Анекдоты про соня
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 138

101

Делали ремонт у мамы летом с сестрой и наша такса все лето ходила в продуктовый каждый день: хлеб, пакет молока и ей стаканчик пломбира лично. Покупки в собачий рюкзак.
Сначала познакомила её со всеми сменами продавцов и объяснила, что зовут её Соня, каков будет ее ежедневный заказ и какое мороженое она ест. Отлично сработало - ни одного сбоя. Идти ей квартал. В очереди ждала и свой пломбир ела на месте, хлеб и молоко домой несла. Очень экономила нам время. В то лето она была звездой, её снимали )

103

КРАCИВАЯ СКАЗКА

Жил-был хороший человек Серёжа. Однажды угораздило его влюбиться в девушку Соню и сделал он ей официальное предложение. Отказала ему Соня. Погоревал Серёжа три дня и три ночи и влюбился в другую девушку, Ирой её звали. А она ему тоже отказала. Потом Серёже Люся отказала, Света, Алла и даже Леночка из Чебоксар замуж за него не пошла. И перестал горевать Серёжа днями-ночами и решил он больше никому никаких предложений не делать. Один решил жить, без Алл, Люсь и даже без Леночки из Чебоксар.

А жить он стал весело и счастливо, на охоту и рыбалку ездить без разрешения, пиво пить и лук с чесноком есть, посуду за собой не мыть и носки разбрасывать по всей квартире, крышку унитаза не опускать и девушек домой приводить. А ещё он сериалы по телевизору вообще не смотрел и Стаса Михайлова не слушал, в магазин ходил, когда захочется, а, когда не хотелось, на диване лежал и чесался везде, как животное. И пылесосил, когда грязно, а не по субботам, и мусор выносил не по утрам, а когда его, мусора, много становилось. А старые газеты на шкаф складывал. И по магазинам седьмого марта не бегал. И даже зарплату никому не отдавал, а на себя тратил, на друзей да на женщин разных. А как он в ванной блатные песни пел! И никто ни разу ему не сказал, что б он заткнулся и что у него слуха нет. И нервы у него крепкие были, и кудри чёрные, и зрение хорошее, и даже сердце никогда не болело. И когда исполнилось ему сто лет, он умер от старости, а не от какой-нибудь язвы. И в гробу лежал счастливый-счастливый и улыбался, хотя вокруг все плакали, особенно женщины разные…

Вот какую красивую сказку я сочинил. Я б ещё написал, но скоро моя Леночка из Чебоксар вернётся, а у меня пол не вымыт, курица не сварена и ковёр не вытрясен. И полочку я какую-то на кухне не повесил, и комнату не проветрил, и Руслану не сказал, что он алкаш и что б он больше мне не звонил со своим дурацким футболом под пиво. А сказка хорошая получилась… Эх…
Илья Криштул

104

Одесская квартира. Муж приходит домой: - Соня, выключи телевизор, я имею сказать тебе новость! Соня выключила. - Бора, и шо случилось? - Дядя Изя отмучился! - Шо, дядя Изя таки умер? - Нет! Дядя Изя таки живой! Это тетя Софа умерла!

105

Одесская квартира. Муж приходит домой: - Соня, выключи телевизор, я имею сказать тебе новость! Соня выключила. - Бора, и шо случилось? - Дядя Изя отмучился! - Шо, дядя Изя таки умер? - Нет! Дядя Изя таки живой! Это тетя Софа умерла.

106

Наконец-то рабочий день закончился. Я заболела. Кружилась голова, подкашивались ноги, было трудно дышать. Стояла на ступеньках здания и морально готовилась к тому, чтобы спуститься по этим ступенькам и не упасть. На крыльце нарисовалась моя коллега – Светочка. Чистенькая, гладенькая, с красиво уложенными локонами и страшно интеллигентная. Мне давно хотелось с ней подружиться. Светочка взглянула мне в лицо и испугалась. – Соня, что случилось? Тебе плохо? Давай я тебя подвезу до дома?

Оказалось, что мы живем рядом, и по пути Светочка, грациозно выруливая, настояла на том, что в таком состоянии она меня одну не оставит, и пока мои не вернутся домой, она напоит меня чаем. Затащила к себе, усадила на уютной кухне, принесла клетку со свежекупленным хомячком, налила чаю с печеньками и исчезла в недрах квартиры. Мы остались одни с хомячком и образами. Иконками была заставлена вся кухня – они висели в углу, они стояли на подоконнике, висели над кухонным столом. Я откусила печеньку – хомячок вцепился лапками в прутья и высунул носик. Я отломила кусочек шоколадки из печеньки и протянула ему. Хомячок схватил черный кусочек крохотными пальчиками и сгрыз мгновенно и нечувствительно.

Света, какая прелесть твой хомячок! Я ему кусочек шоколадки дала… и тут Светины глаза расширились и она закричала – ты что? Ты с ума сошла? Хомячку – шоколад?!?! Кинулась к клетке, разрыдалась, кинулась вон, вернулась обратно, обливаясь слезами, и взвыла – что делать? Я достала телефон и, плохо попадая пальцами по буквам, попыталась найти «что делать». Оказалось, от шоколада хомячки мрут или получают непоправимые повреждения печени. При этом первая же статья была про то, как хомяка накормили чем-то непотребным, и тот сначала набил щеки до отвала, а потом так же быстро избавился от содержимого, и от слов «вы когда-нибудь видели хомяка, который вывернул себя наизнанку» я заржала и прочитала историю вслух.

Светочка взорвалась. Светочка взорвалась страшным, яростным гневом, который разнес пространство в клочки. Светочка потребовала, чтобы я повезла их к ветеринару. Я сказала, что не могу в таком состоянии садиться за руль. Светочка, судорожно рыдая, принесла коробку, пересадила туда хомячка, сунула мне коробку в руки, и мы трое приехали в тихую спокойную ветеринарку, где потерпевших провели в кабинет, а я припала было к лавочке в коридоре, но тут вышел кто-то с бумажкой и велел купить такие-то лекарства. Я поплелась в аптеку, в ближайшей не оказалось. Пошла дальше. Думала, не дойду. Дошла. Было дорого. Дороже чем хомячок, наверное, втрое. Думала, не дойду обратно. Дошла. Отдала в кабинет, рухнула на лавочку. Видимо, я заскулила, потому что ко мне подсел какой-то белый халат и сочувственно сказал, не переживайте так, хомячок жив-здоров, хорошо покакал… шариками… Я подняла замученные глаза – если бы вы только знали… насколько мне насрать на этого хомячка… Белый халат дернулся в сторону и исчез.

Светочка все-таки довезла меня до дома. В машине я извинилась за содеянное. Светочка стала гневно орать в том смысле, что она не представляла, насколько я жестока, и возбудилась так сильно, что перестала плакать. Сквозь пелену полуобморока я подумала, Бог отвел. Ведь я могла бы попытаться с ней подружиться. Поделиться чем-нибудь важным. Полюбить ее. И эти иконки -- иконки в углу, иконки на подоконнике, иконки над столом. И крошечный, милый, ни в чем не повинный серый хомячок.

