Обрывок разговора двух старушек, подслушанный в электричке вблизи станции Арск.
Вечер. В полупустом вагоне довольно подслеповато, да и бабушки уселись на лавку у меня за спиной. Так что я даже не знаю как они выглядели:
- …Погостили маненько, попировали, неделю всего. Уж месяц как уехали. - Так, Рамиль вместе с малым к тебе приезжал? Как звать-то? - Назвали Крис. Восемь лет уже ему, я же его еще ни разу не видала. - Крис – это как крыса че ли? А на кой ляд так парня назвали? - Жена Рамиля подбила, а я уж привыкла, да и там, в Диего, Крисов много, не больно-то и задразнят. - На кого похож-то? - Копия деда, такие же глазенки, носик, с рук бы не спускала, да больно уж тяжел, как Рамиль в детстве. Хорошенький - сил нет, но все равно видно, что негритенок… - Скучашь? - А то нет. Зато они оставили мне говорилку, Крис подбил купить. Теперь я могу сколь угодно с ними разговаривать и глядеть. - Телефон че ли? А че глядеть? - Да какой там телефон? Не телефон, а шкатулка такая, навроде шахматной доски. Как вот компьютеры бывают? Мой такой же, но не компьютер. Открывашь - на верхней крышке телевизор, а внизу печатная машинка. Когда я хочу им позвонить, беру тетрадку, там мне Крис все нарисовал - что сперва нажимать, что потом. Больно мудреная машинка. От ней еще на проводе идет такая, навроде пудреницы. По первости, я часами юлозила, зла не хватало. Таскашь, таскашь ее по столу, аж пока не попадешь куда положено. И все, телевизор кажет Криса. Меня ему там тоже видать и слыхать. Так мы и говорим по ночам. - А чего по ночам-то? Рабенку спать надоть. - Дак у них там в Диего, как раз ночью самый день… - А за переговоры дорого платить? - Говорят - недорого, я не знаю, они студова сами платят. - И чо, хорошо видать и слыхать? Ты же вся глухая как тетеря. - Видать, как в кино, Крис мне показывал ихний дом, пальмы и даже до моря доходил. Хороший дом, красивый, как универмаг в Казани. И слыхать нормально. Сперва, когда только аппарат купили, я совсем не могла разобрать че он там бухтит. Свиристить как комарик, а слов не пойму, не слыхать. Крисик удумал докупить мне кричалки, деревянные такие, навроде, как молодежь музыку слушат. Стало больно хорошо, громко. Я тут на днях барабалась и локоть сильно зашибла, дрова рубила. Сперва ничего, а к ночи заломило так, что рука не корчится. Сон не идет, запускаю свою бухтелку. Крисик поглядел на меня и говорит: - что такая грустная, бабуля? Я рассказала как дрова рубила и зашиблась, он говорит: - а ты подуй на рану, будет не больно. Я говорю: - Некому дуть-то, я же одна живу, ну как я сама себе на локоть подую? Подумай сам. Крис глазенки вытаращил и говорит: - А давай я тебе подую. Сними с кричалки тряпочную сеточку и крутани самый большой звук. Я сняла сетку, крутанула, спрашиваю: - Дальше че? - А дальше, бабушка, поднеси зашибленный локоть чем поближе к кричалке, только не касайся. Я так и сделала, а он стал громко дуть – «п-р-р-р-р-р-р-р-р-р!» И я локтем почувствовала ветер из кричалки…Он взаправду дул! И ты знашь, руке сразу стало полегче… …………………………………………………………………….. - Ну ну, ты че? Хорош реветь-то, еще приедут, поди. Айда бери сумки, выходить нам…