом и ожидали в коридоре сидя на лавочке и держа друг друга за руки не переставая целоваться! Она говорила что не могла минут тридцать их пригласить, так как результат давал стопроцентную гарантию что он не является отцом дочурки!!! Просто не могла подобрать фразу для начала разговора. Соврать чтобы сохранить семью она не может, и правду сказать обязана! Потом как будто что то ее толкнула и она поняла что надо сказать, хотя в результате не была уверена. Они зашли забрать заключение держась за руки и улыбаясь, а муж сказал что уже пожалел что за блажь деньги заплатил и время потерял. И тут она им говорит, что они молодые и у них вся жизнь впереди и главное что они любят друг друга поэтому должны правильно понять все что она скажет! Зачитав заключение экспертизы она поняла что уже ничего их не сможет держать вместе. Он молча смотрел с презрением на супругу, она пыталась доказать что здесь ошибка и этого не может быть! Но экспертиза не ошибается! Парень снял кольцо, положил на стол с ключами от квартиры и фотографию дочери и молча вышел не попрощавшись! Она повторяла одну фразу про то что это ошибка и она докажет свою правоту! Но только доказывать было некому уже! ... На глазах женщины блестели слезы, хохлушка тоже вытирала глаза платочком. Они молча смотрели в окно несколько минут, потом хохотушка сказала что благодарна судьбе за попутчицу, которая вылечила ее от глупой материнской ревности и излишней заботы и опеки....
Извиняюсь за много букафф, не правильно расставленные запятые и орфографические ошибки!!))))
Да, когда зашли таможенники она достала ксиву и сказала что это ее вещи, они откозырнув молча ушли, и даже погранцы бегло посмотрели паспорта у нас и вопросов не задали!)))
|
|
299
Есть у меня приятель.
Зовут его Лёня. Лёнчик. Лёха (неправильно, но всем не объяснишь). На самом деле, конечно, Леонид, но деревня таких имён не признаёт.
Отличный, между прочим, мужик.
Деловой, хозяйственный, но не очень жадный, руки растут, откуда надо, работа (и зарплата) присутствуют.
Не тормоз: может завести и поддержать разговор, как говорится, за словом в карман не лезет.
Не Эйнштейн, но и не тупарь.
Не девственник, но и не донжуан.
Чуть старше тридцати, но не более тридцати одного года от роду.
В общем, мечта хозяйки, то бишь, нормальной бабы, скучающей по мужЫцкой, тык-скыть, ласке, и тэ дэ и тэ пэ.
Нынешним летом ездили мы с Лёней на рыбалку.
Выпили, закусили, ещё выпили…
В общем, Лёня разошёлся.
Вскоре выяснилось, что он питает некоторый мужской интерес к моей коллеге Наталье Викторовне, учителю (именно так: ненавижу слово «учительница»), начальных классов.
Лёня собрал досье. Из «минусов» в нём (в досье), значились следующие черты: непостоянство, возраст (Наталья на пять лет старше Леонида, но выглядит вполне отлично), излишняя полнота. «Плюсов» было больше: призывная сексуальность, минимальность «нагрузки» (единственный сын Митька закончил девятый класс, поступил в техникум, а летом вовсю вкалывал на стройке, принадлежащей его родному папаше и никак не мешал матери организовывать личную жизнь), ну и отсутствие в данный конкретный момент препятствий в виде бойфренда, что «тожеоченьнемаловажнововсе» (С).
После первой бутылки Лёнчик «раскололся». Он дико хотел «трахнуть Натаху», причём все отрицательные последствия данного акта его не только не отпугивали, но и слегка возбуждали: натахины габариты он делил на одну целую и пять десятых, в итоге выходили классические 90х60х90, а её некоторую ветреность он считал залогом того, что незначительное количество алкоголя позволит ему (Лёне) овладеть Натальей, ну а потом она поймёт, что хуже/лучше уже не будет, а там уж как-нибудь.
Если вы предположили, что Лёня попросил моей помощи, то вы угадали.
