Анекдоты про ждал |
Женщина увела у бывшего мужа 2323 биткоина — это около 15 млрд рублей.
Никакого хака — она просто подсмотрела сид-фразу через умную камеру. После этого быстро раскидала крипту по 71 адресу, чтобы замести следы.
Мужчина после обнаружения пропажи избил экс-супругу, признал вину, но потребовал вернуть криптовалюту через суд. Но там его ждал сюрприз — суд решил, что кражи не было, потому что биткоин не является физическим активом.
Нетфликс, записывай.
|
Однажды Георгий пришёл на ужин в ресторан в армянской глубинке.
Он спокойно сидел себе, и ждал долму, как вдруг в заведении материализовались китайцы. Сначала проник один, и задал какие-то вопросы официантке на русском. «Ясное дело, - спокойно подумал Георгий. – Появись внезапно в Гюмри китаец, знающий армянский, я бы решил, что умом тронулся от тяжёлой работы».
Как уж водится, вслед за одним китайцем возникло ещё десять – в этом удивительная особенность их нации. Они расселись за столом, и беседуя очень громко – жители Поднебесной любят общаться так, чтобы их слышали во всём остальном мире. Слаборусскоязычный китаец запросил у официантки палочки. «Чего?!» - поразилась та, и китаец понял тщетность своих мечтаний, увядших, как хризантема в морозный день. Он перевёл согражданам, и пронёсся гул разочарования. Видимо, китайцы долго блуждали в поисках ресторана с гобаоджоу и кисло-острым супом, и не нашли его. А теперь их сердце разбито окончательно – им предлагают есть вилками, далёкими от фэншуя. Георгий восхитился храбростью китайцев, упорно ищущих палочки в ресторане в армянском городе на 112 тысяч человек.
Горе пошатнуло жителей Срединного Государства, но не сокрушило. Были заказаны три бутылки коньяка (это Георгий весьма одобрил) и совершенно зверское количество кока-колы. Скоро произошло ужасное. Китайцы налили коньяк в фужеры, и разбавили кока-колой. Глаза Георгия стали размером с его очки. Он хотел подняться из-за стола, и закричать – «Да кто так вообще пьёт!!! Что вы продукт переводите!!!» - но вовремя вспомнил, что не владеет диалектом мандарин, кроме нескольких полезных фраз, как то «очень дорого», «ёб твою мать» и умеет считать до десяти. «Ёб твою мать» подходило идеально, но Георгий чуточку не из тех, что начинает знакомство с таких слов.
Георгий принялся вкушать долму, следя за китайцами. Их заказ принесли резво. Это оказался хаш, суп из говяжьих ножек, с рубцом, изрядно сдобренный чесноком. Часто его употребляют с похмелья, но видимо, китайцам очень хотелось коллагена, либо вчера они меньше разбавляли коньяк кока-колой. Возникли трудности с извлечением из супца говяжьей плоти, и разрезанию её ножом. У кого-то мясо обрушилось обратно в миску, подняв фонтан, у кого-то – улетело к товарищу. «Агаааааааа, блядь, - сладко улыбнулся Георгий. – А как я с вашими палочками-то сначала мучился?». Кое-как, китайцы всё же справились с хашем. Один сказал тост, где прозвучало слово «Джунго» (Китай). Трудящиеся весело подхватили. Коньяк, измучившись, трагически пузырился в бокалах.
Вслед за тем, принесли рёбра на гриле. «Чжучжоу!» (свинина!) - раздались за столом крики счастия. «Наверное, до этого люди ездили в Иран, и их оттуда привезли как беженцев», - сочувственно подумал Георгий. – «Сердца себе истерзали без свинины на чужбине». Со свининою китайцы справились и без родимых палочек. Они просто брали её перстами, и кушали с радостью и благоговением. Слышались стоны. Видимо, кто-то всё же страдал без риса.
Усладив сердца коллагеном и приятным свиным великолепием, китайцы затребовали чаю. Зелёного, конечно, не оказалось (Земля ещё не налетела на небесную ось), но чёрный имелся в наличии. И тут случилось страшное. Переводчик забыл, как сказать пять. Он показывал ладонь, но так радостно и так расширенно, что казалось, он собирается дать пятюню официантке, и та логично пятилась от него. Георгий услышал хорошо знакомую цифру, но решил уточнить. «У ча?» (пять чаю?) – спросил Георгий у разнеженной пузырчатым коньяком группы.
За столом словно бомба разорвалась.
Старший, не в силах говорить, кивнул. Георгий перевёл официантке.
Китайцы стали говорить очень тихо, нервно поглядывая на Георгия. Тот расплатился, и двинулся к выходу.
Жители КНР выдохнули.
