Результатов: 51

1

В давние времена, аккурат между августовским кризисом и миллениумом, моя первая жена решительно заявила, что женщина с ребёнком в принципе не имеет права рисковать собой - и уж тем более не имеет права делать этого в одной компании с мужем, в случае чего оставляя ребёнка круглым сиротой. Её утверждение выглядело логичным и обоснованным, так что вскоре мы проснулись рано утром, прыгнули в первый поезд метро, проехали от конечной до конечной аккурат всю серую ветку метро и загрузились в первый утренний автобус - ехать в Волосово прыгать с парашютом. Если вы сейчас пытаетесь понять логическую связь между причиной и следствием - добавлю слова "прежде чем у нас появится ребёнок и лишит её этого удовольствия". Автобус стоял с раскрытыми дверьми, мы приехали с запасом времени и оказались первыми, так что выбрали себе места (справа, с теневой стороны, третий ряд сидений с конца), сели и благополучно задремали.

Вскоре в автобус вломились две дамы. Они выбрали себе места спереди, сели, закрыли там окно. Затем закрыли окно на местах перед собой. Отмечу, это происходило летом в те годы, когда слова "автобус" и "кондиционер" сочетались примерно так же, как сейчас слова "автобус" и "несимметричный диметилгидразин". Немного подумав, дамы пересели на пару сидений назад, снова закрыли окно у себя и снова закрыли окно спереди. Ещё несколько итераций - и дамы, досадливо пропустив занятый нами ряд, оказались в самом хвосте автобуса, на общем заднем ряду. Судя по звукам - закрыли там окно. Затем закрыли окно перед собой. А затем - прошелестели шаги, у меня над ухом просунулась рука и закрыла окно у нас. В этот момент я, честно говоря, офигел.

В тот момент, когда шаги прошелестели обратно, я, не говоря худого слова, протянул руку и снова открыл своё окно. Снова прошелестели шаги, снова протянулась рука... я протянул свою и зафиксировал стекло, не давая его закрыть. В результате узнал, что я быдло, которое беспричинно хамит порядочным людям. Почему-то это не побудило меня отпустить стекло, а дамы оказались не готовы к долгому силовому противостоянию - так что под град высказываний о падении нравов у современной молодёжи они пересели на другую сторону и принялись закрывать окна там. Потом автобус заполнился людьми, все пооткрывали окна обратно и мы поехали.

На аэродроме нас ждал замечательный инструктаж. Я говорю абсолютно серьёзно: рассказывать что-то людям, мечтающим побыстрее досидеть до конца твоей нудной лекции, довольно сложно. Рассказывать так, чтобы у них при этом что-то осталось в голове - целое искусство. Взявший нас инструктор был настоящим мастером этого дела, практически всё, что он сказал, я помню даже сейчас. Его отработанная речь содержала точно выверенные сменяющие друг друга дозы информации, юмора, ярких примеров, неожиданных вопросов - всего, что притягивает внимание слушателя и мешает ему заснуть. В том числе за время инструктажа до нас примерно двадцать раз в разных формах и с разных сторон донесли простой тезис: запасной парашют снабжён автоматом, который на высоте трёхсот метров дёргает за кольцо и самостоятельно раскрывает парашют - это мера предосторожности для спасения тех прыгнувших, которые впали в неконтролируемую панику, потеряли сознание или просто при выходе стукнулись головой и поэтому не открыли основной. Приземляться так не рекомендуется, поэтому при нормальном прыжке, убедившись, что основной купол полностью раскрылся и хорошо функционирует, автомат запаски следует отключить. Для усиления убедительности озвучили сумму, которую придётся доплатить за повторную укладку напрасно открытого запасного парашюта - весьма приличную сумму.

Когда пошли прыжки и у первого же прыгнувшего раскрылся запасной парашют, я слегка удивился. Когда это случилось во второй раз - начал считать. Если коротко - прыгавших было много и каждый четвёртый из них забывал отключить автомат. В результате на трёхстах метрах открывался запасной парашют и человек приземлялся на двух куполах - что выглядит довольно криво, но в принципе не опасно, скорее неудобно. Ждущие своей очереди люди смотрели, как другие забывают отключить свои автоматы, а потом грузились в кукурузник, взлетали, прыгали - и забывали отключить свои. Так всё довольно спокойно и ровно шло до тех пор, пока очередная прыгнувшая дама не спохватилась в самый последний момент, когда автомат уже сработал и расчековал парашют.

Вы когда-нибудь видели, как приземляющийся человек борется с шёлковым куполом, пытаясь не дать ему раскрыться и запихнуть обратно в сумку? Даже издалека зрелище крайне своеобразное. Дама отчасти преуспела - парашют действительно толком не раскрылся, скорее частично облепил её, частично болтался под ней бессмысленной грудой тряпья. Хуже другое - в пылу борьбы она начисто забыла про то, что снизу крайне подло и чертовски быстро приближается такой твёрдый предмет как Земля. Результатом этого стало приземление фактически на шпагат - не испытывал и, надеюсь, никогда не испытаю, но думаю, что это доставило в высшей степени неприятные ощущения. Во всяком случае через некоторое время её пронесли мимо ждущих своей очереди прыгунов с переломами обеих ног.

Я продолжил считать. Из тридцати с лишним следующих прыгнувших автомат запаски забыл отключить один (прописью: один) человек. Потом очередь дошла до нас с женой и дальше я уже не считал. Но если бы я руководил дроп-зоной, то всерьёз обдумал бы мысль каждые выходные включать в состав прыгунов подсадного, которого потом пронесут вот так, "загипсованного". Впрочем, если добавить к этому дам из автобуса, вспоминается старый анекдот про то, что у России две беды, и если одну из них теоретически ещё можно устранить с помощью катков и асфальтоукладчиков, то вот с дорогами-то что делать?

P.S. Если кому интересно, то в отличие от продвинутой и надёжной советской техники буржуинские аналоги измеряют не только высоту, но и скорость падения, поэтому отключать их не требуется - они сами прорюхивают, что основной купол открыт и функционирует. Если бы в тот день использовались они, дама ушла бы с аэродрома своими ногами, да и ни одна из сработавших в тот день запасок не раскрылась бы, лишив аэродром изрядного приработка.

2

Рассказал друг.
По поводу хамства. Ехал дня три назад в автобусе. Типичная ситуёвина - хачик лет тридцати полностью игнорирует требования кондукторши оплатить проезд и гордо смотрит в окно (горы, наверное, родные высматривает). Что обычно бывает в таком разе? Кондукторша или кричит, или сигнализирует водиле, чтобы тот остановил автобус и не трогался, пока безбилетник или не оплатит проезд, или не выйдет из автобуса. Иногда же просто плюёт на это дело и идёт дальше. Ни фига. Что выдаёт эта бабулька-божий одуванчик (причём, прошу заметить, всё это говорится полным участия и сострадания тоном):
- Мило-о-ок, проезд оплачивай говорю! Али не слышишь? Ну что молчишь - русский ещё выучить не успел, что ли?
В ответ бурчание, типа, "отвяжись"
- Ух ты! Так ты по-русски таки умеешь говорить! Оплачивать-то собираешься? Али не знаешь, что такое билетик? Вот видишь у меня ленточка - ты мне сейчас семь рубликов дашь, а я тебе кусочек от неё за это оторву! Эх... Так ты, может, только с гор спустился, денюжков ещё заработать на проезд не успел? Так ты, милый, не в автобусе катайся, а беги денюжку зарабатывать! Вот сейчас остановочка будет, прям на ней и выбегай, ага! Али ты в автобусе не ездил ни разу? Вы там у себя в горах-то только пешочком бегаете, наверное. Так и ты сейчас на остановочке выбегай и беги пешочком - привычен должен быть! И бесплатно, и для здоровья пользительно!
Все пассажиры, кто стоял и сидел в пределах слышимости, уже не ржали, а РЖАЛИ в голос... Хач, который уже успел побагроветь к этому моменту, молча достал из кармана червонец и протянул кондукторше...

3

По городу едет автобус. Мужик у окна чистит бананы и выкидывает их в окно. Его сосед спрашивает: - Почему вы чистите бананы, и не едите, а выкидываете? - Это отпугивает крокодилов. - Но здесь нет никаких крокодилов! - Эффективно, не правда ли?..

4

THIS IZ ЗАСНЕЖЕННОЙ СИБИРИ...
Где-то в середине 80-х, вскоре после Нового года, начальник мой в НИИ в Сибири с воодушевлением ждал визита иностранного ученого. После которого подразумевался ответный визит начальника. Обычно начальник сам ездил в аэропорт встречать иностранных коллег, а тут почему-то поручил мне, молодому тогда еще не только душой сотруднику. А незадолго до этого дня и столбик термометра тоже почему-то опустился аж до отметки -47.
Начальник мне объяснил, что ночью ко входу в общагу, где я обитаю, подъедет директорская "Волга" с водителем, и поедете в аэропорт за городом, там я отрекомендовываюсь в VIP-зале, жду гостя с раннего утреннего московского рейса. Этого гостя, отдельно от пассажирскго потока, служба VIP-зала доставит прямо в этот зал. Приветствуешь гостя, и сразу ведешь к машине, и везешь первым делом в НИИ для встречи с начальником. И смотри, не перепутай! (Дитям мороженого, а не мне гостя мороженого!)
Я волновался с «обмундированием»: зимние ботинки у меня были хилые на такой мороз, их "дерьмантин" становился колом уже и на морозе до минус сорока, и стопы почти так же (добротные зимние кожаные сапоги были тогда еще в дефиците, у меня их тогда не было, у спекулянтов на барахолке дорогущие, в морозы переходил на валенки). А в валенках как-то не очень интеллигентно встречать иностранного гостя. Может, директорская "Волга" и в такие мороза внутри еще достаточно теплая? Рискнул,- выйду к "Волге" в ботинках, а если водитель будет в валенках, сбегаю быстро в общагу, переобуюсь.
Не сомкнув глаз, смотрел в окно. Часа в два-три ночи появляется у подъезда задрипанной общаги директорская "Волга". Выскакиваю, здороваюсь. Водитель, с лицом сурового чекиста молча кивает мне, и мы едем. На ногах у него были как бы короткие торбаза (из оленя) до икр. Торбаза выглядят намного эстетичней валенок, но из Якутии тогда сильно пресекали их вывоз, и коллеги оттуда говорили мне, что в аэропорту тщательно досматривают багаж, и кроме как на себе, торбаза не вывезешь. Наверное, опасались тамошние власти, что всех олешек на торбаза переведут, для удовлетворения широкого спроса на них на необъятных просторах страны. Машина оказалась прекрасно отрегулированной, без посторонних шумов, было тепло и не дуло. Но мне в моих ботинках было страшновато, когда ехали по пустынной загородной заснеженной местности в средине ночи, где не было в тот момент на таком колотуне ни одной встречной машины. К счастью, доехали без проблем. Но коротко-голенищные торбаза водителя у меня стояли всю дорогу перед глазами.
В просторном VIP-зале, несмотря на ночь, сидела за столом свежая и бодрая администратор, приветливая женщина, которая сообщила, что самолет из Москвы уже летит, все по расписанию. Одной застекленной стороной зал смотрел на взлетно-посадочную полосу (ВПП). За стеклом было темновато и тихо, казалось, аэропорт весь отдыхал, и только VIP-зал бодрствовал.
По прошествии некоторого времени администратор сообщила, что в районе аэропорта стоит туман, и непонятно, разрешат ли посадку. Взлянул на ВПП. Она вся была как бы в снежной пороше, а воздухе висела как бы мелкая снежная взвесь (слово "нано" тогда в повседневном обиходе еще не употреблялось), которая медленно, но опускалась на ВПП. Я впал в задумчивость. Из которой меня вывел громкий душераздирающий вой со стороны ВПП. Это начала работать "шайтан-машина": машина типа панелевоза с установленным на ней мощным турбореактивным двигателем начала медленно двигаться вдоль ВПП. Струя из двигателя сдувала осадки с полосы в стороны. А очищенная полоса вновь медленно покрывалась белой порошей. Шайтан-машина проехала два раза по полосе и затихла. И весь аэропорт вновь в тишине, никаких объявлений по радио.
Приветливая администратор через некоторое время сообщила, что по метеоусловиям встречаемый самолет ушел на запасной аэродром в другой город Эмск. И что там сейчас температура -51, но метеоусловия получше.
Я впал вновь в задумчивость, что же делать, могу ли я держать директорскую машину и сколько? Позвонить некуда,- рабочий день в НИИ еще не начался. Ждать начала рабочего дня и звонить начальнику? А директор меня выгонит за самоуправство, приведшее к неподаче ему служебного транспорта к началу работы?
Тут в VIP-зал энергично входит в голубой пилотской форме молодой человек с комсомольским значком на лацкане. И возбужденно-возмущенно говорит администратору по сути следующее: "Ну что он там себе думает, этот командир корабля? Ведь он полетел в закрытый для иностранцев город!!!" (Я тут холодею, во какая заваруха начинается из-за моего гостя! Не окажусь ли ненароком встречающим иностранного шпиона?). А молодой человек в форме продолжает: "А ведь он знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город! И мы ему предложили на выбор два запасных аэродрома, - один в Эмске, другой в Эльске, и он знал, что Эльск- открытый для иностранцев город! Но он решил лететь именно в Эмск, а не в Эльск! А ведь ему еще в Москве сообщили, что на борту находится группа туристов из Франции!!!" (Тут у меня немного на душе отлегло,- мой гость- и не турист и не из Франции!). А молодой энергичный человек в форме тем временем продолжает, поднимая руку с листом бумаги: "Вот я здесь все это в служебной записке уже изложил, и приписал снизу, что по прилету к нам в Энск с командира будет затребована объяснительная, почему он выбрал закрытый для иностранцев город, зная, что на борту находится группа туристов из капстраны!"
После чего этот молодой человек, по-видимому, дежурный по службе полетов, так же энергично удалился. (Через несколько лет комсомольцы страны с идейно-пламенными взорами быстро, пожалуй, быстрее всех "в воздухе переобулись" из младокоммунистов в капиталисты. Образ этих комсомольцев возникал у меня перед глазами в виде того "авиакомсомольца", так лихо документально оконтуривающегося в неожиданно меняющихся условиях).
Вскоре после ухода "авиакомсомольца" появляется женщина, тоже энергичная, но в белом поварском одеянии. И обращается тоже к администратору со следующим по сути: "Они же там в закрытом городе не знают, как кормить иностранцев, а по нормам Аэрофлота мы их должны кормить, причем по международному стандарту, с этим у нас строго!" Администратор через несколько звонков по межгороду добирается до завпроизводством в ресторане в Эмске. И завпроизводством из нашего Энска начинает по телефону рассказывать своей коллеге детально и конкретно все, начиная от холодных закусок и кончая раскладкой ножей, вилок, ложек и ложечек, их количеством и качеством, а также их местоположением и т.д.
А что делать мне? Подхожу к освободившейся администраторше и интересуюсь, какие виды на метео имеются. Задумчиво глянув в сторону ВПП через стекло, администратор сказала, что пока солнце не выйдет, туман вряд ли рассеется. И что аэропорт откроют не раньше, чем через 5 часов.

Опуская подробности дальнейших перипетий скажу, что самолет прилетел в наш Энск немного раньше, чем через 5 часов. Гость рассказал, что было на борту. По салону обьявили, что рейс по метеоусловиям вместо Энска совершит посадку в Эмске, что там немного побудем, а потом полетим в Энск, извинились за беспокойство и небольшую задержку с прибытием в Энск. В салоне через некоторое время у части пассажиров вдруг возникло оживление, веселье, чуть ли не ликование. Это была группа туристов из Франции. Оказывается, кто-то из них знал, что Эмск- закрытый для иностранцев город, и рассказал об этом остальным. И о, Парижская богоматерь (или что там в таких случаях восклицают), как им повезло,- они побывают в закрытом советском городе!!!
...К спустившимся с трапа пассажирам в городе Эмске с температурой -51 автобус подъехал через некоторое время. Группа туристов, одетая сравнительно легко по сравнению с советскими пассажирами, разительно выделялась среди остальных не только по одеянию. Они, в кепочках и шапочках, курточках и пальтишках, энергично прыгали с улыбками на лицах, ведь они- в закрытом советском городе! Фантастика! Некоторые хмурые капитально одетые советские пассажиры смотрели на них, как на идиотов.
В Сибири же не все французский понимают, звиняйте! Но минимум в одном из сибирских городов есть улица Робеспьера. И заканчивается она комплексом зданий Следственного изолятора (!). В отличие от самого Робеспьера, казненного во Франции без всякого суда и следствия. Не уверен, что кто-нибудь из тех туристов знал об этом нюансе с улицей Робеспьера и узнал ли во время тура. Да я и сам до сих пор не знаю, является ли такая топографическая близость двух объектов здоровым сибирским послегулаговским юмором (Типа "Да здравствует наш советский суд, самый гуманный суд в мире!") или случайным совпадением.
Но те французские туристы, судя по рассказу нашего гостя, были просто счастливы в заснеженной Сибири при температуре -51 по Цельсию да притом еще и в закрытом городе!
Нашего же гостя мы дополнительно экипировали добротно по погоде, и заметно было, что он, как ни старался делать непроницаемым свое лицо, несколько дней все-таки радовался, что ему довелось увидеть и ощутить настоящие сибирские морозы!

П.С. Мотивация командира корабля по выбору запасного аэродрома мне так и осталась неизвестной. Расстояние до каждого из указанных ему двух запасных аэродромов было почти одинаковое.
П.П.С. К сему прилагаю криогенную справку, на всякий случай: При захолаживании где-то между -60 и -70 по Цельсию обычный спирт, с 4% влажностью, начинает как бы загустевать, становится как глицерин, а потом его вообще уже тяжело помешивать. Но капелька на вкус становится сладкой, без всякой горечи. Пока не разогреется во рту.
Но смотрите не перепутайте, дитям- мороженое!
Всех с наступающим старым Новым годом!

5

Давно хотел рассказать эту историю из своего детства , да все как то не было настроения, а тут как раз окном дожди
И вот она снова стучит ко мне в окно, тяжелыми каплями,тук-тук-тук…
Было мне тогда шесть лет. Родители мои развелись и наш самый справедливый суд оставил меня с мамой , которая недолго думая выскочила замуж за морского радиста. Думаю поладили они на почве алкоголя, эту привычку моей маман , наш самый строгий и справедливый не учел , а потому мне еще несколько лет пришлось наблюдать пьесу – на дне , из так сказать первых рядов . Впрочем, вернемся к нашему повествованию. Итак дядька Сережа, а именно так его звали , мужик был добродушный , родом из под Ярославля, где и проживала его родня , куда вскоре и собрались ехать молодожены , а заодно и меня повезли , понятия не имею зачем. Благо на дворе стоял август и в Астрахани стояла жара, так что идея о поездке не сильно меня печалила, гулять пешком я любил, а новые места всегда звали меня…..
Недолго собираясь мы сели в поезд и …Дальше идут идут две страницы мелким почерком со звуками тыдых тыдых, тыдых…описание поездки до Ярославля на поезде. Скучный пейзаж за окном уже описывал некий Куприн, потому даже не буду и стараться.
Первое, что меня смутило в Ярославле, народ на пероне одетый в теплые болоньевые куртки… Хммм - подумал я… Вторая неожиданность - деревенский пазик , который в детстве казался лунным вездеходом, впрочем, дорога по которой мы отправились к родне … оказалась специально предназначена чтоб оправдать это впечатление, если русские горки объединить с батутом, то даже этот аттракцион не полностью бы отразил весь спектр развлечений . Наверное для полного сходства надо было бы добавить игру вышибалы, мяч успешно заменяли летающие чемоданы, постоянно норовившие прилететь кому-нибудь в табло.
Несмотря на мой малый возраст, до меня быстро дошел смысл поговорки – лучше плохо ехать, чем хорошо идти, после того, как автобус остановился на окраине села и нам нужно было идти еще пару километров – вооон до того дома!
Надо отдать должное дяде Сергею, он был жентельменом и понес чемоданы сам, мы же с мамой понесли свои ноги, которые вскоре стали на 15 см длиннее и пару кило тяжелее.
Так сказать первые шаги в лепке из глины…
Трудно поверить в это, но мы дошли до того дома, где нас приветливо встретили Сережины братья и его мама. Еще нас во дворе встречала свинья, но уже с распоротым брюхом, поэтому я сомневаюсь, что она сильно обрадовалась нашему приезду.
Нас проводили в дом, и усадили за стол, был сказан первый тост.
Далее еще несколько страниц мелким текстом со звоном стаканов, бубнением тостов…
День менялся днем, но ничего не менялось в доме, увы не Обломских, с утра все вставали, начинали опохмеляться, все это переходило в завтракобедужин без пробелов, с тостами и звяканьем стаканов. За окном все это время шел дождь… прямо как у Форест Гампе, все виды дождя, от мелкой мороси , до ливня, с шквалистым ветром и грозой и просто тихо постукивающий в ночи по шиферной крыше идеальный вариант для релакса видео на ютюбе. Создавалось впечатление полной гармонии, что происходит внутри и снаружи дома, полный дзен мог бы сказать я, но наука китайских мудрецов еще мне была не известна. Дом пропах сыростью, точнее СЫРОСТЬЮ. Она проникла повсюду, в каждый уголок этого дома, в каждый уголок и казалось заползла в умы и души его жителей.
Через неделю свинина закончилась, а самогон – нет. Эх-сказали трое братьев и как в сказке вскочили на коней, хотя нет.. то было в сказке, наши же герои оседлали старенький урал с коляской и помчались разбрызгивая грязь, в темный,мрачный, пасмурный, сырой лес. Никого не смутило то, что водитель коня не просыхал неделю, впрочем кого это могло смутить? Вернулись они скоро, и бросили на сковородку огромный гриб моховик. Вечерело…в стаканах плескалась самогонка…
Через годы я посмотрел Сталкера, Тарковского… И на меня снова хлынули черно-белые воспоминания, того депрессивного алкогольного настроения средней полосы России…

6

Алексей работал в гражданской авиации. После увольнения перешёл работать на городской автобус. На каждой остановке он выходит в салон, словами и жестами объясняет новым пассажирам, что делать при аварии: как молотком разбить стекло и выдавить окно; как пользоваться спасательным жилетом, если автобус упадёт в реку.