Месяц спустя меня вызвали на работе к начальству. Начальство спросило, Соня, что там у вас со Светой? Я удивилась: по работе мы со Светой практически не пересекались. – А что такое? Начальство уточнило – что Света против тебя имеет? – А! Вот оно что. Я однажды отравила ее хомячка. Дала кусочек шоколадки – оказалось, хомячкам категорически нельзя шоколад, а я не знала. У меня в детстве были хомячки, но не было шоколада… Начальство заржало. – Хомячок-то – выжил? – Выжил. Мда.

107

Как-то работала в одном учебном заведении. Когда увольнялась оттуда, мне сказали, что будут скучать; мол, когда дела решишь – возвращайся. Смеются, обнимают, и – в любом случае приходи, если что. Как мы будем без тебя?!

А потому что со мной никогда не было скучно. Вот однажды: утренние пары прошли, кабинет пустой. Компы выключила, и решила почистить туфли. Обувь – моя слабость, люблю, когда она сияет. А мои рабочие туфельки – замшевые, черные как беззвездная ночь, на высоченных шпильках – произведения искусства, их в руку брать --- наслаждение. Для них у меня в шкафчике специальные щеточки и пшикалки. Высунулась в окно, одну туфельку почистила – и я не знаю что на меня нашло, на миг потемнело в глазах – и я туфельку выронила. Смотрю с третьего этажа вниз – б***ь! Внизу что-то вроде колодца, пятачок между стен, пара окон туда выходит. И там в снегу, одинокая и элегантная, черная на белом – она.

Звоню в деканат, и ну надо же, на декана нарвалась. – Виктор Петрович, тут такое дело. Помощь нужна. – Что, Соня? – Мне нужно из раздевалки ко мне в кабинет на третьем этаже мои сапоги принести. – Соня, с тобой все в порядке? – Да не совсем… Я тут … туфлю в окно уронила. Стою вот, босиком. – Ты … что? Как ты умудрилась уронить? в окно? туфлю?!? Ахахахаха! Нет, ну ты! Ахаха!

В конце концов, приносит мне какая-то девочка сапоги. Спускаюсь, нахожу нужный кабинет. И тут оказывается, что то самое окно – убрано решеткой. Пошла искать завхоза. Дайте, говорю, ключи от решетки, надо наружу слазить. Щас верну. Она: – А зачем тебе туда лазить? – Да туфля у меня там. – Туфля?!? – Ну, да. Уронила в окно. – Соня! Как ты умудрилась уронить в окно туфлю?!?))))) – Ключи дайте, пожалуйста.

Открыла решетку, смотрю вниз –- а там высоко. Спрыгнуть можно, залезть обратно – надо подтягиваться. Я не смогу подтянуться. И вообще, я в юбке. Строгой узкой юбке-карандаш. И вообще, я препод. Ну ладно, есть же студенты! Смотрю в коридор, как раз двое моих козерогов мимо проходят. Ребята, помогите, надо из окна вылезти, вещь одну с земли подобрать, и обратно залезть. Эти двое заходят, идут к окну, смотрят вниз, медленно разворачиваются, глядят на меня, и спрашивают – Ну Софья NNновна! Ну как, как, как вы умудрились – туфлю! в окно уронить?))))

Лезть наружу они отказались. Сказали, перепачкаются. Наверное, не захотели позориться. Эврика! Мимо по коридору – уборщица. Я отняла у нее швабру. У меня были Страшные Глаза. Инструмент она пыталась отстоять, я им завладела в непростой борьбе. К счастью, уборщица почти не говорила по-русски.
Шваброй подцепить туфлю не получилось. Звоню Саше, разнорабочему. Он мне в кабинете как-то менял сломанный замок. Говорю жутким голосом, Саша. Мне нужна лестница. Мне нужно вылезти на улицу в окно из кабинета №13 и потом залезть обратно. Саша спросил, зачем. Саша был циничен и зол. Он единственный не ржал. Но лестницу пообещал принести. Спасибо, Саша! За мной не заржавеет!

И тут мне в голову пришла гениальная мысль. Привязала к швабре шарфик, сделала петельку. Перевесилась в окно, отчаянно стараясь не вывалиться наружу, и так, пыхтя и сдавленно матерясь, подцепила туфельку за каблучок и – затащила внутрь! Прыгаю от счастья! Оборачиваюсь на звук – в дверях стоят уборщица, завхоз, да кого только нет, хоть не декан. Позади них Саша с лестницей. -- Саша! Все! Уже не надо, я смогла достать -- шваброй! «Да твою ж м**ь», говорит Саша, и с грохотом тащит лестницу обратно.

