На это место Вы можете поставить ссылку на Ваш сайт - узнайте условия

Результатов: 275

51

В конце 70-х и начале 80-х В Казанском университете по специальности "научный коммунизм" (да-да, была такая специальность, и не задавайте вопроса - "А бывает и ненаучный?") проходили обучение не только наши советские будущие сотрудники домов политпросвещения и прочих непыльных рабочих мест. Ну, а если карта правильно ляжет, то и обитателей ступенек в вертикали власти. А также в те годы обучались студенты из ГДР и Кубы. Проживали они в одном общежитии, было весело. Иногда даже случались интернациональные браки. До сих пор перед глазами колоритная пара - яркая блондинка из Германии вышла замуж за студента из Кубы. Он - с громадной копной черных курчавых волос,великолепно поющий на испанском песни под гитару. После окончания они поехали почему-то не на Кубу, где с позиций научного коммунизма требовалось противостоять тлетворному влиянию Запада и США, а в ГДР, где такая борьба была менее острой. Но не об этом рассказ.

Понятно, что при учебе даже по такой специальности, от иностранных студентов требовалось не только непрерывно скандировать лозунг "No pasaran!" *, поднимая вверх кулак, но и иногда читать учебники, которые приходилось брать в библиотеке. А после окончания учебного года возвращать, разумеется. И вот какой-то студент с Кубы, набрав учебников, не вернул их. Потерял - дело житейское. Но и стоимость возмещать отказался. На что библиотекарша, после продолжительных увещеваний, объявила, что заносит его в черный список. (И отныне он сможет заниматься только в читальном зале, беря книги под залог студенческого, а не читательского, билета. Это к слову). Движения " black lives matter" тогда еще не было, но вот зачатки уже были. И студент воспринял название этого списка как проявление расизма, а поскольку оказался сыном члена политбюро Кубы, успел нажаловаться и кубинскому послу в СССР. Короче, в университетском комитете комсомола были вынуждены открыть персональное дело на библиотекаршу - комсомолку, спортсменку, активистку, студентку вечернего отделения филологической кафедры. И как она не пыталась доказать, что выражение "черный список" является идиомой в русском языке, а вовсе не проявлением расизма, но по стечению обстоятельств схлопотала "строгач", правда, без занесения. Ну, нельзя было по другому, - отчитаться требовалось.

Другой бы воспринял с пониманием, но только не наша героиня. Она подала на аппеляцию, присовокупив к ней аргументированное мнение ну очень уважаемых профессоров-языковедов, и пообещав продолжить борьбу вплоть до ЦК ВЛКСМ.
И летом, когда все в разъездах, и посланники Кубы тоже, горком комсомола втихаря отменил решение нижестоящего комитета, признав его неправильным.

Злые языки утверждали, что героиня , узнав о решении, тихо произнесла "Hemos pasado!"**

Обычая житейская история...

* "No pasaran!" («Они не пройдут!») - во время Гражданской войны в Испании (1936—1939), когда войска франкистов подошли к Мадриду, лозунг использовала Долорес Ибаррури в своей речи 18 июля 1936 года.

** "Hemos pasado!" («Мы прошли») - гораздо менее известный ответ генерала Франко, прозвучал лишь через три года, после падения Мадрида за 4 дня до окончания войны.

236 +

52

Как 32 солдата и 1 женщина выживали на тропическом острове Анатахан? История с жутким финалом
На уединенном тропическом острове 1 женщина стала источником интриг, ненависти, любви, и убийств.

В конце Второй мировой войны 1 молодая женщина оказалась с 32 молодыми мужчинами, полными тестостерона, на отдаленном острове посреди Тихого океана.

Как вы можете себе представить, среди мужчин было множество драк, и все они боролись за её внимание.

Почему подобная история произошла и чем она закончилась?

История острова Анатахан

Анатахан — это крошечный вулканический остров в Тихом океане.

Являясь частью Марианских островов, Анатахан занимает площадь 33,9 квадратных километров.

Первоначально колонизированный испанцами, они позже продали этот остров немцам, которые, в свою очередь, продали его японцам.

Японцы же основали на Анатахане обширные кокосовые плантации и послали чиновника Кикуитиро Хигу присматривать за примерно 45 рабочими на этих самых плантациях.

Прибыв на место, чиновник Кикуитиро Хигу назначил заместителем своего родственника Сёичи Хигу, который приехал на остров со своей 28-летней женой незадолго до начала Второй мировой войны.

Когда Вторая мировая война началась, то все рабочие покинули остров.

Временно покинуть остров решил и Сёичи Хига. Сделать ему это пришлось, потому что он очень сильно переживал за свою сестру, и хотел забрать её с острова Сайпан, расположенном от Анатахана примерно в 120 км к югу.

Покидая остров, Сёичи Хига побещал своему родственнику Кикуитиро и своей жене Кадкузо, что он вернётся на остров через месяц, но по итогу он так и не вернулся.

Одни на острове

Спустя два года между Кадзуко и Кикуитиро завязался роман, поскольку они были единственными людьми, кто жил на Анатахане и следил за плантациями.

Вскоре они вдвоём даже решили пожениться.

Жизнь молодоженов протекала без происшествий до 1944 года, когда одним июньским утром недалеко от острова американские самолеты разбомбили три японских военных судна. Суда затонули, но несколько моряков смогли доплыть до Анатахана, где их приветствовали Кикуитиро Хигу и его жена Кадзуко.

32 выживших моряка вместе со своим капитаном пережившие кораблекрушение начали пытаться заселять остров. Первые несколько месяцев они жили, относительно комфортно: за счет местных фруктов, овощей, животных и даже варили собственное кокосовое вино.

Один из немногих случаев, когда они были обеспокоены войной, это когда американский бомбардировщик B-29 разбился над Анатаханом в 1945 году. Поселенцы разграбили обломки самолета и использовали найденные материалы для изготовления кастрюль, сковородок, посуды, ножей, укрытий и даже одежды из неиспользованных парашютов.

Проблемы между поселенцами начались в 1946 году.

Даже не подозревая о том, что война закончилась, поселенцы продолжали жить на этом острове.

А поскольку Кадзуко была единственной женщиной на острове, окруженной тридцатью мужчинами, беда не могла не случиться.

Один моряк по имени Генсабуро Ёсино закрутил роман с Кадзуко и решил убить её мужа. И вскоре её муж Кикуитиро был застрелен из боевого револьвера моряка Генсабуро.

Однако, моряк Генсабуро даже и не подозревал, что параллельно Кадзуко крутила роман и с третьим моряком, Морио Тибой, который, в свою очередь, зapeзал Генсабуро Ёсино не желая делиться своей женщиной с конкурентом.

Хотя особой красотой Кадзуко не отличалась, но всё-таки она была единственной женщиной на всём острове и вскоре она заняла место своего покойного мужа на посту главы острова, став главным объектом желания и одержимости всех мужчин.

Капитан Исида, солдат самого высокого ранга, надеялся уладить соперничество между своими людьми, женив самого озлобленного и конфликтного Риичиро Янагибаси на Кадзуко. Загадочным образом новый муж утонул (вскоре) после свадьбы.

Кадзуко решила взять себе ещё четырех мужей, каждого из которых последовательно убили другие моряки в безумной поxoтливой мести
Моряки прозвали Кадзуко "Пчелиной королевой", и все они были готовы сражаться и убивать из-за неё. Но конечно вражда велась не только из-за Кадзуко, но и из-за того, кто же станет главной всей плантации.

Всего в схватке за сердце женщины погибло 11 человек. У последнего погибшего моряка было обнаружено 13 ножевых ранений, полученных в результате жестокой драки из-за Кадзуко.

В июле 1950 года мужчины решили, что Кадзуко приносит больше проблем, чем пользы, и решили yбить её.

Когда Кадзуко узнала, что её жизнь в опасности, она скрылась и вовремя подала радиосигнал на другом конце острова проходящему мимо американскому кораблю, чтобы те спасли её. В другом сообщении говорится, что японец, работавший на правительство США, приплыл в Анатахан и помог этой женщине незаметно уплыть с ним на лодке.

Так или иначе, по возвращении в Японию Кадзуко некоторое время гастролировала по городам как местная знаменитость, рассказывая свою странную историю о том, как она была «Королевой Анатахана».

Как будто ее история не могла стать еще более странной, когда она вернулась в свой дом на Окинаве, она нашла своего первого мужа, Сёичи, и снова вышла за него замуж. После того как её известность угасла, Кадзуко канула в безвестность перед своей смертью в начале 1970-х годов.

Выжившие моряки продолжили жить на Анатахане ещё год год после ухода их «Королевы». США продолжали закидывать остров листовками, сообщающими им о том, что война закончилась. Когда это не сработало, самолеты начали сбрасывать письма от родственников солдат и японских властей с призывами сдаться. Наконец моряки это сделали, размахивая белыми флагами на пляже проходящему кораблю 30 июня 1951 года.

После ухода японцев небольшая группа жителей Северных Марианских островов поселилась на западной стороне Анатахана. Их эвакуировали в 1990 году после землетрясения, которое привело к серии извержений вулканов в период с 2003 по 2008 год. С тех пор остров необитаем.

История Кадзуко и её солдат была пересказана в книгах и фильмах, один из которых был снят Йозефом фон Штернбергом. Мрачные пересказы в основном изображают «Королеву Анатахана» как макиавеллистскую соблазнительницу, манипулирующую мужчинами ради собственного развлечения. Некоторые изображают ее беспомощной жертвой.

224 +

53

Сегодня можно без единого выстрела, только сообщением на пейджер или рацию вывести из строя и оставить без связи целые вооруженные группировки из десятков тысяч бойцов, превосходящие по размерам армии некоторых государств.

Но в истории военных конфликтов был уникальный случай, когда один гусарский полк, т.е. КАВАЛЕРИЯ, захватил полноценный флот противника, включающий в себя современные на то время линкоры с сотнями пушек.

Кавалеристы атаковали моряков не на берегу, и не у причалов.
И даже не в портовых тавернах, взяв в плен загулявших пьяных неприятелей.
Атака «гусар летучих» верхом на лошадях на грозные линейные корабли была произведена в море!

Всадники плыли на десантных судах, лодках и плотах?
А потом шли на абордаж, красиво гарцуя по вражеской палубе?
Нет.
Лошадки добирались по морю вплавь? При этом гусары в полной амуниции барахтались рядом и держались за конские гривы?
Категорически нет!
А может быть кавалеристы воспользовались отливом и добрались до севших на мель врагов по обнажившемуся морскому дну? Тоже нет!...
Всё было гораздо интереснее. И крайне необычно...

Это исключительное событие произошло в конце XVIII века во время так называемой Войны Первой коалиции, которую республиканская Франция вела с основными монархиями Европы.

В течение 1794 года войска французской Северной армии под командованием генерала Жан-Шарля Пишегрю заняли Западную Фландрию (сегодня это часть современной Бельгии), а в январе 1795 года вступили в Амстердам.

Заняли французы столицу Нидерландов и решили в ней перезимовать.
В один из холодных дней разведка доложила генералу Пишегрю, что в 80 километрах к северу от Амстердама на якоре голландский флот. Зима в том году выдалась чрезвычайно морозной и суровой, всё морское побережье покрылось льдом, а залив, где стояли военные корабли, замёрз. Нидерландские линкоры, к большой радости противника, вмёрзли в лёд.

Командующий французской армией Шарль Пишегрю поручил бригадному генералу Яну Виллему де Винтеру во главе 8-го гусарского полка провести операцию по захвату голландского флота по льду моря. Что и было безукоризненно исполнено в ночь на 23 января 1795 года.

Спустя годы несколько художников изобразят отважную атаку французских кавалеристов на голландские корабли. Картины получатся красивыми и героическими, но не соответствующими действительности.

На самом деле всё происходило в кромешной ночной темноте. Всадники не размахивали саблями, не неслись по скользкому льду галопом и не применяли боевой клич. Они подкрадывались тихо, чтобы их не услышала вахта. Для скрытного подхода к кораблям копыта лошадей были обмотаны тканью, а каждый гусар привёз на своём коне по одному солдату линейной пехоты. Лёд не треснул, и французская кавалерия при поддержке пехоты благополучно добралась до кораблей, застрявших в ледовой ловушке, и взяла их на абордаж.

Причём, что очень интересно: без единого выстрела и без всяких жертв с обеих сторон. Голландцы вместе со своим командующим капитулировали. В результате столь необычной операции французская армия захватила 14 линейных кораблей, 850 орудий, а также несколько торговых судов. В военную историю этот случай внесён как уникальный пример успешной и бескровной атаки флота кавалерией.

297 +

54

Не мое. Понравилось. Хочу поделиться. На анекдот или фразу не тянет, выкладывать картинкой в мем - позорно, так что копирую в истории.
https://t.me/kramnikcat/4936
Что Ришелье в «Трех Мушкетерах» один из трех положительных героев, это и так понятно, да и Дюма в «20 годах спустя» об этом пишет прямо, словами Атоса у гроба Людовика XIII.

Второй это старший оперуполномоченный по особо важным делам (ЗЫ: если не первый замначупр) граф Рошфор, работающий рукой кардинала в раздираемой внутренними конфликтами и находящейся под угрозой войны одновременно со всеми крупными соседями стране.

Третий – король, он назначил компетентного кадра и не мешает ему работать, несмотря на жалобы, кляузы и собственные депрессивные эпизоды.

А троица поставщиков сюжета для боевика вместе с Д’Артаньяном – организовала ОПГ в воинской части, еще и со связями с врагом в ходе прокси-войны. И тот же Атос 20 лет спустя у той же могилы правильно вспоминает о том, чем это могло для них закончиться.

290 +

55

- С неба звёздочка упала
Прямо милому в штаны.
Пусть бы всё там разорвало,
Лишь бы не было войны.

- Рабинович, чего это вас потянуло на частушки на заседании военного кабинета? Мы обсуждаем серьезный вопрос - противодействие Хизбалле. Хотя, знаете, что-то в этом есть.

175 +

56

Осветить весь целый город от одной лампочки. История без хеппи-энда.

Яков Меридор родился в Польше под именем Яков Виников в 1913 году. В 1932 году он приезжает в подмандатную Палестину и меняет фамилию на «Меридор» -- поколение неповиновения. Он присоединяется к движению Эцель, со временем становится его командиром, а потом по-дружески уступает эту должность Менахему Бегину. А потом было подполье, ссылка англичанами в Африку и, наконец, основание еврейского государства.

Меридор стал членом кнесета от партии Бегина «Херут». Иногда он уходил из политики в бизнес. В 60-70 он занимался грузоперевозками сельхозпродукции между Израилем и Европой. У компании Меридора был целый флот из 42 кораблей. Казалось бы, жизнь удалась, и историю можно на этом закончить, но…

Из-за энергетического кризиса 1973, когда правители стран персидского залива решили в пику Израилю не продавать миру нефть, фирма Меридора обанкротилась. Он тогда очень обиделся на шейхов Персидского залива, и думал как отомстить, пока государство покрывало его долги.

В Кнесете 1981 его друг Бегин, будучи премьером, назначает Якова Меридора министром экономики и межминистерской координации.

Параллельно он был подрядчиком такого количества госпроектов, что о нем тогда писали, что может проще уже совсем отдать все подряды в этой стране Меридору, когда узнал, что тот подрядился строить по госзаказу еще 90 квартир.

Он был селебрити. Он знал всех, его знали все. Государство, как правило, оплачивало его провальные бизнес проекты и закрывало глаза на долги.

И вот в 1981 он встречается с человеком по имени Дани Берман, и объявляет о том, что на основе его научного открытия, Израиль совершит энергетический прорыв. Это взрывает прессу.

Он говорит в интервью на радио и телевидении: «Представьте, что вы сможете из 23 калорий получить 700. Энергией, достаточной для одной лампочки мы сможем осветить весь Рамат Ган!». Или «Это изобретение удешевит электроэнергию в 5 раз».

Примерно 20 физиков Техниона и института Вайцмана написали открытое коллективное письмо, что речь идет мошенничестве.

В ответ Меридор заявил, что самолеты, прилетающие в Израиль уже полны промышленных шпионов-антисемитов, чтобы украсть у Израиля научную тайну. «Я сделаю так, что нефтяные шахты будут не нужны. Маргарет Тэтчер больше не надо будет целовать сандалии арабских шейхов!» А еще он добавил, что ученный Дани Берман реально начал опасаться за свою жизнь, потому что Израилю пытаются помешать стать энергетической сверхдержавой.

СМИ начали просить подробности и Меридор по секрету рассказал, что речь идет об извлечении энергии из пшеницы, росшей под определенным углом недалеко от Иерусалима. И что это изобретение на основе текста Талмуда. В общем это пахнет так, как это пахнет.

В марте 1982 года он даже показал «великое изобретение» в прямом эфире в прайм-тайм. Был виден какой-то генератор и провода, идущие от него. Ведущий сообщал, что он тут в студии видит источник энергии, но их опасений промышленного шпионажа, его не покажут телезрителям.

Тем временем подоспело расследование газеты Маарив о том, кто на самом деле такой Дани Берман, ученный стоящий за чудо-изобретением. Оказалось, что он подделал документы, удостоверяющие что он доктор акустики и специалист по электрооптике. Мало того, на момент, когда он встречался с Меридором впервые, он отбывал условный срок, за подделку военных документов. После войны судного дня он ходил в форме майора, будучи при этом младшим сержантом. Ну а великое изобретение – паровой двигатель, где вместо воды используется аммиак, что делает его КПД 37% вместо 35%, но сильно удорожает обслуживание и содержание.

Даже для Израиля 80-х это была политическая смерть. Якова Меридора стали в лицо называть шарлатаном. Он стал парией во всех высших политических кругах, в какой-то момент даже сознался что он министр «не-пойми-чего» и умер в безвестности в 1991.

Ицхак Шамир, бывший премьер Израиля и товарищ Меридора по подполью, который произносил похоронную речь над могилой Меридора, сказал:
«Яков Меридор был великим и смелым человеком, действовавшим на благо своей страны. Жаль, что все это забылось из-за одного грустного инцидента…»

315 +

57

Звонок из глубины океана, длиною двое суток и ценою 28 жизней

Это история об очень длинном телефонном звонке. Именно звонке — это
когда телефонный аппарат издает звенящий звук «др-р-р-р-р-ринь».
Пожалуй, это был самый длинный телефонный вызов в мире, но, к
сожалению, представителей Книги рекордов Гиннесса не было рядом, чтобы
зафиксировать это.

Вот представьте себе картину: Северная Атлантика, бескрайний океан
спокоен и ленив, и среди ледяных волн плавает буй, на котором стоит
старинный телефон и бесконечно звонит. Кристально чистый воздух
разносит на несколько кабельтовых эту леденящую душу трель, эту мольбу
о помощи. На другом конце провода… на глубине 60 метров… 28 человек
очень надеются, что кто-то услышит этот звонок, поднимет трубку и
спасет их. Это был звонок длиною двое суток. И ценою в 28 жизней. Вам
интересно? Итак, обо всем по порядку.

В начале XX века в Соединенных Штатах Америки строились подводные
лодки серии S. Их было выпущено 36 штук. Для своего времени это был
вполне удачный проект. Некоторые субмарины серии S дожили до 40-х
годов и даже принимали участие во Второй мировой войне — барражировали
в районе Алеутских и Соломоновых островов в Тихом океане.

На палубе субмарины под номером S-1 был оборудован цилиндрический
ангар. В нем размещался сборно-разборный биплан Martin MS-1. Но
дальнейшие испытания не показали никаких достоинств подлодки в
комплекте с гидросамолетом, и эксперименты в этом направлении
прекратили. Моряки попозировали на его фоне для потомков, и его
отправили в утиль.

Субмарина — героиня рассказа носила номер S-5. Она была спущена на
воду в 1919 году, а в августе 20-го приступила к ходовым испытаниям.
Проверка всех систем и механизмов проходила в Северной Атлантике,
недалеко от мыса Делавэр. Все шло своим чередом, экипаж привыкал к
своему боевому кораблю и четко выполнял приказы капитана. Все задачи
были выполнены, и остался только последний экзамен — экстренное
погружение.

Капитан корабля Чарльз Кук дал команду на погружение. При этой команде
самое главное — не забыть закрыть клапан главной вентиляционной
магистрали, которая снабжает подлодку наружным воздухом. Но старшина,
который заведовал этим клапаном, то ли замешкался, то ли растерялся,
то ли думал о чем-то сухопутном и приятном.

И он не успел его закрыть. Случилось cтрашное: одновременно во все
отсеки лодки через систему вентиляции мощным потоком хлынула вода.
Пока все нужные клапаны не перекрыли, лодка набрала много тонн воды и
легла на дно. Больше всего пострадал носовой отсек с торпедными
аппаратами — он был полностью затоплен. Глубина в том месте оказалась
небольшой — всего 60 метров, но это мало добавляло оптимизма. Потому
как подать радиосигнал бедствия через толщу воды тогда было технически
невозможно. Экипаж прекрасно понимал, что их никто и никогда не найдет
на этом богом забытом дне у мыса Делавэр.

Вы не знаете, есть ли в английском языке аналог фамилии Кулибин? Ну, если есть Мистер Been, почему бы не быть мистеру Cool-i-Been-у. В общем, в экипаже субмарины S-5 нашелся свой Coolibeen. Вероятнее всего это был либо радист, либо электрик. Он нашел длинный кабель,
подсоединил его к корабельному телефону, прикрепил телефон к
сигнальному бую и отправил его на поверхность. Вот так в открытом
океане раздался обычный телефонный звонок. Ледяные хрустальные волны,
и над ними леденящий душу «др-р-р-р-ринь!».

Телефонный сигнал «Спасите наши души!» раздавался долго. Очень долго.
Десять часов. Для людей, запертых на глубине, каждая минута тянется
как вечность. Проблема усугублялась тем, что тот район был
малосудоходным, и телефонный СОС могли услышать только чайки да
альбатросы. И тогда капитан, носящий замечательную морскую фамилию
Кук, принял очень важное и волевое решение. Если говорить по-русски,
то он решил поставить свой корабль «на попа». Глубина — 60 метров, а
длина подлодки — 70, а это значит, если удастся поставить ее
вертикально, носом на грунт, то кормовая часть будет выдаваться над
водой. А это уже кое-что — такой «поплавок» трудно не заметить.

Идея, конечно, очень рискованная. Главная опасность при таком маневре
— это кислотный электролит из аккумуляторов, который может разлиться и
своими ядовитыми парами отравить людей. Но экипаж поверил своему
капитану. Сообща офицеры и механики разработали подробный порядок
действий для каждого моряка, и оставалось только надеяться на точный
расчет и слаженность действий всей команды.

И вот раздалась неслыханная до сих пор в морской практике команда:
«Приготовиться к всплытию кормой!» Стальная сигара подлодки плавно
пошевелила кормой, та стала подниматься… и через несколько минут
субмарина уже стояла практически вертикально, с небольшим наклоном,
мягко опираясь носом на грунт. Вы представляете, что в это время
творилось внутри? Тонны воды хлынули в носовые отсеки, сметая все на
своем пути. Стоявшие наготове моряки выдернули за руки последнего
моториста и с трудом успели задраить люк, ведущий теперь уже вниз.
Экипаж собрался в кормовом отсеке-поплавке. Живы были все. А над
океаном продолжал раздаваться одинокий и печальный телефонный звонок…
Он пугал пролетающих мимо чаек и проплывающих косаток почти двое
суток.

И тут подводникам несказанно повезло — по удачной случайности
неподалеку проходил военный транспорт «Алантус».

Сначала вахтенный увидел на поверхности огромный буй удивительной
конструкции с торчащими винтами, а потом услышал звонок телефона.
Тогда матрос решил, что сходит с ума.

Когда моряки «Алантуса» подошли на шлюпке, один из них снял трубку и
спросил: «Алло, а что это за судно?»

Ему ответили: «Американская субмарина S-5»…

Матрос с трубкой был крайне удивлен, растерян и обескуражен, но вслух
сказал совсем другие слова (матерно-морские), а потом ничего лучше не
придумал, как спросить: «Куда вы направляетесь?»

На что получил шикарный американский ответ: «Прямо в ад!»

В этот день ни черти в аду, ни ангелы в раю так и не дождались 28
человек, уже внесенных в их списки. Командир подлодки и моряки
«Алантуса» нарушили все их планы. Подводники были спасены. Последним
свой корабль покинул капитан Кук. Этот отважный и смекалистый офицер
спустя 20 лет станет командиром линкора «Пенсильвания» и вместе с ним
переживет воздушную атаку японских камикадзе в Пёрл-Харборе После
войны Чарльз Мейнард Кук-младший дослужился до звания адмирала и был
назначен командующим 7-м американским флотом в Тихом океане.

315 +

58

- Самое необъяснимое? Самое- самое? Чтоб на всю жизнь запомнилось? Как тебе сказать…

Лёха задумался. То есть это он для меня был Лёха, а для всех остальных – Алексей Михайлович – главврач поликлиники номер десять, что на проспекте Шаумяна, на Малой Охте.

Когда- то мы вместе в пионерлагере отдыхали. Если ездишь туда каждый год, постоянно, неизбежно сталкиваешься с такими же, почти аборигенами, что составляют ядро лагерного коллектива. Мы с Лёхой там и познакомились – кочуя из лета в лето из младших в старшие отряды.

И детство и юность остались в далёком прошлом, однако все эти годы мы поддерживали контакт, встречаясь пару раз в год. Несмотря на то, что по жизни шли совершенно разными дорогами.

Вот и сегодня, мы приехали к Лёшке на дачу, посмотреть, что у него там с горячей водой - он в этом не понимал ничего, а мне понадобилось полминуты, чтобы поставить диагноз, крутануть отвёрткой, и двухконтурный котёл снова заработал в штатном режиме – отопление и горячее водоснабжение.

Зная, что без коньяка не обойдётся, я предусмотрительно поехал на его машине пассажиром, рассчитывая вернуться на электричке – от Лёхиного дома до платформы было пять минут ленивым шагом.

А под коньяк разговорились обо всяких потусторонних явлениях.

- Самое необъяснимое, говоришь? Гм. Я за тридцать- то пять лет всякого навидался. Но вот этот случай забыть не могу. Слушай.

- После ординатуры я работал дежурным врачом в районной поликлинике. То ещё веселье. За день так набегаешься, придёшь домой, телевизор включить сил нет.

- Была у меня тётушка двоюродная, жила неподалёку- я к ней частенько захаживал- а у неё сосед по коммуналке – Пётр Маркович. Сам он человек был замкнутый, молчаливый, но с тёткой у них были хорошие отношения – вот она мне про него и рассказывала.

- Судьба у него неуклюже сложилась. Родители у Марковича были дворянского происхождения, и вырос он в просторном уютном доме с огромным садом. До войны со своим отцом каждое лето ездил в Крым отдыхать- семья была обеспеченная. Мать у него умерла, когда ему было ещё лет десять, отец, погодя завёл вторую семью – ну, Марковича это не очень касалось – он с удовольствием учился, школа, потом техникум какой- то механический, преподавателем у них там был бывший Голландский подданный Якоб Струве, и курс он им читал на трёх языках- Русском, Английском и Французском.

- Перед самой войной отцу Марковича припомнили, что в Гражданскую он был вольноопределяющимся в Белой армии, и тому пришлось бросать всё – он ушёл на фронт добровольцем в первые же дни войны. Погиб зимой 43- 44. Но это позже выяснилось.

- А самого Марковича призвали в сорок третьем – как восемнадцать исполнилось. Повоевать серьёзно не пришлось – после школы младших командиров был направлен на передовую, а весной сорок четвёртого тяжело ранен. Предлагали инвалидность – отказался. До осени сорок пятого служил во втором эшелоне, как ограниченно годный.

- Демобилизовавшись понял, что возвращаться ему некуда- отец погиб, дом давно национализировали, лезть в чужую семью смысла не было- его приютила родственница – комната у той была в центре – на Фонтанке. Прописку ему оформили, но так как места там было мало, то Маркович спал на раскладушке, на лестничной площадке.

- Разыскал своего учителя – чему оба несказанно обрадовались- Маркович, что Якоб Иванович выжил в блокаду, а тот – увидев своего лучшего ученика. Надо было пройти ускоренно последний курс техникума. Конечно, что- то подзабылось за три года, но общими усилиями осенью сорок седьмого диплом техника- механика по металлорежущим станкам был успешно защищён и получен.

- Петер, говорит Якоб Иванович, чему вы дальше собираетесь учиться?

- Посмотрим, подумаю. В этом году уже никуда не поступить, сентябрь кончается, а там определюсь и решу.

- Петер, из вас получится дельный инженер – я хочу вам немного оказать поддержку.

И в Ленинградский Военно- механический институт Пётр Маркович поступал в сентябре, без документов, без экзаменов, с короткой запиской- «Иван Иваныч, прими». На самый престижный факультет с засекреченной тогда специальностью- ракетостроение.

- Учиться и работать было непросто, но Маркович упрямо старался – и был лучшим. Родственница его переехала, комната на Фонтанке досталась ему в единоличное пользование, человек он был неприхотливый, несмотря на золотое дворянское детство. Мучал только хронический недосып – от обычного будильника проснуться было невозможно. Маркович собрал схему- будильник только замыкал электрическую цепь, а от него срабатывал трамвайный звонок – и просыпался весь двор.

- В пятьдесят третьем году Маркович получил диплом инженера. Только что не стало Сталина.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

- Лёшенька, говорю, ты бы ещё от Рождества Христова своё повествование начал.

- Ну извини, долго получается. Но это сейчас для разговора долго, а для меня эта история на десять лет растянулась – с восемьдесят пятого, когда мы познакомились, до девяносто пятого, когда он умер. Ты слушай, интересный мужик был.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

- Как лучшего из выпускников, Марковича распределили в наиболее перспективное место работы. С.П.Королёв руководил не только полётами в космос, он сформировал конструкторское бюро, которое занималось военными вопросами. Ковали ядерный щит СССР. И вот тут Марковичу не повезло. Уровень секретности в бюро был такой, что каждого кандидата в особом отделе проверяли вдоль и поперёк- как под микроскопом.

- Происхождение дворянское, отец- чуть ли не враг народа, ну и что, что погиб в Отечественную? А в Гражданскую он что делал? Вот так. Это нынешним не понять, мы- то с тобой ещё помним те порядки…

- Он проработал в этом конструкторском бюро тридцать лет, занимая должность завсектора бытовых разработок. Какие- то пневмоприводы, приспособления для станков, прочая мишура. Один раз даже чуть ли не известность получил – это именно Маркович спроектировал и запустил в производство знаменитый туристский примус «Шмель». Его потом на многих заводах десятками тысяч штамповали.

- На самом деле, насмешка, конечно. Маркович- то мечтал оружие ракетное разрабатывать. А пришлось смотреть, как другие получают ордена и Государственные премии, гордятся своим делом- на благо страны трудятся, на самом переднем крае. И продолжать заниматься бытовухой.

- Ему не доверяли даже переводить иностранные материалы по основной тематике КБ. Хотя лучше него мало кто мог это сделать.

Что делает русский человек в такой ситуации? Правильно. Вот и Маркович помаленьку стал прикладываться к зелёному змию.

Выйдя на пенсию в восемьдесят пятом, он сменил работу. Поближе к дому – мы с ним тогда и познакомились. К тётушке своей захожу – как здоровье проведать – Пётр Маркович, говорю- давайте и вас посмотрю, давление померяем.

- Спасибо Алексей, не надо, я себя вполне прилично чувствую.

И действительно, для пенсионера он выглядел довольно бодро. Вначале. В течении десяти лет я наблюдал, как меняется одинокий пьющий человек. Печально было смотреть на это.

Он никогда ни на что не жаловался, не позволял себе не то, что выругаться, но даже повысить тон в разговоре. Никогда не скандалил, ни к чему не придирался, всегда вежлив, корректен - происхождение. Пил у себя в комнате один, и просто отключался там. Тётушка моя его любила –

- Сейчас таких людей не бывает. Ну и что, что пьёт? Знаешь, какой мужик замечательный?

- Пётр Маркович, простите, говорю- не моё дело, но вам бы поменьше по этому делу прикладываться. Этак никакого здоровья не хватит.

А он мне-

- Алексей, как по вашему, что в жизни самое главное?

- Семья, работа, призвание?

- Самое главное – постараться прожить, не совершив зла. Оградить себя от злобы, корысти и зависти. Не у всех получается- но стремиться к этому надо.

- Вот такой был человек. К сожалению, если уж начал пить, удержаться на одном уровне не получится – это я тебе как врач говорю. И Маркович не стал исключением. В девяностые к нему в комнату войти уже было проблемой - он перестал убираться, менять бельё на постели – ей старый диван служил. В комнате стоял такой запах, что прежде чем войти, нужно было сделать несколько глубоких вдохов, и ни в коем случае не дышать носом – иначе с непривычки могло и до рвотного спазма дойти. Курил он ещё много – вот всё это вместе ту атмосферу и составляло. Ну и тараканы, конечно.

- Маркович ослаб, плохо двигался. Работать уже не мог, но пенсия у него, как у ветерана, была большая- хватало и на еду и на выпивку. Когда я его впервые увидел, это был крепко сложенный мужчина, выглядевший моложе своего возраста. А тут сдал, как- то резко постарел, высох весь – половина от него осталась. Глаза слезятся, руки дрожат. Печальная картина. Тётушка звонит- Лёша, зайди, посмотри соседа моего, совсем плох стал-

- Последний раз я видел его так – постучался, вошёл к нему, несколько раз глубоко вздохнув – аж глаза защипало от духа. Пустые бутылки стоят в ряд у дивана, Маркович ворочается, засыпает.

- Алексей, укройте мне спину, пожалуйста – тоном совершенно трезвого человека. Нет, спасибо, не надо никаких осмотров, я себя хорошо чувствую.

- Укрыл. Вышел. Отдышался. Ну что тут сделаешь? Не навязываться же?

- А утром тётушка звонит – Лёша, приезжай. Время десятый час, Маркович с утра не выходит, молчит, мне страшно.
Приехал. Постучал. Не отвечает. Сделал несколько глубоких вдохов, помятуя об атмосфере, вошёл. Ну так и есть. На диване лежит остывший Пётр Маркович. Но. Комната преобразилась.

- Совершенно исчез куда- то этот спёртый воздух – не поверишь, свежо, как в лесу после дождя, лучи солнца на стенах, и запах земляники. Я много смертей видел, но эту забыть не могу – он выглядел, как будто с него самого статую изваяли мраморную – гордо и спокойно, как Римский сенатор.

- Я рот раскрыл, двинуться не в состоянии, ноги ватные, будто кто- то держит, и ощущение такое – не комната это, а часовня – муха жужжит под потолком, а мне кажется- вроде литургию поют. Наваждение.

- Тётушка расплакалась, увидев. Потом всё крестилась и повторяла – «Как праведник ушёл, как праведник».

