Результатов: 176

151

Илья Муромец и Соловей разбойник.

В стародавние годы далёкие, да под Муромом городом славным.
Возлежал богатырь на диванчике, узнавал в интернете о главном.
И не лень его в этом причиною и хотел помогать он родителям.
Только ноги его не работали и совсем не умелось ходить ему.

Излеченье пришло неожиданно, Чумака рукоблудием, грешным.
И поднялся Илюша на ноженьки, ломанулся на подвиги спешно.
Оседлал он, конягу - японскую, да последней модели спортивной.
И поехал спасать землю Русскую, где хозяйничал ворог противный.

Ехал долго, Илюша, ли коротко, и до леса добрался дремучего.
Все деревья там были повалены, и кружили вокруг мухи тучами.
Старичка он увидел на дереве, тот за скулу держался страдаючи.
Подкатил богатырь к нему весело и сказал, нежно битой играючи.

Что сидишь супостат ты на дереве? Аки дятел какой недоделанный.
Коль не хочешь со мной разговаривать, петуха из тебя сейчас сделаю.
Дед смотрел на него, болью мучаясь, бор машину себе представляя.
Ты бы ехал Илюша спокойненько, видишь - зубом я сильно страдаю.

И шмальнул богатырь из «Макарова», и попал в деда пулей резиновой.
И пинал его долго ногами он - деду челюсть, Илья, протезировал.
Нацепил он бандиту наручники, так, что дед с перепуга оправился.
Привязал он его к своей лошади и к царю во столицу отправился.

От подарка такого нежданного, царь, абсента хлебнул без закуски.
И слегка окосев неожиданно, пригласил он Илюху на службу.
Ты в дружину иди мою славную, над ОМОНом поставлю командовать.
Ещё много в лесах супостатов-то, шеи нужно им всем посворачивать.

Извинился Илюша почтительно: - Не привычно, мне, княже командовать.
Но служить буду верой и правдою, и победой над ворогом радовать.
Только шоблы твоей – мне не надобно – сам найду я себе сотоварищей.
Ты следи перебоев, чтоб не было – с бормотухой – зело опьяняющей!

152

НЮРКА
(из серии "Вот так рождаются стихи")

"Я помню чудное мгновенье"
А.С.Пушкин

"Кому на Руси жить хорошо?
Гагарину Юрке. Буфетчице Нюрке. Леониду Брежневу...
А остальным - по-прежнему".
Анек эпохи 70-х.

В 1973 году отдыхал на лодке в Ольгинском проливе близ 3-го шлюза дамбы в Конче-Заспе, что в 24 километрах вниз по Днепру от Киева. И заключил бартерную сделку, ещё не зная этого термина, с буфетчицей Нюркой близлежащей базы отдыха трудящихся крупного киевского предприятия.

Буфетчица снабжала меня бройлерами, китайской тушёнкой, кто помнит - в красивых прямоугольных банках, растворимым кофе, сервелатом, маслом, сахаром, шоколадными конфетами и прочими дефицитами, которые выдавались отдыхающим базы строго по лимиту.

На меня лимит не распространялся - в порядке этого самого бартера я поставлял Нюрке царскую рыбу - увесистых сомов, линов, судаков и сазанов, которых как подводный охотник стрелял здесь же, в Ольгинском, где знал каждый корч, каждую яму и другие места тусовки добычи. Часть рыбы Нюрка продавала через свой буфет, часть приватизировала для личного потребления.

И в процессе бартера хорошие деловые отношения переросли в нежные личные: Нюрка влюбилась в меня как Тузик в грелку. Ещё бы - такой мужик ей ещё никогда не попадался: трезвый и некурящий интиллихент, не матерится, опрятный, на аккуратной сине-белой лодке, с красавцем, белым королевским пуделем. Да всегда чисто выбрит (правда, это была вынужденная мера, чтобы маска получше прилегала к лицу и не пропускала воду, но Нюрка об этой технической подробности не ведала). Ну, ещё хорош собой, обходителен. Да, судя по закупкам к приезду гостей, не бедный. И к тому добытчик царской рыбы, а не костлявых лещей, которыми её заваливали местные непросыхающие вонючие рыбаки - соискатели самогона, который Нюрка контрафактно сбывала.

Дефициты Нюрка выдавала мне в подсобке, которую запирала на щеколду и норовила меня завалить на мешки с сахаром. Но тут ей был отлуп - я отдыхал на лодке не только с белым королевским пуделем Атосом и подводно-охотничьей снарягой, но и с любимой супругой. И для меня "семья" - слово, от которого в моём еврейско-польско-русско-украинском сердце сливалось не меньше, чем в просто русском сердце при слове "Москва".

Поэтому всё, чего от меня удостаивалась дрожащая от страстного нетерпения Нюрка - ну, там вежливо пошшупаю плотный буфетчицкий жопень да нежно потискаю сиси 4-го калибра - не без того, не жлоб же какой, не оказывающий никакого внимания пылкой Женщине! Но больше - ни-ни. "Потерпи,- говорил,- до 28 августа - в этот день моя должна быть на заседании кафедры и уже останется в Киеве, а я с неделю буду одинок, вот тады моим одиночеством и воспользуесси".

