Результатов: 201

101

Праматерь бешеных старушек или как меня призывали на сборы
(легкая наркомания, основанная на реальных событиях)

Всегда занимало одно из самых удивительных явлений – превращение милой пожилой женщины в демона с клюкой. Кажется, еще сегодня ты улыбаешься, спрашиваешь, как дела. Но стоит переступить критическую черту…

- Мужчина, вы здесь не стояли! Наркоманка! Проститут! Что? Суффикс не там? И не стыдно под чужие суффиксы заглядывать?

Ну как так? Может, где-то в этом мире булькает источник злопыхательства, так сказать, истерический родник первозданной склочности? Например, в тридевятом царстве, в тридесятом государстве, на море-окияне, на острове Буяне, обдуваемом ветрами, стоит ДУБ!

А на нём восседает САМА - праматерь бешеных старушек. Внешне – вылитая мокрица, размером с гипермаркет. Глаза красные, из ноздрей дым пышет, лицо страшное, как выплата по ипотеке.

Весь год эта тётка копит ярость, а в назначенный день мечет икру, разрешаясь от бремени психопатства. Много икринок, очень много, а ветра сильные, очень сильные. Вот и разносятся истерика и склочность по белому свету.

Дальше просто: бабуля зевнула, в рот залетело, проглотила и вуаля. Имеем неадекватную кунг-фу старушку, по степени доставучести сравнимую с хроническим насморком.

Чуть больше трех лет назад, кстати, над этим вопросом я всерьёз задумался:
- Интересно, где же находится это самое тридевятое царство?
- Могу показать, - хмыкнула Судьба, - только чур – потом не жаловаться.
- Не буду.
- Тогда… Крэкс-пэкс-фэкс!
И так шарахнула меня по голове, что очнулся уже в больнице.
- Повезло, успели вовремя, - улыбнулся заведующий неврологией, - вы не волнуйтесь. Прокапаем, понаблюдаем, а где-то через недельку - на волю.

Кстати, пользуясь случаем, передаю спасибо больничным поварам – все было очень вкусно, особенно хлеб. Но речь не об этом. Через несколько дней после выписки я обнаружил в почтовом ящике привет из военкомата. Повестка, грозно нахмурившись, приказывала явиться для медицинского осмотра.
- Зачем? – удивился я.
- Затем, - рявкнул документ, - родине нужны старшие лейтенанты запаса.
- Во-первых, срочная отслужена, а вот-вторых, у меня бронь!
- А в-треттьих, кадровица прошляпила с её продлением, так что пойдешь служить, бе-бе-бе, - показала язык повестка.
***
- Бе-бе-бе, что ты блеешь, как улитка! – орал директор на сдувшуюся подчинённую, - заместителя на месяц загребут в войска, он там будет кайф ловить и девок тискать, а работать кому? Короче, делай, что хочешь, но бронь роди.
- Как? – пискнула кадровица.
- В позе женатого трюфеля, - рыкнул директор и повернулся ко мне, - Николаич, езжай. Может, сумеешь что-то сделать.

И уже через час я уже взбегал по ступеням районного военкомата. Дежурный офицер, изучив повестку, четко проинструктировал, в какой кабинет обратиться:
- То ли в 32-й, то ли в 23-й.
- В 32-й, - ответили в 23-м.
- В 23-й, - приветливо улыбнулись в 32-м.
- В десятый, - горестно вздохнув, напутствовал оказавшийся в коридоре подполковник.
- А, так вам на медкомиссию, - в указанном кабинете, неторопливо изучив повестку и выписку из больницы, пробормотал мужчина в штатском, - пусть врач решает. Сразу идите к невропатологу.
- Спасибо, вашбродь, что надоумили, а то мечтал вначале к лору заскочить, - с этими словами я поднялся на третий этаж, где восседали армейские эскулапы.

Боже мой! Увиденное повергло в такой шок, что чуть не расплакался! Весь коридор был забит призывниками. В одних трусах будущие воины кучковались у кабинетов, что-то тихо обсуждая.

Кажется, еще и сам недавно то нагибался перед хирургом, то старательно выговаривал «триста тридцать третья артиллерийская бригада», то стоял босиком перед шаркнутой на селезенку неврологиней. Причем она орала так, что за окном дохли голуби и осыпались листья. Эх, было время золотое, призывное да лихое.

Увидев дядьку в костюме и с портфелем, молодежь замерла, будто спрашивая:
- Чего тебе надобно, старче?
- Мужики, где невропатолог?
Вздрогнув, призывники, как один, покрутили у виска, а самый смелый едва заметным поворотом глаз указал на искомый кабинет.
- Тетка-демон? – догадался я.
Парни дружно перекрестились на портрет президента.
- Могу зайти без очереди?

Утвердительно закивали все, даже портрет. Эх, где наша не пропадала, тем более по второму разу срочная не грозит! И я решительно открыл дверь:
- Здравствуйте.
Против ожидания, за столом сидела милейшая бабушка – божий одуванчик. Ей бы еще спицы в руки и котика…
- По вопросу? - старшинским басом рявкнула врач.
- Призывают на сборы!
- Надо идти!
- Не могу, - отчеканил я, - только из больницы! Зело телом слаб, боюсь, не сдюжу.
Ну грешен, грешен, не удержался, кстати, бабуля даже бровью не повела :
- Диагноз?
- Такой-то.
- Звание? – старушка выпустила дым из правой ноздри.
- Старший лейтенант запаса, матушка, - грешен, опять не удержался.
Но невропатолог только выпустила дым из левой ноздри:
- К психиатру.

Решив не спорить, я молча вышел из кабинета и под сочувственными взглядами молодежи направился в конец коридора.
Где, открыв нужную дверь, тут же выпалил:
- Здравствуйте, призывают, только из больницы, старший лейтенант запаса, отправили к вам.
- Вы нормальный? – удивилась, кстати, очень миловидная женщина - психиатр, - покажите выписку. Хм, это к невропатологу, её область.

Наверное, в тот момент у меня как-то по-особенному сверкнули глаза, потому что доктор, неожиданно подмигнув, улыбнулась:
- Только очень прошу, помягче там, хорошо?
- Постараюсь, - и, подарив ответную улыбку, я вышел в коридор.

Не задавая лишних вопросов, призывники снова молча расступились, а глава государства с портрета даже пообещал «при случае жэстачайшэ перетрахнуть всю ваенную медицину».
- И снова здравствуйте, психиатр отправила к вам, сказала, не её область, вот выписка, - и, положив документ на стол, я бесцеремонно уселся.
- Кто разрешил? - зашипела бабка.
- Что именно?
- Садиться! – рявкнула невропатолог.
- Не надо так орать!

Наверное, доктору давно никто не перечил, потому что её глаза стали наливаться кровью, рот открылся и...
- Встать! - плюнула ядом старуха.
- А можно поаккуратнее? - отодвинувшись вместе со стулом на метр, я тщательно вытер лицо носовым платком, - еще и очки забрызгали.
- Ааааааааааааааа!!!!! Не сметь двигать стул без приказа!
- Вас что, простатит замучил?
- Пошёл вон!
- Сдуйтесь, а то сердце посадите.

Мда, времена меняются, а врачи на медкомиссиях нет. Под вопли невропатолога, кстати, хорошо думалось о зря потраченном времени, заложенном от криков правом ухе и…
- Молчать!
- Не стройте рожи, я икаю.
- Стул на место!
- Он не хочет.
- Арррррррррр!

И тут в лицо пахнуло свежим бризом. Черт! Я озадаченно осмотрелся. Куда это меня занесло? Вместо кабинета – остров, омываемый равнодушными волнами бескрайнего синего моря. А впереди, на огромном дубе восседала ОНА. Да, та самая праматерь бешеных старушек. В передних лапах молоточек, красноглазая, пышущая дымом из ноздрей и размером с гипермаркет мокрица.
- Кто мокрица?

Наваждение мгновенно исчезло: передо мной бесновалась все та же врачиха.
- Руки!
- Простите, не понял.
- Руки показал! Быстро!
- Зачем?
- Вдруг наркоман! – рыкнула бабуля.
- Еще скажите – проститутка.

А вообще, сколько можно? Надоело! В конце концов, мы тоже не из лебеды с кудряшками! И, схватив со стола выписку, я рявкнул так, что запотели стекла:
- Цыц! Тут вам не смирно, а там - не равняйсь! Мы не в бане, я не мыло!
Кто пострижен по уставу, завоюет честь и славу! Ноги в локтях не сгибать! А теперь бегом! Пора! Троекратное ура!

Господи, что я несу, неужели заразился?

Однако, не поверите, после такой тирады невропатолог заткнулась. Правда, в наступившей тишине раздалось какое-то слишком зловещее шипение.
Блин, да она сейчас нереститься будет! Пора тикать!
- Куда? – рыкнула бабка.
- Туда!
- Стул на место!
- Он все еще не хочет, - с этими словами я рывком отскочил к двери и, уже приоткрыв, все-таки не удержался, отвесив церемонный поклон, - был счастлив лицезреть, Эстакада Горгоновна!

Старушка взвыла и кинулась грызть подоконник.
- Ну, что? – в коридоре меня тут же заинтересованно окружили призывники.
- Пока не заходить, обедает.
- Или нерестится, - шепнул с портрета президент.
- Вы как всегда правы, Александр Григорьевич, - и, мурлыча под нос «старший лейтенант, уж не молодой, не хотел служить, хотел домой», я пошел искать кабинет военкома.
***
- Вот зачем устроили этот цирк, - через несколько минут, пряча улыбку, с укоризной выговаривал офицер, - пришли бы сразу ко мне.
- Решил вспомнить детство, товарищ полковник. Извините, не удержался.
- А если бы она укусила?
- Что, были прецеденты? - удивился я.
- Говорят, уже троих признали негодными, - вздохнул военком, - ладно, давайте ваши бумаги.

В общем, все решилось тихо, красиво и без эмоций. Зато теперь могу гордиться тем, что реально повидал гнездилище праматери бешеных старушек и выбрался оттуда живым и невредимым.

Кстати, вирус истеричности я все-таки подхватил. Сам был в шоке, но, вернувшись на завод, сначала возмутился на компрессор в цеху разделения, потом на сам цех, потом обругал наполнительную, выматерился на погрузчик, довел до истерики два вагона-цистерны, а еще...
- Николаич, езжай-ка домой, - появившийся директор тихо увел меня уже от весовой, явственно дрожавшей от крыши до фундамента, - эк тебя в военкомате переклинило.

В общем, только дома, проведя в спокойной обстановке тотальную коньячную дезинфекцию организма, я смог облегченно вздохнуть:
- Слава Богу, отпустило.

Автор: Андрей Авдей

102

АХ,ЭТА СВАДЬБА...
==
1990й, последний курс, готовились к диплому, времени свободного много, один из одногруппников подкинул идейку : сходить на чужую свадьбу, на халяву побухать, познакомиться с девчонками, а там уж как получится ... Мол, он сам так почти каждые выходные делает. А второй одногруппник тоже необходим, он старше нас, после армии, солидный на вид дядька в костюме, он как то вызывал доверие и все вопросы из серии "а вы к кому" - сами отпадали ...
(Напомню: Горби, сухой закон, увеселительные заведения наперечет, попасть в них невозможно, с развлечениями молодежи напряженка ... )
Расчет в таких случаях как всегда на то, что одна половины свадьбы не знает другую ...
Ну, мы были не совсем уж халявщики, подарили конверт от всех нас троих:
10р, к тому же, поздравляя невесту, я вспомнил, что видел ее в автошколе ДОСААФ, и даже знал по имени.
Ну и шепнул ей на ухо просьбу - нас не выдавать , типа, одноклассники, она только хихикнула: "Ладно!".
Увы, в тот день все пошло не так... Кто то из друзей жениха видел, как я ей что то шепчу, сказали жениху ...
Вскипела кровь, ревность, в общем, не просидел я и 20ти минут за столом , как за мной по залу носятся четверо - жених и его друзья, "иди сюда!" , я уворачиваюсь, в итоге, выпрыгиваю в окно со второго этажа ресторана, на счастье под окном свежий чернозем, только что посадили траву. Иначе пришлось бы драться с этой четверкой, а, как назло, в тот момент приятели мои куда то пропали, может, курить ушли. Да и не факт что они бы за меня впряглись. Силы были явно не равны ... Прыгнул, ничего не повредил, слегка запачкал ботинки , и все ...

В общем, не огреб, но ощущение дискомфорта от чужого праздника осталось, больше на подобные подвиги не тянуло.
А те мои одногруппники на свадьбе преспокойно остались, мое исчезновение их не удивило (повторюсь, не друзья, а просто приятели), и потом как то при встрече рассказали мне о продолжении вечера:

Невеста в разгар свадьбы пропала, жених бегает, ищет ее, и находят ее в какой то подсобке ресторана,где невеста усиленно "прощается" с лучшим другом жениха, кстати,одним из тех что бегал за мной по залу ...

Прямо как в том анекдоте получилось: "Сема, мне кажется, твоя жена нам изменяет!"

103

Дядю Мишу забыли на крыше.

Если бы дядя Миша был голубем, он не огорчился бы, просто слетел бы вниз, но дядя Миша был разнорабочим, открывающиеся перспективы не вызывали у него радостного трепета в маховых перьях. За сорок семь лет дядя Миша так и не освоил базовые навыки горизонтального полета. Не стоит судить его строго, всякий раз, когда дядя Миша оказывался на крыше, в руках у него была лопата, а сам он был привязан к трубе. Нельзя ожидать, что человек в таких обстоятельствах сумеет самостоятельно освоить полет. Едва ли он этого хотя бы захочет. Дядя Миша никогда не считал себя птицей высокого полета, рисковать ему не хотелось.

Дело было так. Родной ЖЭК отправил дядю Мишу сбрасывать снег с крыши дома номер пять. В помощь ему дали разгильдяя Кольку, чтобы тот набирался ума от дяди Миши. Колька работал всего две недели, в средние века его должность называлась «подмастерье». В те времена главное требование к соискателю заключалось в ударопрочном черепе, через него происходила передача знаний от мастера к ученику.

Дядю Мишу назначили Колькиным ментором, уже через неделю ему стало казаться, что образовательная система за последние пятьсот лет основательно сдала позиции. Запрет на физические наказания, как выяснилось, сильно снижает ценность передаваемого опыта в глазах подрастающего поколения.

Пустить Кольку на крышу дядя Миша категорически отказался.

— Вот уж нет, студент, — объяснил он Кольке. — Упадешь, ударишься башкой, сломаешь себе что-нибудь. А потом твоя мамка придет, будет меня спрашивать: «Ты, дядя Миша, зачем моего оленя на крышу погнал?» Что я ей скажу?

Одним словом, Колька был оставлен внизу, у подъезда, дядя Миша наказал ему предупреждать проходящих жильцов, чтобы остерегались падающего снега.

— Или лопаты, — добавил Колька.

Сам дядя Миша поднялся на шестой этаж, отпер люк, выбрался через слуховое окошко на скат крыши, с помощью страховочного троса связал свою судьбу с трубой вентиляции. Колька заметил его, принялся подбадривать снизу незатейливым юмором.

— Дядьмиш! — кричал Колька. — Дядьмиш, осторожнее там! А то упадешь, ударишься башкой!

Дядя Миша отвечал ему с крыши коротко и содержательно, обильно употребляя в речи букву «ять». Колька внизу задорно ржал и уворачивался от падающих сугробов.

Пока они таким образом резвились, на площадку третьего этажа вышла баба Нюра, единственный приличный человек во всем подъезде. В подъезде восемнадцать квартир, все населены наркоманами и проститутками, в квартире справа алкаши, в квартире слева — антихристы. Баба Нюра неоднократно писала на них заявления в милицию, и оптом, и в розницу, но все безрезультатно, в милиции работает одна мафия. Последний оплот порядка остался в квартире бабы Нюры, самый настоящий Сталинград в кольце фашистов. Баба Нюра покидала его только чтобы сходить за хлебом, да еще к соседке бабе Кате. Баба Катя, конечно, та еще старая коза, но хотя бы не наркоманка и не проститутка. По крайней мере, последние полвека.

Баба Нюра поднялась к ней на шестой этаж, и сразу заметила открытый люк на крышу. Не надо быть Ниро Вульфом, чтобы понять, что туда пробрались наркоманы и проститутки. Никакой Шерлок Холмс, никакая мисс Марпл не вникали в ситуацию так быстро, как баба Нюра. И ни один комиссар Мегрэ в жизни своей не пресекал деятельность уголовных элементов так решительно и быстро. Она вскарабкалась по лестнице, захлопнула люк и водворила на место замок. Наркоманы оказались изолированы от общества, как им и полагается.

Восстановив справедливость в отдельно взятом подъезде, баба Нюра постучалась к бабе Кате. Она собиралась попросить соли в долг, это должно было занять часа полтора-два, не больше.

— У тебя в люк-то наркоманы лезут! — сообщила она бабе Кате. — Ты что не следишь?

Они прошли в кухню и там принялись обмывать кости соседям.

Тем временем на крыше кончился снег.

Говоря по совести, снега на крыше еще оставалось прилично, но дядя Миша утомился. До конца рабочего дня оставалось еще часа три, однако человеческая жизнь слишком коротка и слишком ценна, чтобы проводить ее на крышах чужих домов. Даже у разнорабочего есть свой собственный дом, где его ждет личная жизнь и дела по хозяйству. У дяди Миши, например, в холодильнике была припрятана бутылка перцовки, и он чувствовал, что не может дольше находиться с нею в разлуке.

— Все, шабаш! Дуй домой! — приказал Кольке дядя Миша. — Если кто спросит — мы работали до шести.

Колька не заставил себя долго упрашивать, он был человеком покладистым. К тому же, его дома ждала подружка и шесть банок пива, он беспокоился, как бы в его отсутствие они не познакомились друг с другом слишком близко. Колька дождался, пока дядя Миша скроется в слуховом окошке, и удалился.

А дядя Миша, просочившись на чердак дома номер пять, обнаружил, что люк заперт.

— Ух ты! — удивился дядя Миша.

Он подергал люк, пнул его ногой. Люк не поддавался.

— Ишь ты! — сказал дядя Миша.

Несчастный аббат Фариа, заключенный в подземелья замка Иф, выкопал подземный ход голыми руками. У дяди Миши была при себе лопата, вне всяких сомнений, его положение было гораздо более выгодным. Он воткнул лопату в щель люка, налег, крякнул, выругался и сломал лопату.

— Ах ты!.. — сказал дядя Миша.

В принципе, ничего непоправимого в ситуации не было. В наш век высоких технологий достаточно просто позвонить по сотовому телефону, чтобы вызвать себе подмогу, где бы вас ни заперли: в замке Иф или на чердаке дома номер пять. Проблема заключалась в том, что сотового телефона у дяди Миши отродясь не водилось.

Оставался последний выход. Дядя Миша высунулся из слухового окна наружу.

— Колька! — крикнул он. — Колька, собачий сын! Ты там?..

Собачий сын Колька ему не ответил, в этот момент он уже находился на полпути к дому, предвкушая свидание с девушкой и алкогольными напитками. Тогда дядя Миша выбрался на крышу, снова привязал себя к трубе вентиляции и осторожно подобрался поближе к краю крыши, чтобы лучше видеть окрестности. Оттуда, нависая над грешной землей, словно орел на утесе, дядя Миша принялся кричать.

— Люди! — кричал дядя Миша. — Э-эй! Помогите, люди! Э-э-й!

Никто его не слышал. Рабочий день был в самом разгаре, проститутки и наркоманы, проживавшие в доме номер пять, все еще находились на своих рабочих местах. Во дворе было пусто.

— Эй, ну хоть кто-нибудь! — вопил дядя Миша. — Собакины дети!

Через пять минут он перешел почти исключительно на слова с буквой «ять», а еще через десять охрип.

— Твою хрр! — сказал дядя Миша, хватаясь рукой за горло.

И потерял равновесие.

Тем временем на кухне шестого этажа, в квартире бабы Кати, баба Нюра размешивала варенье в кружке с чаем. Старухи только что закончили обсуждать соседей и как раз собирались взяться за героев телесериалов.

Именно эту минуту дядя Миша выбрал для того, чтобы упасть с крыши. Страховочный трос остановил его падение на уровне шестого этажа, а бессердечная сука инерция увлекла его, хрипло матерящегося, задом вперед, прямо в окно кухни. Если вы думаете, что застекленное окно может представлять серьезное препятствие для задницы сорокасемилетнего разнорабочего, падающего с крыши, я вынужден вас огорчить. Это не так.

Дядя Миша выдавил стекло прямо на кухонный стол, и тут же снова исчез за окном. От неожиданности баба Катя издала нечеловеческий вопль, а баба Нюра выплеснула в окно чашку чая.

В жизни разнорабочих случаются и более приятные дни, например, дни зарплаты, или вечер пятницы. Этот день был не такой. Дядя Миша висел, раскачиваясь на страховочном тросе, словно маятник, то появляясь в поле зрения старух, то снова исчезая, и непрерывно сипя бранные слова. Осколки стекла не нанесли его корме никакого урона, но туда попал полный заряд горячего чая с малиной, отправленный меткой рукой бабы Нюры.

— Батюшки! Да ведь воры лезут! — вдруг догадалась баба Катя.

В углу у нее имелся веник, баба Катя схватила его, высунула руку за окно и принялась лупить дядю Мишу.

— Вот тебе, паразит! — приговаривала она. — Не лазай в чужие квартиры! Вот тебе!

Дядя Миша отплевывался и хрипел. Будь он голубем, он мог бы просто улететь прочь, но увы, разнорабочий, привязанный к трубе, никогда не сможет улететь далеко. Дядя Миша впервые в своей жизни сожалел об этом.

С крыши дядю Мишу сняли только через час.

Неделю спустя, когда он смог снова выйти на работу, родной ЖЭК отправил его сбрасывать снег с крыши дома номер двенадцать. Дядя Миша хлопнул Кольку по плечу и вручил ему новую лопату.

— Вперед, — сказал он Кольке. — Я в тебя верю.

104

Ох технологии-технологии, не люблю я их.

Жена со мной не разговаривает уже неделю.

Как и любая уважающая себя женщина, на вопросы «чем обидел», «что случилось» отвечает: «все в порядке» таким тоном, что падающие за забором метеориты, смерч четвертой категории за окном, долбящие в детскую песочницу у дома молнии, показались бы мимолетным капризом летней погоды в сравнении с ледяным холодом этой универсальной фразы.
Если бы инквизиция знала о ней, мир бы никогда не увидел таких инженерно-технических чудес средневековья, как дыба, а античность осталась бы без быка Фаларида.

Так или иначе, пытка молчанием подошла к своему логическому завершению и мне был задан вопрос – кто такой «Влад – бродяга»?

Хм… и вправду, кто такой «Влад – бродяга»? Попрошу не навешивать на меня ярлыки повесы и обзывать провалившимся разведчиком. «Влад – бродяга» - действительно существует, хоть я очень смутно помню обстоятельства нашего знакомства, как и то, куда он пропал после.

Есть такие люди, которые появляются на пороге твоего офиса, говорят: «Привет! Ну, рассказывай, что у тебя нового и куда ты попрятал свое светлое?»
И ты достаешь из холодильника пару бутылочек светлого, переадресовываешь телефон на коллегу и весь остаток дня пытаешься выяснить, как зовут этого занятного персонажа, который разговаривает с тобой, будто бы вы не просто хорошо знакомы, а что даже горшки в садике у вас рядом стояли. А потом он пропадает на полтора года, оставляя в сухом остатке номер телефона, имя, которые ты заносишь в телефон и с десяток интересных историй, которые ты потом рассказываешь с присказкой: «зашел ко мне как-то в офис незнакомый мне человек».

И все-же, откуда такой интерес у моей жены к этому практически мифическому персонажу, существование которого я сам неоднократно подвергал сомнению, если бы не его профиль в Телеграмме с периодически меняющейся аватаркой из разряда: «это я болтаюсь на веревке где-то в джунглях», «это я болтаюсь на веревке где-то в горах», «это я лезу дружить к императорским пингвинам»… Кстати, а что у него сейчас? Хм… «Это я отрастил себе сиськи, длинные блондинистые волосы и очень симпатичную попу»…

О как. Я вправду: «Все в порядке». С такими вводными-то. Но позвольте вопрос, куда же делась борода лопатой, бритый череп и прокачанные руко-ноги?..

Жене не спалось и было скучно. Наслушавшись за совместные годы от меня о биометрии и прочей околокомпьютерной чепухе, она решила совместить теорию с практикой и приложила мой телефон к моему-же пальцу, пока я спал, чтобы применить на практике принцип «доверяй, но проверяй». Телеграмм перечислил все мои скучные и неинтересные рабочие чаты, а потом показал список присоединившихся. Сисясто-попастый Влад был определенно на высоте не только списка, но и явно выбивался из общей картины бородато-волосато-татуированных ИТшников, байкеров и прочих туристо-мазохистов.

Мораль: адресную книжку чистить надо. Никогда не знаешь, в какой момент «Вася – сервис» уберет пивное пузо, вырастит грудь 4ого размера и ноги от ушей, а «Анечка, подружка» не превратится в накачанного стриптизера.

105

Как мы отдыхали у Жеки на даче или я знаю, дача будет, я знаю саду цвесть..
Посвящается всем советским дачестроителям, их многострадальным детям и друзьям, по наивности заехавшим отдохнуть в гости на дачу.

