Результатов: 52

51

Во время учебы в ординатуре и последующей работы в Кащенко г.Горького произошло несколько случаев, которые с большой натяжкой можно назвать забавными - скорее курьезными и занимательными.

История 3. Поэт

В советское время, повсеместно, проводился конкурс солдатского строя и песни, даже в пионерском лагере мы - дети долго репетировали маршируя по площадке, горланя марши и проклиная мероприятия, воспитывающие будущих строителей коммунизма. Но только в Поволжье, одно время, проводили конкурс солдатской поэзии. Креативил ли командир округа или был любителем стиха - не важно, но после одного такого, к нам на больничку заехал пассажир с маниакально-депрессивным психозом, а конкурс приказал долго жить.

Последнее время победителем становился Валера Н., выглядящий мягко говоря нестандартно - огромного роста, при почти патологической худобе, с длиннющими, плоскими как палки руками и огромными кулачищами. Ноги - тележные жерди, ступни 50-го, а может и большего размера. На лицо было больно смотреть – признаки начинающейся акромегалии делали его профиль месяце-образным, выдвигая вперед огромный, заостренный подбородок и нависающий массивный лоб. Крохотный ротик, щерящийся мелкими ровными зубками и поросячьи глазки без бровей и ресниц, делали лицо еще более странным. При таких данных быть ему зачуханным утырком или машкой, но фортуна наградила неожиданным "талантом", снискавшим благосклонность командиров, которые выслуживаясь перед генералом, пылинки сдували с дарования.

Валерик стал и виновником закрытия конкурса. Финал. Горький. Вызванный фаворит бодрым шагом следуя к микрофону, задевает генерала и, со словами: «Чё расселся? Дай пройти поэту» – ничтоже сумняшеся начинает свой коронный стих....

Горький, Горький, Горький
Максим Максимович горький
Какой прекрасный город
Максим Максимович Горький!
Какой простор на Волге,
На площадях он тоже.
На улицах зелёных простор
И света много на рожах...
.......

В эйфории с горящим глазом, подходит к все еще охреневающему генералу и, со словами: «Ну, че, понравилось?», хлопнув по пузу, стреляет сигаретку. Багровый генерал, выпрыгивая из штанов, только и смог рявкнуть: «Этто что такое!?!? Рррядовой, смирно!!!» – на что неправильно оценённый поэт, обиженный в лучших чувствах, отвешивает командующему увесистую оплеуху, и тот пискнув слетает с ног...

Цирк набирал обороты, как оказалось поэт владел не только даром слова, но и физического убеждения - офицерье, бросившееся усмирять негодяя, как мячики от лапты для пинг-понга, стали отлетать от Валериных кулачищ. Много разбитых рож в тот день, испытали разочарование в своих боевых качествах попав под две кувалды, сноровисто ставящих резолюции на носах, челюстях и скулах, но все хорошее, когда-то заканчивается – пиита скрутили, затянув руки и ноги армейскими ремнями.

В психиатрическом отделении военного госпиталя, где определяют только годность к службе, Валеру не приняли, и привезли к нам, где страдалец стал обладателем очень редкого диагноза, включающего: (как тогда называли) маниакально-депрессивный психоз, бред преследования и два не частых, не исключающих друг друга заболевания, имеющих разную природу возникновения и протекания - акромегалия и синдром Клайнфельтера, но это совсем другая история. (Понимаю – лишние подробности, но очень редкое сочетание).

Во время бесед он жаловался, как зажимают талантливого поэта, что враги и завистники пишут на обратной стороне его кровеносных сосудов грязные ругательства, мешая создавать шедевры.

Попасть в армию в то время была не проблема, проблемой было не попасть... Разгар Афгана, демографическая яма – гребли всех подряд, убрали военные кафедры... Акромегалия развивается постепенно и не затрагивает умственных способностей, пример – Николай Валуев. Синдром Клайнфельтера проявляется после 17-18 лет, и не причина обязательного слабоумия. Остальное развилось в армии, и достаточно было внимательнее присмотреться к стихам, чтобы понять - у парня не все дома. Но... повторюсь – это совсем другая история.

52

А вы что сделали ради любви?

Был у меня приятель Бенедикт. Вот реально родители назвали мальчика Бенедиктом. Думали, наверное, что вырастет мамочкин Бенечка, а вырос вполне себе независимый Бен. “Был” не в том смысле, что мы поругались или он, не дай бог, умер, а просто жизнь раскидала, давно не общались. Может, и к лучшему: по нынешним временам, чтобы с кем-то не разругаться вусмерть, надо очень хорошо держать язык за зубами. Тех не хвалить, этих не ругать, белый с черным не берите, да и нет не говорите. Я так не умею.