И как только я отвёз благоверную домой и вернулся, Нюрка уже нервно прогуливалась по дамбе насупротив нашего лагеря - дальше Атос не пустил, исполняя обязанности сторожа. И не дал себя даже погладить - рявкнул так, что бедная Нюрка испуганно отскочила. Хотя в ипостаси сопровождающей меня в буфет морды пёс очень даже ластился к ней за колбаску.

К тому же он пребывал не в духах - обиделся, что не взял его с собой, когда отвозил в Киев благоверную. Хотя я объяснил псу, что кто-то же должен был стеречь лагерь, и он со мной согласился да остался сторожить наше нехилое добро - лодку, палатку, газплиту с баллонами, погреб с продовольствием, холодильник, канистры с бензином, и т.д, и т.п.

А как только я вернулся, пудель помчался за Нюрой и привёл ко мне, резко сменив гнев на милость: принял как лучшую подругу, облизывал руки и усиленно вилял хвостом - извинялся за причинённый ей испуг при исполнений обязанностей. Мол, извини, ничего личного - бизнес!

Правда, в палатку нас не пустил, но мы не гордые, перенесли постель в лодку, разложили в сидения в диван, подняли тент, и изголодавшаяся Нюра погнала такую волну, что метеослужбы зафиксировали непонятное природное явление - местный шторм в районе Кончи-Заспы.

Да в Нюре вспыхнул такой огонь, что если б я тоже так воспылал в ответ - чёрт его знает, какие непредсказуемые события случились бы дальше. Это даже могло кончиться пышной многоплодной беременностью не только Нюры, но и моей, поскольку дама предпочитала резвиться сверху.

К счастью, меня отвлекла главная страсть - охотничья: в конце августа-начале сентября в Ольгинский залив массово заходили сомы, лини, судаки и сазаны, нагулявшие за лето нехилые килограммы. Начиналась настоящая пУтина. Уловом набивал обширный садок, чтобы к концу отпуска привезти в Киев мешок отборной рыбы и устроить раздачу слонов - родным, близким, друзьям, подчинённым...

И до отъезда домой пережил сумасшедшую неделю: днём - рыба, вечером, ночью и утром - баба. И так всё перепуталось, что даже даже стал побаиваться: не трахнуть бы рыбу, а гарпун не всадить в бабу.

Вестимо, я же не железный, к концу обе страсти выдохли меня до такого истощения, что потом дома отсыпался несколько суток. Тем не менее эти незабвенные дни гальванизировали меня на возвышенный стиш, который посвятил его виновнице Нюре - аки Пушкин Анне Керн (куды конь с копытом, туды и рак с клешней):

Н.С.

Вот и увяли цветы удовольствия.
Я отощал, словно брошенный пёс.
Хочется только теперь продовольствия.
И хорошо, что хоть ноги унёс!

Вкрадчивым шёпотом, негой и ласкою,
И красотой изумительных поз
Вы из меня даже душу вытаскивали.
И хорошо, что хоть целый уполз!

Так и не понял - кто: ведьма вы, фея ли?
В море огня и желаний немыслимых
Столько навеяли - сколько развеяли...
Но я всё думаю: вовремя смылся ли?

... Вестимо, этому стишу до пушкинского - дистанция агромадного размера. Такая же, как простой буфетчице Нюре Степанне Горпинченко из жлобского XX-го столетия до царской генеральши Анны Петровны Керн из романтичного XIX-го века .

© Алик, дайвер, капитан маломерного судна "Прогресс-2"

153

Alena: вот вы уже спите, а я с балкона наблюдаю, как жених уронил невесту в овраг, белка прыгнула на петарду для свадебного салюта и самоубилась, а толстая девушка в зеленом платье рыдает прямо посредине открытого бассейна аки Аленушка. А воздушный шар с корзиной, нашпигованной шестью гостями, зачем-то сел на макушку елки, и они как-то оттуда жалобно кричат. На табличке у входа в отель написано - свадьба Иры и Кости. Мне кажется, все в жизни у Иры и Кости будет зашибись. Горько, чо :)

154

САМ ВИДЕЛ.3:0

Начало положено.
Впрочем, это можно было предвидеть заранее.
Великороссия уверенно «отволейболила» Великобританию.

И поверьте: наши суперлёгонькие девахи
Всю дорогу порхали легко и свободно над сеткою.
Аки птахи! :)

155

Слово о полку Пиdoreve

Ой вы гей, гой еси добры молодцы!
Всё бы вам миловаться да тешиться…
Облачаетесь в стразы да в золотце,
Как в Купаловский день красны девицы.

С порошочком резвитесь, да с травушкой,
Что в Москве продается задорого.
Веселите под хвостик забавушкой
Своего любострастного отрока.

Прожигаете жизнь безмятежную,
Скука горькая пуще неволюшки,
И ведете сраженья потешные
С нежным вьюношей, да в чистом полюшке.