7

Через пару лет после окончания ВГИКа мне предложили халтуру, ездить от Бюро Кинопропаганды по стране, показывать новые фильмы и выступать после сеанса. Мы, бывшие студенты, собрали группу из трезвых и более-менее популярных артистов, расписались за копию нового фильма и поехали в глушь. Раздолбанный автобус возил нас по райцентрам, деревням, рабочим поселкам. Фильм нам всучили средний. Я не откажу себе в удовольствии пересказать сюжет.
Итак, некая хорошая девушка полюбила хорошего парня. Но парень встретил на танцах плохую девушку (всех неважных девиц в советском кино звали либо Марта, либо Ева, эту звали Марта). Решил парень на Марте жениться. Свадьбу порядком изгадила хорошая девушка, которая на своем грузовике (она работала шофером) проехала мимо новобрачных и обдала их с ног до головы грязью из, не высыхавшей ни в какую жару, лужи. Однако, они отмылись и зажили семьей. Марта любила деньги и заставляла мужа пилить и валить деревья круглые сутки, а сама дома радостно складывала стольники в тумбочку. Однажды, хороший парень от усталости не туда повалили очередную сосну и был ею придавлен. Ноги его отнялись. Ясное дело, что плохая Марта с парализованным мужем жить не захотела и сбежала. Бедняга совсем скис. Но тут на своем грузовике примчалась хорошая девушка и начала яростно ухаживать за любимым человеком. Она заставляла его, лежа, сколачивать табуретки и он вскоре поверил в себя. Потом один хороший милиционер подарил герою инвалидную коляску. В рекламе к фильму было написано, цитирую дословно «Героиня своей любовью разработала герою нужные группы мышц.» Не буду вас томить – финальная сцена. Хорошая героиня везет героя на инвалидном кресле к реке. Вдруг ей становится плохо. Герой вспоминает про вчерашние грибочки, но героиня заявляет, что тошнит ее не от грибов, а от того, что она ждет их общего ребенка. И тут…Герой от чувств поднялся и пошел. Конец.
Мы приехали в первый пункт поездки, в рабочий поселок городского типа. Народу в клуб набилось очень много. Мы договорились, что как только фильм кончится, мы все выйдем на сцену и начнем рассказывать всякие байки, чтобы зрители побыстрее забыли этот кошмарный фильм. Так и поступили. Только в зале зажегся свет, мы вышли и уселись за стол с микрофоном. И тут я увидела, что почти у всех людей, сидящих в зале, заплаканы лица. Известный актер, для затравки, рассказал смешной и вполне приличный анекдот. Зал глухо молчал. Молодой режиссер принялся делиться своими впечатлениями от недавней поездки на зарубежный кинофестиваль. Опять никакой реакции. Тогда я спросила: «А может у вас есть к нам вопросы?» Тут же немолодая женщина, всхлипнув, спросила: «А ребеночек у них нормальный родился? Все ж таки от больного отца.» Зал замер в ожидании ответа. Актер, к нашему удивлению, поднялся из-за стола и практически отрапортовал: «Ребенок родился здоровым и развивается отлично!» В зале послышался вздох облегчения. Вытянула руку молодая девушка и негромко спросила: «А где он работать-то станет? Деревья валить ему, наверное, уже нельзя? Или они на ее зарплату жить будут?» На этот вопрос взялся отвечать мой однокурсник-сценарист: «Герой не позволит себе жить за счет женщины. Он пойдет на курсы столяров и поступит на мебельную фабрику». Кто-то из зала уточнил: «Пойдет или уже пошел?» Мы замялись и актер, подумав, сказал скорее нам, чем залу: «Уже устроился. Ребенок-то уже родился и значит он уже устроился. Все логично.» Я робко сказала залу: «Это же фильм… Вымысел.» Не дослушав меня, привстал не очень трезвый мужчина: «Мне непонятно, чего все гуртом ополчились против Марты? Она молодая, красивая, ей мужик каждую ночь был нужен, а муж слег. Куда ей было деваться? Налево шастать? Она честно поступила и ушла от инвалида. А вот почему он, без расписки шоферке ребенка заделал?» Зал заволновался, зашумел.
Вскочила бойкая бабенка и закричала: «Как он вообще изловчился ее чпокнуть?! Ну как?! Боком что ли? Если у него ноги были, как тряпки?!» Зал принялся стыдить ее за непристойные речи, но она отбивалась: «Мне не ясно! Надо было все как следует в фильме показать, чтобы вопросы ненужные не возникали.» Зал разделился на группы, одни утверждали, что герой сделал ребенка героине боком, другие, что обычным способом, только под спину подушку подложил, а третьи гневались, что такие бесстыдные дела в клубе обсуждать нельзя. Тот, который поддерживал Марту снова подал голос: «Можно мне ее адрес, в смысле адрес Марты? Я с ней переписываться хочу. Она же свободная.» Зал взвыл от негодования и любителя Марты чуть не вынесли из зала.
Ночью мы на автобусе ехали в другой поселок. Актер сказал, глядя в черное окно: «Какой у нас зритель… Какие же мы сволочи, что для таких чистых людей фуфло снимаем.» А мой однокурсник заметил: «И ведь никому не пришло в голову, что она не от инвалида забеременела, а от милиционера. Правда святые люди.»
Вот так же они сейчас и телевизор смотрят...

Ganna Oganesyan

8

Ехали с мужем отдыхать в соседний город, опоздали на свою электричку, ждём следующую на перроне. Погода начинает портиться, я уже хочу вернуться домой. Тут вываливается из-за угла чудо-собака. Чисто немецкая овчарка, но лапы, как у таксы, короткие. Помчалась в нашу сторону насчёт поесть, я её почухала за ушком, ну такая лапа! Она креозотом воняет, вся чумазая, взрослая уличная собака. Я поняла, что без неё не уеду. Давай уговаривать мужа, а он сдался быстро. Забираем эту банкетку, тащим её на автобус, в окно выглядывает тётка, работница вокзала, и орёт:
- Вы что, сожрать её хотите?!
- Нет! Любить и баловать!
Назвали это чудо Фросей. Самый частый вопрос от прохожих: "Что за порода?". Порода - друг!

9

Ныне на просторах интернета множество роликов по сбору грибов. Я их активно и с удовольствием смотрю, учусь и грибы различать, и лексику свою пополняю. Интересно получается: грибники за грибами охотятся, а я за ихней лексикой...

Начну с эпитетов.

Красотун - без комментариев.

Кнопочка, бочонок, карандашик - предпочитаемые в сборе грибов формы.

Опоздун - гриб опоздавший.

Пробитый - синоним червивого.

Откопыш - спрятавшийся полностью в листве или почве гриб. Предмет особой гордости в грибной охоте.

Фразеологизмы.

Фразеологизм - это песня! Сначала он режет ухо, потом им чешешь затылок. Или сходу понимаешь, если картинка помогает.
"Погода летная", например. Для грибника ничего общего с самолетами не имеет. Погода летная - это когда интеллигент грибы собирает, а комары его зае..ли.

"Глаз заточить" - настроиться на сбор определенного вида грибов. Заточил глаз на белые, например, и пошел на охоту.

Из личной практики. Мне чаще всего приходится на подосиновики глаз затачивать. Их легко заметить по яркой оранжевой шляпке в лесочке рядом с домом. Однажды так "поназатачивалась", что из лесу вышла, в автобус с полной корзиной вошла, села, а на следующей остановке дама входит - в брючном костюмчике в мелкую черно-белую клеточку, волосы курчавые, коротко остриженые. Ярко-оранжевые. Чистый подосиновик! Бочоночек! Красотунчик! - молнией пролетело в голове. Пришлось усиленно прятать взгляд, смотря в окно.

(Надеюсь словарик пополнять)

10

Подруга-врач репост сделала с какого-то источника.
Не мог пройти мимо и сюда на память не закинуть, потому что тут такого не припомню...

Исповедь реаниматолога.

"Я реаниматолог. А если быть более точным, то peaниматолог­-анестезиолог. Вы спросите, что предпочтительней? Я вам отвечу: хрен редьки не слаще. Одно дежурство ты реаниматолог, другое ­ анестезиолог, но суть одна ­ борьба со смертью. Её, проклятую, мы научились чувствовать всем своим нутром. А если говорить научным языком, то биополем. Не верьте, что она седая и с косой в руках. Она бывает молодая и красивая, хитрая, льстивая и подлая. Расслабит, обнадёжит и обманет. Я два десятка лет отдал реанимации, и я устал...

Я устал от постоянного напряжения, от этого пограничного состояния между жизнью и смертью, от стонов больных и плача их родственников. Я устал, в конце концов, от самого себя. От собственной совести, которая отравляет моё существование и не даёт спокойно жить после каждого летального исхода. Каждая смерть чеканит в мозгу вопрос: а всё ли ты сделал? Ты был в этот момент, когда душа металась между небом и землёй, и ты её не задержал среди живых. Ты ошибся, врач.

Я ненавижу тебя, проклятый внутренний голос. Это ты не даёшь расслабиться ни днём, ни ночью. Это ты держишь меня в постоянном напряжении и мучаешь постоянными сомнениями. Это ты заставляешь меня после суточного дежурства выгребать дома на пол все медицинские учебники и искать, искать, искать... ту спасительную ниточку, за которую ухватится слабая надежда. Нашёл, можно попробовать вот эту методику. Звоню в отделение, ­ как там больной?

Каким оптимистом надо быть, чтобы не сойти с ума от всего этого. Оптимизм в реанимации ­ вам это нравится? Два абсолютно несовместимых понятия. От стрессов спасается кто как может, у каждого свой «сдвиг». Принимается любой вариант: бежать в тайгу в одиночестве, чеканить по металлу, рисовать картины маслом, горнолыжный спорт, рыбалка, охота, туризм... Мы спасаем людей, а увлечения спасают нас.

Спасать... Мы затёрли это слово почти до пустого звука. А ведь каждый раз за ним стоит чья­-то трагедия, чья­-то судьба. Спросите любого реаниматолога ­, сколько человек он спас? Ни за что не ответит. Невозможно сосчитать всех, кому ты помог в критический момент. Наркоз дал ­ и человек тебе обязан жизнью.

Почему-­то больные анестезиолога врачом вообще не считают. Обидно, ей богу. Звонят и спрашивают: а кто оперировал? И никогда не спросят, кто давал наркоз, кто отвечал за жизнь больного во время операции? Мы посчитали: пять тысяч наркозов в год даёт анестезиолог. Пять тысяч стрессов ­ только от наркозов! Ведь каждый раз ты берёшь на себя ответственность за чужую жизнь: ты, анестезиолог, отключаешь у больного сознание, и тем самым лишаешь его возможности самому дышать, а значит, жить.

Больше всего мы боимся осложнений. У нас говорят так: не бывает маленьких наркозов, бывают большие осложнения после них. Иногда риск анестезии превышает риск самой операции. Может быть всё, что угодно: рвота, аллергический шок, остановка дыхания. Сколько было случаев, когда пациенты умирали под наркозом прямо на операционном столе. Перед каждой операцией идёшь и молишь Бога, чтоб не было сюрпризов.

Сюрпризов мы особенно боимся. Суеверные все стали... насчёт больных. Идёшь и причитаешь: только не медработник, не рыжий, не блатной, не родственник и не работник НПО ПМ. От этих почему­то всегда неприятности. Чуть какие подозрения на «сюрприз» возникают, трижды сплевываем и стучим по дереву.

Нас в отделении 11 врачей, и у всех одни и те же болячки: ишемическая болезнь сердца, нарушение сердечного ритма и... радикулит. Да, да, профессиональная болезнь ­ радикулит. Тысяча тяжелобольных проходит через наше отделение за год, и каждого надо поднять, переложить, перевезти... Сердце барахлит у каждого второго из нас ­ как только эмоциональное напряжение, так чувствуешь, как оно в груди переворачивается.

Говорят, американцы подсчитали, что средняя продолжительность жизни реаниматолога ­ 46 лет. И в той же Америке этой специальности врачи посвящают не более 10 лет, считая её самым вредным производством. Слишком много стресс­факторов. Из нашего отделения мы потеряли уже двоих. Им было 46 и 48. Здоровые мужики, про таких говорят «обухом не перешибёшь», а сердце не выдержало...

Где тут выдержишь, когда на твоих глазах смерть уносит чью­-то жизнь. Полгода стоял перед глазами истекающий кровью молодой парень, раненый шашлычной шампурой в подключичную артерию. Всё повторял: «спасите меня, спасите меня». Он был в сознании и «ушёл» прямо у нас на глазах.

Никогда не забуду другой случай. Мужчина­-инфарктник пошёл на поправку, уже готовили к переводу в профильное отделение. Лежит, разговаривает со мной, и вдруг зрачки затуманились, судороги и мгновенная смерть. Прямо на глазах. Меня поймёт тот, кто такое испытал хоть раз. Это чувство трудно передать: жалость, отчаяние, обида и злость. Обида на него, что подвёл врача, обманул его надежды. Так и хочется закричать: неблагодарный! И злость на самого себя. На своё бессилие перед смертью, за то, что ей удалось тебя провести. Тогда я, помню, плакал. Пытался весь вечер дома заглушить водкой этот невыносимый душевный стон. Не помогло. Я понимаю, мы ­ не Боги, мы ­ просто врачи.

Сколько нам, реаниматологам, приходилось наблюдать клиническую смерть и возвращать людей к жизни? Уже с того света. Вы думаете, мы верим в параллельные миры и потусторонний мир? Ничего подобного. Мы практики, и нам преподавали атеизм. Для нас не существует ни ада, ни рая. Мы расспрашиваем об ощущениях у всех, кто пережил клиническую смерть: никто ТАМ не видел ничего. В глазах, говорят, потемнело, в ушах зазвенело, а дальше не помню.

Зато мы верим в судьбу. Иначе как объяснить, что выживает тот, кто по всем канонам не должен был выкарабкаться, и умирает другой, кому медицина пророчила жизнь? Голову, одному парню из Додоново, топором перерубили, чуть пониже глаз ­ зашили ­ и ничего. Женщину доставили с автодорожной травмой ­ перевернулся автобус, переломано у неё всё, что только можно, тяжелейшая черепно­мозговая травма, было ощущение, что у неё одна половина лица отделилась от другой. Все были уверены, что она не выживет. А она взяла и обманула смерть. Встречаю её в городе, узнаю: тональным кремом заретуширован шрам на лице, еле заметен ­ красивая, здоровая женщина. Был случай, ребёнка лошадь ударила копытом ­ пробила череп насквозь. По всем раскладам не должен был жить. Выжил. Одного молодого человека трижды (!) привозили с ранением в сердце, и трижды он выкарабкивался. Вот и не верьте в судьбу. Другой выдавил прыщ на лице (было и такое!) ­ сепсис и летальный исход. Подобная нелепая смерть ­ женщина поранила ногу, дело было в огороде, не то просто натерла, не то поцарапала ­ заражение крови, и не спасли.

Хотя, где-­то в глубине души, мы в Бога верим. И если всё­ таки существуют ад и рай, мы честно признаёмся: мы будем гореть. За наши ошибки и за людские смерти. Есть такая черная шутка у медиков: чем опытнее врач, тем больше за его спиной кладбище. Но за одну смерть, которую не удалось предотвратить, мы реабилитируемся перед собственной совестью и перед Богом десятками спасённых жизней. За каждого боремся до последнего. Никогда не забуду, как спасали от смерти молодую женщину с кровотечением после кесарева. Ей перелили 25 литров крови и три ведра плазмы!

Мы перестали бояться смерти, слишком часто стоим с ней рядом - в реанимации умирает каждый десятый. Страшит только длительная, мучительная болезнь. Не дай Бог, быть кому­-то в тягость. Таких больных мы видели сотни. Я знаю, что такое сломать позвоночник, когда работает только мозг, а всё остальное недвижимо. Такие больные живут от силы месяц-­два. Был парень, который неудачно нырнул в бассейн, другой ­ прыгнул в реку, третий выпил в бане и решил охладиться... Падают с кедров и ломают шеи. Переломанный позвоночник ­ вообще сезонная трагедия ­- лето и осень ­ самая пора.

Я видел, как умирали два работяги ­ хлебнули уксус (опохмелились не из той бутылки) и я врагу не пожелаю такой мучительной смерти.

С отравлениями в год к нам в отделение поступает человек 50, из них 8­-10 не выживают. Не то в этом, не то в прошлом году был 24­летний парень, с целью суицида выпил серную кислоту. Привезли ­ он был в сознании. Как он жалел, что сделал это! Через 10 часов его не стало. А 47­-летняя женщина, что решила свести счёты с жизнью и выпила хлорофос. Запах стоял в отделении недели две! Для меня теперь он всегда ассоциируется со смертью. '

Кто-­то правильно определил реаниматологию, как самую агрессивную специальность - манипуляции такие. Но плохо их сделать нельзя. Идёт борьба за жизнь: от непрямого массажа сердца ломаются рёбра, введение катетера в магистральный сосуд чревато повреждением лёгкого или трахеи, осложнённая интубация во время наркоза ­ и можно лишиться нескольких зубов. Мы боимся допустить малейшую неточность в действиях, боимся всего...

Боимся, когда привозят детей. Ожоги, травмы, отравления... Два года рёбенку было. Бутылёк бабушкиного «клофелина» и ­ не спасли. Другой ребёнок глотнул уксус. Мать в истерике ­ сама, говорит, бутылку еле могла открыть, а четырёхлетний малыш умудрился её распечатать... Самое страшное ­ глухой материнский вой у постели больного ребёнка. И полные надежды и отчаяния глаза: помогите! За каждую такую сцену мы получаем ещё по одному рубцу на сердце.

Мы, реаниматологи, относимся к группе повышенного риска для здоровья. Вы спросите, чего мы не боимся? Мы уже не боимся сифилиса ­ нас пролечили от него по несколько раз. Никогда не забуду, как привезли окровавленную молодую женщину после автомобильной аварии. Вокруг неё хлопотало человек 15 ­ все были в крови с головы до пят. Кто надел перчатки, кто не надел, у кого­-то порвались, кто-­то поранился, о мерах предосторожности не думал никто ­ какой там, на карту поставлена человеческая жизнь. Результаты анализов на следующий день показали четыре креста на сифилис. Пролечили весь персонал.

Уже не боимся туберкулёза, чесотки, вшей, гепатита. Как­-то привезли из Балчуга пожилого мужичка ­ с алкогольной интоксикацией и в бессознательном состоянии. Вызвали лор­врача и тот на наших глазах вытащил из уха больного с десяток опарышей. Чтобы в ушах жили черви ­ такого я ещё не видел!

В последние годы всё чаще больные поступают с психозами. От жизни, что ли, такой. Элементарная пневмония протекает с тяжелейшими психическими отклонениями. Пациенты соскакивают, систему, катетеры вытаскивают, из окна пытаются выброситься… Один такой пьяный, пнул в живот беременную медсестру ­ скажите, что наша работа не связана с риском для жизни.

Про нас говорят ­ терапия на бегу. Мы всё время спешим на помощь тем, кому она крайне необходима. Нас трудно представить спокойно сидящими. Народ не даёт нам расслабиться вообще. Молодёжь падает с высоты ­ веселятся на балконе, открывают окно в подъезде и садятся на подоконник ­ шутя толкаются... За последние три месяца у нас в отделении таких побывало несколько человек. Семнадцатилетняя девочка упала с восьмого этажа, хорошо на подъездный козырёк. Осталась жива.

Сколько мы изымаем инородных тел ­ можно из них открывать музей. Что только не глотают: была женщина, проглотила вместе с куском торта пластмассовый подсвечник от маленькой праздничной свечки. Он острый, как иголка ­ пробурил желудок. Столько было осложнений! Очень долго боролись за её жизнь и спасли. Из дыхательных путей достаём кости, орехи, кедровые, в том числе. Как-­то привезли женщину прямо из столовой ­ застрял в горле кусок непрожёванного мяса. Уже к тому времени наступила клиническая смерть, остановка дыхания. Сердце запустили, перевели на аппарат искусственного дыхания, но... спасти не смогли ­ слишком много времени прошло. И такие больные ­ один за другим. Покой наступает только после дежурства, и то для тела, а не для головы. Иду домой и у каждого встречного вглядываюсь в шею. И ловлю себя на мысли, что прикидываю: легко пойдёт интубация или с осложнениями? Приходишь домой, садишься в любимое кресло и тупо смотришь в телевизор. В тисках хронического напряжения ни расслабиться, ни заснуть. В ушах стоит гул от аппаратов искусственного дыхания, сейчас работают все пять ­ когда такое было? Приходишь на работу, как в цех, поговорить не с кем: целый день только механические вздохи-­выдохи.

Даже после смены в голове беспрерывно прокручиваются события минувших суток - а всё ли я сделал правильно? Нет, без бутылки не уснёшь. А денег не хватает катастрофически. Иной раз получишь эти «слезы» (2700 на две­-то ставки) и думаешь: на кой мне это всё надо? Жил бы спокойно. В какой­-то Чехословакии реаниматолог получает до 45 тысяч долларов в год. У нас в стране всё через... катетер. Врачи, как, впрочем и вся интеллигенция, в загоне. Одно утешает, что ты кому-­то нужен. Ты спас от смерти человека и возродился вместе."

с.Владимир Лаишевцев , анестезиолог-реаниматолог. 2000г.

11

Сага о мясе

Во времена перестройки и чуть позже жить было, как многие помнят, нелегко, в том числе научным работникам. Зарплата была мизерной, и ее задерживали на месяцы. Зато приоткрылось окно в Европу в смысле научного сотрудничества. Нередко, организуя конференции, заграничные оргкомитеты просили гранты на поездку для российских участников. Однажды дали поддержку целой группе из нашего института, поехал и Женька, мой первый муж. К их возвращению я отправилась в аэропорт его встретить. Самолет прилетал поздним вечером. Прямо перед моим выходом зазвонил телефон. Свекровь сообщила:

- Лена, я тоже поеду встретить Женечку. Но я не успеваю, приеду попозже минут на сорок - на час! Дождитесь меня в аэропорту!
- Не надо, Лариса Валентиновна! Мы так на метро не успеем! - отчаянно закричала я в трубку, но она ее уже бросила. Я безуспешно ей перезванивала, в конце концов смирилась и уехала.

Моя первая свекровь была моральной террористкой специального назначения. Собственный сын выносить ее не мог, а я пыталась из общечеловеческих и родственных соображений. Но делать было нечего, мобильников в те годы не было почти ни у кого, предупредить ее, что мы уедем, уже никто не мог.

Все благополучно прилетели и почти все разъехались, а мы с Женькой остались ждать его мамашу. Однако мы остались не одни. Еще там были наш старший коллега Карен и Толя. Толя, очень симпатичный, интересный и талантливый человек, тогда достаточно молодой, напился в самолете до положения риз. Его надо было как-то отправлять домой, Карен пытался это сделать. Но такси было не поймать и не вызвать, автобус тоже не шел, и к тому же у Толи с собой были деньги от оргкомитета, компенсация за билеты. Это было больше полугодовой зарплаты в те тяжелые времена. Оставлять их в кармане у пьяного было нельзя. Карен пытался их у него забрать.
- Толя, дай деньги!
- Не дам! - твердо отвечал напившийся Толя.
- Толя! У тебя их сопрут! Ты же пьян. Я завтра тебе их верну. Толя, отдай деньги!
- Не дам!
Этот разговор продолжался минут десять. Наконец, взгляд Карена упал на меня, и лицо его озарилось идеей.
- Толя! А Лене отдашь деньги?
Толя вытащил пачку из кармана и торжественно мне вручил, помахав ею перед носом Карена и погрозив ему пальцем:
- Вот ей - отдам! А тебе - неет!

В конце концов было решено ждать автобуса до последнего. Я с Толей стояла на остановке, следила, чтобы он не падал и сторожила перенесенные чемоданы, Женька их перетаскивал, а Карен сторожил оставшиеся в аэропорту. Было темно, холодно, ветрено, валил мокрый мартовский снег. Я злилась на свекровь и на Толю.
- Анатолий Андреевич! - с упреком сказала я. - Ну как же не стыдно так напиваться! Вы же такой замечательный человек, и так себя нехорошо ведете!
- Была бы у меня такая жена, как ты, я бы алкоголя в рот не брал, - с несколько измененной дикцией сообщил мне Толя, грустно на меня посмотрев красивыми темными глазами.
Этот неожиданный комплимент полностью меня обезоружил и свел на нет мои воспитательные порывы, поскольку, несмотря на толино обаяние и такую благую цель, замуж за него я все же не собиралась.

Тут наконец приехала и свекровь. Она сразу заняла позицию около кучи вещей и охраняла их от подозрительных личностей. Карен бегал туда-сюда в надежде на такси для Толи, опасаясь пропустить автобус. Автобуса не было минут сорок. Вещей почему-то было очень много - чемоданы, пакеты. (В дьюти-фри, что ли, закупились? - удивилась я.)

Около нас нарезал круги какой-то полупьяный субъект и все норовил к нам присоседиться. Я озлобленно подумала, что Толю все-таки жалко, но еще одного пьяного я уже не выдержу.
- Скажите, а это ваши вещи? - нерешительно спросил мужик.
- ВАШЕГО ничего здесь нет! - внушительно ответила ему Лариса Валентиновна и загородила вещи корпусом. Мужик робко ретировался.

Наконец пришел автобус. Мы еле влезли в него, загрузив туда вещи и Толю. Я стояла перед сидящими Толей и полупьяным мужиком. Тот переживал за Толю. Каждые пять минут он хватал меня за коленку и трагическим шепотом беспокойно спрашивал:
- Заинька! Куда вы его везете?!
Я отдергивала коленку и мрачно отвечала сквозь зубы:
- Я вам не заинька!.. Домой везем!
Наконец мы выгрузились у метро. Там Карен поймал такси для Толи, хорошо заплатил таксисту и условился, что тот доставит его до дверей квартиры. Его чемодан Карен взял себе, а пакеты отдал нам, так как таксисту хватало и Толи. Со всем этим барахлом мы потащились в противоположный конец города. К счастью, успели до закрытия метро. Дома моя мама накормила нас ужином, а папа заглянул в пакеты, сказал, что там какая-то еда, и выставил их на балкон.