108

Как-то в Осаке, или в Иокогаме, (не помню), стояли мы на рейде в ожидании то ли погрузки, то ли разгрузки корабля.
Вечер, очередной киносеанс. Тогда на каждом корабле был свой кинотеатр, т.е. в обычной столовой каждый день, (а точнее вечер), демонстрировался какой-нибудь фильм посредством кинопроектора.
Выбор был невелик, каких-то десять-пятнадцать фильмов из фонда кино в очередном советском порту. Я закончил мореходную школу по профессии электрик-моторист, но в довесок получил образование «Кинодемонстратор». Так что пришлось заниматься и профессией киномеханика.
Так вот, закончил я показывать очередной советский шедевр, смотал пленки, уложил их на стеллажи, навел порядок и вышел из своей каморки-кинобудки в Столовую попить холодненького компотика.
Человека три-четыре смотрели местный телевизор и слегка похохатывали, глядя на экран телевизора.
Там демонстрировался фильм про маньяка с бензопилой, тогда еще новинка. Болтали на английском, но перевод был и не нужен. Ужастик, он и в Африке ужастик, пояснений особых не требовалось.
Ну что же, у меня еще часа полтора до вахты, и я решил от нечего делать составить компанию полуночникам. И это был первый киноэкстрим в моей жизни.
Зрители обсуждали детали сюжета со знанием дела, особенно кок.
- Да кто же так вспарывает брюшину? Только идиот. Надо поддевать снизу, тогда и кишочки будут целыми, и крови гораздо меньше, - делился он своими знаниями с окружающими, наблюдая очередной поворот сюжета.
- Кок, ты придержи свой опыт до завтра, как раз боцман собирается устроить свои разборки, - советовали ему коллеги, от души наслаждаясь искренним негодованием мастера-расчленителя.
Я до этого самым страшным фильмом считал «Вий» советского производства.
Но куда там до голливудских прибамбасов! Море крови, где надо и не надо, окорочка человеческие на перекус, кишки и прочие внутренности вперемешку со сценами разделки органов на всякую изысканную кухню.
«Б-ррр, какая гадость», - передернулся я и отправился готовиться к очередной вахте.
Зайдя в каюту и переодеваясь, я обратил внимание на огни сияющего порта и подумал: «А ведь совсем близко, можно и вплавь махнуть, а можно и на лодочке… Какой-нибудь ненормальный запросто может это организовать.»
Мысль промелькнула и забылась. Я, как всегда, принял вахту, сделал обход по всем необходимым механизмам и узлам, доложил дежурному механику, получил сменное задание и отправился тянуть лямку на оставшиеся часы до смены.
И вот тут меня накрыло.
Представь себе замкнутое пространство машинного отделения. Хотя пространство это с трудом можно было назвать замкнутым. Все-таки четыре этажа, и на каждом находятся необходимые механизмы и агрегаты. В рейсе все это слаженно урчит, бахает, скворчит и работает. А сейчас только паровой котел с дизель-генератором несут свою дежурную обязанность, обеспечивая судно необходимой энергией.
Все огни потушены, остались только фонари в ответственных местах для обслуживания и принятия экстренных мер. Тишина полная, за исключением отдаленного звука дизель-генератора. Изредка доносится какой-нибудь треск паровой трубы или невнятные поскрипывания и постукивания мерно покачивающегося судна.
Внутренне матерясь и ругая себя самыми последними словами, подошел к стенду с аварийными инструментами (всякие ключи, киянки, молотки, кувалды и пр.) и выбрал кувалдочку поувесистее.
«Двадцать один год балбесу, уже и армию отслужил, и всякого повидал, а в детские страшилки веришь». Примерно так я думал, но кувалдочку все-же плотнее обхватил пальцами. Так и провел почти всю вахту в постоянных оглядываниях и прослушиваниях.
И тут грохот шагов сверху. Уверенные такие, и в полной тишине даже зловещие. Да кто может спускаться в машинное отделение глубокой ночью? Я нырнул за главный двигатель и замер в ожидании развязки.
Развязка наступила через пару минут взрывом хохота с рабочего места дежурного механика.
- Я тебе говорю, прячется, как партизан, с кувалдой, только маскхалата не хватает…, - давясь от смеха, рассказывает второй помощник капитана моему дежурному механику, - Мне-то сверху все видно, кино, да и только.
Это от скуки спустился вахтенный по капитанскому мостику поболтать с коллегой в машинное отделение. Они старые друзья, вот и общались в минуты безделья.
Повеселившись и проводив друга, дежурный механик сказал:
- Ладно, Иван, сходи проверь гребной вал на наличие утечек, и буди смену. Я пока журналы заполню.
Это я запросто, и даже с удовольствием. Взлетаю в надстройку, в жилой отсек и прямиком к каюте своего сменщика. «Вхожу без стука, почти без звука», и тормошу засоню. Он зашевелился и сдавленно произнес:
- А…, ты чего это...?
Это я немного позже понял его реакцию. Представь себе картину: затемненная каюта, перед тобой чумазая и черная тень, освещаемая только синими всполохами электросварки портовых работ, гнусно улыбается, и к тому же с кувалдой на плече?
- На вахту пора, соня.
- Ванька, идиот, ты же меня внуков лишишь, бла-бла-бла! – истерично вопит сменщик.
- А ты разве женат?
- Придурок, да кто же за меня пойдет, с твоими выходками, бла-бла-бла?
Выходя из каюты, бросаю:
- Пить меньше надо!
Звон разбитого стакана об дверь закрывающейся каюты убеждает меня: «Проснулся-таки». Вот теперь можно и расслабиться, а то десять килограммов железа на плече за четыре часа кого угодно могут утомить…

109

Есть у меня две кошки, Алиса и Соня.
Соня подхватила какую-то инфекцию на глаз, и доктор прописал капать ей в глаз капли. Соне эта процедура крайне не нравится, и она всячески старается от неё куда-нибудь зашхериться.
Сегодня хожу, ищу Соню, никак не могу найти, а капать надо. Устал, сел на кухне чаю попить. По кухне вальяжно прогуливается Алиса, никакой угрозы над собой не чувствуя. И тут я ей выдаю: Алиса, если ты мне не найдёшь Соню, то капли в глаза капать буду тебе. Та аж на жопу уселась. Задумалась. Почесалась. Потом исчезла.
Через две минуты смотрю – Алиса пинками выгоняет Соню ко мне на кухню. У Сони глаза совершенно ошалелые. А Алиса прыгает ко мне на скамейку и начинает ластиться.
Я её погладил, похвалил, сказал, вот, мол, молодец. А она спрыгнула и не давала Соне опять заныкаться всё то время, пока я чай допивал.
Фантастика.

110

Вчера соседи жарили шашлыки. А мы с мужем у себя во дворе на лавочке сидим, погода хорошая, любуемся весенним садом, хвалим себя какие мы молодцы по жизни - вот сад, вот дом, сын в институте учится. У соседей пацан семи лет, слышим: "ой, упал!". Отец его: "ну Соне отдай". Соня - это собака наша. Пацан зовет ее: "Соня! Соня!" Соня, туша 40 килограмм, несется через двор, уши по ветру шлёп-шлёп-шлёп, и за гараж, там стрелка у них. Через какое-то время: "Ой, опять упал!" "Соня! Соня!" Тыгыдык-тыгыдык! Потом еще раз. Потом еще. Потом пацан по шее получил. А собаку вечером решили не кормить.

112

Муж стоит и смотрит в окно. Вдруг он кричит: - Соня, вот идет женщина, которую любит Рабинович! Жена роняет тарелку, спотыкается о порог, бросается к окну: - Где, где? - Да вон, на углу, в синем платье. - Идиот, это же его жена! - А я что сказал?

113

- Яша, ну зачем ты купил новую расческу? Тебе что, уже некуда деньги девать? - Соня, я тебя умоляю, у старой расчески поломался зуб. - И ты из-за одного зуба купил себе новую расческу?! - Соня, но ведь это был последний зуб!

114

Анекдот №1362812
«Откуда багажник обгоняет — туда рука. На заднеприводной — рука в сторону заноса, нога с газа. На переднеприводной — рука в сторону заноса, нога на газ. На полноприводной — рука вверх, вниз, влево, вправо».

На районе за рулем я оказалась чуть ли не первой. Учили меня плохо, поэтому я училась водить то на грузовиках (гидравлика! И руль такого размера, в котором я вся могу свернуться калачиком!), то по книжкам. Мой кураж это никак не охлаждало. Училась на ходу. Мои пассажиры иногда теряли волосы, иногда речь, но всерьез никто ничего не потерял (ТТТ). «Соня! Чего ты гонишь-то!» — «А чё? Тридцать же всего ж?» — «Соня-а! Это та-хо-метр!!!»