А не ведомо вам, что отечество
Окружили стеной неприятели,
Вековые враги человечества,
Что от крови младенческой спятили.

К нам, в седой монастырь града Мурома,
Из далекой, греховной Московии,
Как глашатай беды неминуемой,
Понаехал знаток богословия.

Протодьякон, увенчанный митрою,
Кубок с брагою выпив до донышка,
Рассказал, что у княжича Дмитрия
Появился младенец – Айфонушко.

Что давно одолела нечистая
Одного из Кремля долгожителя,
И что иноки молятся истово
За невнятный рассудок правителя.

Что решения вече народного
Чародей бородатый коверкает,
Что от хамства его сумасбродного
Даже схимники хлопают дверкою.

Житие отшумело привольное,
С развеселыми песнями-плясками -
Ополчилась на первопрестольную,
Сила черная, злая, кавказская…

Навалилось на Русь время смутное,
Тьма кромешная, лихо уродское.
Власть продажная – девка беспутная,
Умножает печали сиротские.

Пробавляясь в пирах нескончаемых,
Озоруют детишки вельможные,
И в распутстве бесстыдном, отчаянно,
Непотребства творят всевозможные.

Разоряет казну государеву
Ненасытное племя сионово,
Что в ночи притаилось до зарева,
Словно хитрая тварь хамельенова.

Место гиблое - площадь Болотная.
Там лютуют людишки поганые.
С виду злобные, аки животные,
Возвещают с трибун речи бранные.

Басурману заморскому молятся,
Бьют в посольстве поклоны Макфолушке.
Взять бы их, отвести за околицу,
Да с размаху по темечку колышком…

Все идет круговертью безумною,
А отчизну беречь стало некому.
Тучи спрятали небо лазурное,
Жалят громы над бурными реками.

Стонет евнух, отчаянно трусящий,
Да за сотни верст нету спасителей,
Уж давнехонько бедные русичи,
Православного войска не видели.

Повсеместно знаменья чертовские,
Милость Божия миру не явлена,
И великое войско Московское
Сердюковщиной подло потравлено.

Лишь в былую годину, до звонницы,
Иногда защищали нас всадники -
Воеводы татарского конница,
Нургалиева грозные ратники.

Но, при полной луне, с изощренностью,
С ними часто случались мутации.
Сколько их, оскудевших законностью,
Полегло на полях аттестации...

Покатились их буйные головы
По кривой, безотрадной дороженьке,
Не осталось от войска веселого
В результате совсем ничегошеньки.

Позабросили сабли булатные,
В кандалы заковались острожные,
Возмещая долги неоплатные
За былое мздоимство безбожное.

Не осталось усердных радетелей
За Расеюшку благословенную.
Твердь земная кроваво отметила
Роковые врата над геенною.

Так доколе терпеть унижения
Под нещадной пятой истязателей?
Или дружно идти в услужение
К душегубам, что совесть утратили?

Хватит попусту праздно балбесничать,
Петушки, голубочки, да педики.
Неуместно в харчевнях трапезничать,
И дарить полевые букетики.

Соберем мы из вас ополчение,
Сладострастное войско умильное -
Из колечек да страз облачение,
От Версачушки с Гучишкой, стильное.

Облачившись в кольчугу исправную,
В меди шлема, пока еще целого,
Государю служить верой – правдою,
Не щадя живота драгоценного.

Как один, все с дуплом, словно дерево,
Своенравны, гламурны, да ласковы,
Соберутся Керкоровы, Зверивы,
Трубочи, Моесеевы, Пасковы.

Только спереди в латы закованы,
У врага вызывая сомнения,
В бой, на сечу пойдет люд диковинный,
Не боящийся срама пленения.

С голым задом рванут в рукопашную,
Повергая нечистых в смятение.
Устрашит их походка винтажная,
И в атаке попсовое пение.

Как увидят враги это дивушко -
Убоятся до дрожи, до ужаса.
Пропадет их злодейская силушка,
Улетучатся храбрость и мужество.

Побегут супостаты зловредные
С боязливостью и малодушием.
Позабудут про марши победные,
Побросают со страху оружие.

Ясным соколом взвеется весточка
В Муром-град, над лесами дремучими.
Нежным шорохом каждая веточка
Оглашает побед благозвучие.

И воспрянет Русь-матушка с радостью,
Скинет разом оковы гнетущие,
Возликует с душевною благостью,
Помолясь, устремится в грядущее.

Поднимая хоругви цветастые,
Прошуршат, маршируя с отмашкою,
Те, что звали себя педерастами,
По лицу ударяя ромашкою.

И в былинах поведают отрокам,
Как порою вредна гомофобия.
Подражая их доблестным подвигам,
В слободах расплодятся подобия.

А на всяком, торжественном празднике,
Вознесется хвала добрым воинам.
Будут всюду герои-проказники
Винным зелием щедро напоены.