Утром Женька по телефону успокаивал Толю, который забыл обо всем произошедшем, и предлагал привезти деньги и вещи. Однако от пакетов Толя напрочь отказывался. Не было у меня пакетов, тем более с едой, говорит. Тут мы их вытащили с балкона и внимательно посмотрели внутрь. Там оказалось полкило вареной колбасы, какое-то печенье и восемь килограммов сырого мяса разного качества - ребра, шея, бедренная часть... Это был клад. В то время в магазинах на прилавках не было вообще ничего, только пустые поддоны, да и денег у нас тоже не было. В полном недоумении мы с Женькой смотрели друг на друга, и тут я вспомнила про пьяного, который робко задавал вопросы насчет вещей Ларисе Валентиновне. Наверное, это был работник столовой аэропорта, который прихватил "излишки" домой и неосмотрительно поставил рядом с нашими чемоданами... в общем, найти его уже мы не могли, а то мясо ели всей семьей еще долго.

(Все имена изменены.)

12

"Хватай мешки, вокзал уехал !" (пословица)
Билеты в приморский городок я всегда покупал заранее: утром туда, вечером обратно. Из автобуса выгружался на въезде в город, поближе к пляжу. Уезжал же с автовокзала в центре, погуляв и пообедав. Приходил по привычке минут за 10 до отправления, чтобы не ждать на жаре. Да...
А тут дожди зарядили, долго не выбирался, ну вот наконец! Искупавшись и погуляв, прихожу привычно на автовокзал... солнышко печёт, расслабон. Но вдруг доходит, что автовокзал подозрительно пуст. Ни одного пассажира, окно кассы забрано фанеркой.
7 минут до отправления! как перестать беспокоиться и начать паниковать.
Машу рукой проезжающему такси, эти ребята всегда всё знают, спрашиваю: "Что случилось? - Автовокзал перенесли! - Куда? - В пригород."
5 минут до отправления!
Название пригорода мне ни о чём не говорит: "А дотуда далеко? - Километра два. - Вези!"
К счастью, монеток в кармане хватило расплатиться с таксистом. Прыгнул в автобус, и дверь за мной закрыли.
Теперь прихожу на новый автовокзал получасом раньше. Есть предчувствие, что однажды его перенесут обратно.

13

В Вологду
Родители взяли меня с собой к родственникам .А ехат надо было в Вологду а потом ещё на автобусе в сторону Череповца .И вот мы вышли из поезда на привокзальную площадь. И мне бросилось в глаза объявление крупное такое.
Вологодский техникум по искусственному осеменению крупного рогатого скота начал приём студентов обучение 3 года . Я у мамы спрашиваю
-Видишь вот объявление. А что это такое осеменение крупного рогатого скота
Мать растерялась и сказать что не знает
-У отца спроси.
А отец идёт впереди с чемоданом .Я его догнал и опять со своим вопросом. Отец выслушал и тоже видно растерялся.
- Потом расскажу сейчас некогда.
Сели мы в автобус а я опять к отцу с этим вопросом
- В окно посмотри город какой красивый ..
Я смотрю а там в окне ничего интересного.
Та мне отец ничего и не ответил. Зато когда приехали в деревню там местные ребята мне быстро рассказали что да как.
Вот до сих пор мне непонятно чему в этом техникуме учат 3 года. Неужели что бы попасть корове в подхвостницу надо 3 года учится.

14

Скажи мне кто твой друг и я скажу кто ты?!

Я не знаю, кто это придумал, но попробую высказаться, а вы мне ответить.

Год 86-87. Мы на каком-то моем задротном параходишке стоим на рейде Петропавловска-Камчатского. После вахты отпустили в увольнение. Автобус, дорога вдоль всего его побережья, пиво, одна история которую я уже рассказывал здесь и еще пиво в двух 3-х литровых банках, принесенное на борт. И Серега.
Чуть ниже состоится наше с ним знакомство.
Башка у Серого была большая, наверно как у меня 60-61, но для него это было простительно. Для меня, с моими ста семидесяти пятью, голова такого размера скорее ноша. А Серый, под 190 см. был широченным полуконем, с огромными, круглыми, немного сумасшедшими глазами, и вдобавок горным лыжником, кмс-ом из Кемерово.
Причина нашего посещения Петропавловска была в том, чтобы забрать невизированную часть экипажа плавбазы (рыбаков), которая уходила куда-то за рубеж во фрахт. Серый был частью этого экипажа. Не помню кем именно.
Мы пересеклись на трапе, когда я спускался с полными трехлитровыми банками на свою палубу.
Не припомню, что он у меня спросил но я, видя новое и немного потерянное лицо на своем пароходе, гостеприимно предложил ему отведать камчатского пивка у меня в каюте. Петропавловское пиво – отдельная тема, о нем тогда ходили легенды, и передавались моряцкими устами в моряцкие уста.

Посидели небольшой компанией, много говорили, все выпили и разошлись. Во время возвращения во Владик мы встречались с ним еще несколько раз, типа привет-привет. Я друзей не искал, и он в них не навязывался.
Потом приход во Владивосток. Серый зашел попрощаться, и спросил не займу ли я ему денег до тех пор, пока он не получит свою зарплату за всю путину (около года). Дальше не всем будет понятно, почему я ему отдал, по памяти, примерно половину своего месячного оклада, заранее предполагая, что мы с ним уже никогда больше не встретимся. Может потому, что однажды сказал мне мой отец (бывший моряк) что бичам (морякам на берегу) нельзя отказывать, а скорее потому, что деньги меня никогда особо не возбуждали. Без всякой надежды на возврат денег, я по его настоятельной просьбе, рассказал, когда собираюсь вернуться.
Припомним, что тогда до мобильной связи оставалось хуева куча лет. Простились. Не телефонов, ни адресов.
Возвращаюсь во Влад. Ночь в пути. Смотрю в окно вагона, серое утро, перрон, туман – все как всегда.

Кроме одного, Серого. Он стоял одинокий и квадратный, в чем-то темно-джинсовом, в тумане, вместе со своей огромной башкой с круглыми глазами и…. цветами.
Я тоже охуел!
-Ты охуел?!- так я и спросил, спрыгивая с подножки, а он ржать и обниматься. Это было утром, около девяти. Серый объявил, что заказал столик в кабаке к обеду. Не помню, где мы шароебились до этого времени, а потом за стол. Где-то в 12. Зал ресторана «Приморье» был пустым, и только начинали подходить на «комплексный» обед клерки из соседних контор. Выделялся один стол. Наш. В обед. Заставленный всем, что можно себе представить, обладая богатым воображением.
-Прошу! – протянул руку к столу Серый.
После того, когда мы накатили по паре коньяка, Серега поднял палец, и достал из кармана какую –то штучку. Он поставил ее на стол.
-Зырь! – сказал он мне, сдергивая кожаный футляр с карманных механических часиков стилизованных под напольные. Голос у Серого был низкий, густой и громкий словно из пароходной трубы.
-Тише, бля! – Прошептал я ему, прижав палец к губам, когда к нам обернулись почти все.
Он покрутил настройки своими нерегулируемыми пальцами, и поставил часики посреди стола:
-Щас! - Сказал он уже чуть тише.
Зал к тому времени уже наполнился посетителями, чинно и молчаливо вкушающими свои обеды, и украдкой поглядывающими на наш необычный стол. По Серегиной команде чего- то ждем. Дождались. Посреди мерного постукивания ножей и вилок, напольно-карманные часики стоявшие передо мной, выдали самую длинную и противную механическую трель, из всех которые я когда-либо слышал. Люди перестали жевать, и уже в открытую уставились на нас.
Если кто-то из читателей и слышал популярный в 80-е годы джинсовый возглас , выражающий крайнюю степень восторга или восхищения, то только не в Серегином исполнении:
-МОНТАНА! – проревел он будильнику, одновременно с тем, когда я уже утратил «хорошую мину», и пытаясь не опрокинуться, дрыгал ногами.
-ДАРЮ!

До моего отхода в рейс оставалось два – три дня, а Сереге нужно было дождаться окончательного расчета с пароходством. Мы на удачу поехали к моей подруге, чтобы попробовать, там перекантоваться. Подруге-подруге.
Мы с Наташей никогда друг друга не возбуждали. А с Серегой они возбудились, и пыхтели на соседней кровати всю ночь, или даже две,(давненько было) словно в последний раз.
На следующий день Серега позвал меня вечерком прогуляться. Я отказался, и он отвалил один. Вернулся он ближе к полуночи, закинутый неизвестными колесами и алкоголем, с огромным американским флагом-полотенцем на голове. Сказал, что сдернул его с чьего-то балкона, и предложил совместно сдернуть еще один. Наталья к тому моменту уехала, договорившись со мной, где оставить ключи от квартиры.

Мне нужно было уезжать, до выхода в рейс оставалось совсем немного времени , но оставить Серого в чужой квартире я не мог.
-Все, уходим - сказал я Серому. Его не отпускало.
-Сейчас! - сказал он мне.
Серега сел на кровати в лотоса и начал медитацию. Сидел он так несколько минут, громко бормоча, что-то непонятное, и тяжело дыша. Потом резко спрыгнул с кровати и сказал: -Идем! Меня хватит на пятнадцать минут!
И добавил: -Леха! – проникновенно, - Бабу тебе хорошую надо!
Я это запомнил, но с «бабами» вышло так как вышло и гораздо позже.

Мы запрыгнули в автобус и через несколько минут были на Луговой.
В этом месте Владивостока пересекались несколько центральных городских улиц, и светилась неоном пара ресторанов. Выпрыгнули на остановке в темноте на сопке прямо над одним из них. Мне нужно было ловить такси, или ехать на трамвае, я еще не знал, для трамваев было, наверно, поздно.

Я был «на мели», Серега об этом знал, а мне и ненужно ничего было – завтра в рейс. Пришло время прощаться. Еле видим друг-друга в свете фонарного столба. Прощание «давай!» тогда только набирало обороты:
-Пока,-говорю, протягивая руку.
-Стой! – говорит Серый, тянется к нагрудному карману рубашки , достает оттуда пачку денег, отделяет от них примерно половину, и энергично протягивает мне.
-Иди нахуй! – отвечаю. И даже не потому, что это его зарплата за пол года. Он смеется, пытается меня убедить их взять. Все это быстро происходит.
В тот момент, когда я решил, что вопрос исчерпан, Серый резко засовывает мне в карман рубашки эту половину пачки. Часть из них вываливаются у меня из кармана, я наклоняюсь чтобы их подобрать, а Серый как ломанется в ночь.
Теперь я знаю как бегает двухметровый горнолыжник в ночи. Через мгновение я только смех его слышал. Больше мы не встретились.
Серый, не знаю, когда и как ты стал моим другом, ПОМНЮ, ЛЮБЛЮ!

15

В лавку к мяснику заходит собака, и тот ее сразу же выгоняет вон. Но через некоторое время собака возвращается, а в зубах у нее деньги и записка: «Дайте мне, пожалуйста, баранью ножку». Мясник берет деньги, кладет ножку в пакет и отдает его собаке в зубы. Все это его настолько удивило, что он решил закрыть лавку и проследить путь собаки. Собака же, добежав до пешеходного перехода, остановилась, нажала кнопку светофора и, как только загорелся зеленый, перешла дорогу. Затем она добежала до автобусной остановки и стала ждать. Когда подошел автобус, собака посмотрела его номер, и осталась ждать дальше, и так продолжалось несколько раз, пока не подошел нужный. Мясник вошел в автобус вместе с ней. По пути собака смотрела в окно, а когда автобус стал подъезжать к очередной остановке, она нажала кнопку звонка водителю, тот остановил автобус и собака вышла (мясник, разумеется, тоже). Добежав до одного из домов, собака положила пакет у порога и начала барабанить лапами в дверь, но никакой реакции не последовало. Тогда собака подбежала к окну, встала на задние лапы и несколько раз постучала в окно, после чего вновь возвратилась к двери. Через несколько секунд дверь хозяин открывает дверь и начинает орать на собаку. Мясник решает вмешаться:
- Зачем же вы так с собачкой? Она же у вас просто гениальная, ее по телевизору можно показывать!
- Вы смеетесь? Тоже мне гениальная – уже второй раз за неделю забывает дома ключи!

16

Как студенты бутылки собирали и не только

Друг вспомнил историю из своего студенчества – лето, начало 70-х. Альметьевский физкультурный техникум.
Этот мой друг – которого я зову Леонидыч – и его приятель Асхат оказались тогда в общаге без еды и без гроша. И Леонидыч говорит Асхату: «Пойдем бутылки собирать!»
Использованные бутылки тогда можно было сдать в специальный приёмный пункт. Пивные и от лимонада - по 12 копеек за штуку, 0,7 – по 17, кажется, копеек.
Собирать и сдавать бутылки было делом доходным, но малоуважемым. Поэтому Асхат ответил: «Ты, что?! Чтобы я…» Но Леонидыч сказал, что поднимать бутылки он будет сам, а Асхат будет просто рядом идти с сумкой.
Ходят они, шарятся по кустам, заглядывают под скамейки… улов небогатый, но на пожрать что-то набирается. Тут Леонидыч видит открытое настежь окно первого этажа хрущевки, и на подоконнике этого окна стоит ряд пустых бутылок.
Леонидыч показывает рукой на эти бутылки: «О!»
Асхат:
- Нет-нет, ты что…
Леонидыч крадется к окну, Асхать прячется за углом.
Леонидыч, пригнувшись, тянется рукой, снимает с подоконника бутылки, и складывает в сумку, стараясь не звякать. Вдруг слышит сверху:
- Вот эту ещё возьми.
Из этого окна выглядывает девушка лет 17-ти, протягивает ещё бутылку. Спрашивает:
- Студент? Голодный?
Леонидыч кивает.
Она говорит:
- У меня родители уехали. Залезай! Борщом угощу.
Леонидыч мигом запрыгнул в окно, выглянул позвать Асхата, но того было не видно.
Поел он, поблагодарил, вышел уже через дверь. Нашел Асхата, сдали в приемный пункт свою добычу, купили какой-то еды. На следующий день или через день снова голод подступил.
Леонидыч говорит: «Асхат! Ты рассказывал, что у тебя здесь в татарской деревне какие-то родственники есть».
Асхат отвечает: «Я был там только один раз с родителями и младшим братом. Мне было семь лет. И я не помню, ни как кого зовут, ни фамилий, ни адреса».
Леонидыч настроен решительно: «Поедем, найдем…»
Оставались у них какие-то копейки – на автобус в одну сторону хватило.
Приехали. Асхат смотрит по сторонам – не может вспомнить – где дом, в котором он с родителями гостил когда-то. Леонидыч спрашивает: «Ты хоть что-то о своих родственниках помнишь? Хоть что-то!»
Асхат отвечает: «Дядю зовут Файзулла. И один наш родственник тогда сбил грузовиком семь человек».
Мимо них проходит тетенька-почтальон. Леонидыч обращается к ней: «А вы не подскажете, где живет Файзулла, у которого родственники есть в Караганде?». Почтальон с сожалением разводит руками – не знает. Леонидыч уточняет: «У этого Файзуллы есть ещё родственник, который когда-то давно сбил грузовиком семь человек». Женщина сразу же понимает, о ком речь и показывает им дом Файзуллы.
Стучатся в калитку.
Выходит бабушка. Что-то говорит по-татарски. Асхат языка своих предков не знает абсолютно. Леонидыч тычет пальцем в Асхата и говорит бабушке: «Асхат. Караганда!».
Бабушка радуется. Тычет пальцем в Леонидыча, думая, что это брат Асхата: «Марат?»
Леонидыч и Асхат кивают.
Бабушка приглашает их в дом, жестами поясняет, дескать, - ждите, и убегает.
Леонидыч пошарился по кухне, еды – никакой. Была ураза. До захода солнца мусульмане пищу не принимают. А после захода солнца эти бабушки собирались в доме одной из них, которая готовила на всех, и там кушали.
Студенты хотели есть! Леонидыч вышел в огород, выдернул пару морковок толщиной с карандаш. Обтер рукавом, съел.
Услышал голоса с соседнего участка.
Раздвинул кусты – увидел в соседнем дворе двух девушек за накрытым столом.
Быстренько познакомился, получил приглашение за стол, позвал Асхата – наелись.
Ну, а потом приехал дядя Файзулла, вернулась его мама – та бабушка, что их встретила, выяснили, что Леонидыч – не Марат. Но до сентября они с Асхатом в этой деревне жили, работали по хозяйству и про голод забыли.

17

Возвращался я как-то из центра на трамвае. Чтобы не тратить время впустую, читаю книгу. На улице снегопад - красота. Но не о том речь, трамваи встали, линия обесточена, как сообщил нам водитель. Лишний раз обрадовался, что взял с собой книгу, может уже дочитаю. Водитель открыл передние двери. И тут я услышал, как крупный мужик с тяжелым басом, сидящий в начале вагона, говорит своему попутчику о том, что нужно оставаться и ждать, потому как снегопад, холод, час пик и на автобусе ситуация гораздо хуже будет, ведь любому понятно. Тут я заметил, что после его слов, пару человек, уже было устремившиеся к выходу, резко передумали и остановились. В вагоне нас было человек 15, может больше. Проходит минут 10, все остаются в вагоне.
- Когда поедем, скоро? - спрашивает женщина у кондуктора.
- Это же невозможно, одно и то же каждую зиму! - сразу же подключается вторая, в сторону кондуктора.
Кондуктор спасается бегством в другой вагон. Женщины недовольно переглянувшись отводят взгляд и отвернувшись обе смотрят в окно не отрываясь.
Я вижу, как некоторые все чаще смотрят в сторону открытой двери. Но тут мужик с басом объявляет, что выйти сейчас, это самое глупое, нужно ждать, и что автобус, сейчас, вообще не вариант. Все сразу понимают, что вариант у них только один.
- А мне тут уже близко, - как бы оправдываясь сообщает мужчина в синей шапке "петушок" и покидает вагон.
Еще минут 7 ничего особого не происходит, все "смирились", ждут.
- Всё,пошли на автобус, - вдруг гремит знакомый голос. Крупный мужик и его товарищ выходят из вагона..
Мизансцена полностью меняется. В вагоне остаюсь я, дремлющий парень и девочка лет десяти.
Вскоре вернулась кондуктор. Трамвай зашумел и поехал.

18

Как я ездил в Йошкар-Олу...

Это было довольно интересное путешествие. Вот еду я в Йошкар-Олу и думаю, странная поездка, сюр какой то, но это не сюр, это жизнь. В общем, всем тем, для кого предстоящий рассказ покажется сюром посвящается. А если для вас ничего удивительного в этом не будет, то просто закройте его и живите дальше, ведь для кого-то сюр, а для кого-то Жизнь. Кроме того будет много букв и назвать лёгким рассказ нельзя, примите это, пожалуйста, во внимание.

Начнём с того, что до недавнего времени я умудрился устроить свою жизнь так, что деньги у меня были, а мне за это ничего не было. Я ездил на Порше, питался в ресторанах, трахал падших девочек и наслаждался жизнью. Я заходил в ресторан и тут же оценивал его по интерьеру помещения, обслуживанию официантами, разнообразию и качеству кухни, температуре в зале, отзывчивости персонала и конечно же туалету. Могу Вам сказать, что в заведения типа Макдоналдс, Му-Му, или фудкорты гипермаркетов я заходил с глубоким пренебрежением, исполненным чувства собственного достоинства, неотразимой внешности и меня преполняло могучее чувство личной значимости. Наверное, я был похож на одного из трёх толстяков Юрия Олеши, хотя внешность у меня тогда была далеко не толстяка, а наверное, даже слегка спортивная. Шикарная фигура, среднего роста, не плохо одет, обычно, голубая рубашка, синие штаны, но не джинсы, классические изящные синие ботинки, правильные черты лица, лысый, голубые глаза, одухотворённое выражение лица и обаятельнейшая улыбка. В общем, король тайги, не иначе. Но поразительно то, что я себя считал скромным парнем, с богатым внутренним миром, духовными целями и мог бы даже назвать себя кротким и блаженным. Я искренне верил в то, что моя цель — это личная божественная реализация, построение компании, которая дарит людям счастливую загородную жизнь. Да. И спросите, что я делал для божественной реализации?! А как воспринимали нашу компанию клиенты, все ли были довольны, и как она росла и развивалась, и самое главное, что я для этого делал?! Удивительное дело, восприятие себя и то, как видят нас другие. Странно и неестественно, но так жизненно и обычно. Да, не знаю как у вас, но у меня такое состояние было. Быть одним, а воспринимать себя совсем по-другому.

А сейчас я еду в холодном автобусе в Йошкар-Олу, где уже давно отсидел пятую точку так, что, мне кажется, когда я встану, мне надо будет обрабатывать её всякими мазями, кремами, чтобы залечить все пролежни на ней. Сам я сижу на сиденье боком. Сзади меня рюкзак и одежда, отделяют меня от холодного окна и ветра вдоль него. Ноги на соседнем сиденье в носках, укрыты моим походным полотенцем из Декатлона за 99 рублей. Сверху лежит куртка какой-то дамы, скорее всего коренной йошкаролинки и её горячие ноги, которые она периодически перекладывает так, чтобы ей было тепло, почёсывает, и снова поправляет. А моим ногам тепло и сухо. Блаженство!.. Ещё бы холод в салоне кто-нибудь отключил и включил наконец, отопление. Я еду и думаю, когда бы я так ещё поехал в ЙОШКАР-ОЛУ?!

Но начну с начала. Решение ехать на автобусе пришло внезапно. Ехать надо, а денег только на пару раз в ресторан одному. Чувствуете иронию? Что для меня раньше было просто питанием, превратилось для меня в возможность длительной поездки на край земли по делам или для развлечения. Впрочем, одно другому не мешает. Ну так вот, билет на поезд стоил 3700 рублей, а на автобус 1400, чувствуете разницу? Раньше я бы даже не заметил её, а сейчас очень чувствую. Раньше бизнес-класс был для меня ну если не нормой, то естеством, а тут автобус... С другой стороны, хорошо, что не Икарус или даже старенький ЛИАЗ или ПАЗик, я и на таких катался, как, наверное, любой, кто родился в СССР. Откуда этот снобизм? Откуда этот гонор, высокомерность, избирательность, привередство?! Удивляюсь. Ну да ладно. В общем, экономия в 2 с лишним тысячи явилась для меня решающим фактором.

И вот я тут, на автовокзале, среди вонючих автобусов на автобусной станции. В какой-то миг мне показалось, будто бы я стер копоть со своего лица. Господи, когда наконец кругом будет электротранспорт?! Но, а пока что смердящие дизельные автобусы грели нутрянки, портянки и прочие части, рычали и урчали, перед тем как тронуться в дальний шёлковый путь, как древние корабли пустыни. В общем, я нашел наконец автобусный пункт отправки нашего солярного временного домика с колёсами на ближайшие 14 часов. О боже, 14 часов пути в автобусе! Ладно, что я так переживаю, в конце концов я его не толкаю!

Сгрузив поклажу в бездонное брюхо моего стального кита, я решил уподобиться Ионе и пошёл грузиться на своё место. Это был последний ряд с краю. Удобно, на пять сидений всего два пассажира. Когда я зашёл в автобус, я тут же почувствал, что весь воздух был сожжён обогревателями и тут же пожалел, что не взял с собой воду, а купить на станции не успел. Вернее, я не успел купить перед станцией, а на самой станции, кроме дурно пахнущих кораблей различных мастей, сотрудников станции организующих потоки пассажиров и людского моря пассажиров вряд ли можно было что-то найти. Перроны были забиты самыми разномастными гражданами с различным нехитрым скарбом. Станция мне напоминала порт, где происходила погрузка на Титаник. Это огромное количество автобусов в ряд, напоминали мне сверкающие его бока, а дым выхлопных труб был не меньше, чем от труб исторического адового гиганта. Спешащие люди, деловые сотрудники, словом, сразу было сложно сориентироваться, где искать свою шлюпку и каюту. Но как говориться, ищите и обрящите. Вот он мой перрон, вот мои милые спутники, хорошо не жизни, а всего лишь поездки в славный город-герой Йошкар-Олу. Суровые мужчины с сигаретами, полные и не очень, дамы, деловито осматривающие вещи, на вид, вылитые йошкаролинцы. Не знаю, почему я так решил, но они как-то отличаются от Москвичей, может татары, может ещё какие черты. И вот дымят все эти корабли, дымят все эти пассажиры в ожидании своих судёнышек, а сотрудники распоряжаются, кому, где стоять и что не делать. Жаль, что курить тут можно. Короче, я чуть не умер. Мои уже давно изнеженные лёгкие и обонятельный инструмент, гордо именуемый, носом, конечно, не одобрили моих праведных начинаний и всё моё нутро возопило к ногам, чтобы они несли меня хоть к чёртовой матери, но бегом отсюда, чтобы и носа моего здесь не было. Но не носом единым жив человек! Вспомнив о текущей драматичной ситуации, о своей не высоко духовной, но от этого, не менее необходимой цели, я устоял. Вернее, не так. Я пошёл гулять за перронами, подальше от смрада, но уйти от него было невозможно. А сотрудник вокзала указал мне на моё фривольное поведение и показывал жестом, где моё истинное место.