Зато права я получила честно и сама. Но, как говорится в песне – «ты не один». В нашем Солнечном городке решили отремонтировать центральную площадь. Мощно так: безбрежная лоснящаяся чёрным гладь нового покрытия без разметки и полное отсутствие в зоне видимости как светофоров, так и дорожных знаков. Я вертела головой как сова. Я не «третью жизнь за рулем», я «не три века без сна», знаков все равно не нашла. Как и (помня свежие ПДД), признаков управляемости и порядка в данном "проезде нерегулируемых перекрестков". И, дождавшись просвета в кишащей кутерьме, рванула вперед.

Пою я песню всем джигитам городка! Навстречу мне из точки А в точку Б рвануло что-то одно, а нам наперерез, из точки Ж, что-то третье. В визге тормозов самым громким оказался сигнал никем не замеченного ПАССАЖИРСКОГО АВТОБУСА. Небом проклятые барабанные тормоза все-таки спасли ситуацию. Моя Белка (да, я даю им имена) совершила остановку себя транспортного средства достаточно эффективно, чтобы предотвратить дорожно-транспортное происшествие. За что ненадолго приобрела ласкательное "Белочка", "Мы".

Тот, что из А, потихоньку сдал назад. Тот, что из Ж, плавненько проехал по тому месту, где, наверное, вскоре должна была быть одна из правых полос, и усвистел восвояси. Водитель автобуса, совершившего аварийное торможение, очевидно – это было явственно видно по его губам и лицу – находился в состоянии глубокой обиды и был даже некоторым образом фрустрирован. Пассажиров смяло в фарш. Не то чтобы в моем Солнечном городе автобусы не были всегда забиты под завязку. Упасть – в прямом смысле этого слова, не в смысле грехопадения из-за трения друг об друга – там в принципе невозможно. Поэтому всерьез никто не пострадал (ТТТ). Моральный же ущерб, да, был огромен. Как в замедленном кино, автобус тронулся и протащился мимо прочь. Весь борт, включая малышей и древненьких старух, показывал мне гордо вознесенный третий палец, и орал.

115

Муж стоит и смотрит в окно. Вдруг он кричит: Соня, вот идет женщина, которую любит Рабинович! Жена роняет тарелку, спотыкается о порог, бросается к окну: Где, где? Да вон, на углу, в синем платье. Идиот, это же его жена! А я что сказал?

118

Когда Сонечке было 4 года, к нам в гости пришли друзья с дочкой Риточкой, которой на тот момент было 2,5 года. В этом возрасте у детей очень развито чувство собственничества - они всё вокруг считают своим. Так вот, ходит Риточка по нашему дому и пытается присвоить себе всё, что привлекает её внимание.
- Это моя кукла? - спрашивает она.
- Это мой мишка?
- Это моя игрушка?
Следом за Ритой неотступно ходит Соня и отнимает у нее всё, что та пытается присвоить себе. Наконец ей надоедает постоянно контролировать маленькую гостью, и Соня берет Риту за руку и тащит её в прихожую. Там Соня громко и безапелляционно заявляет, показывая рукой на обувь:
- Твои тут только тапочки!

120

— А вы знаете, у вашего мужа любовница?
— А вы знаете, что у него есть жена? — ехидно ответила я.
— Да вы что! — возмутилась трубка. — Это не я!
— Ну и не я!
— Тогда кто? — растерянно спросила трубка.
— Конь в пальто, — намеренно перековеркала я и отключилась.

Мужа у меня не было, но настроение было паршивое, поэтому почему не поговорить?
Звонок повторился часа через два.

— Да, я знаю, любовница, — помогла я голосу, разрезая куриную ножку.
— Как знаете? — снова растерялся голос.
— Какая вы нерешительная, любовница, — пожурила я её, мешая себе кетчунез.
— А что вы делаете? — совсем растерялась девушка на том конце трубки.
— Ножку ем.
— Чью?!
— Предыдущей любовницы.

Звонок оборвался сам. Громко похрюкивая, я с удовольствием доела и ножку, и крылышко, всё вкусно запив смородиновым чаем.
В этот раз любовница выжидала меньше, как раз хватило времени последний глоток чая допить.

— Вы мне соврали, — обиженно заявила «трубка».
— И снова здравствуйте, любовница.
— А почему вы не плачете? — чуть подумав, продолжила «трубка».
— А почему я должна плакать?
— Нормальной жене полагается плакать! — возмутилась любовница.
— А я ненормальная жена. Мужик с возу — бабе легче.
— Баба с возу... — пробурчала девушка.
— Ну, может, вы и баба, а я женщина, — ехидно хмыкнула я, вгоняя собеседницу в ступор.
— Так вы его отпускаете? — снова отмерла собеседница.
— А я его держу?
— Ну, не знаю...
— Вот и я не знаю.
— Девушка, не морочьте мне голову! — разозлилась «трубка». — Так отпускаете или нет?
— А забирайте, — сделала я широкий жест. — А ещё Василия, Варю, Василису и Владимира.
— А это кто? — опешила любовница.
— Двое детей, попугай и кот. Угадайте, где кот. — Я еле сдержалась, чтобы не заржать.
— А... Почему все имена на «В»? — осторожно начала она, еле переваривая услышанное.
— А вы хотите на «А»? — не сдержавшись, съехидничала я.
— Ну, всё же странно.
— Ничего странного, это муж выбирал. Говорит, в моём доме всё на «В» будет.
— Но вы же Наташа! — возмущённо сказала любовница.
— Правильно, — хмыкнула я, которая Алёна. — А называл он меня, знаете как? — заинтриговала я её.
— Как? — с придыханием спросила «трубка».
Я судорожно перебирала в уме имена на «В» и почти с пафосом выкрикнула:
— Владлена.
— А меня «воронёнок», — растерялась «трубка».

Тут уж вырубилась я, не сумев сдержать ржач. Всё моё плохое настроение улетучилось. Я порадовалась, что я не замужем и мне не приходится подобные бредни выслушивать всерьёз.

«Любовница» разбудила меня в двенадцатом часу ночи.

— Знаете, — нагло заявила она, — если вы такая неправильная жена, то и забирайте себе неправильного мужа. Вы отличная пара! — выкрикнула она и отключилась. Чуть позже я увидела, что номер она внесла в чёрный список.

Так субботним вечером я случайно спасла чей-то брак. Надеюсь, жена оценит.

Автор: Алиса и Соня Худоляк

124

Как рождаются эвфемизмы

Однажды судьба занесла меня на пару недель в очень маленькое, но уважаемое учебное заведеньице. Работали там одни женщины, и каждая из них была по-своему прекрасна. Ухоженные, от макушки до мизинчиков на ногах (было жаркое лето, и все носили босоножки), доброжелательные, улыбчивые. Вот оно, счастье)

Моя будущая руководительница выделила мне кабинет и сказала, что он полностью в моём распоряжении. Что я могу делать там, что хочу. И кабинет мой, и только мой, и компьютер мой. Я почувствовала себя, как князь Киевский: «И конь мой, и казна моя; и казна моя, и конь мой, и всё моё!»
Десктоп был мною тут же почищен, огромный постер с изображением какого-то города, то ли Рима, то ли Барселоны, я не обратила внимания, перевешен, а потом я перевернула столы, чтобы подкрутить ножки. Тут дамы, наблюдавшие за моими действиями через стеклянную стену, ворвались в стеклянную дверь и с ужасом спросили, чем я тут занимаюсь. – Столы выравниваю заподлицо. – Это как? Тут они увидели десктоп, на лицах появилась обеспокоенность, и мне было сказано, что там будет лежать моя рабочая папка, и когда я ее открою, там будут все ссылки на все материалы, которые мне нужны, и я сказала, спасибо, не надо, но не угадала со своим личным мнением.