Дело было летом, делать было нефиг (не совсем в рифму, но по смыслу). Пытаясь скрасить однообразные летние новокузнецкие будни, я позвонил Юрику. От него узнал, что наши друзья –товарищи Жека с Серегой, бросив нас изнывать от жары и безделья в городе, укатили к Жеке на дачу в Карлык (в наше время это было равносильно сегодняшней поездке на зарубежные моря), где, конечно же, предаются неге и наслаждаются всеми прелестями отдыха на природе – рыбачат, купаются, тусят с дачниками- дачницами, лежат под кустами-деревьями, откуда в рот –на голову падают всякие ягодно-яблочные дары природы - в общем кайфуют по полной.
Решив, что им тяжело одним справляться с наплывом такого количества отдыхательных прелестей, мы решили помочь друзьям и на ближайшей электричке рванули в край неги и безмятежности (так мы, не имеющие собственных дач, наивно думали).
Приехав часов в 11-12 дня на дачу мы, заблаговременно врубив кассетный магнитофон (была тогда какая несколько более громоздкая замена айтьюнсам и разным плейерам, носилась на плече, чтобы послушать вне дома требовала фиговой тучи здоровенных батареек, которые не заряжались и которых хватало всего на несколько часов счастья), чтобы подчеркнуть всю торжественность и радостность нашего прибытия, ввалились в дом и нашли там наших отпускников дрыхнувшими без задних (да и скорее всего и без передних) конечностей. Сильно удивившись такому вопиющему факту, мы, добавив до полной громкость, несколько пробудили из небытия Жеку (Серега, не просыпаясь, посылал нас вместе с музыкой непечатными выражениями в темные и малоприятные места). Жека более мягкими выражениями выразил свое недовольство нашим приездом в такую рань, мотивировав его тем что они до ЧАСУ НОЧИ!!! БЕТОНИРОВАЛИ!!! ГРЯДКИ !!!
- Хватит врать, в 9 вечера темнеет!
- А батя нам переноску (лампочку на проводе) из дома спустил…
- А нахрена их вообще бетонировать?
- Не знаю, батя сказал чтобы не осыпались…
Это был шок, как если бы мы, приехав в долгожданный отпуск в Турцию, узнали, что друзья отдыхающие целыми днями окучивают-полют-поливают всякие картошки-огурцы- помидоры. В это было невозможно поверить, ведь дача, как мы, не имеющие дач думали, создана для отдыха и наслаждения.
Вот мы на свою не-голову и не поверили, тем более что главный вдохновитель и организатор трудовых подвигов Жекин батя – Владимир батькович-куда то на несколько дней отъехал.
Здраво рассудив, что наши товарищи скорее всего сильно преувеличили свои трудовые подвиги и нам, как друзьям-приезжим они точно не грозят, мы решили остаться в краю отдыха и развлечений.
Мы тогда были наивны и еще не знали (и сами пока им не стали) этот класс фанатичных строителей дач-домов-бань и прочих построек, не слышали предостерегающе-правдивую песню Ивасей «Как мы строили навес у Евгения Ивановича».
Но в целом этот день и прошел как мы и мечтали – плавали, загорали, играли в карты, в общем отдыхали по полной.
Но на следующий день Жекин батя все-таки приехал, и с утра послеследующего дня карма настигла нас.
Реальность собственника-вечнодостраивающего-подделывающего и переделывающего, открывшаяся нам после его приезда оказалась суровее труда шахтеров и крепостного права.
Дача стояла на крутом косогоре (наша на тот момент уже люто любимая партия и правительство выделяла для дач обычных людей все самое лучшее – участки в оврагах, вдоль железных дорог и под ЛЭП (при этом достигалось сразу несколько целей – и люди заняты-при деле, плюс бралась расписка что на участке над которым проходит ЛЭП, нельзя выращивать деревья выше 3 метров – т.е. по сути нахаляву люди следят за тем, чтобы место под ЛЭП не зарастало и его регулярно расчищать-вырубать не надо. Правда, вроде как вредно и нельзя проживать людям в пределах 50 - 100 метров от железнодорожных путей и ЛЭП, но для советского крепкого народа милостиво делалось исключение).
Уклон градусов в 45 очень способствовал здоровью ног и сердечно сосудистой системы при передвижению на узком, убегающем в туманную даль оврага участке, настоящий рай для скалолазов и альпинистов.
Жекин батя не был покорителем вершин разной сложности, он был дачным энтузиастом-огородником, у которого было много энергии, здоровья и бетона. Поэтому огород к нашему приезду выглядел как набор фортификационных сооружений, где всякая малина-клубника была надежно посажена в бетонные камеры-грядки во избежание побега на волю (последние из них – под малину, Жека с Серегой до часу ночи и делали).
Нам показалось, что больше уже бетонировать нечего, но Жекин отец, видимо рассудив, что нечего четырем здоровым лбам без дела прохлаждаться, когда до победы коммунизма еще далеко, нашел применение нашим зря растрачиваемым при бесполезном отдыхе силам.
Нам было сказано, что Родина-дача в опасности, один из склонов осыпается, а над ним проходит дорога, а если завтра война, если завтра в поход – как танки и прочая большегрузно-самосвальная техника пройдет?
Поэтому нужно этот обвал расчистить, склон выровнять для последующего развлечения-бетонирования, землю-глину куда-то там утащить.
Нам конечно показалось немного странным, что склон перед выравниванием-расчисткой никак и ничем не предполагалось укреплять, да и землю в целом наверное можно было никуда не таскать, а тут же разровнять, но кто мы такие чтобы указывать опытному строителю-дачнику?
Воспитанные на книгах про тимуровцев и прочих пионерах-героях, мы с утра спустились в яму-забой для свершения трудового подвига, спасения Родины-дачи и посрамления стахановцев.
Выползающее из-за деревьев ленивое утреннее солнце застало нас копающими отсюда-и-до-ночи. Диспозиция поначалу была следующая: трое копают-загружают тачку-тележку (ну как тележку - телегу или даже тележищу), пока четвертый ее отвозит.
Ну как отвозит – сначала кряхтя и взывая к всем известной богине-покровительнице всех таскающих-катающих тяжелые вещи – ТАКОЙТОМАТЕРИ, выталкивал по мосткам из ямы груженую с горкой тачку (а с горкой – потому что пока тачку везут, трое отдыхают, и чем дольше друг-сизиф мумукается с ней, тем дольше отдыхают плюс еще десяток другой лопат сверху просто по-приколу), потом несется под горку как Пятачек за Винни-пухом за этой телегой, пытаясь ее удержать-не опрокинуть, потом возвращается после этого квеста к радостно гогочущим –подбадривающим друзьям, мысленно и вслух обещая отомстить им, когда придет его черед загружать тачку.
И когда это случается – накладывает сверху еще пяток лопат на все увеличивающуюся горку, а чтобы вошло- немного притрамбовывает. Так как каждый по очереди побывал тачководителем, то спираль мести не останавливалась до тех пор, пока на одном из рейдов груженая по самое «нихрена себе как это тащить, вы чё обалдели?», т.е. на полметра выше и без того не малых бортов, тачка не решает, что с нее достаточно и «откидывает» колесо.
Сначала мы этому обрадовались – по принципу «нет тачки-нет проблем» (некуда грузить – ура свободе!). Но мы недооценили нашего героя-дачестроителя, он доступно объяснил, что подвиг наш бессмертен, наш пот и кровь не пропадут даром,не время оплакивать павшую тачку, мы за нее еще отомстим. После пламенной речи он на личном примере показал нам, слабакам, что русские неистовые дачники не сдаются и впрягся в то что осталось от тачки – это по результату больше всего напоминало плуг. Оставляя две борозды сантиметров по 10 глубиной, треща (тачкой) и кряхтя (собой) он (вместе с тачкой) медленно удалялся в наше «светлое» будущее…
Чтобы окончательно вселить в нас веру в победу коммунизма на отдельной дачи ну и для повышения производительности ( т.к. в тачке без колес много-быстро мы –слабаки –недачники не в состоянии были волочь) он в дополнение к ней выдал нам видавшие виды носилки, в качестве бонуса к которым прилагались намертво присохшие к ним пару ведер бетона.
Нифига уже не ласковое солнце подползало к зениту, обжигая дочерна наши изможденные спины и превращая нас из изнеженных городских отдыхающих в героев книги «Хижина дяди Тома». Серега, самый смуглый и худой, в красных семейных трусах, порванных ручкой от носилок до состояния набедренной повязки, был ходячей иллюстрацией из вышеупомянутой книги. Взглянув на нас, мало какой белый не захотел бы пойти воевать с Южанами, чтобы отменить рабство.
Мимо шли к озеру другие дачники, зовущие –«Володь, пойдем купаться!»
Иш, чего удумали, не дождетесь – «Мы еще мало поработали!» кричал им в ответ местный Себастьян Перейро.*
Наконец, видимо почуяв угрозу восстания, нас отпустили «минут на 20 искупаться». Мы, конечно не планировали быть очень пунктуальными, справедливо рассудив, что так как часов у нас нет, то 20 минут – понятие на час-другой растяжимое. Но опытного «торговца черным золотом»** так просто не проведешь, и ровно через двадцать минут наш друг-дачник Жека, по совместительству сын и будущий наследник бетонно-огородной империи, был под разными предлогами-уговорами-убеждениями «выловлен» из озера и вернут на трудовой фронт, за ним, печально напевая «друг в беде не бросит, лишнего не спросит….» уныло поплелись и мы.
Когда пришло время готовить обед, то в этот раз, в отличие от обычного расклада, когда готовка приравнивалась к казни четвертованием, желающих было хоть отбавляй, пришлось даже кинуть жребий, кто будет поваром-кашеваром. Фортуна в этот раз была благосклонна к Юрику – никогда, ни до, ни после я не видел такого счастья в глазах пацана, которому досталось чистить ведро картошки. Он весело смеялся и радовался, как будто выиграл в лотерею «Волгу», из форточки обзывал нас неграми и требовал глубже копать, дальше таскать и ровнее бороздить.
Что мы и продолжали делать, негромко ругаясь (ибо неприлично было в нашей стране победившего социализма роптать на созидательное счастье трудовых подвигов) сложносочиненными предложениями, которые с ростом числа выкопанных-перетащенных тачек-носилок приобретали все большую глубину и этажность, злорадно дожидаясь, когда наш шеф-повар, этот «халиф на час», закончит свою «белую» работу и опять будет низвергнут из своего кухонного рая на нашу потом, слюной и матами политую глиноземлю, которая широка, глубока и где так вольно какой-то человек дышит.
Часы и минуты ползли, как парализованные обкуренные черепахи под палящим солнцем, носилки сменялись лопатами, лопаты тачкой, мы уверенным речитативом подбадривали себя советским рэпом:
«Нам солнца не надо-нам партия светит,
Нам хлеба не нужно-работу давай!»
В общем Маяковский рулил– дети и внуки кузбасстроевцев продолжали реализовывать его программу-стихотворение «Хреновый рассказ о Кузнецкстрое» (в оригинале- «Рассказ Хренова о Кузнецкстрое», но мой вариант названия, как мне кажется, точнее передает суть стиха) – ну там, где рабочие то под телегою, то в грязи, то впотьмах лежат, сидят, сливовыми губами подмокший хлеб едят и регулярно медитируют на «через четыре года здесь будет город-сад» (т.к. про то как они работают в этом стихотворении нет ни строчки, то напрашивался вывод - получить город и/или сад в нужные сроки планировалось суровой аскезой и непоколебимой верой – ну он же не прораб, он поэт- он так видел процесс строительства).
Опять же непонятно как у него в голове совместились закудахтавшие взрывы, взроевший недра шахтами стоугольный гигант с мартенами в сотню солнц, воспламеняющие Сибирь, с основной целью-мечтой, которая будет достигнута в результате этой экологической катастрофы -городом садом, притом что завод строился в центре города ? Где логика, где причинно- следственная связь?
Ну да зубоскальте-глумитесь неблагодарные потомки – художника обидеть всякий может)).
Но в общем наш настрой-состояние стихотворение передавало достаточно точно (день простоять да ночь продержаться), только в нашем варианте стиха свинцовоночие и промоглость корчею были поменяны на палящесолнцечье и оводокусачею, а мечты о городе-саде – на грёзы о дачном отдыхе.
Но все рано или поздно заканчивается и неожиданно мы поняли, что разглядеть наше светлое будущее и дорогу к нему с носилками-тачкой в сгустившихся сумерках не представляется возможным. На Карлык умиротворяющей нирваной опустилась тихая летняя ночь – избавительница и заступница от трудоголиков-экстремалов.

В сердце осторожной литаврой запела радость – Ура! Свобода-Равенство-Братство!
Эль пебло унидо хамас сэра венсидо!
Но вдруг кромешная темнота, а вместе с ней и радость были беспощадно разорваны неугасимым светом энтузиазма и лампой на переноске, которую неуемный Жекин батя спускал нам из окна.
«Работайте негры, солнце еще высоко!
А это не солнце а луна? Все равно работайте!» - раздался язвительный Юркин голос, но мы почему-то не засмеялись, видать чувство юмора стало сдавать на нервной почве.
Это был апофеоз, который поэтичные Иваси облекли в иронично-романтические слова:
«Я знаю - дача будет, я знаю – саду цвесть,
Готовы наши люди не спать, ни пить ни есть.
Таскать кирпич под мышкой, век мучаться в долгах,
Чтоб свить гнездо детишкам у черта на рогах.»
Детишка –Жека, для кого это все в теории вилось, почему то не понимал своего счастья или не видел так далеко своего светлого будущего, поэтому вместе с нами был несколько расстроен бесплатным-безлимитным продлением коммунистического субботника (а может и чуял какой нибудь интупопией, что фиг он насладиться гнездом, т.к. дача после окончательной достройки-перестройки умудриться сгореть, видимо чтобы было чем и ему заниматься с его сыном – продолжать гнездоваться- строиться, ибо ничто в этом мире не вечно, кроме процесса строительства дачи).
Во сколько мы в итоге закончили радоваться труду – скрыла милосердная завеса времени, дальше помню себя уже поздней ночью, бегущим с горы в траве-по-пояс, счастливый и опьяненный свободой.
Следующий день прошел как под копирку – «и вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди», копать-таскать-пахать, мы не сдавалась, за нами в каких то 3-4 тысячах километрах была Москва, и к обеду послеследующего дня осыпающийся ранее склон радовал глаз перпендикулярной красотой и казалось, что свобода, а с ним и долгожданный дачный отдых уже где-то рядом, за семью тачками и десятью носилками.
Но толи карма потомков кузнецкстоевцев не подразумевала отдыха в этой жизни, толи мы плохо медитировали на цветущий через четыреста сорок четыре года сад-огород, в общем к нам опять прилетела птица «обломинго».
Находясь на заслуженном послеобеденном отдыхе, мы уже основательно строили планы на то, как мы сегодня и завтра зажжем, ведь осталось то дел всего на час-полтара.
Наша неспешная беседа была прервана диким смехом за окном. Через несколько секунд его источник – Серега ввалился к нам. Сквозь приступы истеричного смеха-сквозь-слезы мы кое-как разобрали, что наш не подпёртый склон (который мы третий день ровняли для последующего бетонирования) – обвалился «сначала немного, тачек на 5-10, а потом тачек на 50».
Это означало, что все надо начинать сначала – работы добавилось на пару дней стахановского труда, а при такой организации – «что думать, прыгать надо» (зачем подпирать-укреплять, копать надо) – до конца лета.
С таким же успехом можно носить воду в решете, красить траву, круглое носить, квадратное катать и заниматься много какой полезно-армейско деятельностью для повышения нашей приобщённости к физическому труду и поддержания ИБД (имитации бурной деятельности).
К тому времени наша маленькая спаянная бригада уже думала и действовала как единый организм – без слов, на одной телепатии. Жека мгновенно куда-то испарился, мы достали карты и сели играть в дурака.
Через несколько минут ворвался наш вдохновитель на подвиги – Владимир Перейрович с новыми зовущими на подвиг лозунгами, но Жеку не застал. Лишившись вместе с Жекой основного своего рычага воздействия на нас – дружеской солидарности, он загрустил и отправился на его поиски, иногда забегая к нам проверить – а вдруг он где то в доме (под табуреткой-диваном-столом) прячется? Но Жека в этот день проявил чудеса конспирации и до ночи так и не попался в принудительно-добровольные трудовые сети.
Мы же чувствовали себя настоящими забастовщиками, вместо стучания касками делая вид, что совсем не понимаем, чего от нас хотят и какой-такой копать-таскать на даче, мы же в гости отдыхать приехали.
Так в праздности и неге прошел остаток этого дня и у нас забрезжила надежда на то что жизнь начинает налаживаться и мы наконец достигнем отдыхательной нирваны.
Но тогда на просторах нашей необъятной социалистической Родины свято соблюдался лозунг «Кто не работает-тот не ест!». Поэтому планово-беззаботное утро встретило нас первыми лучами солнца и вкрадчиво-заботливым голосом Владимира батьковича «Ребята, вставайте, через 40 минут электричка отходит, следующая только в обед, а то у нас хлеб заканчивается» (тогда магазинов рядом с дачами не строили, за продуктами, в т.ч. за хлебом надо было идти черти знает куда). Предлагать сходить за хлебом мы не стали, прочитав в его глазах неумолимый приговор- лозунг энтузиастов-дачестроителей- «кто не пашет на даче до зари, тому не дадим праздно жить на ней и есть сухари!».
Так произошло наше изгнание из рая, хотя никаких запретных плодов мы попробовать так и не успели – некогда было, а так хотелось.
С тех пор наши редкие поездки к Жеке на дачу заранее предварялись строгой проверкой на время нашего приезда планов передвижения – местонахождения на это же время Жекиного бати, ибо наши пути не в коем случае не должны были пересечься как минимум в радиусе нескольких километров от дачи, т.к. он продолжал с неиссякаемой энергией-энтузиазмом-фанатизмом строить-бетонировать-переделывать, пугая нас до холодного пота и ночных кошмаров перспективой вновь оказаться в рядах добровольно-принудительных помощников реализации этого бесконечного процесса.
И вот, собравшись как-то в один из летних погожих дней, мы услышали от Юрика рассказ о том, как он на днях заходил к Жеке домой, минут двадцать стучал, ждал когда наконец откроют, а не уходил потому, что в комнате раздавались какие то непонятные звуки- явно кто-то был дома. Наконец ему открыл стоящий на четвереньках Жекин батя и сказал что Жеки дома нет.
Жека внес ясность в эту футуристическую картину, объяснив, что его батя сорвал-надорвал спину на даче, когда очередные тачки-бетоны-глины таскал-копал, поэтому так долго и не открывал – мог передвигаться только на четвереньках и очень медленно.
Нехорошо, конечно, радоваться чужому горю, но мы увидели в этом прекрасную возможность беззаботно-безбетонного отдыха, пока Владимир батькович будет отлеживаться дома и стали активно спрашивать у Жеки, чего мы тут сидим и время теряем, когда в Карлыке райские кущи облетают-опадают.
На что он философски-спокойно пояснил, что медицинскую справку по временной нетрудоспособности на пару недель его бате для работы конечно выдали, но как только он смог вставать, то на первой же электричке ломанулся на дачу – раз есть такая клевая возможность столько всего на ней успеть сделать, пока можно на работу не ходить; и мы конечно можем поехать на дачу, но он пожалуй пас, ибо жизнь она одна и желательно ее прожить, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прокопанные-пробетонированные в юности годы.
Ну а морали сей истории -
1)«гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей!» (это про Жекиного батю)
и
2)«труд сделал из обезьяны усталую обезьяну» (ну а это про нас).

106

Репетиция моих похорон.

Есть у меня родственница. Достаточно близкая - мы носим одну фамилию, хоть и не кровные родственники, и достаточно дальняя - живём в разных городах, далеко друг от друга.

Умная, красивая, знающая цену себе женщина ... была. Несколько лет назад герпес, который есть у нас у всех, ополчился на неё, вылился в менингоэнцефалит, кОму. Благодаря врачам удалось вернуть её к жизни. Но полностью повреждены височные доли мозга, память стала как у рыбки Дори.

Приезжала к нам в гости. Здоровается постоянно, объясняется в любви... Смеяться не над чем, воочию видишь, что может сделать с человеком болезнь... Уехала к себе.

А вот тут происходит неожиданное: она начинает меня третировать в Одноклассниках - есть такая сеть, кто не знает, ну и мы там общались раньше, изредка.
Стоило мне теперь появиться на сайте - сразу шли бесконечные объяснения в любви, желание увидеться, ну и остальные пожелания любви и счастья.

Я честно пыталась переписываться, но это тяжело - мало того, что она уже забыла, что я ей отвечала, так и общение всё происходит словами с уменьшительно-ласкательными суффиксами. Тяжело и безрезультативно.

В общем я человек слабый. Нет человека - нет проблемы. Это я про себя. Я перестала заходить в Одноклассники.
Ну, а что я потеряла? Стошестьдесят друзей? Так мы и так не общаемся. Фотки из отпусков, соревнования кто как выглядит - медаль всё равно не дадут.
В общем не захожу туда больше года, прячусь от родственницы.

Вчера, поздно вечером прилетает на телефон - оценила она какую-то мою фотографию. Да и ладно, чем бы дитя не тешилось... Прилетает всплывающим окном, в сеть не захожу. Потом прилетают слова о бесконечной любви ко мне. Потом как ей плохо без меня.
Не захожу трусливо, чтобы не вступать в переписку. Всё, угомонилась.

А сегодня с утра одни всплывающие окна на телефоне - из сташестидесяти друзей -шестьдесят посетило меня, ставили Оки под той фоткой, где писала послания моя родственница...

Я сначала ошалела - фоткам моим там сто лет в обед, все пересмотрены давным-давно. Год уже меня там не видно, никого это не колыхало и не интересовало. А потом - догадка. Это ж они меня хоронят)))

С одной стороны их понять можно. Фамилии у нас с родственницей одинаковые, слова от неё о любви ко мне и о том, что ей бесконечно плохо без меня ... В общем, спасибо, братцы, даже не знаю, что делать, если надумаю заглянуть опять себе на страничку. Вдруг кого перепугаю?

А самое обидное - друзей вроде стошестьдесят, а объявились только шестьдесят. Где остальные сто?

107

Рассказал друг. Познакомился на сайте знакомств с женщиной. Хорошие фотографии, стали переписываться. Назначили встречу. В жизни оказалось все нормально. Погуляли, поговорили. Это был ее район, пригласила зайти. Кофе, разговоры, очень неплохой секс. После пары наводящих вопросов попросила срубить дерево перед окном. Оно загораживает большую часть дневного света. Поинтересовался, обращалась ли в ЖЭК. Говорит, что да, но там не поддерживают эту идею. Сознавая ответственность за порчу зеленых насаждений, попытался направить ход мыслей хозяйки в более высокие инстанции. Но она настаивала. Выяснилось, что топора или пилы дома нет, придется изыскать самому. На следующий день сообщение, что она меня бросает, т.к. похоже, я не знаю, чего хочу, и она не уверена, что на меня можно положиться. Самому интересно, неужели все это для поиска дровосека. Хотя замысел почти гениальный - пришел какой-то мужик и срубил дерево, я тут причем?

108

Может, если коты приелись, то другой кто подойдет? У меня вот однажды киндерсюрприз пернатый был.
Мы шли как-то с папой по росе, по лесополосе. Вдруг из-под ног кто-то вышмыгнул. Смотрим - птенец типа цыпленка. В пуху еще, пестрый, а на спине - так вообще полоски, как у бурундука. "Куропатка!" - сразу определил папа и сказал: "Смотри и слушай, где-то должна быть мать с остальными." Мы стояли-стояли, слушали-слушали - нигде ничего. Взяли куропатенка с собой, принесли в квартиру. У мамы приключился когнитивный диссонанс, а когда он отключился, то говорить что-то за или против не было смысла. Птиц остался. Был наречен Прохором.
Проха был кореш без проблем: ел практически все, что давали, даже вареное яйцо и тушеную капусту. Я ему каждый день ловила мух, мух он ценил. На балконе ему поставили большую картонную коробку с добротной корягой и листьями, в которую он забирался на ночь.
Ну да, он гадил, конечно, - но только на гладком полу! Папа, как главный специалист по дрессировке (не только куропаток), двумя-тремя затрещинами дал ему понять, что с кровати, диванов, ковра надо сойти сначала на линолеум, а потом уже ляпать свои шедевры. Невероятно, но факт: Проха приучился. Вот лежим с ним на кровати, я читаю книжку, а он, привалившись к моему боку, пух свой чистит. Вдруг встает, топчется-топчется - скок с кровати на пол, сажает там кляксу - и обратно, на кровать, ко мне под бочок.
Обожал, когда солнечное пятно под окном появляется, сесть пузом на теплый пол и закемарить. При этом начинал заваливаться на бок, ноги из-под него по гладкому полу выезжали в сторону, и так он и валялся на боку, как кот какой-нибудь.
А один раз прихожу утром на кухню, застаю картину: сидит мама, на коленке у нее Прохор, она держит перед ним чашку, а он оттуда чего-то пьет. Оказалось - кооофе с молоком...
Но не все коту масленица. У Прохора начали расти настоящие перья, и папа сказал: "Его надо учить летать. Иначе он потом в лесу не выживет."
Сказал - сделал. У Прохора начались тренировки. Против полетов птиц категорически возражал. С небольшой высоты он либо просто нехотя соскакивал, либо намертво цеплялся за руку когтями. Высота была увеличена. Тогда он наловчился, обдирая когтями поднятую вместе с ним руку, спускаться по ней вниз, на плечо, а уж быть спихнутым оттуда было не так страшно. С полетами не клеилось. И тут у Прохи стал расти гребешок. "А, - сказал папа, - тогда это однозначно петух. Не знаю, что он делал в лесу, но это петух. А раз петух, то летать ему не обязательно... А вот драться учиться - НАДО!" Надо - так надо. Тренировки перешли в партер. Проху дразнили ногой, а он на нее нападал. Это он делал с азартом и рвением, достигнув успехов. В результате успехов всем пришлось носить по два носка на каждой ноге - тогда синяков почти не было.
В общем, при добротном питании и должном физическом воспитании через пару-тройку месяцев у нас был шикарный сторожевой петух вишнево-коричневой расцветки, с зелеными и синими перьями в хвосте, радостно орущий в 5 утра на балконе. "Хм, - сказал папа, - а ведь ему теперь курица нужна!". Папа знает, что говорит. Нужна так нужна. И от знакомых из деревни была привезена молодая курица, такая же пестрая. Курицу привезли вечером, Проха уже спал на своей коряге в коробке. Правда, коробка уже стояла не на балконе, чтоб все-таки не улетел ненароком. "Курицу надо подсадить к нему прям сейчас. Тогда утром они проснутся, как будто так и было. Иначе он ее побьет", - инструктировал папа.
В самом деле: утром Проха увидел незнакомую мадемуазель, тюкнул ее лишь пару раз по голове, обозначив, кто тут главный, и настала семейная идиллия. Только вечером нам надо было уйти допоздна, а когда мы пришли, то в квартире был полный разгром. Похоже, деревенская курица с полным отсутствием манер пыталась найти место для насеста. Она мирно дрыхла в ванной, на полочке перед зеркалом, сметя все, что там стояло, на пол. Убрав осколки и вытерев лужу туалетной воды, мама сказала: "Или она, или я." Прохор и его молодая жена были отправлены в ссылку, в деревню к тому самому владельцу курицы.
Мы были там потом, год спустя. Проха заматерел, еще увеличился в весе и размере, только одного глаза не было. "Зато весь гарем - полностью его, - сказал хозяин, - он моего петуха тогда чуть не до смерти уделал, сам глаза лишился, но того вообще пришлось прирезать, чтоб не мучился. Чужие все сюда ходить боятся, хоть люди, хоть коты, про соседских петухов вообще речи нет."
Без особой надежды на эффект, мама позвала его: "Проша!". Он встрепенулся, прислушался - и вдруг каак припустит к ней, бегом! Прибежал, мы его погладили... На следующее утро смотрю - сидит папа у крыльца на корточках, протягивает Прохе на ладони хлеб. Проха как-то потоптался вокруг, потом примерился - взгромоздился на руку - клевать, как раньше... Хотя теперь он на руке еле-еле умещался и с трудом балансировал. Но ведь вспомнил! Вот зря говорят - "мозги куриные".
А Проха вот был индивидуум, личность куриной породы, не хуже кота.

