Результатов: 53

51

Давняя, но ужасно поучительная история о краже гусей, везении и свободе.

В конце 80-х, будучи 20-летним хорошим мальчиком, попал я в напарники по
работе к 27-летнему уголовнику с двумя сроками за душой и полностью
отмороженному, в плане выпивки.
То есть после стакана - всё... Крышу сносит, тянет на приключения.
Работали мы тогда в пригороде Москвы, есть такое местечко на Дмитровке,
г. Лобня. В Лобне есть часть города, где домишки исключительно
деревенского типа, ну и уклад жизни - соответствующий. Есть там и
птицефабрика. Была в то время...
Однажды мой напарник, сославшись на необходимость принять на грудь,
увлек меня в магазин, где были приобретены три бутылки сладкой настойки,
по имени "Спотыкач". Чудный напиток, но коварный.
Пригубив по стакану мы опьянели, и на все мои уговоры тихо слинять по
домам напарник решительно заявил, что необходимо срочно идти на
птицефабрику, поить сторожа, ибо тот после возлияния непременно одарит
нас парой-тройкой гусей, или уток, а мы возьмем себе по одной птичке, а
третью отнесем нашему шефу, чтобы он не сердился за наш загул.
Логика была железная, не согласиться было нельзя, особенно после второй
бутылочки.
Ну и пошли. И пришли, а сторожа нет. Куда-то делся. Напарник принял
единственно верное решение (Ччо? Зря приходили?!!)- ломать маленькую
дверь в гусятник, через которую птицам задают корм.
Гуси подозрительно загоготали, когда напарник влез в их жилище.
Через минуту мне был выброшен наружу первый трофей. Абсолютно живой и
здоровенный гусь! Он орал,- я тоже! Я не знал, что делать с ним, ибо
видел живую птицу только в зоопарке. Напарник вылез, и показал как надо
скручивать шею гусям. Я понял, и второму пернатому скрутил шею, крылья и
всё, что попало мне в мои очумевшие ручки, самостоятельно. Через десять
минут у входа в птичник на земле валялось с десяток "трофеев".
Тут вылез напарник, и сказал, что теперь моя очередь ловить, а он будет
следить за шухером, ну и гусей принимать в обработку..
Я полез. Никаких мыслей о том, что это как минимум нехорошо у меня в
голове не было. Там был "Спотыкач". Со всеми, проистекающими из него
последствиями...
В общем, когда залез в птичник, я был ошарашен несметным количеством
орущих и бегающих в дерьме крылатых зверей. Их было сотни две, они
норовили забиться в угол, удрать, но в руки не давались. Пришлось
проявить фантазию... Я бросался на них в прыжке, целясь в самую гущу, и
мне везло! Каждый прыжок был удачным. После падения в руках у меня
оказывался один гусь. Я выбрасывал его наружу, напарник хватал, я снова
бросался в бой, и извалявщись в птичьем помете по самые уши - утомился.
Решил, что уже хватит на всех.