Как дойдет для гламурно-помешанных
Дерзновенная суть мужеложества -
Заведется фанатов изнеженных
На земле превеликое множество.

И пока все у нас через задницу,
Через жопушку нашу, родимую -
Русь святая навеки останется
Светлой вольницей непобедимою.

На заре защебечет соловушка,
Зазвенит по земле песня ранняя,
Разнося по любимой сторонушке
О полку достославном предание.
© protoplazma

156

Академик Виталий Иванович В. за кружкой крепкого (чаю) неожиданно разговорился о своей службе в ракетных войсках. Видимо, секретные 50 лет оттикали. Он был солдатиком где-то между северной Камчаткой и южной Чукоткой. Сверху падали ракеты, запущенные из Казахстана, а они должны были их подбирать, чтобы ни один, даже самый крошечный обломок не достался вражеским шпионам. Чаще падали отработанные топливные ступени, при спуске из космоса они крошились немилосердно. Случались и прицельные пуски болванкой по самой части, чтобы далеко не искать - всё равно разброс был порядочный.

На месте одного из обломков увидели неслабый кратер, а вокруг на снегу - следы крошечного человечка, маленьких полозьев и нескольких собачек, поверх них - следы хорошо организованной группы лиц, больших полозьев и множества оленей. Сам обломок исчез. Это было ЧП. Надвигалась пурга, готовая замести все следы в считанные часы. В воздух подняли вертолёты. Хвостами вверх пара винтокрылых пошла гуськом по следу на малой высоте, аки гончие. Другая пара с группой захвата страховала сверху, срезая крюки. Оказалось, какой-то чукча сотоварищи прибрал увесистый кусок советской стратегической ракеты дальнего действия, чтобы пойманная рыба под ним лучше прогревалась на ярком солнышке...

157

Дело было в 1994 году в одной войсковой части на Кольском полуострове недалеко от Финской границы. Я служил по контракту. В один из выходных дней, когда руководства в части не было, личный состав, несший боевое дежурство, дружно отмечал день рождения одного старшего лейтенанта. А  так как действо происходило за полярным кругом, пили конечно спирт. Ну и когда все уже были на хорошем веселе, решили в честь именниннка дать,  так сказать, торжественный салют. На позиции стояла Зенитно-пулеметная установка (ЗПУ). Кто служил знaет, а для других поясню - это два спаренных пулемета калибра так милиметров 12. И вот посадили мы именниника на место стрелка, заправили в каждый ствол ленту. Ну мол стреляй. А на соседней сопке для пристрелки на столбе висит бочка. Старлей навел на эту бочку и давай на гашетки жать. Гром стоит от выстрелов, латунные гильзы на металическое основание сыпятся, стрелок от счастья визжит аки индеец. Мы видим, что снаряды ложатся в районе бочки (часть снарядов трассирующие). И в этот момент в зоне поражения возникает вертолет Ми-8, который неожиданно выскочил из-за сопки.

158

Котлета.
В деревне, где я проводил летние каникулы, жил пес, помесь дворняги с
забором по кличке Байкал. Однажды выходя на улицу, я прихватил с собой
кусок хлеба и только что пожаренную бабушкой котлету. Котлета была
только что со сковороды, горячая, и я держал ее аккуратно. Не успел я
выйти, как на меня налетел мой двоюродный брат, от столкновения мы упали
и естественно я выронил котлету, которая упала на землю возле гаража.
Упала она не далеко от угла гаража, за которым стояла будка, где
проживал Байкал.
Смотрю я на котлету и понимаю, что есть ее уже нельзя и надо отдать ее
Байкалу. В это время у меня над головой закаркала ворона и не спеша
направилась к котлете. «Фиг тебе» подумал я и громко крикнул на нее,
отлетев, она гневно каркнула на меня и стала чего-то ждать. Повернувшись
к котлете, я увидел, что кроме меня котлету заприметил еще и соседский
кот. «Да вы охренели что ли, халявщики» подумал я, и мы с котом
одновременно побежали, а точнее ломанулись к котлете. Я не видел, что
помимо меня с котом к котлете ломкнулся еще и Байкал, который,
наконец-то увидел котлету и несущегося к ней кота. Я видел только кота,
Байкал тоже видел только его, кот видел нас обоих, но все равно надеялся
что успеет. Видя, что кот успеет к котлете раньше меня я решил
преодолеть оставшееся расстояние в одном прыжке, и вот когда я взмыл аки
супермен я подумал, что все кирдык тебе котяра, но в этот момент я
врезался мордой в какой-то виноградный сук. В этот момент кот схватил
котлету, а Байкал схватил кота за хвост. Байкал уже праздновал вкусный
обед в виде котлеты и десерта из кота, когда сверху на них рухнул я.
Котяра, матеря все на свете, радостный улетел к себе домой, забыв о
котлете. Байкал смотрел на меня как на мудака. Пока мы пялились, друг на
друга, рядом с нами села та самая ворона и, каркнув, что-то вроде, «ну
вы и дебилы», спокойно взяла котлету и свалила. Ни я, ни Байкал даже не
попытались ее остановить.
P.S. Ненавижу ВОРОН.
P.P.S. На следующий день, возвращаясь домой, я увидел соседского кота,
который сидел в траве спиной ко мне. Меня он не видел. Такого подарка
судьбы я упустить не мог. Тихо подойдя к нему, я со всего маху дал ему
пинка. Кот сука сидел не просто в траве, он сука сидел на кирпиче,
который там валялся хрен, знает, сколько лет и весь оброс мхом и травой.
Я себе чуть палец на ноге не сломал.
P.P.P.S. Ненавижу кирпичи.