109

В средней группе детского сада к сентябрьскому утреннику меня готовил дедушка. Темой праздника были звери и птицы: как они встречают осень и готовятся к зиме. Стихотворений, насколько мне помнится, нам не раздавали, а если и раздали, дедушка отверг предложения воспитательниц и сказал, что читать мы будем своё.

Этим своим он выбрал выдающееся, без дураков, произведение Николая Олейникова "Таракан".

Мне сложно сказать, что им руководило. Сам дедушка никогда садик не посещал, так что мстить ему было не за что. Воспитательницы мои были чудесные добрые женщины. Не знаю. Возможно, он хотел внести ноту высокой трагедии в обыденное мельтешение белочек и скворцов.

Так что погожим осенним утром я вышла на середину зала, одернула платье, расшитое листьями из бархатной бумаги, обвела взглядом зрителей и проникновенно начала:

– Таракан сидит в стакане,
Ножку рыжую сосёт.
Он попался. Он в капкане.
И теперь он казни ждёт.

В "Театре" Моэма первые уроки актерского мастерства Джулии давала тётушка. У меня вместо тётушки был дед. Мы отработали всё: паузы, жесты, правильное дыхание.

– Таракан к стеклу прижался
И глядит, едва дыша.
Он бы смерти не боялся,
Если б знал, что есть душа.

Постепенно голос мой окреп и набрал силу. Я приближалась к самому грозному моменту:

– Он печальными глазами
На диван бросает взгляд,
Где с ножами, топорами
Вивисекторы сидят.

Дед меня не видел, но он мог бы мной гордиться. Я декламировала с глубоким чувством. И то, что на "вивисекторах" лица воспитательниц и мам начали меняться, объяснила для себя воздействием поэзии и своего таланта.

– Вот палач к нему подходит, – пылко воскликнула я. – И ощупав ему грудь, он под рёбрами находит то, что следует проткнуть!

Героя безжалостно убивают. Сто четыре инструмента рвут на части пациента! (тут голос у меня дрогнул). От увечий и от ран помирает таракан.

В этом месте накал драматизма достиг пика. Когда позже я читала в школе Лермонтова "На смерть поэта", оказалось, что весь полагающийся спектр эмоций, от гнева до горя, был мною пережит еще в пять лет.

– Всё в прошедшем, – обречённо вздохнула я, – боль, невзгоды. Нету больше ничего. И подпочвенные воды вытекают из него.

Тут я сделала долгую паузу. Лица взрослых озарились надеждой: видимо, они решили, что я закончила. Ха! А трагедия осиротевшего ребёнка?

– Там, в щели большого шкапа,
Всеми кинутый, один,
Сын лепечет: "Папа, папа!"
Бедный сын!

Выкрикнуть последние слова. Посмотреть вверх. Помолчать, переводя дыхание.
Зал потрясённо молчал вместе со мной.

Но и это был ещё не конец.

– И стоит над ним лохматый вивисектор удалой, – с мрачной ненавистью сказала я. – Безобразный, волосатый, со щипцами и пилой.

Кто-то из слабых духом детей зарыдал.

– Ты, подлец, носящий брюки! – выкрикнула я в лицо чьему-то папе. – Знай, что мертвый таракан – это мученик науки! А не просто таракан.

Папа издал странный горловой звук, который мне не удалось истолковать. Но это было и несущественно. Бурными волнами поэзии меня несло к финалу.

– Сторож грубою рукою
Из окна его швырнёт.
И во двор вниз головою
Наш голубчик упадёт.

Пауза. Пауза. Пауза. За окном ещё желтел каштан, бегала по крыше веранды какая-то пичужка, но всё было кончено.

– На затоптанной дорожке, – скорбно сказала я, – возле самого крыльца будет он задравши ножки ждать печального конца.

Бессильно уронить руки. Ссутулиться. Выглядеть человеком, утратившим смысл жизни. И отчетливо, сдерживая рыдания, выговорить последние четыре строки:

– Его косточки сухие
Будет дождик поливать,
Его глазки голубые
Будет курица клевать.

Тишина. Кто-то всхлипнул – возможно, я сама. С моего подола отвалился бархатный лист, упал, кружась, на пол, нарушив шелестом гнетущее безмолвие, и вот тогда, наконец, где-то глубоко в подвале бурно, отчаянно, в полный рост зааплодировали тараканы.

На самом деле, конечно, нет. И тараканов-то у нас не было, и лист с меня не отваливался. Мне очень осторожно похлопали, видимо, опасаясь вызвать вспышку биса, увели плачущих детей, похлопали по щекам потерявших сознание, дали воды обмякшей воспитательнице младшей группы и вручили мне какую-то смехотворно детскую книжку вроде рассказов Бианки.

– Почему? – гневно спросила вечером бабушка у деда. Гнев был вызван в том числе тем, что в своем возмущении она оказалась одинока. От моих родителей ждать понимания не приходилось: папа хохотал, а мама сказала, что она ненавидит утренники и я могла бы читать там даже "Майн Кампф", хуже бы не стало. – Почему ты выучил с ребёнком именно это стихотворение?

– Потому что "Жука-антисемита" в одно лицо декламировать неудобно, – с искренним сожалением сказал дедушка.

110

Диалоге бабушки и оператора службы спасения:
- Милочки! У меня кошечка на дереве под окном сидит, мяучит жалобно, помогите - снимите ее оттуда?!
- Бабуля, она сама посидит-посидит и слезет.
- А если не сможет? Вдруг она там с голоду умрет?
- Бабуля! Вы когда-нибудь скелетик кошки на дереве видели?!

111

Дожил дед до 100 лет, приходит к нему корреспондент девушка и говорит Как вы дожили до стольких лет , видимо не курили ? Дед в ответ Видишь стог сена в поле, так вот я выкурил в 3 раза больше чем этот стог Тогда наверное не пили ? Видишь пруд за окном? Так вот я выпил в 2 раза больше чем этот пруд Так может быть вы с девушками ceкcом не занимались ? Видишь косу у дерева? Так вот, когда ко мне смерть пришла, я ее так отъе@ал, что она даже косу оставила!

112

История, которую написал мой отец.
Цыганка Настя.
Еду в электричке в Томилино знакомиться с родителями моей невесты. В кармане 25 рублей: цветы для невесты, торт для будущей тещи и коньяк для тестя. Остаток – рублей 10 хватит дотянуть до стипендии. Конец мая. За окном поезда яркое солнце, нежная зелень деревьев. Как хорошо! Я готов лететь навстречу своему счастью. Надо как-то угомонить возбужденно-радостное состояние. Читаю «Графа Монтекристо» Дюма. Все мои мысли и чувства переключаются на похождения графа.
Однако с какого-то момента концентрация внимания рассеивается. Что-то начинает беспокоить. Закрываю книгу и поднимаю глаза. Напротив меня сидит цыганка – молодая, ослепительно красивая, элегантная, нарядная! Улыбаясь, она пристально смотрит на меня и протягивает мне руки: «Меня зовут Настя, а ты кто?» Вообще-то, цыгане не предмет моего внимания. Я стараюсь держаться подальше от этой вороватой публики. Мысленно заставляю себя отвернуться и вернуться к Монте Кристо. Вместо этого протягиваю цыганке руки и смущенно мямлю: «Я Юра». Я уже забыл про невесту и был похож на агнца, готового к закланию. «Сейчас она его облапошит!» послышался мужской голос с соседней лавки.
В этот момент цыганка села рядом со мной, ласково обняла меня, положив руку на мое плечо. «Юра! Какой ты симпатичный! Посмотри на меня!» Польщенный, я «симпатично» повернулся к ней лицом, не ведая о намерении ее проворной руки. Правой рукой она пощекотала меня под мышкой, а левая оказалась в грудном кармане пиджака - 25-рублевая купюра быстро промелькнула перед моими глазами и утонула где-то в глубине ее великолепного бюста. Только в этот момент я пришел в себя: «Воровка! Отдай мои деньги! Я еду к невесте». Пассажиры зашумели – женский голос: «Он едет к невесте! Надо вызвать милицию!» мужской: «Ай, да цыганка! Вот ловкачка!»
Я смущен, мне стыдно и обидно. Как вернуть деньги? Залезть к ней в лифчик? Абсурдно! Схватить за руку и крепко держать! Не выйдет. Эта со своими змеиными повадками скорее укусит меня и расцарапает лицо. А в конце вагона целая свора этих цыган. Они как коршуны налетят выручать свою товарку.
Цыганка же чувствует себя как рыба в воде. Она берет мою руку и начинает гадать. До меня едва доходит смысл ее слов: «У тебя дальняя, длинная, долгая дорога в глухие края. Линия жизни с бубенным интересом. Твои дети будут девочки, а внуки мальчики». Ну что же! Сейчас я могу признать – в чем-то цыганка права. Дальнюю дорогу и глухие края я уже прошел, у меня две дочери и два внука, а вот «бубенный» интерес не принес мне ни денег, ни славы.
Немного пришел в себя. Вспомнил про невесту: «Верни мои деньги! Я не могу приехать к невесте с пустыми руками!» Настя берет меня за руку: «Пойдем! Нам пора выходить. Там рассчитаемся». Глянул в окно – Томилино мы уже проехали и подъезжаем к Малаховке!
На привокзальной площади стоит широкая телега с впряженной нарядно украшенной лошадью. Вокруг толпа цыган. Два молодых цыгана с гитарами поют вместе с хором цыган. Один из них крикнул: «Настя! Выходи в круг! Спой «Цыносадо». Настя отпустила мою руку: «Не уходи! Будешь слушать, как я пою и танцую!». «А деньги?» «Потом, потом!» «Вот так номер! Мне еще предстоит пройти через это «Цыносадо», чтобы получить свои деньги!
Настя встала в круг, горделиво запрокинула голову, рукой взметнула вверх край своей широченной цветастой юбки и запела. Медленная, едва сдерживаемая страстная мелодия, готовая как пружина вырваться наружу, сменяется нарастающей в темпе песней и танцем. И вот уже вся толпа цыган поет и приплясывает вместе с Настей. А какой у нее дивный голос! И как она грациозно выделывает эти замысловатые «кренделя» цыганского танца!
Я смотрю на часы. Время уже неумолимо отсчитывает роковые минуты со знаком минус. Какой я дурак! Еду свататься, а меня охмурила цыганка! Вместо Томилино попал в Малаховку на какое-то цыганское празднество! Моя невеста предупредила: «Смотри не опоздай. Мама у меня бывает грозной». В каком виде я теперь явлюсь перед очами грозной тещи? Счастье моей жизни под угрозой!. Нет, вот я сейчас возьмусь решительно, решительно….За что же я возьмусь?»
А вот и эта самая «цыносада»! Настя дивно солирует, а ей аккомпанируют и вторят два цыгана с гитарами. А эти гитаристы? Стройные красавцы с пышными черноволосыми шевелюрами (Разве цыгане бывают лысыми?) в шелковых рубашках, в до блеска начищенных сапогах. Как они поют и играют? Ну это просто чудо! Они поют на два голоса, и играют две партии мелодии, причем вторая гитара выдает вариации невероятной сложности, достойные Николо Паганини. Между прочим, цыганская гитара семиструнная. На ней исполнять виртуозную музыку намного сложней, чем на классической шестиструнной гитаре. Вихрь песни и танца обрывается. Цыгане кричат, ликуют, зрители аплодируют. Еще бы! Такой неожиданный великолепный концерт под открытым небом!
Настя протискивается ко мне сквозь толпу: «Ну как? Понравилось?» «Еще бы! Браво, Настя!» Настя засовывает руку за пазуху («Интересно, где же у нее там тайник?») и достает небрежно помятые деньги: «Вот тебе 15 рублей для невесты. А остальное я заработала». Я почти счастлив, что легко отделался: «Настя! Я запомнил мелодию «цыносады». Напиши мне слова этой песни русскими буквами. Я играю на аккордеоне и буду петь по-цыгански. «Э, Юра! Чтобы петь эту песню, надо быть цыганом». «Я согласен быть цыганом, только ты напиши». «А в табор пойдешь?» «С тобой хоть на край света! Мне теперь все равно, грозная теща не пустит меня на порог!». «У нас с тобой разные порывы – ты готов в табор, а я стремлюсь уйти из табора, но меня не отпускают Но все равно я буду артисткой!». Настя рассказала, что она воспитывалась в русской семье, окончила школу-семилетку, потом нашлась ее мать, и ее забрали в табор. Табор стоял лагерем в Переделкино. Один «большой писатель» дал ей свой адрес, обещал определить ее в театральное училище.
На прощанье Настя меня обняла, но я на всякий случай плотно прикрыл грудной карман пиджака «где деньги лежали».
Эта история вспомнилась недавно, когда я перелистывал свои записные книжки с песнями. А вот и эта песня цыганки Насти. Вспомнилась мелодия. Что-то я добавил, что-то позаимствовал из известных мне цыганских мотивов – и получилась «Цыганская рапсодия», которую я с удовольствием исполняю на аккордеоне. Эта рапсодия и явилась стимулом к написанию рассказа о цыганке Насти.

113

Как-то несколько лет назад было дело. За окном у нас довольно высокий вяз, а во дворе живут кошки. Среди них - одна или две кошки одной пожилой семейной пары из нашего дома, красивые и ухоженные, но при этом в достатчной степени самостоятельные и даже иногда диковатые. Эта история об одной из них, белой длинношёрстой красотке.

Так вот, на этот вяз села сойка, и у кошки проснулся охотничий инстинкт. Разумеется, полезла на дерево. А птица эта проклятая взяла и повыше перелетела - кошка продолжает взбираться. Сойка сидит на тоненькой веточке, и кошка, ничего кроме добычи не замечая, продолжает подбираться к ней. Они уже на высоте где-то пяти или шести метров...

Кошка уже почти подобралась к сойке, когда она вдруг упорхнула, а веточка начала гнуться. Тут-то она и сообразила. На морде моментально нарисовался ужас: высоко, ветка хлипкая, и как она до неё добралась, не помнит. Из вдохновенной охотницы наша героиня сразу превратилась в скукоженную от страха домашнюю кошечку.

Однако даже в таком состоянии она смогла спуститься. Не так грациозно и ловко, как забралась (вообще далеко не каждому коту дано лазить по деревьям как вверх, так и вниз) - где могла, она аккуратно спрыгивала на ветку ниже, где не получалось, смешно скатывалась, почти падала. Но в течении всего схождения её морда оставалась перепуганной.

Спрыгнула вниз и удалилась с таким видом, словно ничего такого сейчас не было...

114

- Усыпить? - спросил я.
- Ну да, - ответила хозяйка, - он мне не нужен.
Щенок тянул меня за халат острыми зубками. В его блестящих озорных глазах не было и тени тревоги. Его не пугали странные запахи смотрового кабинета, незнакомый человек в белом халате и родная хозяйка, которая решила от него избавиться самым радикальным способом.
- Но у него нет никаких проблем ни со здоровьем, ни с агрессивностью, - пытался я переубедить женщину.
- Ну и что? Он мне не нужен!
На самом деле проблема у щенка была. И большая. Он оказался беспородным и некрасивым. В полгода все щенки выглядят немного нескладными, потому что теряют милые детские формы, но ещё не дорастают до взрослых параметров. Этот пёсик был куплен на рынке как грифон - курносая маленькая собачка с жёсткой шерстью и игривым нравом. Все эти признаки породы у щенка были, но ростом он уже давно перерос самого крупного гриффона и неумолимо приближался к миттельшнауцеру. Крупная нижняя челюсть с перекусом придавала пёсику сходство с боксёром, а огромные уши - одно стоячее, другое висячее - вообще походили на овчарочьи. Жёсткая шерсть торчала под самыми неожиданными углами. Думаю, если бы его выставили на конкурсе "самая уродливая собака", он бы вошёл в пятёрку лидеров.
- Я хотела маленькую собачку, - продолжала ныть обиженная женщина, - а мне подсунули этого уродца.
- Породистых собак на рынке не покупают, - мрачно озвучил я прописную истину.
- Ну да! А знаете, сколько они стоят в питомнике?
- Знаю, - злобно сказал я.
И задумался. Из данной ситуации было три выхода. Чрезвычайно привлекал первый: вылить на тётку флакончик с бриллиантовой зеленью, чтоб она неделю отмывалась. Смущает последствия в виде вызова полиции и неприятностей для клиники. Второй был не столь радикальным: всего лишь сообщить хозяйке самым холодным тоном, что здоровых животных мы не усыпляем. Последствия тоже были малоприятные. Женщина наверняка отыщет другую клинику или просто выставит собаку на улицу. А на дворе морозный январь... Третий выход был самый хлопотный. Я тяжело вздохнул и набрал номер приюта для животных.
- Привет, Свет. Хозяина для щенка найдёшь? Кобель, шесть месяцев, похож на помесь бульдога с терьером, страшный, как я после ночной смены, но добрый. Фото вышлю. К себе взять не сможешь? Что, опять полна коробочка? Ладно, пока побудет у меня. Только ты уж побыстрее, ладно? Хозяин клиники это не приветствует.
Закончив разговор, я поднял глаза на владелицу. Она смотрела на меня удивлённым взглядом. "Просто так собаку не отдаст, - понял я. - Придётся искать подход".
- Значит так, - в моём голосе было больше холода, чем за заледеневшим окном, - усыпить я его не могу, но поскольку сейчас праздники цена будет двойной. За вывоз трупа и кремацию тоже придётся доплатить. И за хранение трупа в холодильнике тоже. Труповозка приедет только в понедельник. Сами понимаете: новогодние каникулы.
- Как так? Это что за безобразие? - рот у горе-хозяйки противно искривился.
- Согласен: безобразие, - ответил я. - Но не я здесь цены устанавливаю. Поэтому, чтобы сохранить Ваши деньги, предлагаю написать отказ от собаки. Я передам её в приют, где щенку найдут нового хозяина.
- Нового хозяина? - у женщины глаза на лоб полезли. - Да кому он нужен, такой страшненький?
- А может, - тут на её лицо мелькнула мелкая подозрительность, - это редкая порода? И Вы его задорого продадите?
Я мысленно хлопнул себя по руке, потянувшейся к банке с бриллиантовой зеленью. В голове определилась мысль: "Спокойно... спокойно... нельзя лить на посетителей зелёнку, выкидывать их в окно и даже нецензурно выражаться. Я профессионал! Я профессионал!".
- Можете продать его на рынке, - сказал я. - У него прививки есть?
- Какие прививки? - у женщины уже голова шла кругом.
Она никак не могла понять, что я решил спасти щенка исключительно из гуманных соображений, и искала подвох.
- Ещё и за прививки платить? А без прививок я его продать не смогу что ли?
- Попробуйте, - равнодушно сказал я. - Штраф заплатите, если что.
- Нет уж! - тётка сняла ошейник, сунула его в сумку, а пса подтолкнула ко мне.

- Забирайте это чудо. Он и так мне всю мебель изгрыз. Что надо подписать?
Я сделал фото щенка и послал Свете. Она обещала тут же выложить на сайт. Пёсика я покормил и поместил в клетку в стационаре. Посетителей больше не было, я уселся поудобнее, чтоб видеть входную дверь, и запел. Есть у меня такая привычка - исправлять плохое настроение песней. Два-три романса, исполненные моим тягучим баритоном, и жизнь снова становится терпимой. Главное - наблюдать за дверью, чтоб не напугать клиентов.
- У - у - утро тума - а - нное, у - у - тро седо - о - ое, - затянул я.
- Вау - у - у! - донеслось из клетки.
- Чудо, ты умеешь петь? - удивился я. - Ох, вот и имя тебе родил. Чудо! Ну... давай дуэтом!
Мы с пёсиком исполнили "Утро", потом спели "Чёрный ворон", а на "Выйду в поле с конём" так отлично спелись, что я не заметил открывшуюся дверь. Поэтому, когда раздались аплодисменты, я подпрыгнул от испуга.
- Браво - браво! - задыхаясь от смеха, сказал сухонький пожилой мужчина, незаметно проникший в помещение. Это был мой друг, клиент и лечащий врач Александр Иванович, для своих просто Шурик.
- Шурик, ты меня напугал!
- Это ты меня напугал! Иду мимо, слышу - воют! Подумал, что ты окончательно заработался. Вот, зашёл узнать, не нужна ли профессиональная помощь.
- Нужна! Ещё как нужна! Можешь зверя приютить на недельку-другую? У нас в приюте опять мест нет.
- Ох, это я зря предложил... Ты же знаешь: я после смерти Мухтара никаких собак не завожу...
Мухтара мы с Шуриком похоронили в прошлом году. Пёс забрал в могилу половину сердца хозяина. Но щенка надо было куда-то пристраивать и я добавил в голос просительных нот.
- Но это же временно! Пока место не освободится. Представь, что это пациент, которого тебе впихнули, пока койка в терапии не появится.
- Ты про койки вообще молчи! Хоть здесь про работу не напоминай, Айболит фигов. А что это за порода? Какой-то он страшненький...
- Это редкая порода! Единственный экземпляр. Название ещё не придумал, так что сам фантазируй. Его усыпить привели.
- А ты опять оставил?
- Опять.
- Добрый ты человек, Айболит!
- Не особо. Я чуть эту тётку зелёнкой не облил.
- Ну не кислотой же. Ладно, давай своего собакена. На день-два, не больше. Как зовут хоть это чудо?
- Так и зовут - Чудо. Но можешь придумать что-то своё.
- Зачем? Хорошее имя. И соответствует. Поводок есть?
- Сейчас что-нибудь соорудим. Хозяйка всё с собой забрала.
- Вот зараза! Ну ладно, одевай зверя, пока я добрый. Что вы там с ним пели?
- "Выйду ночью в поле с конём"!
- Я тоже попробую. Но учти: максимум на неделю! Как только что-то освободится - звони!
Когда через несколько дней освободилось место, я позвонил Шурику.
- Знаешь, а ну его к чёрту, твой приют, - ответил друг. - Я теперь этого пса ни за какие деньги не продам. Мы по вечерам концерты устраиваем! Жена скоро со смеху помрёт, а ведь, как Мухтар умер, почти не улыбалась. Пёс хоть и страшненький, но такой юморной! Тапки приносит, танцует, каждое слово понимает! Правда, сгрыз все табуретки, да и фиг с ними. Внуки теперь чуть ли не каждый день приходят, а раньше раз в месяц навещали! Спасибо тебе, друг!
Я положил телефон и посмотрел в окно. На улице падал снег, тускло светились новогодние гирлянды на раме. Чудеса случаются тогда, когда их меньше всего ждёшь... Спасённый щенок, снова смеющийся Шурик и я - ветеринар - случайный посредник между этими двумя судьбами. Как удачно всё сложилось! Зазвонил городской телефон. Трубку взяла моя ассистентка Мила.
- Ветклиника, здравствуйте. Да, сегодня работаем. Конечно, привозите. Нет, по телефону ничего сказать не могу, посмотрим на месте.
Я оторвался от наблюдения за падающими снежинками и посмотрел на Милу.
- ДТП. Собака. Скорее всего, перелом.
- Готовь операционную, Милочка. Сегодня хороший день. Давай постараемся его не испортить...

115

Как я полюбил свою кошку

Была она маленькая, кормил из пипетки молоком, сметану на мордочку мазал, чтоб слизывала. Вырастил! К восьми месяцам понял, что кошка талантами не блещет а ещё и орать начала, требуя кота! Пришлось нести к ветеринару.
А теперь суть.
В "попонке", после операции, кошка отходит от наркоза. Положил её на диван. Зашевелилась - наблюдаю и переживаю, все ли хорошо... Сползает, нет, стекает с дивана и ползёт в коридор.. Наблюдаю, ведь я пока не знаю, что ей надо. Помощи не просит. Подползает к своему лотку в туалете и кладёт в лоток мордочку. И описалась! Я её поднял, помыл и отнёс на диван! Но как я её зауважал после этого!!!
Была у меня кошка, мимолётная, в прямом смысле - выкинул в окно после того, как нассала мне прямо на ноги на диване. Но та кошка была не "моя", подруга отдала, жалко ей было выкидывать. Я конечно, потом подобрал кошку обратно,под окном в тот год сугробы были метровые, когда выкидывал - знал, что не убъётся. Но ту кошку потом пристроил в соседний магазин. И ещё приплачивал мяснику за кормёжку.) Кстати! Когда сам работал рубщиком мяса, трёх котообразных кормил, выкинутых из дома. Они мне каждый день крыс таскали в благодарность! По две-три от каждого! Ужас! Я их задолбался на помойку выносить! Даже разговаривал с самым умным из котов - типа , не надо мне ваших подарков, я и так вас буду кормить! Не помогло! Стали таскать крыс и по вечерам!