Он так и сделал, тем более, что его мечта считалась подругой моей жены, и была приглашена на очередную некруглую отметину.
Как и было задумано, Наталья, выпив немного лишнего, засобиралась домой, тут я звякнул Лёне, после чего он возник возле моей калитки как бы случайно. Отдав ему какие-то документы (совершенно левые бумажки, валявшиеся на столе), я сделал вид, что мне ничто не интересно, и удалился, заодно предложив лёниной избраннице составить компанию моему хорошему товарищу, мол, пешком далековато, а тут такая оказия.
Поскольку отказа не последовало, я решил продолжить веселье, заключавшееся в употреблении разнообразных алкогольных напитков, тем более, что две проблемы удалились в туман с совершенно недвусмысленными намерениями.
АВОТХУЙ!
Наутро мне было не до них, собственно, мне было вообще ни до чего.
Прошло несколько дней, потом Лёня приехал звать меня на рыбалку.
Бухать как бухать: как всегда, я был готов, как пионЭр.
«Ну и как тебе семейная жизнь?», - начал я, и осёкся: Лёня явно не был предрасположен к откровенности.
Алкоголь делает чудеса, но не в тот раз: Лёнчик вертелся, как глист на днище унитаза (отвратительное сравнение, не так ли?), но так ничего и не ответил. Не дала, ну и всё. Не дала. Не дала. Больная какая-то. Не дала. Дура она вольтанутая.
Не дала.
Ну, понятно. Нет, значит, нет.
В принципе, об этой истории стоило забыть, если бы во время очередной вечеринки Наталья не хватила лишку и не решила бы исповедаться моей супруге.
В общем, Лёнчик действовал правильно. Но в самый последний момент у Натальи включились воспоминания.
«Понимаешь, я уже с Серёгой (будущим бывшим мужем) вовсю трахалась, то в роще за школой, то за клубом, то на речке, то на лавочке возле вокзала, а Лёнька мелкий ещё был, и почему-то он всегда где-то рядом возникал с игрушечным автоматом и расстреливал нас, брызгая слюнями. И когда я это вспомнила, напал на меня такой ржач, что вся эротика куда-то делась, а Лёха сначала охренел, а потом плюнул, отвёз меня домой и уехал с гиперсветовой скоростью».
У этой истории есть относительный хэппи-энд. Осенью Лёне позвонил сосед, объяснил, что повёз городскую родню за опятами и застрял в лесной луже, попросил приехать и выдернуть. Лёнчик поехал и выдернул.
В общем, сейчас он живёт в городе со спасённой соседской племянницей, по последним сведениям, она ему предъявила две полоcки.
А к Наталье припёрся пьянющий бывший муж и сказал, что прощает, всё понимает, бросает пить, любит, хочет, не может без неё, и т.д.
Правда, на днях снова видел его пьяным…
Хрен их всех разберёт, n'est-ce pas?
|
|
300
Есть у меня приятель.
Зовут его Лёня. Лёнчик. Лёха (неправильно, но всем не объяснишь). На самом деле, конечно, Леонид, но деревня таких имён не признаёт.
Отличный, между прочим, мужик.
Деловой, хозяйственный, но не очень жадный, руки растут, откуда надо, работа (и зарплата) присутствуют.
Не тормоз: может завести и поддержать разговор, как говорится, за словом в карман не лезет.
Не Эйнштейн, но и не тупарь.
Не девственник, но и не донжуан.
Чуть старше тридцати, но не более тридцати одного года от роду.
В общем, мечта хозяйки, то бишь, нормальной бабы, скучающей по мужЫцкой, тык-скыть, ласке, и тэ дэ и тэ пэ.
Нынешним летом ездили мы с Лёней на рыбалку.
Выпили, закусили, ещё выпили…
В общем, Лёня разошёлся.
Вскоре выяснилось, что он питает некоторый мужской интерес к моей коллеге Наталье Викторовне, учителю (именно так: ненавижу слово «учительница»), начальных классов.