На пороге, Георгий остановился, и произнёс «Джунго гуньшандан ваньсуй!» (Да здравствует Коммунистическая партия Китая!). «Ваньсуй!» - радостно откликнулся один китаец. Все остальные посмотрели на него.
Он перестал радоваться.
Георгий открыл дверь, и вступил в армянскую тьму.
Теперь китайцы знают, что кроме нехватки палочек, случаются вещи и похуже.
(с) Zотов
|
|
Кухня анестезиолога.
Сколько себя помню — всегда любил готовить, с детства.
Присматривался, помогал по кухне и отцу и матери, какие-то навыки просто вошли в рефлексы.
Вторая волна интереса к кулинарии возникла уже в зрелом возрасте.
Овдовев, я сначала с трудом готовил самые простые блюда, потихоньку подобрался и к таким более сложным вещам типа форшмака, оливье, селёдки под шубой, винегрета, холодца, щей, плова, котлет с пюрешкой и шашлыка, куда без него.
Любопытно, что аборигены потихоньку начали привыкать к советской кухне — пошло всё на «ура», ну, почти всё — селёдка пряного посола вызывала сильное недоумение…
Надо также сказать, что среди моих коллег есть и повара куда покруче меня. Так, невропатолог работал поваром в ресторанах мишленовского уровня во Франции. Или вот, скажем, мой приятель и сосед, известный вам по предыдущим историям Джин — дамский мастер. Так вот, он основательно и упорно решил изучить высокую кухню — что у него получилось весьма и весьма неплохо.
Готовим мы по очереди: я готовлю советские блюда, он — французские блюда с наворотами и пылающими коньяком сковородками… или итальянские, паста с креветками у него просто гениальная.
Будучи реально въедливым — он не стеснялся просить поделиться секретами рецепта в ресторане, очень по-свойски общался с поварами и даже несколько раз раскошелился на единственный стол для гостей прямо в кухне, где вся эта дисциплинированная магия приготовления шедевра происходит на ваших глазах.
Что подало мне идею пригласить вас на кухню анестезиолога.
Анестезиология, кстати, в чём-то похожа на кулинарию — есть ингредиенты и там и там.
Нужно качественно их смешать, в правильных пропорциях, и получить нечто другое, отличное от компонентов.
Так что моя шутка» О, моя кулинарная книга!» при виде моих же старых протоколов наркоза для этого пациента, где всё детально описано — просто следуй выверенному временем рецепту — не совсем шутка, я действительно держу в руках инструкции по приготовлению своего наркозного супчика…
Ну, а повторные наркозы в небольшом городке после четверти века практики — события очень вероятные.
И, напоследок — дисклеймер: я анестезиолог весьма обычный, не элитный, далеко не Мишленовского уровня. Что понятно: элитный анестезиолог обычно работает в многопрофильной больнице, чаще всего университетской. Такие ребята обычно моложе меня и потратили раза в два больше времени в тренировочных программах по узкой специализации.
Итак, кухня анестезиолога.
Первая стадия приготовления к наркозу: поставить венку, смерить показатели, проверить лабораторные данные, все легальные бумаги. И, главное, успокоить пациента.
Люди разные, кто больше беспокоится кто меньше — но тревожно любому. Обычная рутина — ставим венки, метим, проверяем консенты и даём успокоительное, в венку.
А вот что делать, если венки нету, а пациент паникует?
Паника — это горная лавина, сначала еле заметная, но быстро набирающая обороты, гасить её надо в зародыше.
Без вены?!? Вот тут и пригождается мой небольшой секрет — успокоительное я даю под язык, как нитроглицерин, вместо « здрасьте «. Такую же тактику я применяю и для падающих в обморок при виде иглы, таких немало.
В двух случаях сурового посттравматического синдрома — я встречал их на паркинге и давал им таблетки под язык, а уж потом мы шли в госпиталь. И это после нескольких отказов от операции и бегства домой…
Помогает ли?
Тут всё вместе: меня принимают всерьёз, меня не считают уродом, бородатый седой хрыч дал мне успокаивающее и, похоже, оно работает… да и хрыч рядом, смешной такой Санта Клаус с акцентом, поставил венку — я и не заметила…
Разгадка тут простая — я их чувствую, даже не глядя, со спины — бедолаг, изглоданных страхом и паникой.
И медсестры, заметив эту странность, почти всегда зовут меня на такие ситуации. Или записывают их за мной, заранее.
А вот и история.
Женщина, с взрослым сыном, в предоперационной, очень тревожная, в холодном поту, низкое давление и снижением сердечного ритма, на пороге обморока, венки, естественно, нет.