Да, 14 часов не шутка. И вот я сижу на своей онемевшей заднице, и пишу сей страстный опус, дабы вылить преполняющие меня чувства на белое пространство, которое всё стерпит. Дай Бог ему жизни!

В общем, место в автобусе было прекрасное, удачный выбор дилетанта. Я постарался поудобнее усесться, но тут обычное место и слово поудобнее вряд ли подойдёт. Мои милые спутники расползлись по салону, раскладывая вещи, усаживаясь, занимая более удобные места, чем им продали на вокзале. В общем, если бы не сожжённый воздух, то это было бы очень мило. Сразу же пришлось раздеться, не до гола, но только куртку и кофту, и всё равно было жарко и слегка мутило. И вот случилось это!.. Включили два телевизора... Господи, почему ты не спалил Останкинскую телебашню, завод «Рубин» и всё, что может иметь отношение к телевиденью? Какая польза в телевизорах человечеству? Но видимо, насилие — это не твой конёк, а скорее человечий. Нет, я точно привереда. Короче, теперь нам на весь салон начало вещать это современное чудо. По чуду показывали какую-то новодельную русскую комедию, про жизнь простых сварщиков, которые рвались к деньгам, любви и сексу. Причем у меня не было выбора, звук был прекрасен, настолько хорош, что не помогали даже предусмотрительно взятые бананы для ушей. Короче, хотел я или не хотел, но я не мог отвлечься, на фоне отсутствия свежего воздуха, жары и расползающегося амбре я начал приходить к состоянию близкому к экзальтации. Мои этнические, неприхотливые спутники были не только просты в одежде, они также были со специфическим естественным запахом настоящего мужского духа и не только. В общем, мои ноги снова налились кровью, тело наклонилось и напряглось в изгибе, я опять хотел убежать. Но здравый разум и воля в железном кулаке приняли удар на себя и тело расслабилось. С подводной лодки можно уйти только двумя путями и оба вдумчивый читатель легко угадает. Короче выбора не было.
Я начал искать развлечение у своих электронных друзей. Вернее, мне надо было обдумать предстоящие дела и записать все толковые идеи по данному поводу. Но голова была полна протеста, не была свежа, и воля изо всех сил выжимала из ума нужные мысли. Я уселся с ногами на сиденья, устроился поудобнее и начал смотреть своё кино по интересам. Как вдруг к нам тут прибегает бойкая дама, смело командует, чтобы мы тут все расступились и укладывается, между нами, т.е. мной и моим соседом, который сидит у противоположного окна. Видимо это фирменное татарское приветствие и от такой гостеприимности я даже дрогнул и поджал ноги ближе к себе, хотя, подгибать их было уже особо некуда. А сосед, до этого расслабленно сидящий, вжался в сиденье и в окно, изо всех сил пытаясь слиться с обстановкой. Эта бойкая барышня улеглась на два сиденья, укрылась курткой, ноги направила в мою сторону, а голову, как мне показалось, положила соседу на колени. Сказать, что я несколько опешил, это будет лишь частью реальности. Я успел пробубнить себе под нос, - а не охренели? Но моё восклицание потухло в горле. Конечно, она положила голову не на колени соседу, а у неё была мини подушка, но таково человеческое восприятие. Что мир, который нас окружает?? Лишь отражение наших ожиданий, желаний, стереотипов восприятия, нашей боли и страсти, словом, зеркало нашего психологического мира.
Интересно, вам не надоела эта история? Если нет, то вы, видимо, живёте в другом мире. Так я стал окружён простым родным русским народом разнообразного этнического происхождения.

Дальше салон начал проветриваться и перегоревший воздух начал замещаться свежим, поступающим явно из вне. Ну и температура становилась всё свежее и ноги моей прекрасной, ставшей мне в какой-то момент, родной спутницы были очень кстати. Мы согревали друг друга, как люди, которых сплачивают внешние одинаковые суровые трудности. И чувство возмущения сменилось чувством благодарности, я достал своё походное полотенце и закрепил достигнутые успехи в деле удержания ног в тепле. Однако прочие члены терпели естественное охлаждение и пришлось надеть кофту, пристроить правильно куртку, ну и проявлять прочие способности к утеплению. У задних мест есть определённые преимущества, как у задней парты в школе, но есть и существенные недостатки. Дело в том, что сзади присутствует изрядная вибрация, подёргивания, подпрыгивания, потряхивания. Ведь мы сидим на двигателе, далеко от колес на корме, которую мотает и подбрасывает на разных неровностях, а гул мотора такой, будто наша каюта на нижней палубе Титаника рядом с машинным отделением, где чёрные от копоти матросы кормят жерло Молоха не прекращая. Любопытный экспириенс.

Так мы проехали до первой остановки. И тут я порадовался, что я не ел и не пил. Это реально счастье оказывается, мне в туалет почти не хотелось, но я с удовольствием опорожнил свои баки, хотя не пил уже более 8 часов. И не стал брать воду. Нафиг, нафиг с такими удобствами! Вот так путешествие автобусом оставило неизгладимый след в моей душе. Но это ведь пока только начало.

Человек ведь такое существо, что ко всему привыкает и находит различные решения. Протупив целый фильм, меня разобрало желание описать происходящее, и вот я уже несколько часов подряд пишу этот странный опус, в наушниках играет различная классическая музыка, ногам тепло, а мягкое место смирилось со своей утилитарной ролью. И вот моё раздражение превратилось в интересное приключение и необычный опыт, душа наполнилась благодарностью и спокойствием, а моя голова человеколюбием. Воистину, весь мир в нашей власти! Вернее, своим восприятием мы меняем наш мир, ведь увидеть его в истинном свете возможно лишь похоронив свою личность, свои мысли, чувства, память, словом, умерев. Тогда возможно посмотреть на мир не предвзято, не зная ничего о нём, забыв названия, не имея мыслей и чувств, реакций, импульсов, смотреть без страха и упрёка на всё.

И о чудо! Телевизоры наконец выключили, люди угомонились, а водитель наконец надышался свежачком и решил снова жечь кислород. Приятно, быть наедине с самим собой, и писать, и наблюдать, и ехать в неизведанную даль. Романтика! В Москве вечером было +7, теперь уже глубокая ночь, а термометр нашего кораблика показывает - 15. Я устроился поудобнее, свернулся калачиком и погрузился в дрёму, отложив планшет...

На новой остановке посреди маршрута, я снова пошёл опорожнить баки. На этот раз стоимость этого удовольствия снизилась в два раза, до 10 рублей с человека. Моя новая названная сестра попросила купить воды, а я настолько расслабился, что оставил рюкзак и планшет на месте, в надежде на честность моих спутников. Волновался, вдруг что? Но проявив выдержку и милосердие принёс воды и был покоен. Вроде всё на месте. Продолжаем наш путь, осталось ехать всего 3 часа 20 минут.

Я не мог заснуть и находился в легком и блаженном состоянии, молча наблюдал происходящее в тишине. В проносящихся отблесках света меняющихся фонарей я вижу своих спутников. Вот мой сосед справа открыл рот, голова упала на бок, руки распластались. Рядом спит бойкая йошкаролинка под своей курткой, её рука легла соседу на колено, а нога свисает и вытянулась в мою сторону. Сосед спереди изрядно похрапывает, развалившись на два сиденья, а его нога лежит на спинке соседнего через проход сиденья. А тот сосед, что подвергся столь не хитрой атаке, просто свернулся калачиком и мирно дремлет, кто-то сидит в телефоне. А наш водитель, как настоящий капитан ведёт наш корабль, надеюсь не Титаник, к конечному пункту назначения, спокойно, тихо, аккуратно. Дай Бог ему сил, здоровья и внимания!

Я ощущаю единство со своими невольными спутниками, с мелькающей в окнах дорогой, лесом, луной, фонарями, урчащим трудягой двигателем, белым пространством с буквами, гармония и свет, жизнь и любовь, и бескрайняя дорога в Йошкар-Олу...

28.12.2019

19

Молодая мама с очень маленьким сынишкой едут в автобусе.
Автобус проезжает мимо зоопарка.
Сынишка, глядя в окно, говорит маме:
Мама, па-а-ак!
Да, сыночка, это зоопарк.
Мама, там зе-е-еи!
Да, мое солнышко, там звери.
Мама, там зя-я-яны!
Да, мой милый, там обезьяны.
Мама, там еб@т!!!
Мама, едва сдерживая смех, отвечает:
Да, мой хороший, там верблюд.

20

Ах эта свадьба, свадьба…

Февраль, израильская зима. За окном дождь, ветер, на море буря. Я сижу в кресле, на маленьком столике бокал бренди, тарелочка с нарезанным лимоном, чашечка кофе. Читать не хочется, телевизор вообще не смотрю, пересматриваю архивы, кое-что удаляю. Обнаруживаю поздравительное письмо десятилетней давности, собственноручно нарисованное к 30-летию совместной жизни моих давних знакомых. С ума сойти, в этом году уже сорок лет прошло с того знаменательного события.

С Геной я познакомился на предприятии, где я работал по распределению после техникума. Он был старше меня на пару лет, мы не стали друзьями, скорее хорошими приятелями. Как-то ранним рабочим утром Гена сообщил, что он женится.

- Гена, что тебе так приспичило, тебе же только 21 год. Неужели по залету.
- Нет, просто у нее мама в больнице зав. отделением работает, и как только меня вызывают в военкомат, она меня в свое отделение на обследование кладет.
- И поэтому ты женишься?
- А куда деваться – либо жениться, либо в армию.
- Интересный расклад, ладно, тебе видней. А от меня то, что требуется?
- Я хочу, чтобы ты был моим свидетелем.
- Гена, а фрейлехс на площади тебе не надо станцевать?
- Ну тебе что, трудно.
- Конечно трудно, я танцевать не умею.
- Кроме родственников никого не будет, может ещё пару друзей. А свидетельница будет хорошая, я тебя познакомлю, она тебе понравится.

Я не люблю застолья, я вообще не люблю компании. Для меня все свадьбы, дни рождения и прочие сборища по совместному употреблению спиртных напитков и поглощению еды, на которые я иногда попадал, всегда проходили по одному сценарию. Если не получалось отмазаться и не прийти вообще, то я приходил последним, вручал подарок и посидев максимум полчаса, тихонько по-английски уходил. Поэтому меньше всего, чего я хотел, так это быть свидетелем на свадьбе.
По прошествии 40 лет я уже не помню, как ему удалось уговорить меня совершить сей опрометчивый шаг. Помню, что он со своей невестой пришел ко мне домой, они долго общались с моей мамой, нашли общих, если не родственников, то почти родственников. Так или иначе я согласился быть свидетелем на свадьбе, совершенно не представляя, куда меня это заведет.

Что такое еврейская свадьба. Это сборище каких-то родственников, друзей и знакомых о которых вспоминают только по очень большим праздникам и то не каждый год. На свадьбе собираются все.

Но самое большое зло – тамада со своими тупыми конкурсами и прочей хренотенью. Им я занялся сразу. Взяв его под руку, улыбаясь отвел в сторонку.

- Друг мой, я надеюсь Вы знаете, что такое обрезание. Знаете? Прекрасно. И Вы в детстве избежали этой участи. Избежали? Ну вот и чудненько. Так вот, если вы будете меня доставать вашими конкурсами-шмонкурсами и прочей хренью типа похищение невесты или питье из обуви, то ваше обрезание в ноль будет неизбежно, как победа коммунизма. И это произойдет немедленно по окончанию торжества. Я надеюсь, что мы поняли друг друга. Улыбайтесь, улыбайтесь, вы же на свадьбе.

Дальше пошли родственнички.
- Геночка, ты так вырос, тебе уже 20 лет, ты совсем большой. А помнишь, как ты укусил бабушку Дору?
- Бабушка, это не Гена. Это Саша.
- А где Гена?
- Вот Гена.
- Геночка, с Днем Рождения, расти большой.
- Бабушка, это не День Рождения, это свадьба, Гена женится.
- Гена женится? Зачем он это делает?

Ко мне подходит парочка каких-то гостей.
- Слушай, она что, беременная.
- Кто?
- Невеста.
- Не знаю, не интересовался.
Женщина тянет его за руку
- Фима, какое тебе дело, отстань от человека.
- Так зачем он женится, если она не беременная? Я просто интересуюсь.

- Изя, поставь бутылку, у тебя же язва.
- Я что не могу немножко выпить даже за здоровье молодых?
- За здоровье пей минералку. Поставь бутылку, я тебе сказала!

- Слушайте, я имею до вас вопрос. Вы тут свидетель?
- Таки свидетель
- А вы не скажете, невеста – еврейка?
- Таки да.

- Вы не знаете кто у него родители?
- Какие-то инженеры.
- Бедная девочка, ей будет трудно.
- Софочка, что здесь такого, не все работают в торговле.

В разгар свадьбы подходит ко мне официант.
- Вас спрашивают.
- Кто?
- На улице.
Поднимаюсь, иду на выход. Возле входа стоят пятеро каких-то сявок или, как сейчас говорят, гопников.
- Я слушаю.
- Значит так, ты же не хочешь, чтобы мы устроили драку и испортили свадьбу. Короче принеси пять бутылок водки и чертвертак денег. У тебя пять минут.
- Ладно, сейчас решим.
- Не вздумай вызывать ментов.
- Зачем, мы сами все уладим.
Иду в зал, прикидываю, ну двоих я точно вырублю, может троих, но их пятеро. Костюм могут порвать. Да и в костюме ногой до морды не достанешь, брюки могут лопнуть, а оно мне надо? Стоп, я видел среди гостей Быка.

Небольшое отступление.
Быка я знал давно, ещё со школы. Нормальный парень, хоть и без мозгов, но зато с пушечным ударом. В свои 19 лет был мастером спорта по боксу в тяжелом весе. Я видел, как он отправил в полет одного кренделя. Тело влетело в окно снеся собой раму.

- Девушка, я заберу вашего кавалера на пять минут, не возражаете.
- Игорь, ты мне нужен, срочно.
Описываю вкратце ситуацию. Бык не говоря ни слова быстро идет на выход, на ходу снимая пиджак. Я тоже начинаю снимать пиджак.
- Не надо, я сам.
С крыльца успеваю увидеть, как Игорь быстро подходит к любителям дармовщинки, те не успевают даже произнести пары слов, пять молниеносных ударов и пять тел в глубоком нокауте отдыхают на асфальте. Вся процедура заняла не более трёх секунд. Я стою с отвисшей челюстью, Игорь берет у меня из рук пиджак.
- Сам разберешься?
- Да, спасибо.

Игорь уходит в зал. Я быстренько перетаскиваю бесчувственные тела в ближайшую подворотню. В это время много милицейских патрулей ходят. Если увидят, то пятью бутылками водки не откупишься. Но все заканчивается хорошо. Разложив аккуратно придурков я тоже возвращаюсь в зал.

Наливаю, выпиваю для успокоения нервов. Проходит час. Опять подходит официант.
- Вас спрашивают.
- Кто?
- На улице.
- Что, опять?
Выглядываю на улицу. Какое-то дежавю. Стоит святая троица. Те же, двоих не хватает, то ли ещё не очухались, то ли решили уйти. Один крутит в руках раскладной нож. Как назло, Бык куда-то исчез. Подходит Юра.
- Саша, чего тут стоишь? Тебя кто-то обидел? Пошли щас вломим. Я не успеваю толком рассказать…

Отступление второе.
С Юрой я познакомился совершенно случайно. Он работал рядом с моим домом в часовой мастерской. Занес я ему в починку часы, разговорились, оказалось много общих знакомых. Юра очень неплохой парень, но если выпьет, то обязательно ищет с кем бы подраться. Остановить его может только жена. На тот момент она немного отвлеклась и Юра пошел искать приключения.

Юра не дослушал до конца.

- О, то, что надо, я пошел.
- Подожди, я с тобой.
- Не лезь, я сам. Хули он ножиком размахивает.

Я все-таки не успел. Удар был силен. Нож летел в одну сторону, зубы и сопли в другую. Остальные сделали ноги. На порог выскочила Оля, Юрина жена.
- Тебя на пять минут оставить одного нельзя, марш в зал.
Юра как-то сразу скис, даже уменьшился в размерах и понуро поплелся за Олей.

Оттащив тело в уже знакомую подворотню я тоже прошел в зал. Сел, засадил залпом почти полный бокал коньяка для успокоения нервов. Чувствую на себе чей-то взгляд. Поднимаю голову, на меня пристально смотрит какая-то толстая тетка, обвешанная блестящими цацками, как новогодняя ёлка.

- Ой. Ты посмотри, он пьет, как сапожник, а я ещё хотела познакомить с нашей Фирочкой. Зачем ей этот алкоголик.

Когда уже закончится эта …ская свадьба…

Но всё имеет свое начало, и всему приходит конец. Закончился свадебный ужин. Гости расходятся. Кто живет недалеко – идут пешком, кое-кто поймал такси, большинство развозит заказанный автобус. Им и я поехал.
Я думал, ещё минут двадцать и дома. Не тот случай.

Сзади, почти в ухо, визгливый голос.
- Бора, куда мы едем? Кто здесь командует парадом?
- Циля, не пэрэживай, шОфер знает куда ехать.

Проходит минут пять шесть. Снова этот противный голос сзади.
- Бора! Ты мне скажешь куда мы едем? Кто здесь командует парадом?
- Циля! ШОфер знает куда ехать, сиди спокойно.

Я протискиваюсь к водителю и прошу остановить. Выскакиваю на свежий воздух. Пойду пешком, заодно проветрюсь. Полчаса и я уже дома. Мама смотрит телевизор. Тихонько прохожу в свою комнату.

- Саша, как там свадьба? Было много гостей? Тебя познакомили с хорошей девушкой?

Ответом был тяжелый вздох…

21

По городу едет автобус. Мужик у окна чистит бананы и выкидывает их в окно. Его сосед спрашивает: - Почему вы чистите бананы, и не едите, а выкидываете? - Это отпугивает крокодилов. - Но здесь нет никаких крокодилов! - Эффективно, не правда ли?..

22

В лавку к мяснику заходит собака, и тот ее сразу же выгоняет вон. Но через некоторое время собака возвращается, а в зубах у нее деньги и записка: Дайте мне, пожалуйста, баранью ножку. Мясник берет деньги, кладет ножку в пакет и отдает его собаке в зубы. Все это его настолько удивило, что он решил закрыть лавку и проследить путь собаки. Собака же, добежав до пешеходного перехода, остановилась, нажала кнопку светофора и, как только загорелся зеленый, перешла дорогу. Затем она добежала до автобусной остановки и стала ждать. Когда подошел автобус, собака посмотрела его номер, и осталась ждать дальше, и так продолжалось несколько раз, пока не подошел нужный. Мясник вошел в автобус вместе с ней. По пути собака смотрела в окно, а когда автобус стал подъезжать к очередной остановке, она нажала кнопку звонка водителю, тот остановил автобус и собака вышла (мясник, разумеется, тоже). Добежав до одного из домов, собака положила пакет у порога и начала барабанить лапами в дверь, но никакой реакции не последовало. Тогда собака подбежала к окну, встала на задние лапы и несколько раз постучала в окно, после чего вновь возвратилась к двери. Через несколько секунд дверь хозяин открывает дверь и начинает орать на собаку. Мясник решает вмешаться: - Зачем же вы так с собачкой? Она же у вас просто гениальная, ее по телевизору можно показывать! - Вы смеетесь? Тоже мне гениальная уже второй раз за неделю забывает дома ключи!

23

История не моя.. Иду я по улице весь такой деловой и серьезный. Спешу. Но по сторонам посматриваю И вижу: впереди картина маслом на акации сидит маленький черный котенок и орет. Видно сам не понял как залез а слезть боится. И главное орет не просто мяучит а именно орет на какой-то монотонно-жалобной ноте так голосит капризный ребенок, когда хочет новую игрушку.Я медленно приближаюсь к месту предстоящей трагедии и сам с собой спорю на то, что сейчас какая-нибудь сердобольная бабуся не выдержит этого издевательства над слухом и нервами и выбежит. И надо же моментально сам у себя выигрываю много-много иностранных денег потому что спустя минуту тело подопытной бабушки показывается из ближайшего подъезда и трусцой курсирует в сторону акации с ясно написанным на лице желанием Угроблю полгорода, но котенка спасу!!! Походу на прилежащих балконах высовывается еще пара-тройка подобных бабушек. Я уже практически подошел и поэтому слышу их душеспасительный разговор. И поверьте лучше я б его не слышал! Как вы думаете как бабки собрались спасать кота? Цитирую: Никитична, что делать то? Орет ведь противно так это с балкона. Вот ведь беда со второго балкона И тут поступает Идея Дня от бабки снизу: А давайте его палками собьем? Я встал. И тут же сел на бордюрчик. Потому что дела у меня каждый день а как три бабки божьих одувана сбивают палками кота с дерева не видел никогда! В следующие десять минут с помощью чьего-то внука-имбицыла были собраны все дрова на районе. Метательница встала в стойку и выстрелила Потом еще раз Знаете анекдот? Было у царя три сына и послал их царь в поле жен себе искать примитивно-луковым способом. То есть куда они стрелу зафигарят на том и женятся. Ну и естественно старший попал среднему в руку, а младший себе в ж@пу после чего царь бросил дурацкую идею женить детей-дебилов. Так вот тут было еще хуже. Первый прутик был слишком легкий и поэтому его снесло ветром. Для второй попытки наша олимпийская чемпионка по метанию дров выбрала здоровенный кусок скамейки и подошла поближе. Под самое дерево. И подбросила его вверх. Ежу понятно он упал ей на голову. К монотонному мявканью бедного животного добавился истошный крик раненой в голову бабки. Вся когорта набалконных бабок высыпала на улицу. Кот был мгновенно забыт понятное дело ударенная скамейкой бабка это намного интереснее Я сижу тихо в сторонке и угораю. Толи из-за двух литров пива, выпитых за обедом, то ли из-за маразма ситуации. Дальше в кучке бабушек появляется две Новых идеи первая надо вызвать скорую и вторая кота скотину надо все-таки сбить. Потому что он виноват в том, что бабка получила по голове! Я чуть с бордюрчика не навернулся! Логика железная ну да это еще пол беды. Дальше все было как в кино Формула любви. Помните про Калиостро и оживление статуи? Момент когда приезжие играют в городки помните? Так вот очередная бабка рекордсменка видимо, произнеся что-то вроде крылатой фразы А вы биточку неправильно держите надо вот так с замахом хватает кусок черенка от лопаты и встав в классическую позу Дискобол Греческий метает его в окно второго этажа дома, стоящего сразу за акацией! Звон, грохот, маты в адрес малолетних падонков, которые не дают жить нормальным людям И из подъезда вылетает невысокий, но очень широкий мужичок в тельняхе на могучих плечах и выражением Поубиваю сволочей! на лице Дальше происходит недлинный, но крайне конструктивный диалог из которого становится очевидным следующее: мужик в тельняшке слегка пьян; бабки не смотря на возраст тоже очень хорошо умеют разговаривать матом; черенок влетел в окно сам но виноват кто бы вы думали? Правильно! КОТ! И тут из разбитого окна высовывается женщина явно жена поддатого морячка и говорит, что она вытащила черенок из задней решетки телевизора и теперь он перестал дымить, а просто потух. Мужик натурально краснеет как рак и говорит, что бабки доигрались и теперь никто никуда не идет пока ему не купят новый телевизор. Дальше можно было бы рассказывать еще долго но лучше короче а если короче то бабки выпадают на измену, понимая, что сейчас начнется рукоприкладство и из них вытрясут душу и все нажитое непосильным трудом. Поднимается крик и в течении следующих пятнадцати минут на улицу вызываются зятья, мужья и взрослые дети мужского полу, один из которых даже с рессорой видать опытный в таких делах мужик ) Чудак в тельнике тоже на месте не стоит его жена моментально поднимает соседей, родственников, кумов, сватов и прочую шушару, охочую поорать да помахаться Короче образовывается две враждующих группировки, причина потасовки уже стерлась из памяти но все упирается в новый уже японский телевизор. Кроме этого все еще орет кот, пытающийся теперь не слезть, а залезть повыше потому что четко понимает, что внизу мясорубка точно по нем плачет. В кота регулярно что-нибудь кидают и с той и с другой стороны но коту почему-то пока везет. Плюс к тому вы помните убитую скамейкой бабку? Вот-вот она все еще вяло, но голосит, требует скорую и обезболивающего. Согласна просто выпить. В общем только Аллах и Майк Тайсон, пророк его, знает, что удерживает эту толпу от срыва в кровопролитие и членовредительство но тут происходит событие переводящее конфликт на новый уровень. Даже два события. Первое приезжает скорая. Но из машины никто не выходит. Доктора и санитары люди опытные и разнимать никого не полезут. Зашьют потом это пожалуйста а про соседские разборки в клятве Гиппократ ничего не писал. Не сбивали в его дикое время котов палками Но это еще не все следом подруливают пожарники! Какая-то из бабок, насмотревшись америкосовских фильмов, вызвала пожарных для профессионального извлечения кота с дерева. Но это ж в кино А в реальной жизни у нас Как вы думаете, что сказали пожарные когда узнали, что их вызвали не тушить пожар, а снимать какой то там несостоявшийся пирожок с котятами? Короче я, а может быть даже и мужик в тельняхе выучили пару не слышанных ранее матерных слов Смысл речи главного пожарника сводился к тому, что все машины всех районов находятся сейчас на экстренном тушении второго блока городского мусорозавода, а он должен парится ерундой с котами и полоумными бабками. Но пожарку уже плотно обступили и поэтому хоть кусок каски откуси а делать что-то надо На что пожарник, тот еще видать приколист, говорит: А давайте я его струей из брансбойта собью? И если меня эта идея повергает в новый приступ гомерического хохота то у присутствующих она вызывает единогласную поддержку. И этот герой, прицелившись кое-как, дает напор на уровень второго этажа Самое удивительное это то, что по коту он четко попал. Смешное то, что кота такой струищщей просто забило иного слова подобрать не могу в разбитое окно второго этажа прямо в квартиру мужика в тельнике! Ну не его день это был Как только напор стих и все поняли, что поздно отходить мокрые и так уже из окна высунулась жена матросика и громогласно объявила, что теперь все действительно доигрались и от воды телевизор сейчас уже точно взорвался. Потом какая-то мысль запоздало настигла ее и по тому как она со сконфуженной рожей быстро ретировалась из окна все поняли, что про черенок в телевизоре матросик с женой просто наврали, ловко воспользовавшись ситуацией Матроса моментально начали бить причем и свои тоже. У остальной толпы которая не участвовала в объяснении матросу его неправоты началась истерика ржали все включая пожарных, которые ситуацию не знали, но поняли что это должно быть очень смешно. Под общий хохот из скорой вывались врачи, тоже на большом хи-хи и начали пробиваться к убитой бабке. Добравшись до нее врачиха с санитаром смачно обозвали бабусю симулянткой, потому что скамейкой она получила вскользь и у нее была просто ссадина на лбу, которую решено было просто залить зеленкой. Бабке было велено закрыть глаза и временно не дышать. Но толи врачи на скорой как всегда были чуть пьяные, то ли просто бабке опять не повезло короче банку с зеленкой перевернули прям ей на голову. Бабка заорала в который раз за вечер и тут же заорали все вокруг кто ее увидел а вы каждый день видите бабок с зеленым лицом и волосами? Вот в таком виде всех и застала милиция. Кто вызвал милицию? А вы еще не догадались? Скорая конечно! По рации! И причем с формулировкой приезжайте срочно тут массовые беспорядки.) Естественно по такому вызову приехал не простой патруль, а начальник следственного отдела РОВД и автобус с ОМОНОМ. И увидели мокрую толпу, побитого матроса, облепленную народом пожарку и скорую и зеленую бабку. Куда звонить, когда дурка уже здесь? Вобщем вот такая реальная история я и поржал вдоволь как никогда в жизни и дела порешал. Как так спросите вы? А вы думаете по каким делам я шел до того как попал в бесплатный цирк? Конечно к своему хорошему другу Косте начальнику следственного отдела РОВД чтоб тот помог мне оформить разрешение на ношение не скажу чего. ) Как потом сказал Костя, когда вечером за пивом я ему рассказывал эту историю в деталях Вот все говорят жизнь жестока и нет в ней ничего смешного А ведь дело то всего-то в том как на нее смотреть ) З.Ы. Граждане если увидите на дереве орущего кота пройдите мимо- и он слезет сам!