159

ДОРОЖHЫЕ ЗHАКИ
1. Если в зоне вашего внимания, находится знак "Дети", будьте пpедельно остоpожны - с вашего автомобиля могут отколупать фиpменные эмблемы.
2. Если вы видите пеpед собой знак с белой гоpизонтальной полосой на кpасном фоне, повоpачивайте назад - впеpеди спаpтаковские фанаты.
3. Если на обочине доpоги установлен знак с цифpой 40 на голубом квадpатике - не снижайте скоpость ниже соpока километpов в час. Хотя, если голубой фон вас не настоpаживает, можете не пpислушиваться к этой pекомендации.
4. Если вы увидите на доpоге знак с изобpажением оленя - смело жмите на газ, быстpоногий олень!

160

Сижу себе в депутатской приемной. За окном мерзкий дождичек. Внутри
помещения посуше, но тоже холодно и как-то влажно. Передо мной изрядная
стопка бумаги. Местные депутаты выдвинули законопроект. Теперь вот надо
его проанализировать и подготовить гордое «фи!» которое шеф заявит
коллегам-законодателям. Законопроект, честно скажем, диковатый. О чем я
шефа честно предупредил, только прочитав название. Но шеф мудр. Сказал
отбросить популизм и анализировать предметно. Ну и ладно, жираф большой,
ему видней. Анализирую.
И вдруг в мое мироощущение врывается звук. Помните, в старых советских
детских фильмах ходил Кощей Бессмертный, звеня шпорами? И сабля у него
на поясе висела, тоже стальным брякала? Не звонко и певуче, как
мушкетерская шпага, фильмах, а как-то ржаво полязгивая и скрежеща? Вот,
оно самое. Терминатор вернулся? Или избиратель на железной ноге пришел
за монетизацией льгот на машинное масло? Нифига.
Передо мной женщина цыганской наружности, лет 50-55 на вид. Лязганье
идет из мешка, который она приволокла собой и торжественно водрузила мне
на стол.
- Вот! - лаконично заявила посетительница.
- Что «вот»? - в свою очередь переспросил я.
- Ножи.
- И что?
- Очень хорошие.
- Вероятно. От меня-то Вы чего хотите?
- Купи!
- Нет, спасибо, мне не нужно.
- Купи, не пожалеешь!
- Нет, у меня есть ножи.
- -Купи, я тебе говорю, лучше не найдешь! Смотри!
И с этими словами чернявая коммерсантка вываливает из своего нечистого
мешка мне на стол целую гору тесаков различного калибра. Хватает самый
большой из них и, как гусар саблей, перед моим носом разрубает в воздухе
подброшенный другой рукой первый лист законопроекта.
Я тихо хренею от такого решительного подхода к вопросу и жму на кнопку
вызова охраны (с недавних пор поставили, после случая, когда в мое
отсутствие в приемную пришел мужик, залез на стол, распахнул плащи
продемонстрировал и без того офигевшей Юльке свои бледные сизые висячие
гениталии. Правда этим все и закончилось - Юлька с открытым ртом осела на
стул, а избиратель деловито запахнул плащ, подпоясался ремешком, слез со
стола и удалился. Истерика была позже и шефу был поставлен ультиматум:
либо он обеспечивает безопасность сотрудников, либо сам общается глухим
ночером в собственной приемной с залетными эксгибиционистами наедине.
Выбор был прост, а решение добродетельно. С тех пор у нас появилась
кнопка.) Жму я, стало быть, кнопку, а сам на кресле отъезжаю назад,
оставляя между собой и теткой из конницы Буденного естественное
препятствие в виде стола. Инстинктивно в руки хватаю остаток
законопроекта. Тетка хватает во вторую руку второй нож и начинает хищно
озираться по сторонам, пытаясь найти достойный объект для демонстрации
своих боевых навыков. Ножи в ее руках ходят в этот момент хаотично.
Пост охраны у нас рядом, потому грузный дядька в бронежилете в этот
момент уже входит в дверь, видит со спины тетку, не представляющую
опасности, обходит ее с фланга вытягивая куриную и грозно у меня
интересуется, по какой причине его, достойного мужа, отвлекли от
разгадывания кроссворда. Пытаясь выйти с охранником на визуальный
контакт, я покидаю кресло, двигаюсь к нему навстречу, также пытаясь
обойти фехтовальщицу сбоку.
Фехтовальщица круто оборачивается и оказывается лицом к лицу с
охранником. А он, в свою очередь видит перед собой два вращающихся, как
лопасти вертолетного винта, стальных клинка. Дальнейший ход событий
предвидеть я не смог. Аки австралийская кенгура, охранник прыгает назад
и нагло прикрывается МНОЙ от тыкающей ножами тетки!
Возмущения выказывать нет времени, не тот момент. Потому защищаюсь
единственным имеющимся в руках. Увесистым законопроектом. Который тетка
рубит в капусту и в итоге втыкает в него оба ножа. Гадкий охранник икает
в углу. Боевой задор демонстраторши идет на убыль.
Не вытаскивая ножей из проткнутого законопроекта, засовываю все обратно
к ней в мешок, оставшиеся на столе ножи оборачиваю мешком и вручаю
избирательнице.
- Уходите, говорю, мы милицию вызвали уже.
- Зачем милицию, хорошие ножи ведь!
- Ну вот сержанту и расскажешь, почему ты с мешком ножей по городу
ходишь.
На наше счастье в этот момент под сиреной по улице пролетала скорая
помощь. Только заслышав волшебный звук сирены, цыганка схватила свою
коммерцию и галопом ринулась наружу.
Мы остаемся с охранником в приемной одни.
- Сволочь ты все-таки,- говорю ему.
- Ага, сволочь, а ты видел, какой у нее тесак был?..- и пошел боком
обратно к себе в будку.
А я оделся, взял зонт и пошел домой. Законопроект все равно уехал в
цыганском мешке. В виде, исключающем правовую экспертизу документа. Вот
так впервые закон спас мне жизнь.

