1
Алкоголик утром, поднося кружку с пивом ко рту, спрашивает:
- Душа, приниманешь? Измученная душа в ответ:
- Нет!
- Душа, последний раз спрашиваю, принимаешь или нет?
- Нет!
- Тогда посторонись, а то оболью!
|
Анекдоты про поднося |
Результатов: 17
2
Лето. Сидит мужик на лавочкеспит, мимо пролетает муха.
- Вж-вж-вж-и-и-и вж-ж-и-и-и. Мужик проснулся, поймал муху в кулак поднося муху
ко рту начинает петь.
- Спят усталые игрушки, книжки спят... Муха, сонно:
- Вж вжи:
- Одеяла и подушки ждут ребят... Тишина, уснула муха. Мужик подносит кулак
поближе ко рту:
- А-А-А!
|
|
3
Алкоголик утром, поднося кружку с пивом ко рту, спрашивает:
- Душа, принимаешь?
Измученная душа в ответ:
- Нет!
- Душа, последний раз спрашиваю, принимаешь или нет?
- Нет!
- Тогда посторонись, а то оболью!
|
|
4
Лето. Сидит мужик на лавочке- спит, мимо пролетает муха.
- Вж-вж-вж-и-и-и вж-ж-и-и-и.
Мужик проснулся, поймал муху в кулак поднося муху ко рту начинает
петь.
- Спят усталые игрушки, книжки спят...
Муха, сонно:
- Вж вжи:
- Одеяла и подушки ждут ребят...
Тишина, уснула муха. Мужик подносит кулак поближе ко рту:
- А-А-А!!!
|
|
6
Молодая женщина пришла на медосмотр, и ей очень неловко за свою
расплывшуюся фигуру. Раздевшись, она краснеет и говорит врачу:
- Мне очень стыдно, доктор! Я знаю, что мне нужно следить за своим весом!
Врач, приступая к осмотру, успокаивающе бормочет:
- Да ну что вы... Нечего смущаться... не так уж вы и толсты!
- Вы действительно так считаете?
- Конечно, - говорит врач, поднося к ней палочку для языка. - А теперь
откройте рот и скажите: "Му-у-у!"
|
|
8
c www.bigler.ru
Молдавское Барокко.
Осень в Тирасполь приходит медленно, и поэтому незаметно. Дожди начинают
пахнуть не летней свежестью, но уже мокрыми листьями, и однажды утром
просыпаешься, и первый раз в году приходят мысли о грядущей зиме.
Тирасполь 1985 года. Октябрь.
На гражданского прораба Петю Варажекова было больно смотреть. Печальный,
стоял он во дворе строящегося девятиэтажного дома перед группой военных
строителей и ждал обьяснений.
Мастер ночной смены вздохнул и выпалил:
- Ну, кончились у нас балконы, а план давать надо.
Петя поморщился от окутавших его паров перегара и еще раз посмотрел на дом,
всё ешё на что-то надеясь. Но ошибки быть не могло: действительно, в стройных
рядах балконов зияла дыра. Дверной проём был, окно было тоже, а вот балкона не
было.
- Что будем делать? - риторически спросил Петя.
- А давай краном плиты подымем, да подсунем балкон, когда привезут -
предложил военный строитель рядовой Конякин. Все подняли глаза на кран, в
кабине которого сидел крановой - ефрейтор Жучко. Крановой уже давно
наблюдавший свысока за собранием, приветливо помахал рукой.
- Дурак ты, Конякин, - сказал Петя с выражением. Конякин тут же согласно
закивал. - Что, давно не видел, как краны падают?
Все опять посмотрели вверх на кранового. Прошлой зимой в Арцизе упал кран.
Крановой тогда остался жив, но его списали со службы - по дурке.
- Стахановцы хреновы! - добавил Петя, - идите отсюда.
На самом деле во всем виноват был дембельский аккорд, на котором находились
монтажники, перекрывшие этаж без балконной плиты (разбитой пополам еще при
разгрузке) и каменщики, лихо погнавшие кладку поверх свежего перекрытия.
Предлагать будущим гражданским подождать с аккордом и значит с дембелем, было
несерьёзно, да и поздно уже. Дело было сделано.
Петя вздохнул. Вся неделя была какой-то сумасшедшей. Сначала приехавший после
дождя главный архитектор наступил на кабель от сварки и от неожиданного
поражения электричеством подбросил высоко вверх стопку документов с подписями.