- И последнее – оттуда разом исчезли все тараканы. Как и не было. Вот этого я вообще объяснить не могу.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

- Ну Лёха, ты даёшь. Да ну тебя, с твоими воспоминаниями. Мистика какая- то. Наливай лучше, давай помянем твоего Марковича, видать действительно достойный мужик был…

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Я ехал домой на электричке и думал об этой фразе – прожить, не совершив зла…

268 +

59

Смоктуновский всю жизнь скрывал правду о себе. Никто не предполагал, что все сыгранные им роли замешаны на чудовищном личном горе.
Он играл гениев и неврастеников, говорил, что его характер сформировали пережитые страдания, считал себя типичным порождением своего времени. «Я – актер космического масштаба», – говорил Смоктуновский. При этом умудрялся быть человеком скромным и скандальным одновременно. Перед камерой в работе над картиной порой робко шептал слова, а в жизни устраивал шумные драки с мордобоем и битьем тарелок, выясняя отношения с любовником первой жены.
Внешность аристократа – крестьянское происхождение – сломанная судьба – еврейская фамилия. Говорили, что он – обласканный властями, успешный советский артист. Но никто не предполагал даже, что все сыгранные им роли замешаны на чудовищном личном горе.
На самом деле его фамилия Смоктунович. Писал в анкетах, что белорус, но обманывал. Смоктуновский происходит из семьи польских евреев, его прадед был сослан в Сибирь за участие в польском восстании 1863 года. Родился актер в селе Татьяновка Томской области. Потом семья переехала в Красноярск, где так сильно голодала, что в пятилетнем возрасте его и брата родители просто выгнали из дома – не могли прокормить. Его приютила и воспитала тетка. Воровал на рынке, чтобы выжить. Брат Иннокентия вскоре умер.
Учился Смоктуновский плохо, оставался на второй год. После школы мобилизовали и сразу отправили на фронт – в самый ад – на Курскую дугу. Уже через несколько месяцев Иннокентий Смоктуновский оказался в… фашистском плену.
Рассказывая позже об этом времени своей жизни, актер говорил, что всегда чувствовал, что его кто-то защищает. Он верил в чудеса. Уверял, что ни разу, побывав в самом пекле войны, не был ранен.
«Когда я был на фронте, рядом со мной падали и умирали люди, а я жив… Я ведь тогда еще не успел сыграть ни Мышкина, ни Гамлета, ни Чайковского – ничего! Судьба меня хранила».
Рукой провидения он считал и то, что его, сбежавшего от фашистов, умирающего от истощения мальчишку, пустили в дом, спасли, выходили в крестьянской избе совершенно чужие ему люди, которых нашел и отблагодарил после войны.
Он был замкнутым и тревожным. В юности актером быть и не мечтал даже. Приятель поступил в студию при Красноярском драмтеатре, и он пошел за компанию. Профессию, которая стала делом жизни, получал с 1945 по 1946 год, вернее, всего 3 месяца – потом его выгнали за драку с формулировкой «Противопоставил себя коллективу». Сразу же «обнаружились» факты его пребывания в плену. И тогда он сам себя сослал в Норильск. Уехал туда, рассуждая так: дальше, чем этот город-лагерь, ссылать некуда. Именно тогда он и поменял фамилию Смоктунович на Смоктуновский.
Ему предлагали фамилию Славянин – не согласился. В Норильске он узнал, что такое гомосексуализм (среди зэков были люди с нетрадиционной ориентацией).
На Севере Смоктуновский заболел цингой и лишился всех зубов. Чтобы спасти жизнь, уехал из города и год работал дворником. Потом поступил в сталинградский театр, женился в первый раз.
Всю первую половину жизни – юность, молодость – он страдал. От голода и нищеты, от неразделенной любви (первая жена Римма Быкова изменила ему и вскоре оставила), от непонимания окружающих, от неприятия и насмешек коллег. Он дрался, замыкался в себе, учился выживать и, несмотря ни на что, верил в лучшее будущее.
В 1955 году Смоктуновский едет в Москву. Его никто не ждет и не зовет туда. Живет у друзей, пытается найти работу в театре – не берут. Ночует в подъездах на подоконниках. В одном лыжном костюме слоняется неделю на улице – люди, у которых он остановился, уехали в отпуск и не оставили ключей.
И тогда произошло чудо. Он любил его вспоминать: «Как хорошо жить, до удивления хорошо просто жить, дышать, видеть. Я есть, я буду, потому что пришла она».
Смоктуновский встретился со своей будущей женой – Суламифью в Ленкоме. Она работала костюмершей. «Я тогда впервые увидел ее… Тоненькая, серьезная, с копной удивительных тяжелых волос. Шла не торопясь, как если бы сходила с долгой-долгой лестницы, а там всего-то было три ступеньки, вниз. Она сошла с них, поравнялась со мной и молча, спокойно глядела на меня. Взгляд ее ничего не выспрашивал, да, пожалуй, и не говорил… но вся она, особенно когда спускалась, да и сейчас, стоя прямо и спокойно передо мной, вроде говорила: «Я пришла!» Ну вот поди ж узнай, что именно этот хрупкий человек, только что сошедший ко мне, но успевший однако уже продемонстрировать некоторые черты своего характера, подарит мне детей, станет частью моей жизни – меня самого».
С этой встречи его жизнь стала другой. У него появились дом, работа, дети – Филипп и Маша. Будущая супруга – 28-летняя Суламифь имела много друзей в столичной артистической среде. Она ни разу не была замужем и не торопилась. Была счастлива и самодостаточна. Смоктуновского представили Ивану Пырьеву, который распорядился пристроить актера в Театр-студию киноактера.
И вот тогда появились настоящие роли. Мышкин в БДТ у Георгия Товстоногова, благородный жулик у Рязанова в «Берегись автомобиля». В амплуа Смоктуновского – Гамлет, Чайковский, Моцарт, Бах… В великих он видел смешное и, по сути, играл в кино и на сцене самого себя. Появились почитатели и завистники.
– Папа мне рассказывал, что некоторые коллеги писали на него доносы то ли в Госкино, то ли в Союз кинематографистов, – рассказывал сын Смоктуновского Филипп. – Так они, как им казалось, защищали интересы советского искусства.
Смоктуновский был актером, нарушающим все правила и совместившим все противоречия. Великим юродивым, своим в доску и не от мира сего. Барином и крепостным. Может, и не советским, но родным.
«Он привлекает тем, что в нём горит какой-то внутренний свет, я иначе это не могу назвать. Он поражает меня загадочностью своего творческого процесса — его нельзя объяснить. С ним нельзя работать, как с другими актёрами, его нельзя подчинить логикой, ему надо дать жить…»
Г. Козинцев.

337 +

60

Уроки истории

Дед моего знакомого оказался в блокадном Ленинграде один, без семьи, в маленькой комнатке коммуналки. Взрослый сын работал на другом конце СССР, дочка же вышла замуж и вообще жила в Казахской ССР. Работал в ВУЗе на мелкой хозяйственной должности, чуть ли не уборщиком. До работы - путь через весь город. И обратно так же. Размер пайки - как у всех. Сверху - ни грамма. Альтернативных источников питания - ноль. И при этом дед выжил, и даже не сильно голодал. Когда отец рассказчика спрашивал деда о том, как ему это удалось, тот рассказал:
Сынок, я до 1937 года был в ВУЗе профессором истории. Начались чистки и я решил сам уйти "с должности", ибо желавших подсидеть и написать донос была уйма. Ректор помог устроиться на мелкую хозяйственную должность. Повезло - меня не арестовали в те страшные годы. Но до этого я пережил Революцию и Гражданскую войну, смену денег и многое другое.
А ещё как историк я много читал. И знаешь - усвоил одно золотое правило. Началась война - не важно, кто победит, и как быстро. Просто запасай провизию. Обойдется - раздашь по друзьям-знакомым. Так вот, я через неделю после начала войны смог заказать большой железный короб с замком, в который закупил на все скопленные в былые годы деньги различных круп и сушеного мяса. Ящик надежно оберегал еду от крыс и других желающих поживиться в мое отсутствие.
Помогал ли я соседям? Да, но только детям и чуть-чуть, иначе не выжить самому. А я очень хотел дожить до Победы и увидеть внуков. На этих запасах я смог продержаться самое голодное время.

P.S. Пару лет назад 2 моих хороших друга сделали себе полноценные погреба с провиантом на полгода для всей семьи.
По итогу один из них начал торговать продуктами мелким оптом:))

301 +

61

Племянника своего, Вовку, Григорий Иванович любил. Так получилось, что свои дети у него давно выросли, жили самостоятельно, а брат его младший семьёй и детьми обзавёлся поздно, да и неустроенный был – жизнь так складывалась. Поэтому шестилетний Вовка частенько гостил у дядюшки. Вот и в этот раз, на майские выходные он с удовольствием приехал к дяде Грише на дачу.

Парень был неглупый, смышлёный, вечно с вопросами приставал – видно, дома им не сильно занимались. И то сказать, отец с утра до вечера пашет – семью обеспечивать, а мама (бестолковая, с точки зрения Григория Ивановича) не работала, торчала с утра до вечера на собраниях своей дурной секты - не то сайентологов, не то свидетелей Иеговы – мы тут люди простые, в сортах дерьма не разбираемся.

- Вовка, ты где? Принеси мне шуруповёрт из сарая!

Надо было дверцу задней калитки поправить - покосилась.

- Дядь Гриша, можно спросить, а чудеса бывают?

- Конечно бывают. Ещё какие.

- А правда, какие?

- Какие? Ну ты вопросы задаёшь. Всякие. Бывают добрые - о таких потом всю жизнь с теплом вспоминаешь, бывают непонятные – только чувствуешь нечто потустороннее – вроде бы безвредное, но чужое и могучее настолько – аж страшно становится. А бывают и недобрые чудеса. Ледяные, злобные. С такими лучше не сталкиваться. Ну, от человека здесь мало что зависит. На то они и чудеса.

- А меня вот мама позавчера в магазин послала, ну я там на стойке её кошелёк и забыл - домой пришёл, она как раскричалась! Пришлось обратно идти. Кошелёк за стойку завалился, представляешь? И там лежит. Ну разве не чудо?

- Что же это за чудо? Просто стечение обстоятельств. Повезло.

- И что тогда настоящее чудо?

- Сложно сказать. Когда это происходит - понимаешь, что в нашем, привычном мире такого быть не может, а оно всё равно случается. Когда на тебя, как волной накатывает чувство, что ситуация – явно из потустороннего, и сделать ты с этим ничего не в состоянии, а в силах только ждать событий, и наваливается не то ужас, не то восторг – или и то и то вместе. Говорю же сложно объяснить.

- А с тобой так бывало?

- Бывало.

- Дядь Гриша, расскажи?

- Хех. Таких и слов–то нет в человеческом языке, чтобы это рассказать. Мне тогда лет было, как тебе теперь. А отца твоего ещё и вовсе на свете не было. Отправили меня на месяц под Зеленогорск - в детский санаторий. Ничего так, интересно. И Новый Год там встречали. Санки, лыжи, ёлка, снежная баба – красота.

- Однажды ночью я сам не понял, от чего проснулся. Не то тревога непонятная, беспокойно. Будто что-то происходит, а что - не пойму. Прилип носом к окну и гляжу на улицу. Ночь, снег, полная луна светит ярко, как прожектор, небо чистое, звёздное, для Ленобласти это редкость. Заснеженная ровная поляна и тишина. И вроде как никого вокруг – один я на всём белом свете.

- Вот от этой тишины и чувства одиночества полезли мне в голову мысли всякие – о бесконечности. Это точно кто-то свыше на меня посмотрел – откуда у шестилетнего пацана такие мысли? Я сейчас могу это сформулировать – а тогда и слов-то таких не знал.

- Как попробовать представить себе, где кончается космос? И как уложить в голове понимание, что он не кончается нигде? И что время тоже бесконечно? И чем больше я об этом думал, тем больше приходил в состояние безумного восторга – было ощущение, что прикоснулся к чему- то настолько громадному и великому, что становилось жутко страшно – вот именно так – смесь мистического страха и звенящего восторга. А оно, это великое, вовсе оказалось и не страшное совсем– будто кто- то улыбался сверху, подбадривал меня извне– не бойся, это мир так устроен, а сегодня ты с ним познакомился. Переворот сознания.

- Долго смотрел. Как заснул – сам не помню. А проснулся с ощущением радости и тепла– хожу и всем улыбаюсь как дурак- от уха до уха. Несколько дней потом эта радость во мне сидела, пока не растаяла. Но на всю жизнь осталась память, что в детстве довелось душой прикоснуться к такому- великому.

- И ещё – с той поры способность у меня чудная появилась – если рассказываешь что- то, или сам для себя фантазируешь, можно представить всё это так, что почти неотличимо от реальности получается – говоришь смешное, становится смешно, страшное – страшно, мелодраму представляешь – чуть ли не слёзы на глаза наворачиваются - эмоции испытываешь самые настоящие. Это вроде как подарок получился – в память о пережитом. Вот такое было у меня в детстве настоящее доброе чудо.

- Здорово. Дядь Гриша, а мне так можно?

- Не знаю, наверное можно. Говорю же – от человека это не зависит. Чудеса помимо нас происходят- на то они и чудеса.

- А злые чудеса, они какие? Ты таких не встречал?

Григорий Иванович помолчал. Вздохнул печально-

- Я не встречал. А вот тётка моя, твоя двоюродная бабушка рассказывала. В блокаду, в сорок втором году, они снимали дом недалеко от Финской границы – по реке Сестре. Войны там почти не было, было вроде противостояние. Постреливали иногда, но не часто. Батальон, в котором служил её муж, стоял совсем недалеко от них – всего пять километров. Можно было повидаться.

- Злое чудо- это очень страшно. Не дай Бог такое пережить.

Снится ей сон – будто бы муж дома, сидит на лавке и переобувается. Чистые портянки намотал. Улыбка на лице странная- тётка говорит- я смотрю, а он свои старые сапоги надевает.

- Серёжа, робко так говорю, что же ты эти сапоги взял, они же тебе малы стали? Вот же новые есть?

- А он так взглянул в глаза и отвечает – Катюша, а мне теперь уже всё равно… и таким тоном, вроде добрым, но оторопь берёт- до жути.

- Сказал, а мне будто иголку ледяную в сердце вонзили. Проснулась, вся в поту, руки трясутся, взгляд этот до дрожи пробирает. Так до утра и проворочалась, заснуть не получилось.

Не так что- то, что- то случилось, неспроста такой сон.

Как рассвело, тётка пошла к военной части. Её знали там, встретили. Командир в глаза не смотрит, фуражку снял-

- Горькая весть у меня для вас, Екатерина Павловна. Сергея больше нет, погиб. Одно утешает, если можно так сказать – во сне погиб, не мучился. В блиндаж попал снаряд, товарища его пополам, а ему ноги оторвало.

Он говорит, а тётка рот руками закрывает чтоб не закричать, зубы сводит, зажмурилась от ужаса, и только мысль стучит – так вот почему тесные- то сапоги в пору пришлись!

- А во сколько это случилось?

- Сегодня ночью, около трёх часов.

Именно тогда, когда сон этот проклятый приснился.

Похоронили там же, в Белоострове. Тётка, пока жива была, ездила на могилу, ухаживала. А мне рассказывала, что сон тот забыть не может, и взгляд его- прямо в глаза, и фразу - …мне теперь всё равно.

...............................

- Вот такие «чудеса» тоже бывают, Вовка. Пошли обедать. Ты «Незнайку» дочитал? Нет? Вот после обеда будешь мне читать вслух. Там все чудеса добрые…

- Дядь Гриша, а ты говорил, ещё безвредные чудеса бывают, расскажи, а?

- Ну ты пристал. Они не безвредные, они просто сами по себе. Иногда случайно столкнёшься непонятно с чем – потом думаешь – бррр, не то нечисть, не то вообще дурь какая- то.

- Лет десять назад, или побольше, не помню уже, ехали мы с Украины, с самого Закарпатья в Питер. Выехали рано, утром, часов в пять – повезло что вовремя успели – потом буран начался, и перевал на Карпатах закрыли. Сестра твоя там концерт давала – играла на пианино в Чинадиевском замке. Из за этого задержались, и пришлось спешить – Новогодние выходные кончаются, на работу пора.

Поэтому по пути решили не останавливаться на ночёвку- в принципе проехать можно, хоть и далеко для одного раза. От Мукачево на Брест, дальше Минск, Витебск, Псков и домой. Всего около тысячи восьмисот километров - это кстати, мой рекорд по продолжительности езды без отдыха.

Останавливались только на заправках и пару раз перекусить. От Бреста до Минска дорога ровная и пустая- я решил поспать, и отдал руль дочке. Ни фига не подремалось – не могу я заснуть, она тогда ещё неопытный водитель была – волновался за неё- как тут заснёшь? И ехала гораздо медленнее меня – километров восемьдесят, а я- то гнал сто сорок.

- После Витебска, к границе Белоруссии подъехали уже глухой ночью. От границы до первого Российского посёлка – Опочка называется, дорога платная, но скверная – хуже нет. Узкая, без обочин, не остановишься – а ну, как кто за тобой едет, не разглядит, и в задницу влетит со всего маха?

Жена с дочкой повалились, спят без задних ног, разморило, я вцепился в руль, стараюсь не заснуть. Там всего километров сорок по глухому лесу.

Но эти сорок километров мне надолго запомнились. Когда сморило за рулём, что только не придумаешь, чтоб не заснуть – я и семечки грыз, и анекдоты себе вслух рассказывал, отключил печку и приоткрыл окно – ветром физиономию обдувает, вроде пободрее.

- Вот так эта борьба со сном и продолжалась – ну не могу, клинит и клинит- глаза сами закрываются. А дальше вообще мистика началась – то в реальность качнёт, то в потусторонщину – гляжу, натурально лешие из за стволов выглядывают – мохнатые такие, черти, глаза у них красные, светятся. Любопытствуют, глядя на нас.

- Деревья ветвями машут, переговариваются – что этому дураку надо здесь в такую пору? Заснёт, разобьётся же, и семью угробит.

- Нет, эти люди странный народец- не берегут себя совершенно. Им и так в мире недолгий срок отмерян, а они и того не хранят.

- Дядь Гриш, что, деревья ПРАВДА разговаривали? В самом деле? Так бывает?

- Ну ясно, разговаривали. Как помню. Оно же мне чудилось – но голоса вроде слышал отчётливо, и видел, как они двигались. Только что дорогу не перебегали.
Скорость сбросил, глаза выпучил, страшновато – вроде и не сплю, но точно одновременно пребываю в двух параллельных реальностях.
Как доехал до Опочки, не помню. Остановился на первой же заправке, часа полтора вмёртвую спал, отключился. Потом кофе горячего попили, позавтракали. А на свежую голову я эти оставшиеся четыреста километров запросто проехал.

Вовка смотрит с широченными глазами-

- Так значит, всё, что в сказках про леших, водяных и кикиморов пишут- правда?

- Конечно правда. Пошли обедать, говорю, а потом Незнайку читать будем.

Вот такой, понимаете ли, племянник любознательный… Всё ему сразу расскажи.

А то, что жена у Григория Ивановича (тётушка Вовкина) – настоящая ведьма, что на все воспоминания мужа о сверхъестественном, смотрит немного свысока, и снисходительно, она- то гораздо ближе ко всем этим параллельным мирам – колдануть может так, что любому не поздоровится- об этом помолчим.

Но хороший племянник растёт - наш парень. И с тётушкой дружит – есть, кому способности передать…

404 +

62

Статья из бульварной прессы

Вчера нашу редакцию посетил Андрей Владимирович Батаринов, тот самый, который три года назад открыл вторую Луну – мы уже писали об этом. Он передал нам, как и обещал, снимки этой Луны, сделанные им самим из окна одного московского ресторанчика. На одном из снимков, кстати, отчётливо виден НЛО, стоящий у входа в продуктовый магазин. «Мы праздновали день рождения моего товарища» - рассказал нам Андрей Владимирович: «Он единственный человек в России, у которого есть хрустальный череп майя, из-за чего он испытывает определённые неудобства. Он вынужден постоянно ходить в мотоциклетном шлеме, ведь любое повреждение черепа чревато непредсказуемыми последствиями, вплоть до принудительного отключения электромагнитного поля Земли. Так вот – именинника поздравлял некто Масюкевич, потомок ольмеков, людей-ягуаров. Ольмеком является, кстати, и Владимир Владимирович Путин. Во время произношения тоста Масюкевич исчез, но голос его продолжал звучать. Этот трюк часто применяет и Владимир Владимирович, особенно когда выступает по радио, обратите на это внимание. Человека не видно, а голос его звучит! Когда Масюкевич исчез, я машинально посмотрел в окно и увидел две Луны, причём одна из них раскачивалась. Пока я выпивал за сказанное, закусывал, искал фотоаппарат, начала раскачиваться и вторая Луна, отчего снимки оказались слегка размыты. А Масюкевич потом нашёлся, он лежал под столом и что-то говорил. Я позднее перевёл его слова – это сенсация! Вот, послушайте» Андрей Владимирович достал диктофон и включил. «Лена, вытащи меня отсюда!» - услышали мы и посмотрели на Андрея Владимировича. «Я поменял в этой фразе буквы и у меня получилось «Они прилетят к нам с Марса!»» - торжествующе сказал он и мы поразились простоте открытия. Оправившись от шока, мы спросили, где пропадал Андрей Владимирович все эти три года, прошедшие после открытия второй Луны. «Томился в застенках по гнусному навету.» - честно ответил он и, судя по его глазам и одежде, это правда. Хотя, с другой стороны, ходить по Москве в двадцатиградусный мороз в больничной пижаме на голое тело может только человек, который обладает удивительным Знанием. Знанием, которое неподвластно нам, простым обитателям планеты Земля…
Но Великий Магистр недр Космоса V степени, профессор космической анатомии Пекинского института им. Ваенги, как указано на его визитке, пришёл к нам в редакцию по другому поводу. Оказывается, и это уже признано некоторыми видными учёными, на станции метро «Сходненская» можно за один день вылечить энурез! Андрей Владимирович уже проводил там сеансы исцеления со многими звёздами отечественного шоу-бизнеса и с именитыми зарубежными гостями. Все фамилии он, разумеется, не назвал, но намекнул, что на этой станции побывали и Фидель Кастро, и Уго Чавес, и Дин Рид, а в доме напротив купил квартиру один известный депутат. Мы немедленно сели в редакционную «Газель» и уже к вечеру были на месте. Спустившись в метро, мы увидели толпы измученных страдальцев, «энурезитян», как метко назвал их Андрей Владимирович. Они выходили из подошедшего поезда, шли, толкаясь, по платформе и исчезали в вестибюле, а следующие поезда привозили всё новых и новых больных. «Заметьте,» - сказал Андрей Владимирович: «Все эти люди сухие, они излечились. А что творится на других станциях! У каждого второго пассажира происходит непроизвольное мочеиспускание! Ну ладно, вернёмся сюда, когда схлынет людское море. А сейчас поехали, я покажу вам кое-что действительно потрясающее!» Сделав на прощание несколько снимков – кстати, позднее, в редакции, на одном из них мы обнаружили небольшой НЛО, зависший под потолком, - мы двинулись к машине. «На Даниловское кладбище!» - скомандовал Андрей Владимирович, и через час наша «Газель» затормозила у кладбищенских ворот. Выйдя из машины, Андрей Владимирович подошёл к какой-то бродячей собаке. «Где Джуга?» - спросил он. «У Меча» - ответила собака, и мы двинулись вглубь территории скорби. Пахло листьями и свежим энурезом. Джугой оказался молодой человек без зубов и с тремя руками. «А где Меч?» - спросил один из нас у него. Джуга махнул всем, чем можно, в сторону чернеющего невдалеке тополя. «Ровно в два часа ночи оттуда, из дупла, высовывается Меч Наказаний.» Мы присели и стали ждать. Неожиданно с резким грохотом в мёртвой, извините за каламбур, тишине, в конце аллеи, на которой мы расположились, показался огонёк. Когда он приблизился к нам, мы с ужасом обнаружили, что это… светящаяся женская нога! Возле неё кружились пять или шесть маленьких НЛО. Нога наступала на землю, отталкивалась, чуть-чуть пролетала по воздуху и вновь касалась земли. «Нога-мутант» - спокойно объяснил Джуга, открывая третью бутылку: « В склепе Шиллера она занимается любовью с вампирами. Сейчас вы увидите её мужа. Его съела девушка-муравей на берегу Десны» И правда, через несколько минут по той же аллее, так же отталкиваясь от земли и зависая в воздухе, пролетела мужская нога. Мы налили и выпили. Потом мы выпили ещё, потому что проснулся Андрей Владимирович и рассказал, как пришельцы однажды украли у него кошелёк с пенсией по инвалидности, а он пожаловался Космическому Разуму и кошелёк ему вернули, но чужой и без пенсии, а он за это перенёс по воздуху одну небольшую белорусскую деревушку в Колумбию, а саму Колумбию давно, ещё до войны, перенёс из Мелитополя в Южную Америку. Мы выпили за это и над нами бесшумно проплыл огромный трёхстворчатый НЛО.
Когда мы проснулись, вовсю светило солнце, играя на сапогах стоящего над нами полицейского. «А был Меч Наказаний?» - спросили мы у него. «Сейчас будет.» - ответил полицейский и посмотрел вдаль, где угадывалось здание больницы имени Кащенко (ныне – им. Алексеева).

Братья Шестипалатовы, отцы трёхголового телёнка.
Илья Криштул

579 +

63

На разъезде у полярного круга

Озеро-Ругозеро и вытекающий из него ручей, который впадает в одноимённую губу Белого моря. Где-то вдали за ручьём несколько жилых домов барачного типа, оставшихся от бывшего леспромхоза. Леспромхоз тот разорил окрестность, хапнул денег и исчез, переместился в другое место и продолжал валить тайгу; а никому не нужные бараки вместе с бесполезными с точки зрения леспромхоза стариками застряли в Пояконде. К слову сказать, бараки те были построены крепко, простояли долго, и никогда не пустовали: в дальнейшем туда заселялись и молодые семьи.

Магистральная железная дорога Петербург – Мурманск, построенная во время Первой Мировой войны. Грохочущие сверхтяжёлые поезда, загруженные доверху никелевой рудой и апатитами, время от времени проносящиеся с севера на юг. Небольшое здание станции из светло-серого силикатного кирпича, где висит расписание поездов, где можно согреться, отдохнуть и купить билеты на поезд. Если ехать с юга, из Карелии, то эта станция – первая в Заполярье и первая же при въезде в Мурманскую область. А раньше областная граница и вовсе проходила по ручью посередине Пояконды, леспромхоз обитал в Мурманской области, а в магазин работники бегали в Карелию.

Два-три жилых двухэтажных кирпичных дома. Крошечные огороды. Десятка полтора-два всё больше небогатых, а иногда откровенно убогих бревенчатых изб. Избы те рассажены далеко друг от друга среди скалистых взгорков – не докричишься, если что. Между домами тянется железнодорожная ветка к берегу морского залива. Один из домов – крытая рубероидом хибара – стоит почти вплотную к рельсам, от насыпи к дому ведёт деревянный настил со ступеньками, а рядом установлены вечные козлы, на которых несменяемая старушка ежедневно пилит в одиночку дрова двуручной пилой.

Ветка кончается тупиком, где навеки застрял полуразвалившийся заржавевший вагон. Вокруг какие-то сараи, склады, штабеля из кирпича. В море выдаётся небольшой, вечно перекошенный причал. Поодаль от причала, и слева и справа прикорнули на якорях лодки: старые деревянные поморские вперемешку с новыми дюральками. Чуть в стороне над низким травянистым берегом поднимается невысокий гладко отшлифованный гранитный лоб, который по краям зарос вкусной, но мелкой княженикой; в жаркую погоду на этом бугре хорошо поваляться в ожидании катера.

Призрачный, эфемерный свет белой ночи. Едва-едва видимый легчайший туман над водой. Свежий запах моря, тревожащий сердце и душу, зовущий вдаль к неизвестным островам. Чайки. Тишина.

Мощная тяговая электроподстанция железной дороги, которая по ночам заливает ярчайшим светом окрестности и даёт людям работу, а, значит, и жизнь. Не будь этой подстанции, Пояконда скукожилась бы на много лет раньше.

Разъезд. На этом скромном полустанке издавна был разъезд, потому что по пути с севера на юг поезда в районе Пояконды преодолевают крутой подъём, и раньше, когда в качестве локомотивов работали паровозы, на запасном пути дежурил маневровый паровоз, который подцеплялся к составу и помогал втащить его на горку. Паровозов давно уже нет, и сейчас на этом пути останавливаются электрички и «весёлый» поезд.

Примерно сто шестьдесят человек постоянных жителей и северная тайга вокруг.

Пояконда прославилась тем, что там родился любимый многими русский писатель Венедикт Ерофеев; а также тем, что отсюда начинается морской путь к Беломорской биостанции МГУ.

Автомобильную трассу, связывающую Кольский полуостров с центром страны, построили лет так на шестьдесят позже, чем железную дорогу. Поэтому больше полувека все деревушки, посёлки и даже города, раскинувшиеся между Петрозаводском и Мурманском, снабжались исключительно по железной дороге, для чего там ходил специальный, так называемый «весёлый» поезд, в составе которого были и почтовые, и пассажирские вагоны, и вагон-магазин. «Весёлый» останавливался решительно на каждом полустанке и стоял всё время, пока шла торговля. А на таких сравнительно крупных станциях, как та же Пояконда, где были свои торговые точки, из поезда товары выгружались и затаскивались в магазин. Поезд ходил ежедневно, но развозил продукты он далеко не каждый день, поэтому день приёмки товаров становился маленьким праздником для окрестного населения. Задолго до подхода заветного состава у магазина скапливалась небольшая говорливая толпа, состоящая в основном из женщин и стариков-пенсионеров. В ненастную погоду, в дождь или пургу народ набивался внутрь, а летом, в теплынь люди рассаживались на ящиках, досках и просто на камнях на площадке перед деревянным зданием магазина и не спеша перемусоливали весь ворох местных новостей.

Работа местного магазина осложнялась тем, что пути железной дороги в данной точке проходили, да и сейчас проходят, в довольно глубокой выемке, а само здание располагалось в стороне, на взгорке, поэтому хлеб, масло, молоко, крупы, сапоги, валенки, лопаты, стиральный порошок, мыло, духи и прочие необходимые в ежедневном быту товары сначала наскоро выгружались из вагона и раскладывались прямо на путях, а уже потом перевозились к магазину.

Для этой цели от здания до железнодорожных путей по косогору были проложены рельсы. В верхней точке, возле магазина стоял мощный электромотор, который крутил барабан с тросом. К тросу крепилась железная сварная тележка весьма внушительных размеров. Из дополнительного оборудования стоит упомянуть маленький щиток-пускатель с двумя кнопками: «вперёд» и «назад», а точнее вниз-вверх, а также мощный крюк на конце короткой цепи. Эта цепь с крюком удерживала тележку, когда та оказывалась в верхней точке. Для полноты картины стоит добавить, что в том магазине работали две продавщицы и средних лет мужик «на все руки», основными обязанностями которого были колка дров и топка печи, а также погрузка-выгрузка бесконечных коробок и ящиков с продуктами.

В тот злосчастный день ни на небе, ни на земле не наблюдалось решительно никаких предвестников предстоящего происшествия. Это был обычный летний день, разве что немного жарковатый для Пояконды; сухой тёплый ветер гонял августовскую пыль, пригибал уже посеревшие, а то и пожелтевшие кустики мелкой северной травы, теребил косынки на женских головах. Люди наслаждались нежданным теплом. А народу, как мужиков, так и особенно тёток разного возраста в тот день у магазина собралось много: ожидался большой завоз.

Маленькая толпа волновалась, женщины, как всегда, обсуждали разные новости и слухи, и сегодня жители Пояконды были непривычно взбудоражены: пару дней назад в посёлке закрылся детский сад. Приезжая санитарная инспекция решила, что вода в водопроводе не годится для питья и прикрыла садик. Это был серьёзный удар, детей теперь приходилось оставлять на день со всякими знакомыми бабушками. Но что самое поразительное, в воде обнаружили ни много ни мало нефть. Откуда она могла появиться в водопроводной скважине решительно никто понять не мог, ведь северная Карелия стоит, как известно, на балтийском щите, а проще говоря, на скалах, и никакой нефти там быть не может по определению. Тем не менее немногочисленные мужики, которые расселись на брёвнышках поодаль покурить да почесать языки, шутили насчёт будущих бурильных установок, нефтедобычи и материального процветания. Нефть нефтью, но откуда теперь добывать чистую воду оставалось неясным, и перспективы у детского сада вырисовывались мрачноватые. При этом действия чиновников, может быть, и правильные согласно каким-то формальным бумажным предписаниям, выглядели совершенно абсурдными: те же дети, живущие в квартирах, дома могли пить водопроводную воду, а в садике эту же воду им пить запрещалось.

Тем временем с юга из-за сопки вытянулся «весёлый»; он плавно затормозил, и, едва-едва вращая колёсами («весёлый» никогда никуда не торопился!) и лязгая буферами, подогнал вагон-магазин точно к месту выгрузки, где, наконец, затормозил окончательно.

Едва ли не весь народ, включая старшую продавщицу и грузчика спустился под гору к путям, благо люди искренне хотели помочь с разгрузкой. Наверху остались лишь Валентина, пожилая вторая продавщица, несколько старушек, да случайно затесавшийся парень с Беломорской биостанции. Он уже пару лет жил на биостанции, часто бывал в Пояконде, и все его знали. Тем не менее, будучи не совсем «своим», он решил, что без него внизу обойдутся и оставался наблюдателем.

Товара в тот день привезли так много, что в тележку он явно не влезал. Возле вагона возникла некоторая дискуссия, но большинством голосов решили всё ж-таки не делать два рейса и нагрузили тележку сверх всякой меры, соорудив высоченный воз. Причина данного не совсем разумного поведения была на самом деле очевидна: в центре тележки были аккуратно и почти любовно установлены несколько ящиков с недорогим креплёным вином, а попросту «бормотухой». Это событие было просто исключительным в тяжёлые годы борьбы с пьянством и алкоголизмом. А какой же ненормальный человек пойдёт за грузом во второй раз, коли всё, что требуется, уже привезено. И продавщица это прекрасно понимала.

Тележку внизу ещё утрамбовывали, когда Валентина крикнула парню: «Коль, давай поднимай телегу!» – и ушла в магазин, она тоже торопилась. И тут Коля совершил ошибку. Он несколько раз видел, как работает подъёмное устройство: телега едет вверх, цепляет концевой выключатель и замирает на натянутом тросу. После чего грузчик не спеша надевает страховочный крюк с цепью – и ребёнок справится! Кроме того, в нём сидело желание помочь хоть чем-нибудь, он и так на разгрузку не пошёл.

