Анекдоты про евреи настоящие

Результатов: 4

1

Кого спасать будем?

В 1967 году режиссер Наум Бирман снимал на Ленфильме свою первую картину «Хроника пикирующего бомбардировщика». Сегодня, спустя полвека, фильм смотрится превосходно. Советская военная классика. Его необычность в том, что три главных героя, которые в конце погибают, выполняя боевое задание, — интеллигенты. Художник, учитель, скрипач. Создателям картины (сценарист Владимир Кунин, оператор Александр Чиров) повезло: руководство Ленфильма не ожидало от проекта ничего значительного и в процесс почти не вмешивалось. Но в какой-то момент директор киностудии посмотрел отснятый материал и захотел фильм улучшить.

— Наум Борисыч! — обратился он к режиссеру, — Мы снимаем хороший, важный, патриотический фильм. Наши герои — отличные ребята и настоящие герои. Ну зачем ты их убиваешь? Я предлагаю другую концовку. Последний бой. Наш экипаж против десяти фокеров. У наших кончились патроны, кончается горючее. Их подбивают, самолет горит, идет вниз. В последний момент они выпрыгивают на парашютах. Медленно летят, садятся на лесную полянку. Тишина, земляника, как будто нет войны. Они достают самокрутку, раскуривают, передают друг другу. Начинается музыка, камера отъезжает. Конец фильма.
— Понимаете, мы их убиваем не потому, что недостаточно любим, — ответил Бирман, — Как раз наоборот. Они погибают, потому что вот такие прекрасные, талантливые, добрые и веселые ребята, созданные для жизни, действительно, гибли на войне, и часто первыми. В этом — главная мысль фильма, его сила.
— Понял, не дурак! — говорит директор, — Предлагаю компромисс: пусть спасется один. Серега Архипцев, самый из них положительный, зрелый, командир! Самолет горит, идет вниз, в последний момент Серега выпрыгивает и выживает!
— Так не бывает, — объясняет Бирман, — Командир оставляет боевую машину последним.
— Тогда пусть спасется балагур, которого играет Даль, — настаивает директор, - Самый веселый и обаятельный!
— Он не может спастись. Он стрелок-радист и находится в отдельном отсеке. У него нет люка. Если самолет подбит, он — смертник.
— Понял, не дурак! Кто у них там третий?
— Третий — Веня Гуревич. Еврей. Музыкант.
Директор задумался и после короткой паузы вынес окончательный вердикт:
— Ладно, черт с тобой, пусть гибнут все!

2

Замечательный сайт, респект авторам и всем писакам, читаю давно – гораздо лучше и содержательнее многих книг, а уж стиль и подача некоторых авторов просто, как говорил незабвенный Хрюн "внушает!". Как тут не попытаться обогатить сокровищницу мирового трепа собственным вкладом.
Есть мнение, что все акции-распродакции, скидки-шмитки, ночи черных пятниц и прочее, проводимое в россиянских мегасупершопах отдает национальным привкусом "не обманешь – не продашь". Скидки делаются, в основном, от необоснованно накрученных предварительно цен. По крайней мере, рекламная рассылка в этом убеждает – вроде: "АААаааааааа!!! Только сегодня, единственный день в столетии только с 2 до 2:10 при закладе почки людям только с глазами разного цвета мы предоставляем скидку в 500%." Заходишь на сайт, ищешь ищешь – недоумение сплошное - в чем скидка, если рядом продается все то же только дешевле и без акций?!. Все это, имха, не вызывает ничего кроме отторжения и падения уважения к продавцу, ну, да шут с ними - они тоже из тех, кто нас пытаются надуть, а таких легион. Это тоже естественный отбор – устоять и не подставиться. Суть в том, что в данном вопросе оказалось, что не только нас продавцы за лохов держат: просвещенная Ивропа имеет таки те же средства, но думалось же что у них все более цивильно? Может быть...
Экой заход получился длинный, история то, собственно с вершок. В солнечном городе Барселоне случайно выпало мне оказаться и сопровождал меня там замечательный парень Саша - барселонец белорусского происхождения, спасибо ему за знакомство со страной. Когда время неумолимо приблизилось к необходимости закупить разных сувениров, он уверенно повел меня в местный магазинчик – ибо где же настоящие испанские (каталонские, да) продукты покупать. Ну и бродим мы с ним между рядов, всяких хамон, оливки и вина покупаем, а он себе домой продукты попутно набирает. И показывает мне – смотри какие тут скидки здоровские: висит типа желтый ценник – например яйца – только сегодня по 1,40 местных еврей (могу в цифре уже ошибиться). Во! – говорит Саша: "мелочь, а приятно! Посмотри-ка, под ценником скидки остался регулярный ярлычок (чего выкидывать то – завтра ж опять менять). Ну дальше неинтересно поскольку очевидно – на ежедневном ценнике без скидки была точно та же цифра 1,40. Родина стала ближе и приятельски подмигнула.

3

Знакомый рассказал, как получал гринкарту жене. Когда познакомились, он давно жил в США, а она там училась. Чтобы поменять ее студенческую визу на постоянную, надо было пройти собеседование в иммиграционном отделе. Супругов допрашивают порознь, задают каверзные вопросы друг о друге и сверяют ответы, чтобы выявить и отсеять фиктивные браки. Рассказывают, что заворачивали давно живущие вместе пары из-за ошибки в цвете постельного белья или зубной щетки.