116

Рассказали. Учился я в торговом вузе. Hа нашем курсе была грузинская барышня Манана. Милая девушка, чачей иногда всю группу угощала... Hо вот один преподаватель ее за что-то невзлюбил. А Манана, как назло, довольно долго грипповала, так что ей было не отвертеться: либо плати взятку, либо не сдаешь экзамены. Появляется Манана на экзамене. Тянет билет.Глазом не моргнув, садится у окна, а через пару минут за окном раздается пение. Да какое ! Hастоящее грузинское многоголосье, мужской хор ! Они так душевно затянули "Сулико", что все заслушались, ни у кого, даже у самых зверских преподавателей, не хватило сил это прекратить, настолько все было великолепно... Впрочем, заслушались не все..... Hесколько Мананиных земляков, что сдавали экзамен с нами вместе, вначала недоуменно прислушивались, а через пару минут начали чуть не в голос хохотать. И были немедленно изгнаны с экзамена ! Hо на этом удивительное не кончилось. Манана блестяще, на глазах у всего курса ответила на вопрсы, получила твердую "четверку" ко всеобщему недоумению и дикой злобе преподавателя (который понизил оценку на один балл исключительно из вредности). Через пару недель Манана обратилась ко мне с просьбой помочь ей по химии не безвозмездно. Слушай, сказал я, я тебе все бесплатно сделаю, скажи только, как ты тогда выкрутилась. Hэт, твердо сказала Манана, я тэ дэнги лучше дам ! Да не нужны мне твои деньги ! Рассказывай, а то ничего делать не буду. Выбора у тебя нет ! И Манана сдалась. Оказывается, "дитя гор" нашло блестящий и тонкий подход. Она достала билеты с ответами на все вопросы, собрала земляков и передала все это добро им. Земляки встали под окном. После того как вытянула билет, Манана каким-то образом подала им сигнал в окошко, и мужики затянули ответы на грузинском языке. Hа мотив "Сулико". Весь билет так и пропели, изредка вставляя для конспирации ключевое слово. А теперь представь, каково было грузинам в аудитории, которые вдруг услышали нечто вроде: "Квадрат гипотенузы равен Сулико!.. А квадрат плюс Б квадрат равно Сулико!.. Угол падения равен углу Суликооо!.."

117

Сегодня утром встретил знакомого, назову его, для краткости, Сашок. Был он сильно небрит, средне помят и весьма счастлив взглядом, хотя и амбре от него исходило такое, что курить рядом было бы опасно. Таким я его ни разу не видел, поэтому тот был незамедлительно допрошен на тему "чтозанах" и вот, что он поведал. Далее от его имени.

Сегодня я похмелялся коньяком, вчера просто пили коньяк, а третьего дня пили коньячок под шашлычок и балычок. Пил я всё это время на халяву, угощал меня мой дружбан по армейке, обмывали его новоселье. Пили вдвоём, хотя он в первый день пытался за свой (опять же) счёт пригласить гетер, от услуг коих я принципиально отказался, так как считаю, что если мужчина может покорить женщину не своей харизмой, а только деньгами, то он уже не мужчина, а просто кошелёк.
Квартира, которую обмывали, находится в соседнем квартале, на ул. Московской, старая пятиэтажная хрущоба, но рядом хороший парк, зелёный двор, куча магазинов и трамвайная остановка под окном. Так что, если закрыть глаза на попахивающий котами подъезд и сделать капитальный ремонт (который новосёл уже сделал) то жить можно припеваючи, любуясь на виноград, который обвивает подъездный козырёк и далее тянется по балкону к соседям сверху.
А начиналась эта история так. Дружбан приезжал из соседнего города Н. в наш зелёный К. сюда, в командировки, уже много лет. Из всей родни тут была только старушка, родная сестра деда, который давно почил в бозе. Дружбан навещал старушку, заходил попить чаю, послушать старушачьи новости и, чтобы не приходить в гости с пустыми руками, всегда покупал в соседнем "Табрисе" всякие вкусняшки, чтобы порадовать старушку. Выбирал только самые вкусные гостинцы, дабы не ударить в грязь лицом. Ночевать в её квартире он почти никогда не оставался - контора оплачивала гостиницу, куда можно было притащить из кабака по соседству какую-нибудь разбитную разведёнку и не травмировать психику бабульки скрипами кровати и страстными стонами. Лишь иногда, несколько раз, он ночевал у бабушки, если она сильно болела и за ней требовался уход, который почему-то от своих дочери и внуков она почти не получала.
Ничто не вечно под Луной, пришло время и бабушке уйти вслед за своим братом в мир вечной охоты, как говорили индейцы. На поминках выпили по три рюмки и Дружбану намекнули, что пора идти по домам. В любом российском доме это означает, что чужакам пора уходить и дальше остаются доедать и допивать лишь самые близкие. Дружбан пожал плечами и ушёл, решив, что и при жизни бабульки он с роднёй не особо общался, а теперь и вовсе не с кем, кроме двоюродной тётки, которая и намекнула, что поминки окончены.
На этом историю, типичную для нашей страны, можно было бы и закончить, но она внезапно превращается в преамбулу. Через полгода огласили завещание и оказалось, что бабушка половину своей квартиры завещала Дружбану. Видимо, пироженки и конфеты, покупаемые молодым парнем из вежливости, внезапно сыграли свою роль. Вторая половина отошла к тётке. Никому не известно, как она отреагировала на оглашение завещания, когда узнала, что лишилась половины наследуемой квартиры, но отношения с роднёй в городе К. испортились окончательно. На Дружбана по линии его матери начали оказывать давление, намекая, чтобы он отказался от наследуемой доли, но он вспомнил, как его попёрли с поминок и встал в позу. К счастью до суда дело не дошло. Каждый оформил право собственности на свою долю, сменили старую деревянную дверь на новую металлическую, всем раздали ключи и Дружбан стал наезжать в командировки уже в свою законную комнату.
Тут надо сделать небольшое отступление, и добавить, что эта комната спасла Дружбана от увольнения по сокращению - когда босс узнал, что съём жилья для командировочного можно не оплачивать, так как у него теперь в К. есть квартира, Дружбан выпал из списка сокращаемых.
Потом потянулись длинные и унылые дни. Дружбан, приезжая в командировку, видел что рады ему всё меньше и меньше. Тётка с мужем постепенно захватила всю квартиру. Замка на комнате не было и было видно, что в ней живут люди. Притом, не просто живут, а пользуются его вещами (некоторые вещи просто пропадали и на вопрос - где они? родня равнодушно пожимала плечами), спят на его белье и по его приезду не разрешают пользоваться общим бабушкиным холодильником, хотя места там было на десятерых квартирантов.
А однажды наступил "день Икс", когда тётка, долго шушукаясь со своим мужем на кухне и выпив чачи для храбрости, вломилась к нему в комнату и заорала, что он им тут надоел и должен проваливать. Он она - человек порядочный и готова выкупить у Дружбана его долю аж за 300.000 рублей.
От такого аттракциона неслыханной щедрости Дружбан немного фалломорфировал (или, как говорят в народе - охуел), порылся в объявлениях о продаже недвижимости в интернете и узнал, что средняя цена на "двушку" в этом доме - 2.200 - 2.300. Учитывая удручающее состояние квартиры, где каждая вещь и каждый гвоздь (кроме входной двери) помнили Великого Кукурузизатора Советского Союза Н.С. Хрущёва, реальная цена вряд ли бы достигла 2 миллионов российских фантиков, из коих честную половину Дружбан и предложил тётке за её комнату, намекнув, что за эти деньги недалеко, в паре кварталов, можно прикупить в новостройке уютную студию бОльшей площади, чем комната, а так же без запаха котов из подъезда и подвала и набегов соседских тараканов. Тётка сказала, что никому, кроме неё, его комната не нужна и ни копейки она не добавит, пусть берёт 300 тыр (которых у неё нет, но она согласна взять кредит) и проваливает!
Что было дальше - история умалчивает, но спустя какое-то время, во время следующей командировки в город К., судьба столкнула Сашка и Дружбана в одном баре, где Сашок и слушал эту печальную историю, похлёбывая крафтовое пиво и поглядывая на экран телевизора, где 22 миллионера нехотя катали мячик по травяному газону.
Внезапно муза посетила светлую голову Сашка и он резко встал, в два глотка осушил бокал и сказал Дружбану: "Есть идея! Пошли ко мне! Есть соседи, они помогут, но не бесплатно. Как мне кажется, придётся поторговаться".
Соседей пришлось поискать по подъезду, так как Сашок лишь изредка сталкивался с ними в лифте и знал, что они живут выше него, между 12 до 16 этажами. Волка ноги кормят, а язык до киллера доведёт. Или до нужных соседей.
Соседи сперва не хотели разговаривать, захлопнули дверь перед носом и даже демонстрация своих намерений в виде купюр номиналом 1000 рублей в дверной глазок успеха не принесла. Когда наши друзья, понурившись, хотели уходить, пары напитков, благословлённых Бахусом, достигли мозга и раскрыли третий глаз. Сашок предпринял последнюю попытку и начал взывать к духам предков соседей, которые были ещё и хорошими артистами, пели, танцевали и даже имеют свой театр. Дверь нехотя приоткрыли, друзей впустили вовнутрь квартиры, где и начался торг - жестокий и беспощадный. Сашок каким-то чудом скостил сумму, озвучиваемую в райдере, с 25.000 до 4.000, пообещав, что заплатит (и только - по факту проделанной работы!), если будет нужно и за второе шоу ещё 3.000 рублей. Только придётся приходить с концертом не этим соседям, а уже их родственникам.
После тщательного инструктажа, назначили бенефис одной актрисы на завтра, ровно в 13:20 , когда тётка приходит на обед, а муж её будет после дежурства на стройке (спит за деньги - работает сторожем!) отдыхать дома. Актрису, самую старшую соседку должны будут сопровождать подтанцовка из прочей родни, они же - оркестр, гримёры и костюмеры.
Придя домой, в свою комнату, Дружбан повторно уведомил родню о том, что согласен выкупить их долю по рыночной цене за один лимон и, если они отказываются, то завтра, перед отъездом обратно в город Н., будет показывать комнату другим покупателям. Тётка лишь посмеялась, сказав, что таких дураков, покупать комнату за такие деньги, не бывает. Сашок подмигнул ему и, сказав "До завтра!", ушёл в закат.
Наступило утро завтрашнего дня, а за ним неспешно подкрался и полдень. Дружбан пришёл в работы и начал, поглядывая на часы, неспешно собирать аппаратуру и приборы, которые нужно было везти на машине обратно в контору. Хитро улыбаясь в комнату протиснулся пришедший Сашок, сказав, что соседей видел у себя во дворе и "они уже на низком старте". Как только тётка вошла в квартиру, наши интриганы совершили звонок на мобильник сашковых соседей и шоу началось!
Спустя несколько минут раздался звонок в дверь и Дружбан, крикнув "Это - ко мне!", кинулся открывать дверь, в которую и ворвался ураган пёстрых юбок, шалей, золотых коронок и гвалта. Дружная цыганская (теперь уже читатели догадались) семья заполнила квартиру, как пиво - "полторашку". Они были везде: один мальчик кричал "Мама я хочу какать!" и бежал в туалет, а мама кричала ему "Попу вытирай хорошо, бумагу не жалей!", другой - мчался в комнату тётки и начинал переключать каналы телевизора, вырвав пульт у тёткиного мужа из рук, девочка начала рыться в цветочных горшках на подоконнике, после этого все дети бежали на кухню к холодильнику и не взирая на крик своей бабушки: "Куда немытыми руками после туалета?!", ели нарезку хозяйской колбасы, лишь сын старой цыганки и, по совместительству, отец троих детей хмуро молчал и под конец выдал единственную фразу: "Судом комнаты конкретно никак не распределены? Тогда я выбираю эту комнату, которая с телевизором - тут есть балкон!". Весь этот хаос длился несколько минут, после которого примадонна, сделав знак руками "Всем молчать!" сказала: "Ну, квартира нам нравится, но цена 1.300 за комнату завышена, тут ещё соседи. Надо подумать, но на миллион мы согласны сразу!".
После этого потенциальные покупатели растворились в сумраке подъезда, а Дружбан с Сашком, помахав тётке с супругом рукой, ушли, сказав, что вернутся через неделю.
Через неделю шоу повторилось. Сашок, правда, как любитель нешаблонности, предлагал отказаться от цыган и позвать адыгов, чеченцев или, на худой конец, дагестанскую семью, но Дружбан махнул рукой и сказал, что с этими уже договорились со скидкой и искать новых некогда. После недельного антракта второе действие прошло с неменьшим успехом, хотя тётка с мужем были к нему морально готовы. Новые гости вели себя более сдержанно, в холодильнике не хозяйничали и пипифакс не тратили, зато поинтересовались не нужно ли погадать или наслать на кого порчу, демонстративно сняв волос с хозяйской расчёски и намотав его на палец. Один из представителей мужской половины визитёров негромко, но так, чтобы хозяева слышали, сказал, что "дверь крепкая и если придут менты, то можно по лозе спуститься к соседям на балкон и оттуда на землю".
Спустя два месяца Дружбан оформил 100% квартиры в свою единоличную собственность, подружился с соседскими бабульками, а ещё через два месяца бригада из двух знакомых армян сделала капитальный ремонт в квартире, где о бабушке теперь помнит только виноградная лоза на балконе.
Друзья не менее капитально всё это обмыли и тут-то Сашок и попался на моём пути.
На мой вопрос Сашку, сам ли он всё это придумал, он ответил, что просто вспомнил чёрно-белый короткометражный фильм с Аркадием Райкиным, когда во время просмотра футбола в баре, профиль одного футболиста напомнил ему великого актёра.

P.S. Соседи Сашка потом сказали ему, процитировав волка из известного мультфильма и подмигнув: "Ну, ты это, заходи. если чо!..."

118

Кажется был год 2000 или 2001,тогда ещё не было смартфонов и интернета в телефонах, а в NWGSM был раздел сим меню. Вот в этом разделе была рубрика "знакомство" соответственно выбирался: пол, возраст и удалённость объекта. И как-то раз, страдая видимо бездельем, я познакомился с девушкой. Недолгая переписка через то самое сим меню, и мы обменялись номерами телефонов. Далее созвонились и договорились встретиться, она назвала адрес куда за ней приехать, и я приехал. Из парадной вышла симпатичная девица, ещё раз познакомились, сели ко мне в машину и решили поехать в какое-нибудь кафе.
Наконец подходящее её желаниям кафе нашлось, и мы сели за столик. Подошёл официант и спросил девушку - Что будете заказывать? Девица молчит. Он опять - Так вы что-то будете? А она всё равно молчит и смотрит на официанта, как солдат на вошь. Тогда он переключается на меня - А вы, что-нибудь будете? - Да, буду чай с лимоном. И тут девицу прорвало и она громко заявила - Это ты будешь чай с лимоном, а я буду водку!!! - Стопку, графинчик? Услужливо спросил официант. - Графин! Заявила девица. - А закусить - салатик или горячее? -Пока не надо. Через пару минут на столе была чашка чая, блюдце с нарезанным лимоном, стопка и графин с водкой. По каким поводам мы чокались чаем и водкой уже не вспомню, но девица закусывала лимоном и была трезва, как стекло! Когда у меня закончился чай, а у неё водка, она сказала - Ну что, пошли? Я расплатился и мы пошли. Сели в машину и тут её "накрыло". Спрашиваю - Куда едем? В ответ жужжание застрявшей мухи. Ладно думаю, пол часика покатаемся с открытым окном и она протрезвеет. Не тут-то было! Стало ещё хуже - девица совсем превратилась в пластилиновая ворону и жужжать совсем перестала. Остановился, думаю что ж делать? Адрес знаю, а квартиру нет. Приехали к её дому, взваливаю её себе на плечи и несу в подъезд из которого она выходила. Звонюсь в квартиры и предлагаю бренное тело открывшим дверь. Наконец на втором этаже мне повезло - открыла дверь девушка (видимо её сестра) и сказала - Заноси! Сюда ставь. На том и распрощались. А спустя пару дней, пластилиновая девица начала мне названивать с предложением продолжить знакомство и повторить променад, но я отказался от греха подальше...

119

Семейная пара играет в гольф на очень дорогом корте, окруженном дорогими домами. Муж предупреждает жену, чтобы она била осторожнее и случайно не разбила окно в одном из домов, иначе расплатиться с хозяевами будет очень сложно. И, естесственно, мячик попадает в окно ближайшего дома и разбивает его! Делать нечего — идут извиняться.
Стучаться в дверь и получают приглашение войти. В большой комнате перед разбитым окном сидит неопределенного возраста смуглый мужчина с седеющей бородой. Вокруг стола валяются осколки разбитого окна и на столе среди стела стоит разбитая бутылка из-под старого вина.
— Это вы разбили окно и бутылку?
— Да простите, сколько мы Вам должны?
— О нет, Вы мне ничего не должны, наоборот, я Вам должен!
-??!
— Вы понимаете, я — джин, хоть в это и сложно поверить. Вы разбили эту проклятую бутылку в которой я был заточен на протяжении многих веков!
Я могу выполнить три желания. Если вы не против каждый из Вас загадает по одному и одно останется мне, хорошо?
— Договорились!!!
Муж:
— Я бы хотел иметь доход в миллион долларов в год!
Джин щелкает пальцами:
— Нет ничего проще. Готово!
Жена:
— Я бы хотела иметь дом в каждой стране мира!
— Готово. Нет ничего проще, это та малость, которую я могу для вас сделать.
— Теперь какое у Вас желание?
— Вы понимаете, я провел в заточении много веков и ни разу не имел женщину, а сейчас мне очень хочется. Не могли бы вы, молодая красавица уделить мне пару часов?
Муж с женой переглядываются и решают, что это не такое большое одолжение за все то добро которое им сделал Джин. Джин с женщиной поднимаются наверх, а муж остается внизу собирать осколки. Через несколько часов активных упражнений джин обращается к отвалившейся в изнеможении женщине:
— Сколько вам лет, дорогая?
— 32.
— А вашему мужу?
— 35.
— Хм, уже не мальчик, а все в джинов верит!

120

За окном смеpкалось. Она лежала на спине совеpшенно голая. Ее бледная гpудь в последних лучах вечеpней заpи окpасилась в pозовый цвет. Пpиподнятые, чуть согнутые ноги, как бы обидевшись, дpуг на дpуга, раздвинулись и смотpели в pазные стоpоны. Капитан Сидоpов, глядя на нее, стоял в глубоком pаздумье. Ему было над чем задуматься: "каким обpазом накоpмить семью этой замоpоженной куpицей?"

121

Как молоды мы были. Как искренне любили. Как верили в себя!!!

А вы слыхали как поёт орган?
Нет, не так.
А вы видели как ребёнок бежит по утренней росе?
Тоже плохое начало.
А вы в состоянии оценить красоту женщины?
Во! Это получше.
Так вот. В этом есть что-то неземное. Поистине величественное. Гордый взгляд. Мягкие движения белых рук. Грациозный изгиб стана. Красота близкая к совершенству.
Какие ещё слова у вас вызывают эти ассоциации? Богиня! Нимфа! Зараза-а-а!!! Опять убрала у меня на столе! Я после её порядка ничего найти не могу! Во!
А ещё настоящая женщина из ничего может сделать три вещи - салат, шляпку и скандал. Вот таких, чтобы шляпку, я не встречал. Тех что с салатом, уже побольше. А вот со скандалами... Говорят, что у женщин «красные дни календаря» только потому, что они всё время из мужиков кровь пьют, а ту, что перетравить уже не в состоянии приходится раз в месяц сливать.
Вот женщины - это такие странные создания. Что ими движет и куда боюсь они и сами не всегда знают. Сужу по своей. Я уже рассказывал, как с ней близко познакомился. Вот здесь ИСТОРИЯ №892598
Отомстили мы вместе своим бывшим, вроде бы и харош уже. Всё таки она меня старше. Пусть и не на 10 лет, но всё равно. Кончила на врача, как в одной Гостевой говорят. Да и полностью родителями обеспечена. А я, как бы это сказать... Хорошо пою. Тоесть красивый! Только с неплохой работой. Странноватой, канешно, но как раз под мой стиль жизни. Да и ту получил благодаря её стараниям.
Но, думаю, всё таки её бывший бойфренд что-то ей о ней сказал, когда отказался жениться. События она развивала стремительно. Работа. На следующее воскресенье встреча-обед у родителей. Они уже были знакомы с моей лестной характеристикой от дяди Жени. Всё это с невинными ночными вопросами, женился ли бы я на ней, будучи на месте предыдущего? А ещё через неделю «Мама, папа, мы решили пожениться!» И рукой сжимает мою ногу выше колена. Мама её попробовала посопротивляться, но мы с отцом видать Соньку лучше знаем. Посмотрели на неё и согласились, что давно пора. Я ещё думал позже поговорить. Но не получилось. А вы бы сказали «нет», когда она вся светится и в облаках витает? Ну всё понеслось быстро. Отец нажал где мог, деньги никто не считал. Свадьба, Гавайи, дом для нас, мебель, машины и гости, гости, гости. Вот когда уже все родственники, друзья, знакомые и знакомые знакомых поняли, как Соня счастлива, как её любят и как ей повезло, начали поступать звоночки. Первый был от тестя. Ещё на свадьбе он посоветовал звонить ему, когда мне будет трудно с ней справиться. Потом в компании с друзьями она выскочила с каким то «дурак» в мой адрес. Потом, невзирая на моё желание, мы где-то остались, потом куда-то поехали. Я, канешно, пробовал поговорить, просил так не делать. Всё переводилось в шутку и... продолжалось.
И чем дальше, тем хуже. К тому же появляются такие истерические нотки и тематика меняется. Типа, это всё моё... Если бы не я... И не будешь же в ответ, что не твоё, а родителей. А живём мы за мои живые деньги, твои пока в перспективе. А если бы не я, так вон был такой, что и при всём этом не согласился с тобой жить. А если тебе просто доказать ему что-то хотелось, так увы. Я сценарий не читал. И поступаю так, как я считаю нужным. А ты будешь делать то, что я решил. Нет, канешно, все твои советы мне очень нужны. Но только до того момента пока я решение не принял. А когда принял, твоё дело исполнять, потому что ты баба, а я мужик. И за своё решение я несу ответственность, а за твои слова никто не отвечает. И пока в моих планах нету ни развода, ни прослушивания твоих концертов.
Она немного подуспокоилась и говорит:
- Милый. Когда мы начнём сориться, тебе лучше уйти из дому на часик-полтора. Потом я успокоюсь сама, ну и ты можешь возвращаться. Так все мои предыдущие бойфренды делали и всегда помогало.
Я тоже сразу согласился. Только говорю
- Мы вынуждены будем жить с тобой постоянно не выше второго этажа. Я - жентельмен. Поэтому всегда тебя первой буду пропускать. А так как я двигаюсь быстро, тебе придётся через окно вылетать.
А что делать? Личность сильная, взбалмошная. Поправлять не получается. Нужно ломать.
Не поверила. Но когда первый раз я начал окно открывать - тормознулась, поржала и успокоилась. А второй раз я прочувствовал грозу загодя. Подготовился. Во время ссоры распахнул две створки. Не перестаёт. Раскрыл широко шторы. Начала объяснять, что со мной полиция сделает. Левой лапой схватил две её ручки, правой под попку и несмотря на появившийся страх в глазах, выбросил головой вперёд в окно.
Вот уже год слышу её громкий голосок только при пении.
А всё почему? Да потому что каждый экспромт должен быть хорошо подготовлен. Во-первых звонок тестю, чтобы меня из полиции выкупил в случае чего. Во вторых два надувных матраса один на другом за окном, а не один как он советовал. Жмот. Кстати его и треснул при её приземлении. Ну и бросать головой вперёд чтобы случайно подоконник не задела. Хотя и дурное, так ведь своё.

122

История от комментатора den_ms. Не стал он ее рассказывать для выпуска, свалил на меня. А я пишу неторопливо, раскидисто. Кому многа буков, скролльте.

80е. С вокзала тихого города N отправился в Москву поезд, унося вдаль делегацию местного вуза на конференцию. Молодой успешный декан (МУД) ехал в столицу решать свои амбициозные служебные и личные дела. Его зам (ЗД) был поощрен этой поездкой за скучную работу. А третьего члена делегации, профессора предпенсионного возраста, они бы вовсе с собой не брали. Если бы не зараза ректор. Глянул он на заявки о командировке первых двоих, на приложенные к ним тезисы доклада, и ехидно осведомился:
- А вы-то тут причем? Автор тезисов – Михаил Степанович. В соавторы вы к нему небось сами напросились.
МУД, бодро:
- Так мы за него выступим! У Михаила Степановича возраст.
Ректор:
- А вы его самого спросили, хочет он ехать или нет?
МУД, покаянно:
- Обязательно спросим! Не успели!

Произошло это в конце ректората, когда деканы выстроились в очередь подписывать бумажки. О провалившейся интриге профессору разумеется сообщили. Особенно он взбесился упоминанию о возрасте. Михаил Степанович был всё еще могуч, бодр, и вообще считал себя секс-символом этого факультета.

И вот сидит эта высокоученая делегация, недобро поглядывая друг на друга. Тут вошло в купе чудо, которое всех объединяет – простая русская баба. Молодая, разбитная и довольно симпатичная. Офигенные сиськи веером. Четвертый пассажир. С любопытством оглядела компанию, явно кого-то из них мысленно выбирая.