В молодости Бен женщинами мало интересовался, всё больше наукой. Преподавал на кафедре какой-то криволинейной механики, очень рано защитил кандидатскую, работал над докторской. Женился, потому что нельзя же не жениться, на первой попавшейся кочерге, которая обратила на него внимание. Семейное счастье было так себе, жена предъявляла обычные женские претензии: внимания не уделяет, красивых слов не говорит, денег приносит мало. Хотя деньги как раз начали появляться, кафедра плотно работала с иностранцами.

Дочка тем не менее родилась, и стала единственной в Беновой жизни настоящей любовью. Он с нее пылинки сдувал, вставал к ней ночью, пока жена тусовалась то ли с подругами, то ли не с подругами, кормил, купал, баловал. Придумывал для нее сказки, в три года научил буквам и цифрам, к пяти рассказал чуть ли не всю детскую энциклопедию. Ради нее готов был терпеть все придирки жены. Но терпеть пришлось недолго. В дочкины шесть жена нашла того, кто и слова говорил, и денег обещал больше, и подала на развод.

Тут Бен, надо признать, повел себя не лучшим образом. Конкуренту дал в морду, изменнице наговорил всякого. Жена в ответ ударила по самому больному. Выставила его на суде абьюзером и психопатом и добилась того, что свиданий с дочкой ему присудили по минимуму: три часа раз в две недели. И неукоснительно этот график соблюдала, ни минуты лишней.

Для Бена и девочки это была катастрофа. Сотовых детям тогда еще не покупали, домашний телефон мать контролировала, а за три часа с любимым человеком разве наговоришься? Полчаса папа с дочкой радовались встрече, полчаса с трудом вспоминали, о чем говорили в прошлый раз, а еще два не могли думать ни о чем, кроме предстоящей разлуки.

Какие у мужчин есть выходы в такой ситуации? Страдать молча, заливая горе вином; убедить себя, что всё окей и не очень-то и хотелось; долго и бесполезно судиться; унижаться перед женщиной, покупая время общения с ребенком за всё более высокую плату. Бен перепробовал все четыре варианта, постепенно склоняясь к четвертому. Но через несколько лет нашел пятый.

Он бросил свою науку вместе с недописанной докторской и перспективой стать вскоре завкафедрой и пошел работать в школу учителем математики. В ту самую школу, где училась его Ниночка. Потерял в статусе и зарплате, но ничего не потерял в удовольствии от работы: преподавать он любил, математику знал раз в сто лучше среднестатистического учителя. В школе, при вечной нехватке кадров и особенно учителей-мужчин, его оторвали с руками и готовы были удовлетворить любой каприз. Каприз был ровно один: часы и классное руководство в Нинином пятом “А”, потом в шестом “А” и так далее вплоть до одиннадцатого.

Получились сплошные плюсы. Школа получила отличного педагога. Бен получил возможность видеть дочь минимум пять часов в неделю, а с учетом информатики, кружков, факультативов, культпоходов и всего остального, что может придумать хороший учитель для своего класса – гораздо больше. Нина получила общение с отцом, пятерки по математике (вполне заслуженные) и непререкаемый авторитет у одноклассников: все понимали, что только благодаря ей вместо зачуханной Марьи Петровны их учит крутейший Бенедикт Игоревич. Бывшая жена могла бы помешать из чистой вредности, но ее вредность не доходила до того, чтобы забрать дочь из хорошей школы рядом с домом, да и пятерки по математике тоже не лишние.

Бен никогда больше не женился, но не особо страдал от этого. С бытом он прекрасно справлялся сам. Отношения с женщинами заводил, одной даже сделал предложение, но та справедливо рассудила, что ни она сама, ни тем более ее сын никогда не займут в сердце Бена место, уже занятое дочерью. С тех пор знакомился только для секса. А для любви и смысла жизни у него была Нина. Взрослея, она стала проводить больше времени с отцом и вне школы, мать уже не могла помешать. Отпуска-каникулы они тоже проводили вместе, пока дочь не выросла совсем и не влюбилась.

Последний раз я видел Бена на Нининой свадьбе. Оплатил ее Бен: математика может приносить неплохой доход, если ты лучший репетитор в городе. По крайней мере, самый известный благодаря нестандартной истории прихода в педагогику. Никогда не встречал человека, более довольного жизнью, чем Бен в тот момент, когда вёл дочь к венцу. В поздравительной речи он сказал, что не собирается уходить на пенсию, пока не выпустит из последнего класса младшего внука, сколько бы их не было. А правнуков – ладно уж, сами воспитывайте.

12