Коля подошёл к двигателю, спокойно нажал верхнюю кнопку на щитке, и тележка не спеша поползла по рельсам, дошла до верха, придавила выключатель и не остановилась. Мотор продолжал крутиться, натягивая трос на барабан. Понимая, что трос вот-вот лопнет, Коля лихорадочно надавил на нижнюю кнопку, и тяжеленная повозка весьма охотно и послушно двинулась вниз. В панике парень снова нажал верхнюю кнопку, двигатель громко щёлкнул, взвыл и рванул груз обратно вверх. Трос зазвенел. Бабки рядом заохали, закричали: «Бери крюк!» Но Коля, тоже понимая, что спасение в крюке, попросту ничего не успел сделать и снова надавил нижнюю кнопку, одновременно хватая цепь с крюком. Приготовив страховку, он быстро, уже в третий раз надавил на кнопку «вверх». Телега снова дёрнулась и вроде поехала, но в этот момент трос не выдержал издевательства и со звоном лопнул.

Во время всех этих манипуляций встревоженные люди уже бежали снизу вверх по косогору, и впереди всех грузчик, вообще-то отвечающий за эту операцию. А поезд? Поезд, к счастью, тронулся и довольно быстро набирал ход.

Картина событий, произошедших в следующие десять-пятнадцать секунд, впечатляла. Десятка два человек, застывших в разных позах на склоне между магазином и железной дорогой. Зелёные вагоны «весёлого» поезда, уходящие на север. И перегруженная железная самодельная телега, летящая вниз всё быстрее и быстрее. И каждый из очевидцев успел представить себе как банки и бутылки разбиваются о железную стенку вагона. Но в ту самую секунду, когда этот снаряд достиг нижнего упора, последний вагон проскочил мимо. Повезло!

И тут почудилось, что время остановилось. Было видно, как от удара телега медленно-медленно подлетает вверх, раскидывая вокруг бутылки с молоком, духи, женские сапоги, ящики с хлебом, макароны, топоры, банки консервов, цветастые кофточки, стиральный порошок и прочее, прочее, прочее. Этот фонтан поднимается и плавно опускается на железные рельсы, щебёнку и бетонные шпалы. Поезд исчез, и на мгновение образовалась просто невероятная тишина, даже в ушах зазвенело, и ветер стих, и небо застыло. Больше всего потрясала эта тишина и сильнейший запах то ли духов, то ли одеколона – коробки с парфюмерией оказались на самом верху и пострадали больше всех.

Спустя пару секунд тишину прорвал даже не крик, а истошный бабий вой, перешедший в неудержимый хохот.

А что касается ящиков с заветным вином, то они, заботливо уложенные в самом низу, ничуть не пострадали, они даже не вылетели никуда, просто подпрыгнули вместе с телегой и опустились обратно. Ни одна бутылка не разбилась. Честно сказать, именно это обстоятельство и спасло Николая, ибо, если б вино пропало, то ему точно несдобровать бы. А так ничего, народ на северах отходчивый и с юмором.

Продукты и прочий товар часа два всей гурьбой собирали по путям и таскали на себе в гору. Обе продавщицы запаслись тетрадками и пытались пересчитать разбившиеся склянки. Убытков, на удивление, вышло сравнительно немного, но хохоту хватило на весь день. Коля постарался хотя бы в ближайшие недели не появляться в посёлке, а железнодорожное начальство выделило магазину новый, густо смазанный маслом трос для лебёдки и путейский башмак (даже два!) для удержания тележки.

История с летающей телегой постепенно стала забываться, жизнь на станции Пояконда вернулась к норме, правда нефть почему-то не нашли, и детский садик снова открыли.

437 +

64

Возьму пол-литру, и не пожалею. Мазну с палитры женщин галерею...

Хотя в этом году день защитника отечества и женский день отделены друг от друга количеством дней больше обычного, воспринимаются они как единый день защитников отечества и женщин.
Может, оттого и возникло поначалу желание выписать галерею замечательных внешне и духом женщин, которых близко знал, и которые были близки к защитникам отечества. Заголовок стал уже вырисовываться,- "Афганка", либо "Женщина и военщина". Но потом поставил на этой затее жирный крест, чтобы не устраивать стриптиза личных отношений. И навспоминал галерею образов, с которыми у меня не было личных отношений,- из увиденного в жизни мной самим или знакомыми.

1. Транссиб, последние годы брежневского правления, или после него, но до Горбачева. Вовращаясь со служебной поездки, зимним вечером забираюсь в общий вагон проходящего поезда. Заплатив проводнику больше, чем по билету. (Проводники тогда, бывало, наглели, требуя денег "со штрафом", т.е. с суммой штрафа, которую они якобы отдадут контролеру за провоз безбилетника, ежели контролер объявится в вагоне).
Первый отсек от входа, сразу за каморкой проводника, был густо заполнен солдатами с лычками на погонах, среди которых выделялись погоны одного майора. Переместившись ко второму отсеку, тоже увидел солдат, но без офицера. Спросил, можно ли присесть, кивнули. Присел, ибо неизвестно, что дальше по вагону, а за мной шли еще вошедшие, был риск "провыбираться". Солдаты были и на первой, и на второй, и даже на третьей полках, и все на вид трезвые и молчаливые.

Топили в вагоне хорошо, ночь прокемарил не помню уже как. На следующее утро, направляясь из отсека, чтобы покурить в тамбуре, заметил молоденькую стройную девушку, стоящую в коридоре, лицом к первому отсеку, и вроде с кем-то в отсеке по-свойски расслабленно говорившую. Земляка/ов, наверное, встретила- подумалось мне. Картина эта выглядела в цветовой гамме как бы фантасмагорически, как фотошоп: пыльный и грязный общий вагон приглушенно-землистых тонов, где липкость почти всего, к чему ни прикоснись, казалось бы, даже передавалась висящим в воздухе пылинкам, солдат на солдате, и вдруг вкрапление усеянного цветами летнего луга! То было платье на стоявшей в проходе девушке. Преобладали как бы синие лепестки на белом фоне, местами красные элементики присутствовали. Праздничное платье с коротким рукавчиком, из добротной объемной синтетики, нормальной длины, прекрасно облегающее её фигуру. На ногах были ничем не примечательные, кроме облегаемых ими крепких стройных ног, однотонные рейтузы. Девушка была юна, на вид лет 17-19, стройна как статуэтка и приветливо-миловидна лицом.
Через некоторое время девушка возникла и перед нашим отсеком, и, мельком окинув всех в нем (я сидел внизу с краю у прохода) прошла вглубь к одному солдату, лежащему на полке, о чем-то кратко с ним неслышно для меня переговорила и ушла. Вблизи она тоже была красива фигурой, а лицо источало неподдельную доброту и приветливость.
Через непродолжитеьное время, может, минут через 20, девушка вновь возникла перед нашим отсеком. Я на этот раз не сидел, а стоял,- наверное, вернувшись с перекура. Она, как бы протискиваясь мимо меня вглубь отсека, прильнула ко мне упругой грудью, и, заглядывая мне в глаза, туго и плавно проскользнула мимо меня. Вновь о чем-то коротко переговорила с одним из солдатов на полке и ушла. Почти что повторяемость событий привлекла к себе внимание, и я заметил, что этот солдатик вскоре спрыгнул с полки, вышел, и через непродолжительное время вновь вернулся на полку.
Еще через некоторое время девушка вновь возникла перед нашим отсеком, и я в этот момент вновь стоял. Она еще более плотно прильнула ко мне грудью, как бы протискиваясь в глубь, и с еще большей тугостью протерлась об меня, откровенно заглядывая мне в глаза. Вновь после короткого разговора с очередным солдатиком вышла, а через некоторое время вышел и солдатик, вскоре вернувшись назад.

Поезд доехал до городского вокзала, где мне надо было выходить. К моему удивлению, эта девушка тоже выходила. Солдаты поехали дальше. Вид у девуши резко переменился: на ней было простое ширпотребное малинового света пальто из синтетики, с как бы прозрачными волосками начеса (редкостная затрапезность!) и незамысловатые сапоги и что-то на голове, небольшая сумка в руках. Типичная замухрышка из глубинки. Пояснила мне, что едет проведать брата, он унее милиционером прямо на этом вокзале и служит. В здании вокзала она окликнула первого увиденного милиционера и спросила его о чем-то, я толком не расслышал, народу было много, мешал гул. Милиционер ответил четко, слышно, что такого-то сейчас на вокзале нет, появится через три часа. Я повернулся к девушке, чтобы попрощаться, и услышал от нее: "А сейчас мы поедем к тебе". Чистый девичий голосок, с нотками нежности и стремления к гармонии. После короткого вихря мыслей в голове я ей ответил, что это, в силу обстоятельств, не представляется возможным. Никакого намека на оскорбительную реакцию на ее лице! То же приветливое спокойствие. Постояв с секунду, она полезла в карман пальто, и вытащила оттуда ворох дензнаков- трешки, пятерки. ни рублей, ни купюр иного достоинства там не было. Глядя на них с выражением, напонинающим девочку, собирающую фантики, она немного их пораспрямила, но не особо, и вновь засунула в карман. Я сказал ей прощальные слова и повернулся, чтобы уходить, и тут ощутил на своей ушной раковине поцелуй ее губ. А она тем временем своим язычком ласково по кругу облизала мне вход в ухо. Искусница! Показала, что она на меня не в обиде, и что я, цивильный и восточный, а не военный и славянского вида, ей тоже интересен. На том и расстались, и больше я ее не встречал.

Как относиться к ней? Кинуть в нее камень у меня рука не поднимается. А назвать девушкой с пониженной социальной ответственностью язык не поворачивается. Ну разве что девушкой с повышенной сексуальной отзывчивостью.
На мой взляд, ей очень нравилось, что она делала, и она бы это делала и без сования ей трешек-пятерок. Причем у нее это была не абстрактная похоть, а всегда личностно-ориентированное на кого-нибудь чувство. Эдакий любовный блиц-роман. Для сравнения, опишу рассказ своего знакомого, который после военной кафедры прослужил два года комвзвода. На тропинке утренней пробежки его солдат поджидала девушка. Весь или почти весь взвод совершал с ней соитие, а она в это время находилась в неизменной позе раком. А одно время прямо уже в здание казармы повадилась ходить одна барышня. Солдаты любили ее в подвале. Мой знакомый, узнав об этом, решил прекратить этот бардак. И вечером он взял солдатика, и отправился с ним обследовать подвал. В глубине подвала было очень темно. Вдруг куда-то исчез солдатик. Мой знакомый включил фонарик, который был у него, и нашел солдата, уже примостившегося сзади к девахе, стоявшей раком.
-Товарищ лейтенант, я ее поймал!- бодро и по-военному четко отрапортовал засвеченный солдатик.

2. Задумывающийся десантник.
Как соотносится нравственность вышеописанной девушки с нравственностъю девушки из истории ниже, я по прошествию десятков лет все еще затрудняюсь определить. Историю рассказал мне бывший десантник во время вступительных экзаменов, мы жили в одной комнате общаги. Он тогда не поступил. Может, и к лучшему. Наверное, это было не его. Он много задумывался о жизни, наверное, с него вышел бы писатель. А может, и вышел. Других столь крепко задумывавшихся о жизни десантников я не встречал.
В подразделении, где он служил, один из солдат получил письмо от девушки. В котором она сообщала, что так мол и так, встретила на своем жизненном пути другого и полюбила его, извини. На следующий день, на занятиях по огневой подготовке, этот солдат вдруг направляет ствол автомата себе в живот и делает одиночный выстрел. И через считанные секунды вдруг начинает палить вокруг. -Ля, мы во все щели попрятались!- Видать, агония, осознал, что умирает, решил других с собой утащить- сказал десантник. Офицер скомандовал пристрелить самострельщика. Подошел к трупу и сказал: "Собаке- собачья смерть!" Занятия продолжились. Никаких комментариев к этой истории десантник не выдал.
В один из следующих дней он рассказал другую историю. Начальство отрядило как-то раз его и еще нескольких затащить пианино на один из этажей дома, где жили семьи офицеров. Это пианино купила вдова разбившегося летчика из их части. Она осталась жить одна, без детей, после гибели мужа, никуда не уехала. Красивая, молодая и интеллигентная женщина. Они втащили пианино в гостиную. Там на одной из стен, во всю высоту, от пола до потолка, находилось фото мужа в форме, с улыбкой. Хозяйка усадила солдат за стол с чаем и сдобой к нему. Молодые здоровые парни пьют чай и пялятся на эту красивую одинокую хозяйку. Возникла как бы неоднозначная пауза. Наконец один из солдат, тщательно подбирая слова, начинает ей уважительно говорить, что Вы вот остались одна, а кругом столько достойных мужчин, Вы ведь могли бы устроить свою жизнь...
На что она спокойным обыденным голосом отвечает: "Ну как я могу, когда он у меня перед глазами стоит".
-Наверное, все-таки любовь есть- задумчиво прокомментировал на сей раз историю десантник.

3. Тени подзабытых предков.
3.1 В 1967 или 1968 году (н.э.) ехал я на поезде в общем вагоне где-то посреди между Москвой и Уралом в рамках летней школьной экскурсии. Эти поездки были громаднейшим окном в мир, ибо телевидение в наши края тогда не доходило. Я жадно вглядывался и впитывал все увиденное. Народ в общих вагонах зачастую вел неторопливые и нехитрые жизненно-бытовые разговоры. В один из моментов на боковых сиденьях напротив нашего отсека сидят две женщины средних лет, одна- лет 45-50, богато фигуристая и с приятным лицом тетенька. И эта тетенька, на вопрос соседки насчет мужа, отвечает: "Воюет еще. Как на войну ушел, так до сих пор не воротился". Через 22 или 23 года после войны! Ждет еще.
3.2 В Порт-Артуре (сейчас переименован в Лю-Шунь) есть русское кладбище, состоящее из двух частей,- дореволюционной и после, начиная с 1945 года. На дореволюционном, кроме многочисленных однотипных братских могил павшим в русско-японской войне, есть и индивидуальные размомастные захоронения. На одном из них видно внушительное каменное надгробие, а рядом с ним скромное надгробие на основе деревянного креста. Под первым покоится прах полковника царской армии, раненного на той войне. В русском госпитале там за ним ухаживала сестра милосердия, на 12 или 13 лет его старше. Она его выходила, стала его женой. Они прожили некоторое время вместе, до его кончины. На памятник ему она отдала все или почти все имеющиеся у нее средства. Остаток дней своих она прозябала там в бедности. Когда умерла, русская община там собирала деньги на скромное погребение. Эти две могилы зовут могилой влюбленных.
Прочел в интернете, что теперь служащие кладбища не пускают на дореволюционную часть группы туристов из России, говоря, что это уже не их история. Но у меня сложилось впечатление о душевности служащих, и что с ними при желании можно договориться.

За сим галерею образов женских прерываю, по причине перебора объема. До следующего раза.

В этот день, Восьмого марта,
Когда снега еще видны,
Поздравляю вас, девчата,
С лучшим праздником весны!

Вы всегда душою юны,
Сердцем пылким- горячи,
Вы- серебряные струны
И скрипичный ключ в ночи!

591 +

65

«В блокадных днях мы так и не узнали
Меж юностью и детством где черта
Нам в сорок третьем выдали медали
И только в сорок пятом паспорта»
Ю. Воронов.
Посвящается военному поколению Ленинградцев с непростыми судьбами.

Когда началась война, Игорю только исполнилось тринадцать лет. Как и все Ленинградские мальчишки его возраста, он мечтал убежать на фронт бить фашистов, тем более, что его старшие братья воевали – оба на флоте, как и все, он старался помогать взрослым – дежурил на крышах во время налётов, тушил зажигалки, помогал разбирать завалы после обстрелов, как и все, голодал.

Они били из рогаток голубей на чердаках, пытались ловить даже кошек – но и голуби и прочая живность в блокадном городе скоро пропали. Ловили рыбу на Неве, летом ухаживали за огородами – даже сквер возле Исаакиевского собора был засажен.
За всю блокаду Игорь только один раз серьёзно испугался – попал под обстрел на Литейном.

Ахнуло так, что уши заложило. Кувырнулся на землю, в башке звенит. Обвалилась часть стены дома, вылетели стёкла в доме напротив. Легковой автомобиль, проезжавший мимо, взрывной волной швырнуло на телеграфный столб. Водителя выбросило на асфальт, машина загорелась. Пассажир в салоне без сознания. В несколько ударов Игорю удалось открыть заклинившую дверцу и вытащить пассажира. Военный, звёзды на петлицах – чуть не генерал?

- Портфель, портфель – хрипит. С ушей кровь, глаза мутные, но хрипит так, будто приказ отдаёт.

Игорь бросился к двери, и в последний момент успел выхватить кожаный портфель с заднего сидения – а потом полыхнул бензобак, и к машине было уже близко не сунуться.

Шатаясь, подходит водитель.

- Товарищ комбриг, как вы? Вы целы?

- Вон, парню скажи спасибо, вытащил. И документы спас. Герой. Ты вот что пацан, скажи, как зовут тебя, и где живёшь. Шевчук, запиши. За такое одного спасибо мало.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………

Ещё Игорь мечтал стать моряком – как его братья. Кончилась война, старший брат – он был подводник- остался служить на Тихоокеанском флоте, а второй пошёл на сверхсрочную – и для него война продолжалась до начала пятидесятых – они разминировали Финский залив и Балтику.

- На флот хочешь? Что ж, дело правильное. Видать в нашей семье у всех мужиков море в душе.

Игорь поступил в Макаровское училище. С гордостью носил тельняшки и брюки клёш – когда первый раз прошёл по Невскому в форме, аж глаза закрывал от удовольствия – казалось, будто все на него смотрят и завидуют.

Учился без троек, в меру хулиганил – как и все пацаны его возраста и поколения. Однажды на спор, в конце сентября переплыл Неву – течением уволокло почти на три километра – от Финляндского железнодорожного моста до Большеохтинского.

Жизнь налаживалась, в сорок седьмом году отменили карточки на продукты, город приходил в себя после блокады, Игорь продолжал учиться.

А потом всё пошло кувырком.

Актовый зал Макаровки находится на самом верхнем этаже, и под большим красивым стеклянным куполом. Кому пришла в голову дурная идея на праздник устроить фейерверк? Компания курсантов – и Игорь в том числе, в мастерских расточили из бронзы небольшую пушку, артиллерийского пороха тогда везде было навалом – только война кончилась, забили доверху ствол конфетти, и когда начальник училища, по завершении официальной части праздника взмахнул рукой, произнеся-

- А теперь танцы!

Бахнули под потолок. БУМММ…АХХХ…

Купол рухнул на собравшихся. Заряд не рассчитали, многовато пороху положили.

Скандал гремел до небес, хулиганов с позором выгнали из училища. Всё, бля. Приехали. От мечты всей жизни остались только китель без погон, тельняшка и расклёшенные брюки.

Игорёха страшно переживал, не разговаривал ни с кем, ходил мрачный и злой. Надо было что- то делать, искать работу, устраиваться.

Однако, судьба подстерегала его с ещё одним сюрпризом. Парень он был для своего возраста здоровенный, кряжистый и очень сильный. Поэтому его участие в дворовых разборках- район на район весьма ценилось – мало кто мог устоять в драке против него.

Ну и вот, значит, происходит очередное столкновение. Игорёха лупил кулаками с лютым остервенением, а как ещё попробовать забыть, что с ним случилось? Противник его помутнел глазами, поскользнулся, упал, но поднимаясь, весь в крови, потащил нож из- за голенища. Игорь саданул мерзавцу камнем по голове. Вот теперь действительно всё, бля.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
- Подсудимый Л..н, вы признаны виновным по статье 137 Уголовного кодекса РСФСР………предумышленное убийство…………сроком на семь лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Срок он отбыл полностью, и потом никогда никому не рассказывал, какую школу ему пришлось там пройти. Послевоенные колонии – это отдельная тема. В войну уголовный мир раскололся на два лагеря – «воров» и «сук». По воровским понятиям, служить государству было не просто западло, а каралось смертью.

Поэтому те из блатных, кто пошёл воевать, защищая свою землю от фашистов, подлежали безжалостному уничтожению. Противостояние было смертельным, никакая охрана лагерей ничего с этим сделать не могла – и можно представить, какая там царила атмосфера.

Работать Игорёхе пришлось на шахте – вначале киркой, а под конец срока - уже отбойным молотком. С лёгкой руки алкоголика Стаханова по всей стране раззвонили тот объём, что он якобы осилил вырубить за смену, и нормы выработки для шахтёров были установлены конские- почти неподъёмные. Выручала природная силушка – не многие в отряде могли справляться с работой, так как Игорь.

Блатные вначале попробовали присматриваться к здоровяку, да и статья у него была уважаемая- в смысле – не принять ли его в свою кампанию, но после нескольких разборок отстали. Однако, в нескольких кровавых бойнях – барак на барак- ему пришлось поучаствовать.

К своему освобождению он был уже бригадиром, и простое имя Игорь превратилось в уважительное- «Палыч».

Выйдя на свободу, какое- то время работал вольняшкой на той же шахте, снял комнату в Кемерово- жизнь- то продолжается. Двадцать семь лет от роду, образования – школа и два с половиной курса училища, моряка из него не получилось, но шахтёрскую профессию Палыч освоил уверенно.

И если семь лет назад он считался крепким парнем, то сейчас силищей обладал просто медвежьей. Там же, в Кемерово, познакомился со своей будущей женой – симпатичной доброй барышней родом из Донецка – её семья как выехала в эвакуацию в сорок первом, так на Кузбассе и осталась.

Откуда стало известно, что зарплаты на сланцевых шахтах в Эстонии в разы больше чем здесь, а работа намного легче? Палыч долго не раздумывал, и они с супругой поехали через всю страну – устраивать жизнь по своему.

Уже в Эстонии, в пути, произошёл неприятный инцидент. Трое оболтусов- Эстонцев, лет за двадцать дуракам по возрасту, прямо в автобусе начали играть в мяч – и довольно сильно попали жене Палыча по лицу. Палыч взял мяч, установил его в углу возле входной двери, и ударом ноги превратил в блин. А потом бросил в физиономию самому наглому. Те начали орать что- то по своему, водитель остановил автобус.

- Не выходиитте с ниими, говорит одна из пассажирок по- Русски. Они вас убиить сговаариваюттся.

Эстония всего десять лет, как окончательно стала Советской республикой, и национализма там ещё вот как хватало. Многим местным поперёк горла было отвыкать от своих привычных традиций- и большинство всех Русских называли оккупантами.

Палыч-то был выйти ВОООВСЕ не против – эти щенки не знали же, с кем имеют дело? Пассажиры, однако вмешались, скандал погасили. Но запомнилось.

Зарплата на шахте действительно была намного больше, чем в Кемерово, и сланец рубить значительно легче, чем уголь. Но вот незадача – в бригаде половина Эстонцы, половина Русские, маркшейдер Эстонец, бригадный мастер Эстонец. Работают все одинаково, а платят Русским раза в два меньше. Это как же понимать? Отвели мастера в сторонку, задали вопрос.

-Ты как наряды закрываешь?

Тот вначале делал вид что по Русски вообще не понимает, потом начал пороть какую- то чушь, что на такой выгодной работе принято делиться с начальством… Палыч поднял его за воротник-

- Ну мы тебя предупредили.

Снова получка, и снова у Эстонской половины бригады она намного больше.

Так. Придётся воспитывать говнюка.

Мастер после смены обязан обойти забой. Мужики связали вместе несколько динамитных патронов, вставили бикфордов шнур подлиннее – метр с лишним. Дождались этого засранца – хорошенько врезали под дых, связали, укрепили патроны на пузе, подожгли шнур, и сделали вид, что убежали. Ногами потопали.

Метр шнура горит около полутора минут. За это время мастер выдал такой сольный концерт, что нарочно не придумаешь. Он орал, матерился, плакал, сучил ногами, визжал, катаясь по полу, под конец стал выть совершенно по звериному – уши закладывало. Шнур догорел, его развязали. Стоять не может, падает, коленки дрожат от истерики. Воняет от него жутко – штаны полные навалил. Зубы стучат.

- Ну что, научился по Русски- то разговаривать? Не обижайся, но если ещё будет такая зарплата, в следующий раз придётся ставить шнур с детонатором.

Бросили его в забое, и ушли. Мужичок хлипкий оказался, не смог больше работать, уволился. А новый мастер принялся за то же самое – не так нагло, как предыдущий, обосравшийся, но всё равно своим предпочтение отдавалось постоянно.

Палыч супруге говорит –

- Слушай, тут конечно неплохо, но дома лучше. Не станем мы тут своими никогда.

- Ну и хрен с ними, мне тоже тут не нравится. А поехали к нам, на Донбасс?

На Донбасс уезжать пришлось гораздо раньше, чем планировалось, и в срочном порядке- потому что однажды вечером в парке, Палыч случайно встретил двоих из той компании из автобуса- с мячом. Жене он об этом не сказал, однако уезжал довольный – с ооочень глубоким удовлетворением.

Обосновались в Енакиево, устроились на работу. Поначалу была комната в рабочем общежитии, потом, когда появились дети, сняли полдома у хозяев. А через несколько лет построили свой дом.

На работе Палычу все относились с уважением – за несколько лет он заработал прочный авторитет.

Бригадир на косых пластах – а это самое опасное, что вообще может быть в забое- и все в бригаде знали, что этот никогда не подведёт, что на него действительно можно положиться.

Один из случаев, который в посёлке передаётся, наверное, ещё и сегодня- как легенда памяти знаменитого бригадира-

В очередной раз ухнуло, и порода сыграла- там это постоянно случается, небольшой обвал, часть выработанного забоя засыпало, крепь пополам с каменной крошкой повалилась вниз – забой шёл примерно градусов под сорок к горизонту. Вся бригада ломанула к главному стволу – внизу остались трое – Палыч, ниже его метров на пятьдесят Ашот- мужик лет тридцати с дурацкой для его имени фамилией Иванов, и Колька – парень только после армии.

Ашот орёт-

- Палыч, бляяя, скинь шланг, мой порвало!

Когда в штреке завал, всё деревянное трещит и сыплется, выбраться можно только цепляясь за шланг от отбойника – как по верёвке.

- Колька где?

-Х-й его знает, крепью завалило! Скинь шланг, иначе мне тут сейчас пи…дец настанет! Палыч!

- Пи…дец тебе настанет, если без Кольки попробуешь выбраться! Давай, откапывай!

Порода продолжает ходить ходуном, все понимают, что ещё немного- и это будет их могила. Ашот бешено расковыривает и отбрасывает камни и доски, минут за пять, показавшимся им всем вечностью, вытаскивает пацана. Без сознания, ноги переломаны, но дышит. Палыч бросает вниз шланг.

- Привязывай его!

- А я? Ты что, меня бросить решил? Палыч! Палыыыч!

- Привязывай, говорю! Быстрей, бля, давай, скоро тут всё на хер повалится!

Вначале он бешеными рывками выволок ободранного Кольку, потом сбросил шланг Ашоту. Тот обезьяной взлетел на уровень, и без оглядки, где бегом, где на карачках, понёсся к главному стволу.

Палыч закинул Кольку на спину и тоже рванул – успели. Штрек, длиной около трёхсот метров, полностью завалило минут через пять. Всё. Только пыль летает.

Палыч с Колькой поднимаются на поверхность.

Там Ашоту разве что морду не бьют.

- Ты что оставил их там? Где напарник твой, где бригадир, бля?

- Чо орёте, бля, сами-то первыми удрали?

- Спокойно, мужики – это Палыч говорит- всё в порядке, все живы. Скорую вызывайте, с парнем плохо.

Ашот –

- Палыч, ты это, извини, забудь, психанул я – слишком страшно стало. А если бы и меня завалило, ты что бы там делать стал?

- Ты же знаешь. Полез бы вниз, вас откапывать.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Уже в восьмидесятые, когда Палычу стало всё тяжелее спускаться в шахту – сказались годы работы на Кузбассе, ноги болели, в спину стреляло- директор шахты говорит –

- Игорь Палыч, ты же в войну в Ленинграде был? Блокаду пережил? Так тебе же льготная пенсия полагается? Бери- ка ты отпуск, и поезжай оформлять документы.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Это был уже совсем другой Ленинград. Палыч долго стоял на набережной, возле Макаровского училища – когда он там учился, моста Александра Невского ещё не было. Не было тогда метро рядом, не было такого человеческого потока – отвык он от многолюдности за свою жизнь. Постоял, посмотрел печально, вздохнул, ну и пошёл собирать справки-

- Это вам надо в горвоенкомат, на Маклина (ныне -Английский проспект), в архиве запрос делать. Свидетельство о рождении у вас сохранилось? А штампы о прописке? Вот и поезжайте туда.

Палыч, особо ни на что не надеясь в общении с бюрократами, отстоял в очереди, написал заявление, заплатил за ксерокопии документов, и стал ждать. Ответ обещали дать через три дня. Скучно конечно, ну хоть по городу можно походить – посмотреть, вспомнить.

И вот срок настал. Что это у военкоматского капитана взгляд какой- то радостный?

- Уважаемый Игорь Павлович! Я искренно рад, что именно мне довелось ответить по вашему обращению!

- Позвольте поздравить вас с получением статуса ветерана- блокадника, и вручить вам заслуженные награды. Представление на вас было подано комбригом Сорокиным ещё в сорок третьем- вот тут его подпись, но согласовано только в сорок седьмом. И тут же в деле- справки об обращении к розыску – вас просто не смогли найти. Почти сорок лет прошло!

Ну не мог же Палыч ответить сияющему инспектору -

- В сорок седьмом я сидел в тюрьме.

Домой, на Донбасс Палыч ехал, рассматривая своё новенькое удостоверение ветерана войны, и две медали – «За боевые заслуги», и «За оборону Ленинграда».

565 +

66

История одного обсера.

Суд США признал своё полное поражение в деле Мэн Ваньчжоу [финансовый директор Huawei], окончательно отклонив обвинительный акт. Это финальный суд, апелляция невозможна. Тема закрыта.

Кратко напомню историю ситуации.

Мэн прилетает в Ванкувер прямым рейсом из Гонконга 1 декабря 2018 года. Её задерживают на стойке проверки документов и три часа в отдельном помещении допрашивают о том, что она знает о работе фирмы Хуавей с Ираном. Смысл обвинения, если кратко, прост: если китайская госкомпания работает с подсанкционным государством и поставляет ему продукцию, то ты, финдиректор, стопудово про это знаешь — а значит мы тебя в Канаде арестуем по запросу из США, потому что по законам США это преступление.

Мэн говорит "идите на х@й", и через три часа безуспешных попыток выбить нужные признания её официально арестовывают, предвкушая простое и показательное дело. "Смотрите же, свободные люди свободного мира, какое всё террористическое, грязное, коррупционное в этом клубке плохих стран", радуются ответственные за вопросы пропаганды люди. Ещё и темку с 5G закроем, а то Хуавей лидер, а США типа продули, ну так вот ща в дерьме выскочек утопим.

Дело обещает быть несложным, потому что судят в Канаде по британскому common law; единственное место, где привычный нам civil law - это Квебек. Компетенций у Китая в common law откровенно мало, защиту организовать будет крайне сложно. Канадцы играют по джентльменским правилам на своей территории, всё должно пройти гладко. Мэн разрешают сделать один звонок.

Этого хватает, чтобы закрутились шестерёнки одного из самых серьёзных механизмов влияния из существующих в мире. Мэн звонит руководителю юридического департамента Huawei, тот в Пекине перекидывает сообщение в администрацию Си. У Си в тот момент ужин с Трампом, который приехал мириться на тему экономической войны.

— Дональд, ты совсем дурной что ли? - завуалированно спрашивает у него Си. — И почему про это молчит ваше профильное ведомство, которое вообще-то обязано проводить подобные акции публично, сразу же уведомляя?

— Бубубу, - смущённо говорит Донни. — Я хз, меня походу подставили. Я вообще не знаю кто это. Охеренно невовремя как-то всё происходит, согласись.

Пекин со скрипом соглашается, что да, выглядит всё это удивительно несвоевременным, и включается в работу.

Гонконгскую ассоциацию барристеров строят на плацу и говорят примерно следующее: "Товарищи бойцы, или вы сейчас организовываете по вашим диким, нормированным с 12 века, англосаксонским распоняткам, оборону в суде Ванкувера, или вашей местной гонконгской либеральной синагоге кабздец". Поняв, что дело реально нешуточное, команду защиты собирают буквально за сутки и десантируют на региональный канадский суд, ждавший халявного показательного процесса.

Понимая, что по прилёте обратно в Китай их точно наградят, а вот как придётся получать награду, лично или через безутешную вдову — вопрос шаткий, барристеры буквально сразу же разваливают всё, что выкатила канадская сторона обвинения.

Выясняется, что Мэн допрашивали — до ареста. Обыскивали тоже. Фиксация показаний не велась. Обвинение в том, что финдир точно в курсе и лично принимает участие во всех сделках фирмы — токсический бред. Если даже сделка и была, то под запретом платежи, а платил в Иран банк HSBC, его и арестовывайте — само подписание документов с Ираном не противозаконно.

Ощипанные канадские лоеры, ждавшие косноязычных коммунистических бюрократов в фуражках с красными звёздами, а получившие осатаневших от "меня прямо из кабака взяли, сказали отряхнуть муку с носа и грузиться на борт в Ванкувер" коллег по британскому праву, отползают с потерями от friendly fire.

Включается АНБ и говорит — ни в коем случае не отпускайте. Что хотите делайте, но держите её, мы на неё сейчас найдём что-то, что позволит присадить.

Дальнейшее месилово является исключительным по всем меркам. Задержанную в декабре 2018 Мэн начинают судить только в октябре 2019. Её отпускают под залог в 10 миллионов долларов жить в доме в Ванкувере, под наблюдением. В суде же идёт примерно такой процесс:

— Хули вы у неё электронные устройства обшмонали до ареста

— Врёти.

— Вот пруфы

— Это conspiracy theory.

— А зачем пин-код от мобилы передали третьим лицам, как и IMEI и всякие другие идентификационные штуки? Доказательства в США подделать надо?

— Это conspiracy theory, поэтому врёти.

— Как её вообще до выхода из таможни смог арестовать не погранец, а городской полицейский?

— Произошла досадная ошибка.

В панике от недостатка улик обвинение обращается к банку HSBC — мол, а почему бы вам не подать в суд на Мэн, она вот говорит, что вы с Ираном финансовые операции делаете, а это нехорошо.

Представитель банка HSBC открывает рот, чтобы сказать "Сынки, вы для обвинений в "нехорошо" выбрали банк, который начал с того, что кредитовал операции с опиумом, вы совсем дурачки что ли, мы так всю жизнь работаем, основным доказательством отсутствия космических пиратов является то, что в HSBC нет отдела по работе с такими клиентами, ау", но задумывается о перспективах бизнеса в Гонконге и говорит, что никаких претензий к Хуавею у банка HSBC нет.

— Да кiк тiк-то, шо цэ за перемога, - взрываются канадские crown prosecutor'ы, — через вас же платёж шёл, вы должны что-то на тему судебного процесса сделать.

— Можем пожелать успехов - твёрдо говорит HSBC, — Мы деньги делаем при любой власти, никаких претензий к любому виду сделок, приносящих прибыль, мы не имеем.