Первые пару дней было еще ничего. Прихожу. Постер перевешен обратно. Оказалось, что это Барселона. Десктоп оказался опять заваленным чужими папками. Моя действительно пряталась где-то в этой мешанине. И там было много, много, много ссылок. Но! Ни одна ссылка не работала. Что ж, чукча хитрый, и чукча всегда имеет бэкап в виде флешки. Знаем мы этих, с красивыми прическами и в модной одежде.
Как-то, уходя, я выключила свет в кабинете. Тут же ворвалась дама из соседнего и попросила включить все обратно, потому что свет пропал и у нее, тоже. Как выяснилось, перепланировка в помещении была выполнена без учета разводки электропроводки, и однажды вечером, когда я уходила последней и выключала везде свет, было целым приключением найти нужный выключатель: в одном кабинете выключатель был от туалета, в другом от коридора, в коридоре от кабинета, и так далее.

А потом однажды я пришла работать, а мой кабинет оказался занят. Совсем, полностью, окончательно. И не собирался освобождаться в ближайшее время. Секретарь-делопроизводитель-менеджер на мой обиженный вопрос, а куда же мне идти, хлопнула длинными ресницами и ответила, Идите в Париж. – Далековато от дома, -- ответила я, и мы обе не поняли друг друга.

Окааааазывается, каждый кабинет имел своё собственное название, что для меня было совершенно неочевидно, потому что снаружи на них надписей никаких не было, а внутри висели постеры с изображениями улиц разных городов мира.

В общем, если раньше мои подружки, которым я пыталась рассказать, как бросить курить, отвечали мне грубо, чем вызывали во мне чувство огорчения и внутреннего протеста, то теперь я их научила вежливости. Теперь они от души говорят, — Соня, иди в Париж! И красиво выпускают из себя струйку пара.

125

# 4
Тиснул сюда пару историй о днях минувших и получил уйму комментариев. 90+ % критики и издевок. Вроде ни на йоту не соврал, но многих задело упоминание сбытого тиража книги. Похоже на зависть. Мог бы доказать, но не хочется идентифицироваться. Да и ведь не это было сутью воспоминания.
Зато ник «Соня» написал очень теплые слова и ей/ему огромное спасибо.

А следующая история не менее спорная. Ее можно назвать «Родственные чувства» или «Общая ДНК - не гарантия».
У моего героя Саши, академика преступного мира, был брат. Некое внешнее сходство в братьях было, а вот мозги разные. Саша был отменным семьянином. Возможно он и получал кое-какое удовольствие на стороне, но брак и дети для него были на первом месте.
А его братик Вовочка наоборот – то не надолго женился на проститутке, то на стриптизерше, потом вообще увлекся коллекционированием этносов вплоть до негритянки (это в Одессе-то, где тогда найти черную даже днем было не возможно).
Уж не знаю кто была эта его очередная пассия, но обитала она в Киеве и кроме Вовы крутила шуры-муры с неким албанским дипломатом.
Вова узнал об этом и поехал разбираться. Адреналина и тестостерона много, а мозгов мало. После неприятного разговора с соперником в какой-то престижной гостинице албанский дипломат пошел в лифт. Вовик поставил точку в разговоре бросив гранату в этот лифт за секунду до того как двери кабинки закрылись. Говорят, что хоронить там было особо некого.
В те времена убийством кого-то удивить было сложно, но тут иностранный дипломат, в центре столицы, на глазах у публики. Короче Вовочку арестовали.
Саша на стены лез – дурак, идиот, скотина, мало ему шлюх! – кричал он когда узнал о случившемся.
Но брат есть брат. Саша отправился в Киев. И через пару месяцев привез брата домой. Не знаю сколько ему стоило выкупить брата и как он замял международный скандал, но брата вызволил.
Два брата, оба не в ладу с законом, но один нарушал закон с умом и для бизнеса, а другой дурил в угоду плоти. Один думал, другой чувствовал.

126

Дед приехал

Приехал... Ключ в дверь, открываю, - вопль: "Дед! Я тебя не ждала!"
Заглядывает в кухню, спрашивает:
- Бабушка! А у нас время есть с дедом поиграть?
Бабушка улыбается:
- Время-то есть. А дед в силах?
Алиса - ко мне:
- Дедушка! Поиграем?
Вздыхаю:
- Обязательно поиграем. Я же только для этого и приехал (лукавство-сарказм-любовь). Но, если засну посреди игры - прости тогда. Я всю ночь не спал.
- Почему не спал? Что ты ночью делал?
- Работал. Наш завод работает круглосуточно. И рабочие друг друга меняют, чтобы завод не останавливать. В эту ночь была моя смена. Но сколько смогу - поиграю...
Куклы Ляля, Соня, Синеглазка и Петрушка всегда ждут моего приезда. Потому что без меня они с Алисой не играют. Как-то так повелось. А уж с моим приездом - всегда чуть не сами выскакивают из коробки. В этот раз им была назначена тренировка по плаванию, урок верховой езды, занятие по светскому этикету.
Потом Петрушка (спасибо ему! Он, вообще-то друг ещё и моего детства, и к внучке перешёл по наследству) заметил, что дед совсем засыпает, и сообщил об этом Алисе.
И Алиса (душа-сердце моё), сказала:
- Дедушка! Хочешь я тебе книжку почитаю? Ложись под одеялко!
Выбрала она книжку, мне раньше незнакомую. Успел прочесть название - что-то вроде "Лучший дедушка". Начала читать... Там дедушка медведь повел внука медвежонка на рыбалку...

Дальше бабушка рассказала.
Приходит Алиса к ней на кухню:
- Ба! Как узнать - спит дед или нет? Ты говорила, что если храпит, значит уснул. А он не храпит, но на вопросы не отвечает.
Пошли они вместе, проверили...
Дед спал. Хоть и не храпел, но посапывал.

129

- Соня, вот идёт женщина, которую любит Рабинович! Соня спотыкается о порог, роняет тарелку, бросается к окну: - Где, где? - Да вон, на углу, в синем платье. - Идиот, это же его жена! - А я что сказал?