24

Остановка.

1.
На автобусной остановке топчутся несколько толстых баб с набитыми пакетами магазинов Магнит и Пятёрочка, мужик с лыжами, стайка школьников с рюкзаками, потрёпанный гопник с банкой пива в руке... все ждут автобус. Опаздывает.

Из дверей привокзальной забегаловки появляется пьяная девица в расстегнутом пальто и начинает звать Колю. Бабы смотрят неодобрительно, отходят в сторону. Девица расстегивает штаны, приседает, начинает мочится около лавочки. Тонкий ручеек бежит от девицы под урну и под ноги мужику с лыжами. Мужик отходит в сторону, бабы начинают хором звать милицию, школьники одобрительно улюлюкают, пытаются снимать на телефон.

За стеклянной дверью забегаловки появляется продавщица в синем халате. Вешает табличку "Закрыто".

На привокзальную площадь въезжает ментовский сине-белый уазик, скрипит тормозами, останавливается. Внутри курят, грызут семечки, слушают шипение и треск рации. Выкидывают окурки в окно, уезжают.

Девица заканчивает справлять нужду, натягивает штаны. Появляются мамаша с коляской и усатый дворник в оранжевой безрукавке, дворник начинает быстро-быстро мести остановку. Складывает в тележку метлу и совок, уходит.

На площадь вьезжает красный раздрызганный ПАЗик. Все оживляются. Посадка. За дверью забегаловки продавщица переворачивает табличку. "Открыто". Едем.

2.
Светит первое весеннее солнце. Его нежные блики отражаются в в стеклянной двери закусочной, в огромной луже перед остановкой. Марфа Васильевна мечтательно глядит то на них, то щурясь на солнце, и обводя взглядом всех жителей остановки, как будто бы в никуда произносит: "ах бабоньки, вясна!" Достает из пакета пирожок с брусникой, начинает жевать, мечтательно закрыв один глаз. Из лужи взлетает мокрый голубь, садится Марфе Васильевне на голову. Косит красным глазом, по ястребиному выцеливает. Клюет. Над остановкой разносится протяжный вопль, Марфа хватается руками за глаз, отбрасывает пирожок в лужу. Подоспевшие бабоньки уводят ее под руки.

Слетевшиеся птицы рвут плавающий в луже пирожок. Клюют мягкое тесто, жадно глотают красные бусины брусники, плещутся в грязной воде, чистят перья и клювики.

"Вясна", - вздыхает усатый дворник в оранжевой безрукавке и шумно сморкается.

25

Не моё. Друг пишет, но обо мне...

Я бежал по деревне Видяево и шумно отдувался. Вокруг буйствовала северная весна; будто сорвавшись с цепи, она весело разливалась по дороге ручейками и слепила глаза. Воздух звенел радостью, содержимое моего пакета отвечало ему в той же тональности, но на душе было невесело.

— Куда бежишь, Серёга? — спрашивали меня встречные.
— Бизона провожаем, — отвечал я и мчался дальше.

C Бизоном мы прослужили бок о бок два года. Жили в одной квартире, а когда наступало время идти на службу — вместе ехали на корабль, и мозолили друг другу глаза уже там. Однажды мы с ним три месяца несли вахту через день, и виделись только на корабле: он сменял меня, а на следующий день — я его. Это называлось «через день на ремень». Довольно утомительно, но другого выхода не было — людей не хватало. В море мы друг друга тоже сменяли: я стоял в первой смене, а он во второй. Так и жили.

И вот однажды наступил момент, когда Бизон плюнул, и сказал: «Пошло всё к чёрту, я увольняюсь». И написал рапорт. Такое случалось сплошь и рядом — людям такая жизнь надоедала, и они уходили. Сделать это было трудно, потому что отпускать офицеров никто, конечно же, не хотел. У иных на эту унизительную процедуру уходил год, а то и больше, но я не помню случая, чтоб кто-то махнул рукой и остался. Когда человек перестаёт видеть будущее, — даже умозрительно, внутри своей головы, — заставить его с этим смириться очень трудно. Он топает ногой и пишет рапорта вновь и вновь, добиваясь для себя вожделенной свободы.

Свой к тому времени я уже написал — длинный и высокохудожественный. Написал, что ходим мы на ржавых корытах, которые не ремонтируются, и от постоянного ожидания аварии у нас едет крыша. Что нам не платят денег, и потому едим грибы и ловим рыбу. Что вокруг царят идиотизм, повальное воровство, пьянство, и наплевательское отношение к людям. В общем, как было, так всё и написал. И адресатом на этом рапорте я поставил главкома ВМФ, чтоб уж наверняка. По моей задумке главком должен был испытать шок, и немедленно застрелиться из наградного оружия. Но перед этим, конечно же, слабеющей рукой подписать мою кляузу: «Уволить с вручением Ордена Мужества». Рапорт получился настолько хорошим, что ко мне приходили, переписывали его слово в слово, и подавали уже от своего имени.

«Несокрушимая и легендарная» уходила в историю. Позади неё шагал предприимчивый Бизон.

И вот, за скудно накрытым столом, в окружении близких друзей, сидел большой и счастливый человек. Он был счастлив тем счастьем, что является после долгого ожидания, — когда кажется, что ничего хорошего уже не будет, — а судьба вдруг дарит то сокровенное, о чём долго и уныло мечталось. Большой счастливый человек по прозвищу Бизон вздохнул, словно сбросив с себя путы, разлил водку по стаканам, и торжественно произнёс:

— Ну, за гражданскую жизнь. Дополз таки, бляха-муха.
— В добрый путь, Димон, давай, удачи тебе, не забывай нас! — загомонили сидящие вокруг приятели, звучно чокаясь и с удовольствием выпивая.
— Я к вам скоро на джипе приеду, — сказал Бизон, жуя, — заработаю денег и приеду вас чмырить, военщину дикую. А вы будете мне заискивающе улыбаться и клянчить деньги на опохмел.
— Какого цвета джипарь будет? — спросили его заинтересованно.
— Ещё не решил, — ответил он.
— Бери красный, — посоветовал я, — кэп от зависти лопнет.
— Не успеет, — оживился Бизон, снова выпив, — я его раньше колёсами перееду.
— Вот это правильно! — согласно кивнули сидящие.
— Не жалко уезжать-то, Димон? — спросил я, — столько вместе придуряли.

Я мог бы не спрашивать, потому что загодя знал, что он мне ответит. И я, и любой другой из нашей компании ответил бы одинаково; это было частью ритуала, кем-то выпестованной, и на подобных мероприятиях повторяемой из раза в раз. Поэтому, услышав ответ, не удивился.

— Пошло всё в жопу, — сказал он и насупился.

Мы сидели, болтая о глупостях, вспоминая случаи из нашего общего боевого пути, и беззастенчиво выпивая. На исходе второго часа кто-то вспомнил, что Бизон вроде как собирался уезжать.
— Точно! — воскликнул тот, — засиделся я у вас, морячки. Пора домой.

Мы оделись и взяли его баулы.
— Когда-нибудь, Димон, вся дрянь забудется, и мы будем вспоминать это время как лучшее, что было в нашей жизни, — сказал я.

Он хмыкнул, обводя взглядом стены, похлопал ладонью по двери, и молча вышел на лестницу.

Автобус уже ждал. Бизон загрузил багажный отсек и обернулся к нам:
— Ну, на ход ноги.
Ему налили в припасённый стакан, он медленно выпил и сказал:
— Ну всё, не поминайте лихом, мужики.
По очереди со всеми обнялся и поднялся на подножку ракеты, которая должна была унести его в прекрасные дали.

— Служить и защищать! — воскликнул он, вскинув сжатый кулак, и пошёл на своё место. Автобус медленно тронулся.

— Знаешь, Гвоздь, — сказал я, глядя ему вслед, — у меня такое чувство, что мы Димона только что похоронили.
— Скорее, наоборот. — ответил тот, — Ладно, пошли, что-ли.

Мы побрели в сторону дома.

В квартире было тихо, сиротливо, и как-то излишне просторно. Рассевшись по своим ещё тёплым местам, мы молча выпили и начали обсуждать текущие проблемы. Их было много, каждый спешил поделиться своей, и выслушать мнение товарищей по несчастью. Так продолжалось до тех пор, пока в дверь не начали истерично трезвонить и барабанить.

— Кого это принесло, интересно? — задумчиво проговорил я, — Муратов, не иначе твоя Светка со сковородкой пришла. Она любит ногами по двери лупить.
— Сейчас узнаем, — сказал Гвоздь и пошёл открывать.

Через несколько секунд из прихожей раздались хохот и дикий рёв вперемешку с руганью, затем в комнату влетел Гвоздь и, задыхаясь от смеха, выдавил:
— Димон приехал!
— Димон, ты, надеюсь, на джипе? — крикнул я в коридор, — денег одолжишь?
— Идите в жопу! — в комнату влетел злой как чёрт Бизон, плюхнулся в кресло, и потребовал водки.
— Погранцы, суки, — выдавил он, немного успокоившись, — не выпустили. Предписание неправильно оформлено, ни в какую не уговаривались. Пешком вернулся, блин. Хорошо хоть вещи у них оставил, обещали присмотреть.
— Это ещё что, — сказал Гвоздь, усаживаясь, — в Лице недавно одного турбиниста провожали, так он так нажрался, что когда автобус тронулся, решил напоследок помахать рукой. И вывалился. А водитель отказался его везти, дескать, нафиг мне это рыгающее тело нужно.
— И что потом? — спросил Бизон.
— Расстроился, конечно. В него прямо там наркоз влили, чтоб не буянил, и отнесли домой. Проспался, да на следующий день и уехал.
— Суки, блин, козлы долбанные, — опять завёлся Бизон, — что за уродство у этой грёбанной военщины?! Дятлы тупорылые!
— Да не бубни ты, — весело сказал Гвоздь, протягивая ему наполненный стакан, — пей. Со свиданьицем, стало быть.

Компания радостно загомонила.

В тот вечер Димон безбожно напился. Он проклинал пограничников и Север, который его не отпускает, говорил, что ни на каком джипе сюда не приедет, потому что его обманут и запрут здесь навсегда. Когда он затих, его бережно уложили на кровать, накрыли одеялом, а затем разошлись по домам.

Уехал он через два дня, выправив себе правильно оформленную бумажку. Показав мне, он бережно убрал её в карман, и уверенно сказал:
— Теперь не отвертятся, уроды.

Провожал его только я. Гвоздь где-то пьянствовал, остальные были на службе. На остановке мы снова обнялись, и я сказал:
— Езжай, Димон, и обратно не возвращайся. А то мы сопьёмся, пока тебя проводим.
— Бывай, Серёга, увидимся на большой земле, — ответил он и торопливо заскочил на подножку газующего автобуса.

* * *

Через полгода уехал и я. Меня тоже провожали, — с застольем и всякими хорошими словами. Было приятно, что обо мне останется хорошая память, и не придётся об этом времени вспоминать со стыдом. Ну а если и придётся, то самую малость.

Был ноябрь; вовсю шёл снег — походя он заносил мои следы и бежал дальше по своим холодным делам. Меня по очереди расцеловали, как и Димон я помахал всем рукой, сел в кресло, и уехал. На повороте я посмотрел в окно, и в последний раз увидел заметаемый снегом посёлок. Едва заметные огоньки его фонарей мигнули мне вслед, и навсегда пропали за сопкой.

«Кто-то всегда едет, а кто-то остаётся, — подумал я, — И хорошо, когда остаёшься не ты, потому что иногда человек должен двигаться вперёд, а не топтаться на месте. Так уж заведено, ничего не поделаешь».

Автобус посигналил, — будто соглашаясь, — и, набирая скорость, помчал меня в Мурманск.

26

Супружеская пара. Муж говорит: - Дорогая, давай займёмся любовью? - Как? У нас однокомнатная квартира и маленький Вовочка! Как мы ему объясним? - А я дам ему бинокль. Дают Вовочке бинокль, подводят к окну и просят комментировать, что он там видит. Вовочка: - Вот я вижу дорогу. Вот остановка, к ней подъехал автобус. А вот дом напротив. Вот окно напротив. Ой! Вот мой друг Серёжа, тоже с биноклем стоит. А вон его родители, тоже еб:::тся!

27

Вонь вояж.
Я тогда торговал. Вернее мы, вдвоем с Толяном. Конец девяностых. К тому времени мы, уже порядочно подуставшие от этого бизнеса, имели две-три торговые точки, магазинчик и возили парфюм и прочую шнягу в свой городишко из Владика и Хабары. Ездили всегда в ночь, чтобы к утру быть на месте и, загрузившись, вернуться назад к следующему вечеру. В очередной раз жду Толика дома к полуночи, он задерживается часа на полтора, я психую (сотовых не было) и наконец он появляется на нашем микрике, за рулем и подшофе. Я психую сильнее и, садясь за руль, обнаруживаю в темноте салона двух человеков. Спрашиваю вежливо Толю: - Че за хуйня, мол, Толя? Толя начинает бормотать про своих друзей, которым с нами почти по пути, до Владика. Ну и чтобы стало совсем по пути, нужно заехать в какую-то деревню, которая нам совсем не по пути и забрать с собой …свинью, …блядь:
- Че, БЛЯДЬ, забрать? Свинью, говорит, ночью во Владивосток по пути за парфюмом,…пообещал. Я оторопевший от неожиданности даже не орал, воткнул рычаг и медленно осознавая происходящее, молча порулил на выезд из города. Между тем мутные тени за спиной ожили и одна из них молвит:
– Здорово Леха! Это ж я, Паха!
- Какой Паха?
- Сосед твой сверху, бля. Над родителями твоими жили с мамкой, по Пушкинской, мы ж бля даже какие-то родственники!
Паху я конечно вспомнил, встречал его несколько раз в подъезде в окружении малолетних уркаганов, лет 20 назад, когда учился в школе. Ко мне они не цеплялись, видимо из-за Пахи, который помнил какое-то наше с ним родство и сдержано со мной здоровался. Примерно тогда Паху и загребли по малолетке и на долго. Ну и так случилось, что они были корешами детства с Толиком, моим теперешним компаньоном. Паха оказался разговорчивым. Бодрым прокуренным голосом он продублировал своего негромкого спутника, представив: – Абдулла! И рукой на развилке чуть в сторону перенаправил наш маршрут.
– Ща, Леха, шесть сек, свинью заберем.
Я повернул, еду. - Куда? - спрашиваю.
- Прямо.
Еду, еду, дома заканчиваются.
- Куда? - интересуюсь.
- В Донское.
….? (8 км по грунтовке и возвращаться…)
- Ну ты, Толя, блядь!
Ночь. Начинался дождь. Доехали. Полузабытая деревенька в стороне от проходных трасс. Поздняя осень. Темень. Две улочки с убогими лачугами, во всей деревушке горит одно окно. Наше. Открыли боковую дверь, просигналили, пахнуло навозом и промозглой сыростью. Колхозники не спали. Полученный накануне свиной аванс держал их в тонусе и добром расположении духа. В темноте слышались голоса, хлопала дверь. Я, пытаясь смириться с происходящим, поторопил. Паха с Абдуллой нырнули в темноту. Минут через пятнадцать открылась задняя дверь нашего грузо-пассажира, автобус закачался, голоса, возня, пронзительный визг свиньи, маты и тишина. Выгнанный мною на погрузку Толик вернулся в кабину.
- Че там?
- Сбежала.
- Заебись! А ты хули сидишь? Иди загон строй, а то она тебе на голову насрет!
Толик свалил, где-то нарыл кусок фанеры и кое-как, и не высоко, отгородил задний ряд сидений от грузового пространства. Где и как урки с колхозниками гоняли свинью скрывала темнота, а я философски себя успокоив, настроился на бесконечную ночь. Слабая надежда на свиную смекалку и вероятность ее удачного побега рассеялась, и вскоре беспокойная деревенская жизнь визгом и матом ввалилась мне прямо за спину. Осторожно трогаюсь, прислушиваясь к поведению автобуса. Не закрепленный центнер свиньи визжит и шароебится в корме, стараясь нас перевернуть. Паха за неимением кнута и пряника, перекинув руку через спинку сиденья, херачит со всей природной смекалки по подопечному загривку полторашкой «Ласточки» и на фене убалтывает свинью заткнуться.
Из сельского тупика не спеша въехал обратно в город и повернул в нужную сторону. На часах было около двух. Свинья поутихла, Паха отдышался и уже у самого выезда трогает меня за плечо:
- Лех, здесь еще налево, шесть сек!
- Нахуя?
- Да справку для ментов на свинью нужно взять у председателя, думали со свиньей отдадут, но кресты сказали, что в деревне он днем не появлялся и «гасится» в городе у своей проститутки.
Свернули в частный сектор, и немного проехав, остановились у просторного, чуть освещенного дворика с домом в глубине. Посигналили. Долго никто не появлялся, еще посигналили наконец зажегся свет и минут через десять с крылечка, опираясь на палку, спустилась довольно рослая старушенция.
- А вот и она!- гыкнул Паша.
- Может это его мать? – равнодушно предположил я.
- Неа, - о чем-то своем подумал Паша, - Праститутка.
Паха с проституткой зашли в дом, с ксивой все получилось и вскоре мы тронулись.
Минут сорок, до ближайшего поста ДПС, Паха развернуто и с плохо скрываемым энтузиазмом, отвечал на мой вежливый вопрос, о том чем все-таки вызвана необходимость такой затейливой миграции парнокопытного.
По Пахиному раскладу все оказывалось просто, как все гениальное. Обуреваемые жаждой наживы, Паша с Абдуллой пораскинули кто чем мог и припали своим пунктом быстрого питания к артемовскому аэропорту. Из ассортимента и цен представленной на мясных рынках свинины, так необходимой к столу скучающих трансконтинентальных пассажиров, они имели обоснованные претензии. Во-первых, цена на свинину была явно и необоснованно завышена, во-вторых, отсутствие на рынке некоторых жизненно важных свиных органов наталкивало на мысли о ритейлерском сговоре. Короче весь фокус их предприятия заключался в чрезвычайно глубокой переработке нашего пятого пассажира. Паха на пальцах легко накинул пятикратный подъем от стоимости живого веса, по ходу повествования пробежавшись по широкому ассортименту ожидаемо свиных деликатесов. Не забывая о воспитании подопечной и время от времени с треском просекая темноту салона пластиковой бутылкой, Паша балагурил все первые семьдесят километров. Чушку же радужные Пашины перспективы изрядно пугали. Воняло говном. Про элегантное решение по снижению себестоимости мяса за счет похеренных транспортных расходов, он вежливо упоминать не стал. Кто-то достал черпак, они пару раз пустили его по кругу, и вскоре ебанутая голова Толика начала болтаться.
Толстый мент с палкой наперевес замаячил в свете прожектора и прервал монотонное урчание дизеля. Торможу. Стандартно-неразборчивый бубнеж, и рука потянулась к моему окну за документами. Судя по тому как мент ухватил мои права, изучать документы прямо сейчас он явно не собирался, и поэтому я попытался пояснить:
- Это мои права, вот тех. паспорт, вот хозяин машины. Кивая на Толика: - А вот его паспорт.
- Разберемся, - прошамкал толстый. - Че везем?, и посмотрел в сторону тонированных автобусных стекол. Такого поворота я не ожидал. Скорее не так; за десяток лет еженедельных командировок с товаром и без, на этот вопрос я устал отвечать, но во-первых, не в каждой поездке нас останавливали, во-вторых не всегда задавали вопросы, и в последних ни разу на заданный вопрос я отвечал…
- Свинью, - говорю, как бы между делом. Мент переварил, картинно поднял очи и сделав шаг в сторону салона поднял перст.
- Откройте.
Охотиться на чужую свинью в ночном лесу мне не хотелось, и заднюю дверь я открывать не стал. Я словно театральный занавес сдвинул боковую и показал менту двух уркаганов. Аллюзия с чертом из табакерки к этому случаю - самое то, только с двумя. Служивый от неожиданности чуть присел, словно слегонца захотел по большому. Не детские лица антагонистов ввергли его в ступор. Я напомнил про свинью, махнув рукой в темноту за спинкой сиденья: - Вон там!
- Документы, - прошептал мент. Приняв протянутые паспорта, для вида быстро их пролистнул и возвращая владельцам, уже решительнее позвал за собой.
- Пройдемте.
- Всем? – поинтересовался я, он отозвался эхом. Подмывало уточнить про свинью.
В избушке было людно, большей частью маялись водилы, остановленных на посту фур. Придорожные менты в это время года промышляли чем могли. Пока не застынут таежные зимники, лес - основное богатство здешних мест, по гиблым летним дорогам из тайги почти не вывозят. Это с наступлением холодов они, словно клещи к венам, прилипают к лесовозным трассам, ведущим от отрогов Сихотэ-алиня к большим деньгам, обкладывая данью каждую лесную машину, и по сезону с ними могут сравниться, разве только давно охуевшие от шальных денег таможенники.
За огромным бюро деловито ерзал главный счетовод. Пухляк кинул наши документы на край стола и свалил. Кассир в погонах наметанным глазом просматривал накладные, путевые и прочие, и прикидывал по ходу чем можно поживиться. В голодные месяцы они не брезговали ни чем. Понятное дело, что выгодней было бы задержать партию «паленного» алкоголя, чем запоздалую свинью, но как водится «на безрыбье» однажды, с «нечего взять» у меня отмели даже запасную автомобильную камеру. Прикинув собственные риски, я ждал своей очереди достаточно спокойно. Если не считать пассажиров и подложенной Толиком свиньи, автобус был пустой. Вероятность же «попутного» мешка маньчжурского каннабиса, (пронеслось в мозгу) подложенного внезапными пассажирами стремилась к нулю, сезон давно закончился. Разве только попробуют отжать свинью?
От нечего делать я разглядел своих попутчиков. Абдулла окромя своего имени ничем особым не выделялся и являл полную противоположность известного персонажа и заклятого врага товарища Сухова. Невысокий, щуплый парень лет тридцати с приятной улыбкой и негромким мягким голосом. Паша в отличие от своего немногословного друга, был персонажем сам по себе. Среднего роста, поджарый, с черепом обтянутым кожей традиционных чифирных тонов, заметно уставшей в складках вокруг рта, и венчавшей его снизу выраженной челюстью набитой полудрагоценными металлами, он гипнотическим взглядом оглядывал милицейские декорации. Если мужчинам его подчеркнуто зековская внешность могла внушить только потенциальную опасность, женская психика, чему позднее я бывал свидетелем, на нее сокрушительно западала. А хуле, наверно думали они, такой - по любому выебет, даже если не за что.
Очередь застыла, я немного потоптавшись повернулся к его подошедшему компаньону:
- А Абдулла это погоняло? Он улыбнувшись, протянул паспорт. Я понял почему он улыбнулся когда его открыл. Да, имя Абдулла там было. Но то что было кроме, делало его имя таким же обыденным как например Виталий, и даже для русского. Там были фамилия и отчество. По понятным причинам, даже если бы я их записал или непостижимым образом сейчас вспомнил, то в моем письменном повествовании пришлось бы долго и безуспешно выдумывать немыслимые аналогии, чтобы постараться как-то передать нахлынувшую на меня бурю эмоций от этих нескольких слов. Ну как слов, хорошо известных и филигранно исковерканных матерных сочетаний. В общем, Ракова Стояна с Ебланом Ебланычем там не стояли даже рядом. Пытаясь сдержаться чтобы не заржать, я выронил паспорт в руку Абдуллы:
- Охуенно!
Абдулла это давно знал и уже улыбался вовсю. Вернулся толстый, и почему-то решив побыстрее разобраться с неординарным случаем, а может для того чтобы не мешались, пододвинул наши документы к старшему:
- Посмотри.
Тот, повертев мои права, прочитал фамилию:
- Кто?
- Я, - протиснулся я к бюро.
Он рассмотрел тех.паспорт:
- Доверенность?
- Я с хозяином, вон паспорт, - я показал на стол.
- Где хозяин?
Толик просунул сквозь очередь свою «косую» морду:
- Я.
Мент поднял глаза, сверил Толину голову с паспортом, поморщился - пьяных перевозить пока не запрещено. Он вопрошающе посмотрел на толстого, типа – и хуле?
- Там свинья, - неразборчиво прошептал толстый.
- Че? - старший снова поморщился.
- Свинья в автобусе, - сухо повторил толстый.
Блядь, как все серьезно подумал я. Старший на мгновение «завис». Ну как на мгновение, если бы речь шла о том, чтобы обыденно поинтересоваться документами на перевозимый груз, а не о способах разделки свиной туши хватило бы малой доли того мгновения. Он взял себя в руки:
- Документы на свинью есть?
Я повернулся к Пахе и мне на мгновение показалось, что дальше была его домашняя заготовка. Он мгновенно выхватил у скучающего Абдуллы свиную справку и с нарочито-серьезной мордой протиснувшись сквозь строй, оперся на ограждение.
- Вот! - протянул ее Паха.
Скучавший до этого народ, слегка оживился. Им явно не казалось тривиальным наше ночное путешествие.
Мент, зыркнув на Паху поверх очков, уткнулся в писаное.
- Вы хозяин? - поинтересовался он дочитав.
- Да, - как-то напыщенно кивнул Паха.
- Паспорт, - откинул ладошку мент.
Паха, порывшись в нагрудном кармане, протянул.
Мент внимательно пролистал паспорт до прописки, потом назад, зачем-то снова развернул справку:
- А кто такой?..., - медленно, по слогам мент начал зачитывать загадочное арабско-русское заклинание из справки, включая «Абдулла» и по тексту далее…, и в конце изо-всех сил стараясь не рассмеяться, матерясь при исполнении, наконец выдохнул:
- Где? - добавил он, забыв где было начало предложения.
Я отвернулся – народ улыбался уже во всю. Они, пожалуй, представляли дремучего чужеземного крестьянина в чалме и бурке, выжженный солнцем скалистый аул, отару свиней… или все-таки баранов…
- Я, - неожиданно, словно в сказке про старика Хоттабыча, и еле слышно пропело сзади. Толпа качнулась, и начиная хихихать вслух, повернулась на голос. Абдулла помахал менту рукой. Мент вытянул шею, затем сдерживаясь и стараясь сосредоточится повернул голову к Пахе:
- А вы…? - он медленно придумывал вопрос.
- Я нет, товарищ майор! – Паха заразительно гыгыкнул. Тоненькая ниточка в сознании майора связывающая меня со всем происходящим порвалась.
- Вы водитель? - он обращался к Пахе.
- Не угадали! - прорвало Пашу. Народ развеселился, я заплакал. Мент, ухватывая потерянную ниточку с надеждой посмотрел на Толика. Тому же вряд ли доходил весь смысл происходящего, он скорее платил взаимностью улыбающемуся менту, и как ребенок радовался вместе с ним. Я, привлекая взгляд майора, тыкнул себя в грудь, выдавив:
- Я водитель. Моя физиономия знакомой ему не показалась, скорее случилось дежавю из которого я его вывел показав пальцем на свои документы. Он что-то вспомнил и задумчиво собрав документы в кучу, протянул мне.
Из распахнутой двери автобуса пахнуло большими деньгами, и по кругу весело забулькал черпак. Мы тронулись и под утро добрались до места. Где-то в лабиринтах, накрытых утренним туманом кооперативных гаражей, я высадил пассажиров и наверстывая время, без остановки порулил дальше. А опухший Толик, на ходу постукивая головой по бортам, мокрой тряпкой размазывал по автобусу остатки чужого богатства.