Ситуация застывает до 24 сентября 2021 года, когда вечером, прямо за минуты до завершения рабочего дня, канадский суд снимает с Мэн Ваньчжоу ограничения на перемещения. США рады бы спешно повторно подать запрос на экстрадицию, но у суда наступили выходные.

В это время в аэропорту Ванкувера уже стоит личный борт владельца Huawei, за месяц до этого перекрашенный в обычный китайский пассажирский лайнер и сменивший идентификацию на один из бортов China Southern.

Мэн пулей забрасывают на самолёт, после чего он взлетает и идёт по крайне занимательной траектории, которая на картинке номер один. Стандартный рейс Гонконг-Ванкувер идёт по другому маршруту, он на картинке номер два. Он короче на ~ 4 часа.

Китайцам не нужны приключения с ситуацией, когда над Тихим Океаном, где пачка баз США, неизвестный истребитель или собьёт или принудит к посадке лайнер, поэтому они уводят борт и от границы США, и обходят Аляску.

Борт идёт с выключенным транспондером, никому ничего не известно. Связь включают только в тот момент, когда входят в зону работы российского ПВО — Мэн Ваньчжоу пишет что "скоро буду" примерно в тот момент, когда под крылом начинается зелёное море тайги. Китайцы чётко просчитали маршрут — очевидно, что есть места, куда авиация США не сунется в принципе. Ну а далее — через Монголию в Китай.

Штаты устраивают истерику, начиная от "Да на самом-то деле мы вовсе-то не проиграли, это наш хитрый план, мы её ВРЕМЕННО отпустили" и заканчивая правками википедии (прямо в тот день страница события менялась на ходу). Для них это чертовски обидно — вместо показательного процесса над "принцессой Huawei", в ходе которого ей влупили бы лет 20 тюрьмы, приходится оправдываться и спешно придумывать, что тайно договорились отпустить. И ведь держали её в Ванкувере буквально в десяти километрах от границы с США, если бы канадский суд получилось прогнуть, её посадили бы в машину и через 15 минут она была бы уже в США!

Но канадский суд прогнули другие, похитрее и посильнее.

Встречали Мэн в Шэньчжэне, с салютами. Говорят, было почти как на Новый Год.

545 +

67

Не ссорьтесь, горячие финские парни!

Наши современные новости дадут фору анекдотам знаменитого армянского радио. Ну, например, депутаты не так давно пикировались по поводу памятников руководителям Белого движения времён Гражданской войны. В обсуждениях к этим новостям на сайтах было по 300 комментариев: чуть не до рукоприкладства доходило. При этом изучение общественного мнения показало, что если перед обычным россиянином с образованием периода «до ЕГЭ» выложить одновременно фотографии Врангеля, Колчака, Деникина, Юденича, Корнилова, Краснова, то уверенно узнают среди них только фото Хабенского.
Давайте честно скажем, что пикировались то о том, вводить ли в России монархию. Причём из 5 крупнейших европейских монархий образца 1913-го года [то есть Австро-Венгерской, Британской, Немецкой, Османской и Русской] проверку двумя мировыми войнами прошла только Британская, то есть только она - качественная.
---
Поэтому вспоминаем Ералаш «День вежливости в школе» [1] и получаем следующее [под хорошую классическую музыку]:
- лучший путь для России, милорд, немедленно принести присягу принцу Гарри с его августейшей супругой! Согласитесь, что встать на колено перед монархом и быть осенённым мечом, став тем самым кавалером ордена Подвязки, это единственный верный путь для истинного русака-патриота!
- какой несусветный бред несёте, товарищ! Только в страшном сне может привидится Меган Маркл во главе СССР! Правителя для России должнО выбирать на тайном заседании Политбюро нашей и только нашей Правящей партии. А конституционную роль нашей Партии должнО закрепить на уровне законодательства! Ибо должнО руководствовать принципом: одна страна — один народ — одна партия — один вождь — один…
- Ваши аргументы абсурдны!
- а Ваша позиция вызывает у меня искренние подозрения в здравости Вашего рассудка!
- я вынужден Вам отказать...

И тут раздаётся школьный звонок. По громкоговорителям звучит: первый день вежливости в нашей школе закончился. Ну а дальше по приключениям неуловимых и конкретно «Короне Российской империи» - раздаётся истеричный женский крик «Вся власть Учредительному Собранию» и начинается мордобой. Бессмысленный и беспощадный.

Ссылки
1. «Ералаш №50 "Давайте говорить друг другу комплименты"» https://www.youtube.com/watch?v=3g09jpsQbM8
2. Фильм «Корона Российской империи, или Снова неуловимые»
3. «Назначение виноватых и награждение непричастных» https://www.anekdot.ru/id/731399/
4. «Жить 'окнами во двор' (хвастун и трущобы)» https://www.anekdot.ru/id/624718/
5. В.В.Махрин. «Государство это кто?»

495 +

68

ДУНДУК

Ира тяжело вздохнула. Новый год придётся встречать в общежитии. Последний экзамен назначили на 30 декабря. Она просто не успеет доехать домой. И, как назло, сдавать придётся у самого противного преподавателя курса. Ребята даже кличку ему дали - Дундук.
Студенты не любили Владимира Николаевича. Был он для них слишком пожилой, слишком принципиальный, правда они называли это "вредный", слишком непонятный их молодым энергичным натурам. Профессор никогда никуда не спешил. Каждого отвечающего выслушивал с неизменным вниманием и потом обязательно задавал дополнительные вопросы.
Этого ребята боялись больше всего. Потому что, если билет можно было вызубрить, а, если удастся, то и списать, вопросы въедливого старика предугадать не представлялось возможным. Нужно было знать предмет. И когда у Владимира Николаевича возникали сомнения в знаниях ученика, он беспощадно отправлял его на переэкзаменовку. Просить его о снисхождении было бессмысленно, потому что он неизменно повторял: "Даже на "двойку" надо что-то знать, друзья мои, даже на "двойку"..."
Настроения никакого. Ира пялилась в конспект, но мысли её были далеко. Хлопнула дверь, и в комнату влетела её соседка по комнате Женька.
- Ирка! Чего сидишь? Давай в институт быстрее! Я сейчас у Дундука спросила, можно ли экзамен сдать с другой группой на два дня раньше. И, представляешь, он разрешил! Может, и тебе повезёт!
Ира бежала со всех ног, но всё равно опоздала.
- Только что ушёл. - Молодой преподаватель с сочувствием глянул на расстроенную девушку. - Но только-только. Можешь попробовать догнать.
Ирка выскочила на улицу. Огляделась по сторонам. Точно, вдоль институтского забора, ссутулившись, медленно двигался Владимир Николаевич.
- Здравствуйте! Извините, пожалуйста! - Запыхавшаяся девушка догнала его уже около автобусной остановки.
- Здравствуйте! - Преподаватель неторопливо обернулся и внимательно оглядел Ирку с головы до ног. - На сегодня мой рабочий день окончен. Завтра я на кафедре с девяти.
- Знаю. - Испугавшись собственной наглости, кивнула Ирка. - Но это очень важно.
Профессор поднял брови.
- Вот как? Так чем я могу быть вам полезен?
- Владимир Николаевич, вы разрешили Женьке, Евгении Кашириной, сдать экзамен с другой группой. Пораньше. Я хотела просить вас о том же.
Преподаватель ещё раз смерил взглядом студентку, словно размышляя, стоит ли вообще продолжать этот бесполезный разговор.
- У Кашириной международный студенческий лагерь на кону. Если вы не забыли, ваша подруга - лучшая студентка, и путёвку эту получила заслуженно. А у вас что?
Ира опустила голову. Конечно, она ведь даже не отличница, а до Жекиных успехов, ей как до Луны пешком. Надо было сразу об этом подумать.
- Ну, так что у вас?
- У меня мама. Просто мама. Простите, Владимир Николаевич, я поняла.
Она развернулась, чтобы уйти. Но Владимир Николаевич неожиданно рассердился:
- Я вас не отпускал! Вы подошли ко мне с вопросом, из-за которого я, между прочим, пропустил свой автобус, а теперь собираетесь уйти, даже не выслушав ответ.
Ира виновато топталась рядом, не зная, что теперь говорить.
- Так что у вас с мамой? Болеет?
- Нет. - Она покачала головой. - Просто она одна. Понимаете, с тех пор, как я уехала, совсем одна. Мы всегда встречали с ней Новый год вместе. Я успевала. А в этом году я не успеваю приехать. Простите, я сама уже поняла, что это не уважительная причина.
- Не уважительная... - Задумчиво повторил за ней Дундук. - А, знаете, Ирина, приходите с Кашириной. Я приму у вас экзамен. Но, если у меня возникнут сомнения в ваших знаниях, не обижайтесь...
- Жека, похоже, я попала! - Ирка взялась за голову. - Теперь у меня на два дня меньше, а учить ещё... мамочка дорогая.
- Помочь тебе? - Женька с готовностью достала свои конспекты.
- Ага. Пересадку мозга сделать. Твоего мне. Только это и поможет. Нет, Жек, буду зубрить! Я уже билет домой купила.

Экзамен у Дундука, как всегда, затянулся до вечера. Женя и Ира сдавали после всех. Как-никак, с чужой группой, и надо было дождаться, пока закончится список. Наконец, настала и их очередь. Женька быстренько отстрелялась и, махнув на прощание рукой Ирине, скрылась за дверью. Ира ещё сидела над своим билетом.
Села отвечать. Запинаясь от волнения, рассказала первую тему, потом вторую.
- Неплохо. - Преподаватель побарабанил пальцами по столу. - Давайте теперь несколько дополнительных вопросов, и можете быть свободны.
В это время за окном раздались громкие хлопки и восторженные детские вопли. Видимо, кто-то не дождался наступления праздника и запустил один из фейерверков. Небо на мгновение расцвело яркими огнями, и Ира вдруг заметила, как изменилось лицо Владимира Николаевича: морщины разгладились, а в глазах появился детский восторг. Разноцветные искры за окном погасли, а он всё сидел и смотрел на падающие в свете фонарей снежинки. И вдруг заговорил:
- После войны всем было очень трудно. Но взрослые, жалея нас, детей, старались превратить каждый Новый год в настоящий праздник. Непременно ставили ёлку. На заводе, где работала тогда моя мама, снаряжали машину в леспромхоз, и после раздавали деревца тем, у кого были дети.
Мы с сестрой ждали этого момента. Приносили ёлку, пахнущую морозом, ставили в углу. Постепенно по дому начинал расползаться запах хвои, и наши детские сердца наполнялись радостью и ожиданием праздника. Мы доставали заранее приготовленные самодельные украшения и начинали наряжать ёлку. Сохранившиеся с довоенных времён, и трофейные, привезенные из Германии, игрушки берегли и вешали на самое видное место. Но и наши неуклюжие звёзды и снежинки казались нам тогда очень красивыми.
Как-то, ещё летом, мама подарила мне книгу Носова "Весёлые рассказы" и рассказ про бенгальские огни полностью овладел моими мыслями. Я всё думал, как бы и мне, как мальчику Мишке, сделать такие же. Мечтал удивить маму и сестру.
Он замолчал. Ира сидела не дыша, боясь перебить профессора.
- Но я решил пойти дальше, сделать настоящую искрящуюся ракету. Больших трудов мне стоило достать натриевую селитру и фольгу. - Продолжал Владимир Николаевич. - Я отдал за них свои главные сокровища: ножик и коллекцию значков.
Я вымачивал газеты в растворе селитры, сушил их на батарее, набивал пустые гильзы спичечными головками. Вертел тугие валики из всего этого. Словом, к Новому году я приготовился основательно...
И вот в канун праздника долго уговаривал маму пойти со мной во двор. Мы оделись, вышли и я начал колдовать над своими изобретениями. Первые две заготовки красиво заискрились на излёте. Сестрёнка прыгала и хлопала в ладоши. А вот с третьей, самой большой, я, видимо, перемудрил. Она полетела по непонятной траектории и шлепнулась за деревянную сараюшку. Были ещё тогда такие во дворах. И почти сразу оттуда повалил дым. Сарай потушили быстро, потому что свидетелей моего пиротехнического эксперимента собралось достаточно.
Особо не ругали, лишь взяли слово, что больше я такими вещами заниматься не буду. А вот мама рассердилась.
Весь вечер до Нового года она со мной не разговаривала, а я боялся сказать, что просто хотел её порадовать. После того, как погиб на войне отец, она редко улыбалась, а нам очень хотелось видеть её весёлой. Конечно, мы помирились. А утром под ёлкой я нашёл свои первые "снегурки", коньки, о которых так мечтал.
Мама давно умерла, а я до сих пор люблю новогодние фейерверки. Хотя сам их, конечно, больше никогда не делал...
Он придвинул к себе Ирину зачётку, поставил "хор."
- Если ещё подучите, в следующий раз будет "отлично". И обойдёмся без дополнительных вопросов. Езжайте, Ирина, к вашей маме и празднуйте!
Ира, не веря своим глазам, смотрела на зачётку. Всё! Она сдала! Сдала сессию! И даже без "троек".
- Спасибо вам!
Открыв сумочку, что-то вспомнила и, засмущавшись, положила на стол горсть шоколадных конфет.
- Что это? - Нахмурился профессор. И тут же улыбнулся. - "Мишка косолапый". Неужели, ещё делают?
- Мама их очень любит. Говорит, конфеты из детства. Я ей и купила.
- Ну, бегите, Ира, поздно уже.
- Счастливого Нового Года, Владимир Николаевич!
На первом этаже ждала Женька.
- Ты чего так долго? Принял? Измучил, наверное. Дундук!
- Он не Дундук.
Владимир Николаевич положил в рот конфету. Бережно разгладил фантик и подошёл к окну. Там, по-прежнему, падал снег. Через институтский двор спешили к воротам две девичьи фигурки.
- Счастливого нового года! - тихо прошептал он...

567 +

69

Спустя десятилетие после окончания Второй мировой войны многие в мире задавались вопросом почему в этой мясорубке одержал победу Советский Союз понёсший в первые недели вторжения ужасающие потери и по сути лишившийся армии и многих территорий. Особенно этим вопросом сильно озаботились британцы, обожавшие копаться в чужом грязном белье, строить теории и морщить лоб с умным видом ничего не понимая. Целый ряд статей на эту тематику вышел в крупных газетах и журналах привлекая к себе немалое внимание читателей в ответ написавших десятки тысяч писем в редакции. Однако наиболее интересным стало опубликованное письмо немецкого молодого мужчины подписавшегося как Рэйнер и оформленного в форме рассказа. "Ответом на вопрос почему они победили станет история очевидцем и участником которой был лично я сам. Итак в разрушенный войной германский городок где люди опасаясь бомбардировок уже который день сидели в подвалах без еды и воды вошли советские солдаты. Те самые которых пропаганда Третьего рейха старательно демонизировала описывая как исчадий ада пьющих детскую кровь. Все оставшиеся горожане с каким-то тупым, усталым безразличием ожидали, что сейчас русские в первую очередь начнут насиловать женщин, расстреливать оставшихся мужчин и грабить. Хотя что тут грабить. Но проходили часы, даже дни, а эти хмурые покрытые пылью, и пеплом мужчины и женщины и не думали даже следовать ожиданиям трясущихся по подвалам немцев. Горожанам очень сильно хотелось есть и пить и конечно первыми не выдержали дети. Малыши и подростки с тревогой и страхом озираясь вылезли из своих укрытий и прошлись по улицам когда-то уютного чистого городка лежащего теперь в руинах. На одной из площадей советские солдаты кушали что-то из плоских поцарапанных котелков. Запах каши стал для малышей мелодией гамельнского крысолова, он влёк их смертельную ловушку, по крайней мере тогда они в этом не сомневались.

- Руди остановись!

- Но так вкусно пахнет Удо...

- Нам не удастся украсть у них еду, а сами они нас не накормят.

- Почему Энн?

- Потому что наши отцы и братья убивали близких этих солдат. Ты бы стал на их месте Эрих?

- Наверное нет.

- То-то и оно.

Заметив группку детей в грязной одежде один из советских солдат - седоусый, но крепкий мужчина с наградами на груди взял за руку самого маленького из детей - голубоглазого четырехлетнего Кифера в порванных штанишках, в грязном шерстяном пальтишке и повёл за собой. Уже через пару минут он усадил ребёнка за грубо сколоченный деревянный стол поставив перед ним тарелку с аппетитной кашей. Остальные дети с завистью смотрели на то как их товарищ ложкой лопает вкуснятину облизывая губы и стараясь представить на что похожа эта русская каша. Второй солдат - молодой парень в пилотке улыбаясь поставил рядом тарелки по количеству ребятишек и подталкивая их усадил за стол. Какая же это была вкуснятина! Это была лучшая каша в жизни немецких детей. Каша вкус которой они запомнят навсегда.

Вскоре на площадь вышел высокий командир в фуражке и все находящиеся вокруг солдаты встали со своих мест отдавая честь.

-Это что ещё такое? - без злобы скорее удивлённо спросил тот указывая за быстро орудовавшими ложками малышнёй (а те старались вовсю, вдруг сейчас этот дядя заберёт кашу). - Команды кормить местных не было...

- А мы без команды, командир, - улыбнулся офицеру седоусый солдат. - Это же просто голодные дети...".

511 +

70

Просто так 26.
Без срока давности.
"Выйти на улицу с острым железом
Не отвлекаясь на мелочи быта
Подумать о чём-то большом и полезном
Что было когда-то, а нынче забыто
Войти в чью-то дверь, поздороваться тихо
Поставить оружие в угол у печки
Предложенный чай, не обидев хозяев
Отпить и подумать: "Хана, человечки"".
1. Я ехал в Казахстан. Причин побывать там было две: повидаться с друзьями и попытаться набраться опыта, в новом для меня деле.
Будучи человеком практичным, я решил учиться у умных. Или у опытных? Это иногда взаимоисключающие понятия.
Искать "себя" в таинственных землях самостоятельно? Увольте, это страшно и разумеется лень. Зачем наступать на грабли и получать по лбу, в поисках ускользающей истины. Если есть в этом непростом деле свои чемпионы и профессионалы. Они покажут и расскажут, как это сделать с наибольшей пользой и эффективностью. Приведут примеры и похвастаются: старыми шрамами, синяками и шишками. Тебе останется только выбрать симпатичное тебе увечье и записать рецепт.
Количество видов и форм "граблей" казалось неисчислимым. Методов и способов получения шишек ещё больше. Мой "винчестер" заполнился сакральными знаниями довольно скоро и оставшееся до окончания мероприятия время я просто сидел и пытался соответствовать. Дабы профанство моё не бросалось в глаза совсем уж явно. Приходилось надувать щёки и делать вид, что конспектирую мудрость.
Всё когда-нибудь заканчивается. Наскоро попрощавшись и поблагодарив за науку. Я сославшись на срочные дела, наконец-то помчался к друзьям. Оставив фуршет и протокол на помощников.
2. Было уже темно, но шатёр я нашёл быстро. Закадыки сложили такой огромный костёр, что осветили степь до Уральских гор. Видимо не очень рассчитывали на меня, как на следопыта.
Я откинул полог и шагнул через порог: "Мужики извините, что .......". Договорить мне не дали. раздался дружный смех. Я подождал пока народ успокоится: " Ребята извините пожа......". Все заржали ещё сильней и ответить мне было некому.
Когда все успокоились, мой самый старый друг сказал: "Вовка, ты не дрыгайся. Я просто с минуту, как рассказал этим придуркам историю из 90х. Как ты умудрился обидеть казаха, а извиниться или забыл или не захотел. Может сейчас попробуешь? Нурдаль покажись, Вова скажет тебе пару слов."
Подошёл интеллигентного вида казах, в очёчках и с печатью мощного интелекта на челе. Выйдя на середину шатра, он опустил глаза в пол и "сделал ножкой". Я всмотрелся в него и вспомнил .....
3. Зимой 1993-94го мы пытались "накормить" "голодную Россию" и мотались по Казахстану заключая договора на поставку зерна. Получалось не очень. Народ и власти относились к нам насторожено и соглашались на сотрудничество неохотно. Мы находились в недоумении. Как так? Предлагаем ГСМ и деньги на приобретение необходимых запчастей к технике сейчас, а оплату за помощь просим только осенью и в виде зерна.
Так бы всё и продолжалось, пока один умный человек не посоветовал: "Возьмите с собой на переговоры местного, из уважаемых людей". Я позвонил другу в Петропавловск и на следующий день наша "агитбригада" пополнилась новым "артистом".
Нурдаль три года назад закончил медицинский и трудился на должности главврача одной из районных больниц. Професия медика на селе уважаема. Его многие знали и дела наши пошли в гору. Аксуат, Сулы, Тимирязево...... Элеватор сменял элеватор. Всё смешалось. В памяти осталось только перманентное пьянство и феерическое казахское гостеприимство.
"Все проходит...". Багажник забитый водкой и шампанским опустел. Договора подписались. Мы почти уже спились, утомлённые официальными приёмами и светскими раутами. Пора было возвращаться домой.
4. Вещи были собраны. Мы со всеми попрощались и готовились к отъезду. Водитель и комерческий решили выпить на дорожку чая. Я чай не пью и потому оттягивался местным пивом, с содроганием вспоминая наши вчерашние проводы.
В дом зашёл Нурдаль и присел в уголке. Мои работники налили по второй. Нурдаль молчал и казалось просто ждал, когда наступит время отъезда. Мои налили по третьей и можно было подумать, что они никуда не спешат. Пришлось рявкнуть: "Хорош чаи гонять. Нам ещё пилить и пилить. До ночи надо быть в "Питере".
Парни пошли к машине, а Нурдаль и не пошевелился. На мой вопрос, чего сидим и кого ждём? Он ответил, что никуда с нами не поедет. Пришлось потратить 10 минут на выяснение причин такого демарша. Строптивый казах молчал, как партизан на допросе у гестапо. Наконец он понял, что я от него не отстану и сломался.
Всю дорогу до Петропавловска он молчал и смотрел в окно. Когда мы подъехали к дому его родителей, то вышел не попрощавшись и ушёл не оглядываясь.
Помню, что был очень удивлён таким его поведением и решил, что мы его чем-то обидели. Разбираться в его тонкой душевной организации было недосуг и мы умчали в ночь.
Прошло 30 лет и вот мы снова встретились. Парень получил научную степень, заматерел и стал уважаемым человеком. Только привычки похоже не поменялись.
5. Всё объяснил мой самый старый друг: "Вовка помнишь? Ты тогда попросил у меня провожатого в поездку по сельхозпредприятиям? Я проникся и выделил тебе в помощь любимого племяника. На следующий день, когда вы уехали домой. Он пришёл ко мне за деньгами и с отчётом. Когда я спросил о том, как всё прошло. Этот поросёнок заявил, что с такими чёрствыми и жестокими людьми он дело больше иметь не желает. И никогда, никогда больше с ними никуда не поедет. Что его миропорядок разрушен и он больше не обретёт мира в душе. На мой вопрос: "А что случилось-то?" Этот доктор недоделанный сообщил, что: "Они чаю казаху не предложилиииииииии (сдержанные мужские рыдания)".
6. Сейчас, спустя годы, я таких косяков больше не допускаю. Твёрдо зная, что не предложить казаху чаю-это одно из самых циничных преступлений против человечности. Такое себе деяние, за гранью добра и зла.
Пришлось извиниться перед светилом медицины. Признав ошибки и поклявшись, что больше никогда. Мы обнялись и выпили за дружбу и взаимопонимание. Нурдаль на радостях нарезался в дрова и до утра его не видели. Проспавшись он чаю не попросил, чем очень меня расстроил.
7. Я сидел за накрытым столом. Смотрел на дорогие моему сердцу лица и было мне хорошо и уютно. Слушал тосты в свою честь и сам говорил. Ел бишбармак и не пропускал ни одной. Думал: "Это так просто извиниться, если не прав. Стереть случайную обиду. Получить прощение и вновь обрести друга. Почему так не делают государства и правительства? Вот просто встать и сказать, где-нибудь на ассамблее ООН: "Ребята извините, мы погорячились и больше не будем". И всё... Кончились войны и исчезла политическая напряжённость. Наступил мир во всём мире. Почему они этого не сделают? Профаны? Дилетанты? Мизантропы? Кто они и зачем?".
Такое вот мировозрение "чукотского мальчика". Многие скажут, что я не прав и ничего не понимаю. Мир велик и в нём постоянно происходит всякое. Кому-то не предложили "чая". Кому-то предложили, но не "чай". Кому-то предложенного "чая" показалось мало. Кому-то много. Кто-то вообще чай не пьёт.
А я считаю, что если людей, которые "неправы" и ничего "не понимают" станет побольше. Мир станет гораздо лучше. Может надо просто почаще вспоминать о принципе: "Живи и дай жить другим"? И закончить наконец вечный спор о том: "Чей чай горячей".
Владимир.
11.09.2023.

820 +

71

Про спасение на водах 25.
Остров сокровищ.
1. Два года назад папа "отъехал" на ПМЖ в "поля вечной охоты" и я окончательно осиротел. Наводя порядок в опустевшей родительской квартире нашёл свои детские ништяки: альбом с марками, значки, копилку с медяками, рогатку, школьные дневники с двойками по русскому языку, счастливый складной нож, благодаря которому были выиграны сотни гектаров родной земли и ...... . Многое отправил в утиль, но кое-что оставил на память.
Перелистывая альбом с марками даже взгрустнул немного: "Вот эти выменял у Сашки. Этот блок мне купили в Анапе во время отпуска. На эту серию скопил, заначив деньги от школьных обедов. Здесь пришлось прибегнуть к шантажу и забрать из семейного бюджета последнюю трёшку. Потому как, ну очень надо, вопрос жизни и смерти. Как сейчас помню, до аванса оставалось ещё три дня. Как предки повелись? Хм ...... . Я всегда умел быть убедительным".
Заядлым филателистом не стал, как и незаядлым тоже. Да..... Некоторые ценности и приоритеты имеют свойство меняться со временем.
Я почти сдал "сокровище" в "архив", когда заметил торчащий из корешка альбома уголок бумаги. Потянул за него и добыл некий документ, который поставил меня в тупик. На страничке из школьной тетради были старательно нацарапаны таинственные символы. Лист был исписан с обоих сторон и походил на "шифровку из Центра". Не хватало только надписи: "Перед прочтением сжечь". Почерк явно был мой. Выглядело это примерно так:
"От т.с. пр.на с. 5.1км б.б. на п. 2км на л 1763ш вл 66 ув.к.от н. 300ш п. з.40 см". Подробное изучение и анализ манускрипта ясности не добавили. Судя по тщательности с какой документ был спрятан. Он явно был важен для меня тогдашнего. И я вернул его на место. До поры до времени.
2. Тайна перестаёт быть таковой, как всегда почти случайно. Я телевизор не смотрю, а родная иногда любит "повтыкать". Утверждает, что от эфирного дерьма голова становится пустой и легче засыпается. Не осуждаю. У всех есть дурные привычки. Я например курю. Это вредно, пусть и не так сильно, как просмотр передач из "зомбоящика".
Неделю назад жена позвала посидеть с ней немного. Мотивировала тем, что соскучилась и "давно не видела". Дом у нас огромный. Дела не пересекаются. Мы и правда днём почти не видимся. Уважил просьбу близкого человека и прилёг посмотреть с ней телевизор. Показывали "Остров сокровищ". Сюжет известный. Сюрпризов не ожидалось. До тех пор, пока герои фильма не стали изучать карту старого забулдыги капитана Флинта. Тут я немного проснулся и стал повнимательней. Что-то мне это напомнило....... Может найденный в альбоме для марок "пергамент"-это карта?
Весь вечер я провёл в попытках расшифровки "древнего манускрипта". Ничего не добился и это меня очень разозлило.
"Орешек знанья тверд, Но все же, мы не привыкли отступать! Нам расколоть его поможет, Киножурнал "Хочу все знать!"". Я поехал в город детства. Решив, что на месте давно прошедших событий, меня осенит.
Когда я въехал в свой старый двор, то вспомнил сразу и всё. Почти всё.
Ну конечно. Мы все свои игры и приключения начинали от вкопанного в центре двора теннисного стола. Раньше там стояли скамейки, сидя на которых мы болтали ногами и планировали очередную пакость. Без сомнений, "т.с." из "манускрипта" это теннисный стол. Дальше всё пошло "как по маслу" и вот я уже выкопал из земли что-то завёрнутое в брезент.
Это не приключенческий роман. Поэтому сердце моё "не стучало о рёбра, как молот". Сдавленных криков восторга никто не услышал. Руки не дрожали от возбуждения и взор не затуманивался. Я скорее ожидал какой-нибудь гадости.
Находка озадачила. Клад был по меньшей мере странным. Пиастров и жемчугов не наблюдалось.
Развернув с десяток слоёв брезента я обнаружил: две трёхлитровые банки с рисом, несколько плиток какао, пачку сигарет "Космос", спички, несколько свечей и банку от леденцов, набитую 50и копеечными монетами. Что это за хрень? Кто, когда и главное зачем это спрятал? Ничего не придумав, загрузил клад в багажник и поехал домой. Пребывая в глубокой задумчивости.
Никогда не был жадиной и скопидомом. Да и не помню я ничего о этом тайном захоронении. Что это была за сверхзадача и мотив? Наш с дворовыми пацанами общак на чёрный день или запасы на случай голода и атомной войны? Парни заныкали, а мне поручили "спасти и сохранить"? Доверили, как самому надёжному и верному, ключи и пароли?
Обзвонил почти всех наших дворовых пацанов, кого смог отыскать. Никто "ни сном ни духом". Пока расшифрована только одна строчка из всего документа. Надо найти время. Попытаться перевести и найти всё.
Кто знает, что меня там ждёт? Может совесть свою откопаю? А если повезёт, доверие и любовь к людям. А если совсем повезёт, то может и веру во всё человечество. Вдруг окажется, что оно не так безнадёжно. И тогда наступит на Земле мир, равенство и братство. Закончатся разом все войны и всё станет хорошо. А там поди знай. Вдруг учёные, освободившись от хронических болезней нашего века и многовекового маразма цивилизации. Найдут лекарство от всех недугов и изобретут наконец пилюлю от "Пэдризма". Фантастика конечно. Но очень хочется на это надеятся и верить.
Владимир.
18.07.2023.

487 +

72

В годы 2ой мировой войны некий Виктор Кравченко, однокурсник и друг Лени Брежнева, был отправлен в Вашингтон в качестве члена закупочной комиссии по вооружениям, поставляемым в СССР.

В 1943 г. Кравченко "выбрал свободу", о чем и написал потом книгу с таким названием.

Книга, возможно, и не была бы особо замечена, но после войны ее перевели и издали тиражом 500 тыс экземпляров во Франции. Там как раз коммунисты "набирали очки", избирались депутатами и мэрами, и вообще пользовались популярностью.

Книга Кравченко во Франции произвела фурор, его правдивые рассказы о коллективизации, о Гулаге, о партийных функционерах (он работал в наркомате перед отправкой в Штаты, так что даже Сталина видел лично пару раз) активно комментировались.

Коммунистическая газета "Летр франсез" не нашла ничего лучшего, как напечатать статью, подписанную псевдонимом, объявляющую Кравченко алкоголиком, не способным написать даже две строчки самостоятельно.
Естественно, весь текст книги в той статье был объявлен фальшивкой, подготовленной "меньшевиками из ЦРУ".

Кравченко, не будь дурак, подал в суд на коммунистическую газету. Суд в Париже состоялся при фантастическом стечении публики, включая журналистов крупнейших газет мира.

Отчет об этом процессе прекрасно написала Нина Берберова (http://www.belousenko.com/books/berberova/berberova_kravchenko.htm).

Коммунистическая газета запросила приезд из сталинского СССР 40 свидетелей на этот процесс, включая бывшую жену Кравченко, его сокурсников по Днепропетровскому ВУЗу (но не Брежнева), коллег по наркомату. Приехали не 40 человек, а пятеро.
И все они пытались свидетельствовать, что Кравченко был запойным пьяницей чуть ли не с 14 лет, никудышным работником ("Позвольте, а как же я тогда проработал столько лет в наркомате и еще был направлен в командировку в Америку?!" - удивился Кравченко), что голода в колхозах никогда не было, а в ГУЛАГ попадали только отбросы общества, которые там, впрочем, за 2-3 года прекрасно "перековывались", а массовые расстрелы - это "гнилая буржуазная пропаганда".

Свидетелями Кравченко вызвались быть ПЯТЬ ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК "из числа перемещенных лиц", его адвокатам пришлось выбирать из огромного числа желающих лишь тех, кто знал Кравченко лично до войны, или жил и работал в тех городах СССР, о которых писал в своей книге Кравченко.

Дала показания, в частности, жена немецкого коммуниста, жившего в СССР, который был советской стороной выдан Гестапо в 1940 году.

В качестве свидетелей коммунистической газеты выступил, в том числе, и Познер-дядя (писатель).
Он доказывает, что Кравченко не мог написать своей книги, что ее вообще не мог написать русский.

Познер находит в книге типично английские словосочетания, игру слов, цитаты английской литературы, цитаты французские.

Кравченко вскакивает и декламирует по-русски Вольтера — двустишие, включенное в книгу на английском языке"
"Владимир Познер выходит к свидетельскому барьеру. Познер, все время шевеля пальцами перед своим лицом, словно играя на невидимом кларнете, объясняет французскому суду, что разница между манускриптом и книгой доказывает, что эти две вещи были написаны двумя разными людьми.

— Текст рукописи скромнее текста книги, — говорит он. — В книге все было приукрашено, усилено, тени резче, характеры очерчены рельефнее, и пристрастие чувствуется на каждом шагу.
Председатель делает из ладони рожок у уха, голос эксперта едва слышен, монотонно и пространно объясняет, что там, где в рукописи стоит «два человека», в книге напечатано «два коммуниста», где в рукописи «я шел», в книге — «я ехал».
Председатель: И это все?

Познер: Кравченко не мог сказать: «стейк», он бы сказал «бифштекс», как говорят русские из России.
Кравченко: В России нет ни бифштексов, ни стэйков. (Смех в зале.)

Председатель борет в руки переданный ему экземпляр книги Кравченко, где красным карандашом отчеркнуты места, которых в рукописи нет.

Председатель: Их вовсе нет в рукописи?
Познер (после колебания): Их нет в этом месте.

Председатель: Мне все равно, в каком они месте. Я хотел бы знать, фигурируют ли они в рукописи где-нибудь?
Познер (запинаясь): Но там, где говорится совсем о другом...

Председатель: Словом, они имеются, но не в этой главе!"