130

Когда моей дочери было пять лет, я отправила её на лето к бабушке в другой город. Лето закончилось, и дочку привезли домой. Вот как-то утром она начала рассказывать про игру, в которую играла у бабушки:
- Мама, мы играли в Кена. Юра был Кеном, я его женой, а Карина и Соня его любовницами.
При слове любовница мне стало не по себе, т.к. я впервые слышала его в исполнении дочери. Но это меня заинтриговало, и я начала её расспрашивать:
- Катя, а что такое любовница?
- Любовница - это любимая женщина, - ответила она, не задумываясь.
- Хорошо, а что же такое жена?
- Мам, ну ты что?
- Катя, ну как ты понимаешь, что такое жена?
- Мама, жена - это та, которая убирает, готовит - как ты.

131

«Во время следственных мероприятий главное – не выйти на самих себя».

В дальних поездках Соня любила, когда за рулем был Марк, старшенький. Марк за рулем был идеален. Ехал как скорая – никуда не торопясь, при этом быстрее всех. Даже уворачиваясь от негров без страховки, был спокоен и безмятежен, как цветок лотоса у подножия Храма Истины. Марк слушал Соню, а Соня любила поговорить. Марк иногда задавал вопросы, и тогда Соня вообще купалась в полном счастье.
На этот раз у Сони было философское настроение, и она рассказывала про «Счастливых алкоголиков». Классическая группа по Роджерсу, куда Соню недавно занесло с какого-то шляху, и там ей очень понравилось. «Меня зовут Надя. Мне … ять лет. У меня вот такая вот проблема…» Соня любила звездеть и звиздеть, была абсолютно уверена, что сейчас всех всему научит, неожиданно для себя обломалась, и начала наблюдать.

Разновозрастные участницы и участники группы в основном делились на три категории. Самая многочисленная подгруппа видела цель, верила в себя, и желала прогнуть мир под себя, ибо нефиг. Идея, что проблема может быть в них самих, вызывала в них полное неприятие и приступ агрессии. От остальных требовалось подтверждение справедливости их требований и советы что делать. Группа советовала с удовольствием.
С чуть меньшим удовольствием группа советовала тем, кто приходил, чтобы послушать свой голос. Одна и та же пластинка крутилась из раза в раз, новички попадались на эту удочку, советуя одно другое третье, старожилы понимали, что это такая игра – «ах нет ничего не получится», -- и уже не вмешивались.
Еще были неуверенные. Им нужен был отраженный от других свой свет, чтобы понять, что они сами такое. История началась с девушки лет восемнадцати. С широко открытыми глазами и ужасом в голосе она сказала, что похоже, она сходит с ума. Все молчали и ждали продолжения.
«Я все время думаю о смысле жизни!»
Пауза длилась вечность, минуту, не меньше.
Потом кто-то сказал, «Поздравляю. Кажется, вы превращаетесь в человека».

И началось. Тем, кого не устроило объяснение, что смыслом жизни является метаболизм и репродукция, задали вопрос, а что они имеют в виду под словом «смысл». Сонин жизненный опыт показывал, что, погружаясь в болото определений, в итоге все равно выходишь на какие-то аксиомы, за которыми – Пустота. Там они и завязли.
Амбассадоры ЗОЖ и йоги (того, что они называли «йогой») точно знали, как сильно каждая клеточка тела жаждет жить, и были этим знанием особенно отвратительны. Жизнь как воздух, про нее думаешь, только когда не хватает. Но уж когда ее не хватает – то о ней думаешь, да!

Вы когда-нибудь включали «режим психолога»? Такое безоценочное слушание, когда ты бесстрастно выясняешь систему ценностей другого. Как же вдохновенно, как изобретательно люди врут! Как невозможно им признаться, что они – ТАКИЕ!

Нумам, - вмешался Марк, - Everything we do, we do for the keeps»(1).
Эт-да, но что это меняет? Добраться до смысла, того, что потерялся, продраться сквозь дебри лжи и правды, вывести из себя, чтобы человек проговорился, ухватить этот Момент Истины, выявить вредоносный конструкт, вдохнуть свежий ветерок жизни, и при этом не разочароваться во всем человечестве и в себе самом соответственно – это нужно принять, и полюбить, другого. Вот этого, тут сидящего, буквально ближнего своего. Такого, какое оно есть.

Нунах, -- подумал Марк.

1______
Человек движим исключительно эгоистическими побуждениями. Другое дело, что эгоизм обладает разной степенью эгоцентричности.

132

ШАУРМА ПО-БРАТСКИ

I. Предпредыстория:

Пробегал вчера по делам около метро Новокосино (Выход 1, для местных), был зело голоден и взял шаурму "Стандарт Колорадо" за 209 руб. в симпатичном миникафе, красиво светящемся в сумерках, с изображением на вывеске дона Вито Корлеоне в исполнении Марлона Брандо, в культовом фильме, осыпанном Оскарами.

Захожу, чистенько, вежливый персонал (южные ребята, традиционно), около кассы рекламно-юмористический постер "Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться".
Как намекнула мне юморная реклама, тут вкусно настолько, что отказаться невозможно.
Стою радостно выбираю шаурму на красивых картиночках.
"Колорадо", "Сопрано" (а, шуточки на тему мафии; смешно), "Цезарь"..

Рядом с зоной готовки висят постеры для повара со стандартами, сколько необходимо грамм капусты, помидоров, огурцов, мяса, лука и пр. ингредиентов для каждого рецепта/порции шаурмы.
Работаем по стандартам, значит. Хорошо.

- Колорадо, стандартную, пожалуйста.

Оплатил, стою жду около мастера-шаурмячника, наблюдаю за процессом приготовления; если этого не делать, по опыту, практически везде кладут меньше начинки, как за евро сами покупали.

Мастер выкладывает на металлический стол для готовки круглый лаваш-тортилью в два раза меньше обычного.
"А, так минишаурма здесь называется 'Стандарт', а стандартная шаверма это 'Макси'. Понятно. Оптимизаторы", - сообразил я. С тревожным интересом наблюдаю, что будет дальше.

Дальше шаурма-сан кладёт на лаваш немного пекинской капусты, как украл, на капусту три кусочка огурца, три прозрачных ломтика помидора, разрезанного на пятьдесят три ломтика (сквозь эти ломтики помидора, при желании, можно смотреть на окружающий мир как будто сквозь лупу/стекло, как делала в мультике собачка Соня с двумя тоненькими кусочками колбаски), две жменьки мяса, порубленного в крупную пыль, четыре (веселясь, уже считаю все кусочки) кусочка картофелинки-фри и шесть (не вру) стебелёчков маринованного фиолетового лука.
Нашлёпывает на это богатство по две ложки белого и красного соуса и собирается заворачивать сей пир Лукулла, чтобы положить под пресс в гриль.

- Эээ-э.. Подождите! Можно ещё побольше лука, уважаемый?, - спрашиваю-прошу я.
Мастер докладывает пять стебелёчков из полукольца лука.