Все трое тут же подтянулись, непринужденно расправили плечи и радостно поприветствовали. Завязали задорный разговор. Сильно опасались, что она тут же поменяется местами с каким-нибудь мужиком из соседнего купе. На стол были немедленно извлечены: огурчики-помидорчики домашнего посола, колбасы, грибы, вареные яйца, бутылка водки «Столичная», специально приобретенная в честь этой поездки, и даже главный резерв – жареная курица, которую вообще-то намеревались сожрать где-то в середине пути. Девицу удалось удержать.

За окном мелькали леса и степи, завязался душевный разговор. Коснулся он и Москвы.
- Зажрались они там все! Жулики сплошные, жлобы и бюрократы! – бухнул ЗД, прямой чувак. МУД возразил:
- Не скажи, Москва отбирает лучших. Самых умных и ловких. Слезам не верит. Проявишь себя – заберет сама. Все возможности для карьеры открыты. Надо просто уметь вертеться. Я вот позвонил туда хорошему знакомому – он нас встретит и довезет до гостиницы.

Тут заинтересовалась и девица.
- А меня подвезете? В Химки.
- Не вопрос.
Ответом был восхищенный и многообещающий взгляд.

Оживился и профессор. Сказал задумчиво:
- Мне кажется, Москва наиболее беспощадна именно к управленцам и карьеристам. Использует и выбросит. А в моей профессиональной области имеет значение только то, что ты создал. Меня редко отпускают в столицу, но когда добираюсь, меня всегда встречают на вокзале с хлебом-солью, с просьбами об автографах. Ведь все шесть моих монографий на полке Ленинки в читальном зале стоят. Это, стало быть, десятая часть лучшего, что вообще написано в мире по моей тематике.

Тут охренели все собеседники.
- А что, и сейчас встретят? – осведомился МУД.
- Разумеется! – безмятежно ответил профессор. У него уже созрел план розыгрыша. На ближайшей долгой остановке сошел с поезда и позвонил очаровательной москвичке Юлии, своей бывшей аспирантке. Объяснил свою затею и дал четкие инструкции.

Юля расхохоталось и выполнила безупречно. Алая скатерть, солонка, все шесть монографий этого профессора, магнитофон, ножик и репчатый лук нашлась у нее дома. Заехала к знакомой в ТЮЗ и одолжила десяток девичьих сарафанов. Машину взяла у мужа. По дороге зашла в хлебный и цветочный. Уже на вокзале вовлекла в розыгрыш уйму скучающих пассажирок, выбрала из них посимпатичнее и видом поумнее. Всем сарафанов не хватило, остальные пошли встречать профессора в естественном виде.

Между тем МУД на дальних подступах к столице сделал контрольный звонок знакомому, обещавшему их встретить. Вернулся мрачный – маленькая накладка, ничего страшного. Доберемся на метро и потом пехом.

Профессор весело ответил:
- Ну и кто из нас прав? Лучшее средство передвижения – не ваши управленческие способности, а мои научные труды. Почитатели, надеюсь, довезут. И до Химок тоже.

Акции профессора в глазах девицы поднялись. Но с нехорошим подозрением, что он впал в маразм. Мягко перешли на другие темы.

Москва, Казанский вокзал. Делегаты и порядком охмуренная ими девица спускаются из вагона. На перроне толпа встречающих. Все громко скандируют «Михаилу Степановичу – слава!» В центре композиции – симпатичная девушка с хлебом-солью. По краям её – девичья группа в сарафанах и почти поголовно в очках. Да и за ними народа изрядно. Все радуются прибытию Михаила Степановича. Из магнитофона оглушительно звучит туш. Горячие объятия профессору, очередь за автографами, цветы. На глазах у многих неподдельные слезы счастья. Декан и замдекана медленно обтекают в сторонке, никому нафиг не нужные. Юлечка, выкинув их у гостиницы, поехала с профессором и его охреневшей спутницей в Химки.

123

КАВВАЛИ

В окошечко кассы обращаются только влюбленные и богатые наследники.
Илья Ильф и Евгений Петров «Двенадцать стульев»

Февральским днем 2018 года я лежал на кровати, которая занимала почти весь обставленный со спартанской простотой номер гостиницы, и пытался придумать, чем бы мне заняться. За окном простирался 22-миллионный Дели, в котором я никогда прежде не был и не знал ни одного человека. – Как же тебя туда занесло? – спросите вы. А очень просто: авиабилет с остановкой в Дели на сутки стоил ровно на 600 долларов дешевле, чем с остановкой на 2 часа. Я дрогнул и, вот, терзаю свой айфон в поисках развлечения на один вечер.

Понятно, в Дели есть все. Но понятно и то, что не все в Дели по моим зубам. Скажем, ужин в ресторане был сразу отвергнут из страха перед острой пищей и кишечными инфекциями. Кино и театр – из-за незнания языка. «Чем абстрактнее, тем лучше», – подумал я и сконцентрировался на музыке. Примерно через час поисков подходящий вариант нашелся. Им оказался концерт суфийского пения каввали в «Камани Аудиториум», согласно Гуглу, одном из лучших залов индийской столицы и, что немаловажно, расположенном в нескольких станциях метро от моей гостиницы. О суфизме я знал только то, что это эзотерическое течение в исламе, о каввали – ничего вообще. «Была ни была», – решил я и попытался купить билет онлайн. Но такой опции не нашлось. «Ладно, - успокоил я себя, - в крайнем случае куплю с рук». И стал одеваться.

Начало концерта было назначено на 6 часов. В 5:45 я был на месте. В Штатах словосочетание «вход в концертный зал» подразумевает много света, прозрачные двери, вежливых и добродушных билетеров со сканерами. В индийской реальности это была узкая калитка в высоком кирпичном заборе с колючей проволокой поверху. К калитке жидким ручейком текли люди. Они предъявляли какие-то квитки двум автоматчикам и исчезали внутри. Подошел и я, спросил, где купить билеты. Автоматчик стволом показал мне влево. Там оказалась дощатая будочка с окошечком и один покупатель – ваш покорный слуга. За билет я заплатил 20 долларов – в общем-то огромную для Индии сумму. «Ни фига себе как дорого! – пронеслось у меня в голове, - Видно поэтому народ и не идет». Но отступать было поздно и я вернулся к калитке.

За калиткой были свет, прозрачные двери, фойе, украшенное ковром из живых цветов, и вторая пара охранников, но уже без автоматов. Они долго и с подозрением рассматривали мой билет под номером 0001, но все-таки пропустили. Внутри «Камани аудиториум» оказался красивым и чистым амфитеатром примерно на тысячу человек. Мне сразу бросились в глаза удобные кресла с новой обивкой, широкие проходы между рядами и... желтая лента с надписями “VIP”, которая отделяла переднюю треть зала. Примерно половина этой секции была заполнена, остальной зал был пуст. Очередной охранник еще раз проверил мой билет и широким жестом предложил место на выбор. Я выбрал сразу за VIP-лентой. На часах было без двух минут шесть.

В шесть не произошло ничего, и это ничего продолжалось до 6:30. Правда, в зал потихоньку продолжали стекаться ВИПы. Большинство сразу находили знакомых. Здоровались, обнимались. В зале царила теплая атмосфера светского приема без всякого намека на предстоящий концерт. Наконец ВИП-секция заполнилась. В «платной» части зала я продолжал оставаться в одиночестве. Случись такое в Нью-Йорке или Гонолулу, я бы уже звонил администратору, благо найти его телефон в наше время занимает не больше минуты. Но здесь, в Дели, я почему-то ни секунды не сомневался, что все идет именно так как надо. Хотя, признаюсь, было немного не по себе и обидно, что логика событий остается для меня недоступной.

В 6:30 на сцене появилась красивая девушка в красивом сари и сказала несколько фраз на незнакомом языке. За ней появились музыканты с небольшими барабанами и расположились на заднике большого украшенного цветами помоста. Под трели барабанов девушка стала вызывать на сцену народ из ВИП-рядов. Они выходили по одному, семьями, группами, с детьми и без. Если я правильно понял, их представляли остальному залу. Затем под аплодисменты каждому одевали красивый шарф и вручали букет цветов. Я попытался связать эти чествования с предстоящим концертом, но потерпел полное фиаско. «Хорошо бы у кого-нибудь спросить», - думал я. Но соседние кресла, увы, пустовали.

Через полчаса с вызовами было покончено, и на сцену вышли пятеро, сверкающие атласом и шитьем. Среди них явно выделялся лидер с располагающим к себе и невероятно живым лицом. Харизма – такая штука: или она есть, или ее нет. Но если есть, видна сразу и за версту. Так вот, харизме этого мэна позавидовал бы и Фрэнк Синатра. Спокойная до сих пор публика взвыла. Пятеро взлетели на помост и начали ритмично хлопать в ладоши. Хлопали они до тех пор, пока не загипнотизировали меня и остальной зал, как кобра крысу. Тогда лидер запел, аккомпанируя себе на фисгармонии. Пение и речетатив свободно переходили друг в друга. Сама песня, похоже, была не столько песней, сколько рассказом. Музыканты поддерживали своего солиста хлопанием и выкриками, но главное было, конечно, не в вокале. Главным была невероятная завораживающая энергия, которая заполнила зал. Простейшими, казалось бы, средствами эти ребята достигали эффекта, доступного только очень крутой рок-группе. Я перестал замечать происходящее вокруг и очнулся, только когда крупная молодая женщина во всем красном плюхнулась на сидение рядом со мной. Плюхнулась и, не промедлив ни секунды, начала выделывать руками какие-то немыслимые пассы и время от времени что-то выкрикивать. Пока я раздумывал, не заговорить ли мне с ней, появился ее спутник – здоровенный сикх с тюрбаном на голове и нехилым кинжалом на поясе. Заговаривать мне расхотелось. Зато я оглянулся и обнаружил, что зал позади меня полон под завязку. Мне сразу захотелось закричать: «Элементарно, Ватсон! У нас же не предупреждают, что в зал не пускают после третьего звонка. А тут не предупреждают, что в назначенное время приходят ВИПы, а, собственно, концерт начинается на час позже. И действительно, зачем, если все знают и так?!»

Я бы еще долго восхищался собственной проницательностью, но волна музыки снова накрыла меня и погрузила в полуэкстатическое состояние. И не только меня. Весь зал окончательно съехал с катушек. Что-то должно было произойти и это «что-то» на самом деле произошло. Один из ВИПов выскочил на сцену и положил на фисгармонию лидера несколько банкнот по 2000 рупий (2000 рупий – примерно 30 долларов). Зал взорвался криками одобрения. С этого момента ВИПы со сцены практически не исчезали. Иногда там даже образовывалась небольшая очередь. «Господи, - удивился я собственной тупости, - это же очевидно! Скажем, известно, что человек дает деньги на музыку. Так зачем заставлять его покупать билет? Гораздо умнее послать ему приглашение, подарить шарфик и сказать пару добрых слов. Он больше даст! И у нас в Штатах так. Только понтов меньше». А тем временем музыканты повышали градус, ВИПы ставки, зал неистоствовал. Последним на сцену выскочил человек из первого ряда и выбросил в воздух целую пачку денег. Они плавно опускались на помост, словно осенние листья на лесную полянку.

Концерт закончился. Я задержался в фойе, чтобы найти на Google Maps дорогу до метро, и выходил наружу вместе с музыкантами. Недалеко от калитки на земле сидел старый изможденный нищий с длинной седой бородой. Один из музыкантов порылся в карманах и, видимо, не найдя ничего другого, дал ему двухтысячную купюру. Нищий долго рассматривал ее на свет, потом стал что-то гортанно кричать и кричал до тех пор, пока автобус с музыкантами не уехал.

А я зашагал к метро по плохо освещенному совершенно незнакомому городу. Все в нем было непривычно. Автомобили на дороге лавировали, не соблюдая никаких правил, непрерывно гудели, но не сталкивались. Светофоров на перекрестках не было, но пешеходы переходили улицу не торпясь и не выскакивая из-под колес. Уличную еду готовили люди, которые по моему мнению никогда не слышали слова «санитария». Но народ вокруг, нимало не смущаясь, все ел за милую душу. И снова, как полтора часа назад в концертном зале, у меня возникло чувство, что здесь, в Индии, все идет именно так, как надо. А если меня что-то не устраивает или пугает, то это только потому, что я в этой жизни чужой. Но, если постараться, если потратить время, можно стать своим. Тогда все в голове станет на правильные места, и тогда, может быть, меня снова накроет музыкой. Мне так захотелось остаться, что я даже остановился на какой-то момент. Но вспомнил, сколько лет у меня ушло, чтобы освоиться в американской жизни, понял, что стольких лет у меня уже нет, и пошел дальше.

Несколько фотографий, которые подтверждают правдивость этой истории – на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале. И даже одно видео.

124

История, которой я не был свидетелем, но её столь долго и так подробно пересказывали в лицах мои сослуживцы, что я был готов съесть, выданные заботливой Родиной, шорты и застрелиться дежурной почтовой печатью. Поскольку в тот день, находясь в наряде, мне пришлось на несколько часов отъехать в ближайший к нашей части городок. Почта у нас была своя, но слепая вера в "дружбу народов" заставляла нашего замполита выписывать местную прессу.

Служили мы тогда в теплом и влажном климате, а местное население в разговоре постоянно норовило перейти с испанского языка на португальский и обратно.

В один из тех славных дней, когда вся часть была построена на плацу, в ожидании развода, на плац не торопясь въехал армейский "уазик", со снятым тентом. В этом неказистом джипе советской армии сидел наш зампотылу в окружении прекрасных усатых парней в панамках и шейных платках, закрывающих их лица, оставив на виду лишь угольного цвета глаза. Для полноты образа бармалеям не хватало лишь красивой полосатой майки. А сабли у них были и одной из них они явно пытались демонстративно побрить интенданта на ходу. Майор сильно потел, но пытался двигаться в такт импровизированной бритве, иначе он рисковал быть отправленным на Родину по частям.

Бравый латинский парень жестами объяснил, что его зовут Хуан и потребовал пять ящиков "калашей" за освобождение офицера. Торговаться он умел и это явно была не первая подобная сделка в его жизни. В советской армии всё происходит вокруг плаца. К плацу же примыкало и строение санчасти. Раздался звон стекла и вылетев вместе с окном рама обнажила нутро медсанчасти. Возвышаясь исполином среди того, что еще секунду назад было окном санчасти, стояла капитан медицинской службы и по совместительству жена попавшего в переплёт офицера. "Отпустите Леню, пидорасы" завопила она, распугав своим нежным баритоном стаи птиц на пару километров в округе.

Посчитав, что офицер и большая женщина в белом халате это больше, чем просто офицер, двое мучач ринулись к санчасти и резво вскочив на крыльцо оказались внутри. Первым делом они обшарили стеклянный шкаф и увидев упаковки с ампулами начали их складывать в свои бездонные карманы. Потом они обшарили жену тыловика, но ввиду её бесконечных габаритов обшаривать её можно было долго.

Непонятная картина складывалась в голове Веника - солдата срочной службы, сидевшего за ширмой в ожидании малоприятной процедуры клизмирования. У Веника был запор. В стране, где тысячи людей ежемесячно умирают от диареи, Веня не мог посрать. Стоит отдельно разъяснить, что Веня был весьма специфический малый, которого родня, по достижении им 18-летия, сбагрила в армию, сочтя за благо применение Вени в качестве армейского турникета, на худой конец штурмового бревна или даже просто бомбы. Родня очень не любила Веньямина, мы тоже его не очень любили, вся часть не любила Веника. А как можно любить солдата, путающего мешок с сахаром и солью во время наряда по кухне, как можно любить отрывающего вентиль вместе с водопроводной трубой во время чистки зубов?! Шум в санчасти он воспринял весьма неоднозначно - он встал. Вы когда-нибудь видели белую тряпичную ширму, обхватывающую тело, обдуваемое приятным бризом из отсутствующего окна? Латиносы тоже, наверное, раньше никогда не видели кентервильское привидение. Что-то крича, они пытались добиться выхода белого призрака. Возможно, для них было бы лучшим выходом потыкать в Веньямина мачете, но они глупо упустили эту возможность. Веньямин, мысля только одному ему ведомыми категориями, к полному ужасу пришлых и военврача, начал движение по приемному покою, будучи облаченным в ширму. Военврач знала, что собой представляет Веня и благоразумно попыталась спрятаться за бармалеями. Фиг ей это удалось.

Грохоча и раскалываясь надвое, верхняя часть деревянного каркаса ширмы похоронила под собой военврача и одного из аборигенов. Другой, видя бесславную гибель своего товарища, попытался скрыться. Но треснувшая ширма освободила Веню и прорвавшись сквозь пелену ткани он устремился к выходу. Как он потом он пытался объяснить: в поисках туалета, поскольку нестандартная ситуация привела его организм к чувству близости полного расслабления. Между туалетом и выходом оказалась тушка латиноса. Именно в таком порядке они и рухнули с крыльца санчасти: поручень лестницы, бандит и сапоги с Веней, восседавшим на плечах у этого самого бандита. Есть такая весьма неприятная штука - "вколоченный" перелом, именно так потом диагностировали латиноса. Видя нездоровый кипеш, уазик подъехал к крыльцу чтобы подхватить своего подельника. Вместо бандита в машину спрыгнул Веня. Удивленный водитель дал по газам и помчался по одному ему ведомому пути. Еще больше удивился бандит, державший нож у горла заложника. Веня обхватил бандита обеими руками, в попытке удержаться внутри "козла", во время его странных траекторий передвижения по территории части. Проезжая под низкорасположенной веткой дерева, Веня мистическим образом исчез из "козла" вертикально вверх. По иронии судьбы вместе с Веней, на дереве повис и бармалей. Наверное, это были единственные в части подтяжки и они оказались на Веньямине.

Уазик упёрся в забор и развернувшись поехал обратно. Даже не знаю стоит ли говорить, что проезжал он под Веней. Такое нарочно не придумаешь. Впоследствии кто-то говорил: подтяжки лопнули, сам Веня утверждал, что он сам прыгнул. Но факт остается фактом: Веня приземлился на капот машины и одним только своим видом окончательно деморализовал противника. Очнувшееся охранение части, наконец таки, занялось своими обязанностями и скрутив всех захватчиков перепроводило их на гауптвахту. Вскоре к ним, в соседней камере, присоединился и Веня, на глазах у всей части, испражнившийся под деревом. Стресс - лучшее лекарство от запоров.

Веню, за проявленный героизм, наградили почетной грамотой и написали благодарственное письмо на Родину. Ответ не заставил себя долго ждать, текст телеграммы от председателя сельсовета был предельно краток и гласил: "Рады. Надеемся останется армии."

125

Диалоге бабушки и оператора службы спасения: - Милочки! У меня кошечка на дереве под окном сидит, мяучит жалобно, помогите - снимите ее оттуда?! - Бабуля, она сама посидит-посидит и слезет. - А если не сможет? Вдруг она там с голоду умрет? - Бабуля! Вы когда-нибудь скелетик кошки на дереве видели?!

126

Тут телеканал Пятница показывает жизнь наизнанку.
Отличная программа, надо сказать.
Так вот, что хочу озвучить: мы живем просто офигительно по сравнению с половиной населения Земли, и еще с 30% получше точно.
Но обо всем по порядку.
Фортануло мне в Пакистан попасть на три дня.
Вышел из самолета - жарища, просто ппц.
Сел в такси, едем. И медленно офигеваю от картинки за окном.
На спидометре 60, нас обгоняет и подрезает скутер, на котором 5 (пять!) человек!!!
Ребенок, папа, ребенок, мама, ребенок у мамы на коленях...

Что происходит на дорогах - кабзда полная. Я бы там просто отказался рулить.
Если взять нашу 2-х полосную трассу, то пакистанцы сделают на ней 5 рядов!
При этом все едут и друг другу бибикают - типа, я тут еду, не задави.
Ни агрессии, ни дтп...

Город Карачи по численности 1,5 Москвы, но нормальных зданий нет практически совсем.

А вечером творится что.... Их мужики выходят варить автоцистерны, тут же еду готовят, тут же в туалет ходят.

Женщине одной ходить низзя - по их правилам, если она одна где-то ходит, значить она блядь.
И никаких вариантов.
Ее просто начинают щипать за все места и похабно приставать к ней.
Если их две, то все нормально, но если одна...

Еда - отдельная песня и словами не передать.
Острое? Да. Сладкое тоже острое. Острое все.
И рис, рис, рис - везде и всюду!

Водой из по крана зубы лучше не чистить - можно цапануть какую-нить херню.

И мулла... В 4-ре утра заводил свою молитву через какую-то охренительную колонку.
Проснешься, выпьешь кофе и ждешь, пока он успокоится....

Нищета страшная. Это видно везде и во всем.

Грузовик с бензином перевернулся, деревенский мулла сказал односельчанам - подарок Аллаха!
И все пошлю черпать бензин в ведра.
Два дебила решили покурить.
140 трупов, еще больше обгорело...

Я, когда там был, все время думал: их почти 300 миллионов. И все совсем по-другому!

127

xxx: Почему в убунту так сложно поменять загрузчик?
yyy: Она предназначена для домохозяек, там ядро просто взять и пересобрать тоже проблематично
xxx: Но это же базовые вещи, основа линукса, так сказать.
yyy: За окном 2018, домохозяйки больше этим не занимаются

128

Ковбой приехал в город. Нашел девушку и приехал к ней домой.
— Милый, — спросила она, а что ты будешь делать, если раздастся стук в дверь?
— Как что? Распахну окно, выпрыгну и попаду точно на свою лошадь, которую привязал точно под окном.
— Да что ты! Здесь несколько этажей!
— Не волнуйся, я никогда не промахнусь мимо седла.
Занимаются любовью и тут раздается стук в дверь.
Ковбой вскакивает, распахивает окно и со свистом выпрыгивает. Девушка открывает дверь. На пороге стоит мокрая лошадь.
— Передайте моему хозяину, что на улице дождь и я жду его в подъезде.

129

Случилось это году так в 1992, в бытность мою студентом Бауманки.
Вела у нас термех Виляевская. Не знаю, сколько было ей тогда лет, но думаю за 70. Ходила она медленно, шаркающей походкой, говорила тихо. Предмет свой знала, от студентов требовала жёсткой дисциплины, не пускала опоздавших.
Занятия у нас по её предмету проходили поздно вечером, в дальнем крыле основного корпуса. Бауманка к вечеру пустела и во многих длинных коридорах в целях экономии выключали свет. Высокие потолки, мрачные стены - прямо "Хогвардс".
Однажды, заходя в алма матер, прочитали вывешенный некролог с фотографией Виляевской. Ну да, жалко "бабушку", но всё же возраст. А кто же теперь будет у нас термех преподавать?

Вечером того же дня вся группа ожидала в дальней аудитории нового преподавателя.
Света в примыкающем коридоре не было, а за окном ветер качал огромные деревья, которые отбрасывали корявые тени. Дверь в аудиторию была открыта. Вдруг в коридоре послышались шаркающие старческие шаги. Студенты оживились, побежали шутки о среднем возрасте предподавательского состава кафедры термеха, сравнения с генсеками и даже шутки о привидении Виляевской. Шаги неумолимо приближались и всё более походили на те, что мы привыкли слышать. Воцарилась натянутая тишина.

... из тёмного проёма в открытую дверь аудитории, кутаясь в шаль, вошла ... Виляевская!
Некоторые в предобморочном - большинство в шоке. Ведь некролог с фотографией все читали. Виляевская обвела взглядом нащи растерянные лица:
- Моя сестра-близнец умерла, тоже у нас на кафедре работала.

130

Чем больше проходит времени после окончания школы, тем понятнее становятся тебе твои учителя. Хорошие и плохие. Хороших все-таки было гораздо больше, да и плохие не такими уж плохими и были. Терпели же они наши издевательства, как могли, но терпели же. (я бы себя тогдашнего чем-нибудь бы убил, честное слово). Зачем было над ними издеваться, я не понимаю. Не понимаю сейчас, когда старше большинства своих тогдашних учителей. Причем некоторых из них старше окончательно, потому что они уже стариться перестали, а у меня, я надеюсь, все впереди. Все персонажи случайны, все совпадения вымышлены. Или, как угодно, наоборот.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую. Впереди была большая перемена.

Приблизительно за час до этого, в ближнем к мужскому туалету углу рекреационного зала, к Кольке Зинину подвалили Илюша Мечников и Пашка Яблочков.

- Контрольная по химии сейчас… - многозначительно напомнил Пашка, - твоя очередь…
- Может не надо? – в Колькином голосе звучало сомнение, - Ангелина совсем не вредная тетка вроде? И учительница хорошая.
- А Нина по биологии плохая? – задал Пашка совершенно риторический вопрос, - Отличная даже. Но Илюха-то уговор выполнил? Выполнил. Твоя очередь.
- Ладно, - обреченно согласился Зинин, - уговор есть уговор. Но мне это не нравится.
- А на биологии значит нравилось? – сурово спросил Мечников, - иди давай, и чтоб без фокусов.

- Здравствуйте! Садитесь, - Ангелина Федоровна, вошла в класс, положила на стол журнал и указку, и села сама, окинув учеников привычным взглядом, - сегодня у нас контрольная… Чего стоим, Зинин?! Ты без отдельного приглашения не садишься уже, или у тебя вопрос, не требующий отлагательств?

- Не требующий, Ангелина Федоровна, вопрос у меня, - согласился Колька с предположением учителя и сразу затараторил, - вот везде написано, что фугасность этиленгликольдинитрата выше фугасности нитроглицерина, а на самом деле наоборот… Вот если провести эксперимент, то можно доказать.

- Прямо сейчас доказать? – с деланой невозмутимостью спросила Ангелина Федоровна, - или сначала контрольную напишем?

- А чего откладывать-то? – ответил Зинин вопросом на вопрос, - можно и сейчас.