161

Мой дедушка, ныне покойный, з"л, рассказывал эту историю о смекалке
русского человека.
Дело было в середине войны, в марте, где - уже не помню, но не в этом
суть.
Наше и немецкое подразделения увязли в бою, в лесу. Наши то наступали,
то отступали, немцы соответственно тоже.
Пока было холодно, вокруг лежал лед и передвигались свободно, а как
потеплело, лед растаял и противников разделила грязь, вода и болото.
Наши на одной кочке, за холмом, немцы - на другой, метрах в 200. И
выбраться никуда нельзя.
Все было бы хорошо, да только полевые кухни как обычно в обозе, и отстали
и от наших и от немчур. На это и у тех и у других были сухие пайки.
Не знаю как немцы, а наши сложили все в общую кучу, и раз в день делили
по-братски на всех. А чтобы не было обидно - один отворачивался, и
второй показывая пальцем на приблизительно равные кусочки хлеба,
спрашивал:
- Кому?
А первый отвечал:
- Иванову
- Кому?
- Петрову
- Это кому?
- Сидорову
Ну и так далее.
Прошло несколько дней. И немцы и наши съели все припасы, и началась
голодуха.
Тут наш командир приказал и дальше каждый вечер разыгрывать сценку под
названием: Кому? - Петрову! - Это? - Иванову. Чтобы свой дух укреплять,
а вражеский - подавлять.
Через пару дней немцы подняли белый флаг и сдались. Все до единого, без
шума и стрельбы, по воде аки по суху перешли на кочку наших воинов.
Сдались и говорят: Русиш, ням-ням, кормите нас, пленных.
Наши посмеялись конечно. А вот немцам было не до смеху. Они оказывается
тоже голодали, и решили, что раз русские делят еду каждый день, значит
надо сдаваться, чтобы с голоду не умереть.
Через пару дней опять подмерзло, тут и кухня подоспела.
Низкий вам поклон, ветераны! Никто не забыт и ничто не забыто.

162

Ялта. 1976 год, мне шесть. Жара. Квасной-пивной ларек. Маман отлучилась за фруктами, я упорно стою в очереди. Стою... стою... наконец, солнце допекает мою бритую по случаю отпуска головенку, и я отхожу в тень. А там... а там 500-литровая бочка-прицеп по имени ПИВО. И шланг с мою ногу (тогдашнюю) уходит в собственно ларек. Я технарь с пеленок, и система штуцеров и хомутов, соединяющих шланг с бочкой, заинтересовывает мое отдыхающее эго с такой силой, что я отваживаюсь коснуться хомутика.

Далее как при ускоренной съемке.

Меня накрывает благоухающий вал пива. Иного слова не подберу. Струя с мою ногу (сорри за тавтологию) хреначит метров на 15 горизонтально (ну жара! Раскалились баллоны с углекислотой-то, давление атмосфер 15-20), под нее летят баскетбольным прыжком мужики с банками, полиэтиленовыми авоськами, горстями и просто распяленными ртами. От затаптывания толпой меня спасает (хм, спасает?) Хозяйка Ларька, десятипудовейшая хохлушка со стальными ручищами; брезгливо, двумя пальцами, берет меня, как котенка, за шкварник и зашвыривает в киоск, за холодные цистерны с совсем недавно вожделенным квасом.

Тут съемка таки замедляется, поскольку литра два-три пива под этим давлением в меня таки попало.