Меня озаряет понимание. Просветляющая догадка пронзает молнией мой измученный от голода, жаждущий сытной шавермы, мозг.
С облегчением, как человек, понявший причину и природу мучившего его своими странными особенностями непонятного события, осознаю:

Вероятно, и даже наверняка, маринованный лук украден из украденного галеона, затем продан за серебряные пиастры и выкуплен обратно втридорога за золотые дублоны из личного клада Эдварда Тича.
Поэтому здесь его так берегут.
А не потому что экономят и обкрадывают клиентов или владельца.

Маринованный фиолетовый лук, купленный за золото морских разбойников, нельзя, и даже преступно, класть покупателям в достатке, чтобы человек наелся.
Поняв это, успокаиваюсь.

- И халапеньо добавьте, пожалуйста. Я доплачу, если надо.
Шаурмелье, вздохнув, лезет в металлический контейнер с зелёными перцами халапеньо и, демонстрируя императорскую щедрость, кладёт сверху на начинку 3 (три)) кружочка халапеньо.

- Добавьте ещё халапеньо, - бурчащий кит в моём желудке приостанавливет вежливость.

Шаурмян снова вздыхает, и скорбно докладывает ещё 2 (два) кружочка халапешек, быстро сворачивает шаурму (пока этот проглот в пальто ещё чего-нибудь не попросил, осетрины ещё доложить, например, ему, или крабового мяса, обсыпанного чёрной икрой) и отправляет в гриль.

Стою глотаю слюнки, жду, грустно смотрю на распечатки стандартов на стенах.
Мне, с моим, в том числе, кулинарным проф.прошлым, очевидно, что стандарты не соблюдаются и тут (после определённого объёма/времени кулинарной практики, приходит навык примерного, почти точного, определения веса продуктов на вид, и остаётся на всю последующую жизнь, даже после прекращения проф.участия в сфере питания), и крадут лукавые доны Бахтияры и доны Тычтынбеки начинку у наивного и доверчивого дона Корлеоне.

Забираю шаурму-"стандарт" в упаковке "с собой", ухожу.
Съел спустя полчаса, наелся на две пятых (удалось утолить зверское чувство голода за 209 рупий, оставив лишь просто чувство голода), печально посматривая на пустую обёртку со словами "приятного аппетита".

И вспомнил историю.

II. Предыстория:

Два года назад пробегал, тоже сильно голодный, мимо метро "Владыкино", увидел на симпатичном павильоне миникафе вывеску "Шаурма по-братски".

"По-братски" это значит много начинки, сытно и вкусно", - с предвкушением радостно подумал я и поплыл к павильону, роняя слюну.

Забегаю, в превкушении как я сейчас, голодный, вкусно и по-братски наемся, оплачиваю шаурму аж с бараниной (шиковать так шиковать, по-братски же) 390 рублей, и начинаю грустно наблюдать (как вчера в Новокосино) это вот "одиннадцать небольших кусочеков мяска, шесть соломинок лука, три кусочка огурца, четыре картофелинки, три прозрачных намёка на групповое участие в помидорке" и т.п.
Мде.

Стою жду, посматривая на гриль и на свою шаурму под прессом ("А ну как по ошибке мне не мою шавуху отдадут, я то в свою четыре кусочка халапеньо дополнительно выбил, и моя с барашкой, и этот гастрономический праздник съем я"), жду.

От вида яств внутри кафе и вкусных запахов, кит внутри звереет и уже колотит хвостом в стенки желудка.
Забираю горячую шаверму с бараниной и съедаю тут же, притулившись у столика, за несколько минут.

Что же. Было вкусно. Но как-то не по-братски экономно, хозяйственно и рачительно.
Почти как в сказке "Лиса и журавль", как они друг друга манной кашей с тарелки и окрошкой из кувшина угощали.

Выхожу из по-братского кафе, иду дальше по своим непобратским делам полуголодный, осознавая, что в это наебратское заведение я больше ни ногой, ни двумя, принципиально; бумажный пакет лучше съем.
Или варёную луковицу из бульона.

III. История:

Год назад, по совпадению, стою неподалёку от одного из кафе сети шаурмячен "Шаурма по-братски", курю.

Наблюдаю, как от кафе сердито топают двое ребят тоже южного вида.
Проносятся мимо меня, слышу обрывки диалога на русском:
- "Па-братски" блят. Пидарасы.

И настроение.
Улучшилось)

134

Говорю Лене:
- В комментариях, когда история длинная, иногда пишут: «Вы бы ещё "Войну и мир" сюда прислали». А что "Война и мир"? Я роман, не торопясь, за две минуты могу пересказать. Как со школы помню, с тех пор не перечитывал.
- А давай!
Включает секундомер.
- Три дворянские семьи, Болконские, Безуховы и Ростовы. Андрей Болконский и Пьер Безухов дружат. У Андрея есть сестра Мария, которая живёт с отцом, старым князем Болконским, а Пьер женат на Элен, женщине сомнительных моральных качеств, и жену не любит. У романтичной юной Наташи Ростовой – старший брат Николенька и младший брат Петенька. Еще в семье живёт бедная родственница Соня, которая влюблена в Николая. Николенька – балбес, он проигрывает в карты крупную сумму денег гусару Долохову. Андрей встречает на балу Наташу, влюбляется и делает ей предложение. Но пока он в отъезде, Наташу соблазняет брат Элен Анатоль Курагин. Помолвка расстроена. Начинается война. Умирает старый князь Болконский. Мария со смущением думает, что отец ещё не умер, а она уже представляет, как будет жить без него. Москва захвачена Наполеоном, Пьер попадает в плен к французам. Андрей, Анатоль и 15-летний Петя идут на войну. Петю, попавшего в партизанский отряд Дениса Давыдова, убивают. Андрей смертельно ранен, а у Анатоля оторвана нога. Наташа успевает навестить умирающего Андрея. Война заканчивается. Николай Ростов женится на Марии Болконской, а Наташа Ростова выходит замуж за Пьера Безухова, так как Элен уже умерла. Все счастливы.
- 90 секунд!

@Дима Вернер

136

Есть у меня приятель Саша. Инженер, человек спокойный, но с таким встроенным радаром на человеческие проблемы, что любое внутреннее короткое замыкание он видит четче, чем перепады напряжения в сети. В конце мая он переехал к невесте. Казалось бы, рядовое событие… но в нагрузку к кастрюлям и надеждам прилагалась её двенадцатилетняя дочка Соня. Девочка добрая, но ленивая, как ноутбук с убитой батареей: работала только на вдохновении и ровно два часа в сутки.

Новость о том, что летом предстоит учиться, Соня встретила с философией зэка, внезапно узнавшего о продлении срока:
— А зачем вообще учиться, когда каникулы? Это же… каникулы.

Саша сел рядом, не пытаясь изобразить из себя героя из передачи про воспитание. Его целью было не переломить её, а понять — что скрывается за этой каменной стеной нежелания.
— Сонь, — сказал он. — Давай договоримся по-людски. Никакого «надо». Просто летний эксперимент. Выполняешь — в сентябре получаешь айфон. Но главный приз — ты узнаешь, на что действительно способна. А учиться мы будем… как цивилизованные люди.