28

Проникновенье наше по планете
Особенно заметно вдалеке

Начнём с того, что белых часто пугают чёрными. Типа, если ты такой крутой, пойди прогуляйся в чёрном районе. Возвратишься оттуда, тогда и поговорим.
Расскажу вам несколько историй. Я же с людьми работаю. Забираешь такого из тюрьмы или отвозишь, а он поговорить хочет с нормальным напоследок или на старт. Они произошли с разными людьми, но для простоты рассказ буду вести от одного человека.
Так вот, Игорь, чёрные, как мы, русские. Такая же психология. Украл, выпил, в тюрьму (с). Половина уже сидела, половина в очереди стоит. Вопросы между собой решают кулаком и оружием. В полицию стараются не обращаться. Одно время я с ними жил. Ну как жил? Босс мой инвестировал в недвижимость. Покупал за 15-30К дома на пару семей на юге Чикаго. Мы ремонтировали и он сдавал в рент. Пару месяцев ты там работаешь и через несколько дней уже видишь, где продают траву, сколько берут за экстази. При желании и что-то пожёстче купишь. Полиция не знает? Полиция крышует. Босс чикагской полиции получает около 350К, а полицай 35К. Вот они и добирают. Клиентов также не трогают. Какая проблема задержать белого водителя, вечером, в чёрном районе, к тому же едущего "против шерсти"? Но не задерживают - не распугивают клиентов.
Так вот. Обычно когда домик уже завершён или близок к завершению, приезжаешь утром, а он пустой. В смысле без холодильников, светильников, плит, стиралок, шкафчиков. Да что там окна и двери? Электрические провода вытягивают и водопроводные трубы. Даже воду не перекрывают. Ну вот босс и ищет желающих пожить на завершающем этапе. И это до последней заселённой квартиры. Был у нас случай, что 3 заселили, так одну обчистили и все обогреватели, кондиционеры с подвала и крыши сняли. В полицию, канешно, никто не позвонил.
Ах, да. Мало кто на такое проживание соглашался, а я всегда. А чё? По трефикам на работу-с работы добираться не надо. Днём получаешь за то что работаешь, а ночью за то что спишь. Да и девушек есть где принять. Ночью привезёшь - она и не знает где она. А всё новенькое, красивое.
Но ты ведь там живёшь. Даже по полгода иногда. Ходишь гулять, по магазинам, снег чистишь, траву стрижёшь. Проблемка в том, что нельзя сказать, что ты один из них, с этого района так сказать, ведь "и так видно синку, что ты не москаль". Сначала потихоньку тормозят по дороге с магаза. Мол чё, потерялся? Потом просят поделиться пару баксами! Дальше будут приходить на твой участок и делать, что хотят. У нас было два мужика, что дело до такой ситуации довели, что из дома нос не показывали и ещё им стёкла регулярно били. Один экономист хотел пешком ходить 7 км к своему дому по прямой улице, так на третий день его два квартала гнали и пиздили.
Я же "рос в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал". Поэтому стоишь спокойно, смотришь в глаза и объясняешь, что ты не потерялся. Ты тут живёшь. Баксы у тебя есть, но делиться ты не будешь, так как самому нужны. А откуда я такой борзый?.. Прихожу из магаза, а во дворе сетку с паркана снимают. На меня ноль на массу. Э, говорю, работнички, пиздуйте нахуй. Это моя территория и вынимаю телефон. А они так со смехуечками, не переставая работать, мол сьебись, мазафакер. Пока ты будешь звонить на полицию, пока они будут ехать, мы часть натяжек скрутим и смоемся. Через два часа опять. Ну и так под утро погрузим эту рабицу на машинку и уедем. Я в ответ только поржал. Не говорю, нига, (резкий столбняк), я никуда звонить не собираюсь. Я делаю твоё фото. Потом вышлю его своим друзьям. Если со мной что-то случится, чтобы они знали кого искать. А после этого поломаю вам ноги и выебу ваши чёрные задницы. А все потому, что я не мазафака, а русский. Ещё два шага к ним сделать не успел, а светлый их образ растворился в вечернем тумане.
Инвесторка выселила семью за неуплату. Те вроде ушли, но дом закрыт и кто-то там продолжает жить. Подъезжаем, открываю, заходим. Оппа, а там младшая дочь лет 14, её ребёнок годовалый и парень лет 25 на вид. Пока барышня пробует поговорить, он её отодвигает рукой и идёт на выход. Стаю в дверях. Он не заморачивается. Начинает открывать окно... Але, гараж! До прихода полиции все сидим на жеппах ровно. Товарищ не реагирует. Подскакиваю, хватаю за шею, валю на пол, походу обыскивая на наличие ножей и пистолетов. Парень в шоке. Белые должны бояться слово сказать, а этот бросается. А потому что я не белый, я русский. Тогда в ход идёт вторая серия. Малая начинает орать, что её насилуют. Хватаю за горло, прижимаю к стене. Видно, что она уже через это проходила - испугана и растеряна. Сейчас, говорю, прострелю твою дурную башку, если не заткнешься, а потом его удавлю и пистолет ему в руку вложу! Тишина и спокойствие до приезда полиции. Та на матрасе сидит и плачет, он лежит и не движется. Полицаям обрадовались, как маме. Те меня, канешно, обыскали. Только трудно найти то, чего не было. Соответственно и веры в рассказ никакой. У нас на руках решение судьи. Спрашивают хотим ли мы их посадить. Моя барышня уже сама чуть не описалась, а я говорю, что нет. Пусть выметаются. Те пробуют вещи какие-то собирать. Не, - говорят полицейские, - только то что в руках и нахер с пляжа. Паренёк пригрозить мне пробует судом, но полицайка спрашивает, что он здесь делал с несовершеннолетней и малым ребёнком. Парень затыкается и сваливает. Полицейские прощаются, подходят по очереди ко мне и жмут руку. Напоминают, что документы они проверили и в случае желания мы можем тех судить. С выхода один возвращается и тихо предупреждает, чтобы я сейчас с пистолетом не выходил, а то их могут заставить ещё раз меня обыскать. Я смеюсь и объясняю, что я русский. Ещё раз жмёт руку и они уезжают.
Прихожу вечером за деньгами за рент. Шесть квартир по 200-300$. Остальное доплачивает государство. На третьем этаже дверь открывает приходящий отец. Ну, живёт мужик с бабой, только не расписаны. Трое детей из пяти его. Она на полном государственном обеспечении, а он живёт за её счёт. Или своей способности размножаться. Уже второй месяц не платит 70$. Прошу Тамару (ага, такие имена). Нету, типа, её. Говорю, что это его последнее предупреждение. Завтра приду в 8 вечера и если не будет денег послезавтра с утра приеду с рабочими и выкинем вещи на улицу. Потому что я его не знаю (три года живёт) и квартиру снимал другой человек. Он в бешенстве говорит, что с деньгами, которые я насобирал, я ещё сегодня до дому не доеду. Объясняю чудику, что пристрелю каждого рискнувшего, а его к куче за наводку. Ещё из здания выйти не успел, а тут полиция. Мол, пистолетом размахивал и перестрелять всех грозил. Смотрят волком и руки на рукоятках. Э, - говорю, - гайсы. Я хороший парень, - перехватываю инициативу. Счас я стану личиком к стеночке, ножки поставлю пошире, ручки подниму повыше. Вы меня обыщите, с моего разрешения, и тогда поговорим. Соглашаются. Хлопают по карманам, ищут под мышками, за поясом. Успокаиваются, выслушивают, извиняются. На прощание заговорщицки сообщают, что могли б и машинку обыскать. В ответ даю визиточку, где большими чёрными буквами написано KGB. Гамма чувств на рожах, пока дочитываются, что это спортивный клуб. Ржут, что-то говорят один другому о crazy russian и поднимаются к должнику. За минуту уезжают. Пока я садился в машину чудик выбежал с деньгами ко мне. Извинялся. Да ниче, - говорю, - а то я уже думал в парке ли тебя закопать или в фундамент на новом доме залить. Обещает, что всё будет ок (и было) в будущем. Я ржу про себя. На репутацию надо работать, пока она не работает ещё на тебя.
Рассказывает мне съёмщик с первого этажа куда делась соседка со второго. Да, говорит, поссорилась с бойфрендом и он ушёл на автобус. Она подумала и догнала его на остановке. Подошла сзади и выстрелила в голову при всём народе. А ваши, русские, они не такие. У нас тут можно на ночь таких снять, покладистые. Не, говорю, это те, которых семья выгнала за что-то. А дома за блядство её б камнями на площади забили, а его б к медведю в яму бросили. Так я о таком и не слышал, - блеет. Ну поэтому и не слышал, что никто на такое внимание не обращает и не рассказывает. Ты же не рассказываешь, как яичницу на завтрак ел. Обыденное ведь дело. Поверил. Глаза как блюдца. А хули?! Имидж нужно беречь.
Года через два меня уже узнавали на новом доме. О! Ты, мол, тот русский, что жил там то и там то. Ну welcome to the neighborhood!!!

29

Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только загорают на берегу пруда некоторые не по-деревенски совсем. Гошка с Генкой. Расстелили верблюжье одеяло старое, загорают и на тонконогих девчонок смотрят, а Светка с Ольгой им на мостике отсвечивают. Это Гошка им втер, что стоя у воды загорать лучше получается, вот они и стоят. А Гошка с Генкой смотрят, когда девчонки на мостике стоят, на них смотреть удобнее, а Гошка в Светку уже четыре года влюблен летом.
Он бы и зимой влюблен был, но зимой они не видятся, а учатся в разных городах. Этой зимой будут в седьмых классах учиться.

Генке Ольга нравится. Ишь, как красиво стоит, думает Генка, как будто нырять собирается «рыбкой». Сейчас прыгнет.
- Не, Ген, не прыгнет, - встревает Гошка в Генкины мысли, - она плавать не умеет.
- А твоя Светка, - обижается Генка, - а твоя Светка тоже только по-собачьи плавает.
- Нет, ты лучше скажи, зачем девки лифчики носят? – Генка уже не обижается, а философствует в меру сил, - Ольга четыре года назад без всякого лифчика купалась. Сейчас-то он ей зачем?
- Ген, а ты ее и спроси, - Гошка устраивается поудобней, - вдруг расскажет?
- Дааа, спроси, - возмущенно протянул Генка, - сам спрашивай. Она хоть и в лифчике, а дерется как без него.

- Чего делаете, мужики? – к пруду подошел зоотехник Федька – двадцатитрехлетний парень, почитаемый Генкой и Гошкой уж если не стариком, так вполне солидным и немного глуповатым человеком, - я тут у Куркуля ружье сторговал немецкое, айда на ферму испытывать.

- Врешь, Федька, - не поверил Генка, - нипочем Куркуль ружье не продаст, оно ему от отца досталось, а тому помещик за хорошую службу подарил.
- А я слышал, что Куркуль ружье в том разбитом немецком самолете нашел, что в войну золото вез. Ружье взял, а золото перепрятал, - возразил Гошка, - но тебе, Федька, он его все равно не продаст. Жадный потому что. А у тебя столько денег нет.
- Продаст, не продаст, здоровы вы рассуждать, как я погляжу, - надулся Федька, - я ведь и один ружье отстрелять могу. А вы сидите тут, на девок пяльтесь. Последний раз спрашиваю: идете, нет?
- Идем, идем, - Генка свистнул, а Гошка махнул рукой обернувшимся девчонкам: ждите, мол, у нас тут мужские дела, скоро придем. И они пошли.

До старой летней фермы недалеко совсем – с километр. Зимой там пусто, а на лето телят пригоняют из совхоза. Сейчас день, телята на выпасе, ферма пустая. Голуби одни комбикорм жрут. Одна такая сизая птица мира больше килограмма в день сожрать может, а их тут сотни. Не любят их за это в деревне. Конкуренция. Комбикорма совхозным телятам не хватает, у скотников своя скотина по дворам есть просит и голуби еще. Никакого прибытка с голубей – одно разорение. Вот поэтому Федька на ферму и пошел ружье отстреливать. Хоть и пьяный, а пользу для хозяйства блюдет.

Шли молча. Генка думал, дадут ли ему пострелять, и попадет ли он в голубя на лету. Гошка размышлял, откуда, все-таки, взялось ружье у Куркуля. И только Федька просто шел и не думал. Думать Федька не мог. Голова раскалывалась, в глазах плыли радужные пятна, и даже слюны не было, чтоб сплюнуть. 

Насчет ружья Федька ребятам не врал: Василь Федорыч, старик, прозванный в деревне куркулем за крепкое хозяйство, большой дом и прижимистость, действительно согласился продать ему ружье "за недорого".
Раз в год, в начале июня, Куркуль уходил в запой. То ли входила в нужную фазу луна, то ли еще какая Венера заставляла его тосковать по давно умершей в июне жене, а может Марс напоминал о двух июньских похоронках, полученных им в разные военные года на обоих сыновей, но весь год Куркуль, можно сказать, что и не употреблял вовсе, а каждый июнь пил беспродыха.

Федька подгадал. Две недели назад он зашел к старику за каким-то, забытым уже, делом, да так и остался.
На исходе второй недели пьянки, Василь Федорыч достал из сундука, завернутый в чистую холстину, двуствольный Зауэр и отдал его Федьке. Бери, пользуйся. Я старый уже охотиться, а такому ружью негоже без дела лежать. Ружье без дела портится, как человек. А сто рублей ты мне в зарплату отдашь.
Федька, хоть и пьяный, а сообразил, что ему повезло. Как отдать сто рублей с зарплаты, которая всего девяносто он не сообразил, а что повезло – понял сразу. Забрал ружье и ушел, чтоб Куркуль передумать не успел. За патронами домой и на ферму пробовать. Мать пыталась было отобрать, видя такое пьяное дело, но он вывернулся и удрал. Ребят встретил по дороге. Голова раскалывается просто, а на миру и смерть красна и болит вроде меньше, поэтому позвал и даже уговаривал.

Дошли до фермы, ворота настежь, голубей пропасть. Вспорхнули было, когда Федька с ребятами в ворота вошли, потом опять своим делом увлеклись: кто комбикорм клюет, кто в навозе ковыряется. 

Федька тоже с ружьем поковырялся, собрал, патронов пару из кармана достал. Зарядил. 
- Дай стрельнуть, а? – не выдержал соблазна Генка, - вон голубь на стропилине сидит. И гадит. Не уважает он тебя, Федь. Ни капельки. Давай я его застрелю?
- Я сам первые два, - Федька прицелился, - вдруг чего с ружьем не так…

- Бабах, - сказало ружье дуплетом, и голубь исчез. Вместе с голубем исчез изрядный кусок трухлявой стропилины, а через метровую дыру в шифере, сквозь дым и пыль в ферму заглянуло солнце.
- Ну, как я его? – Федька опустил ружье.
- Никак, Федь. Улетел голубь. Ни одного перышка же не упало. Говорил же, дай я стрельну, или Гошка вон, - Генка покосился на приятеля, - он биатлоном занимается, знаешь, как он из винтовки садит? А ты мазло, Федь.
- Ах, я - мазло? Сами вы … – Федька, никак не мог найти множественное число от слова «мазло», - Сами вы мазлы косые. И стрельнуть я вам не дам, у меня все равно патроны кончились.
- Не, Ген, - Гошка друга не поддержал, - попал он. Картечью, видать, стрелял. Вот и вынесло голубя вместе с крышей.
- А у вас выпить ничего нету? - невпопад спросил Федька, поставив ружье к стене и зажав голову ладонями, - лопнет сейчас голова. 
- Откуда, Федь? - Гошка повернулся к зоотехнику, - мы обратно на пруд пойдем, и ты тоже беги отсюда. А то Лидка с обеда вернется, она тебя за дырку в шифере оглоблей до дома проводит. И ружье отобрать может, и по башке больной достанется.
- Идите, идите, в зеленую белку я все равно попал, - сказал Федька вслед ребятам и засмеялся, но они не обратили на его слова никакого внимания. А зря.

Вечером, а по деревенским меркам – ночью у Гошки было свидание. На остановке. Эта автобусная остановка на бетонной дороге из города в город мимо деревеньки, стояла к деревеньке «лицом» и служила всем ребятам местом вечернего сбора и своеобразным клубом. Автобусы днем ходили раз в два часа, последний автобус был в половину одиннадцатого вечера, и, после этого, угловатая железобетонная конструкция с тяжеленной скамейкой, отходила в безраздельное ребячье пользование. Девчонки вениками из пижмы выметали мусор, оставленный редкими пассажирами, Гошка притаскивал отцовский приемник ВЭФ и посиделки начинались.