У Димы с Яной любовь и брак самые настоящие, доказательство осенью идет во второй класс и еще одно на подходе. Но на момент собеседования они жили в разных городах, съехаться не могли (он работал, она доучивалась), встречались раз пять в разных экстремальных поездках и о быте и привычках друг друга знали чуть более чем ничего. Лихорадочно зубрили цвета зубных щеток и очень боялись ошибиться. И тут Дима видит в русской газете объявление: «Научу, как пройти собеседование на гринкарту. Гарантия 100%, оплата по факту».

Созвонился, приехал. Махонькая комнатка с вывеской «Нотариус». Сидит старый еврей, заодно продает русские книги и принимает посылки за океан. Выслушал Димины опасения и говорит:
– Вы знаете, молодой человек, все эти вопросы о зубных щетках – фигня для отвода глаз. Все дело в холле, в котором пары ждут собеседования. Там стоят камеры, и чиновники следят, как люди себя ведут, пока на них будто бы никто не смотрит. Когда человек заходит в кабинет, о нем уже давно все ясно – фиктивный у него брак или нет.
– Так что, нам держаться за руки и целоваться каждую минуту?
– Нет, это дешевый трюк, на него не купятся. Надо действовать более тонко...

И вот собеседование. В холле Яна берет Диму за руку и подводит к окну. Достает из сумочки новосой платок, слюнявит и этим наслюнявленным платочком вытирает какую-то соринку у него на щеке.

Им не задали вообще ни одного вопроса. Пожали руки и поздравили с получением гринкарты.

4

Наших куда только не заносит. Такие случаются кульбиты – сочинить даже в
пьяном угаре невозможно.

Жил-был тихий мальчик, студент физфака Боря Гофман, условно-русский из
приличной еврейской семьи. Обитал в московской общаге, потому что
приехал на учебу откуда-то не то из Черновцов, не то из Винницы.
Скромный юноша. По гулянкам не шлялся, в студенческих попойках замечен
тоже не был. Учился себе потихоньку.

В это время в университет прибывает группа американских стажеров. Начало
девяностых. Перестройка! Только-только разрешили в вузы пускать
иностранцев из не особо дружественных нам западных стран.

Вроде как для дальнейшей интеграции и в сугубо мирных целях. Боря к
москвичам-то толком присмотреться и привыкнуть не успел, а тут настоящие
живые американцы. Любопытство победило природную робость, и впервые за
три года обучения он выбирается на какой-то студенческий сходняк, где
происходит братание двух держав. Народ пьет, поет, танцует, слегка
фарцует, а кто-то уже и целуется. А Боря, не умеющий ни того, ни
другого, ни третьего, оказывается оттерт куда-то в район кухни, где ему
поручают ответственное дело в виде грязной посуды и сбора мусора.

За этой бытовой прозой его случайно замечает американская барышня, и
Боря западает ей в душу своей невероятной хозяйственностью и
домовитостью. Знакомятся. Начинают общаться. И он нравится ей все больше
и больше: не пьет-не курит, под юбку не лезет, яичницу сам готовит,
водит в музеи. Полгода плотного общения, и барышня отбывает в родные
американские штаты абсолютно влюбленной и покоренной. Да и Боря охвачен
романтичными чувствами и негой. Дальше происходит переписка, обоюдные
объяснения на смешанном русско-английском сленге и, как апофеоз -
решение пожениться. Поскольку студент для этой цели по-быстрому
смотаться в Америку никак не может, барышня, путем сложных шахматных
комбинаций, выколачивает русскую визу и едет к своему жениху, чтобы
скрепить чувство узами законного брака. Ну, само собой, начинается
хождение по инстанциям, пинки, отфуболивание от одного ответственного к
другому, в общем, нормальный наш сюр, без которого даже и жить было бы
неинтересно.

Но эти двое молоды и времени впереди у них навалом. Короче говоря, они
все преодолевают, таки сочетаются законным браком, и новоиспеченный муж
в обнимку с американской женой отбывает по месту своего нового
жительства. На север Аризоны, на территорию резервации индейцев племени
Навахо. Потому что любимая оказалась индианкой. И папа ее был индеец. И
вся родня тоже. Но Боря такой ерунде значения не придает, подумаешь,
удивили, он и сам представитель не менее угнетаемой нации. В общем,
живут –поживают. А через какое-то время тесть, который был - ни много-ни
мало - вождем племени, помирает. Поскольку наследников мужского пола он
не оставил, то, согласно обычаям, титул вождя был передан мужу старшей
дочери.

Так простой советский еврей Боря Гофман стал вождем индейского племени.
Мало того, благодаря стараниям соплеменников, получил место в палате
представителей. И снискал славу пламенного борца за права индейцев,
потому что в каждой своей речи с чувством говорил о том, как обижают его
народ:

- А ведь именно мы, -всякий раз напоминал он публике, -являемся
коренными жителями Соединенных Штатов Америки !

Партнеры

Реклама