Когда вылез на свет божий, увидел умиротворяющую картину: вокруг
напарника на земле лежали тушки двух десятков злодейски умерщвлённых
птиц, а сам он пил из горлышка тот самый, сэкономленный в отсутствии
сторожа, "Спотыкач".
Долго-ли, коротко-ли, но мы добычу связали за шеи нашими брючными
ремнями, взвалили на плечи, и сгибаясь от тяжести поплелись в сторону
нашей конторы. Шли медленно по Рогачевскому шоссе, ни от кого не таясь,
и пытались методом голосования остановить попутку. Гуси весили
неимоверно много. Видимо их хорошо кормили...
Но никто не останавливался, и понятно было-отчего. Оба охотника были
покрыты пухом и дерьмом равномерным слоем. Запах от нас шел сильный и
устойчивый. Мы шатались. От усталости и "Спотыкача"...
И тут повезло, рядом с нами остановился "жигуленок", из него вышли двое
в штатском, и предложили отвезти, куда надо.
Мы радостно закидали связки гусей в багажник и салон, а когда втиснулись
в машину сами, то на наших обессиленных дланях моментально оказались
наручники... Добрые люди..
Это были опера из райотдела. Вызванные сторожем ограбленной птицефермы..
Сэкономили бутылек, называется..
В дороге начали трезветь, стало знобить от осеннего холода и мрачных
перспектив на ближайшие пару-тройку лет, заботливо обрисованных добрыми
операми.
В отделе нас приняли весьма радушно. А что? Дело-то раскрыто, матёрые
расхитители социалистической собственности пойманы, пропажа - найдена.
Дело в шляпе.
От неминуемой отсидки нас спасло чудо. То ли милиционерам самим
захотелось свежей гусятины, то ли ещё какие соображения у них были, но
нам было предложено окупиться деньгами, оставить добычу и валить.
На счастье, в моих карманах оказались деньги. 19 руб.20 коп.
Эта сумма удовлетворила служивых, и мы были выпущены на СВОБОДУ.
Оборзевший напарник даже умудрился выторговать двух гусей для нас.
И мы вышли на улицу из ОВД.
Никогда не забуду те ощущения.-Холодно, темно, трясет озноб от страха,
что за свою глупость и жадность можно было ПРОВЕСТИ В КОЛОНИИ НЕСКОЛЬКО
ЛЕТ, но неожиданное спасение пришло. В виде 19 рублей и 20 копеек.
Как я добрался домой, в Москву, как зашли к шефу с гусиками под
мышкой-отдельная история..
Только этим вечером, уже отмытый от помета, но сохранивший его
неимоверный запах, сдобренный (немного!), одеколоном "Дзинтарс" я сидел
на концерте Задорнова(билеты были куплены заранее), и ржал. Громко,
истерически. Соседи с ближайших кресел удалились через минуту, когда
унюхали от кого так несёт птицей... А я ржал, хихикал и вспоминал
птицефабрику, чертова напарника, оперов и себя. В пуху, дерьме и с
гусями на шее...
Мораль: Люди!!! Будьте бдительны! Если "Спотыкач" в голове-сидите дома,
иначе-себе дороже...