Я глупо улыбаюсь, привалившись к цистерне, пока Миссис Десять Пудов могучим басом выясняет у города, чей мальчик лысенький, убью нахрен. Я хочу пипи, но это только распаляет ораторские таланты бабищи.

Наконец, моя маман отрывается от торга с арбузником и дальше становится неинтересно. Осознав, что именно ее отпрыск стал потенциальным объектом насилия с участием обладательницы столь зычного голоса, мамочка аки лев одним прыжком достигает киоска, получает в лицо матюки и требование заплатить 200 рублей (!!!) за пролитое (???!!!) пиво, за что немедленно прописывает бабище свой коронный, отточенный на папане, удар слева в челюсть, берет меня под мышку и убывает в направлении набережной...

Как же ко мне принюхивались встречные мужики!!! Пацан, моченый в ПИВЕ!!!

163

Говорят - вреден воздух сухой.
Я купил увлажнитель воздуха,
чтобы утром с больной головой
не ходить за водой аки посуху.

В форме чайника - ставишь на газ,
и идёшь проверять бутылки.
Возвращаешься через час,
а на кухне уже парилка.

164

Мы, Император и Оператор Всея Руси, Малыя и Удобныя, Мобильныя и
Карманныя, Сименсовыя и Нокиа, повелеваем:
* Насадить повсюду машинку разговорную прозванием "телехвон". Чудо сие
компактно, стомелодно, полифонично, озорно и звоняй.
* Пейджеры боярам рубить, а вместо их на голландский, чухонский и
немецкий манер телехвоны на шее носить. Или на австралийский манер
телехвоны в сумке носить на поясе аки кенгуру.
* Женам боярским телехвонов не давать, дабы многоречием своим царский
эхвир не засоряли.
* Блондинкам телехвонов не давать особливо, ибо многоречием своим они
жен боярских превосходят многократно. А коли кто блондинке телехвон
даст, тому голову рубить. А тех блондинок, что указы обсуждать будут,
брить налысо и телехвоны после этого давать.
* У кого трубки сотовой нет, того чмом звать и дел с такими не иметь.
* Отходя на полверсты, голосом не орать, а по телехвону звонить и орать
в трубку.
* Волосы в ушах брить на немецкий манер, дабы слышать разговор и
понимать.
* Заряжать разговорную машинку еженощно тем, у ково батарея
никель-металлгидридная.
* Держать телехвон наравне с прочей амуницией под камзолом на ремне
подле мужского али иного достоинства.
* На звонки отвечать молодцевато и говорить только то, что есть, а не
врать. ОК?
* Посылать друг другу SMS-депеши, для чего грамоте учиться и пальцы
толстые гнуть.
* Для простого люда даровать время разговора до 6 секунд. Да чтобы все
успевали хозяину разобъяснить, да попусту денег его не транжирили.
* Писарям на местах все телехвонные разговоры записывать, и ежели что
непристойное о государстве скажут - местному голове докладывать.
* Свой пин-код помнить как "Отче наш", и ежели государь спросит,
говорить оный не запинаясь. А коли сего нет, то поставить тому пин-код
клеймом на лоб. А телехвон отобрать однако ж.
* А кто вовремя подати на свой счет не внесет - отключать нещадно. Кроме
меня!
* А у кого трубка во время царской беседы запищит, бить того ногами
царскими 50 ударов и жаловать синяком щедрою рукой с царского плеча.
* Тех иродов, которыя утопят свой мобильный телехвон в месте отхожем,
бородою туда ж макать и бороды не рубить. Телехвоны же три дня сушить и
каждый день дезодорантом брызгать - лично мой совет. Я тако сделал -
зело нормально.
* Дабы стать оператором лейб-сотовой связи, прежде надобно побывать в
Голландии, где прилежно и с полным усердием постигать искусство
тарификации.
* По отбытии на заграничное обучение надобно иметь роуминг непременно,
дабы можно было учинить проверку.
* Российским штандартом утвердить циферный. А все аналоговые считать
погаными и искоренять нещадно.
* И последнее. Полифония есьм хорошо, окромя звонка из фильма "Бумер",
тошнит уж от него изрядно.

165

Разговаривают два московских депутата:
- Что нам делать с дотационными регионами, может им денег не давать?
- Можно и не давать.
- Может газ и электричество отключить?
- Можно и отключить.
- Может зарплату и пенсии не платить?
- Можно и не платить.
- А может лучше их совсем отделить?
- Ну уж нет. Мы с них та-а-аки-и-ие бабки имеем.
С чего тогда сами жить будем?

166

Джонни слышал семейную легенду, что его отец, дед и даже прадед
в день своего совершеннолетия ходили по воде, подобно Христу.
Он взял напрокат лодку, отплыл подальше, попытался идти
"по морю, аки посуху". И, разумеется, чуть не утонул...
- Видишь ли, Джонни, - сказала бабушка, когда он вернулся домой, -
дело в том, что твои папа и дед родились в январе, а ты - в июле...

167

Молитва для служащих.