- Так, - Ангелина Федоровна вспомнила, чем закончились наполовину успешные опыты Зинина и Яблочкова по нитрации глицерина. Наполовину. На ту самую уцелевшую половину лаборантской комнаты школьного кабинета химии, ключи от которой она неосмотрительно доверила вполне успевающему по химии Зинину. Вспомнила, несколько раз демонстративно втянула носом воздух и заявила:

- Так, мне кажется, что кабинет недостаточно проветрен после предыдущего урока. Всем выйти из класса и не шуметь в коридоре. Зинин, останешься, поможешь открыть окна. Не шуметь, я сказала! На цыпочках чтоб мне в коридоре молча! Перерыв на десять минут.

Когда Все вышли, Ангелина подошла к обреченно пыхтящему Зинину с вопросом:
- Где?
- Чего «где»?
- Ты мне дурака не строй тут, - Ангелина Федоровна внимательно осмотрела стол, за которым сидел Зинин, - показывай портфель и иди открывай окна, - сам ведь знаешь, что такие эксперименты в школе проводить нельзя. Предлагаю все выдать добровольно.

- Выдать что? – Колька продолжал валять дурака, открывая окно.
- Этиленгликольдинитрат и нитроглицерин, - осмотр портфеля к вящей тревоге учителя результатов не дал, - или ты хочешь сказать, что просто так свой вопрос задал?
- Просто так, - облегченно согласился Колька, - из чисто теоретического интереса.
- Ладно, после уроков поговорим. Прикрой окно и зови всех. – учительница вернулась на свое место, по дороге осматривая ученические столы. На всякий случай. - Контрольная не отменяется. – Заявила рассевшимся ученикам. - Просто времени вам меньше достанется и все вопросы к Зинину, если у кого будут. Всем ясно? Начали.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую.

- Что случилось, Ангелина Федоровна? – участливо поинтересовалась, преподаватель биологии, Нина Сергеевна, - я слышала вам пришлось прервать урок…
- Слышали уже? – улыбнулась Ангелина, досасывая валидол, - вопрос они мне задали. Как и вам на прошлой неделе. Теоретический, правда.
- Господи, - всплеснула руками Нина Сергеевна, - и вам тоже? Шестой «Б». С ними надо что-то делать.

- Опять змею в школу притащили? - опасливо поинтересовалась учительница литературы, Клавдия Ивановна, - совсем вы их распустили. Строже с ними надо, гораздо строже. Запись в дневник, двойка по предмету и поведению и родители сразу пусть к директору идут поясняться.

- Может все-таки «объясняться», - поправила учитель химии учителя литературы. Историю про змею знала вся школа. Лучший ученик шестого класса «Б» по биологии, Илья Мечников перед самостоятельной работой по отряду безпозвоночных задал Нине Сергеевне вопрос: как отличить гадюку от ужа.
- Какую гадюку? - спросила вполне себе молодая, черноволосая и красивая Нина Сергеевна.
- Обыкновенную, - уточнил Мечников, - вот у вас под столом змея «сидит». Вроде уж, а пятнышек желтых на голове нету.
- Всем влезть на парты, - спокойно, но уже сидя на своем, учительском столе, скомандовала Нина Сергеевна, - сейчас мы посмотрим, кто там ползает. Издалека желтых пятнышек можно и не заметить.

Учитель заглянула под стол. На голове живой и даже шевелящейся змеи не было никаких желтых пятен. Змею со всеми предосторожностями поймали и посадили в аквариум. А в копне черных волос еще молодой, красивой учительницы биологии на следующий день можно было заметить первые седые волосы.

Кому пришло в голову покрасить голову ужу из школьного живого уголка черной тушью, после чего выпустить его в классе, осталось неизвестным. Вполне мог и сам сбежать и выпачкаться где-нибудь под шкафом, как раз перед самостоятельной работой по беспозвоночным.

- Нет, змею мне не приносили. Меня про фугасные свойства этиленгликольдинитрата спросили. Стоит, мол, проводить эксперименты, или можно верить источникам.
- И что в этом страшного? Я в вашей химии ничего не понимаю, я и без нее в жизни нормально обхожусь, - Клавдия Ивановна достала из сумки домашние пирожки, чтоб перекусить.
- Да вы в жизни и без литературы нормально обходитесь, Клавдия Ивановна, я вас с книжкой в руках ни разу не видел, кроме как на уроке - в разговор влез самый молодой из учителей физкультуры, Сашка, - а из этиленгликольдинитрата динамит делают, я правильно помню, Ангелина Федоровна, да?

- Правильно, Саша, - благожелательно согласилась Ангелина Федоровна и по привычке добавила, - садись, пять.
Саша до поступления в институт физкультуры был учеником этой же самой школы и на «садись, пять» ничуть не обиделся. Зато на него обиделась Клавдия Ивановна.

- Наглец! - Заявила она, - я, между прочим, тебя тоже со шведской стенкой в учительской не видела. А вам, Ангелина Федоровна, не надо позволять ученикам вопросы задавать. Это они должны отвечать на наши вопросы, а не на оборот. Вот мне никаких вопросов никто не задает, только я на уроках спрашиваю.

- Ага, спрашиваете, - не успокаивался Сашка, - вот вы нас в девятом классе спрашивали, чем Владимир Ильич Ленин отличается от командира партизанского отряда из Разгрома Фадеева. Никому не знал, а вы сказали, что Владимир Ильич гораздо "здоровее" Иосифа Абрамыча. Оно, конечно, верно...

- Уймитесь, Саша, - в разговор вступил преподаватель физики Петр Васильевич, - так нельзя с женщинами разговаривать. А с шестым «Б» надо точно что-то делать. Они похоже сговорились чертенята. Вас, Нина Сергеевна, Мечников про змею спрашивал? Лучший в классе по биологии. А вас, Ангелина Федоровна, Зинин? Что у него с вашим предметом?
- Пожалуй, он не в классе, он в школе лучший по химии, хотя и в шестом классе пока - задумчиво сказала, Ангелина Федоровна, - думаете, сговорились?

- Других вариантов быть не может, - отрезал физик, - таких совпадений по теории вероятности не бывает. Это нам Анна Федоровна как учитель математики подтвердит.

- Не подтвержу, - Анна Федоровна отвлеклась от рассматривания памятника Ленину за окном, - теория вероятности говорит нам, что случится может всякое, но с разной долей вероятности. Однако, вы скорее всего правы. У кого следующая контрольная в шестом «Б». У вас, Петр Васильевич? Вот и проверите ваше предположение. Будьте готовы к вопросам. Кто там у них физику лучше всех знает?

- Яблочков! – учитель физики задумался на секунду, - или Попов. Трудно сказать. Они оба неплохо знают предмет. Но ничего – кто предупрежден, тот вооружен. Контрольную мы им сорвать не позволим.

Через три дня в кабинете физики сидевший на второй парте Яблочков поднял руку.
- Я вас слушаю, Павел, - сказал Петр Васильевич, понимающе улыбаясь, - задавайте свой вопрос.
- Можно выйти?
- Выйти? – Удивленно переспросил физик, - ну выйди, только быстро, а то не успеешь решить задачи. Скидок не будет.

Яблочков вышел, учитель облегченно вздохнул и заметил еще одну поднятую руку.
- Что случилось, Александр? Тоже выйти? Вы с Павлом перепили столовского компота перед контрольной?
- Нет, Петр Васильевич, - поднялся Саша Попов со своей третье парты, - у меня есть пара вопросов по расчету критической массы урана 238. Вот смотрите…
Он подал учителю листок, где корявым, ученическим почерком было выведено несколько строк.

- Нет, уран им точно не достать, а критическую массу четные изотопы вообще не образовывают, - подумал предупрежденный и вооруженный учитель физики, пытаясь разобрать каракули и найти ошибку - а значит вопрос чисто теоретический. И интересный. Ну и пусть, что мы по программе до этого не дошли. Будущее за ядерной физикой, а им интересно. Это хорошо. Надо объяснить.

- Ну что же, - все еще вчитываясь в листок, учитель подошел к доске, взялся было за мел, почесал испачканной рукой нос, опять взялся за мел и вывел на доске какую-то букву, - контрольную можно немного и отложить… Необходимым условием для осуществления цепной реакции является наличие достаточно большого количества делящегося вещества, например, урана 235…
Контрольную они писали на следующем уроке физики.

131

Не спрашивайте, как я оказалась в этом поезде. Это неважно, как и то, что время со вчерашнего вечера течёт для меня совсем идиотски. Важно то, что со станции "Вышний Волочек" в вагон шагнула бабка. Нет, не так: Бабка.
У неё было все, что полагается такой женщине из города с таким названием: свалявшийся мохеровый берет поверх цветастого платка, пухлые баулы и пухлый же внук, недоросль лет двенадцати, обреченно волочащийся за баулами.

Поняв, что, "согласно купленных билетов", родственница будет сидеть не рядом, внук было обрадовался. Но баушка лихо затолкала багаж на верхнюю полку - ответом на предложение помощи было суровое "Не трожь!". Оглядела вагон, выбрала жертву - ею оказался безумец, предложивший помощь с багажом - и сообщила:

- А нук, давай туда.

Жертва как-то сразу поняла, что это было не предложение, и освободила пространство. Утрамбовав внука в кресло у окна, Бабка зловеще сказала:

- Будем кушать.

Внук втянул голову в плечи. И через секунду весь вагон, а также окрестные деревни, которые "сапсан" пролетает со скоростью 200 километров в час, поняли, почему.

Бабка распахнула матерчатую сумку, выбросив в атмосферу запах Котлет. Вслед за ними появились укутанная в полотенчико эмалированная миска варёной картошки и литровая банка соленых огурцов. Конечно, нарезанный хлеб и пучок зеленого лука.
- Щас будет соль в спичечном коробке, - глядя на Бабку с суеверным ужасом, предсказал мой сосед, на вид слишком молодой и модный, чтобы помнить такие детали советских путешествий.

- Шоколадка, что не будет, - также тихо отозвалась я.

Не знаю, чем я думала, делая эту заведомо проигрышную ставку. Разумеется, соль появилась.

- Ба, я не голодный, - безнадежно сказал Внук. - Я вот пить хочу. Где моя кола?

- Компот, - отрезала Бабка. - В дорогу сварила. Нук ешь.

Внук потянулся к котлете, огреб по рукам и спустя мгновение получил ту же самую котлету с картошкой и хлебом. Тоскливо жуя, уставился в окно.

- Нук огурчика, - распорядилась Бабка. - И яйцЫ.

Мы с соседом, который, кстати, благородно разделил со мной выигранную шоколадку, вылупились на Бабку. Та осмотрела гору еды и спросила:

- А где яйцЫ?

В голосе ее слышалась даже растерянность.

- Куда яйцЫ делись?

И хотя спрашивали явно не нас, мы зачем-то развели руками. Не знаем, не брали, вообще ни при чем.
Бабка начала раздражаться.

- Сварила с утра яйцЫ, пять штук, крутые. И где?

Мы тихо захихикали.

- У меня дитё голодное! - рявкнула Бабка.

Следующие десять минут она выворачивала в проход свои баулы, а весь вагон внимал душераздирающей истории пропавших яйцОв, пяти штук, крутых, и обреченного голодать "рябенка", каковой в это время с олимпийским спокойствием жевал котлету.

В проходе появилась женщина с младенцем.

- Потом приходи, - отмахнулась Бабка.

- Нам надо сменить памперс! - возмутилась женщина. - Он покакал!

Бабка поднялась от баулов и, вперив в младенца ястребиный взор, проорала буквально следующее:

- Покакал - значит, жрал! А моему с голоду помирать??? ЯйцЫ-то пропали!

- Да она троллит, - восхитился мой сосед.

- Извините, - забормотала женщина с младенцем, - я не знала, что у вас тоже маленький ребёнок... Я в другой вагон пойду.
И тут "маленький ребёнок" издал звук, который издаёт 100 процентов взрослых мужиков после кружки пива.

Не в силах больше сдерживаться, мы с соседом захохотали в голос.

Появилась проводница:

- Что тут у вас происходит?

- Не твоё дело! - гаркнула Бабка, запихивая баулы обратно. Видимо, смирилась с потерей. Плюхнулась в кресло и отвесила Внуку легкий, но обидный подзатыльник. - А ты ешь давай, а то мать скажет, я тебя голодом морю!

И тогда Внук, который явно устал чувствовать себя бессловесным рождественским гусем, восстал. Он откашлялся и светским тоном обратился к проводнице:

- Простите бабушку. Она потеряла пять своих яиц и немного нервничает.

Если Бабка что и сказала, мы этого не слышали: вагон загоготал так, что, кажется, даже метель за окном прекратилась.

Вы, наверно, думаете, что дальше было так, как у меня часто бывает: мы с Бабкой поговорили, и оказалось, что никакая она не Бабка, а вовсе солист Большого театра, тонкий, интеллигентный и местами скрипач, а я просто не сразу разглядела.

Кхм.

Ну мы поговорили, да. Перехватив мой взгляд, направленный на остатки пиршества, Бабка спросила:
- Что, не собрала в дорогу-то?

- Не собрала, - повинилась я.

- Ну вот и сиди теперь не жрамши, - ответила Бабка. - Овца безрукая.

132

У меня был случай.
Когда мне было лет 15, моя сестра разводилась с мужем и попросила меня забрать её дочку (которая мне племянница, а я ей дядя) из садика, будучи занята на работе. В садике она сказала, что придет дядя и отдайте ему ребенка.

И вот вечером за ребенком приходит 15-летний дядя-пацан. Воспитательница оторопела, но спросила:
- Мариночка, это твой дядя?
- Нет, это просто Юра.
- А дядя другой?
- Да, у дяди борода и он ругается (у них почти под окном был пивной ларек)
- Значит, он тебе не дядя?
- Нет, он просто Юра.
Меня чуть было не выгнали взашей..
Но потом Марина все же сказала:
- Какой он дядя без бороды, оно просто мамин брат.

133

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

134

В некие времена жила-была девушка Таня. Веселая разбитная разведенка около 30. Внешне совершенно обычная для Кубани, увесистный кубик такой, на крепких ножках. Работала где-то кладовщицей, жила в общежитии – словом, дама из тех, чей поезд уже ушел.
Но Татьяна не отчаивалась, раз в неделю, начесав волосы и надушившись «Красной Москвой», в компании таких же общежитских горемык, обязательно появлялась в «Клубе за 30». Там эти девчата чаще всего подпирали стены и перехихикивались, скрывая смущение.
Но вот однажды... Он возник внезапно: широкоплечий, молодой, невозможно красивый. Подошел к Тане и, галантно преклонив голову, пригласил на танец. И закружилось!
О том что у соседки появился кавалер мы узнали по запахам из общей кухни: убегало молоко, дымясь, в уголь превращалось мясо, а Татьяна, запахивая халатик, выбегала из комнаты со смущенной улыбкой: «Извините!»
Народонаселение общаги взирало на влюбленных с некоторым недоумением: уж очень разные они были. Танюха хоть и была белозубая хохотушка, но до Анджелины Джоли явно не дотягивала. Однако гордый красавец Алесандр явно намеревался задержаться надолго.
- Бандит? Отсиживается? Да не похож вроде. От алиментов прячется? От армии косит? – гадали удивленные девчонки.
Но потихоньку все устаканилось, к молодым привыкли и жизнь покатилась дальше.
Пока не появилась она. Да-да, Анджелина.
Она посмотрела на Сашу долгим взглядом, раздула ноздри и сообщила окружающим: «Я не буду считать себя женщиной, если не отобью.»
Татьяна конечно же пыталась противостоять, но ноги от ушей, точеный профиль и грудь 5 размера в вырезе до пупа сделали свое дело.
Я встретила Таню на остановке весной. Похудевшая, сгорбленая, с какими-то сумарями в руках она ехала в свою станицу.
- Ты вернешься? – спросила я ее.
- Пока не знаю.- ответила она тихо и отвернулась.
Но и у новой пары не все ладилось. Привыкший к Таниным борщам, котлеткам и пирожкам Саша тихо зверел от гламурного кофе, легких печений и овощных салатов – Джоли блюла фигуру. Как-то я застала парня на кухне с прозаичным куском колбасы на тарелке. Альфа-самец яростно жевал, глядя в пространство: похоже сексуально-оргазмический наркоз начинал сдавать.
Как-то тихо подкралась осень. Однажды утром я проснулась от манящего сытного запаха. Вышла и застыла на пороге общей кухни. Таня, еще более кругленькая, в изящном передничке, с умопомрачительной халой на голове, жарила на огромной сковороде розовые куски телятины. Вокруг, разинов рты, толпился народ.
Когда же, наконец, появился красавец Саша, Таня стоически даже не повернула головы. Как бы в задумчивости, она не спеша подплыла к окну, вынула пультик из кармашка и... За окном тонким писком отозвалась роскошная серебристая иномарка.
Ух ты! – потрясенно выдохнуло народонаселение.
Через полчаса Татьяна бегала у меня по комнате и рыдала, воздевая руки: - Господи, да я же все лето ползала по этому полю с чесноком, я одна все выполола! На коленках, на коленках! Собрала урожай, продала на рынке, машину эту чертову купила, а он даже не посмотрел!
Я только вздыхала: чем тут поможешь!
Анджелина, чувствуя мощное дыхание соперницы, собралась, напрягла все ресурсы и быстренько купила комнатку в коммуналке. Влюбленные переехали.
Татьяна сникла. Бесхозная иномарка с месяц торчала у входа, потом пропала.
А в ноябре рыженькая Таня родила сына. Славный мальчуган, жгучий брюнет, большеглазый и крикастый. Сашкин портрет.
Я ехала в автобусе, когда кто-то тронул за плечо. Обернулась – Саша. Все такой же умопомрачительно красивый. Только поникший и грустный. Стоял, молчал.
Тут меня вдруг переклинило: я вспомнила Анджелину, ее бездумное и азартное «отобью!», маленького мальчика, который будет расти без отца, Танюху, ее красные от бессонницы глаза... И!
- У тебя сын, – зло сказала я – мальчик, тоже Саша!
Мужчина удивленно поднял на меня холодные, прищуренные глаза, а потом... А потом что-то дрогнуло в его взгляде.
Вечером, когда я пришла с работы , у дверей меня уже ждала Таня с ребенком на руках.
- Там этот пришел со своей...
Разъяренная Анджелина на нас даже не вглянула. Она носилась по комнате:
- Посмотри на нее, она же старая, некрасивая, а ты! Вы не пара! Что люди скажут! Надо мной смеяться будут! Какая же я красавица, если тебя не удержала!
Саша ее не слушал, он смотрел только на Таню:
- Танечка, прости меня! Прости ради сына!
И Анджелине:
- Ты все сказала? А теперь меня послушай. У меня сын. Кончились игрушки! Ребенка не брошу!
Красотка поперхнулась словами, бешено крутанулась на высоченных каблуках и вынеслась из комнаты.
... Конечно же Таня простила Александра. Сердце - не камень.
Иногда забегает ко мне, смеется в кулачок:
- Сидит возле кроватки как завороженный, не дышит даже!
И счастливая улыбка освещает ее круглое толстощекое конопатое лицо.

135

История про чужие волосы, золотой перстень и рыжего кота.

После прогулки прошел на кухню сигаретку выкурить, под зеленый чай. Слышу в комнатах шум. Пошёл глянуть. Смотрю: в зале, наши два кота расселись на диване и с восторгом разглядывают, как наш третий, рыжий кот, шайбу гоняет по линолеуму. Отобрал, рассмотрел. Перстень. Золото, но без пробы, тяжелая гайка. Явно кустарная работа. Камень интересный. Серенький, а по диагонали бирюзовая полоска. Светится, изнутри играет всполохами при перемене света. Встревожился. Вернулся на кухню, осмотрел отлив и решётку. Точно! Мазки. Как соком клубничным измазано.

Всё стало понятно. Аж поплохело мне. Рыжий тот ещё ворюга. Тащит все, что к полу не прибито. Особенно уважает женскую бижутерию и косметику, сигаретные пачки, зажигалки и упаковки с лекарствами. Снова та же скандальная история, а я под старости лет, скандалы страсть как не люблю. Живем на первом этаже, случается всякое.

Предыстория. Окно на кухне постоянно открыто. Коты сами на улицу ходят и возвращаются. Рыжий повадился днем зависать в окне и играться лапками с детьми. Никого ни разу не поранил. И вот! Осенью прошлого года, сижу на кухне курю. Женский бубнеж под окном, по телефону явно разговаривает, затем вскрик. Следом рыжик кубарем свалился с подоконника. С ним комок черных волос. Содрал рыжий с женщины, не парик, а какую-то накладку. Выглянул на свою лысую голову, с этими волосами в руке. Боже, как она орала! Основной мотив: дожил скотина до седых мудей, а словно пацан… На возражения, что мол кот это, истошный визг. Перед соседями страшно неудобно. Ушла, обещала вернуться с мужем и сыновьями. Никто не пришёл. Котов до зимы пас. Боялся, отравят.

Жена пришла с работы, ей ничего рассказывать не стал. История с волосами при ней приключилась. Хватит! Волновать не хотел. Вечер прошёл. Никого. На ночь окна позапирал, включил кондиционер. Котов гулять как не мяукали, не пустил. Ночью дождь почти как в тропиках прошел. Отливы аж гудели. Я практически и не спал. Тревожился не за нас, за котов. Люди то разные бывают. Кто-то насрал на коврик в прихожей. Пошел в туалет и вляпался тапочкой. Винить некого, сам котов не пустил на улицу. Настроения не добавило.

Утром, часов десять, звонок в домофон. «Выгляньте в окно». Двое. Мужчина и женщина. Женщина просит отдать кольцо. Мужчина молчит. Мрачный такой.
От меня: «Чем докажите?». Хотя и знал: они это. Мужчина заговорил. Мол, ты мужик только поверь, кому расскажи… Дело, мол, так было. Духота на улице. (Плюс тридцать пять было). Я мокрый, потный, пивка принял до того. Печатку на мизинец одел. Под ней на среднем пальце от жары кожа взопрела. Идем. Смотрю, кот с окна свесился. Понравился. Погладить захотелось. Погладил.
Мы говорит, после того в травм пункт сходили и врачу. Уколы назначили. Хочешь - проверим? Верни голду, а? Я тебя жалобить не буду, но вещь для меня как память дорога. Мизинец у него забинтован, с ним большая часть кисти. Только четыре пальца торчат. Я отвечаю: уколы, коль назначили, то сделай. Но у котов прививки были в марте. Есть паспорта. Печатку держи. И больше не гладь чужих котов. На подоконниках.

Ушли вроде и тут стук в окно. Открыл. Женщина протягивает мне купюры. Брать не хотел. Она тогда сложила их квадратиком и закинула в окно. «Хотели купить корм кошачий. Подумали, вдруг, что с котом твоим случится, на нас подумаешь. Возьми деньгами».

В гаражах с мужиками обсудил. Они рыжика в деле видели. На шашлыках гаражных спер отвертку. Так с ней в зубах и вышел из чужого гаража. Догнали, отобрали. Говорят мужики - правильно сделал, что отдал. А на те двести рублей купил котам наваги, я их кормами готовыми не кормлю.

136

Давно было. Я только замуж вышла. Совсем ещё зелёная девчонка. Только 20 исполнилось. Прилетела (впервые на самолёте да на океан !) со своего медового месяца на Мальдивах , даже у мужа спросили если я совершеннолетняя (до сих пор выгляжу младше своих лет) обратно в Москву. Вернулась Сама, так как муж на работу должен был в другую страну вернуться, а мне ещё нужно было визу получить и все документы оформить. Тоскливо. Сама не из Москвы, прожила до замужества сама совсем недолго и не успела обзавестись ни друзьями, ни подругами. Остановиться пришлось у родителей мужа. Хорошие очень люди, но за неделю родными не станешь.

Загорелая, свежая. Дай думаю по Арбату зимнему прогуляюсь. Вышла из метро, а тут девчушка ко мне приклеилась: "помогите чем можете". У меня то деньги были, муж оставил, но по старой привычке начала оглядываться нет ли всего остального цыганского табора поблизости, а то дашь одной, потом не отобьёшься... Повертела головой, нет вроде сама. В глаза заглядывает, ручку тоненькую тянет... Сердце в комок у меня сжалось и екнуло, не скрою. Говорю:" у меня мелочь осталась из долларов, рублей нет (были но крупные) хочешь отдам, но честно скажу, не знаю где ты их поменяешь. ( мятые, потертые до сих пор почти нигде не меняют без комиссии , а тут дело было 16 лет назад). "Нет", говорит, "давайте тетя, у меня тут есть к кому я бегаю менять. Тут на Арбате иностранцев много" . Вывернула я карманы, отдала, а девчушка не отходит , да и мне спешить некуда. Говорю :"есть хочешь? Пошли по пирожкам?" Пока пирожки покупала , продавец успел сказать комментарий какая же я добрая и такая загорелая в Декабре. Ухомячили мы пирожки. Я от нечего делать и одиночества разговорилась. И куда ездила, и откуда я ... Она поделилась. ..И что братья и сестры у неё есть. Меньшие. И что в школу не ходит. Не за что да и кто ещё попрошайничать будет то. Живут недалёко в вагончике... Пока ходили чувствую замёрзла девчушка. Легковато одета:
-"Пойдём в Макдоналс зайдём?" Как раз мимо проходили. Говорю :"заказывай на всех малых сразу, домой отнесёшь ". Замялась малая, набрала полные легкие воздуха и решилась: - " мне деньгами лучше. Мамка ругать будет иначе. Подумает что я сама все деньги потратила. Да вы тетя не тратьтесь на меня, я не сильно голодная".- "Денег тогда тоже дам, говорю, сдача как раз с крупной купюры будет. Домой "добычу" принесёшь. ... Пока говорила, из-за спины Бамц, прямо на поднос с едой для девочки кладут красивую игрушку и детскую книгу. Поворачиваюсь, стоит парень. Говорит вас слушал, не выдержал и побежал тоже что-то от себя купить. Поблагодарили двоем. Вышли из Макдака. Говорю мне уже домой пора, но я тебя ещё увижу. "Правда, правда"??? Загорелись у девчушки глазки даже. "Да говорю, давай завтра около той же станции в ( не помню сколько утра)... Утром проснулась, посмотрела на слякоть за окном и .... Не поехала, подумав что чего вдруг будет меня там ждать, мне на метро по морозу трястись и легла спать дальше ...