551 +

73

Медовый месяц Штирлица

В советское время этапы нашей жизни можно было измерять кинофильмами… Что-то было ДО «Чапаева»… Что-то было ПОСЛЕ фильма «Трактористы»… Вся страна видела «Кубанские казаки»… Потом «Весна на Заречной улице»… Мы с вами видели «Иронию судьбы»… А уж со Штирлицем знакомы были все… И не по одному разу… ..."Семнадцать мгновений весны"... Шедевр, снятый на века!.. Мы знаем каждый эпизод… Каждый диалог… Каждый кадр, НО!.. Но, друзья!.. Как я вас сейчас удивлю!.. Ох, и удивлю!.. Дело в том, что... Приготовьтесь!.. Внимание!.. Я видел человека, который… не смотрел этот фильм(!!!)... Мало того!.. Я был женат на этом человеке!...
И я, (уверен в этом!!!), единственный в мире молодожен из миллиарда молодоженов, который весь медовый месяц(!!!) по ночам рассказывал молодой жене содержание 12-ти серийного фильма!.. Боже, как же внимательно она слушала!.. Как она радовалась, когда Штирлиц втюхивал Мюллеру туфту про отпечатки пальцев на чемодане русской радистки!.. Как она это слушала!.. Так умела слушать только моя Ирина... Она держала кулачки, переживая за радистку Кэт, прятавшуюся с двумя младенцами от эсэсовцев в колодце канализации... Она откровенно злорадствовала, когда Штирлиц пристрелил мерзавца агента Клауса... А как она плакала, сидя на кровати и закутавшись в одеяло, когда я пересказывал встречу Штирлица с женой в кафе!.. ...А когда "закончилась" 12-я серия, моя молодая жена сказала: - А дальше?!. И я... Я даже растерялся... ?!?!?!..
Роман "Приказано выжить" Юлиан Семенов тогда еще не написал... И... Эх!.. Была не была!.. И... И ваш покорный слуга... Стал ...сочинять сюжет сам(!!!)... На ходу!.. Про то, как Штирлиц вернулся после войны... Как он преподавал шпионскую науку в Ясенево... Как работал на благо Родины в Академии Внешней разведки... Что называется - Остапа понесло!.. И понесло настолько, что я договорился до того, что... Партия отправила Штирлица-Максима Максимовича Исаева на ...освоение целины(!!!)...
Пересказал я своей любимой и наивно-доверчивой жене весь сюжет «Стряпухи»… Как оказалось, она и этот фильм не видела... И смех, и грех... Боже мой!.. Неужели это было?!. Как привиделось... Но все это было, друзья!... Я не придумал ни строчки!.. ...
...А через несколько лет Ирина прочла вышедший в "Роман-газете" только что написанный роман "Приказано выжить"... Прочла за одну ночь... - Ну как? - спросил я... - А ты знаешь, Сашка... Она посмотрела на меня своими хитрющими глазами... Сверкнула ими... И - выдала: - А у тебя было интересней!..

(с) Александр Волков, Дзен-канал "Пегас на вздыбе" https://dzen.ru/pegas

640 +

74

ЖЗЛ.
Оказывается наше всё, солнце русской поэзии, Александр Сергеевич Пушкин был самым известным невыездным.
В отличии от своих коллег и знакомых дворян, которые катались в Европу регулярно, а некоторые так вообще как к себе домой. Саша ни разу ни покидал Россию как путешественник.
Детство и юность Александра Сергеевича пришлись на тяжелейшие наполеоновские войны, когда в 1800-1815 годах русский человек в Европе мог побывать только как солдат. Но Саша был тогда ещё слишком юн.
В последующие же 1815-1825 годы Пушкину не давал разрешения на выезд за кордон царь Александр I. Ведь Царь самолично распоряжался выдачей русским дворянам загранпаспортов. За вольнодумство, антирелигиозные произведения и возможное участие в декабристов Пушкину выезд был закрыт. Ну и естественно за то, что уже тогда Александр Сергеевич был очень известен и популярен. И вместо заграницы Поэт поехал в Михайловскую ссылку....
Николай I Пушкина вроде бы простил. И даже в Петербург вернул. Но устроил по полученной в Царскосельском лицее профессии - т.е. служащим Министерства иностранных дел. Должность эта не предполагала поездки за границу без официальной командировки. А ее Пушкину так и не предоставили.
Может Александр Сергеевич и планировал в будущем что-то изменить в этом вопросе, но это доподлино неизвестно.
Зато по России он напутешествовался вдоволь. Пушкин проехал и прошёл по родной стране тысячи километров - побывал буквально везде: в Крыму, на Кавказе, в степях Оренбуржья, Одессе и так далее. И конечно посетил поэт пару-тройку стран, которые при его жизни входили в состав Российской империи, но стали ныне независимыми: Грузию, Казахстан, Молдавию и т.д.
Единственный раз, когда поэт побывал за границей, произошёл летом 1829-го года, когда Пушкин принял участие в походе русских войск под командованием И.Ф.Паскевича на турецкий город Эрзурум. Это путешествие поэт впоследствии описал в своей книге "Путешествие в Арзрум". Но там тоже потом была история с присоединением этой территории к России.
Так что формально Александр Сергеевич был истинным невыездным не покидавшим земли родной.

565 +

75

СОЛОМОНОВЫ БЫЛИНЫ

(Мемуар для похохотать и не только, с прологом и безэпилоговым открытым концом)

Пролог

Меня познакомил с этим человеком в начале восьмидесятых мой бывший одноклассник, тогда студент юрфака, а я учился на матмехе… (ну если вам угодно, на мехмате - кто в теме, тот поймёт) и весьма прилично играл в преферанс. То есть я думал, что хорошо играю в преферанс, но этот человек быстро меня в этом разубедил. Был он старый еврей, юрист, глубоко пенсионного возраста, но крепкий и жилистый, с глубокими залысинами, с пронзительными, чуть навыкате, глазами, с гордым римским носом, медлительный, но с мгновенной реакцией. «Редкий сорт, штучная работа, - говорил он о себе. – Таких, как я, уже не производят, только ремонтируют». Жена его - тоже еврейка (называл он её почему-то Девой). Были ли у них дети и внуки – не знаю, не видел, да и он сам не рассказывал. Видимо, это была какая-то больная запретная тема. Назову его… ну, допустим, Соломоном Мафусаиловичем Гольдбергом. «Голд Берг – Золотой самородок, - говорил он о себе. - На мне столько всего уже поставлено, что для 585-ой пробы просто не осталось места». Ему шёл тогда седьмой десяток – времена менялись, что-то смутно носилось в воздухе, в разговорах возникали некие вольности…

Одноклассник пригласил меня составить ему партию в преферанс – двое на двое. У Соломона уже был напарник, а игру втроём он не признавал. Для Соломона преферанс был своеобразной релаксацией – играли вечером субботы у него дома, в роскошной, по тем временам, «сталинской» квартире. Потолки три метра, прихожая, гардеробная и сразу его кабинет – дальше никто соваться не рисковал без приглашения хозяина. Приглашал он редко и только на кухню, и только избранных. Я такой чести удостоился всего дважды, но об этом речь впереди. Так вот. Соломон что-то преподавал на юрфаке – то ли спецкурс, то ли какие-то методики. Или может, просто делился опытом со студентами. Молодежь он любил – живчик сам по себе, он ещё больше заряжался от них энергией, вобщем, был старым мудрым полнокровным таким мужиком. Не удивлюсь, если он тогда продолжал заниматься любовью – с женой или с какими другими женщинами.

В преферанс он играл, как иллюзионист… нет, как виртуоз. Любого профессионального шулера-каталу он раздел бы догола, даже не напрягаясь. Несколько раз я играл с ним и с его каким-то приятелем – хмурым молчаливым дедом. «С Соломоном играть неинтересно, он выигрывает, когда захочет, - сказал мне этот дед, когда я провожал его после игры до трамвайной остановки. – Есть пара-тройка таких же, как он, ухарей, но не в этом городе. А сам он уже никуда не ездит».

Говорил Соломон обыкновенно, но фразы интонационно строились так, что ты воспринимал сначала их звучание и только потом до тебя доходил смысл сказанного. Это был не одесский юмор, не малороссийский суржик и не сленг – он просто как думал, так и говорил. Когда его жена открыла платяной шкаф в его кабинете, чтобы что-то достать или что-то туда положить, я мельком разглядел в шкафу общевойсковой китель с погонами подполковника, орден Ленина и орден Отечественной войны (на кителе угадывался весьма весомый «иконостас» из орденов и медалей) - он перехватил мой взгляд и сказал:
- А что вы хотите, деточка? Пятый пункт есть пятый пункт. И кто бы его мне поменял?
(Для справки – пятый пункт, пятая графа была в паспортах того времени для указания национальности владельца).

Про войну он ничего не рассказывал – молчал наглухо. Был эпизод, когда мы обсуждали нашумевший роман Богомолова «В августе 44-го»:
- Этот пИсатель как любой нормальный пИсатель… - сказал Соломон с ударением на первый слог, - тоже кушать хочет. У каждого своя правда, у него вот такая… А справедливость – она или есть, или её нет. А если и есть, то в гомеопатических дозах… Тогда всё было не так, деточки, а значительно жутче. Значительно.

Думаю, что он воевал в СМЕРШе или в каких-то спецвойсках… может, в штрафбате – ухватки и повадки у него были специфические. Я сам занимался самбо, поэтому рукопашника узнать смогу. Кстати, он не курил. Вообще. Совсем. И не переносил табачного дыма. Поэтому курильщики выходили курить во двор и только по окончании очередной «пульки». Объяснил он это просто:
- Вот вы лежите себе неподвижно час-второй-третий… Если пошевелитесь, вас могут банально убить. И ладно бы за идею, а то ни за понюшку табаку. Так что когда у меня был выбор – курить или всё остальное, догадайтесь, что я выбрал?

Про себя он как-то сказал следующее:
- Деточки, свою трудовую биографию я начал ещё при Иосифе Виссарионовиче, и как я её начал? С места в карьер и таким галопом, что смог остановиться только в конце одна тысяча девятьсот пятьдесят третьего года. Дальше моя трудовая карьера шла исключительно шагом. Это я к тому, что спешите успевать занимать командные высоты – их мало, на всех не хватит. Впрочем, всякому – всяково.

Жалею, что не записывал его рассказы, но некоторые запомнились – совместный дружный хохот хорошо закрепляет услышанное. К нему на преферанс ходили, в основном, студенты юрфака, но слабых игроков он отсеивал сам – игра шла только на спортивный интерес. Несколько раз к нему домой приходили сдавать «хвосты» - он усаживал таких «сдатчиков» рядом со специальным карточным столом в своем кабинете и в процессе игры слушал их бубнящие ответы на вопросы экзаменационных билетов. И комментировал:
- Что ты мне тут блеешь, как родственник сестрицы Аленушки? Учи матчасть, не то она тебя не поймёт… Ты у меня пытаешься своими баснями оргазм вызвать, что ли? Ты у девушки своей что хочешь вызывай, а мне тут от твоих протяжных бурятских песен уже все уши заложило. Ты ёмче излагай, деточка, в три секунды, а то видишь - у меня уже не моя сдача подходит… Ваши глубокомысленные вопросы вошли в меня настолько глубоко, что я уже чувствую их всей своей простатой. Но вы всё равно будете давать мне правильные ответы, или вас интересует остаться здесь на второй год?.. А вот эти ваши реплики настолько остры, что они прямо-таки выбривают мне всю мошонку. Отчего у меня нервы и щекотка. Приходите мне ещё раз на пересдачу, когда у вас всё будет затуплено… А вы? Неужели вы тоже являетесь достойным представителем композиторского рода братьев Покрасс? Тем бы только бабу до рояля дотащить и грянуть хором: «Ми кг”расныя кавалэристы и прё нас билинники рэчистые ведуть рассказь»! Как зачем? Чтобы вдвоем ту бабу насквозь охмурить, потому что поодиночке у братьев это никак не получалось! И я держал вас за приличного студента! Но меня вы не охмурите, а только рассердите. Не делайте, чтобы я вспылил – давайте уже отвечать мне зычно и по существу, а то я вас так забуду, как вы устанете потеть, чтоб я вас вспомнил!..

Всякое там право, криминалистика и прочие штуки меня тогда мало интересовали, но жизнь потом повернула так, что пришлось мне всё это осваивать самоуком. За преферансом Соломон отдыхал, но очень не любил, когда партнеры задерживали игру и думали над ходом больше тридцати секунд. Или размышляли, с какой масти ходить. В таких случаях он говорил:
- А вы, деточка, вор – вы уже сперли столько моего терпения, что я уже и не знаю, как вы унесёте его домой. Вы меня хорошо поняли?
И игрок понимал, что ему надо ходить трефами или крестями, потому как типичная воровская кличка – это Крест. Или ещё о ходе трефой:
- Вы уже были себе на кладбище? Обязательно сходите туда завтра – там для вас специально будет устроен родительский день. (Смысл сказанного – ну давай, рожай быстрее и ходи с трефы, балбес).
- Ваша фамилия часом не Касторский ли? Нет? Значит, она у вас сейчас будет. Всё, идите меняйте паспорт, я вам сказал! (Буба Касторский из «Неуловимых мстителей» - ясное дело, ходи с бубей).
- Что вы тут себе спите как лошадь Буденного? Мы тут, понимаешь ли, не в шашки машем – чтоб вы знали, у красных кавалеристов пика длиннее шашки, а не наоборот. А то что вы себе думали? Что мы вас тут будем упрашивать пришпорить вашу соображалку? (Ходи с пикей, не задерживай людей).
Или выигрываю я как-то два мизера подряд – ребята в обалдении: нифигасе подфартило, расклад достался. Соломон (прищурившись):
- Деточка, вас в какое место сегодня поцеловала Фортуна? Именно в то самое? И взасос? Вынужден вас разочаровать – даже если сейчас вы её будете облизывать со всех сторон как леденец, это всё равно вам не поможет… Потому что моя Фортуна гораздо старше и прожжённее вашей.

И вся последующая игра идет строго в его пользу.

Надо сказать, что характер у него был добродушный, но иногда оттуда такая дамасская сталь выглядывала, что делалось не по себе – и я понимал, что такие люди остаются в живых на войне не по воле случая, а только по собственной воле. И чего это стоило Соломону, тоже примерно догадывался.

Теперь несколько историй, рассказанных Соломоном за карточным столом.

История первая.

В одних из наших правоохранительных органов (звучит как «право, охренительных») работал один мой знакомый, в чинах, естественно. Двое дочерей – такие шкодницы, что я точно знаю, о чём он думал в процессе их зачатия. Жена – медичка. Дева, ты помнишь эту жену нашего знакомого? Ещё бы она её не помнит – её задница не даст ей забыть: так нежно и ласково уколы никто не ставит, кроме как за этой медичкой. Да… Две генеральские звезды светили этому моему знакомому как два маяка в ночи – и что вы думаете? Он влюбился? Хуже, его влюбили! И он повёл себя как сущий поц – вместо того, чтобы спокойно разобрать ситуацию, попёр, как горный марал по кручам. Геня, говорил я ему, твои левые бабы уже доводили тебя до парткома с помощью жены, зачем тебе столько адреналина? Оставь хоть что-то товарищам! Но он кинулся разводиться со своей медичкой как бешеный, делить квартиру и совместно нажитое, которого было немало. К тому же, его и медичкины шкодницы уже принесли ему двух внуков – Геня, говорил я ему, ты счастливый в квадрате человек, другие и того не имеют. Нет, отвечал он мне как больной, хочу себе сыновей, собственных. Ну, так получите-распишитесь – его новая женщина была уж и не такой новой. У Гени возраст позднего акмэ 55, а у неё раннего – 45. Разница в десять лет по нынешним временам – так, статистическая погрешность. Но! У этой дамы была… что вы думаете?.. точно, собственная взрослая дочь от прежнего экзерсиса. И этой самой дочери новый экзерсис в виде Гени очень даже не понравился. Но всё-таки родил упорный Геня при помощи своей новой пассии себе через девять месяцев одного сына, а ещё через девять месяцев – второго. А ещё через три месяца померла его новая пассия – не справился её организм с такими переживаниями. Кинулся Геня к своей прежней медичке – так, мол, и так, готов искупить вину кровью, подсоби с воспитанием дитёв. Но медичка как кремень – ступай себе обратно взад, откуда пришёл. Ну, он и пошёл туда, косолапя. А дело на этом не закончилось. Чуть ли не следом за Геней прибегает к медичке его сестра и в ноги падает – прости, говорит, меня, сними грех с души, это я вместе с уже помершей пассией Гени ему приворот через деревенскую бабку сделали, чтобы он с тобой развёлся и на той женился. А приворот, деточки, это такая штука, о которой на ночь лучше не будем. Хватает его лет на пять, не больше, и чреват он весьма для своих заказчиков. Что ха-ха?! Что ха-ха?! В наших деревнях ещё не такое бывает, а гораздо хуже. Геня, кстати, следак был от бога, такие дела распутывал, а тут прокололся как мальчик. Так вот о чём это я… А об том, что во все времена думать надо прежде всего головой, а не мошонкой – хочется тебе бабу, хоти, но не шибко. А если затмение в мозгах наступило, лучше самому долбануться об угол и не доводить себя до плохого диагноза… Так, кто сдаёт? Моя очередь? Ну, деточки, держите – тебе маленькая, тебе плохонькая, мне туз… и снова туз мне на прикуп…

612 +

76

У каждого из нас есть знакомые – люди с непростой судьбой, вызывающие глубокое уважение.
Мне хочется поделиться историей о моём напарнике – звали его Борис Николаевич, для меня- просто Николаич. Работали вместе почти два года на теплотрассе.

Мужик был неленивый, добродушный и словоохотливый – правда с образованием слабовато. Но рассказывал интересно. Ему было уже за шестьдесят (действие происходило в середине восьмидесятых), до теплотрассы работал грузчиком – но тяжеловато должно быть стало, вот и сменил профессию.

Отступление. От своего отца, от матери, от материных братьев (все воевали) я никогда не слышал ни одного рассказа о войне – не желали рассказывать.
Отец один раз раскололся-
- Слушай, говорю, а можно такой вопрос, вы на передовой задницу чем вытирали?
- Зимой снегом, летом травой, листьями…
- А весной?
- Не помню, я в госпитале лежал…

Николаич же рассказывал много и охотно – пообщаться с ним было очень интересно.

Его призвали в июле сорок первого, и сразу отправили под Лугу – в оборону. Неразбериха, говорил была. На отделение выдали три винтовки, две сапёрные лопатки и гранату. Остальное по месту получите, сказали. Шли пешком – от Кировского завода в Ленинграде.

Фон Лееб рвался к городу, развивая наступление. Лужский рубеж удержал его больше чем на месяц – в Ленинграде успели подготовиться. Но враг тогда был сильнее.

После затяжных боёв, в сентябре, группа армий Север в нескольких местах прорвала фронт и двинулась к городу. Часть Николаича попала под сильный артобстрел, и почти полностью была уничтожена. Сам он рассказывал об этом так –

- Ночью прихожу в себя в полузасыпанном окопе – голова бл..дь, кружится, звенит, не вижу ни хера – но вроде живой.

Выкарабкался, винтовку откопал, вокруг полазил – может ещё кто жив? Никого не нашёл. Что делать не знаю, куда идти – тоже. Где Немцы, где наши – неизвестно. Бухает где- то вдалеке, но в стороне города, значит за линией фронта оказался – заеб..сь попал, надо к своим пробираться.

Пошёл. До Ленинграда оттуда около ста километров – шёл ночами, днём боялся. Так никого и не встретил. Винтовку и документы сохранил – значит не дезертир. Как- то удачно не нарвался ни на Немцев, ни на наши патрули – пришёл прямо к себе домой, помылся, поел, выспался и утром – в военкомат. Так мол и так, рядовой Ле…в, часть номер такой- то, прибыл вот– желаю значит, дальше Родину защищать.

- Какая часть, говоришь? … Из под Луги? Так нету такой части, погибла она.
-А в Луге Немцы. А ты сам случаем не диверсант? Ну- ка сидеть здесь, не шевелиться! Сейчас разберёмся, кто ты такой.

-Ну и сижу значит, там в коридоре, говорит. Ни винтовку, ни документы не отобрали- повезло. Дожидаюсь, а сам думаю – вот попал, так попал. Они же долго разбираться не будут- кто знает, чего от них ждать?

Из соседнего кабинета высовывается офицер – морда красная – от недосыпа, должно быть.
- Кто такой?
- Рядовой Ле…в, часть номер такой- то, часть уничтожили, прибыл за предписанием.
- Документы?
- В порядке. Оружие – вот винтовка, и полторы обоймы ещё осталось.

- Тебя- то мне и надо. Обстрелянный?
- Так точно.
Выписывает предписание – смотри – вон во дворе машину грузят, там офицер распоряжается, бегом марш к нему!

И Николаич попал в партизаны. Тогда действительно формировали армейские отряды для отправки в тыл к противнику. Предполагалось, что в тылу эти подразделения сами будут пополняться выходящими из окружений солдатами и местными жителями. Собственно, так оно и происходило в дальнейшем.

Нападали на Немецкие гарнизоны, пускали поезда под откос, мосты и железные дороги взрывали – когда было чем. Снабжение- по воздуху, самолётами, или управляйся сам – в основном- трофейным оружием, связь с центром нечасто и тайком, чтобы Немцы не запеленговали.

На такой огромной территории у Германии разумеется не хватало возможностей контролировать каждый населённый пункт. Вот и управлялись – по мере сил отравляя существование Вермахту. Иногда успешно, иногда – дай Бог только ноги унести.

Был приказ – встретить спецпоезд, пустить под откос, всё, что можно- уничтожить. Подобрались засветло, выставили караулы, линию заминировали, сами сели в засаду. Стемнело.

Но Немцы тоже не дураки были – пустили вперёд дрезину с двумя платформами и прожектором, пулемёты, и команда автоматчиков. Как они разглядели установленную мину? Остановились, полезли снимать. Командир скомандовал «Огонь», а много там навоюешь с винтовкой- то, против пулемёта? Треть отряда за пять минут полегло, остальные – врассыпную.

Автоматчики преследуют – видно приказ был уничтожить отряд – мы им тогда крепко уже насолили. Бежим, стало быть, спасаемся. Тут река впереди – неширокая, метров тридцать, но я ж, бл..дь, плавать- то не умею ни х..уя! Разделись, сапоги и одежду кульком на головы, винтовку на шею – вперёд. Как выше горла перехлёстывать стало- всё, думаю, отвоевался.

Руками ногами молочу, ничего не вижу, пузыри пускаю. Водички хлебнул, тут товарищ меня прихватил за шкирку, вытащил на твёрдое – только узел со шмотками я утопил. Так и идём дальше – он оделся и в обуви, а я в исподнем и босиком. До места базы отряда идти километров сорок – решили найти хоть какой угол, переночевать, барахла какого поискать- мне одеться, а утром – в отряд.

Подходим к деревне – вроде тихо, чужими не пахнет. Пробираемся тихонько – глядь – свет в окошке. Стучимся – слышим идёт кто- то к двери.

Открывает – Батюшка. Поп то есть. Смотрит на меня, мелко крестится, потом мычит, и в обморок. Что за оказия? Входим в хату – старушки ещё две, тоже смотрят на меня с ужасом. Посреди хаты, на столе стоит гроб. А в гробу- такой же рыжий, босой, и в исподнем – даже внешне немного похожи.

- Не пугайтесь, говорю, мы партизаны, а не привидения. Нам бы заночевать?

Утром местные собрали какой ни есть одежёнки, опорки на ноги, и мы пошли.

Командир отряда правильный был мужик, и справедливый. А вот политрука прислали – полного придурка. Всё политинформации проводил, лозунги вслух зачитывал- со значением. Надоел всем.

Остановились однажды на ночлег в деревеньке – пять домов, три бабки. Выставили караулы по дороге – с двух сторон. Бабуля смотрит на нашего – снег на дворе, а он с сентября в летних ботиночках ходит –

- Милок, ты же помёрзнешь весь, на- ко тебе – вот валенки от сына остались, сам- то он на фронте, бери, бери, ноги береги…

Ночью тревога – Немцы. Тот сторожевой, что на дороге стоял, откуда Немцы шли, вовремя тревогу поднял - успели уйти, а второй – что с другой стороны на этой же дороге- тот самый, что с валенками – куда ему деваться? Вместе с нами и побежал.

Добрались до отряда. Отдышались.

Политрук построил всех, смотрит –
- Откуда валенки у тебя?
- Так бабуля подарила.
- Мародёрствуешь, стало быть? Почему не вернул?
- Там немцы уже в деревне были. Да и не так просто взял, подарила она…

Вывел при всём строе, и застрелил из пистолета.
…………………………………………………………………………………………………………………………………..
Командир услышал выстрел, вылез из землянки, поняв, что произошло, посерел лицом.

Промолчал. Скомандовал –

- Вольно, разойтись.

Мы потом только издалека слышали – как он матом обкладывал этого политрука. Субординация называется. Нельзя командирам в присутствии рядовых ругаться.

А политрук потом глупо погиб – сам на мине подорвался. Невнимательный был.
Не поленились, собрали, что осталось, в плащ- палатку завернули, яму вырыли –чтоб похоронить достойно.
Постояли над холмиком, помолчали.

Командир говорит – Ну, жил, бл..дь, бестолково, и скончался непонятно. Да и х..й с ним. Другого пришлют –может лучше будет. Память ему – всё ж за Родину погиб.

- Смирно! Салют!

Стрельнули вверх. Потом по сто грамм выпили на помин души.

- А вообще везучий я, Николаич говорил.

Сколько раз ранили – и всё по пустяку – там царапнет, тут приложится – даже в медсанбат идти было лень – тряпкой замотаешь – само заживёт.

Николаич в начале сорок четвёртого, когда фронт двинулся на запад уже серьёзно, когда партизанские отряды стали расформировывать, попал в батальонную разведку – с его опытом войны в партизанах – бесценный был боец. Сколько раз за линию фронта хаживал – только он сам знает.

Из серьёзных ранений – осколком пересекло на левой руке кости. Два пальца (мизинец и безымянный) скрючились вовнутрь – но немного двигались – сжать кулак было можно.

А вот второе – как из анекдота – Николаич плохо выговаривал слова – гнусаво, и с придыханием.
Это, бл..дь, мне осколок прямо в язык попал. Пополам рассекло.

Врач, когда лечились, пинцетом тычет, гад, ковыряет, вытаскивает железяку из языка, больно, сука до слёз, а он хохочет в голос – Ты у меня, говорит третий такой, за всю войну.
Только тебе больше всех повезло – зубы все целы.
Первый говорил, что в атаку шли, рот открытый, вовсю орал -«За родину», второй- «За Сталина»! А ты что кричал?

- А я, бл..дь, кровью захлёбываюсь, булькаю, кашляю, но честно отвечаю- «Лёха, ё..б твою мать, патроны где»?

Таких анекдотов Николаич рассказывал десятки.

По доброму рассказывал – весело и простодушно. Слушать его было – как Твардовского читать – из Василия Тёркина. Ни злобы от него, ни обиды – просто человек жил так- правильно делал своё дело. Сложилось просто, что пришлось повоевать.

В мае восемьдесят пятого года, у нас (ну, как и везде) в конторе провели митинг памяти – всем ветеранам торжественно вручались ордена Отечественной войны на сорокалетие Победы.

В президиуме актового зала сидят уважаемые люди – с орденами, медалями, в хороших костюмах. По очереди говорят добрые и правильные слова – о памяти, о преемственности поколений, о том, что забыть пережитое нельзя. Правильно говорят. Вдумчиво, и справедливо.

Потом по очереди начинают вызывать из зала награждаемых.

- Орден Отечественной войны второй степени присваивается…..
- Орденом Отечественной войны второй степени награждается -

Очередной ветеран поднимается на сцену, получает награду, улыбается, произносит слова благодарности, все аплодируют.
И вдруг –

- Орденом Отечественной войны Первой степени награждается Л..в Борис Николаевич – и все так с удивлением смотрят – а почему это ему -первой?

Мы сидим рядом в зале, он так подрывается вскочить, я ему вслед – Николаич, блин, плащ сними, куда ты в плаще на хрен?

Снял. Мне отдал.

А под плащём - выцветший армейский китель без погон – он так всю войну и прошёл рядовым – и с обеих сторон – награды от плеч до карманов. Первую степень ему присвоили, потому, что орден Отечественной войны второй степени он получил ещё в сорок пятом.

Я успел разглядеть Славу, Красную звезду и Отечественной войны. А медали пересчитать – это надо было специально постараться. Но "за отвагу" - там было несколько.

Жаль. Я закончил институт и перешёл работать в проектный отдел с теплотрассы. Наши пути разошлись – и больше мы не встречались.

Но покуда жив – считаю своим долгом хранить память о таких людях – и стараться рассказать о них всем – чтобы не забывалось.

655 +

77

Вспомнилось, чего-то. Рассказывала покойная бабушка.
Во время войны они жили в двухэтажном деревянном доме позади Склифа. Это была коммуналка, бывший купеческий дом. На каждом этаже ряд комнаток, в торцах - кухни, а туалет под лестницей на первом. Топились печами.
На первом этаже в самой козырной комнате жила дама с сыном. Дама заведовала базой Мостоптреста, который занимался заготовкой и распределением дров, угля и мазута для отопления домов.
В 1941г Мише, сыну дамы, должно было исполниться 18 в ноябре - призывной возраст, а на дворе война. Немец к столице рвётся!
Летом Миша внезапно заболел близорукостью минус 8 и ещё забинтовал руку. К бинту прилагалась справка, что в силу какой-то редкой болезни юноша не может двигать пальцами и - соответственно - для фронта негоден.
Вот еще в апреле лихо на баяне наяривал, охмуряя окрестных девчонок, а тут внезапно раз и паралич.
Пожилого рабочего такого явление не удивило, а возмутило, и он пошёл в милицию. Пришёл милиционер, поговорил с мадам, вышел, дыша водкой и ... сделал дяденьке внушение:
-Что же вы, гражданин, напраслину на больного человека наводите!? Да вы знаете, что за клевету бывает?! А ну марш на завод ковать оружие для Красной Армии!
Беднягу аж затрясло.
Вечером на кухню выплыла мадам:
-Эх, делаешь вам добро, жалеешь, а вы! Да если бы я в этом клоповнике не жила, хрен бы вы топили берёзой! Сидели бы на тощей осине и соплями трясли! Эх вы!
Коммунальная братия набросилась на правдолюбца: Молчи-де! Один пацан погоды не сделает! Она же мать, сына бережёт! Молчи, без дров останемся!
Ну, против коллектива переть тяжко. Дрова к тому же, тепло.
Но с другой стороны - у деда уже и сын, и оба внука где-то там, а эта сволочь в тепле под мамкиным крылом счетоводом на базе сидит, гад!
Ну и в очередной раз, когда мадам вылезла с попрёками, в сердцах пожелал ей чтобы базу её разнесло к чертям вместе с её дезертиром сопливым.
Слово за слово, хреном по столу. Скандал не утихал долго. Наконец растащили их соседи.
А через день пришли из домконторы и опечатали комнату.
Точку, как выяснилось, в этой истории поставили Люфтваффе, разнёсшие дровяную базу буквально на дрова.

Бог не фраер, хитрожопые.

493 +

78

Когда мой дедушка воевал, на него три раза ошибочно приходила похоронка. Первый раз его посчитали погибшим на Курской дуге, хотя на самом деле, он был единственным, кто выжил из своего взвода. Рассказывал, что его офицер спас - толкнул и собой накрыл. Второй раз мина рядом с ним взорвалась, чудом спасся, только в ноге осколки застряли. А третий раз под обстрел попали, его из-под тел павших бойцов санитары вытащили. И опять он отделался несколькими ранами, да онемел от пережитого. Все три похоронки до сих пор хранятся у моей мамы - его дочери. Прабабушка (дедушкина мама), наотрез отказывалась принимать эти письма, чувствовала, что он жив, но почтальон сберегла их и отдала после войны. Сказала, что чудо это - три раза смерть обмануть, пусть на память останется.
Но, рассказать я хочу не об этом. После войны, спустя несколько лет, дедушка устроился работать конструктором на Ташкентский Авиационный завод (точно название не помню). И кто-то из сослуживцев рассказал ему, что во время командировки (опять же не помню город) узнал, что там есть... дедушкина могила. Ну, не прям персональная, а братская, на которой были написаны фамилии бойцов, которые в ней похоронены. Через пару месяцев дед поехал туда, тоже в командировку. Ну, и решил заскочить на кладбище, где была эта могила. Зашел к кладбищенскому сторожу, говорит, где, мол, такой-то похоронен? Ну, сторож и спрашивает, сам-то кто будешь? Тут дед и сказал, что пришел посмотреть, как его похоронили. Красивое ли место, кто соседи. Всегда, мол, любопытно было. Сторож обалдел, но до могилы проводил. Дед показал ему свою фамилию на могиле, показал свой паспорт. А когда собрался уходить, сторож чуть ли не силком затащил его к себе в сторожку, позвал друзей и накрыл стол. Сказал, что не каждый день к нему покойники в гости приходят.

564 +

79

В школе я презирал своих родителей. Они были старые, бедные, и больные. Мать -приволакивала ногу, а отец - практически слепой. Они тоже стеснялись, и не ходили ни на собрания, ни на выпускной. На котором я один сидел в школьной форме, потому что другой приличной одежды не было. И с завистью смотрел на принаряженных друзей и упомрачительных девчонок. И на их молодых и успешных мам и пап.
В доме всегда были сухари. Потому что хлеб не выбрасывался. В воскресенье варился борщ в выварке, который ели всю неделю. То, что чай нужно заваривать каждый раз, я узнал, только навсегда уехав после школы из дому. А так на кухне стоял заварной чайник с отбитым носиком, в который подливался кипяток, и всем хватало этой жижи на пару дней.
Да, я знал, что они - жертвы войны. Но про войну тогда так часто и бравурно показывали, что это стало просто фоном. Как и партия-наш-рулевой.
И только много лет позднее до меня дошло, что случилось. Как в 43м, в безвестном наступлении, абсолютно здоровый парень попал под пулеметную очередь, выбившую глаз, навсегда повредившую мозг и легкие.
И как в 42м молодая и красивая сельская девушка перебила ломом сама себе колено, чтобы не угнали в Германию.
Дошло.
Но было поздно признаться им в этом.
Они уже умерли.

527 +

80

Про седалищное дупло российской поэзии. Часть 2.

Константин Дмитриевич Бальмонт — русский поэт-символист, переводчик и эссеист, один из виднейших представителей русской поэзии Серебряного века.

Родился в 1867, Российская империя — умер 23.12. 1942, Нуази-ле-Гран, Франция. Свободно трещал на нескольких европейских языках и вдобавок отлично переводил.

В конце 1885 года состоялся литературный дебют Бальмонта. Три его стихотворения были напечатаны в популярном петербургском журнале «Живописное обозрение». Смолоду иногда принимал участие в работе революционных организаций.

В конце 1890-х годов Бальмонт не оставался подолгу на одном месте; основными пунктами его маршрута были Санкт-Петербург (октябрь 1898 — апрель 1899 года, Москва и Подмосковье (май — сентябрь 1899 года), Берлин, Париж, Испания, Биарриц и Оксфорд.

В марте 1901 Бальмонт принял участие в массовой студенческой демонстрации на площади у Казанского собора, основным требованием которой была отмена указа об отправлении на солдатскую службу неблагонадёжных студентов.