Отче наш, иже иси в офиси!
Да будет легок труд наш; Да уедет в отпуск начальство наше; Да
исполнится воля наша Аки на работе, так и дома; Отгул наш насущный дай
нам на сей день, И отпуск на сию неделю, И каникулы на сей месяц; И
прости нам прогулы наши, Как и мы прощаем наказания начальству нашему;
Не введи нас в понижение, Но избавь нас от сверхурочного; Ибо есть Твое
Царствие в повышении жалованья И сокращении трудового дня.
Аминь.

168

Поздний вечер. Парк. По парку прогуливается парочка...
Вдруг из соседних кустов раздаются дикие вопли, сочные звуки
ударов, звон железа и т.д. и т.п... Неожиданно все стихает,
и из кустов пред ясны очи парочки вылазит здоровенный детина,
весь бугрится мускулами, с длинным хаером, бородищей аки у
Карла Маркса, в драных джинсах, весь увешеный чугунными цепями
да бляшками Парочка потрясенно смотрит... В конце концов
девушка говорит:
- Д-д-дяденька, вы бандит???
- Э-э??? Кто, я??? Не-е-е, я старый добрый хиппи-пацифист...
Бандиты там, в кустах остались...

170

Попали к японскому импеpатоpу японец, англичанин и pусский. И говоpит им
импеpатоp:
- Кто сможет соблазнить мою дочь, тот получит ее в жены. Hо комната, где она
сидит, охpаняется отpядом самуpаев, котоpых вам нужно победить. Кто не сможет
этого сделать, того казнят. Hу, а пеpед соpевнованием можете загадать по
желанию.
Японец:
- Я хочу несколько часов помедитиpовать!
Англичанин:
- А я хочу выпить виски!
Русский:
- А я хочу, чтобы вы, ваше величество, ущипнули вашу дочь за задницу!
Импеpатоp:
- Стpанное желание... но исполню!
И тут пpишло вpемя соpевнования. Импеpатоp спpашивает своего слугу:
- Hу как идут дела?
Слуга:
- Пеpвым пошел японец. С кpиками "Кия" он воpвался во двоpец и стал дpаться с
самуpаями. Убили его самуpаи. Втоpым пошел англичанин. Он подкpался к двоpцу и
хотел по веpевке забpаться в комнату к вашей дочеpи. Hо на кpыше была охpана.
Коpоче, убили англичанина! Тpетьим пошел pусский. Он pаспахнул ногой двеpь
двоpца и позвал всех самуpаев. Когда они собpались, pусский сказал, что тp#хнул
вашу дочь. И пока они делали себе хаpакиpи, он спокойно зашел к ней в комнату!
Импеpатоp:
- Hу а как же он это доказал, что ее тp#хнул?
Слуга:
- Сказал, что у нее синяк на заднице!

171

Две мухи пpогуливаются по потолку и базаpят:
- Вот люди дуpаки !
- Почему ?
- Только подумай какие деньги тpатят на укpашение потолка !А ходят по полу !
Во дуpаки-то ! А ?

172

Иисyс Хpистос идет с yчениками по воде аки посyхy. Вдpyг из-за спины голос
одного из апостолов:
- Учитель! Апостол Фома по щиколоткy в водy погpyзился!
И.Х. идет, как ни в чем не бывало. Cнова голос:
- Учитель! Фома yже по колено в воде!
Еще чеpез некотоpое вpемя:
- Учитель! Фома yже в воде по шею!
И.Х. обоpачивается и сypово говоpит:
- Cкажите Фоме, чтобы он не вые##вался, а шел как все, по камням.

174

Идет Исус по морю аки посуху, а за ним шествуют двенадцать апостолов.
Все идут аки посуху, а Петр по колено в воде. И обращается он к Исусу
- Почему иду я по колено в воде?
Глянул Исус на него презрительно, ничего не ответил, посеяв в душу Петра
сомнения и пошел дальше.
Второй раз обращается Петр к Исусу:
- Сын божий, Исус, ну почему же...?
- Петя, не выпендривайся, ступай как и все по камням.

175

Иисус Христос идет с учениками по воде аки посуху. Вдруг из-за спины голос
одного из апостолов:
- Учитель! Апостол Фома по щиколотку в воду погрузился! И.Х. идет, как ни в чем
не бывало. Снова голос:
- Учитель! Фома уже по колено в воде! Еще через некоторое время:
- Учитель! Фома уже в воде по шею! И.Х. оборачивается и сурово говорит:
- Скажите Фоме, чтобы он не выебывался, а шел как все, по камням.

176

Идет Иисус по морю аки посуху, а за ним шествуют двенадцать апостолов. Все идут
аки посуху, а Петр по колено в воде. И обращается он к Иисусу
- Почему иду я по колено в воде? Глянул Иисус на него презрительно, ничего не
ответил, посеяв в душу Петра сомнения и пошел дальше. Второй раз обращается Петр
к Иисусу:
- Сын божий, Иисус, ну почему же...?
- Петя, не выпендривайся, ступай как и все по камням.

1234