До сих пор мучаюсь, что получается обманула. Девчонке могло быть и 6 и все 9. Тонкая, юркая, быстрая как ртуть и очень сообразительная. Речь очень связная , не погодам мудра.

С тех пор даже с поломанной ногой прихожу на встречи, только предупреждаю что могу сильно запоздать. За 16 лет никуда не опоздала ни разу. А вот мысль покоя не даёт: не разрушила ли я у ребёнка последние чистые мысли, доверие и Веру в человечность и так жизнь у неё не сахар, а тут ещё тетя как из сказки... Напиз.... С три короба что придёт ... И не пришла. Пожалуй только один случай в жизни, когда я бы хотела вернуться во времени и придти к той станции метро в (сколько то там утра) может девочка бы и не пришла, но меня бы хоть так не грызло бы уже столько лет.

137

Как-то в самом начале восьмидесятых возвращался в Ленинград из какой-то дальней командировки. Было уже довольно поздно. Взял билет в вагон СВ (бухгалтерия нехотя, но оплачивала - "молодой, да ранний"). Захожу в практически пустой вагон. Проводница в дверях не встречает, сидит в своём купе и ногти полирует. Увидел её - и ... "в зобу дыханье спёрло"! Живая богиня! В таких влюбляются с первого взгляда! Билет предъявил, получил своё койко-место, шмотки бросил, мясорубку почистил и, конечно, назад рванул - знакомиться с богиней. Снизошла. У меня там что-то было, под шоколадные конфетки. Подруга - проводница из другого вагона нарисовалась, как только стаканы зашуршали (конечно, далеко не Софи Лорен). Смех, вино, тепло, никуда спешить не надо, молодая и красивая страшно рядом! Как-то незаметно перебрались ко мне в купе (просторнее!), подруга куда-то слиняла. Она уже на коленях, грудь полураспахнута, в руках тонкие стаканы с белым искрящимся вином, море яркого света, она звонко смеётся. Необыкновенно хорошо! И тут чувствую - что-то не так, как должно быть. Блин! Поезд просто стоит, мы не движимся. Занавеска на окне распахнута, а за окном какой-то полуночный заснеженный полустанок с одной моргающей в ночи лампочкой над платформой. А на платформе местный ханурик полумороженый, с беломориной на отвислой губе и шапке-ушанке, надетой поперёк морды лица. И глаза вытращены на нас, в другой мир, где смех, вино, женщины и молодость! "Ебёт же кто-то баб красивых!" Мы не сговариваясь поднимаем стаканы в его сторону:"Выпить хочешь? Тост за твоё здоровье!" Мыжик выплюнул папироску, что-то явно обидное крикнул нам, повернулся и побрёл в темноту. Поезд тронулся и потихоньку поплыл в сибирскую заснеженную темноту.
Эх, как бы хотелось вернуться в прошлое...

138

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

139

один мой знакомый с оружием на ты. может с закрытыми глазами с десяток автоматов разных стран собрать-разобрать. я серьезно!
вращается в этой теме давно. да и юридически подкован. хобби обязывает.
так вот.
поехали они недавно к родственникам в США. тыры пыры все дела. Через некоторое время захотели уединенного жития, и наняли в глуши возле озера домик. ну прям мечта маньяка.
а дружбан то не дурак. понимает что гризли и лоси, это вам не собаки и хомяки - прикупил по ходу арсенал. а что? в США это дело не дорогое, а как приедет назад - толкнет с прибылью.
и вот они вселились в домик. халупа еще та. но все же. лес, озеро...и тишина!
красата!
но дочка, насмотревшись голливудских ужастиков, задала правленый настрой. мол, ночью придут с бензопилой, в лесу порежут мачете, соседи - убийцы, крокодил под водой, слендермен и прочий кошмар. Ну как бы ничего такого, но место располагает. вот папа с дробовиком и спал, плюя на ворчание мамы. просыпался от каждого шороха, и пару раз выбегал на крыльцо шмалять по совам. от испуга канечно.
ну сами подумайте - двое женщин в одном доме, без защиты. а кругом дикие твари и хрен знает где полиция. какой мужик тут спать нормально будет?
темь более что за пару дней лоси по ночам так достали, что дядька просто уже не обращал на них внимания - выбегал и гасил с автомата куда видит. а что? людей нет, а если подранок случится - догонит и мясом запасется. это сначала с перепугу в воздух стрелял - а теперь все по серьезному. вот куда видил туда и шмалял. ветки в хлам, деревья падают - да пофиг! утром пойдет посмотрит что ночь принесла.
и вот как то сидит он себе в нетбуке, как тут же раздается хруст ветки под окном.
Мужик не долго думая хватает свой пистоль 45го калибра, и бежит на улицу отпугивать зверье. мало ли лось чего удумает? у этой зверюги сил много а ума как у ватана. а на пути избушка. хз что в голову такой зверюге взбредет.
ну дружбан и выбегает моментально и палит куда видит. один раз.
стоит сказать что такое 45тый кольт. это такая лютая херь, которая бетоные стены пробивает. дважды. рикошетом. и то брак пули попался.
вобщем от такой подачи люди глухими становятся. я серьезно!
и вот мужик 45ткой в лес - БАБАБАХ!!!!!!!!!!! вспышка. замешательство. дыым. гарь. гдето в лесу от испуга подохла белка. эффект внезапности такой, что любая зверюка в радиусе с пол километра обсираеться. на самом деле от такого БАБАБАХА как от 45ки, лосось начинает выбрасываться на берег, самцы бычков метать икру, а юные девушки обильно менструировать. ну что бы вы понимали что такое 45ка.
а выстрел не просто громкая вспышка - это еще и дымовая завеса как от паровоза! пуля пробивает на вылет пол леса, и падает на околицах Лиссабона...и револьвер эротично димиться пол часа.
вобщем был жостячий БАБАБАХ!!!!!!
и тишинааааааа......
мужик после этого кричит в лес
- что бы я тебя с*ку больше здесь не видел!!!!!
успокаиваеться. прислушивается. удовлетворяется. закуривает.
левым ухом спины слышит слабое дыхание. разгоняя дым от выстрела оглядывается. на ступеньках сидит старушка с тортиком в руках. оказывается она с соседнего ранчо, пришла познакомится с новыми соседями...

140

Жена обнюхала селёдочный хвост и заявила:
- А вот теперь я точно рожаю.

Нет. Сначала мы с кумом отвезли её в роддом, в обед, в воскресенье, чинно, без суеты, спокойно и дальновидно. Так спланировали накануне, и план был хорош, ибо после роддома мы собирались выпить пива, потому в субботу даже запаслись рыбой. Наивные.

В воскресенье мы разложили вещи жены по четырём пакетам, сверились со списком, который нам дали в роддоме, собрали ещё один пакет, сгрузили всё это добро во главе с женой в машину кума и выдвинулись.
Запомните - никогда и никуда не провожайте жену с радостным выражением лица. При расставании с женой ваше лицо обязано быть печальным и иметь зеленовато-голубой оттенок, как сыр горгонзола. Иначе вы напрасно рискуете.

На пороге родильного отделения жена оглядела наши с кумом тревожные лица и авторитетно заявила:
- Нет, сегодня я рожать не буду. Везите обратно.
Мы попытались возразить. Но возражать беременной женщине, это как спорить с носорогом, который выставил перед собой рог и несёт к тебе свои две тонны аргументов со скоростью пятьдесят пять километров в час. Ситуацию усугубляли дежурные медсёстры, которых в воскресенье в обед совсем не радовало заниматься новенькой, отвлекаться от кофе и устраивать её родильный быт.
- Рожаете? – спросили медсёстры.
Жена ещё раз оглядела меня с кумом и веско заявила:
- Нет.
- Вот и отлично. Приезжайте завтра.
- Понятно? – кивнула нам жена. – Везите обратно.

Всю обратную дорогу рыба укоризненно пахла в багажнике.
Домой попали ближе к вечеру. Занесли пакеты. Кум торопливо уехал. У меня выбора особого не было, мне пришлось остаться.
Распаковал жену, по случаю зимы и мороза завёрнутую в бесконечное количество одежд. От девятимесячного живота и этих одежд неповоротливая жена проявлялась, лишь давая невнятные команды из глубины своего кокона. Потом разложил диван, рассовал по нему подушки, водрузил жену на вершину мягкой пирамиды. Включил по телевизору «Гордость и предубеждение». Принёс кусок торта, селёдку, четверть солёного огурца, стакан молока и галетное печенье.

Вечер за окном успел стать холодной и снежной ночью.
Жена обнюхала селёдочный хвост и заявила:
- А вот теперь я точно рожаю.
- Да ну его нафиг, - справедливо возмутился я.
- Рожаю, - уверила жена.
- Это невыносимо! – воскликнул я, повернулся к ночному окну и заломил руки. – Сколько же можно так надо мной издеваться!
- Рожаю, - напомнила из-за спины жена.
- Я шнурую тебе ботинки и застёгиваю лифчик. Заметь, застёгиваю, а не наоборот. Я даже полюбил передачи Комаровского, чтоб ему поперхнуться медвежонком Барни.
- Рожаю, - обречённо просипела жена.
- Я привёз тебя заранее, как человека, в роддом. Побеспокоился. Чтобы без суеты. И что я теперь слышу за всю свою заботу?
- РОЖАЮ!!! – заорала жена, так, что дрогнула под потолком люстра.

На морозе машина не завелась, буркнула что-то неразборчивое и уныло померкла фарами. Скорая помощь сказала – ждите. И через полчаса сказала примерно тоже. Жена в ответ сказала… э… Короче, то, что жена 13 лет прослужила в 93-й бригаде прапорщиком, в тот момент этот факт перестал быть для меня частью её биографии, а превратился в конкретную угрозу.
К приехавшему на вызов такси жена шла, закусив губу, боясь спугнуть ночного водителя.
Потом я на том же такси метался по городу, покупал какие-то лекарства с труднопроизносимыми названиями.

Ближе к семи утра жена прислала сообщение с фото:
- Смотри, она - копия ты, наша Лизочка.
Я посмотрел на фото и понял, что мне пора завязывать с пивом – таким заплывшим и опухшим, каким был розовый комочек на фото, я себя никогда не представлял.
Это было в этот морозный день. Семь лет назад.
На свет появилась одна маленькая девочка, моя самая искренняя любовь и мой самый лучший друг.

141

Интересная статья американца John Cheese, редактора портала cracked dot com.

В 1982 году я был восьмилетним мальчиком, я сидел за партой в третьем классе обычной американской школы, когда сработала аварийная сирена. Мы на Среднем Западе привыкли к подобным вещам, потому что через регион часто проходили торнадо. Но эта сирена была другой. Она звучала все громче и настойчивее. Можно сказать даже зловеще. Звук сирены был похож на крик дельфинов, которые кричали песни Скид Роу. Это не было похоже на предупреждение о торнадо. Это было что-то новое ... что-то темное. И я начал впадать в панику.

Учитель велел нам залезть под стол и прикрыть наши головы. В таком положении мы оставались минут пять, а потом по селектору раздался голос, который сказал, что тест системы прошёл успешно, и что все мы можем вернуться к нашим обычным занятиям в классе.

Когда мы вернулись на свои места, учитель объяснил, что эта сирена-предупреждение о ядерной атаке. Если Россия (тогда СССР) решит сбросить бомбу на США, то мы должны поступить именно так, спрятаться под стол и накрыть голову руками... Потому что, я предполагаю, стол - единственное безопасное место при ядерном взрыве. У всех нас были вопросы. Зачем русским нападать на нас? Зачем им бомбить случайный школу в центре, у черта на куличках, в штате Иллинойс? Почему они нас так ненавидят? Учитель сказал нам, что все это будет объяснено в течение следующих нескольких недель, потому что мы были уже достаточно взрослые (напомню, мне тогда было 8 лет), чтобы узнать о Холодной войне. Затем она выкатила страшный кинопроектор и вытащила большой белый холст.

В течение следующих нескольких недель, нас кормили жуткими видео, которые рассказывали о том, как аморально ведут себя русские. Нам сказали, что они в любую секунду могут нажать на большую красную кнопку, и это будет конец света. Они объяснили, как коммунизм был абсолютным злом. Что если ты - гражданин СССР и хочешь чизбургер, нужно было получить разрешение правительства, прежде чем пойти, чтобы заказать его. Это не шутка - это реальная вещь, которую нам вдалбливали в школе. Это всё само по себе было страшно, потому что в восемь лет в США единственное, чем ты увлекался так это мультфильмы, пердеж, отрыжка и МакДональдс (пердеж и отрыжку можно поставить после слова МакДональдс). Мы быстро прочувствовали всю боль русских из-за чизбургерного кризиса.

Нам сказали, что в Берлина находится огромная стена и что если ты окажешься где-то рядом, русские и немецкие военные будут стрелять без предупреждения. Эта стена была величайшим символом притеснения на планете и цель Америки номер один была снести её. Нам сказали, что российская милиция регулярно проверяет своих граждан на улице средь бела дня. Что если вам что-нибудь не понравится, то вы рискуете своей жизнью или рискуете оказаться на много лет в тюрьме. Мы довольно быстро поняли, что Россия не была страной - это была фабрика смерти.

Нас учили, что в России много людей, которые были не согласны со своим правительством, но если они говорили об этом их избивали или убивали. Даже если это не делала полиция, это делали граждане, которые поддерживали правительство. Нас учили, что в России на каждом углу камеры, которые документируют всё, что ты делаешь, поэтому у русского человека не было спасения от глаз милиции или военных. И если Россия всё-таки начнет войну с США и она случайно выиграет, то тоже самое случится со свободными и хорошими Соединенными Штатами. После таких лекций на ближайшие 10 лет я отказался носить белое белье, так как любое упоминание о русских могло изменить его цвет.

Так почему я вспомнил об этом инциденте 34 года спустя и 25 лет после окончания Холодной войны? Потому что сейчас я не могу сделать даже самого простого без чувства страха, которое я испытывал когда в 1982 году был третьеклассником.

Видеонаблюдения в США является стандартной практической в каждом крупном городе страны. Каждую неделю, я вижу, ещё одну историю о гражданине США убитого офицером полиции США. Мы возводим стену на границе с Мексикой. Люди устраивают нападения на членов политических движений во всех штатах, и это происходит так часто, что я перестал за этим следить. У нас кандидат в президенты открыто утверждает, что другого кандидата следовало бы убить. Мы пропитаны предупреждениями о готовящихся терактах, даже в нашей крошечной школе в нашем мухосранске, штат Иллинойс. И то что я вижу за окном сегодняшней свободной Америки очень похоже на уровень "образования" третьеклассника времен Холодной войны. Единственная разница заключается в том, что нас учили, что мы будем вынуждены ... это ... не то что бы добровольно, а под гнётом жестокого тирана, если конечно ему удастся сокрушить свободные и сильные США ... нырять и пить это дерьмо с шипами под стук кирзовых сапог русских офицеров идущих по всем самым глухим улицам нашей страны.

Это пугает меня. Черт, даже то, что эта статья размещена в разделе комедийные рассказы, ставит меня в группу риска по преследованиям, угрозам смерти и возмездия. И это не просто домыслы, я уже получал угрозы смерти за то, что говорю я не так как надо и не так как говорит комун... демократическая партия и что люблю каламбуры. Я не знаю, но я рискну оставить здесь свой отзыв. Я всего лишь белый, гетеросексуальный мужчина, я всего лишь посмел сделать сравнение Холодной войны с современной Америкой. Конечно, я мог бы просто написать статью про стояки, мультфильмы, пердеж, отрыжку и МакДональдс (пердеж и отрыжку можно поставить после слова МакДональдс), потому что это никогда не перестанет быть смешным.

Я не агитирую, не пропагандирую, это просто наблюдения. Когда мой класс предупреждали и возможном будущем, я что-то не слышал, что "американские граждане зайдут слишком далеко." Нам скорее говорили, что "внешние источники заставят нас быть". Это заставляет меня задаться вопросом, чему в других странах учат своих детей? "Россию погубит нас всех?"

Я не хочу вас пугать, потому что моя страна сделала меня тем, кем я являюсь сегодня. Идея о том, что нищий в один прекрасный момент может стать мультимиллионером уникальна для США. Мне нравится тот факт, что США дает нам такую возможность. Мне нравится, что у нас есть возможность встать и указать на несправедливость глобального масштаба. Мне нравится, что если мы решим, что это место не для нас, мы можем собраться и уехать без согласия правительства. Мне нравится, что на каждого жестокий американского дебила у нас есть тысячи мирных людей, которые готовы встать и сказать: "I can fixed it!!! Give me ducktape!!!"

Я считаю, что мы хорошая страна. Я просто хочу, чтобы люди сделали шаг назад и наконец поняли, что той Россией о которой мне говорили в 1982 году в итоге стали США. И стали они такой не только для своих граждан, но и для всего мира.

142

Ещё один реальный случай из моей пИрИвоТческой практики. Или история о том, как не самый худший переводчик может вдруг буквально за несколько секунд стать плохим и абсолютно неспособным перевести даже самые простые вещи. Но сначала необходимые пояснения.

В языкознании есть такое понятие – звукоподражание (оно же «ономатопея» - для особо начитанных читателей сайта). Это означает передачу звуков окружающей нас среды при помощи слов. И что удивительно – эти самые звуки-то окружающей среды везде вроде одинаковые, а вот их передача словами может существенно отличаться у различных народов.

Для лучшего понимания ситуация: две мамы, одна немецко-, а другая русскоязычная, сидят вечером и рассказывают / читают своему ребёнку перед сном сказку. В этой сказке появляется, например, петушок, который в русскоязычном варианте говорит «КУКАРЕКУ!», а в немецком - «КИКИРИКИ», собачка, говорящая по-русски «ГАВ-ГАВ», а по-немецки «ВАУ-ВАУ», кошечка, которая мяукает по-русски «МЯУ-МЯУ», а по-немецки «МИЯУ-МИЯУ», ну и так далее, принцип понятен. Почему так? Не знаю. Ведь, повторяю, исходные звуки-то везде одинаковые. А вот такие вдруг различия.

Но это только начало. Предположим, в этой сказке за окном, в печной трубе или ещё где вдруг завывает ветер, вьюга, ураган – неважно, короче, происходит любое интенсивное движение воздуха относительно слушателя. Как русскоговорящая мама передаёт этот звук? Правильно: «У-У-У-У-У-У-У-У». А в немецком? Не зная немецкого языка, ни за что не угадаете. Знаете как? «Х – У – У – У – У – У – Й – Й – Й – Й». Именно так. Клянусь!!! С очень длинным «У» и не менее длинным «Й». Причём, повторяю, это действительно для любого дуновения ветра / быстрого движения / воздушного потока. И если, например, на улице в Германии мама раскачивает ребёнка на качелях или же он скатывается с горки на санках или едет более-менее быстро на своём маленьком велосипедике – родители с умилением кричат ему при этом «Х – У – У – У – У – У – Й – Й – Й – Й»! Так что если придётся вдруг столкнуться с этим явлением – не удивляйтесь.

Теперь собственно моя история.
Довелось мне однажды переводить на совместном ужине российских и немецких специалистов в одном старинном, так называемом «историческом» ресторане Дрездена, пользующемся большой популярностью среди туристов. Ресторан размещается на огромном подвальном этаже, состоит из нескольких взаимосвязанных залов. Одной из его достопримечательностей, наряду с богатой историей, прекрасной кухней, великолепным пивом и очень эффектным «историческим» оформлением, являются разнообразные персонажи в соответствующей одежде, особенно в пятницу / выходные дни бродящие среди столов и занимающие за небольшую плату посетителей разговорами, песнями, музыкой и т.д. Это и бывший правитель Саксонии Август Сильный, и его фаворитка графиня Козель (которую он заточил на 49 лет в башню, когда она ему разонравилась), музыканты с соответствующими музыкальными инструментами, маркитантки с песнями и танцами, фокусники, жонглёры и т.п. Ну, в общем принцип ясен.

И вот к нашему большому столу, за которым нас было человек 10 – 15, примерно половина из которых были женщины, подошёл один из таких фокусников. Впрочем, я допустил ошибку, это были не женщины, а скорее даже ДАМЫ. Отрасль, которую россияне представляли, была такова, что все они были в высшей степени интеллигентные люди (в самом лучшем смысле этого слова), с очень культурными манерами и с соответствующим словарём в общении между собой. Это обстоятельство следует запомнить, чтобы лучше понять то, что произошло потом.

Итак, к нам подошёл этот фокусник. Что он вытворял с мелкими предметами, картами, монетами, платками и т.п. ! Например, он клал на раскрытую ладонь монету, которая исчезала буквально у зрителей под носом. Я до сих пор не понимаю, как он это делал. Это был действительно высший класс! Но речь сейчас не о том. В процессе выступления он положил на ладонь одной из самых «дамистых» ДАМ монетку и попросил меня перевести ей, чтобы она подула на эту монетку (вот оно – движение воздуха!) и громко сказала при этом слово
«Х – У – У – У – У – У – Й – Й – Й».

Естественно, он сказал мне всё это по-немецки, но, тем не менее, все без исключения россияне услышали при этом что-то уж очень понятное и родное. Выражение их лиц, особенно реакцию ДАМ, я описывать не берусь. Красного цвета на их лицах хватило бы на целое Красное море (шутка!). У меня просто не хватит слов. Не хватило их у меня и тогда, потому что я просто задыхался от буквально раздиравшего меня внутреннего смеха. Ведь я-то понял ситуацию, а все остальные присутствовавшие – нет. На какое-то время я был просто не в состоянии что-либо сказать. И тут произошло то, что я написал в самом первом абзаце этой истории – см. выше.

Кем я был в этот момент в глазах россиян? Ясно – как ты допускаешь ТАКОЕ!!! А ещё вроде приличный переводчик. В глазах присутствовавших немцев из фирмы-нанимателя? Всегда ты вроде переводил быстро и без запинки, а что же случилось сейчас? А в глазах немца-фокусника? Вот кого мне стало потом по-настоящему жалко, ведь я же срывал ему весь фокус. Как он на меня смотрел! В его глазах явно читалось: «Что же ты за переводчик такой, если не можешь перевести женщине такую простейшую вещь: нужно просто подуть на эту монетку и громко сказать при этом «Х – У – У – У – У – У – Й – Й – Й». Проще же не придумаешь...».

Ситуацию я потом всё-таки разрулил, но это стоило мне очень и очень долгих объяснений. Международный конфликт был на этом исчерпан.

143

Прошлый новогодний корпоратив помню веселыми, но позорными урывками. По-суворовски дождался лучшего момента любой вечеринки, "дядьку, не наливай мне больше, бо я вжэ така, яка вам трэба", и объявил конкурс на самый эротичный девичий танец. За свой личный приз - большого плюшевого зайца. Опустим завесу милосердия над несчастным автором. Не дадим ему быть убиенным собственной красавицей женой. Но мужикам эту идею дарю - прекрасный способ получить незабываемые впечатления. Только пару запасных зайцев советую прихватить. У меня вот без приза остались такие валькирии, что самому до сих пор совестно.

Финал помню так - трое в ночи. Водитель такси, я и новоявленная секс-бомба секретарша Света. Она уткнулась мне в плечо, щекоча нос заячьими ушами. При посадке успела пробормотать свой район, но не успела назвать номер дома. Я не стал ее будить ради такой мелочи. Ее район оказался практически в соседней галактике. Пока доедем, тут любой протрезвеет. Ночные пейзажи за окном становились все более жуткими. Добравшись до раена, принялся ее тормошить и даже сделал вид, что пытаюсь отобрать зайца. Она очнулась, напрочь не узнала местности вокруг станции метро, куда каждое утро ныряет. Решила, что мы везем ее в какую-то глушь, чтобы изнасиловать. Еле отбился.

Позорище все это, но начало празднику я дал чистое и светлое. Это была просто песня. Ода радости. Опоздал на час, засидевшись со старыми друзьями. Догадывался, что коллеги за это время тоже успели основательно набраться, и может быть, даже без меня заскучать. Но чтобы настолько! Стоило мне войти в банкетный зал, как меня встретил восторженный рев, аплодисменты и скандирование - "Штрафную! Штрафную! Требуем тоста!" Навстречу метнулся официант с шампанским на блюде. Поднимая бокал, я довольно усмехался, лихорадочно соображал свою речь и выбирал в легкие воздуха побольше.

Все это несколько отвлекло меня от обзора присутствующих. Но когда я поднял на них внимательный взгляд за секунду до тоста, тревожное чувство настигло меня - не увидел знакомых лиц. Кто эти люди?! В общем-то, это было неудивительно - наша контора разбросана по филиалам, за год набрали кучу новых. Уверенно с первого взгляда в полумраке я мог опознать только полтора десятка из сотни. Я принялся искать их дорогие лица. К своему прискорбию, с первой попытки не нашел никого. Зато нашел сюрприз - жениха и невесту.

Это было немыслимо. С незапамятных времен наш корпоратив проводится именно в этом зале. По незыблемым историческим причинам. Я наизусть помню и елки у входа, и рыбок в аквариумах, и поворот от них налево. Как потом выяснилось, в этот раз перенесли в другой зал, через дорогу, с почти таким же адресом.

Меня спасло от провала только то, что я вырос в воинском городке. В этой среде принята смекалка при попадании в полную ж, а также короткие, но харизматичные тосты. Апофеоз которых - тост "Будем!" Я автоматически принял гвардейскую выправку и рявкнул во всю мощь первое, что пришло в голову: "За здравие молодых! Горько!!!"