Демонстрация была разогнана полицией и казаками, среди её участников были жертвы. 14 марта Бальмонт выступил на литературном вечере в зале Городской думы и прочитал стихотворение «Маленький султан», в завуалированной форме критиковавшее режим террора в России и его организатора, Николая Второго («То было в Турции, где совесть — вещь пустая, там царствует кулак, нагайка, ятаган, два-три нуля, четыре негодяя и глупый маленький султан»). Бальмонт сразу стал «героем в Петербурге».

1. (Примечание: По поводу регулярных экспроприаций (точнее ограбления касс, инкассаторов и банков) боевиками революционных партий, в ходе которых убивали кассиров, инкассаторов и попутно просто проходящих мимо людей, героический поэт Бальмонт, не голосил рифмованными фразами. Жертв революционного террора, Бальмонт за людей не считал и поэтому их вдов и сирот, считал какими то насекомыми.)

По постановлению «особого совещания» поэт был выслан из Санкт-Петербурга, на три года лишившись права проживания в столичных и университетских городах. Несколько месяцев он пробыл у друзей в усадьбе Волконских Сабынино Курской губернии , в марте 1902 года выехал в Париж, затем жил в Англии, Бельгии, вновь во Франции. Летом 1903 года Бальмонт вернулся в Москву, затем направился на балтийское побережье. Проведя осень и зиму в Москве, в начале 1904 года Бальмонт вновь оказался в Европе (Испания, Швейцария, после возвращения в Москву — Франция), где часто выступал в качестве лектора; в частности, читал публичные лекции о русской и западноевропейской литературе в высшей школе в Париже.

2. (Примечание: Какая безмерная жестокость!!!! Ай яй яй яй яй! Каков зверский царский террор !!! Бальмонт писал: «...там царствует кулак, нагайка, ятаган, два-три нуля, четыре негодяя и глупый маленький султан» И где ятаган которым Бальмонту отрубили лишние части тела?? А где нагайка, которой располосовали всё его поэтическое тело?? Где кулаки четырёх негодяев, которые расколотили его нос и выбили его зубы???

А всего этого нету. Зато есть реальность Париж — Лондон —Брюссель — Мадрид —Берн. Вот это жизнь, живи не тужи.)

В 1905 году Бальмонт вернулся в Россию из путешествия в США и Мексику, и сразу принял активное участие в вооружённом восстании в Москве, «больше — стихами».

Сблизившись с Максимом Горьким, Бальмонт начал активное сотрудничество с газетой РСДРП «Новая жизнь» и парижским журналом «Красное знамя», который издавал А. В. Амфитеатров.

Е. Андреева-Бальмонт подтверждала в воспоминаниях: в 1905 году поэт «страстно увлёкся революционным движением», «все дни проводил на улице, строил баррикады, произносил речи, влезая на тумбы».

В дни декабрьского московского восстания, Бальмонт часто бывал на улицах, где выступал перед студентами с заряженным револьвером в кармане. Он даже ждал расправы над собой, возомнив себя крутым революционером. Опасаясь ареста, в ночь на 1906 год поэт спешно уехал в Париж.

Там в эмиграции 1906-1913 года, осел в Париже где начал строчить «Песни мстителя»

1.«Наш царь»

Наш царь — Мукден, наш царь — Цусима,
Наш царь — кровавое пятно,
Зловонье пороха и дыма,
В котором разуму — темно...
Наш царь — убожество слепое,
Тюрьма и кнут, подсуд, расстрел,
Царь-висельник, тем низкий вдвое,
Что обещал, но дать не смел.

2.«Николаю последнему»

Ты грязный негодяй с кровавыми руками,
Ты зажиматель ртов, ты пробиватель лбов,
Палач, в уютности сидящий с палачами,
Под тенью виселиц, над сонмами гробов.

Когда ж придёт твой час, отверженец Природы,
И страшный дух темниц, наполненных тобой,
Восстанет облаком, уже растущим годы,
И бросит молнию, и прогремит Судьбой.

Ты должен быть казнён рукою человека,
Быть может собственной, привыкшей убивать,
Ты до чрезмерности душою стал калека,
Подобным жить нельзя, ты гнусности печать.

Ты осквернил себя, свою страну, все страны,
Что стонут под твоей уродливой пятой,
Ты карлик, ты Кощей, ты грязью, кровью пьяный,
Ты должен быть убит, ты стал для всех бедой.

Природа выбрала тебя для завершенья
Всех богохульностей Романовской семьи,
Последыш мерзостный, ползучее сцепленье
Всех низостей, умри, позорны дни твои.

Весной 1907 года Бальмонт героически побывал на Балеарских островах, в конце 1909 года мужественно посетил Египет, в 1912 году одиннадцать месяцев стойко путешествовал по южным странам, посетив Канарские острова, Южную Африку, Австралию, Новую Зеландию, Полинезию, Цейлон, Индию.

3. (Примечание: «Особо экзальтированная публика, с куриным мозгом, где нибудь напишет или уже накропала жёлтеньким на снегу, что Бальмонт гоняя по странам мира, заметал следы, чтобы его агенты охранки не прикнокали за большие заслуги перед Революцией».

На всю Империю в Охранных отделениях работало от силы 1000 чел. вместе с канцелярскими работниками, заведующими по хоз.части, дежурными, и прочими обслугами. Людей не хватало даже на слежку за верхушкой нескольких партий. А примазавшийся для хайпа стихоплёт был им нужен, как «Джо неуловимый»)

В честь 300 летия дома Романовых был амнистирован.

Вернулся в Россию в 1913, а в начале 1914 года поэт вернулся в Париж, затем в апреле отправился в Грузию, где ему оказали пышный приём. Из Грузии Бальмонт вернулся во Францию, где его и застало начало Первой мировой войны. В конце мая 1915 года — через Англию, Норвегию и Швецию — поэт вернулся в Россию. В конце сентября Бальмонт отправился в двухмесячное путешествие по городам России с лекциями, а год спустя повторил турне, которое оказалось более продолжительным и завершилось на Дальнем Востоке, откуда он в мае 1916 года ненадолго выехал в Японию.

И вот пришла тщательно готовившаяся Революция 1917 и царя свергли, а вскоре расстреляли вместе со всей семьёй. Исчез в Ипатьевском подвале - мешавший жизни Бальмонта грязный негодяй с кровавыми руками, зажиматель ртов, пробиватель лбов, вместе с дочерями, женой и сыном. Сбылась озвученная и размноженная в миллионах экземплярах мечта поэта Бальмонта!

И что то пошло не так. Восторг начал тихонечко выветриваться.

В октябре 1917 года в стихотворении «Российская держава» Бальмонту уже захотелось «твёрдой руки». Обращение к генералу Лавру Георгиевичу Корнилову: «В стране, что ложью обессилена, Средь жалких умственных калек, Где, что ни слово, то извилина, Ты прямодушный человек. Как белый лебедь, полный гордости, Плывет, и им светла волна, Твой лик твердит: «Нам нужно твердости, Любовь к России нам нужна». С тобой душою вместе в плене я, Но что бы ни промолвил суд, Бойцу, я знаю, поколения Венец лавровый принесут. (Утро России. 1917. 15 октября)

Захотелось чтобы появился взамен сброшенного царя новый «Пробиватель лбов, с кровавыми руками Под тенью виселиц, над сонмами гробов.»

После 1917 года к выводу: «Никакая революция не дает ничего, кроме того, что было бы в свой час достигнуто и без нее. А проклятия, которые всегда приводит с собой и за собой каждая революция, неисчислимы»

Ого, Бальмонт гигант мозга!

В статье «Воля народа» Бальмонт приходит к выводу, что «не революцией, а эволюцией жив мир».

Ого, как стало гиганта мозга наворачивать !!!

Но пока до Бальмонта начали доходить простые истины жизни, публика которая читала и покупала его сборники, заучивала его стихи наизусть, которая рукоплескала и аплодировала ему, пошла со своими семьями кусками на фарш, вслед за семейством царя.

Чтобы не сдохнуть, Бальмонту пришлось скрепя зубами смириться с властью большевиков и сотрудничать с ними.

В брошюре «Революционер я или нет?», вышедшей, в мае 1918 г. он показал, что был увлечён Революцией, затем призывал своими стихами Революционную бурю, а потом в возрасте 50 лет пересмотрел свои взгляды. Ути пусечка. Очевидно, что Бальмонт дожил до 49 лет с мозгом умственно отсталого подростка. И о чудо, таки в 50 лет повзрослел.

Когда революционеры за год убивали в несколько раз больше, чем царская власть казнила за 50 лет, Бальмонт закрывал глаза, уши и рот. Революция требует жертв. Остались сироты- насрать! Остались вдовы- плевать!

Когда начали убивать в 1000 раз больше, Бальмонт прозрел, и шепотком начал ворчать себе под нос. Пришла свобода слова. Гунди себе под нос, без слов, не открывая рта.

Бальмонт героический баррикад строить не пошёл, речами к свержению советской власти не призывал, на тумбы не залазил. Ушки героически прижал, хвостик мужественно поджал, хлебало храбро завалил.

В 1920 году вместе с Е. К. Цветковской и дочерью Миррой поэт переехал в Москву, где «иногда, чтобы согреться, им приходилось целый день проводить в постели». А в перерывах, между длительными постельными сценами приходилось вставать и тырить на дрова чужой забор.

При помощи знакомств, в около правительственных кругах, Бальмонт выпросил поездку за границу и обратно уже не вернулся.

При зажимателе ртов и пробивателе лбов Николае 2, великий поэт Бальмонт свободно шмыгал по разным странам, как обезьяна в джунглях перепрыгивает с ветки на ветку, и при этом не испрашивая дозволения. При этом требовал ещё некой свободы, которой ему постоянно недоставало.

Точно так же, как обезьяна скачущая с ветки на ветку, перепрыгивал от одной жены к другой жене, то к любовнице, то к почитательнице, и т.д. и т.п.

Вторая окончательная эмиграция: 1920—1942 годы

Прибыв заграницу, Бальмонт хотел провернуться и не трогать большевисткий режим в России. Всё не так мол там однозначно. Но занять нейтралитет не вышло. Втянули в грызню с обеих сторон.

Всего за свою жизнь опубликовал 35 поэтических сборников, 20 книг прозы, переводил со многих языков. Автор автобиографической прозы, мемуаров, филологических трактатов, историко-литературных исследований и критических эссе. Был номинирован на Нобелевскую премию по литературе.

В отличии от Марины Цветаевой, Бальмонт в Россию не вернулся, и поэтому дожил до 75 лет.

Бог дал Бальмонту огромный талант, часть которого он употребил чтобы разрушить свой дом, свою страну. Своими стишками облегчил путь к власти революционерам. В итоге насрал себе, своим родным и близким, и миллионам своих сограждан, на 100 лет вперёд.

Раскаялся он или нет, абсолютно неважно. Он пересмотрел свои взгляды на Революцию, только тогда, когда последствия вызываемой им Революции подорвали его финансовое благополучие. А до этого, этот великовозрастный болван несколько десятилетий пилил сук на котором сам сидел. И потом 25 лет обиженно «наслаждался» последствиями своего соучастия.

Занимался бы переводами и литературой, не влезая в политику, в которой ничего не смыслил, то может быть остался бы в памяти народа, как учёный-филолог и гордость России.

В искреннее раскаяния Бальмонта, я не верю. Это было только очередное позёрство и понты, чванливого эгоистичного петушка, и удивление.

Ничего, кроме презрения, он у меня не вызывает.

500 +

81

Кого спасать будем?

В 1967 году режиссер Наум Бирман снимал на Ленфильме свою первую картину «Хроника пикирующего бомбардировщика». Сегодня, спустя полвека, фильм смотрится превосходно. Советская военная классика. Его необычность в том, что три главных героя, которые в конце погибают, выполняя боевое задание, — интеллигенты. Художник, учитель, скрипач. Создателям картины (сценарист Владимир Кунин, оператор Александр Чиров) повезло: руководство Ленфильма не ожидало от проекта ничего значительного и в процесс почти не вмешивалось. Но в какой-то момент директор киностудии посмотрел отснятый материал и захотел фильм улучшить.

— Наум Борисыч! — обратился он к режиссеру, — Мы снимаем хороший, важный, патриотический фильм. Наши герои — отличные ребята и настоящие герои. Ну зачем ты их убиваешь? Я предлагаю другую концовку. Последний бой. Наш экипаж против десяти фокеров. У наших кончились патроны, кончается горючее. Их подбивают, самолет горит, идет вниз. В последний момент они выпрыгивают на парашютах. Медленно летят, садятся на лесную полянку. Тишина, земляника, как будто нет войны. Они достают самокрутку, раскуривают, передают друг другу. Начинается музыка, камера отъезжает. Конец фильма.
— Понимаете, мы их убиваем не потому, что недостаточно любим, — ответил Бирман, — Как раз наоборот. Они погибают, потому что вот такие прекрасные, талантливые, добрые и веселые ребята, созданные для жизни, действительно, гибли на войне, и часто первыми. В этом — главная мысль фильма, его сила.
— Понял, не дурак! — говорит директор, — Предлагаю компромисс: пусть спасется один. Серега Архипцев, самый из них положительный, зрелый, командир! Самолет горит, идет вниз, в последний момент Серега выпрыгивает и выживает!
— Так не бывает, — объясняет Бирман, — Командир оставляет боевую машину последним.
— Тогда пусть спасется балагур, которого играет Даль, — настаивает директор, - Самый веселый и обаятельный!
— Он не может спастись. Он стрелок-радист и находится в отдельном отсеке. У него нет люка. Если самолет подбит, он — смертник.
— Понял, не дурак! Кто у них там третий?
— Третий — Веня Гуревич. Еврей. Музыкант.
Директор задумался и после короткой паузы вынес окончательный вердикт:
— Ладно, черт с тобой, пусть гибнут все!

540 +

82

В 1964 году на съёмках отечественного фильма "Свет далёкой звезды" произошла заминка. Один из главных актёров растянул себе ногу поскользнувшись на пустом месте и вся съёмочная группа вынуждена была ждать пока доктора поставят его на ноги. Вот такая тавтология. Съёмки были за городом, на натуре, сроки горели поэтому артисты, костюмеры, гримёры и военные-консультанты принимавшие непосредственное участие в создании киноленты четверо суток не знали чем себя занять. Про военных консультантов можете не удивляться во времена СССР к киношникам целые реальные подразделения армии приписывали для достоверности, для массовки и так далее и тому подобное.

Ну как водится каскадёры и военные заскучали, немного выпили. Без фанатизма, но достаточно для того чтобы офицеры - капитан и старший лейтенант решили прямо в поле пострелять по банкам и другому мусору из ППШ имеющегося у них на вооружении и из недавно принятого АК. За всем этим весельем наблюдала почти вся съёмочная группа. И даже актёр Евгений Яковлевич Весник отпущенное ему время тративший с немалой пользой - разучивая новую роль для другого фильма. Дабы войти образ он даже нацепил на нос пенсне, манишку и дурацкую соломенную шляпу.

Наблюдая за стрельбой военных, а также за тем как старлей с ППШ явно проигрывает по очкам капитану Весник смешно пошевелил наклеенными усами и подошёл к старлею.

- Ну кто так стреляет? Дай, я тебе покажу мальчик как это делается, - сказал Евгений Яковлевич сноровисто беря в руки ППШ и бодро в несколько коротких очередей с ювелирной точностью сбил все мишени.

На этом он не остановился. Под удивлёнными взглядами он подошёл к капитану взял в руки новенький АК и сделал несколько выстрелов из него.

- Дааа... - заключил он рассматривая оружие. - Из этого конечно куда сподручнее. Хорошая машинка.

Военным (и не только военным) с отвисшими челюстями, в отличии от директора каскадёрской группы Мезенцева, было невдомёк что этот смешной мужичок в пенсне и соломенной шляпке ветеран войны имеющий потрясающий калейдоскоп наград полученных за такие подвиги о которых кино снимают.

Напоследок довольный произведённым эффектом Весник обернулся и сказал:

- Если вы попросите покидать меня гранаты, пострелять из миномёта или пушки, то я всё это умею, но делать не буду. У меня теперь другая профессия....

413 +

83

Прислал сюда несколько анекдотов про любовников, которые двести лет назад лезли в постель к своей милой в сапогах. Как это так? Что за юмор? Поясняю. Фамилий называть не буду.
В мемуарах одной весьма известной лет 50-70 назад киноактрисы приводятся её же воспоминая, как она вскоре после войны изволила отдаться одному успешному и известному тогда относительно молодому литератору, старательно следовавшего курсу нашего государства того же времени. Литератор придерживался полувоенного стиля одежды и ходил в сапогах, в них же он полез к актрисе в постель. Наивная актриса попросила упомянутого орденоносного журналиста/писателя/поэта снять сапоги, об этом тут же пожалела. То, что произошло деликатно называют "нехватка кислорода в помещении". А то, как это описывает актриса цитировать не буду, дабы не не портить читателям этой истории аппетит. А ведь тот "геройский" автор текстов судя по всему жил в неплохих бытовых условиях и вода для умывания у него в доме была, это не двести лет тому назад.

391 +

84

КРЕЩЕНСКАЯ БАННАЯ САГА - 7.1.
ИЮЛЬ, Взморье под Петербургом. Назад в будущее: петровские бани

Единственный раз отступлю от обычной нумерации своей саги по причине исключительной: я не нашел на купабельном питерском взморье ни единой бани, хотя именно ради удовольствия купаться круглый год Петр и поселился здесь сам.

Зато нашел многое об его банях от Питера до Сены, а также отличное место, где такую баню легко построить и в наши дни.

Именно в этом месте, описанном в прошлой серии, я в тот июльский день дохлебывал огнедышащую уху, сидя на взморье под вздувающимися как паруса тентами. Грустно торчали мокрыми рогами наши велики, а дождик всё не угоманивался. Только что купался в восхитительно свежих и бескрайних водах на зависть всем москвичам, а тут даже колесить не хочется. Не то что бы соваться в море. И никому вокруг не хочется!

Что случилось с моим любимым городом? Пять миллионов человек! Тысячи туристов! Лучший сезон белых ночей! Чистейшая вода! Почему никого вокруг?

Загуглил, опечалился. Следуя мелькнувшей догадке, я сказал тогда Алисе - «баня и Петр Великий».

Всем советую столь живительное чтение, коль выпадают минуты уныния и беспомощности. Нагло скопипастю то, что вдохновило меня тогда на эту сагу, под шум пустынных волн на питерском взморье:

Русская баня на берегу Сены
Каждую субботу царь Петр ходил в баню. Этот обычай он соблюдал и в Париже. По его приказу на берегу Сены была устроена баня, в которой парилась вся русская делегация.
Разгоряченные паром петровские гренадеры выбегали из бани и бросались прямо в Сену, и это небывалое для парижан явление собирало "многолюдное сборище зрителей".
Королевский дворецкий Вертон, увидев такое странное купание, пришел в ужас и умолял царя все это запретить, опасаясь, как бы кто из русских не умер. Царь рассмеялся и ответил:
"Мы тут от парижского воздуха несколько ослабли, так закаливаем себя русскою банею. У нас бывает сие и зимою; привычка - вторая натура"

Украшу эту копипасту ехидным комментарием, что Петр I отнюдь не был энтузиастом ЗОЖ, ввязавшимся в столь суровые испытания себе во страдание. Этот человек любил отдыхать с таким удовольствием и размахом, что удивительно, как он был вообще жив к тому времени. При его образе жизни нормальный человек вряд ли бы дотянул и до 30.

С юности вовсю дымил табачищем, сплошные пьянки - гулянки вплоть до изумления разума и выноса тела. По нынешним временам - конченный алкоголик уже к совершеннолетию. Врачи бы категорически запретили ему даже нос совать в парилку, может не выдержать сердце. И уж тем более нырять в ледяную воду - там ему точно кранты.

А как Петр трапезничал! Гаргантюа какой-то. Вот еще мемуар:

*Основные сведения о личной жизни царя парижане получали от повара в отеле «Ледигьер», которому было поручено кормить Петра и его свиту. «Невероятно, – рассказывал Вертон, – сколько царь съедал и выпивал, садясь за стол всего дважды в день, не говоря о том, сколько он поглощал пива, лимонада и прочих напитков в промежутке.

Тем не менее, накупавшись в ледяной Сене, Петр благополучно вернулся в еще более ледяной Петербург и там благополучно прожил среди болот еще более 7 лет. Продолжив при этом свой вредоносный образ жизни в том же духе. Причина смерти - застудил почки с камнями, вытаскивая из ледяной воды утопавших матросов. В возрасте 52 года! Какой еще император в истории человечества может похвастаться таким подвигом?

Обычный человек с образцовым ЗОЖ, попади он в свиту сподвижников Петра и раздели его привычки, окочурился бы за пару недель по одному из следующих диагнозов: воспаление легких, передоз алкоголя, утоп в море, сгинул в топях, не выдержало сердце в парилке, одолела чахотка, сам повесился от невыносимого климата.

А Петр работал и отдыхал там с явным удовольствием. Любовь к русской бане на воде искупала все его убийственные привычки, вместе взятые. Парилки при строительстве Петербурга стояли повсюду, без них строить этот город круглый год было бы физически невозможно.

Но перестал барабанить июльский дождик по парусному тенту на питерском взморье, где я впервые прочел о петровских банях. Глянул на окружающую меня прекрасную пустошь сию его глазами, мысленно телепортировав на 300 лет из далекого прошлого, и дух неукротимого императора пробудился во мне.

Я встал и широко зашагал по взморью вдаль, задымив табачищем. Сразу согрелся. Вдохнул соленый воздух и представил себе сценарий: озорные инопланетяне в свое время заботливо скопировали всю нейросеть императора, а в этот июльский день 2022 года, к 2:22 пополудни реинкарнировали ее в голову Медного всадника.

Тело его и коня начинили мускульной робототехникой, предельно близкой к естественной анатомии. Зависли летающими тарелками по периметру наблюдаемого мною берега, и передали по всем телеканалам планеты грозное сообщение:

- Земляне! Дорогие петербуржцы! Нами, по заданию Вселенского разума, начинается чисто экологический эксперимент по спасению остатков российского населения, любящего баню на воде с купанием в оной.

- Нашими дронами сфотографировано всё морское побережье к северу от Петербурга вплоть до Выборга. На нем обнаружена всего дюжина купальщиков и ни единой бани. Считаем это абсолютно несовместимым с волею основателя этого прекрасного города.

- Мы сочли своим долгом его воскресить - сначала в виде киборга в привычном вам виде в наказание за грехи его тяжкие. Но вернем ему и нормальное человеческое тело, как только поставит тут первую баню. По нашим оценкам, сегодня до заката справится. Дрова, пила и топор будут ему доставлены в любое указанное им место.

- Все обнаруженные пустоши на этой территории передаются ему в суверенное правление на правах человека, долгой борьбой вернувшего эти земли России. Которая так и не смогла их привести в вид, наиболее сообразный здоровью и счастью человека в этом климате.

- Суверенитет Петра будет ограничен по образцу вождя индейской резервации в США - он не имеет права объявлять войны другим державам или захватывать окрестные российские земли, но в своих владениях пусть селит кого хочет и строит что хочет. Денег мы ему дадим достаточно. Месту сему не быть пусту! - вот наша единственная директива, если он захочет их получить.

Повеселившись такому сценарию, я вернулся к кафе и как-то по-новому на него глянул. А что, самое подходящее место для начала из десятков километров взморья, нами проеханному за день.

Отличное кафе, тут только бы баню пристроить. Обширное меню на все вкусы, и дизайн не подкачал - подчеркнута уникальность и идентичность этого места. Немногие кафе мира могут похвастаться старинными пушками у входа, как бы грозя наступающему шведу!

Сорвись Петр сейчас со своего пьедестала - пожалуй, именно сюда я бы его и пригласил.

А вот у этой группки кривых вековых сосен, дерзко вырвавшихся из леса к самой кромке ревущего моря, раскинувшихся торчащими корнями, как вздувшимися мускулами гигантских осьминогов, окруженных монументальными гранитными валунами, могли бы в очередь стоять на фотосессию японцы из самурайских родов. Самые взыскательные эстеты, которых мне приходилось встречать среди народов мира.

Китайцам и Москвы достаточно, а этим подавай Питер. Слоняются сейчас по Эрмитажу, историческому центру и императорским резиденциям. Стоически морщатся от выхлопов моторов и толканий толпищ - красота того стоит. Токио их выдрессировал к худшим проклятиям мегаполисов. Но узнай они, что совсем неподалеку к северу от Питера появился хоть крошечный туристический объект под названием типа «Петергоф времен Петра I», где можно и попариться, и покупаться - сюда бы и хлынули. Сделать точную копию сохранившегося домика Петра в Петергофе, вернуть ему исконную функцию предбанника, открытого посетителям, рядом поставить обычную деревянную баню на дровах - проще некуда.

В соседней Скандинавии миллионы бань на воде стоят и никому не мешают. По две-три на семью часто, на все вкусы. Здоровые, долговечные народы. А тут всё побережье от бань налысо забрили. Дураков в России на триста лет вперед припасено - гласит мудрая пословица. Но со времен Петра триста лет и прошло. Пора бы уж им и кончиться! - свирепо рыкнул в моей голове император, прежде чем покинул мое воображение.

776 +

85

История не моя. Прочитал в комментарии под роликом в Ютюбе.

"Спасибо! Моя соседка ребёнком с родителями переехала в строящийся г.Сумгаит в Азербайджане. Там были пленные немцы и дети бегали их смотреть, да и взрослые приходили тоже. И она стала свидетелем такой картины: на решётку, за которой прогуливались пленные, бросается их сосед, дядя Лёша, с криком: "Курт! Курт!" И обнимается с каким-то немцем. Что оказалось: дядя Лёша сам был в плену, был активным, собирал группу для побега. За это его решили расстрелять, и поручили этому Курту. Тот отвёл его в лес, дядя Лёша уже приготовился... А Курт показывает ему, мол, беги! Дядя Лёша думает: "вот гад! Как кролика хочет меня подстрелить!" А тот ему опять показывает - беги, я в небо буду стрелять! Ну, тот, не веря, побежал. И вот, через несколько лет после войны, они случайно встретились в Сумгаите. Но дядя Лёша так это дело не оставил, стал писать властям, в ЦК, рассказывать, как этот немец его спас. И добился своего! Немца освободили, он уехал в Германию. И дядя Лёша даже через партию два раза ездил к нему в гости, в Бремен, кажется. История в Сумгаите была известная, об этом и в газетах писали."

629 +

86

Примерно в 80-х годах прошлого века посылают нас с коллегой по работе в командировку в Кишинев на выставку торгового оборудования с целью демонстрации некой продукции нашего завода - кассового аппарата...

Едем мы с коллегой в поезде до Кишинева через Киев.
Перед посадкой в вагон в Москве я рассказываю коллеге анекдот:

- Что такое братоубийственная война?
Ответ:
- Молдаванин барана режет!
Надо сказать, что сей анекдот был мне рассказан другим коллегой по национальности евреем и родом из Черновцов.
Коллега, кому я рассказывал, как-то не отреагировал.
Ну, да ладно.
Едем мы едем, и утром въезжаем на знаменитый мост Патона через Днепр.
На верхней полке нашего купе лежит молодой парень, как выяснилось потом, молдаванин, и глядя на бесконечные Гоголевские воды Днепра, он изрекает:
- Волга!
Я своему коллеге:
- Насчет братоубийственной войны понял?
Далее гомерический хохот!»

Теперь продолжение.
Приехали в Кишинев.
Разместились в гостинице.
Развернули на ВДНХ Молдавии свой экспонат (кассовый аппарат).
Некоторое время подождали в ожидании заинтересованных в нашей продукции посетителей, которых длительное время не наблюдалось.
Решили посмотреть, а что же выставлено на данном мероприятии.
Пошли в иностранный павильон.
А там, в единственном числе (в смысле иностранцев) были только югославы, которые представляли походную кухню.
Надо сказать, что она (кухня) - это было что-то!
Это сплошная «нержавейка» с многочисленными кранами и краниками, и весьма похожая на некий Луноход.
Эти самые лощенные на западный манер югославы как раз объясняли некоему нашему потенциальному (как они думали) покупателю достоинства своей техники.
«Потенциальный» покупатель представлял собой мужчину лет 40-45. Одет был в некий двубортный костюм образца примерно 50-х или 60-х годов, типа председателя колхоза или далеко не первого секретаря райкома, который с совершенно бесстрастным лицом выслушивал речи югославов, рекламирующих свою продукцию.
Мы с коллегой просто при этом присутствовали с ожиданием, чем все кончится.
После того, как югославы иссякли, не зная, что уже больше излагать, и вопросительно глядя на этого самого слушателя, повисла некая пауза.
После секундных раздумий тот, которому рекламировали югославы, выдал:
- А на ходу ваша кухня варит?
Те ответили удивленно:
- Нет.
- А у нас во время войны варила!
Повернулся и удалился весьма довольный.
Конец второго эпизода.

Теперь третий эпизод этой командировки.

В силу некоего поручения руководства мне надо было кое-что сделать на одном из предприятий Киева. В связи с этим поехали не напрямую в Москву, а с остановкой в Киеве.
Тут надо сказать, что до этого я по служебным надобностям бывал в Киеве три или четыре раза.
До сих пор считаю Киев – это один самых красивых городов, в котором мне довелось бывать!
Я до сих пор в восторге от него! Хотя прошло уже примерно сорок лет!

За все мои пребывания в Киеве в командировках пришлось мне ночевать в гостинице регбийного стадиона «Спартак», в которой было два типа номеров:
- 4-х местный «люкс» - 1 руб. 20 коп. в сутки;
- 12-местный «люкс» - 1 руб. в сутки.
Мы с коллегой и своим весьма тяжелым и габаритным кассовым аппаратом заселились в 12-местный.
Намотались и изрядно устали.
На одной из соседних коек разместился парень лед тридцати вместе с сыном лет пяти.
В результате некоего разговора с ним, выяснилось, что он приехал из Ровно для консультаций в республиканской больнице по поводу болезни сына.
Только мы собрались засыпать, как этот самый парень стал на «крутом» западенском (не суржике) языке с нами разговаривать.
Как-то не прилично было разговор не поддержать.
Далее привожу этот диалог чисто по памяти, с частичной транскрипцией его украинской речи на русском.
Он спрашивает нас:
- Вы книги собираете?
- Вроде бы, да?
- Який писменник был Павло Загребельный!
Пауза.
- А Анжелика у вас е?
- Да, нет.
-А у мене е!
Далее следует некая пауза.
Потом, мечтательно:
- Який чоловик був, сам золото робив!

Потом даже не помню, радовались ли мы этому парню или завидовали!?

374 +

87

Произошла со мной вот такая оказия, буквально 4 дня назад. Честно скажу, прочитал бы я это где нибудь, сам бы сказал - выдумка и мимоза, но жизнь, бывает, преподносит и сюрпризы. Так что, пишу, можно сказать, по свежим следам.

"Ханукальная История".

Вместо предисловия.

Лет 6-7 назад, я спросил у деда:
- А что самое страшное ты видел на Войне?
Я знал, повидал он всякое. Из расстрельной шеренги после неудачной высадки у мыса Хрони, плена, фильтрационного лагеря, атак, проходов на минных полях, форсирования Немана, боя с власовцами, и очень многого другого было, что выбрать.
Подумав он ответил.
- Наверное, когда наши самолёты разбомбили наш же госпиталь у переправы через реку Муданьцзян. Хотя нет... - он снова задумался на пару минут. Видно было, он вспоминает нечто, что хотелось бы забыть.
- Прохладный, - наконец ответил он.
- Что? - удивился я. - Ты сиди, я тепло увеличу.
- Нет. - объяснил он. - Городок есть такой, Прохладный называется. На Кавказе. Моя часть его в январе 1943-го освобождала. Там был лагерь смерти. Мы туда зашли. Страшнее, пожалуй, я ничего не видел...
_______________________________________________

У моей дочки есть однокласник, Джастином зовут. Он филиппинец. Дети не только в одном классе учатся, но и семья его, оказывается, живёт совсем неподалёку от нас. Мелкие подружились и часто играют вместе. Иногда он с мамой приходил к нам домой, иногда мы к ним в гости.

Мать его, Джуди, мастерица-кулинар, работает из дому - печёт всякие вкусности на заказ, а вот с отцом Джастина долгое время как-то не получалось познакомиться, он очень много работает, и обычно его дома не бывает. Я на автомате думал, что и он филиппинец, но нет, оказалось самый обыкновенный белый американец. Джо его зовут. Работает он в мастером в бригаде, что обслуживает местный ТРЦ. Занимается всяческим мелким и не очень, ремонтом, которого в каждом ТРЦ хватает.

Со временем мы неплохо познакомились, интересы общие нашлись, дети друг к другу на ДР ходят, бывает - он к нам на пивко заходит пока детвора в догонялки играет или футбольный мячик гоняет, бывает - и мы к нему. Раз он мне сообщает:
- Начали мы на работе разгребать старый склад. Босс сказал, - "всё на свалку". Впрочем, там по большому счёту только мусор-то и есть. Но, я там обнаружил Ханукальную менору. Считаю, такое выбрасывать нельзя, так я её в сторонку поставил, может заберёшь?
- Благодарю, - отвечаю. - Менора вещь хорошая. Возьму, конечно.
- Вот и славно. - обрадовался он. - Только транспорт тебе самому организовать придётся.
- В смысле? - не понял я.

Тут он меня и огорошил, показав фотку. Оказалось, что да, это менора. Только высотой поболе 3-х метров и шириной 1.80 метра. Этот девятисвечник когда-то ТРЦ выставлял на Хануку. Думаю её какой-то местный умелец сварганил под заказ, лет дцать назад, но вещь до сих пор выглядит очень достойно. И вся электрика работает, что радует.

Но как ни крути, это отнюдь не "домашний" вариант. Там, дабы лампочку вкрутить, стремянка нужна. Да и вес у объекта отнюдь не маленький. Выходит странная ситуёвина. Допустить, чтобы менору выбросили, я не могу, но и дома держать тоже - у меня же не дворец такую махину пристроить.

Помозговав, решил позвонить в местную синагогу и предложить, может понадобится. Найти кого-либо, с кем можно было договориться о приёмке, ещё та задача. То бишь, слово "нет" из администрации никто не сказал, но и взять на себя ответственность тоже никто не спешит. Все как-то на главного раввина ссылаются, дескать как он скажет, так и будет, а его вызвонить не получается, занятой человек. Я уж, грешным делом, хотел плюнуть на затею, но удалось выйти на его жену. А жена раввина, ясное дело, куда главнее, чем сам раввин. Она и сказала - "вези, будем благодарны".

Это легко сказать - вези. Это же негабарит, причём, ни разу не лёгкий. По размеру он пожалуй даже в пикап не влезет, нужен фургон, а такого у меня нет. То есть, нужна и большая машина и помощник, а ещё лучше два (один правда есть - сам Джо).

Можно, конечно, нанять грузовичок и работника, но довольно накладно получается. Сам транспорт нужен буквально на час-полтора, но от ближайшего места где можно взять такую машину в аренду, минут 30-40. Как ни крути, арендовать, доехать, перевезти, вернуть, получается часа 3-4, а такие машины сдают как минимум на день. Плюс, как ни крути, это половинка рабочего дня теряется, тоже небеспланое удовольствие. Ну и всё это действо надо координировать с помощниками. Пришлось напрягать все связи.