Лёня собрал досье. Из «минусов» в нём (в досье), значились следующие черты: непостоянство, возраст (Наталья на пять лет старше Леонида, но выглядит вполне отлично), излишняя полнота. «Плюсов» было больше: призывная сексуальность, минимальность «нагрузки» (единственный сын Митька закончил девятый класс, поступил в техникум, а летом вовсю вкалывал на стройке, принадлежащей его родному папаше и никак не мешал матери организовывать личную жизнь), ну и отсутствие в данный конкретный момент препятствий в виде бойфренда, что «тожеоченьнемаловажнововсе» (С).
После первой бутылки Лёнчик «раскололся». Он дико хотел «трахнуть Натаху», причём все отрицательные последствия данного акта его не только не отпугивали, но и слегка возбуждали: натахины габариты он делил на одну целую и пять десятых, в итоге выходили классические 90х60х90, а её некоторую ветреность он считал залогом того, что незначительное количество алкоголя позволит ему (Лёне) овладеть Натальей, ну а потом она поймёт, что хуже/лучше уже не будет, а там уж как-нибудь.
Если вы предположили, что Лёня попросил моей помощи, то вы угадали.
Он так и сделал, тем более, что его мечта считалась подругой моей жены, и была приглашена на очередную некруглую отметину.
Как и было задумано, Наталья, выпив немного лишнего, засобиралась домой, тут я звякнул Лёне, после чего он возник возле моей калитки как бы случайно. Отдав ему какие-то документы (совершенно левые бумажки, валявшиеся на столе), я сделал вид, что мне ничто не интересно, и удалился, заодно предложив лёниной избраннице составить компанию моему хорошему товарищу, мол, пешком далековато, а тут такая оказия.
Поскольку отказа не последовало, я решил продолжить веселье, заключавшееся в употреблении разнообразных алкогольных напитков, тем более, что две проблемы удалились в туман с совершенно недвусмысленными намерениями.
АВОТХУЙ!
Наутро мне было не до них, собственно, мне было вообще ни до чего.
Прошло несколько дней, потом Лёня приехал звать меня на рыбалку.
Бухать как бухать: как всегда, я был готов, как пионЭр.
«Ну и как тебе семейная жизнь?», - начал я, и осёкся: Лёня явно не был предрасположен к откровенности.
Алкоголь делает чудеса, но не в тот раз: Лёнчик вертелся, как глист на днище унитаза (отвратительное сравнение, не так ли?), но так ничего и не ответил. Не дала, ну и всё. Не дала. Не дала. Больная какая-то. Не дала. Дура она вольтанутая.
Не дала.
Ну, понятно. Нет, значит, нет.
В принципе, об этой истории стоило забыть, если бы во время очередной вечеринки Наталья не хватила лишку и не решила бы исповедаться моей супруге.
В общем, Лёнчик действовал правильно. Но в самый последний момент у Натальи включились воспоминания.
«Понимаешь, я уже с Серёгой (будущим бывшим мужем) вовсю трахалась, то в роще за школой, то за клубом, то на речке, то на лавочке возле вокзала, а Лёнька мелкий ещё был, и почему-то он всегда где-то рядом возникал с игрушечным автоматом и расстреливал нас, брызгая слюнями. И когда я это вспомнила, напал на меня такой ржач, что вся эротика куда-то делась, а Лёха сначала охренел, а потом плюнул, отвёз меня домой и уехал с гиперсветовой скоростью».
У этой истории есть относительный хэппи-энд. Осенью Лёне позвонил сосед, объяснил, что повёз городскую родню за опятами и застрял в лесной луже, попросил приехать и выдернуть. Лёнчик поехал и выдернул.
В общем, сейчас он живёт в городе со спасённой соседской племянницей, по последним сведениям, она ему предъявила две полоcки.
А к Наталье припёрся пьянющий бывший муж и сказал, что прощает, всё понимает, бросает пить, любит, хочет, не может без неё, и т.д.
Правда, на днях снова видел его пьяным…
Хрен их всех разберёт, n'est-ce pas?
|
|