Обычно сидели вчетвером. Но сегодня к Генке приехали родители, Ольга «перезагорала» на пруду и лежала дома, намазанная сметаной. Пользуясь таким удачным случаем, вдобавок к ВЭФу, Гошка захватил букет ромашек и васильков для романтической обстановки.
Светка не опоздала. Они посидели на лавочке и поболтали о звездах. Звезд было дофига и болтать о них было удобно. Как в планетарии.
- А средняя звезда в ручке ковша Большой медведицы называется Мицар, - Гошка невзначай обнял Светку левой рукой, правой показывая созвездие, - видишь? Она двойная. Маленькая звездочка рядом называется Алькор, по ней раньше зрение проверяли в Спарте. Кто Алькора не видел, со скалы сбрасывали. Видишь?
- Вижу, - Светка смотрела вовсе не на Алькор, - Вижу, что ты опять врешь, как обычно. А у тебя волосы вьются, я раньше не замечала почему-то.

После таких слов разглядывать всяких Мицаров с Алькорами было верхом глупости, и Гошка собрался было Светку поцеловать, но в деревне бабахнуло.
- Стреляют где-то, - немного отстранилась Светка, - случилось чего?
- Федька у Куркуля ружье купил. Пробует по бутылкам попасть.
- Ночью? Вот дурак. Его ж побьют, чтоб не шумел.
- Дурак, ага, - и пьяный еще. Пусть стреляет, ну его нафиг, - согласился Гошка и нагло поцеловал Светку в губы.
Светка не возражала. В деревне опять бабахнуло, и раздался звон бьющегося стекла.
- Целуетесь, да? – заорали рядом, и из кювета на дорогу выбрался запыхавшийся и взлохмаченный Генка, - целуетесь. А там Федька с ума сошел. Взял ружье, патронташ полный с картечью и по окнам стреляет. Белки, говорит, деревню оккупировали. Зеленые. К нам его мать забегала предупредить. Ну я сразу к вам и прибежал. Пойдем сумасшедшего Федьку смотреть?
В деревеньке бухнуло два раза подряд. Пару раз робко гавкнула собака, кто-то яростно заматерился. Бабахнуло снова, громче, чем раньше, и снова звон стекла и жалобный крик кота.

- Дуплетом бьет, - с видом знатока оценил Генка, - до теть Катиного дома добрался уже. Пойдем, посмотрим?
- Сам иди, - Светка прижалась к Гошке, - нам и тут хорошо. Да, Гош?
- Ага, хорошо, - как-то неубедительно согласился Гошка, - чего там смотреть? Что мы Федьку пьяного не видели? Нечего там смотреть.
А смотреть там было вот что: Федька шел по широкой деревенской улице и воевал с зелеными белками.

- Ишь, сволота, окружают, - орал он, перезаряжая, - врешь, не возьмешь! Красные не сдаются!
И стрелял. Проклятущие и зеленые белки были везде, но больше всего их сидело на светящихся окнах. Гремел выстрел, гасло окно, и пропадали зеленые белки.
 
Федька поравнялся с домом тети Кати, где за забором, на толстенной цепи сидел Джек. Пес имел внешность помеси бульдога с носорогом и такой же характер. В прошлом Джек был охотничьей собакой, ходил с хозяином на медведя и ничего не боялся. Из охотничьих собак Джека уволили из-за злости, да и цепь его нрав не улучшила. Джек ждал. Раз стреляют, значит сейчас придет хозяин, будет погоня и дичь. И лучше, если этой дичью будет этот сволочной кот Пашка, нагло таскавший из Джековой миски еду. От мысли о Паше шерсть на загривке встала дыбом. Нет, утащить еду это одно, а жрать ее прям под носом у собаки – это другое. Прям под носом: там, где кончается чертова цепь, как ее не растягивай.

Возле калитки появился человек с ружьем.
- Гав? - вежливо спросил Джек, - Гав-гав. 
Хозяин это ты? Отстегивай меня быстрей, пойдем на Пашку охотиться. Так понял бы Джека любой, умеющий понимать собачий язык. Федька не умел. Он и зеленых белок понимал с большим трудом, не то что собак.
- Белка! – заорал он, увидев собаку, - главная белка! Собакой притворяется. Сейчас я тебя. Федька поднял ружье и выстрелил.
- Гав? – опешил пес, когда картечь просвистела у него над головой, - совсем охотники офонарели. Кто ж по собакам стреляет? Стрелять надо по дичи. В крайнем случае, - по котам. Вот Пашка… Джек не успел закончить свою мысль, как над его головой свистнуло еще раз.

- Не, ребята, такая охота не для меня. Ну вас нафиг с такой охотой. Пусть с вами эта скотина Пашка охотится. Так подумал, или хотел подумать Джек, поджал хвост вместе с характером, мигом слинял в свою будку, вжался в подстилку и закрыл глаза лапой. Бабах! – снова грохнуло от калитки, и по будке стукнула пара картечин. 
- Не попал, - не успел обрадоваться Джек, как снаружи жалобно мяукнуло, и в будку влетел пушистый комок.
- Пашка?! – по запаху определил пес, - попался сволочь. Вот как все кончится, порву. Как Тузик грелку порву. Пес подмял под себя кота и прижал его к подстилке. Кот даже не мяукнул.

Федька снова перезаряжал. В патронташе осталась всего пара патронов, а белок было еще много. Хорошо хоть главную белку грохнул. Здоровая была, надо потом шкуру снять, - на шубу должно хватить. Патрон встал наискось, Федька наклонился над переломленным ружьем, чтоб подправить. Что-то тяжелое опустилось ему на затылок. Белки пропали, и Федька упал, как подкошенный.
Куркуль, а это был он, потер правый кулак о ладонь левой руки и крикнул в темноту:
- Лидка, ты тут? Иди скорую ему вызови. Скажешь белая горячка у парня. Милицию не вызывай, я сам с участковым разберусь.
Лидкой звали председателя сельсовета и владелицу единственного телефона в деревеньке.

- Перестал стрелять вроде, - на автобусной остановке Генка поднялся со скамейки, - патроны видать кончились. Пойдете смотреть? Нет? Ну я один тогда. Целуйтесь себе.
Генка направился в деревню. А в деревне, в собачьей будке возле теть Катиного дома Джек привстал и обнюхал перепуганного кота. Хотел было разорвать и, неожиданно для себя, лизнул Пашку в морду. Пашка, обалдевший от таких собачьих нежностей, вылез из будки, потянулся и отправился по своим кошачьим делам. Не оглядываясь.

А утром, проснувшийся Джек, нашел возле своей миски, толстую мышь. На своем обычном месте, там, где кончается собачья цепь, сидел Пашка, вылизывался и, кажется, улыбался.

30

Напомнила история от 19 декабря автор Dr.Guerra.
Только наоборот.
Призывались мы несколько человек из одного района. С парнем одним даже год на одном заводе работали, правда в разных цехах. Так пацан ничего был. Вот о нем речь. Звали его С.
Посадили нас в большой воинский эшелон, и мы через все огромную нашу Родину поехали. Ехали долго около 5-ти суток на Север.
По дороге в эшелоне было всяко. Но наша компания из 8 парней держала три вагона. Парень С. был "правильный пацан". Ботал по дворовому, движения рулил и как то все срасталось. Хотя я по жизни не был дворовым но быстро учился.
И вот приезжаем в далекий таежный стройбат. Карантин 3-и недели и по ротам. Все попали по разным.
И началось. По "молодости" сам знаешь было много чего и много чего не хватало. Были и драки и были затрещины...
Молодым быть в стройбате тяжело - после работы бы свалится спать, но надо прийти умыться (а в ротах только холодная вода, горячая раз в неделю-в бане), постирать чё-нить, подшить, почистить, высушить робу и тд. и т.п. То есть следить за собой надо изо всех сил.
Многие скрипели но тянули. Но парень С. стал опускаться, раз не постирал, два не почистил, три не высушил, четыре не подшил-зашил. И понеслась. Чуханов грязных ни где не любят. Начали "старики" цепляться, за ними и "черпаки" слетелись.
С грязным и вонючим ни кто сидеть рядом не хочет. Деньги стали у него отбирать, а он бычки стал из мусорки подбирать.
Ну мы же свои, одного призыва и земляки, тянем, вещяем и заступаемся. Но бесполезно. Скоро смотрим, он с нашего призыва кавказцам чай носить из столовой начал. Пипец-опустился совсем.
Школа выживания при Союзе была на потоке - с детского сада, школа, двор, "пионерские" и прочие лагеря - кое чему научать. А если родственники или служили недавно или "откинулись", опыта набирался заранее (теоретически). А на практике тяжелей намного было. Но всегда уважали тех кто себя уважает.
Через месяца три С. совсем на "опущенных" почти стал похож. Но тут (видать раньше писал) папа его приехал. Что-то там с командирами перетер и сынок больничку лег. Через месячишко комиссовали его "сердешного".
Но "косячных" тогда шибко не любили. Старшина парадку на "дембель" не дает - мол полгода не прослужил, не положено, езжай в хэбешке. Он к нам плакаться. Ну парни пожалели его, собрали с батальона по нитки, кто фуражку, кто ботинки, кто китель...
Выходил за ворота божился посылку тут же прислать с вещами, и взгрев каждый месяц...
Мы демобилизовались. Трое как то поехали к нему. Но дома никого не было. Звонили, а его нет говорили нам.
Плюнули, забыли.
Прошло лет шесть. Еду как то поздно с дня рождения сестры. Смотрю в окно автобуса, а на остановке кучка парней в камуфляже, и высокий среди них... он С. А в автобус заходить парень из этой кучки, и со мной рядом садиться.
Я, мол разговор завожу, мол так и так и так далее и потом, а что за парень высокий такой.
Он: Мы из охранного предприятия, так то С., герой афганец, герой, контужен, дважды ранен. Все его пацаны из его призыва погибли, а он один живой остался. Тут меня прорвало, мол так и так рассказываю, хотишь сейчас минимум двух его "мертвых" однополчан вытащу!!! Мои координаты!
Тот с обалдевшей мордой из автобуса на ходу...
Через неделю звоню - трубку ни кто не берет.
Прошло еще лет пять. К нам на работу парнишка приходить. Знакомимся. Он рядом в доме с С. живет. Я спрашиваю мол такого знаешь.
А он аж засветился. Знаю, герой, работал в контрразведке под прикрытием в банде террористов. Но его раскрыли лет пять назад и напали на него. Он уехал в другую область.
А я "рот до сих пор закрыть" не могу от оху.....!
Вот так бывает!

31

Как-то раз одна знакомая сказала: "Ты не обращал внимания, что любая твоя веселая история начинается со того, что ты пьешь?" В отместку расскажу, как мы пили на ее ДР.
Община из порядка 20-30 бедных студентов решила выбраться по поводу дня рождения одной из них на выходные в подмосковный пансионат с целью хорошо отметить и погулять. Денег мало - пансионат выбирается в основном по цене ... а соответственно находится этот клоповник там, куда так просто не доберешься - ехали сначала на метро, потом на электричке, потом на автобусе, потом на маршрутке (на двух - в одну мы не влезли, как ни пытались) а потом и вовсе пешком.
Собирались на вокзале, пересчитались - одного не хватает. Кого? Рыся...
Рысь - очень примечательный человек. Хотя бы потому, что он в отличии от нас не студент, а бывший спутник жизни одной нашей студентки. И несмотря на то, что она с ним давно рассталась, мы с ним расстаться не смогли. Рысь ювелир ... причем такой, что когда при устройстве на работу он показывает что он может делать руками, его берут без испытательного срока. А еще он много пьет (ну, или пил в те времена), и хотя по утрам у него никогда не трясутся руки, пить он может неделями. Отсюда проистекает его другая примечательная способность: теряться и находиться. Причем теряется он хоть и с масштабом (ехал в транспорте, разговорился с девушкой, пошли выпили в ресторанчике, поехали к ней, загуляли с ее друзьями на две недели...), но все же буднично, а вот находится... Т.к. мобилы у него задерживались крайне ненадолго, а дома его застать и вовсе нереально, самый надежный способ с ним пересечься - несколько раз проговорить про себя: "Сейчас я встречу Рыся. Вот сейчас выйду и встречу Рыся" и выйти на улицу - Рысь обязательно будет стоять там и радостно улыбаться. Вместо скучного "привет" он скажет либо "А я на тебя уже взял", либо "Я еще ничего пока не брал". А еще он обладает мистической способностью ловить попутку - за любую сумму и в любое место. Хоть в другой город за 50р. В общем, замечательный человек.
Так вот, мы обнаруживаем, что Рыся нет. Мобила у него в тот момент была и кто-то даже знал ее номер ... но трубу тупо никто не брал. Без него погрузились в электричку, не переставая звонить и приговаривать "Ничего, он еще раньше нас там будет ... и пофиг, что кроме названия он ничего не знает". Все также без него сели в автобус. И вот когда мы уже ждали маршрутку он прозвонился.
- Рысь, ты где? Что трубу не брал?
- Дома походу. Да с бодуна жуткого - спал.
- Ты вообще помнишь, что мы едем сегодня.
- Помню. А когда?
- Три часа назад!
- Оппачки. Сейчас приду в себя и приеду.
- Ты хоть знаешь куда ехать?! Рысь!... скотина трубу бросил.
На маршрутках и пешком мы добирались еще часа полтора. Не скажу, что к моменту нашего появления он был уже там - он приехал минут через пятнадцать после нас, но он так удачно пристроился в очередь на оформление и выдачу ключей, что не опоздал ни на секунду, хоть и выехал с опозданием на три с лишним часа. И выглядел бодрым и здоровым, а не как положено после долгого загула.
- Ты как добрался-то?
- На попутке - прямо от дома до сюда. Чуть больше часа - даже позавтракать успел.
- Хренасе! И почем?
- 50р.
- Так не бывает! Как?
- Да вот, мужик оказался местный - по пути было. Он мне заодно и рассказал что тут есть, куда ходить, куда не ходить. Тут вот например часть есть рядом, мне дыру в заборе показали - там пострелять можно за умеренную цену. 50р - рожок из калаша. 500р. - из гаубицы..
- !!!...
Покидав вещи в номера мы организовались где-то в рекреации и начали усиленно уничтожать спиртное. Сначала - привезенное (кто-то приехал на машине, практически полностью загруженной водкой - пиво слишком много места занимает), потом местное, а потом и вовсе пришлось просить знакомых завезти.
В один прекрасный момент, когда свое уже кончилось, а в барах еще что-то было, к нам с моей будущей женой подошел еще один участник этого запоя, по профессии бармен (тоже золотые руки и тоже пьет), уже изрядно навеселе:
- Представляешь, тут бармен даже смешать ничего не может - простейшие коктейли и то по самоучителю. Я уж не говорю про подачу ... хотя оборудование в принципе есть. Я им устроил небольшой мастер-класс ... Давайте и вам что-нибудь смешаю? За мой счет.
Мы с удовольствием согласились, лично убедившись и в его профессионализме и в том, с каким почтением на него смотрят местные - сотрудники и гости.
- Ну как! Во-о-о! Жаль деньги кончились, я б еще что-нить смешал. Не займете?.. пойду у Рыся займу...
Потом мы с будущей женой пошли в номер, где практически сразу сломали кровать ... что впрочем нам не помешало.
Утро было мрачным даже у нас ... хотя у на в основном потому, что на сломанной кровати спать было неудобно... да и некогда. Без особого труда отыскав наших по звуку в одном из четырехместных номеров (вообще мы четырехместных не заказывали, но нефиг делать такие хлипкие двери) приступили к трапезе и обсуждению вчерашнего. Тут откуда-то из-под матраса раздается голос:
- А-а-а-а... Как голова болит. Где я? Что случилось? Я ничего не помню.
Это наш бармен. Оказалось, что он ничего не помнит примерно с того момента, как пошел в бар. Потихоньку рассказываем.
- А потом ты встал за стойку и смешивал коктейли.
- Что?! Пьяным?! Какой позор! Я хоть не разбил ничего?
- Да нет, все было круто... А потом у тебя закончились деньги и ты пошел занимать у Рыся..
- А я дал?!
Это очнулся Рысь, очень быстро проходя метаморфозу от "может ему скорую вызвать? Вроде дышит, но на раздражители не реагирует" до "а что такое похмелье? У меня ни разу в жизни не было. И вообще я отлично выспался, бодр и весел". Их вопрос, дал ли Рысь денег и если дал, то сколько, так и остался нерешенным.
Тем временем бармену рассказывают о его похождениях все более и более невероятные вещи, из чего я делаю вывод, что его просто разыгрывают. Начинаю подыгрывать:
- А как стриптиз танцевал на сцене тоже не помнишь?
- Нет. А что и такое было?
(Все на перебой): - Было! А как голым по улице бегал помнишь? А как в окно к диджею (девушке) лез?
- Да вы что?! Да вы надо мной издеваетесь! Пользуетесь тем, что я ничего не помню.
Тук-тук-тук. Заходит диджей.
- Носки и удостоверение чьи?
- Мои...
Бармен, красный как рак, не поднимая глаз от пола, забирает удостоверение и носки, диджей уходит.
- Что я еще натворил?
Когда мы уезжали оттуда (После того, как мы объяснили, что за погром в четырехместных номерах мы платить не будем, потому что у нас были двухместные, а в них все ок, нам даже организовали автобус, чтобы мы побыстрее свалили) я наконец обратил внимание на полное название пансионата: "санаторий "Космонавт" ГОСНАРКОКОНТРОЛЯ РОССИИ". Когда немного проржались, кто-то подколол на стену под названием один из чеков, в котором фигурировало что-то типа 5 ящиков водки, 3 ящиков пива и одного ящика коньяка.

32

Еду сейчас домой с работы, лениво думаю, что купить себе на ужин.
Пробка у светофора. Автобус застрял напротив старинного здания, в котором одни офисы. Здание реконструируют, во весь его фасад установлены леса. Света в окнах нет.
Вдруг вижу, как на 3 этаже открывается окно, оттуда на леса осторожно вылезает человек и почему-то встает на четвереньки. За ним еще один и тоже опускается на 4 конечности, и они быстро друг за другом ползут в сторону лестницы... Тут автобус тронулся с места и быстро поехал, и что было дальше, не знаю.
Как же скучно я живу...

33

Еду я, значит, в автобусе, слушаю плеер через наушники, думаю думы. Идиллия, да и только. Еду и вижу в окно свой институт. Начинаю щемиться по ногам и головам пассажиров, чтобы выйти на остановке.
Через Бога мать выхожу и, проводя отъезжающий автобус взглядом, вспоминаю, что институт я год назад закончил...

34

Ближний Восток. Дамаск. Едем с пятилетней дочерью в городском автобусе. Она смотрит в окно, все ново и интересно. На остановке стоит женщина в черной парандже. Мой ребенок на весь автобус спрашивает: "Что это?" Я объясняю, что это тетя так одевается и т.д. И тут второй вопрос: "А где у нее спина?"
По смеху в автобусе я поняла, что здесь многие понимают русский.

35

Зарисовочка из жизни...
По вечерам я периодически подрабатываю няней - с двумя детишками, четырёхлетним, скажем, Димой и его двухлетней сестрой Катюшкой. И вот, забираю их сегодня из сада. До дома километра полтора, обычно идём пешком, но в этот раз очень, оочень плохая погода, Катя без теплого комбинезона, короче, садимся на автобус. Мы с Катюшкой смотрим в окно, Димка радостно прыгает. Подходит кондуктор, я оплачиваю проезд - проездного у меня сроду не было. Димка заинтересовался, просит дать ему билетик, разглядывает циферки, ищет среди них знакомые ему и т.д. И спрашивает меня - а сколько стоит такой билетик? Двадцать пять рублей, говорю. И тут раздается громкий и просто невероятно прочувствованный возмущенный вопль Димы: Юля, КАК ТЫ МОГЛА!!! ЭТО СЛИШКОМ ДОРОГАЯ ЦЕНА!!!
Жизненно, скажите! Пришлось честно ответить, что вопросы не ко мне... А пассажиры тоже прониклись...

36

Было это давно, когда самолеты летали пьяные, и не было террористов.
Летал по вахте у нас один мужик ну скажем Вася. Месяц на работе бухает,
месяц дома постится, так как шибко не разгуляешься. Последний день вахты
отметили с мужиками, и в состоянии автопилота с помощью таких же
горемык на самолет. А сбор на автобус с территории базы, лежит его рюкзак,
а добрые шутники, которых везде хватает, подкидывают в рюкзак клапан.
Клапан это такая штука длиной 25 см, даметром 8,3 см и весом кило четыре.
Все, погрузка, полет, встреча с любимой женой, зарплата сразу отбирается,
Барахло из рюкзака в стирку, на полу железяка.
- Вася, а это зачем?
Кому охота признаваться, что тебя развели и за три тыщи км ты тащил ненужную
железяку.
- Это на дачу нужный предмет, а ты давай в магазин.
Жена в магазин ушла, Вася злой с похмелья смотрит на этот девайс, и с
отвращением швыряет в окно. Шаги супруги в прихожей, на стол ставится
предмет по стуку напоминающий лечебное зелье сорока оборотов, Вася
разлепляет глаза.
- Васечка, ты в такую даль запчасть тащил, я с магазина иду, смотрю под окном такая же лежит.
На столе гордо стоит Васин клапан.

37

Водительская зарисовка в двух частях:
1. Езжу на рабочей легковушке по глубинкам области. Сделал работу, возвращаюсь на основную трассу. До нее еще километров пятнадцать. Маленькая остановка районного автобуса. На остановке молодая девушка. Голосует. До остановки еще метров 150. Автобус ходит редко. Почему бы не подвезти до трассы. Начинаю притормаживать. Вдруг слева "дынц-дынц-дынц" тонированная девятка, цепляющая защитой асфальт и с выхлопной, диаметром с паровозную трубу. Подрезает, и подлетает на остановку. Распахивается пассажирская дверь. Девушка пару секунд раздумывает, и садится. Девятка с пробуксовкой трогается, а в форточку водилы высовывается средний палец. Ну что же, бывает...
2. Через десять километров обнаруживаю данную девятку враскоряку стоящей на обочине. Снижаю скорость, может помочь чего... Подъезжаю ближе. Нет, все нормально, машина в порядке... относительно... Объезжаю, смотрю в салон через окно водителя: батюшки: водила, схватившись за голову, бьется ей о руль, салон велюр, приборная панель, лобовое стекло, все покрыто толстым слоем желто-зеленой субстанции, которую продолжает производить девушка.... Укачало ее бедную... Ну что же, и такое бывает...

38

На автобусе следовавшем из небольшого городка Новопсков в областной центр Луганск остановившемся на промежуточной станции Старобельск среди прочих ехала семейная пара, ему где-то 35 , ей около 30 с двумя маленькими детьми 1 и 2 года (судя по всему поздний брак), стоять где то 15 минут и после небольшой словесно перепалки она вышла покурить оставив мужа в автобусе с детьми, и посмотрев в окно на жену муж сказал довольно громко: лучше б ты сос@сать научилась, а не курить, автобус взорвался.... и опоздал с отправлением минут на 10, только она не могла понять почему на нее всю дорогу оглядываются все пассажиры, и странно ехидное лицо мужа.....

39

История произошла давно. Она совершенно не смешная. Но я помню ее много лет, и, все-таки хочу рассказать.
Конец 80-х. Петрозаводск. Октябрь. Ранний вечер. Вокзал. Я жду поезд на Москву. Подошел Мурманский на Ленинград. Посадка уже заканчивается, но и пассажиров было мало, да и на перроне, считая меня, осталось три человека. Вдруг на привокзальную площадь буквально вылетает такси и резко тормозит около лестницы. Из него выскакивает женщина с двумя огромными сумками и, неуклюже стуча каблуками, изо всех бежит по ступенькам к поезду. Когда она подбегает, поезд трогается. Она пытается поставить сумки и залезть, но проводница, которая уже практически подняла лесенку (перрон низкий), испугано отталкивает ее с криком: Женщина, Вы что! Мы уже отправились!
Может быть, проводница и могла бы ей помочь, но видно, тоже растерялась - уж больно быстро все произошло. Поезд уходит.
Женщина роняет сумки на платформу, садится на них, закрывает лицо руками и горько рыдает. Это горе. Нет, не так - это ГОРЕ. Нет, даже не горе, а просто конец всему. Вообще КОНЕЦ.
Мы, трое на платформе - я - студентка, женщина лет тридцати и немолодой военный - переглядываемся. По плачущей женщине видно все: сорок с небольшим, с обветренным лицом, грубоватыми натруженными руками, явно из деревни, но надето на ней все самое лучшее, что есть, туфли новые и классическая, недавно из парикмахерской, прическа. Какая-то очень-очень-очень важная поездка должна была быть. А поезд ушел...
Мы, трое, подходим к ней. Захлебываясь слезами, она все повторяет: Я бы успела, успела, но она меня оттолкнула... Я бы успела...
Спрашиваем у нее, куда ехала? Сквозь слезы отвечает: К сыну в армию на присягу. Присяга завтра.
В сумках у нее видны какие-то банки, свертки - все для любимого сыночка.
Ей надо было до Ленинграда. А она опоздала.
Мы просто придавлены ее горем.
- А там на самолет? - сочувственно спрашивает военный. Женщина качает головой: Нет, от Ленинграда на автобусе сорок минут.
Мы снова переглядываемся, уже удивленно. Хотя да, понятно. Мы привыкли ездить, а для нее это такая дальняя дорога. И она опоздала.
- Так, подождите, - говорю я, - все не так страшно, через 35 минут будет еще один Мурманский на Ленинград.
- А вечером - Петрозаводский, - добавляет молодая женщина. - Сейчас же осень, поезда идут пустые, посадят они вас.
Слезы немного стихают и женщина смотрит на нас с робкой надеждой. Военный решительно берет ее сумки: Пойдемте к начальнику!
Они уходят в здание вокзала, а мы с молодой женщиной еще некоторое время говорим о том, что все будет хорошо. Она сейчас уедет и на автобус в Ленинграде успеет, в крайнем случае там возьмет такси. Потом возвращается военный и говорит, что все уладилось. А через полчаса на Мурманском поезде женщина с сумками уезжает в Ленинград. Она опять плачет и машет нам в окно вагона. И мы тоже машем ей.