Дёрнули меня, я прибежал, таблетки под язык, ноги вверх, голова вниз, тёплые одеяла, ждём… ожила, этот гнусный холодный пот исчез, пульс и давление поднялись, паника закончилась, ставим венку и уже совершенно спокойно готовимся к операции.
Выясняется: здоровье у пациентки неплохое, аллергий нет, единственный предмет уже моего беспокойства — тяжёлые изжоги, по несколько раз в день, особенно во время сна.
Изжога — враг анестезиолога, объясняю ей наглядно: желудок и лёгкие — далеко не друзья, ничего желудочного легким не надо, даже небольшая аспирация желудочной кислоты вызывает тяжёлые последствия.
Приношу медикамент, нейтрализующий кислоту, стопка отвратительной гадости( пробовал сам, знаю) — пить нужно залпом, опрокинув стопку, в один глоток.
Приняла.
И тут же наградила меня шуткой!
Обращаясь к сыну, взрослому мужчине, отлично воспитанному, чувствуется хорошая крепкая семья:
— Данила, ты ждал этого дня 26 лет.. чтобы увидеть свою маму глотающую колёса и пьющую стопку залпом… так вот, сын, это всё — между нами тремя, ясно?
Сын жестом затянул молнию поперёк рта, типа — буду нем как рыба.
Я же уверил пациентку — всё, что случается в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе.
Бреду за её носилками и думаю — благословенны будьте, ребята-фармакологи, давшие нам такое мощное оружие, благодарю вас от лица всех моих пациентов. Судите сами: две маленькие таблеточки и полуобморочная паника задавлена в зародыше, пациент едет в операционную, улыбается и шутит.
Спокойный пациент, улыбающийся пациент — это бонус, совершенно необязательный.
Но, чёрт меня побери — это мой самый любимый бонус!
Взять на себя беспокойство и страх, отняв их у пациента — как по мне — это то, для чего я был создан.
Michael [email protected]
|
|
Недавно в Помпеях случилась сенсация. Кто не помнит, Помпеи — это такой древний город, чьи граждане были в основном оптимисты.
Когда неподалёку оживился вулкан, они сказали: «Да какая эвакуация — у нас вакханалии».
И с этими словами неожиданно погибли, о чём имеется полотно Брюллова общей площадью тридцать квадратных метров.
От Помпей мир уже лет двести не ждал интересненького. Но вдруг учёные посветили куда-то новыми технологиями и нашли неведомые науке надписи.
На стене, ведущей от театрального помпейского района к парку — прямо в самом ЦАО Помпей — из вечности стали проступать имена: Сава, Марк, Эрато, Октавий, Луций.
«Да кто вы такие?» — сказали учёные и стали терпеливо расшифровывать сопутствующие именам пояснения.
Начали с Октавия.
«Октавий, ты…» — наконец наскреблось продолжение.
«Кто, кто он, этот Октавий?» — прищуривались в надпись учёные.
Терпение и труд победили не сразу, но после мучительных попыток, бессонных ночей и всемирных консультаций правда всё-таки открылась исследователям.
На стене было написано:
«Октавий, ты дурак».
Где тебя носит, Клэр (c)
|
|
Бабушки-бунтарки: три монахини 80+ сбежали из приюта в родной монастырь
Эта история достойна голливудской комедии: в Австрии три монахини преклонных лет (82, 86 и 88) устроили дерзкий побег из дома престарелых. Сестры Рита, Регина и Бернадетта более 60 лет прожили и проработали в своём монастыре, пока в 2023 году не были насильно переселены в католический приют. Но ностальгия взяла своё – бабушки решили во что бы то ни стало вернуться домой, в обитель.
План побега они разработали изящный. С помощью сочувствующих бывших учениц и настоящего слесаря монахини тайком выбрались из опеки и проникли внутрь опустевшего монастыря, отперев замки законным (ну, почти) ключом. На месте их ждал сюрприз: электричество и вода давно отключены, еды нет. Но вскоре слух о возвращении легендарных сестёр разлетелся – к монастырю потянулись верующие, бывшие ученики и соседи. Притащили генератор, продукты, организовали дежурство врачей. Словом, община мигом оживила старые стены, поддержав беглянок.
Церковное начальство, впрочем, было не в восторге. Представитель епархии назвал самоволку «непонятным и недопустимым шагом», сетуя, что монастырское здание не приспособлено для ухода за престарелыми. Мол, в приюте им и питание, и медицина – а тут что? Но сёстры стоят на своём: «Мы наконец дома, мы так скучали, мы счастливы», – сказала 82-летняя сестра Рита. Пока церковные власти ломают голову, как вернуть подопечных обратно, предприимчивые монахини пьют чай у родного камина. Кажется, дух австрийских бабушек-бунтарок не сломить ни временем, ни разлукой!
|
|