Грохнули рукоплескания, внимание зала отвлеклось на целующихся. Сообразил - сторона жениха приняла меня за сторону невесты, и наоборот. Осушил бокал, завернул за елку в угол, где располагались вешалки, якобы чтобы раздеться, и был таков через служебный вход. Так я и остался наверно для гостей летучим тостующим голландцем :)

144

В армии любому таланту найдётся достойное применение. К примеру если художник - добро пожаловать красить заборы. Музыкант с абсолютным слухом? Постой на шухере. Если никаких совсем талантов нету, то их в тебе непременно откроют, разовьют, и используют по назначению. Я, среди прочих своих безусловных талантов, владел плакатным пером. Нынче, в век принтеров и плоттеров, даже сложно представить, насколько востребованным в то время было умение провести прямую линию на листе ватмана черной тушью.

Освоил я этот нехитрый навык ещё в школе, на уроках физкультуры. В восьмом классе я потянул связки, и наш физрук, Николай Николаевич, пристроил меня чертить таблицы школьных спортивных рекордов. И пока весь класс прыгал, бегал, и играл в волейбол, я сидел в маленькой каморке, где остро пахло кожей и лыжной смолой, среди мячей, кубков, и вымпелов, и высунув язык переносил из толстой тетради на лист ватмана цифры спортивных результатов.

В какой момент я понял, что поменять эти цифры на своё усмотрение мне ничего не стоит? Не знаю. Я тогда как раз влюбился в девочку Олю из параллельного, и однажды, заполняя таблицу результатов по прыжкам в длину, вдруг увидел, что легко могу увеличить её результат на пару метров. «Наверное ей будет приятно» - подумал я. Подумано - сделано. Вскоре с моей лёгкой руки Олечка стала чемпионкой школы не только в прыжках, а во всех видах спорта, кроме вольной борьбы, в которой девочки участия не принимали. Погорел я на сущей ерунде. Кто-то случайно заметил, что Олечкин результат в беге на сто метров на несколько секунд лучше последнего мирового рекорда. Разразился скандал. Терзали ли меня угрызения совести? Нет. Ведь своей выходкой я добился главного. Внимания Олечки. Олечка сказала: «Вот гад!», что есть силы долбанула мне портфелем по спине, и месяц не разговаривала. Согласитесь, даже пара затрещин от Николай Николаича не слишком высокая цена за такой успех. Кстати, от него же я тогда первый раз услышал фразу, что "бабы в моей жизни сыграют не самую положительную роль". Как он был прав, наш мудрый школьный тренер Николай Николаич. Впрочем, история не о том. Короче, по итогам расследования я навсегда был отлучен от школьных рекордов, и тут же привлечен завучем школы к рисованию таблиц успеваемости. Потом, уже на заводе, я чего только не рисовал. Стенгазету, графики соцсоревнований, и планы эвакуации. Возможно где-то там, в пыли мрачных заводских цехов, до сих пор висят начертанные моей твёрдой рукой инструкции по технике безопасности, кто знает? Именно оттуда, из заводских цехов, я вскоре и был призван в ряды Советской Армии. Где мой талант тоже недолго оставался невостребованным.

Один приятель, которому я рассказывал эту историю, спросил – а каким образом там (в армии) узнают о чужих талантах? Глупый вопрос. Ответ очевиден - трудно что либо скрыть от людей, с которыми существуешь бок о бок в режиме 24/7. Сидишь ты к примеру на боевом дежурстве, и аккуратно, каллиграфическим почерком заполняешь поздравительную открытку своей маме. А через плечо за этим твоим занятием наблюдает твой товарищ. И товарищ говорит: "Оп-па! Да ты, военный, шаришь!". И вот к тебе уже выстраивается очередь сослуживцев, преимущественно из азиатских и кавказских регионов нашей необъятной родины, с просьбой сделать им "так жы пиздато". И вот уже ты пачками подписываешь открытки с днём рожденья, с новым годом, и с 8 Марта всяким Фатимам, Гюдьчатаям, и Рузаннам. Несложно же. Потом, когда ты себя зарекомендуешь, тебе можно доверить и дембельский альбом. Где тонким пером по хрустящей кальке хорошо выводить слова любимых солдатских песен про то, как медленно ракеты уплывают вдаль, и про высокую готовность.

Вот за этим ответственным занятием меня однажды и застал начальник связи полка майор Шепель.
Собственно, вся история только тут и начинается.

Ну что сказать? Это был конкретный залёт. Майор держал в руках не просто чей-то почти готовый дембельский альбом, он держал в руках мою дальнейшую судьбу. И судьба эта была незавидной. По всем правилам альбом подлежал немедленному уничтожению, а что будет со мной не хотелось даже думать.
Майор тем временем без особого интереса повертел альбом в руках, задумчиво понюхал пузырёк с тушью, и вдруг спросил:
«Плакатным пером владеете?»
«Конечно!» - ответил я.
«Зайдите ко мне в кабинет!» - сказал он, бросил альбом на стол, и вышел.

Так началось наше взаимовыгодное сотрудничество. По другому говоря, он припахал меня чертить наглядную агитацию. Сравнительные ТТХ наших и американских ракет, характеристики отдельных видов вооруженных сил, цифры вероятного ущерба при нанесении ракетно-ядерного удара, и прочая полезная информация, которая висела по стенам на посту командира дежурных сил, где я никогда в жизни не был ввиду отсутствия допуска. Поскольку почти вся информация, которую мне следовало перенести на ватман имела гриф "совершенно секретно", то происходило всё следующим образом. Когда майор заступал на сутки, он вызывал меня вечером из казармы, давал задание, и запирал до утра в своем кабинете. А сам шел спать в комнату отдыха дежурной смены.

Так было и в тот злополучный вечер. После ужина майор вызвал меня на КП, достал из сейфа нужные бумаги, спросил, всё ли у меня есть для совершения ратного подвига на благо отчизны, и ушел. Не забыв конечно запереть дверь с той стороны. А где-то через час, решив перекурить, я обнаружил, что в пачке у меня осталось всего две сигареты.
Так бывает. Бегаешь, бегаешь, в тумбочке ещё лежит запас, и вдруг оказывается – где ты, и где тумбочка? Короче, я остался без курева. Пары сигарет хватило ненадолго, к полуночи начали пухнуть ухи. Я докурил до ногтей последний обнаруженный в пепельнице бычок, и стал думать. Будь я хотя бы шнурком, проблема решилась бы одним телефонным звонком. Но я был кромешным чижиком, и в час ночи мог позвонить разве что самому себе, или господу богу. Мозг, стимулируемый никотиновым голодом, судорожно искал выход. Выходов было два, дверь и окно. Про дверь нечего было и думать, она даже не имела изнутри замочной скважины. Окно было забрано решеткой. Если б не эта чертова решетка, то от окна до заветной тумбочки по прямой через забор было каких-то пятьдесят метров.

Я подошел к окну, и подёргал решетку. Она крепилась четырьмя болтами прямо в оконный переплёт. Чистая видимость, конечно, однако болты есть болты, голыми руками не подступишься. Я облазил весь кабинет в поисках чего-нибудь подходящего. Бесполезно. «Хоть зубами блять эти болты откручивай!», - подумал я, и в отчаянии попробовал открутить болт пальцами. Внезапно тот легко поддался и пошел. Ещё не веря в свою удачу я попробовал остальные. Ура! Сегодня судьба явно благоволила незадачливым чижикам. Месяц назад окна красили. Решетки естественно снимали. Когда ставили обратно болты затягивать не стали, чтоб не попортить свежую краску, а затянуть потом просто забыли. Хорошо смазанные болты сходили со своих посадочных мест как ракета с направляющих, со свистом. Через минуту решетка стояла у стены. Путь на волю был открыт! Я полной грудью вдохнул густой майский воздух, забрался на подоконник, и уже готов был спрыгнуть наружу, но зачем-то оглянулся назад, и замешкался. Стол позади был завален бумагами. Каждая бумажка имела гриф «сов.секретно». Это было неправильно, оставлять их в таком виде. Конечно, предположить, что вот сейчас из тайги выскочит диверсант и спиздит эти бумажки, было полной паранойей. Но нас так задрочили режимом секретности, что даже не от вероятности такого исхода, а просто от самой возможности уже неприятно холодело в гениталиях. Поэтому я вернулся, аккуратно скатал все бумаги в тугой рулон, сунул подмышку, на всякий случай пристроил решетку на место, и спрыгнул в майскую ночь.

Перелетев забор аки птица, через минуту я был в казарме. Взял сигареты, сходил в туалет, поболтал с дневальным, вышел на крыльцо, и только тут наконец с наслаждением закурил. Спешить было некуда. Я стоял на крыльце, курил, слушал звуки и запахи весенней тайги, и только собрался двинуться обратно, как вдалеке, со стороны штаба, раздались шаги и приглушенные голоса. Загасив сигарету я от греха подальше спрятался за угол казармы.

Судя по всему по взлётке шли два офицера, о чем-то оживлённо переговариваясь. Вскоре они приблизились настолько, что голоса стали отчетливо различимы.
- Да успокойтесь вы, товарищ майор! Зачем паниковать раньше времени?
Этот голос принадлежал майору Шуму, начальнику командного пункта. Он сегодня дежурил по части.
- А я вам говорю, товарищ майор, - надо объявлять тревогу и поднимать полк!!!
От второго голоса у меня резко похолодело в спине. Голос имел отчетливые истеричные нотки и принадлежал майору Шепелю. Который по моей версии должен был сейчас сладко дрыхнуть в комнате отдыха.
- Ну что вам даст тревога? Только народ перебаламутим. - флегматично вещал майор Шум.
- Как что?! Надо же прочёсывать тайгу! Далеко уйти он всё равно не мог! - громким шепотом возбуждённо кричал ему в ответ Шепель.
Офицеры волей случая остановились прямо напротив меня. Обоих я уже достаточно хорошо знал. Не сказать, что они были полной противоположностью, однако и рядом их поставить было сложно. Майор Шепель, молодой, высокий, подтянутый, внешностью и манерами напоминал офицера русской армии, какими мы их знали по фильмам о гражданской войне. Майор Шум, невысокий и коренастый, был на десяток лет постарше, и относился к той категории советских офицеров, которую иногда характеризуют ёмким словом «похуист». Отношения между ними были далеки от товарищеских, поэтому даже ночью, в личной беседе, они обращались друг к другу подчеркнуто официально.
- Да вы хоть понимаете, товарищ майор, что значит прочёсывать тайгу ночью? – говорил Шум. - Да мы там вместо одного солдата половину личного состава потеряем! Половина заблудится, другая в болоте утонет! Кто бэдэ нести будет? Никуда не денется ваш солдат! В крайнем случае объявится через неделю дома, и пойдёт под трибунал.
- А документы?!
- Какие документы?!
- Я же вам говорю, товарищ майор! Он с документами ушел!!! Всё до единой бумаги с собой забрал, и ушел! Документы строгого учёта, все под грифом! Так что это не он, это я завтра под трибунал пойду!!! Давайте поднимем хотя бы ББО!!! Хозвзвод, узел связи!
- Ну погодите, товарищ майор! Давайте хоть до капэ сначала дойдём! Надо же убедиться.
И офицеры двинулись в сторону КПП командного пункта.

У меня была хорошая фора. Им - через КПП по всему периметру, мне - через забор, в три раза короче. Когда за дверью раздались шаги и ключ провернулся в замочной скважине, решетка уже стояла на месте, бумаги разложены на столе, и я даже успел провести дрожащей рукой одну свеженькую кривоватую линию. Дверь резко распахнулась, и образовалась немая сцена из трёх участников. Потом майор Шепель начал молча и как-то боком бегать от стола к сейфу и обратно, проверяя целостность документации. При этом он всё время беззвучно шевелил губами. Потом он подбежал к окну и подёргал решетку. Потом подбежал ко мне, и что есть мочи заорал:
- Вы где были, товарищ солдат?!!!
- Как где, товарищ майор!? Тут был! – стараясь сделать как можно более дураковатое лицо ответил я, следуя старой воровской заповеди, что чистосердечное признание конечно смягчает вину, но сильно увеличивает срок.
- Где «тут»?! Я полчаса назад заходил, вас не было!!! - продолжал кричать Шепель.
- Может вы, товарищ майор, просто не заметили? – промямлил я.
Это его совсем подкосило. Хватанув полную грудь воздуха, но не найдя подходящих звуков, на которые этот воздух можно было бы потратить, майор Шепель внезапно выскочил за дверь, и куда-то быстро-быстро побежал по коридору.

Шум всё это время стоял, не принимая никакого участия в нашей беседе, и невозмутимо рассматривая таблицы на столе. Когда дверь за Шепелем захлопнулась, он придвинулся поближе, и негромко, продолжая изучать стол, спросил:
- Ты куда бегал, солдат?
- За сигаретами в роту бегал, товарищ майор. – так же тихо ответил я. - Сигареты у меня кончились.
- Долбоёб. - философски заметил майор Шум. - Накуришь себе на дисбат. А документы зачем утащил?
- А как же, товарищ майор? Они же секретные, как же я их оставлю?
- Молодец. А ты в курсе, что там есть бумажки, вообще запрещённые к выносу с капэ?
- Так я ж не выносил, товарищ майор! Я их там у забора спрятал, потом забрал. Неудобно с документами через забор…
Шум покачал головой. В этот момент в комнату как вихрь ворвался майор Шепель.
- Я всё выяснил! Он через окно бегал! Там, под окном, - следы! Товарищ майор, я требую немедленно вызвать наряд и посадить этого солдата под арест!
- С какой формулировкой? – индифферентно поинтересовался Шум.
На секунду Шепель замешкался, но тут же выкрикнул:
- За измену Родине!!!
- Отлично! – сказал Шум, и спросил: - Может просто отвести его за штаб, да шлёпнуть?
Это неожиданное предложение застало Шепеля врасплох. Но по глазам было видно, как сильно оно ему нравится. И пока он мешкал с ответом, Шум спросил.
- Вот вы, товарищ майор, солдата на ночь запираете. А куда он в туалет, по вашему, ходить должен, вы подумали?
От такого резкого поворота сюжета Шепель впал в лёгкий ступор, и видимо даже не понял вопроса.
- Какой туалет? При чем тут туалет?!
- Туалет при том, что солдат должен всегда иметь возможность оправиться. - флегматично сказал Шум, и добавил. - Знаете, товарищ майор, я б на месте солдата в угол вам насрал, и вашими секретными бумажками подтёрся. Ладно, поступим так. Солдата я забираю, посидит до утра у меня в штабе, а утром пусть начальник особого отдела решает, что с ним делать.
И скомандовав «Вперёд!», он подтолкнул меня к выходу.

Мы молча миновали территорию командного пункта, за воротами КПП Шум остановился, закурил, и сказал:
- Иди спать, солдат. Мне ещё в автопарк зайти надо.
- А как же?... Эээ?!
- Забудь. И главное держи язык за зубами. А этот мудак, гм-гм… майор Шепель то есть, через полчаса прибежит и будет уговаривать, чтоб я в рапорте ничего не указывал. Ну подумай, ну какой с тебя спрос, у тебя даже допускам к этим документам нету. А вот ему начальник ОСО, если узнает, матку с большим удовольствием наизнанку вывернет, и вокруг шеи намотает. Так что всё хорошо будет, не бзди.

С этими словами майор Шум повернулся и пошел в сторону автопарка. Я закурил, сломав пару спичек. Руки слегка подрагивали. Отойдя несколько шагов, майор вдруг повернулся и окликнул:
- Эй, солдат!
- Да, товарищ майор?!
- Здорово ты это… Ну, пером в смысле. Мне бы на капэ инструкции служебные обновить. Ты как? С ротным я решу, чай и курево с меня.
- Конечно, товарищ майор!
- Вот и договорились. На ночь запирать не буду, не бойся!
- Я не боюсь.
- Ну и молодец!
Мы разом засмеялись, и пошли каждый своей дорогой. Начинало светать. «Смирррно!» - коротко и резко раздалось где-то позади. «Вольно!» - козырнул майор. Навстречу ему, чеканя шаг по бетону взлётки, шла ночная дежурная смена.

145

История реальная, все живы. Захватывающая задача - рассказать без опознавалок и без врак одновременно.

Странная пара встретилась в конце 80-х. Она - выпускница МГУ. Он - института физкультуры. Специальность - пятиборье. То есть конкур - верховая езда с преодолением препятствий, фехтование, стрельба, бег и плавание. Репутацию дубового физкультурника в глазах родителей невесты несколько спас тот факт, что папа спортсмена был крупный ученый, выпускник МФТИ. Так что легкая облезлая позолота культуры воссияла и на его сыне.

Но вскоре выяснилось, что пятиборье более востребовано в нашей жизни - нагрянули 90-е. По происхождению это боевой, офицерский спорт. Пригодились и стрельба, и бег. В общем-то, и то и другое было обраткой - он отстреливался и убегал, а не наоборот. Причиной этих эскапад было то, что к спортсмену просто липли бабки. Он изобрел схему сравнительно честного отъема денег у государства на продаже нефти. Братва держала за своего этого накачанного быка. Изумлялась результатам, не врубалась в схему, но требовала поделиться. Однажды он понял, что умение отстреливаться и убегать - это неполная партитура его пятиборного таланта. Свалил в Лондон, купил особняк на берегу Темзы - "без речки под окном скучно".

Тут пятиборье расцвело полными красками. Языка он не знал совсем, быстро учил на ходу. Но мало кто из его нынешних соседей мог джигитовать, фехтовать и плавать так, как он. Оказалось, что российский институт физкультуры неплохо подготовил аристократа-англичанина.

Ролью аристократа он не угомонился. Принялся заново учить и родной язык, но с грассированием. В нужных кругах вовремя сказал: "мы, евгеи, должны помогать друг другу". Фамильная память спортсмена действительно хранит 1/16 еврейской крови. Очевидно, что в наше время эти боевитые гены просто вопиют к успеху.

А что жена? В общем-то, вся жизнь ее ушла на лечение нервов. В бутике не так ответили. Прислуга никуда не годится. Пыталась работать, но работодателей порядком нервировал лимузин под окном со скучающим шофером - пора ехать на спа-процедуры. Это я задумался о попытках связать качество образования с судьбами выпускников очень различных вузов...

146

Оболтусами их стали называть сначала у нас в доме, потом вся улица, а затем и половина нашего дачного поселка .Совершенно напрасно они за это обижались на меня , сами виноваты.Точнее виновата Оболтусиха, мать моего соседа –ровесника второклашки Кольки.Дело в том, что на даче у деда был телефон, прямой, городской и это в то время когда телефоны были даже в городе далеко не у всех и на них годами стояли в очереди. Правда телефонная – автомат был на железнодорожной станции, но туда было далеко идти, а телефон у магазина не отдавал двушку даже если не удавалось дозвонится, поэтому он пользовался плохой репутацией. Войдя в калитку колькина мать всегда начинала орать:
- Моего оболтуса не видели? Везде ищу –
и даже когда ей отвечали , что не видели и не знают где он, все равно шла к нашему дому и войдя заявляла: - Ну тогда я позвоню… и не меньше получаса орала по телефону.Я как-то спросил деда:
- А кого она всё время ищет? Кольку, который частенько играл на нашем участке или его отца? Кто из них Оболтус ? Дед ответил, что оба они Оболтусы ещё те, и я решил, что это их фамилия.
Поэтому, когда Колькина мама приперлась к нам со своим традиционным вопросом, я , будучи вежливым мальчиком, решил уточнить:
- А вы какого Оболтуса ищете: старшего или младшего?
Мадам опешила и вроде бы даже забыла позвонить, а вечером пришла к деду жаловаться на мою невоспитанность. Дед внимательно выслушав её пообещал во всем разобраться, а сам рассказал это всем, кого знал, а знаком он был почти со всеми,так что сама виновата, нефиг ябедничать.
Между нашими домами забор был глухой, хотя с улицы он был обыкновенный , из штакетника и каждую субботу Оболтус – старший порол Оболтуса-младшего, о чем мы знали по плаксивым воплям второго:
- Не надо папочка, я больше не буду…
и ритмичным шлепкам ремня под монотонное перечисление всех Колькиных прегрешений за неделю.Некое разнообразие вносила Оболтусиха, оравшая с крыльца пропущенные проступки:
- А ещё он взял 40 копеек, я на билет приготовила, что бы на станции кошелек не доставать, на тумбочку положила, через минуту смотрю – уже нет.Точно он, подлец, взял, всыпь ему покрепче…
Про 40 копеек она была совершенно права, в тот день Колька хвастался, что идет за мороженным а потом в кино и даже показал два двугривенных.На наше с Юлькой предложение купить всем по морожке за 10 копеек, а в кино он сходит завтра, на утренник, Оболтус-младший показал нам кукиш, за что сейчас и расплачивался. После экзекуции , когда Колька пришел к нам во двор за сочувствием, я спросил у него:
- А чего у тебя мама всё время орет? Она что нормально говорить не умеет? –
Он ответил: - Да она всегда орет, даже когда с батей ебёца.
Слово это было для меня новое и его точного значения я не знал, но, немного подумав, решил; наверное это когда ссорятся, ну или ругаются, когда же ещё родителям друг на друга орать?На всякий случай я его запомнил, что бы при случае и к месту вставить.Случай предоставился на следующее утро, к концу завтрака, когда я с бабушкой и дедом сидел на веранде с открытым окном и пил чай. Из-за забора послышался скрип открываемого Оболтусом-старшим сарая, а потом и долетела его ругань, что из-за бабского барахла, которым всё забито, он не может найти свои инструменты и сейчас соберет весь этот хлам и выкинет на помойку.С крыльца Оболтусиха благим матом орала, что пусть только попробует что-нибудь выкинуть, она ему руки ноги повыдернет и самого на помойку выгонит. Изобразив на лице праведное негодование я заметил:
- Ни стыда ни совести у людей нет , может другие вчера легли поздно, а они с утра на весь поселок ебуца, людям спать мешают!
Бабушка , не донеся чашку, замерла с открытым ртом ( с тех пор я точно знаю что значит выражение « от удивления челюсть отвисла») , дед , как то странно поперхнувшись, закрыл рот ладонью и подбежал к окну, плечи у него вздрагивали.

147

Под окном пронеслись два пацана на великах, бок о бок, увлеченно разговаривая. Ехали спокойно, но довольно быстро. Сзади на порядочном отдалении показался совсем мелкий шкет, лет семи. Он бешено вертел педалями и лопоухой головой, иногда привставал над седлом и вытягивал тощую шею, пытаясь разглядеть, не сокращается ли дистанция. Убедившись, что она только увеличивается, он отчаянно заорал: "Ребята, стойте! У меня топливо закончилось!"

148

Подарили мне как-то шапку меховую. Но она мне немножко тесновата была. Идея растянуть пришла ночью. Во всезнающем интернете написали, что шапку надо натянуть на кастрюльку или банку подходящего размера. Дальше со слов мужа: проснулся, а тебя нет, слышу шуршание на кухне и пошел на звук. Источник света - луна за окном, а ты сидишь на полу и кастрюльки на голову примеряешь. Чуть в дурку не сдал.

149

Всем, кому могла, рассказывала уже, но повторю. Уж больно кино впечатляющее.
Перед моим окном на дереве сутки сидел кот. Кот орал благим матом. Вороны норовили клюнуть кота, дети снизу приглашали кота слезть, я с балкона кидала в ворон картошкой... Словом, фестиваль.
Когда пошли вторые сутки карнавала, я не выдержала и позвонила в МЧС. До сих пор помню прекрасную девушку-оператора.
- Дама, - сказала она, - Во-первых, обещайте, что вы не полезете за котиком сама, иначе нам и правда придется приехать, и не одним, а со скорой помощью. Договорились? Теперь слушайте: берете флакон валерьянки и выливаете на ствол дерева на высоте вытянутой руки. ВСЁ.
И вы знаете, эффект был СТРЕМИТЕЛЬНЫМ. Стоило только оросить дерево валериановыми каплями, как нищасноэ кысо принюхалось, и БЫСТРО И УВЕРЕННО сошло вниз по стволу.
Я хочу сказать - пользуйтесь, соотечественники!

150

Перед поступлением сына в школу ходил с ним к школьному психологу на собеседование (наша мама таких вещей боится и посылает меня). Ребенку 7 лет, но рисовать не любит и все рисунки у него в стиле "палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек". Вполне обычный ребенок, не вундеркинд, но и не тормоз, в общем никаких проблем (сейчас ему же 25 :)
Заходит к психологу, минут 10 там сидит. Выходит психолог (П), просит зайти. Захожу.
(П) - Видите ли, у Вашего ребенка отставание в развитии и мы можем по Вашей просьбе направить его в специальный класс в специальную школу.
(Я) - !!!!! ???? :( А почему Вы так решили? - медленно так спрашиваю, чтобы не разозлиться (вдруг смирительную рубашку предложит надеть).
(П) - Ну вот посмотрите, как он рисует. Я попросила его нарисовать дом и человека -

Смотрю на рисунок. Вижу обычный дом, с крышей, с трубой из которой идет дым, с окном и дверью. Рядом стоит "человечек" (см. выше про стиль рисунка).

(Я) - А это что? Вот дом, вот человек. Все же правильно.
(П) - Ну как Вы не понимаете! Они же в этом возрасте должны рисовать дом в изометрии, и людей с пятью пальцами, и чтобы ноги имели толщину. А тут все схематично, это не соответствует его возрасту.
- Вы его запишите в обычный класс, он нормальный, просто рисовать не любит. - В общем, предупреждая меня, что ему будет тяжело учиться в таком классе, она скрепя сердце вписала сына в обычный класс.

Приходим домой. Даю ему бумагу и карандаш, говорю - нарисуй мне пожалуйста дом и человека.
Наблюдаю. Получается почти точная копия того же рисунка. Я ему говорю: - ты неправильно рисуешь, нужно рисовать так, чтобы у дома было видно две стены и часть крыши - ребенок уходит дорисовывать. Возвращается - Вот, посмотри.

Смотрю. Тот же рисунок, рядом пририсована горка, на ней второй человечек - вот, этот человечек смотрит на дом, видит и вторую стену и часть крыши.

Поцеловал, послал гулять. А психологов таких нужно держать подальше от детей, чтобы психику им не ломали...