40

Снегурочки лёгкого поведения.

Как-то лет может пятнадцать назад отмечали новый год в подмосковье, у родственников. Ну, посидели тихо, по семейному, и под утро стали собираться домой, на первый автобус. Народ уже отгулял, на улицах было тихо, пустынно, и морозно. Вскоре к остановке неслышно подкатил рейсовый икарус, мы вошли внутрь, и оторопели. Весь автобус изнутри был набит Снегурочками. Десятка два, а может три девиц, в одинаковых костюмах и шапочках, сидели тут и там по всему салону. Кто дремал, кто смотрел в морозное окно, кто негромко разговаривал или кто тянул шампанское из пластиковых стаканчиков. Снегурочки больше напоминало вахтовиков, возвращающихся домой после трудной смены, чем пассажиров рейсового автобуса. Закралась даже мысль, а туда ли мы вообще сели. Однако вскоре по обрывкам фраз загадка снегурочек прояснилась. Девицы легкого поведения возвращались с какого-то новогоднего мероприятия. Мы устроились в уголке, салон погрузился в привычную дрёму, и автобус неспеша покатил дальше.

Пока где-то посреди безлюдного шоссе не остановился подобрать очередного случайного пассажира.
Двери открылись, с улицы пахнуло холодом, позёмкой, и в салон, кряхтя и поскрипывая, ввалился... Дед Мороз! Настоящий! Невысокого роста колоритный старик в красном кафтане, с посохом и мешком за спиной. И даже борода у него была не из ваты, а своя, натуральная. Дед топнул валенками, стряхивая снег, потом окинул взглядом салон, и тоже оторопел. "Вот ё-маё!" - крякнул он, увидев снегурочек. Потом поправил тыльной стороной варежки шапку, кашлянул, и сказал уже громко, с какими-то странными, развязными интонациями.
- Ну здравствуйте, внученьки! С новым годом! Это я, ваш дедушко!
Девицы очнулись и тоже во все глаза таращились на деда. Пока кто-то из них не сказал удивлённо в ответ.
- Ну здравствуй, жопа - новый год! И где же, тебя, дедушка, трох-тибидох, черти носили?
- Ох, доченьки! - вздохнул дед, устраиваясь на сиденье. - Даже и не спрашивайте!
Девицы с любопытством стали подтягиваться поближе к старику и рассаживаться вокруг. А тот снял рукавицы, распахнул на груди полушубок, и начал рассказ. Из его сбивчивого повествования стало ясно примерно следущее.

Девиц пригласили отработать новогоднюю ночь в каком-то загородном то ли пансионате, то ли санатории. По сценарию они должны были приехать туда за два часа до нового года. А перед самым выездом неожиданно позвонил заказчик.
- Девченки, у нас беда.
- Что случилось?
- Дед Мороз у нас... короче, вышел из строя. Может вы с собой захватите какого нибудь?
- Да где ж мы вам его возьмём? - удивились девочки.
- Ну вдруг! Выручайте! У вас там всё ж таки Москва. А деньги хорошие...
- Ну, мы конечно попробуем, но вы ж понимаете... - ответили девочки, и про странную просьбу забыли. Потому что ну действительно, ну где накануне нового года найти дурака, который поедет неизвестно куда, даже и за обещанные очень хорошие деньги. Девочки доехали на метро до конечной, и вышли на площадь. Сновал туда-сюда праздничный люд, суетились торговцы, неподалёку от входа сверкала огнями ёлка, а вокруг неё весёлые и беспечные граждане шумною толпой водили хоровод. А под ёлкой сидел Дед Мороз. Настоящий! Он наяривал на баяне "в лесу родилась ёлочка", периодически прихлёбывая из бутылки и занюхивая очередной глоток еловой веткой. Возле ног у него лежал раскрытый футляр, в котором блестела мелочь и купюры разного достоинства. Девицы переглянулись, раздвинули толпу, и окружили деда. А через пятнадцать минут он уже сидел в обнимку с баяном в битком набитом загородном автобусе.

В тепле и давке деда сморило, он задремал. А когда очнулся забыл, куда и зачем едет. Он поглядел в окно, выругался, протолкнулся к выходу, и на ближайшей остановке выпал наружу. И только когда автобус мигнул огнями за поворотом, всё вспомнил. Но было поздно. Немного постояв он махнул рукой, и зашагал в направлении ближайшего жилища.

- Ой, ну вас там хоть приютили? - спрашивали сердобольные девицы.
- Приютили?! Меня?! - возмутился дед. - Да я едва вырвался!! Оставайся, и всё! Ни за што говорят не отпустим! Да у меня виш, собака дома одна. А так конешно! И накормили, и напоили, и денег дали, и с собой...
Тут дед потянул мешок, в котором звякнуло, и вытащил на свет божий бутылку.
- Ну что, товарищи? - окинул дед взглядом салон. - Отметим новый год? Раз уж так нелепо вышло.
Все засмеялись и оживились. В автобусе повеселело, пошли по рукам пластиковые стаканчики, запахло мандаринами. И вскоре уже все, кто был в автобусе, толпились вокруг деда, чокались, смеялись, и желали друг другу счастья в новом году.

Автобус неспеша выруливал на конечную у метро. Город вымер и обезлюдел. От вчерашней суеты не осталось и следа. Только сиротливо мигала огнями ёлка, и позёмка таскала по асфальту обрывки мишуры. Да возле входа в метро зябко поёживаясь курили два дежурных милиционера, охранник с рынка, да ещё пара граждан непонятного происхождения.
- Фьюииить! - присвистнули стражи порядка, наблюдая как из автобуса вываливаются со смехом весёлые снегурочки.
- Ну что пригорюнились? - крикнул Дед Мороз милиционерам. - Или у вас не новый год?
До открытия метро оставалось полчаса. Дед поставил футляр под ёлку, и развернул меха.

Уетый салатом оливье и упитый шампанским под самое горлышко, город сладко спал. И только у метро два десятка снегурочек лёгкого поведения кружились в хороводе, напевая нестройными охрипшими голосами "Маленькой ёлочке холодно зимой"
"Из лесу ёлочку взяли мы домой!" - подпевали им, притопывая и сжимая в красных озябших руках пластиковые стаканчики, два дежурных мента, да пара случайных прохожих.

А сверху, из кабины, облокотившись на руль, за всем этим с улыбкой наблюдал водитель странного новогоднего автобуса.

41

Дальний родственник рассказал историю из советских времен.
Совхоз близ Суздаля. Директор – умный человек, время от времени снаряжал для работников автобус в Москву - за покупками. Кто тогда жил – знает. Рулил в таких случаях обычно директорский водила.
Но однажды этот шофер заболел. А вместо него послали водителя с молоковозки – у него были права нужной категории, в армии получил, неясно как и зачем. Только ездил он всю жизнь по полям и фермам, а в город заезжал пару раз. Очень неуверенно чувствовал себя водила, сильно нервничал, боялся всего вокруг и многого не замечал. До Москвы кое-как по прямой доехали. А дальше пошло хуже. Дважды проехав на красный и едва не устроив аварию с жертвами, водила впал в ступор. Вцепился в руль и смотрит только прямо. Так бы и проехали всю Москву насквозь, если бы была прямая дорога. Но таковой не оказалось, пришлось куда-то сворачивать. Осмысленные повороты в нужную сторону водиле доступны не были, сворачивал вместе с потоком. Куда все – туда и он. Короче, потерялся.
Остановиться и осмотреться – нет возможности. Ну не может водила перестроиться к обочине, не видит кто там едет справа. Голову никак не повернуть, чтобы посмотреть в зеркало – шея заржавела. Народ занервничал. Встали на очередном светофоре. Водила собрал волю в кулак, с трудом посмотрел вправо. В соседнем ряду – такси. Водила открыл пассажирскую дверь и говорит сидящему рядом мужику:
– Поди, спроси у таксиста, куда мы едем!
Мужик вышел, как сказано на улицу, подошел к желтой «Волге» и постучал в окно. Таксист опустил стекло и недовольно посмотрел на мужика.
- Товарищ, - как мог проникновенно сказал мужик, - а куда мы едем?
Сильно удивился таксист. Но ответил почти вежливо:
- Да хуй вас знает, куда вы едете!
- Спасибо, товарищ, - сказал мужик и поднялся обратно в автобус. - Он не знает, не местный, наверное.

42

В лавку к мяснику заходит собака, и тот ее сразу же выгоняет вон. Но через некоторое время собака возвращается, а в зубах у нее деньги и записка: «Дайте мне, пожалуйста, баранью ножку». Мясник берет деньги, кладет ножку в пакет и отдает его собаке в зубы. Все это его настолько удивило, что он решил закрыть лавку и проследить путь собаки. Собака же, добежав до пешеходного перехода, остановилась, нажала кнопку светофора и, как только загорелся зеленый, перешла дорогу. Затем она добежала до автобусной остановки и стала ждать. Когда подошел автобус, собака посмотрела его номер, и осталась ждать дальше, и так продолжалось несколько раз, пока не подошел нужный. Мясник вошел в автобус вместе с ней. По пути собака смотрела в окно, а когда автобус стал подъезжать к очередной остановке, она нажала кнопку звонка водителю, тот остановил автобус и собака вышла (мясник, разумеется, тоже). Добежав до одного из домов, собака положила пакет у порога и начала барабанить лапами в дверь, но никакой реакции не последовало. Тогда собака подбежала к окну, встала на задние лапы и несколько раз постучала в окно, после чего вновь возвратилась к двери. Через несколько секунд дверь хозяин открывает дверь и начинает орать на собаку. Мясник решает вмешаться:
- Зачем же вы так с собачкой? Она же у вас просто гениальная, ее по телевизору можно показывать!
- Вы смеетесь? Тоже мне гениальная – уже второй раз за неделю забывает дома ключи!

43

СЧАСТЛИВЫЙ БИЛЕТИК

То, что я хочу вам сейчас рассказать, мне довелось наблюдать в те далекие годы, когда проезд в автобусе стоил пять копеек, а кондукторов в общественном транспорте не было и в помине. Ехал я куда-то в полупустом автобусе, и на одной из остановок в салон вошел мужичок. Виду - как бы помягче сказать - простоватого. Но привлек он внимание пассажиров своим багажом: на его шее висел большой баян. Конечно, может это был и не баян, а какой-нибудь там аккордеон, не могу сказать точно, поскольку мои познания в этом вопросе сильно скудны, но я буду называть его баяном.
Мужчина бросил пятачок в кассу, оторвал билетик, и сел на свободное место. В течение нескольких остановок он, глядя на свой билет, производил какие-то сложные расчеты – то загибая пальцы, то вознося глаза к потолку, видимо, в надежде увидеть там готовый ответ. Наконец, мыслительный процесс завершился, и мужчина просиял лицом – итог счета его сильно радовал. Причем настолько, что он даже привстал с места, и победоносно оглядев салон, сообщил всем присутствующим: - «А билет-то у меня – того! Счастливый!»
Автобус в этот момент стоял на остановке с открытой дверью. И тут мужичок внимательно смотрит в окно, затем в распахнутую дверь, и по выражению его лица становится понятно, что это его остановка. Под шипение закрывающейся двери он бросается вперед. И, видит Бог, он бы выскочил, если б не висящий на нем баян. В итоге мужик оказался прихлопнут дверью в районе груди. Но сдаваться этот отчаянный человек и не собирался: он уперся ногами в ступеньки, и, пыхтя как ёж, стал с усилием рваться на волю. В это самое мгновенье водитель открыл дверь…
Пробка от шампанского – вот что пришло мне в голову, когда я увидел этот необычный полет. Словно человек – ракета, мужичок с баяном вылетел из автобуса. Только мелькнули в воздухе подошвы его ботинок. Звук упавшего на асфальт тела был ужасен. Глядя в окно отъезжающего автобуса, я увидел, что бедолага с растерянным видом сидит на земле, потирая ушибленную голову, а баян валяется метрах в трех от него.
Если бы это несчастье произошло сегодня, то можно с уверенностью сказать, что половина пассажиров автобуса, смакуя подробности, снимали бы его на мобильные телефоны, предвкушая выложить «жареное» видео в интернет. А остальные – смеялись бы как гиены. Но в тот раз в автобусе была тишина. И только пожилой толстячок в очках философски предположил: - «Наверное, он в расчетах ошибся…»

44

Хмурое дождливое утро. Переполненный автобус, рассекая тупой мордой
предрассветную дымку, завывая на подъёмах неотбалансированным
коленвалом, тащил дремающих пассажиров в светлое будущее. Неопределённо
поддатый интеллигентного вида дядька с выпученными глазами бубнил про
выборы-митинги, планету Ниберу и... календарь майцев. Глядя печально
тлеющим сатанинским взглядом в окно, он неожиданно встрепенулся и
вскричал голосом Распутина, вскинув по штандартенфюровски свою куриную
лапку:
- Сука! Вон! Уже горбатые собаки стали на улицах появляться...
Пассажиры, невольно, все как один, посмотрели в сторону приветствия. На
кюветном газоне покрытым предутренней изморозью, изогнувшись луком
чингисхана, присев по большому, срала собака...

СУКА!!! Радостно улыбаясь выдохнул автобус.

45

Рассказал один приятель, далее с его слов.
"Сижу дома, вечер пятницы, скучаю. Звонит дружбан и приглашает к себе на стопку чая. Живёт он, к слову, в паре автобусных остановок от меня. Иду на остановку, рядом с домом, по пути в магазине беру 2 снаряда по 0,5. На остановке, людей нет, автобуса тоже. Думаю: "пусть водка пока
охладится, а то тёплую продали" и ставлю обе бутылки в сугроб у остановки.
По законам жанра, садясь в автобус, про бутылки я забыл. Посидели хорошо, домой на такси под утро добрался. Проснулся, мягко говоря, помятый. Я к холодильнику - там пусто (в плане спиртного), в карман – налика 30 руб.
Тут вспоминаю про те 2 бутылки на остановке. Нацепляю прямо поверх домашних треников (тех самых, с пузырями на коленях) и майки куртку тёплую, надеваю ботинки и иду. На остановке давка. Закурил невдалеке от неё и вспоминаю, куда ставил бутылки. Люди начинают на меня коситься "как на говно". Докуриваю, подхожу к сугробу, что за ночь намело, и ногой нащупываю первый пузырь где-то в 0,5м от прочищеной территории. Достаю из снега. Народ заинтересовлся. Потоптался ещё секунд 20, нашёл второй пузырь. Глаза людей - О_О, а я радостный пошатался домой.
Дома похмеляю организм, "отравленный алкоголем". Тут мой взгляд через окно падает на остановку, а там народ бродит кругами и весь снег в радиусе 5 метров убран и вытоптан почти до асфальта".

46

Рассказал один приятель, далее с его слов.
"Сижу дома, вечер пятницы, скучаю. Звонит дружбан и приглашает к себе на
стопку чая. Живёт он, к слову, в паре автобусных остановок от меня. Иду
на остановку, рядом с домом, по пути в магазине беру 2 снаряда по 0,5.
На остановке, людей нет, автобуса тоже. Думаю: "пусть водка пока
охладится, а то тёплую продали" и ставлю обе бутылки в сугроб у
остановки.
По законам жанра, садясь в автобус, про бутылки я забыл.
Посидели хорошо, домой на такси под утро добрался. Проснулся, мягко
говоря, помятый. Я к холодильнику - там пусто (в плане спиртного), в
карман – налика 30 руб.
Тут вспоминаю про те 2 бутылки на остановке.
Нацепляю прямо поверх домашних треников (тех самых, с пузырями на
коленях) и майки куртку тёплую, надеваю ботинки и иду.
На остановке давка. Закурил невдалеке от неё и вспоминаю, куда ставил
бутылки. Люди начинают на меня коситься "как на говно".
Докуриваю, подхожу к сугробу, что за ночь намело, и ногой нащупываю
первый пузырь где-то в 0,5м от прочищеной территории. Достаю из снега.
Народ заинтересовлся. Потоптался ещё секунд 20, нашёл второй пузырь.
Глаза людей - О_О, а я радостный пошатался домой.
Дома похмеляю организм, "отравленный алкоголем". Тут мой взгляд через
окно падает на остановку, а там народ бродит кругами и весь снег в
радиусе 5 метров убран и вытоптан почти до асфальта".

47

Вовик - это герой прошлой истории "Лёша, шо то за дрочиловка?!" (см.
http://www.anekdot.ru/a/an1103/o110319.html) Меня тогда уже с ними не
было, уже в армию забрали, но всё правда!
Итак, в том ~86-м году, как раз пошло поветрие Heavy Metall Rock.
Наши знакомые под руководством Гены (сын директора муз. школы) сколотили
группу, которая играет металл (Ария, Спартак, и тп).
Коe-какие песни даже сами писали.
Трое пацанов даже волосы себе отпустили, чтоб быть похожими на
"настояших металлистов". Солисткой же у них была Таня.
Девушка симпатичная, даже на местных конкурсах крастоты 1е места
занимала.
Тоже, естественно, с длинными волосами (ну ей положено).
Брат Танин с Лёшей одноклассники, таким образом, они и были знакомы.
Ну и позвали эту группу в какое-то село, на свадьбе сыграть. Те сначала
отказывались:
- Да мы ж такое играем, что ваши массы не поймут!
- Да ты сначала что-то знакомое сыграй, а потом народ набухается - ему
по фиг будет, что слушать!
Короче, уломали музыкантов. Даже микроавтобус подогнали, чтоб погрузить
всякие ихние балалайки.
Лёшу же взяли технарём-помощником, ну и просто за компанию.
Приехали, разгрузились, подключились, и начали что-то такое задорное
играть.
Несколько композиций сыграли, ну народ бухает, и музыкантам наливают.
Те сначала отказываются, но по русской традиции их быстро уламывают.
Да и сильно ли надо уламывать 17-летнего пацана, что в отрыве от
родителей?
Короче, музыканты приняли тоже.. Не так, как все остальные, но тоже
доставило.
И взялись они играть что-то, более соответствующее их стилю и состоянию
души.
Но что конкретно играть, уже договориться не могли, в результате - тот
играет Арию, другой - Сектор Газа...
Ребят понесло... Через какое-то время кто-то из своих агентов к ним
подходит, и говорит, что народ мол в непонятках, давайте сваливать, а то
в народе проявляется мнение, что надо музыкантам морды бить, чтоб не
умничали...
Ну они типа перерыв устроили, инструменты в автобус, но автобус - только
завтра едет.
Чел вызвалсся их до города довезти на своей машине. Погрузились впятером
(Танька лежала на коленях троих пацанов на заднем сидении), поехали.
Куда ж ехать? Все пьяные, пацанов совсем развезло, домой страшно
заявиться, родители зададут жару!
Решили, что у Лёши дома дома никого, там перекантуются, отойдут, а
вечером по домам.
Ну довезли их, выгрузили, они кое-как в дом вошли, и сели отходить...
А их уже совсем развезло, соображаловка близка к нулю.
Ну Танька вроде выпила мало, быстро отошла, ну типа "пока мальчики,
пойду домой".
Ну и Лёха был сравнительно трезвый, ибо не музыкант же...
Лёха Таню до калитки провожает, и как раз в дверях встречают поддатого
Вовика (отец Лёшин пришёл домой).
Те ещё поздоровались, разошлись...
Лёха с Таней - к калитке, Вовик - в дом.
Видит картину - в почти потёмках сидят три худые волосатые фигуры в
положении "развалясь".
Играет на бумбоксе его любимая расслабляющая музыка... Романтика...
Вовик, не будь дурак, тут же просёк фишку, и подкатывает к волосатой
фигуре: "разрешите пригласить потанцевать"... Предполагая, что это
девушка...
Тот тоже без соображения... "угу".... Короче, Лёха, вернувшись, видит
картину - Вовик танцует (если это стояние-покачивание можно назвать
танцем) в обнимку с этим металлистом, и интимно его поглаживает...
Лёха офигевше глядит на это непотребство, и уже не знает, куда себя
деть...
Ну папа даёт!!!
Папа тем временем, не встречая сопротивления, лезет рукой между ног...
И находит там... Скажем так... Нечто, противоречащее ожиданиям.

- -!!!???!!!???

Мужик мгновенно меняется в лице, и на лице видна лихорадочная работа
пьяного мозга...
Потом он приходит к весьма своеобразному логическому выводу. Бросает
"партнёршу", и с истошным воплем:
- Пидорасы!!! A-a-a!!!! - выскакивает в коридор, отталкивая Лёшу с
дороги.
Лёша вслед за Вовиком! Народ же от вопля просыпается и частично
трезвеет.
Через минуту назад врывается ошалёлый Лёша со словами "Пацаны, шухер!!
Батя топор ищет!!!"
Тут же они открывают окно, и через окно все, включая Лёшу, выпрыгивают
на улицу, благо что собственный дом, высота небольшая. И разбегаются кто
куда.
Лёша вернулся домой через 3 часа, отец уже спал.
А остальные - на следующий день постриглись... Во избежание.

48

С автобусной остановки трогается автобус.
И вдруг из магазина выбегает мужик,в руках у него два арбуза.Мужик бежит со всех сил, пытается догнать автобус,падает,роняет и разбивает арбузы,поднимается бежит дальше.А народ в автобусе со смеху валится.Одна дама кричит в окно:
- Мужчина, и что это вы так бежите за автобусом, мы сейчас тут все со смеху описаемся?
А мужик отвечает:
- Сейчас вы все укакаетесь, я водитель этого автобуса.

49

Экзамен по физике. Профессор с бодунища решил завалить всех студентов. Заходит первый студент,
профессор его спрашивает:
- Вот вы едите в автобусе, вам жарко, что вы сделаете?
- Открою окно.
- Правильно. А теперь просчитайте изменения в аэродинамике автобуса, вызванные открытием окна.
- Эээ....
- Идите, два.
Таким же образом валит еще нескольких студентов. Заходит студентка.
- Девушка, представьте, вот едите вы в автобусе, вам жарко, что вы сделаете?
- Я? Ну пожалуй кофточку сниму.
- Нет, вы не поняли, вам очень жарко.
- Ну, тогда еще и блузку сниму.
- Ну, нет, СОВСЕМ жарко!
- Ну, юбку сниму.
- ?????
- Да пусть меня весь автобус вые..т, но форточку я не открою!!!

50

Автобус, полный охотников, подьехал к фермерскому дому. Водитель
пошел попросить у фермера разрешения поохотиться на его землях.
Фермер сразу же согласился, но попросил об одолжении:
- Видите вон того быка? Ему 20 лет и он больной раком, мучается
бедняга сильно. А у меня рука не подымается его добить. Можете
вы его пристрелить?
- Конечно, - ответил водитель и пошел обратно к автобусу. По
дороге он решил сыграть шутку с друзьями. Когда они спросили,
все ли в порядке, он ответил:
- Нет, он не разрешил нам тут охотиться. Но я преподам старому
хрену урок!!
Он опустил окно, взял винтовку и выстрелил в быка.
- Вот так, старая жадина!! - воскликнул он, и в это время раздался
второй выстрел из соседнего окна:
- А я достал корову!!! - радостно заорал один из друзей-охотников...