Знакомый кровельщик, которому я немало работы даю, за уважуху согласился помочь, что приятно. Но только в дождливый день, когда работы нет. То есть надо скоординировать когда я свободен, и когда Джо работает, и с кровельщиком, и с погодой. Никогда бы не подумал, что это так сложно, заняло чуть ли не полтора месяца. То у Джо выходной, то я в командировке, то фургончик на техобслуживании, то погода ясная, то у кровельщика ДР, то ещё что-то. Но наконец на этой неделе всё срослось.

Ну и намучились мы с предметом культа! Так то мы прикидывали - должно всё поместиться, но дьявол оказался в деталях. Во-первых, вес. Пришлось изрядно попотеть. Во -вторых, размер. Основание меноры зашло в машину без проблем, но вот ширина самого девятисвечника оказалась на несчастных 4 сантиметра шире кузова фургона. Думали вытащить и положить на багажник, что на крыше, но осознали, что сил не хватит поднять.

Пришлось импровизировать, то бишь ехать с открытым дверьми фургона, которые кое-как привязали ремнями. Честно скажу, вышло небезопасно. Решили, кровельщик поедет первым, а я вместе с Джо, на другой машине следом. Если, упаси Господи, предмет выпадет, то мы "примем первый удар." Хотя перспектива так себе.

Пока ехали в синагогу, я разговорился с Джо. Так то мы обычно о природе, о погоде, о детях, и о спорте болтаем, а тут, пока дорога, разговорились о истории наших семей. Сам-то Джо-то американец, родился в США, но отец его, Вильгельм, немец. Родился в ФРГ после Войны. Когда вырос, стал профессиональным футболистом в Германии, но особо его карьера не задалась, и он в поисках лучшей доли переехал в США.

В 60-х футбол в США особой популярностью не пользовался, и Вильгельм пошёл учиться на механика. Женился, родились сам Джо и его брат с сестрой. А через пару лет, его дед с бабкой тоже приехали в США из ФРГ, к сыну. Изначально дабы навестить, да так и остались. Дед был хороший электрик, устроился работать по профессии, на судоверфи.

Ясное дело, я не удержался, и спросил:
- Что твой дед во время Войны делал? Его призвали?
- Да. Он служил в СС.
- Ни фига себе. - изумился я. - И где же конкретно?
- Честно, точно не знаю. С ним я об этом никогда не говорил, ведь он умер, когда мне лет 8 было. Много лет назад отец сказал, что дед служил охранником в лагере. Если я помню правильно, есть такой русский город "Кауказ". Он его ещё называл что-то на подобие "Kaltstadt", то есть "холодный город". Всё ругался, говорил там было очень холодно...

Домой я ехал в глубокой задумчивости. Вот какой сюрприз приподнесла жизнь. Деды наши были смертельными врагами. А тут, спустя 80 лет, внук краскомов и внук эссэсовца, вместе поехали дарить менору синагоге. Хочется верить - что-то изменилось в этом мире к лучшему.

Может это и есть небольшое Ханукальное чудо?

455 +

88

Про черного кошака с ожерельем

Жили в свое время у моих родителей два пса – эрдельтерьер (ну который из х/ф Электроник) и черный лохматый ньюфаундленд.

Эрдель это только в кино добрый и послушный. На самом деле это хитроумный охотник.
Он переловил всех ёжиков на участке, подбрасывая их под животы мордой и… к сожалению раздирая. Он переловил всех кошек на участке, иногда застывая, часами не сводя глаз с убежавшего от него кота на сосну. И ведь дожидался, когда тот спрыгнет! И участь кота была предрешена…
Он переловил всех крыс в бывшем курятнике, часами прислушиваясь к шорохам под полом и дожидаясь жертву.
Терпения ему было не занимать!

А еще между собаками была четкая связь: на улице чужие собаки могли заливаться лаем до хрипоты, но наши даже ухом не поведут.
Но стоило лишь одной гавкнуть как-то особенно, не слишком громко, наши подрывались и неслись к забору с рычанием. Как правило, мимо вели кого-то интересного – либо большую собаку на поводке, либо тащили бухого дачника.

Между собой наши тоже реально разговаривали: если терьер спал, то Нюф, увидев кошака на участке, лишь фыркал. И эрдель, услышав этот фырк, подрывался и уже несся истребителем с целью порвать.
Как они понимали друг друга я не знаю.
Как и не понимаю того, как они вдруг одновременно подрывались и бежали к воротам, куда бежал НАШ кот от сторонних собак!
Кот успевал вбежать в решетку ворот между прутьев, а чужие собаки получали яростный лай от наших.
Эрдель пропускал нашего кота, но ни в коем случае чужих.
Чужие собаки это похоже поняли. Я НЕ ЗНАЮ КАК!
Они перестали гонять нашего, но если попадался чужой…
Неприятно, но факт – в этом случае кошаку не повезло с обоих сторон.

И вот история

В один солнечный день к нашей калитке подошла женщина.
Я подошел к калитке, - Что Вы хотите?
- извините, мы рядом с вами снимаем дачу, и наш кот ушел к вам. Не могли бы вы нам его вернуть? Пожалуйста! Он домашний, в первый раз за городом, на улице… Он черный с ошейником в биссере. Зовут Барсик. – взволнованно попросила она.
Эрдель мирно спал на крылечке, Нюфу было жарко, он спал в доме.
- Тихо!!! – прошептал я женщине – говорите шепотом! - Вы точно знаете, что он у нас?
- Да! А почему шепотом?
- Не орите!!! Собак разбудите!
- ААаа, поняла. Он зашел к вам через ворота, я видела, не успела его поймать.
- Ясно! Ждите. Отойдите от калитки на дорогу, не привлекайте внимания собак.

Ну куда мог пойти кот?
В дом не прошел бы. Собаки спят спокойно, мимо не прошел бы.
Скорее всего он пошел в сарай, вонючий от прежнего курятника. Он по пути по собачьей тропе войны вдоль забора. Там тупик и лаз для куриц в их сарай.
Аккуратно, тихо захожу в сарай и вижу на полочке для кур ухоженного черного кота с ошейником-ожерельем вокруг шеи.
Тихо-тихо приближаюсь к нему и одним броском хватаю его за шкирку и держу крепко, прижимая к груди, закрывая руками.
Кот молчал. К его счастью!
Видно в самом деле домашний, не пуганный молодой. Испугался и затих.
Несу его к калитке, показываю
- Ваш?
- Ой!!! МОЙ!!!
И тут Нюф вышел посмотеть что происходит и фырнул
Я едва успел передать кота хозяйке через калитку, прежде чем подорвался терьер и бросился на решетку ворот, на кота.
***
Какие злые у вас собаки – женщина покачала головой
***
Да, такие и должны быть, развел я руками, успокаивая собаку.
Сторожа!
Этого кота на улицу более не выпускали. Выводили погулять на шлейке только внутри своего участка, я видел)))

424 +

89

Конечно, дело веры – сугубо личное и индивидуальное, каждый приходит к Богу своим путем. Но ведь немало и тех, кто к нему не приходит вообще или, придя, впоследствии уходит от него. Я отношусь к тем, кто в Боге не нуждается и это с детства, но были люди, которые укрепили во мне эту божественную ненужность. О них и речь.
После первого курса на геологическом факультете у нас была полевая практика, сначала геологическая в Крыму, потом геодезическая в Калужской области, в Сатино. Две недели августа в Сатино, на берегу речки Протвы – до сих пор ностальгирую. Мы ходили по нашему полигону с теодолитами и нивелирами, делали высотные профили, составляли топокарты и наслаждались летом. Будучи бригадиром и кайфуя от дела, которое понимаешь и которое получается, я быстро натаскал свою бригаду (со мной нас было пятеро) и мы стремительно делали все задачи, сдавая их еще до обеда, тогда как остальные обычно сидели до глубокой ночи. Довольно быстро мне учебные задачи надоели и дней через пять я начал просить нашего начальника практики приставить нас к настоящему делу. Тот нас проверил, похмыкал и согласился. На следующий день мы вместе с ним отошли на несколько километров вверх по реке и получили задачу – построить высотный профиль от уреза воды в реке до деревянной церквушки, которая стояла на высоком крутом берегу. Я взял нивелир, раскидал своих с рейками по склону и, стремительно перемещаясь между ними, за час сделал профиль. Начальник, сидя рядышком и контролируя нашу деятельность, похмыкал, все проверил, сказал: «Молодцы!» и обещал назавтра задачу посложнее. Утром мы с ним дошли до соседней деревни Совьяки, на окраине которой находилась почти разрушенная во время войны церковь пресвятой великомученицы Варвары – две с половиной стены и остатки купола, вроде бы еще с остатками росписи. Главный поп – Алексей Маевич – был хорошим знакомым нашего преподавателя, а задача, которая была нам поставлена – составить топоплан территории церкви, т.к. он был необходим для начала ее восстановления, что усиленно пробивал во всех инстанциях Алексей Маевич. Нам показали границы участка и мы три дня усиленно впахивали на нем, потому что это было настоящее, интересное и полезное дело. Днем на базу мы не возвращались, хотя там было всего около 5 км, Маевич приносил нам свежего деревенского хлеба и молока от своей коровы, вареной картошки, мы перекусывали. Он в это время мягко и тактично склонял нас в православие, мы насыщались вкуснятиной, но держались. Карта получилась подробная и красивая. Преподаватель проверил ее, мы перечертили ее в чистовом виде и она пошла в дело. За время работы мы с Маевичем если не подружились, то близко сошлись, он был работящий и интересный мужик со своим видением мира, общаться с ним было интересно. В конце практики Маевич пригласил меня ближе к концу сентября приезжать к нему в гости. Мне интересно было ему помогать в обычном деревенском труде, ему же нужна была кое-какая просто физическая помощь (у него была жена и дочь примерно моего возраста), к тому же мне было интересно, как там моя карта поможет ему... В сентябре я приезжал к нему пару раз на выходные, мы вместе копали картошку у него в огороде, целый мешок которой потом он отдал мне и я увез ее к народу в общагу. Одновременно он продолжал меня потихоньку обрабатывать в религиозном отношении, но безрезультатно. Позже я понял, что была и вторая часть плана – свести меня с его дочерью, но она была настолько далека от моего мира, что ничего не получилось. В ноябре по телевизору я случайно увидел передачу, в которой говорилось о перипетиях восстановления церкви, было интервью с Алексеем Маевичем и показали мою великолепную карту! Как я понял, дело пошло. Позвонил Маевичу с поздравлениями, а он пригласил меня в начале декабря на празднование памяти Варвары великомученицы. Мне было несколько не до того, но решил все же съездить напоследок (вдруг еще картошки перепадет! :)
Кроме самого поминовения Варвары был еще один знатный повод – церковь начали восстанавливать, частично она была уже в лесах. В начале декабря было холодно и промозгло, лежал снег. На празднование в Совьяки приехало много народа, куча попов и всяких священнослужителей, всего человек 40, наверное. Алексей Маевич в приличном поповском прикиде был главным ведущим, все действие проходило на улице и довольно долго. Все замерзли, а я вообще околел, т.к. особо теплой одежды у меня тогда не было. В конце мероприятия Маевич обходил всех с кадилом и кисточкой, благовонял и окроплял всех святой водой. Каждому он что-то говорил, обсуждал, благославлял... Подойдя ко мне (я уже откровенно дрожал от холода) он возрадовался и поведал всем, что процесс восстановления церкви пошел во многом благодаря составленной мною карте и он очень благодарен мне за помощь и поэтому благословляет меня на хорошую учебу и т.д. И при этом он мочит свою кисточку в уже ледяной воде и хлещет меня ею несколько раз по морде! Вода течет за шиворот, физия начинает покрываться коркой льда, и я окончательно теряю уважение к богослужителям. Как только Маевич отошел дальше, я слинял с мероприятия и долго грелся в ближнем магазине. Обратно не вернулся, картошки не получил... И с тех пор стараюсь со священнослужителями вообще не связываться, жизнь показала, что и без них все отлично получается.

444 +

90

Про спасение на водах 6,5.
О Камазах (очень суровое).
1. В начале 90х братья казахи попросили приобрести для них в России нечто, что используется в нефтянке, при переработке сырья. Нечто имело длинную и сложную формулу и отгружалось в 200 литровых бочках. Даже мне, сдавшему в своё время экзамены по пяти химиям, было сложно понять и объяснить-что это и зачем. Поэтому для простоты изложения, дальше буду называть это загадочной ху...й или просто х.з..
Когда казахи попытались приобрести х.з. самостоятельно, им задвинули такой ценник, что рентабельность их производства устремилась к нулю. Здраво рассудив, что славянам проще между собой договориться, они поручили это нам.
С помощью взаимозачётов и неоспоримого "Ну нам очень надо", мы сбили цену до премлемой и нас поставили в график.
2. Найти в те времена необходимый транспорт было проблемой.Все грузовые автомобили, принадлежали автопредприятиям или заводам.Частников ещё не было как класса. В такую автоколонну мы и направились.
Начальника пришлось поискать. Нашли с трудом, т.к. костюмом и манерами он от своих подчинёных не отличался и мы несколько раз прошли мимо.
Царящая там атмосфера, вызывала ощущение, что находишься на митинге анархического батальона. Из десятка опрошенных аборигенов, три послали на....,остальные затруднились ответить, будучи пьяными в гавно и способные объясняться только знаками и междометиями.
Это сейчас, спустя время и накопленный опыт, я понимаю,что вечер пятницы не самое удачное время для таких визитов.
Начальник нашёл нас сам, увидев что по вверенной ему территории, болтаются посторонние. Едва поняв, что это по делу, он вежливо поинтересовался "Ху.. вам тут надо?". Мы тоже очень вежливо изложили свою просьбу. "Посылать" нас, как все прочие, не стал. По причине, мгновенно презентованного ему, литра коньяка.
Проникшись чужой "бедой", он повёл нас по своим владениям. Результаты рейда удручали:
25% бухали и были недоговороспособными
25% были "на ремонте"
25% в рейсе или собирались
25% нас "послали", без объяснения причин.
Начальник понял, что коньяк придётся вернуть. Он тяжело вздохнув, произнёс "А что делать?" и повёл нас в самую дальнюю и заброшенную часть гаража.
Там стоял, побитый невзгодами и полуразобранный КАМАЗ. Под КАМАЗом кто-то лежал. На наш вопрос, как мы на этом поедем, руководитель этого вертепа сообщил. "Берите, берите, а то и этого скоро не будет. Очень быстро разбирают" и свинтил, пока коньяк не отобрали.
Я постучал по кабине, человек из под КАМАЗа выбрался наружу и представился Александром. Первой моей ассоциацией было, что "Паровозик из Ромашкино" реинкарнировался в человека.
Саша смотрел на нас кротким взглядом голубых глаз, был трезв и вонял соляркой.
Он внушил нам доверие и был ангажирован на наше путешествие. Узнав, что выезжать в понедельник, он твёрдо пообещал, что не подведёт.
Позже мы узнали, что его "погоняло" было "Студент", и почему он так выгодно отличался от остального коллектива. Этому послужила его любознательность. У Саши была скверная привычка постигать небъяснимое и постоянно разбирать свою машину. Целью было выяснить, как там всё устроено и попытаться усовершенствовать. Специальную литературу он игнорировал, как истинный самородок. Поэтому получалось не всегда, точнее никогда.
Следствием вредной привычки, был вечно полуразобранный автомобиль и невысокие производственные показатели.
Тем не менее в понедельник, в условленном месте нас ждал работающий грузовик и трезвый водитель. Мы были приятно удивлены и поехали грузиться "взаимозачётом".
Путь наш лежал на север Пермского края и был пройден меннее чем за сутки.
3. По прибытии на место, выяснилось, что груз ещё не готов и нас попросили подождать ещё 2 дня. Как тянут время, 30-40 летние мужики, объяснять без нужды. Из выходящих за рамки событий, случилось только одно. Мы сломали в заводской сауне бассейн. Проводили чемпионат на самую эффектную "бомбочку" и напоследок решили выполнить коллективную "бомбу". От гидроудара упавших в воду 10 жоп, треснула кладка в углу и бассейн дал течь.
Помимо культурной программы, мы основательно закупились поделками "урок", искупавшими трудом свои грехи и работавшими на комбинате. "Бесконвойники" натащили всякого, в том числе и ножей разных размеров и фасонов. Мы восприняли это, как магнитики из отпуска, на память.
4. Через неделю нас таки загрузили и выпнули за ворота. Проехав 20 метров, мы вынуждены были остановиться, дорогу перегородили два Уазика-буханки в милицейской символике. Из них высыпались люди в шинелях. Менты выстроились "свиньёй" и... застыли на месте. У них явно что-то пошло не так.
Впереди всех стояла, сорокалетняя на вид тётка, стильно одетая в кожанку и кирзачи, времён гражданской войны. На впалой груди болтался офицерский планшет, сбоку висела огромная кобура, видимо от маузера. Само оружие было в поднятой вверх руке. Больше всего тётка, напоминала революционного матроса.
Она оглянулась на свой отряд и что-то крикнула, видимо напоминая им план захвата. Поднялась суматоха и бойцы побежали строиться по росту. Со стороны показалось, что они собираются рассчитаться на первый-второй.
Через минуту, железная воля вожака, заставила отряд прийти в себя. Они выстроились в полукольцо и судя по всему были готовы нас "брать". Комиссарша плотоядно улыбнулась. Заводские ворота за нами захлопнулись, на помощь к нам никто не вышел. У меня в голове сама собой заиграла любимая песня группы "Х.. Забей" с названием "Подмога".
Позже она мне рассказала, как готовила захват и неделю тренировала этих утырков действовать слаженно. Но получилось, как получилось.
Я взял документы и вышел из машины. Тётка документы не взяла. Она просто стояла и орала, что-то про расхитителей народного добра и как всех выведет на чистую воду. Нас "приняли" и мы поехали отдыхать в тамошний "ДОПР". Формальным основанием задержания, послужило обвинение в незаконном приобретении и хранении холодного оружия (поделки зэков).
5. В городе N не было экономических преступлений, ввиду отсутствия экономики. Других видов нарушений законности, было не любой вкус. Город на треть состоял из бывших сидельцев и милиции было чем заняться. ОБХСС или уже ОБЭП сидели без дела и стабильно "отгребали" от начальства, % раскрываемости стремился к нулю. К гадалке не ходи, мы были для отдела долгожданным подарком и взялись за нас всерьёз.
Комиссарша таскала нас на допросы по пять раз на дню. Устраивала очные ставки и перекрёстные допросы. Старалась не за страх, а за совесть. К концу первого дня, она усвоила принципы взаимозачёта и поняла значение таинственного слова бартер. На допросах мы отвечали, как под копирку, уличить нас было не в чем. Причина проста-мы говорили правду. Все документы у нас были в наличии и были подтвержденны во время следствия. Нас надо было отпускать.
Но мы просидели "под замком" ещё сутки. Тётка не хотела верить, что всё законно и пошла проверять на злоупотребления комбинат. Там её ожидаемо "послали" и она наконец успокоилась.
Перед прощанием проговорили с ней 2 часа. Она извинилась. Надо отдать ей должное, человеком она оказалась честным и искренним. Взяток не брала и невиновных не сажала.
Только годы спустя, я понял как мне повезло. Выпал редкий случай увидеть пассионария во плоти. Такие как она должны жить в другом времени. Эта могла легко заткнуть за пояс Жанну д'Арк. Именно такие делают революции и живут ради идеи.
Во время вынужденной отсидки, мы приобрели у местной публики огромный авторитет. Местные арестанты были поражены размахом нашей афёры и умоляли взять в банду, после освобождения. Нашим уверениям, что мы честные и невиновные, никто не верил.
5. До дома оставалось недалеко, мы подъезжали к Кунгуру. Дорога превратилась в серию затяжных подъёмов и спусков. На одном особенно длинном "тягуне" наш обоз стал терять скорость и недотянув до вершины, забуксовал на месте. Потом покатился назад, набирая скорость. Тормоза и ручник не помогали. Скоро наш прицеп "сложило" и он перевернулся. Часть бочек выпала и покатилась в лес и вниз по дороге. КАМАЗ сильно накренился, но устоял на колёсах.
Мы вышли и осмотрелись, стало ясно, с бедой самим не справиться и надо искать автокран. Остановили попутку и отправили в Кунгур гонца, решать проблему. Уже стемнело и было понятно, будем ночевать на дороге. Оптимизма добавляли наличие водки и дробовик.
Около четырёх утра в кабину постучали. Водитель включил фары и мы увидели в десяти метрах от нас "буханку" без номеров. Трое топтались у своей машины, двое стояло рядом с нашей. Я открыл и спросил, чего господа желают от усталых путников. В ответ господа зачитали нам унылый ганста-рэп. Суть его, в переводе на общепонятный язык, заключалась в незамысловатой просьбе помочь отверженным и угнетённым, материально. Товары и услуги, тоже приветствовались. На вид ребята были явно не "быки", а "благородных синих кровей", попросту урки. С этими, как говорили знающие люди, можно было договариваться. Я на конфликт нарываться не хотел. Люди тревожные, поди знай. Поэтому демонстративно убрал помповик на спальник и пошёл решать разногласия. Убедившись, что мы для них интереса не представляем, они умчались в ночь. Мы с водителем решили, что всё обошлось и легли спать.
Успокоились мы преждевременно, как оказалось. Через час они вернулись, но в этот раз, встали от нас метрах в ста. Из машины вышел только один и направился к нам. Подошёл, я открыл дверь и поинтересовался целью повторного визита.
Бандюга сообщил, что они передумали и решили взять на пробу то, что мы везём.
Потом достал из кармана гранату и прояснил. С его слов, он крупно проигрался и должен взять с нас долю. Иначе его сегодня убъют. Ему помирать едино где, но вместе с такими милыми людьми, как мы, предпочтительней. Пришлось пойти человеку навстречу.
Примерно через полгода, знакомые опера из тех краёв рассказали, как засыпалась, наехавшая на нас банда. Они все очно сидели с серьёзными сроками. Некий гнилой прапорщик предложил им пиратствовать на дорогах. Предоставил списанную "буханку" и два автомата. Всю ночь бандюги беспредельничали, а утром возвращались в зону. "Спалились" случайно. Попался им на дороге, некто решительный и смелый. Во время очередного налёта, выскочил из своего грузовика, прихватив ружьё. Залёг на кромке леса и начал по ним стрелять.Одного сильно ранил, машину жуликов изрешетил. Это прапору скрыть не удалось и все сели надолго.
Утром приехал кран и поставил прицеп на колёса. Мы собрали упавшие бочки и поехали дальше.
За 200 км. от дома отказала печка в салоне, накануне усовершенствованная водителем. Но Александр оказался куркулём или уже имел опыт. Он достал из заначки керосинку, поставил её в ведро и мы по очереди держали её поближе к ветровому стеклу, чтобы оно не замёрзало. Стекло конечно замёрзло и приходилось постоянно очищать щель для обзора, ножом.
За проявленное мужество и несгибаемый дух, мы выплатили водителю три номинала, от оговоренного.
Следующий наш визит в автоколонну, разительно отличался от первого. Начальство было, сама любезность. Все без исключения водители были вежливы и предупредительны. Многие при встрече приподнимали головные уборы. Саша-наивная душа, озвучил свой гонорар и желающих его заменить оказалось предостаточно. Мы были непреклонны и соглашались взять на следующий рейс только его. Напрасно начальник предприятия водил нас к доске почёта и зачитывал характеристики героев баранки. Мы стояли на своём. Этот парень пережил с нами столько пакостных событий, вёл себя достойно, не ныл и терпеливо сносил всё. Между нами установилось доверие-одно из самых необходимых человеку в жизни понятий. Другого водителя нам было уже не надо.
Потом мы взяли его на зарплату. Помогли выкупить, ставший нам родным КАМАЗ. Он потом ещё два года ездил по этому маршруту в одиночку и был доволен.
Контракт на поставку х.з. был изначально с нулевой прибылью. Это очень странно, но мы даже умудрились на этом заработать.
Государство крайне неохотно возмещало НДС, но по этим контрактам почему-то платило исправно.
Потом казахи научились делать х.з. у себя и тема закрылась.
P.S. Размер повествования ужимал , как только мог и всё равно получилось много. Видно тема такая. Поэтому, давайте считать тех кто переплыл это море текста-спасёнными на водах.
Владимир.
09.11.2022.

531 +

91

Я переехала в США меньше года назад и сразу стала пользоваться Фейсбуком. Когда у меня началась тоска по родине, я нашла группу эстонце в Северной Америке и сразу же вступила туда. В один из дней я листала ленту и обратила внимание на пост о том, что стартовал поиск эмигрантов из Эстонии, которые приедут в страну и расскажут свою историю, программа называлась Back to our roots (или Назад к своим корням). Меня это заинтересовало, так как я имею за плечами опыт двух переездов в другие страны, опыт развития карьеры графического дизайнера. В тот же день я отправила свою заявку на участие. А через месяц получила приглашение и сразу же взяла билеты до Таллинна.

В глубине души я чувствовала себя героем книги Пауло Коэльо Алхимик. Я более 10 лет не живу в Эстонии. И мне предстояло снова вернуться на родину, но уже другим человеком. В Таллинне живут мои родители и бабушка. Они живут в той же квартире, где я выросла. Я эмигрировала из Эстонии когда мне было 23 года и конечно, большая моя часть жизни прошла здесь. Сейчас я живу в Чикаго, США. Поразительно, насколько сильно разбросаны эстонцы по всему миру - США, Канада, Гватемала, Колумбия, Аргентина, Бельгия, Швейцария, Швеция, Ирландия, Россия.

Уже в аэропорту я встретила одного из участника группы «Назад к своим корням» Эрки, я видела его фотографию в нашей группе на фейсбуке, а также я знала что мы летим одним рейсом из Чикаго. С остальными участниками группы мы встретились уже в центре Тарту, откуда отправились на юг Эстонии в Сетомаа. Я была в этой части Эстонии когда заканчивала художественную школу. Но это было очень давно.

Наша первая локация была как из миров Толкиена – аккуратные маленькие бревенчатые домики с папоротником и мхом на крыше, маленький пруд и речка рядом. Хорошее спокойное место, где наша группа начала знакомиться друг с другом. У меня было ощущение что некоторых ребят я как будто знала очень давно. Особенно я сблизилась с ребятами из Северной Каролины – их было 4 человека из одной семьи, они приходятся друг к другу двоюродными братьями и сестрами.

Здорово было снова окунуться в историю народности Сету. Особенно мне понравился мастер-класс по традиционным танцам Сету. В этой местности очень много необычных вещей, таких как пещеры Пиуза, огромная стена из оранжево-красного песка, холмы, летучие мыши и замки. Песок в этой местности иногда красного цвета, из-за содержания в нем железа. Но благодаря своим свойствам и качеству этот песок – отличное сырье для изготовления стеклянной посуды, бокалов и бутылок. Мало кто знает, но большинство стеклянных изделий в России сделано из эстонского песка, так и появились пещеры Пиуза. Они образовались после добычи сырья.

Во время смены локации мы остановились у берега реки, нам предстояло сплавляться на каноэ вверх по реке. Я была взволнована, это был мой первый опыт. Надо сказать, это было целое приключение, грести надо было 11 км. Или около 4х часов пока мы не достигли водяной мельницы. На нашем пути встречались упавшие деревья, пороги из больших камней, а также домики, утки и живописные песчаные обрывы. Руки мои устали сильно, так как я была на носу каноэ и помогала нашей команде избегать препятствий в воде, я же говорила им когда и куда грести, так совпало, что Эрки (из Чикаго) был тоже в нашей лодке из 3-х человек. Все это время мы болтали на эстонском и английском и я потихоньку начала вспоминать эстонский язык. Я его понимаю, но не говорила больше 10 лет.

Ну а после поездки – вкусный кофе на заправке и наш путь лежал в Тарту. В этом городе я была несколько раз, но очень давно, первый раз я посетила этот студенческий город еще будучи школьницей, а второй раз когда покупала свою первую машину.

Очень мне запомнился музей АНАА – это нечто потрясающее, он намного интереснее музея Science and Industry Chicago, здесь есть развлечения как для взрослых, так и детей. Очень познавательно.

Тарту отличный город для студентов, он маленький, но очень уютный. Стоит отметить Эстонский национальный музей. Эстония – очень продвинутая страна в плане IT. Так билет в руках не просто билет, а как флешка, ты можешь записать на нее информацию об интересных экспонатах и потом зайти на сайт и изучить информацию более глубоко.

Под Кохтла-Ярве мы посетили еще одно место, в котором я была очень давно. Здесь развернулся настоящий музей – это шахты горючего сланца. Мы спустились в подземелье, прокатились на поезде для шахтеров и изучили как добывали горючий сланец. Это очень тяжелый труд в суровых условиях. Техника огромных размеров, шумная, а также добыча сланца всегда сопровождается большим количеством воды из-за подземных течений. Работа шахтеров оценивалась в количестве собранного сланца в килограммах за день. Поэтому чтобы быстрее собрать сланец, породу вначале подрывали динамитом, а потом по пояс в воде шахтеры бежали собирать сырье. Не редко кто после этого болел. Подземные воды очень холодные, Эстония не Майами. Люди кто работал там – настоящие герои. После экскурсии мы обедали прямо в шахте, нам наливали из половника суп, дали булочку и компот. Была и забавная история от шахтера-экскурсавода. Он рассказал, что очевидно, в шахте нет туалета. Если сходить по маленькому проблемы не было, то когда нужно было по-большому - ходили в той части породы, которую собирались подрывать. А потом просто взрывали.

Самый высокий водопад нам увидеть не удалось – лето не было дождливым. Зато мы спустились к морю и там я нашла пару камней с окаменелостями – ракушки, водоросли, фрагменты застывших костей. Я подобрала пару деревяшек, от морской воды они стали серыми, также пару небольших камней с окаменелостями. Мне хотелось взять на память то, что будет мне напоминать о родине.

Локации менялись очень быстро и вот мы уже в великолепном парке с многовековыми деревьями, розами и усадьбой. Замечательный парк Ору на востоке Эстонии. Никогда в нем не была и прогулялась с большим удовольствием.

Наш путь лежал в дом отдыха на берегу озера Пейпси. Говорят что здесь можно увидеть северное сияние. Эта локация была моей самой любимой. Природа здесь какая то удивительная. А какие яркие звезды, я впервые за много лет увидела млечный путь. Я насобирала коллекцию ракушек на берегу, которые потом подарила Анни, она свои потеряла и очень расстроилась. Здесь же мы начали погружаться в создание презентации наших историй - почему иммигрировали мы или наши предки и какие корни нас связывают с Эстонией. Условно нас разделили на 3 группы: иммиграция до второй мировой войны, иммиграция во время второй мировой войны, иммиграция по любви и для улучшения жизненных условий. Моя история такова, что я могла бы входить во все группы. Сестра моей прабабушки эмигрировала в 1938 году в Германию и оттуда в США. Мои прадедушка и прабабушка жили в маленькой деревне и во время войны пережили две оккупации. Я же эмигрировала по любви в Россию и потом моя семья эмигрировала в США по работе. У меня виза для талантливых людей и сфера моего таланта - графический дизайн.

С этого момента со мной стали происходить странные вещи. Я очень сильно почувствовала историю печальную своей семьи. Мои прабабушка и прадедушка пережили на себе невзгоды второй мировой войны. Моего прадедушку Август-Эдуарда, учителя музыки, ветерана Первой мировой войны, человека без одной ноги, депортировали в Сибирь из-за доноса что якобы он убил русского солдата. Он уедет и больше никогда не увидит свою семью. Прабабушка, его жена, Адель-Юлиетта была выслана в Сибирь с двумя дочерьми(моей бабушкой и тетей) как жена врага народа. Дом заняли доносчики, хутор и все что было отобрали. Сейчас открыты архивы и можно прочитать протоколы допроса Августа-Эдуарда. Он знал немецкий(отец был немец) и русский, во время оккупации немцев прапрадед был переводчиком между немецкими офицерами и сбитым советским летчиком. Летчик предпочел застрелиться, но не сдаваться. А мой прапрадед был человеком справедливым и эмпатичным, он его по-человечески похоронил. По деревне поползли слухи. Оккупация сменилась советской, и доносчики солгали, они указали на дом Августа-Эдуарда и сказали что он убил советского солдата. Жена осталась без мужа и дома, пережила не самые простые 10 лет в Сибири, но потом была помилована новым советским режимом и вернулась в Эстонию. Но уже не в свой дом, а к родственникам.

Сейчас, как жена, и как свидетель тех событий что происходят в мире я понимаю ее историю как никогда. Бабушку, дочку моих депортированных прадедушки и прабабушки, которая прожила 10 лет в Сибири и безупречно говорила на русском я помню, но она рано умерла, мне было годика 3. Я очень много плакала и мне очень хотелось обнять моих родственников и сказать им что я их люблю.

Презентация была закончена и ждала своего дня Х в Таллинне. 20 сентября в музее оккупации мы расскажем каждый свою историю.

А пока - мы идем 5 км по деревянной дорожке посреди болот. Удивительные пейзажи с карликовыми деревьями, легкий туман и я как будто героиня из фильма Сумерки. Это был интересный поход.

По пути в Таллинн, со стаканчиком вкусного кофе в руках и конфетами фабрики Калев я смотрела в окно. Я очень люблю поездки в автобусе по Эстонии, мне очень хотелось, чтобы она не заканчивалась.

Ребята придумали смешные номинации и путем голосования мы выбирали призеров. Я стала лауреатом номинации “человек, который всех удивляет”. Честно говоря за эту поездку я сама от себя была удивлена. Все внутри у меня было перевернуто с ног на голову. Я почувствовала зарождение новых эмоций, которые были мне до сих пор не знакомы.

Таллинн мой родной город, я знаю здесь каждый двор. Но город растет и меняется, он очень современный с большим количеством офисов, компаний и развитым публичным транспортом. Здорово было посетить офисы компаний Wise по международным переводам и офис e-eesti. Я узнала для себя много нового по части дигитальных услуг, а также что можно переехать в Эстонию и найти работу в этом секторе. Я знаю что несколько ребят серьезно заинтересованы в переезде в Эстонию.

С большим трепетом я ждала экскурсию в Эстонскую Художественную Академию. В 2011 году я ее закончила и получила специальность графический дизайнер. Это самое лучшее образование! Кто бы мог подумать потом, что я стану востребованным специалистом, лучшим графическим дизайнером России и получу национальную и международные премии!

Мне нравилось место, где мы остановились в Таллинне - прямо у моря, где каждый вечер из окна номера я видела светящиеся паромы, двигающиеся в Хельсинки или Стокгольм.