52

ИЛЬЯ МУРОМЕЦ
Прошло уже двадцать пять лет, а я все вспоминаю и не перестаю удивляться
одному странному человеку по фамилии Потоцкий.
А дело было так…
Псковская область, учебка ПВО.
Поскольку СССР тогда еще не развалился, мы в казарме во всей красе
поимели оголтелую дружбу братских народов, но главные проблемы возникали
у нас из-за узбеков. Было их в нашей роте человек тридцать, отсюда и
проблемы, ну как проблемы… они собирались оптом и регулярно нас били и
от этого естественно у нас бывали проблемы…
Грузины держались друг за друга, казахи тоже не давали себе в кашу
плевать, а вот за нас русскоукробелорусов, некому было заступиться. Мы
никому не были нужны, даже самим себе, вот и терпели регулярные набеги
от тамерланова войска.
Самое большее, что мы могли выставить – это человек десять (У остальных
наших воинов возникали неотложные дела…) Вот и получались не эпические
битвы, а доказательство преимущества среднеазиатского образа жизни.
Но вот, месяца полтора спустя на пороге нашей казармы появился Он.
Ростом не особо высок, но метра два в нем, конечно же, было, может чуть
больше.
Голова огромная как у коня, пузо выпирает и если отойти подальше и
посмотреть издалека, то по пропорциям кажется, что он маленький и
толстенький, но как только к нему приближался обычный человек, то от их
сочетания становилось понятно, что в этой жизни, не все еще нам понятно…
Родом он был из глухой белоруской деревни и носил гордую фамилию
Потоцкий.
По натуре был он человеком ласковым и стеснительным и это как раз не
удивительно, ведь иначе какой-нибудь любвеобильный кроманьонец, так бы и
не осмелился приблизиться к неандертальцу - далекому предку нашего
Потоцкого по женской линии.
Потоцкий почему-то панически боялся любого начальства, даже сержантов,
он был медлительным и совсем неспортивным человеком, но при массе в
двести килограммов и силой, как у оборотня – это были абсолютно не его
проблемы.
Командир части, называл нашу роту бандеровским отрядом. Представьте себе
- рота солдат, позади которой марширует гигантский человек одетый в
черный зэковский бушлат, серые брюки, на голове маленькая тюбетейка в
виде солдатской шапки, а на ногах сапоги с разрезанными сзади
голенищами. Из всего необходимого обмундирования, на складе только и
оказалась шапка и кирзы сорок восьмого размера, а остальное – в чем
забрали в армию, в том месяца три и служил, аж пока не пришла из округа
сшитая на заказ гулливеровская форма.
Не знаю почему, но мы с ним как-то сразу сдружились, хоть по началу я
опасался приближаться к этому огромному человеку, мне очень стыдно, но я
боялся, что он меня укусит, если вдруг сойдет с ума. Вам это, наверное,
покажется смешным, просто вы Потоцкого не видели. А вот дрессировщики
львов меня поймут…
Первый раз он удивил меня, когда рота получала на складе толстые
солдатские лыжи для кросса. Нескольким счастливчикам не хватило и они
отправились в теплую казарму ждать возвращения уставших героев-лыжников.
Время поджимало, скоро на старт, все подгоняют крепления и цепляют к
ногам тяжеленные дрова, а Потоцкий зудит мне над ухом со смешным
белорусским говорком:
- Ой, мамочки, ой убъющь я на этих прыдуркаватых лыжах, я же сроду на
них ня ездиу. Ой шо са мной будзе…
Вдруг за спиной послышался громкий треск, от которого я подпрыгнул – это
мой огромный друг незаметно сломал свою лыжу пополам, просто держа ее
поставленными рядом ручками. Я пробовал потом переломить такую дровыняку
об колено, неа, не смог.
Время шло и рано или поздно, но Потоцкий должен был нарваться на
тамерланово войско из тридцати сабель…
И этот день настал.
Обед. Наш богатырь возвышался с краю стола и привычно держал миску за
дно, как блюдце (так ему было удобнее), напротив Потоцкого сидел
свирепый узбек – главный батыр и предводитель их войска. Батыр решил -
«пора», схватил черпак и начал трясти его перед огромным добродушным
лицом белоруса, выкрикивая всякие тюркские ругательства…
Гигант промолчал, опустил глаза и молча продолжил есть дальше. Тут и
батыр довольный произведенным эффектом отложил черпак и тоже вернулся к
трапезе.
Внезапно (хотя слово «внезапно» придумано не для динозавров) Потоцкий
улучил момент и дал узбеку отцовского леща.
Батыр даже не ойкнув рухнул лицом в тарелку обрызгав супом всех за
столом.
Крики! шум! угрозы! Земляки вынесли тело батыра на улицу, только там к
нему вернулось сознание.
Я, как и все русобелоукраинцы нашей роты, понимал что жить нам осталось
примерно до ужина, да и хрен с ним, не впервой, но что это за лещ такой,
от которого человек напрочь выключается?
И Потоцкий еще раз продемонстрировал этот фокус на солдатской миске, тут
все встало на свои места. После леща по дну, миска навсегда потеряла
симметрию и сделалась неустойчивой, как будто грузовик проехал.
Вечером мы сидели в полупустой казарме и тихо беседовали. В воздухе
пахло кровью, да и ощущения мерзкие – не поймешь толи жарко тебе, толи
холодно. Страшно, одним словом.
Весело и беззаботно было только чудо богатырю и он болтал без умолку о
разных гражданских глупостях. Я попытался вернуть его на нашу грешную
татаро-монгольскую землю:
- Видимо сейчас придут узбеки тебя бить. Ну и нас четверых заодно. Надо
бы приготовиться как-то…
- А чего там готовится, как придут, так и наполучают ляшчей, как сьоння
в столовой. Я, кстати, часто дома драуся дярэуня на дярэуню. Ох и вещело
было. Придет ко мне одна дярэуня, даст деньог и я иду с ними лупить
тамтую дярэуню. А потом наоборот – те собрали деньог, заплатили мне и мы
идем лупцевать перших…