Она скривилась, но слово «эксперимент» и конкретика «айфон» сделали свое дело. Саша, понимая, что входит на минное поле семейных отношений, заранее заручился поддержкой командования. Сказал невесте:
— Дай мне карт-бланш на её учебный фронт. Чтобы я не был злым отчимом, а ты — заложником между нами.
Невеста тяжело вздохнула и махнула рукой:
— Пробуй. Только без героизма.
— Боюсь его, как огня, — честно признался Саша.

И он объяснил Соне их систему — «Эксперимент по очистке внутреннего пространства».
— Каждый день — одно маленькое дело. Не подвиг, а шаг. Но главное правило: сначала ты 10 минут легально ноешь. Имеешь полное право на свою ненависть к задаче. А потом — 10 минут делаешь. Не для школы, а чтобы доказать себе, что ты сильнее своего «не хочу».

Их первый «сеанс» выглядел так, что Саша потом долго отходил. Она сидела с учебником по математике, как будто держала инструкцию по обезвреживанию бомбы.
— Что чувствуешь? — спросил он.
— Хочу выть.
— На математику?
— На жизнь.

Саша слушал, и ему становилось тяжело дышать — будто её апатия была густым сиропом, заполнявшим комнату. Он не анализировал, а просто находился с ней рядом в этом ватном состоянии, и это стоило ему сил. Но это была цена. Пока Соня ныла — она потихоньку расслаблялась. И когда расслабилась — вылезло главное: она ненавидела не математику, а вечное ожидание, что её сейчас будут поправлять и торопить. Они сделали один пример. Всего один. Не для галочки, а как акт освобождения — чтобы тело забыло, что значит дёргаться при виде дроби.

С уборкой был отдельный цирк. Соня смотрела на швабру, как на орудие пыток.
— Что она тебе говорит? — спросил Саша.
— Что жизнь — боль.
— Это твоя мысль или мамина?
— Мамина… но я её усвоила.

Они посмеялись. Потом убрали не комнату, а один угол, который бесил её больше всего. И вдруг стало легче дышать — именно ей, не комнате.

А потом была их самая мощная сцена. Соня листала учебник по Python, закатила глаза и с вызовом выдала:
— Может, я вообще создана не для работы, а для любви?

Саша посмотрел на неё не как на ребёнка, а как на взрослого, стоящего на краю важного открытия.
— Именно для любви и нужно расчистить завалы. Представь: любовь — это штука яркая. Она накрывает всё, и твой внутренний мусор в том числе. И тогда он не исчезает, а начинает тлеть и прожигать тебя изнутри. Мы же не хотим, чтобы тебе потом пришлось тушить пожар в собственной душе? Мы сейчас не код учим. Мы готовим почву. Чтобы когда придёт любовь, ей было что освещать, а не что жечь.

Она зависла. Ей никто раньше не говорил, что её внутренний бардак может быть чем-то опасным для неё же самой. Не давил, не стыдил — а бережно предупреждал о законах эмоциональной физики.

Были, конечно, и сбои. Однажды она после «чистки» ходила как человек, которого эмоционально покусал собственный мозг. Саша вынес вердикт:
— Всё. Эксперимент на сегодня приостановлен. Легально. Фиксируем усталость и идём на тихий час. Это не провал — это техобслуживание души.

Она легла, как кот под батарею. И впервые отдохнула, а не провалилась в телефон.

Лето шло — и Соня не стала ни гением, ни Золушкой. Школьным предметам она не научилась блестяще — и не обязана. Но она прошла свой эксперимент. Научилась замечать, что у неё творится внутри, и что с этим можно делать не войну, а уборку. Не героическую, а человеческую. К августу у неё в глазах появилась лёгкость, идущая не от новых знаний, а от того, что ей перестало быть страшно сталкиваться с собой.

В конце лета Саша застал их обеих на кухне — Соню и её маму. Они не спорили об учёбе, а просто пили чай, и Соня, смеясь, рассказывала, как «чистила» ненависть к швабре. И в её смехе не было ни вызова, ни надрыва — только спокойная лёгкость. Саша смотрел на них и понимал: он не ставил эксперимент. Он просто помог девочке найти выключатель от света в её собственной комнате. А когда внутри горит свет, ты перестаёшь бояться не только внешнего мрака, но и теней в самом себе. И это, пожалуй, единственная победа, которая имеет значение.

137

Ещё с советских времён тянется и периодически воскресает идея создать так называемый "русский язык программирования" (ну а точнее - язык программирования с русскоязычным синтаксисом). К счастью, она не приводит и не приведёт ни к чему серьёзному по одной простой причине: заниматься подобной фигнёй могут разве что люди уровня профессора Выбегалло. Я всегда был отчаянно против по одной простой причине: издеваться над чужим языком принципиально приятнее, нежели над родным. Вот просто представьте, что вам придётся день за днём писать что-нибудь вроде

[i][b]функция[/b] Много(Колво: целый): логический;
[b]начать[/b]
[indent][b]если[/b] Колво < 0[/indent]
[indent][indent][b]то поднять[/b] ИПлохоеЗначение.СоздатьФрмт('Количество должно быть неотрицательно (%ц)', [Колво])[/indent][/indent]
[indent][indent][b]иначе вернуть[/b] Колво > 3;[/indent][/indent]
[b]кончить[/b];[/i]

Тьфу! Бедные англоамериканцы, для которых это всерьёз именно так и выглядит... Если вам недостаточно - посмотрите примеры кода для 1С.

Сегодня я вспомнил об этом, когда в очередном дурацком фильме мелькнул "русский" персонаж по имени Соня Пе[accent]трович и я задумался о том, как бы объяснить англоязычному, почему оно не годится. Ну прежде всего ударение - так это не русская, а югославская фамилия. С ударением на втором слоге - Петро[accent]вич - она в принципе могла бы сойти за белорусскую, но не может существовать из-за совпадения с отчеством, причём отчеством в мужском роде - "сын Петра". Вот представьте себе - мысленно обратился я к англичанам - что у вас какую-нибудь даму зовут "Джулия Сын Джона". И вот тут у меня всё упало. Потому что я осознал, что сотни лет миллионы английских женщин таки действительно и на самом деле носят фамилии Робертсон, Джонсон, Самуэльсон...

138

В одесском такси едет тетя Соня с малолетним сыном. Сын видит около ``Интуриста`` девушек. - Мама, а кто это такие? - Это, сынок, бедные тетеньки, которым негде ночевать. Они стоят и ждут пока кто нибудь пригласит их на ночлег. Таксист: - Да какие это тетеньки? Это же бляди! - Мама, а у этих тетенек, блядей, дети бывают? Таксист не успевает открыть рот. - Конечно, иначе откуда бы брались таксисты?

123

Партнеры

Реклама