20 сентября музей оккупации закрылся в 18 часов для специального мероприятия, а именно - нашей презентации “Назад к своим корням 2022”. У нас были специально приглашенные гости и мы. группа из 25 человек. Я готовила презентацию всей группы, выступали мы по очереди. Когда подошла речь моей части, в горле встал комок. А дальше читать я уже просто не смогла, слезы лились ручьем. У меня было ощущение, что мои прабабушка и прадедушка стоят рядом, как будто они положили мне руку на плечо и сказали - спасибо, что ты рассказываешь нашу историю. Как будто таким образом я их освободила на волю. Я прожила их историю через себя, что значит оказалась в их ботинках. Знаете я считаю что успешен тот человек, кто знает свои корни и помнит о них. И я о своих тоже помню.

И все, как будто в небо взлетел воздушный шар. Я думаю что мне нужен был этот опыт, я взглянула на мир другими глазами.

Наш лагерь подошел к концу, мы обменялись подарками и адресами, каждый улетел в свой город. Мы настолько сильно объединились, что первое время я ощущала одиночество и тоску. У меня еще было пару дней в Таллинне, которые я провела со своей семьей и купила запас любимых шоколадных конфет Маюспала, кофе и другие сувениры. Впереди меня ждал трансатлантический перелет в Чикаго.

В этой поездке я нашла много классных друзей, получила жизненный опыт, узнала новые грани своей личности. Это очень интересный опыт. Я пишу это сейчас и снова погружаюсь в эти эмоции. Что я могу сказать - я горжусь быть частью истории, культуры и национальности Эстонии.

Спасибо что дочитали.

Фотографии, бабушка
https://disk.yandex.ru/i/Ft92Vfst21BjlA

Прадедушка и прабабушка в день из свадьбы 20 февраля 1938 года
https://disk.yandex.ru/i/s8TANADaqO-URw

641 +

92

"Нам вождя недоставало"-2

(Продолжение, начало в https://www.anekdot.ru/id/1356419/ )

Как и в предыдущем случае, тоже 5-этажная студенческая общага, с холлами посередке каждого этажа, но более благоустроенная, в т.ч. вместо двух лестниц аж целых 3, из них центральная примыкает к холлам, а на первом этаже- ко входу с вахтой. Эта средняя лестница действует еще и как звукопровод, так что со входа, с вахты, хорошо слышно, если где в холле- дискотека. (А в предыдущей общаге из-за отсутствия срединной лестницы звук до вахтера почти не доходил. Да и там был кирпич, а в последнем случае- более гулкий железобетон.). Одна из вахтерш- женщина на вид слегка за 50, с суровым, слегка помятым, но сохранившим следы былой миловидности лицом. Она сурова еще и хриплым грубым голосом, прямотой речи, а также курением папирос, то ли Беломора, то ли Севера. Фото ее висело на вузовской доске участников войны.
Хотя контингент общаги был существенно юношеский, девушек из других мест на танцы в субботу приходило прилично, и эта вахтерша, хотя и на вид суровая, не чинила им на входе никаких препятствий. (В отличие от других, порой выпендривающихся своей властью).

Но однажды в будний день ребятам захотелось поскакать. Под мажорную ритмическую музыку. В одном из холлов. Танцами это было трудно назвать, скорее юношеская аэробика, девушки там не было ни одной! Но все радостно и увлеченно плясали, в основном под зарубежные ритмы. И тут вдруг в холле возникает вышеописанная вахтерша с суровым лицом. -"Хули вы тут всухую дрочитесь!" сказала она и пошла назад на вахту.
На этом скачки в тот раз без запрета свыше закончились.

П.С. Пожалуй, она, чья юность была опалена войной, была по существу права.

380 +

93

Она наливает мне в чашку душистый-предушистый чай и рассказывает:

- ...ну вот, а когда немцы подошли уже близко к Минску, прибежала наша соседка и закричала: "Нужно уходить, Берта Ароновна! Немцы вот-вот уже войдут в город!" Мама моя, как раз кормившая грудью младшего пятимесячного Лёву, сказала соседке: "Куда же я побегу с четырьмя детьми-то? Да и мужа мне нужно из командировки дождаться. Он приедет, а нас нет. Где же он потом будет искать нас?"

Но решили всё-таки уходить. Соседкин аргумент победил: "Ты хочешь, чтобы он вернулся из командировки и застал тебя с детьми в виде трупов? А после войны он вас всё равно найдёт."

Мама взяла маленького Лёвочку на руки, а мы все побежали за ней гуськом по пыльной дороге. Очень много людей там было: все бежали от немцев. Немецкие самолёты периодически бомбили нас, помню, как кто-то кричал и просил женщин снять с головы белые платки: платки эти для самолётов были всё равно, что мишени.

А потом дорога вдруг раздвоилась. И никто не знал, куда бежать: направо или налево. Мама решила бежать направо и этим спасла нам всем жизнь: потом мы узнали, что все, кто побежал налево, попали прямо в лапы немцев и были убиты.

И вот бежим мы по этой дороге дальше. Лёвочка вцепился маме в большую пуговицу на пальто: мама надела пальто с огромной каракулевой пуговицей на животе, несмотря на то, что стояла несусветная жара- 27 июня 1941г. Она говорила, что Лёве будет за что держаться. И вот держится Лёвка за эту мамину пуговицу, а мы, старший двенадцатилетний брат Лёня, трёхлетняя Кларочка и я, все бежим следом, хватаясь за полы маминого пальто.

Очень скоро у меня, тогда пятилетней девочки, устали ноги, я остановилась и заплакала. И мама заплакала, присела, обняла меня и зашептала мне в ухо пересохшими губами: "Нельзя нам, Славочка, останавливаться, никак нельзя. Надо идти-бежать через "не могу". А я реву и ни в какую не двигаюсь с места даже.

И вдруг мы видим, едет грузовик. В кабине рядом с водителем сидит какая-то важная дама в модной шляпке и с ярко-красной помадой. А в кузове грузовика- мебель, красивая такая, дорогущая мебель. Много мебели, целая гора: вот-вот за борта машины вывалится. Дама брезгливо показала в окно моей маме: "Давай, мол, убирайся с дороги, не видишь, что ли, у меня мебель!"

Мама было покорно начала отходить на обочину и нас отводить, чтобы не мешать, значит, даме мебель спасать, а грузовик вдруг возьми да остановись.

Водитель выскочил из кабины и давай эту мебель прямо на дорогу выбрасывать и кричит моей маме: "Жиночка, погоди, я тебя сейчас с детками твоими в кузов посажу!" А дамочка из кабины как заорёт: "Ты что делаешь, негодяй?! Да я мужу скажу, он тебя под трибунал отдаст, он тебя расстреляет за нарушение приказа!"

А водитель к ней подбежал, схватил её за воротник и говорит ей: "Заткнись ты, сволочь, ты же не понимаешь, что если я их тут на этой дороге оставлю, они мне до конца моих дней сниться будут! Вот довезу их до безопасного места, а потом можешь стрелять меня и вешать, тварь ты поганая!" Дамочка тут же заткнулась, а водитель нас всех с мамой забросил в кузов, а потом ещё несколько женщин с детьми, и мы поехали.

Доехали благополучно до Могилёва, он нас высадил и уехал с дамочкой той. Потом была эвакуация. А потом папа нас нашёл в эвакуации. А потом война закончилась, а мама всё горевала, что она даже имени того водителя не спросила, чтобы найти его после войны и поблагодарить. Я вот что думаю, Оксаночка, водителя того в живых-то уж нет, как и мамы моей, но вдруг он рассказывал историю эту своим детям или внукам? Вот если вы напишeте про него на этом своём интернете, вдруг его дети или внуки это прочтут? Мне так важно, чтобы они знали, что мы до сих пор помним о нём и никогда не перестанем благодарить его в своём сердце... Напишите, Оксаночка, не сочтите за труд. Интернет, он ведь такой всемогущий, а вдруг..."

А и правда, написала вот и публикую тут непридуманную историю эту. Вдруг по какой-то космической почте или другими какими неисповедимыми путями господними, водитель тот или его близкие получат весточку- благодарность от покойных ныне Берты Ароновны и Абрама Нахимовича и четверых их ныне здравствующих детей. Точнее, даже пятерых: младшенький Марк уже после войны родился, после того, как муж Берты Ароновны, вернувшись с фронта, нашёл её с детьми в эвакуации здоровыми и невредимыми.

Спасибо тебе, добрый человек-человечище. "Соль земли нашей" про таких людей говорят. Соль земли.

(c) Oksana Lexell, 2015

476 +

94

Тут кое-кто сильно плачет по Горбачёву. Перескажу, что прочитал уже давно, ещё в 90-ые. Именно он добил советскую экономику. Сейчас объясню, что имею в виду. Скажем, человек на фабрике шьёт пальто. Самому ему пальто не нужно. Он получает зарплату, на которую может купить, скажем, велосипед. А тот, кто делает велосипеды, купит на свою зарплату что-то, что делает кто-то третий. И так идёт по цепочке, пока не дойдёт до тех пальто. То есть, люди обмениваются тем, что они производят. Теперь кто-то сделал танк. Не один, конечно, а в составе рабочего коллектива. Этот танк в продажу не поступает. А зарплату люди получили и хотят купить что-то для себя полезное. Происходит разбаланс между количеством товаров и денег. Причём, танков производилось много. Вот эти лишние деньги вытаскивались через высокую цену на водку, которая в производстве стоила копейки. Ну, не только через водку, но большАя часть. Когда Горбачёв начал курлыкать про борьбу с пьянством и алкоголизмом, мы, дурачки, думали, что появится в продаже, например, дешёвое и качественное вино из той же Италии. Там его хоть залейся, а в Европу его винная мафия из Франции не пускала. Вместо этого цена на водку подскочила и одновременно выросли очереди. Был даже анекдот. Мальчик наслушался Горбачёва и спрашивает отца:"Теперь ты будешь меньше пить?" "Нет, сынок, теперь ты будешь меньше кушать." Самогон стали гнать те, кто об этом раньше даже не думал. Надо бабушке в деревне огород вспахать - дай трактористу бутылку, деньги он брать не хочет. То есть, она если сама не гонит, то у самогонщиков купит или уж бражку поставит. Те деньги, которые раньше шли государству, пошли самогонщикам. Ну и все помнят проблемы с сахаром. Повырубали элитные виноградники в Крыму. Потом ещё песня появилась: "Виноградная лоза, ты ни в чём не виновата." А сколько народу потравилось всякой дрянью. Например, пивом с дихлофосом. У меня хороший знакомый после этой смеси зимой шёл домой и вырубился в сугробе. Поморозил руки и потерял по две фаланги со всех пальцев на руках.
У Горбачёва была уникальная возможность потихоньку повернуть развитие СССР. Народ был к этому готов, а старпёры в Кремле уже не могли дальше рулить в том же направлении. А он что сделал? Конечно, за границей его любили до самого последнего времени, он же развалил СССР. Но нам-то он сколько насрал. Не помните очереди за хлебом, которые начались ещё при нём? При мне в такой очереди чуть не задавили девочку лет девяти. Хорошо, мы уже были около двери в магазин и мне удалось её туда пропихнуть. Проблемы с мылом. Ребята ездили в командировки на скважины, так нечем было руки помыть. У одного парня была старая тётушка, которая держала в тумбочке запас мыла, помня ещё времена войны и послевоенные годы. Мы, говорит, над ней смеялись, а когда она умерла, разделили это мыло поровну с сестрой. Оно уже сухое было и потрескалось, но это было счастьем. Чернобыль и ликвидаторы, которые потом умирали в течение нескольких лет, а то и месяцев. В том числе, солдаты срочной службы, которых родители отправляли "защищать Родину". Тбилиси, Карабах с Сумгаитом, Вильнюс, Фергана. Афган при нём продолжался до 89 года. У него руки не то что в крови по локоть были, а по самые уши. Скольких людей он предал. Тот же Шеварнадзе, который был министром иностранных дел СССР и сильно его поддерживал. Очень авторитетный и уважаемый человек был. А он потом его бросил, как кость, своим политическим противникам. Да и ГКЧП - есть версия, что всё это был постанов, чтобы потом он же ввёл в стране чрезвычайное положение, убрав этих клоунов. Но тут он не успел, его Ельцин переиграл. А разговоры, что он САМ ушёл - не смешите. Он КПСС, которая стала сильно непопулярна, слил и стал Президентом страны. Очень ловкий ход был. Только страны-то вдруг не стало. А у каждой из её бывших частей были свои лидеры.

437 +

95

Родители в начале 80-х вышли на пенсию и тут же взяли большой надел в тайге, где завели ферму с пасекой. Главная прибыль, конечно, шла от пчел, но и животина с птицей тоже хорошо помогали. Родители были родом из поволжских деревень, но прожили почти всю жизнь в большом промышленном городе в Сибири. Как оказалось на этом месте после войны был женский лагерь военнопленных - в основном с западной Украины - занимались заготовкой дерева. Мама первые года обработки грядок находила по кружке монет тех времен. Историй, конечно, было много. Расскажу про кошек, живших на подворье.
Представьте как должны были работать ушастые против грызунов, если мама спокойно в амбаре на полу ставила мешки с зерном, комбикормом и разной крупой, а ведь там, где птица, там сам Бог велел пастись и мышам, и крысам, тем паче в тайге. Я когда ходил косить траву рано утром за несколько километров от фермы, то пару раз обнаруживал там наших кошек - отец говорил, что они ходят на охоту за свежим мясом, т.е. более близко мышей и других грызунов не было.
Но был случай, когда мамуля обнаружила прогрызенный угол мешка с крупой. Возможно какая то приблудная мышка зашла полакомиться. Далее мама берет за шкирку обоих кошечек и с нежным матом тычет ихние морды в отгрызенный угол мешка и оставляет их в амбаре. Естественно, через минут двадцать труп мелкого грызуна лежал на крыльце.
На крик мамы мышка было в миг унесена.

418 +

96

ЧТО ОБЩЕГО У РАЗНОПОЛОЙ СЕМЬИ, ВОДКИ И КРАСНОГО ЗНАМЕНИ

Мне кажется, что одной из важнейших причин взаимной неприязни между россиянами и американцами является диаметрально противоположное отношение к простоте и сложности. Выбор между простым и сложным для отдельных людей и целых народов в большинстве случаев сводится к той или иной форме компромисса. Но в России и Америке в этом вопросе характерны именно крайние позиции. Коротко говоря, россияне предпочитают простое и единственное, а американцы – сложное и множественное. За примерами ходить недалеко.

Государственное устройство
У россиян – вся власть концентрируется в руках одного человека, будь то царь, генеральный секретарь, или президент. Этот человек лично решает все вопросы от прокладки газа в деревню Гадюкино до объявления войны.

У американцев власть разделена на целых три ветви: законодательную, судебную и исполнительную, которые действуют независимо друг от друга. Какая из этих трех ветвей сильнее, сказать практически невозможно. Их взаимодействие порождает невероятную инерционность в принятии решений. Но американцам это нравится, так как они верят, что принятые решения являются более взвешенными. В России, конечно, тоже есть и законодательная, и судебная власти, но по отношению к исполнительной они всегда были подчиненными – и при царе, и при советах, и при сегодняшней республике.

Вера
Испокон веков в России православие было на особом положении в обществе и политической жизни. Католицизм, протестантство, ислам, иудаизм и буддизм получили право свободно отправлять культ, вести религиозное обучение, владеть имуществом только в 1905 году. Но это не сделало их равными православию, которое вместе с самодержавием осталось неотъемлемым элементом теории «официальной народности», провозглашающей величие русского народа, как всесторонне развитого и не требующего коренных перемен. В наше время роль православия в России не изменилась. Федеральный закон от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», в преамбуле содержит признание «особой роли православия в истории России».

В Америке сосуществуют десятки религий, и ни одна из них не является государственной или «особой». Это обеспечивается первой поправкой к конституции США, которая гарантирует, что Конгресс США не будет поддерживать какую-либо религию, либо утверждать государственную религию, либо запрещать свободное вероисповедание. Если пройтись по улицам американских городов и посчитать, сколько там храмов и какому числу конфессий они принадлежат, сразу станет ясно, что поправка на самом деле работает. Множественность религий приводит к интересному феномену: половина американцев меняют веру по крайней мере один раз в жизни.

Семья
В России узаконен исключительно брак между мужчиной и женщиной, который зарегистрирован в органах государственной власти. Американцам одной опции, как всегда, показалось мало. Поэтому законными признаны также браки мужчина – мужчина и женщина – женщина. Вдобавок, женить могут священники, сотрудники магистратов, судьи и некоторые другие публичные лица.

Флаг
У россиян – теперь трехцветный, но самым любимым народом так и остался одноцветный красный. В американском флаге тоже три цвета: красный, белый и синий, но из них организованы семь красных и шесть белых полос, а также 50 звезд по числу штатов.

Деньги.
Не стану судить о современной России, где я не был 30 лет, но в Советском Союзе абсолютное большинство тех, с кем я сталкивался, негативно относились к «торгашам», богатым и экономической деятельности вообще. Это мнение основывалось на искреннем убеждении, что количество денег в мире сохраняется так же, как в природе сохраняются масса и энергия. То есть, если кто-нибудь получил некую сумму денег, то у кого-то другого именно эта сумма убыла, как во всем известной игре в преферанс. Отсюда и бессмертная цитата из Ильфа и Петрова: "Все крупные современные состояния нажиты самым бесчестным путем". Никто не станет спорить, такой вид коммерческих отношений реально существует. В математической теории игр он называется игрой с нулевой суммой. Самый простой пример такой игры - банальное воровство.

Но согласно той же теории, существует множество других типов игр, в том числе, игры с ненулевой суммой. Из них самой понятной является война, где теряют все. Другой пример - торговля на бирже ценных бумаг, игра настолько сложная, что при разных методиках расчёта оказывается любой из трех: с нулевой суммой, с положительной суммой и с отрицательной суммой. Американским экономистам идеи теории игр пришлись по душе и активно разрабатывались. В итоге, созданные ими приложения сыграли непоследнюю роль во впечатляющих достижениях американского народного хозяйства. Из 18 Нобелевских премий за эту деятельность 14 получили американцы и ни одной - россияне.

Как уже было сказано выше, что-либо утверждать о сегодняшней России я не берусь. Но есть факты, которые невозможно оспорить и трудно истолковать неоднозначно. Как понимать, президента РФ, когда он публично называет бизнесменов «жуликами по определению»? Я понимаю так, что Россия продолжает жить в парадигме игры с нулевой суммой. По крайней мере, ее руководство.

Алкоголь
Склонность россиян к простому проявляется даже в выборе спиртного. Предпочтение традиционно отдается прозрачной безвкусной водке, которую пьют, ни с чем не смешивая. В последнее время, судя по статистике, водка начинает уступать не менее простому пиву.

Американцы обожают коктейли со множеством ингредиентов. Только «официальных» коктейлей, то есть одинаковых в исполнении любого профессионального бармена, - 79. Число неофициальных – подсчету вообще не поддается. Их приготовление возведено до уровня науки. Но даже самые дорогие и благородные напитки американцы не пьют чистыми. Скажем, виски за сотни долларов обязательно смешивают со льдом и газированной водой.

Исключения
Как известно, у всякого правила должны быть исключения. Мне пришли в голову только два. И в России, и в США принято обходиться одним языком - родным. Учить иностранные языки коренные жители этих стран не любят. Второе – непостижимая для меня враждебность, которую у русских вызывает картина Казимира Малевича «Черный квадрат». Казалось бы, что может быть проще?!

Результат
Американцы гордятся своей «сложностью» и относятся к «простакам» немного свысока. Это чувство превосходства иногда оказывается сильно уязвленным событиями вроде полета Юрия Гагарина. Им трудно поверить, что простое может оказаться очень эффективным. Россиян же неправильно понятая и бессмысленная с их точки зрения сложность раздражает, выбор из множества ставит в тупик. С помощью огосударствленных масс-медиа это раздражение легко канализуется в агрессию. Чем это может закончиться? Хочется надеяться, что со временем американцы почувствуют вкус к простоте, а русские – к сложности.

В заключение хочу сказать, что я совсем не настаиваю на своих выводах. С большим удовольствием прочитаю возражения и особенно примеры как «за», так и «против».

520 +

97

Сказки дядюшки-переводчика-2

Тем, кто забыл, а тем паче – тем, кто не читал предыдущую историю, напомню диспозицию. Я проник на последний перед зачётом семинар по английскому с целью подготовиться к сдаче зачёта, каковой мне, отправленному ранее учить немецкий, вроде как не положено сдавать. Но было у меня шестое чувство, что в будущем пригодится.
Препод же вместо консультации травит байки о своей учёбе в школе военных переводчиков. Также сообщу комментаторам первой части, что я пишу чистую правду про то, что Я делал, видел или слышал от препода. А уж что ОН приврал или выдумал – решайте сами.

Итак, мы с вами, рассказчик, а в его рассказе - и его однокурсники остановились на моменте приближающейся к ним сессии.
В один из дней на занятие явился собственной персоной начальник школы и сообщил, что курсанты вместо увольнительной идут разбирать стену соседнего корпуса. Насладившись вытянутыми физиономиями подопечных, начальник пояснил, что он шуткует. Разбирать стену они будут вместо ближайшего занятия по строевой подготовке, а в случае успешного завершения мероприятия группа идёт в увольнение на оба выходных целиком и полностью. Надо ли говорить, что после такого гениального психологического приема курсанты взялись за работу ударными темпами, и вскоре стена корпуса была разобрана в буквальном смысле по кирпичику. Не целиком, конечно, просто на первом этаже был создан проём шириной метров в десять.

На следующий день курсанты радостно отправились в увольнение. Насколько бурно они провели тот день, рассказчик, а потому и история, умалчивают. Но вернувшись, они увидели сквозь проём стоящий в аудитории танк. Поначалу даже (если такие были) те, кто в этом увольнении не порочил честь будущего советского офицера потреблением напитков, начали склоняться к тому, чтобы дать отныне зарок трезвости. Умылись холодной водой.
Танк не исчез. Был он далеко не новым и в большой степени разукомплектованным, и нагло выглядывал из проёма, пока тот не был заделан. Надо понимать, ударным трудом курсантов какого-то другого года обучения, поскольку гастарбайтеров тогда в Москве не водилось.

Рассказчик и его одногруппники недолго удивлялись явлению танка народу, на носу у них были более важные мысли – о сессии. Во время подготовки у них появлялись другие поводы удивляться. Например – практическим заданиям на экзамене, точнее, их формулировкам, типа такой: «Нашими войсками были захвачены в плен несколько бойцов войск НАТО, среди которых оказался внедренный в подразделение сотрудник разведки Королевства Таиланд. С целью выяснения сведений, собранных им, и возможного привлечения его к сотрудничеству, принято решение провести допрос на его родном языке. Задача: выяснить известную ему информацию и склонить к сотрудничеству с нашей разведкой». Другой билет, соответственно, содержал задание для курсанта, играющего роль отважного тайского разведчика.
Нет, ну а что? Учебная программа в целом и экзаменационные билеты в частности должны были соответствовать военной доктрине. Доктрина однозначно называла наиболее вероятным противником агрессивный блок НАТО. И как прикажете формулировать задания для изучающих тайский язык, чтобы они были разными? Если тайский дипломат, просящий защиты от злых натовцев и местный крестьянин, спасенный нашей доблестной армией угадайте от кого, уже есть в других билетах?
Изучив в большей или меньшей степени всё это разнообразие взаимодействия жителей древнего Сиама с разжигателями войны из североатлантического альянса, курсанты явились на экзамен. Там их ждал сюрприз в виде второго пришествия начальника школы, который возжелал поднять боевой дух курсантов анекдотом об экзамене же, но только в доблестных воздушно-десантных войсках.

Итак, питомцы училища войск дяди Васи сдают очередной экзамен, состоящий в том, чтобы забить гвоздь в стену ударом головы. Один выполняет задачу на «отлично», затем второй, а у третьего случается заминка. Ну никак. Он жалуется принимающему экзамен майору на обстоятельства непреодолимой силы, тот пытается собственноголовно забить гвоздь. И также терпит фиаско. Удивившись, майор обходит стену и видит там генерала, прислонившегося лбом к месту дислокации третьего гвоздя. «Товарищ генерал, а что вы тут делаете?» «Осложняю боевую задачу!»

Конечно, курсанты уже слышали этот бородатый анекдот. Тем более, что именно анекдоты про ВДВ были почему-то в их среде популярны. Но если его рассказывает начальник… Короче, когда смех курсантов отгремел положенное уставом время, начальник продолжил: «Вот и я собираюсь вам немножечко осложнить…»

Группа была препровождена в тот самый класс с танком. Около танка обнаружились две увесистые кувалды. И начался экзамен. Пара, разыгрывающая сценку с допросом, залезала в танк, надевала шлемофоны, которые были соединены с гарнитурами, надетыми на экзаменаторов во главе с начальником. А следующая по очереди пара брала кувалды и била ими изо всех сил по броне танка, «создавая боевую обстановку». Причем было заранее объявлено, что упражнения с кувалдой являются допуском к экзамену, и при недостаточном усердии он не будет засчитан (первой парой стали отличники боевой и политической подготовки, надо понимать, получившие допуск автоматом). Но, честно говоря, многие курсанты с удовольствием поразвлекались бы с кувалдами во всю мочь и без объявления про допуск.

У рассказчика впечатление от пребывания в танке оставалось незабываемое, хотя он, как преподаватель самого МГУ, был крайне ограничен в эпитетах. Но мы всё-таки прониклись, как прониклись и герои рассказа. Им казалось, что они в полной мере ощутили на себе «боевую обстановку». Однако начальник, видимо, опасался забывчивости курсантов и впоследствии время от времени снова отправлял группу сдавать зачеты или экзамены «в танк». Выражение «для тех, кто в танке» заиграло для курсантов новыми красками.

Как ни странно, в процессе ни у кого из них слух не пострадал (видимо, сказалась тренировка времён гипнопедии). Почти все они успешно добрались до победного окончания учёбы и, после выпуска, отправились отдавать родине долг за оную учёбу.

Но это была уже другая история, рассказанная, впрочем, на том же семинаре.

704 +

98

Как в СССР выживали без сексшопов

Их тогда не было от слова вообще. Три эпизода, как выживали.

1. СТРОЙКА. Разгружаю на стройке ЗИЛок, голубой, новехонький, с совершенно неистертыми на вид кожаными темно-желтыми сиденьями в кабине. Водила, на вид лет 48, видит в мусоре вокруг уже возведенной бетонной коробки кусок уплотнителя между панелями. Это цилиндрический жгут из черной макропористой резины, диаметром примерно 4- 5 см, очень гибкий и легко сминаемый. Взяв весь в пыли кусок длиной с полметра и поболтав в руке, закидывает его на великолепное чистое сиденье со словами: "Жене подарю в трудную минуту." Ни тени юмора на лице и в голосе. И так и уехал. До сих пор и не знаю, что им действительно двигало. Но если бы просто для хозяйства, кинул бы эту грязюку в кузов или на пол в кабине. Может, жена действительно уже язвительные намеки делала, и он достойную основу для ответа нашел? Без сексшопа?

2. ПОПОЙКА. После летних студенческих каникул обмениваемся со знакомой студенткой меда летними впечатлениями. Она была с сокурсницей на практике в больнице одного из райцентров. В один из вечеров хирург им с веселостью говорит, что они могут идти спать, а хирургия будет ночью развлекаться. Оказывается, им привезли пациентку, которой сожитель вставил бутылку в интимное место. И та никак не выходит. Придется оперировать.

3. ИРКУТСКИЙ СЛОНИК. От иркутянина, знакомого по учебе, услышал, что во времена вьетнамской войны в иркутском военном авиаучилище готовили вьетнамских летчиков. Курсанты были все очень прилежные, тонкие и стройные, но тем не менее их в полет в одиночку никогда не отправляли. Потому как при выполнении одного элемента с большой перегрузкой они кратковременно теряли сознание, и тогда управление брал на себя инструктор.
Позже, уже в 80-х, услышал от другого человека об ином вьетнамском следе в Иркутске. Оказывается, тогда, во времена вьетнамской войны, в Иркутске были и вьетнамки, работающие на производстве. И тогда была некоторая "мода" у дедов срочной, технически подготавливаться к покорению дам на грядущей гражданке. Загоняли пласмассовые цилиндрики из ручек от зубных щеток под крайнюю плоть с целью увеличения диаметра и рельефности. (Об этом мне поведал рассказчик, сказав, что сам видел, иногда это приводило к серьезным воспалениям.) Возможно, эта "мода" была русским ответом на массово упоминаемые тогда в разговорах японские презервативы с усиками, якобы приводящие женщин в неимоверный экстаз. И это при отсутствии сексшопов. И вот один из таких подготовленных начинает трудиться в городе таксистом. Теплые времена. Одна из вьетнамок, в х/б типа стройотрядовского, из потока выходящих после смены, становится его пассажиркой. Он довозит ее. Она не проявляет активности расплатиться. На его вопросительный вкгляд хлопает себя ладошкой по промежности. О великий язык жестов! Тут же вьетнамка была поставлена в позу лицом в окошко дверцы и малость оголена. И тут, как только он приступил к делу, вьетнамочка дергается вся и вылетает через открытое окошко на тротуар. Встав на ноги, поднимает сжатые кулачки с распрямленными указательными пальцами к вискам и произносит: "Му! Му!" О великий международный язык жестов и звуков без слов!
И вот с тех пор задаюсь вопросом, было ли появление вьетнамок тогда в Иркутске мудрым решением руководства попытаться нарастить мышечную массу и тонус вьетнамских авиакурсантов, или это было случайным совпадением в одном городе?
В самом Иркутске, где мне довелось побывать в 80-х, я никаких вьетнамских следов за несколько дней не заметил. Кроме, возможно, одного: На зеленой лужайке возле местного театра "пасся" "зеленый слоник",- обросшая травой фигура слоника. Может, это был элемент вьетнамской парковой культуры?
П.С. Может, кто точно знает, была ли взаимосвязь между физически не очень крепкими вьетнамскими авиакурсантами и появлением вьетнамок в Иркутске?

505 +

99

"Зведные мути
Страшны до жути
Кто и откуда
Где мы?

Господи, кто мы?
Узнаем ли сами?
Идолы, где мы?

Господи с нами.
Идолы немы."

А. В. Скорик.

Это было лето, приморское, нежное лето 2022 года. Чуть за середину июня. То время, когда листва уже успела впитать в себя все оттенки зеленого, от бледно-салатовых до самых глубоких, которые будто из темного бархата.
Люди ходили по залитым солнцем тротуарам, готовые кивнуть каждому встречному, на мгновение задержавшему на них свой взгляд, и улыбнуться. Отдыхали в тени.
Их радовали даже штормовые СМС, когда город уже накрыло неподвижными серыми облаками, и пошел дождь, распахивая зонты. Потемнело небо, и подул ветер, срывая с луж пузыри, и бросая под ноги листья.

Люди бежали под дождем домой и туда, где их ждали, и даже не ждали. И было куда и зачем бежать. Они зажигали свет, заваривали чай, кутались в пледы, отражаясь в смартфонах, шурша страницами.

Они снова улыбались, и радовались каждому мгновению жизни, не отдавая себе отсчета куда и зачем они бегут,плывут, летят и кувыркаются, в расширяющейся Вселенной на маленькой голубой планете. В этом Мире. Без войны.
Фантастика!

390 +

100

МОНДЕГРИНЫ

Когда я была маленькой, то долго не могла понять, что за ДОБРАНА жевали герои сказок.
«И стали они жить-поживать да Добрана жевать»
Потом этот же вопрос мне задала дочь, потом сын, и вот недавно внук опять задал этот же вопрос. Три поколения выясняют кто такой или что такое ДОБРАН, и почему его жуют….

Такое неверное восприятие на слух называется МОНДЕГРИН.

А я вспомнила как в песне «Вставай, страна огромная» слова «Пусть ярость благородная» в детстве я пела как «Пусть я росла голодная!».

А еще из телевизора часто слышала про Цэкака Пэ Эсэс. И я думала, что это имя женское французское и фамилия, вроде - Луи де Фюнес. Еще жалела эту Цекаку, думала, это ж надо было так девочку назвать! Бедная!

Потом помню, как плакала над русскими больными котятками. «Котятки русские больны» (Хотят ли русские войны)

А мой сын в исполнении дуэта Моисеев-Гурченко слышал «Я не буду, я не буду целовать холодный труп».

Далее - не моё.

Далее комменты под постом про Тяшинуша Гамимеря в одной из групп. Вопрос был поставлен собственно так - кто такой этот Тяшинуша Гамимеря? (Тишину шагами меря)

А дальше комментарии. И это тот случай, когда комменты лучше самого поста.
Я полдня просидела в этой «ветке», думала от смеха умру.

Красавица Икуку нервно курит в сторонке, а Стоша Говнозад вместе с Тихоном ей аплодируют, а рядом играет ( или пробегает) скрипка лиса!

Поехали! Как мы сами или наши дети воспринимали на слух песни…

- Бабушка рябушка с дедушкой...
- Катится -катится голубой вагон, и упирается прямо в небо слон! (или Катится катится... по лугу батон!)
- Санстанция Санстанция Санстанция ( *это когда у Боярского с дикцией не очень все в порядке)
- Птица счастья завтрашнего дня, прилетела с крыльями свинья
- Над тобой встают кобзоны, над тобой встают кобзоны, нашей юности надежды! (ну, или – встают как зомби)
- Эти 42 минуты под землёй я день за днем вожу кота. (*Бедный кот, каждый день его таскали в метро)
- Ламанда, гордая Ламанда, наши с ней того, синие цветы...
- Сняла решительно платок наброшенный, кататься мордою хватило сил
- Сини-сини-фини, сини- сини-фини.
- Шумелка мышь, деревья гнулись
- Ах, верь мне, Саш! Ах, верь мне, Саш!
- Там листья падают вниз, пластинки крутит садист.
(*Если пластинки Бузовой, то –да)
- Надежда - мой конь позывной.
- Кузнечик ел одну Лиштравку
- Аристотель с березы упал на плечо, он как я оторвался от веток.
- Дан приказ ему на Запад – едь в другую сторону…
- Учкудук…. Приколоться…
- Просто так прохожий, палец чернокожий
- И скрылась из глаз Веренея моя.
- Кыксын грустит о матери
- Кустракиты над рекой
- С чего начинает Сародина ( женщина по фамилии Сародина)
- Эх, тачанка-растачанка (*Блин, я до сих пор думала, что тачанка именно растачанка, в смысле такая-растакая, пришлось гугулить, а она оказывается ростовчанка. Век живи – век учись, как грицца)

Ну и напоследок анекдот про вуглускра, если кто вдруг не знает.
Идёт диктант на уроке русского языка.
Учительница медленно диктует:
- В у-г-лу-скре-б-ёт-мы-шь …
Вовочка (поднимает руку):
- МарьВанна! А кто такой ВУГЛУСКР?

На этом все. Желаю вам всем добрана жевать!

© Татьяна Ферчева

563 +

123 4 5 6 дальше →

Анекдоты про этом войны [ Свежие анекдоты ]

Партнеры

Реклама

Добавить анекдот: предложить для публикации

Анекдоты про этом войны
[ Свежие анекдоты ]