Но веселее от этого святочного рассказа нам не стало. Видимо наш
бандеровец не очень себе представлял коварных азиатов в количестве
тридцати штук.
Ну, вот и все.
Топот сапог, сквозь лес коек мы увидели вражье войско. Узбеки стояли в
центральном проходе и гортанно выкрикивали:
- Патоски, выхади шакал, убивать тебя будем!
Потоцкий поднялся с табуретки и направился к ним с трудом протискиваясь
между коек.
Мы вчетвером встали и обреченно поплелись за ним.
Белорус оглянулся и спросил с улыбкой:
- Ой, а вы ж куда? Щидите тут, шобы я вас случайно не зачапиу. Щидите
гавару!
Мы послушно сели, а дальше начались живые картинки из русских эпических
былин.
Илья Муромец подошел к воинству поганому и сказал:
- Шо чурки не русские, приперлища?
Самый могучий Челубей еле доставал Муромцу носом до бляхи ремня.
И тут началось – все тридцать бусурман с гиканьем кинулись на Богатыря
со всех сторон, пытаясь его расшатать. До лица, конечно, никто достать
не мог, поэтому их азиатские кулачки уютно тыкались богатырю в огромный
живот как в подушку.
Самое дикое, что Потоцкий смеялся. Ему было весело!
Ситуация становилась патовой, Муромец их не только не бил, но даже не
воспринял всерьез, а визгливое войско Батыя безрезультатно раскачивало
богатыря, будто дошколята борются со своим игривым отцом.
В конце концов Потоцкому это наскучило и он решил освободиться от этих
гигантских пчел. Богатырь хватал врагов за ремни, бережно отрывал от
пола и откидывал от себя метра на два. Сразу по двое. При этом он
счастливо хохотал и комментировал:
- Потешные вы чурки, как дети малые. Летите уже, поигралищя и буде…
Бусурманское войско пришло в замешательство, первый раз в жизни их
неистовый бой превращался в балаган.
Тут кто-то из них вспомнил про ремень, извернулся и достал богатырю
пряжкой до лица.
Потоцкий издал рев как из ночных джунглей, резко выхватил обидчика из
толпы и только теперь включив всю свою звериную дурь, двумя руками
забросил его вертикально вверх. Узбек с глухим ударом встретился с
высоким казарменным потолком и посыпался вниз вместе с разбитыми лампами
дневного света.
Потоцкий как цирковой лев, прорвавшийся на зрительские трибуны, сеял
панику и разрушения. Лютые враги моментально превратились в
пингвинчиков, которые с пробуксовкой сваливали от вертолета. Потоцкий
хотел уничтожить всех, но, к счастью, так никого и не поймал.
Несколько секунд и казарма опустела. Один особо впечатлительный узбек,
даже бросил табуретку и попытался выпрыгнуть вслед за ней в разбитое
окно…
Муромец вернулся в наш угол, мы слегка напряглись (черт его знает, как у
неандертальцев с торможением…) Он сел на свой табурет, пощупал вспухшую
губу и сказал:
- Эх, перестарауся, боюся я, шо чурки всеж таки заложат меня сержантам.
Хлопцы, може у кого жеркало есть глянуць на свою рожу?

53

Кишечной схваткою гоним
Я к санузлу вовсю стремился,
И вдруг какой-то гражданин
На перепутье мне явился.
Глазищем с облачным бельмом
В мои глаза бурился он:
Как банный лист ко мне прилип
И громко крикнул: "Стой, мужик!"
Десницей наглою своей
Меня хватал за мой филей.
А я, желав освободиться,
Лягался, словно жеребица,
Но он, цепляясь мне в фалдЫ,
Кричал, "Мужик, не бзди. Иди сюды".
Меня в кабинку затолкал
Насквозь всё видящий нахал,
И падали в очко мои
Как жала мудрыя змеи
Пылающие экскременты,
Пока я был на постаменте.
И он зашел ко мне в кабину
И молвил: вот бумага, мыло,
Вот вафельное полотенце..
Услуги все – от всего сердца..
И выдрал из мошны моей
Монеты две
По пять рублей..

12