Результатом этого была визит инспектора по Т/Б, разрешившйся большой попойкой.
Затем какая-то сволочь в лице “пурпарщика” ("прапорщика" по-молдавски)
Зинченко продала половину наличного цемента, и Пете пришлось ехать на
цементный завод и опять напиваться, на этот раз за цемент. А теперь вот - это.
Он зашел в вагончик-прорабку, где терпеливо ждал задания на день сержант
Михайлюк, призванный со второго курса физфака столичного университета. Под два
метра ростом с широкими плечами и огромными, как "комсомольская" лопата,
руками он попал в стойбат ввиду неблагонадежности, и был немедленно назначен
бригадиром - официально из-за размера, неофициально - в пику замполиту.
- Ты видел, что они там налепили в ночную? - спросил его Петя.
- Нет, а что случилось?
- Да вон, посмотри, - и Петя махнул рукой в сторону стройки.
Михайлюк согнулся пополам и стал смотреть в окно, обозревая черную дыру
отсутсвуюшего балкона и кривую кирпичную кладку над ней.
Он выпрямился, посмотрел на Петю и сказал:
- Молдавское Барокко.
Петя вздохнул.
- Чё делать будешь? - спросил бригадир.
- Да чё делать - опять нажрусь, теперь с архитектором - обреченно
констатировал Петя. - Отправь своих бойцов, пускай дверь заложат. Только
сегодня, а то какой-нибудь мудак ещё выйдет на балкон покурить. И займитесь
вторым подьездом наконец.
- Ладно, сделаем. - ответил Михайлюк и двинулся к выходу.
Петя набрал телефонный номер Управления.
- Слышь, Виталич, это я, Петя. Приезжай.
- Шоб вот это ты меня опять током бил?
- Не, Ч/П у нас - балкон пропустили, - признался Петя.
- Ни хрена себе! Шо вы там такое пьёте? - после паузы спросил Валерий
Витальевич, архитектор.
- Ой, не спрашивай, приезжай, с городом надо разбираться или дом ломать.
- Ладно, жди.
Петя повесил трубку и высунулся из окна прорабки. Увидев Михайлюка, он
крикнул:
- Бригадир! И отправь бойца за гомулой, да получше, Витальича опять поить
будем. Сержант показал пальцами "ОК", мол. И Петя скрылся в глубине прорабки.
Возле бригадного вагончика толпа воинов-строителей ожидала постановки задачи.
- Груша, Чебурашка - ко мне! - позвал Михайлюк. От толпы немедленно
отделилось два невзрачных силуэта, один из которых тащил за рукав второго -
Груша и Чебурашка, нареченные так сержантом за поразительное сходство с грушей
и Чебурашкой соответственно. Оба были призваны с Памира. Груша страдал
падучей, и эпилептические припадки его поначалу сильно пугали бригадира, но
потом он привык, и только старался оттащить бьющегося солдата от края
перекрытия, накрыв ему голову бушлатом. Чебурашка же выделялся среди земляков
необщительностью и постоянно удивленным выражением лица. Первое было вызвано
тем, что говорил он на языке, которого никто кроме него не понимал, и
определить не мог, несмотря на то, что всех, вроде, призывали из одной
местности. Русского он, естесственно, не знал тоже, а чебурашкино удивление,
судья по всему было прямым следствием неожиданного поворота в его горской
судьбе, занесшей его неизвестно куда и зачем...
Неблагонодёжный Михайлюк всегда сажал эту пару в первый ряд на политзанятиях
и втайне наслаждался очумелым выражением лица замполита, обьясняющего
Чебурашке в двадцатый раз про КПСС и генсека.
- Груша, ты старший. Видишь, вон балкона нет на третьем этаже? Заложите дверь
доверху. Окно оставьте. И не перепутай. Вопросы есть?
- Есть, - сказал Груша, - Новый кино есть, индийский. Давай пойдем?
- Груша, иди и трудись, пока я тебе в чайник не настрелял. Если все будет в
порядке, то в воскресенье пойдете в культпоход - ответил Михайлюк, применяя
политику кнута и пряника. Политика сработала, и довольный Груша потащил
Чебурашку за рукав в сторону подъезда. Чебурашка, как всегда удивленно,
оглянулся на сержанта и зашагал за Грушей, бормоча под нос что-то, понятное
только ему.
После обеда в тот же день в прорабке сидели Петя, архитектор Виталич,
замкомроты лейтенант Дмых, обладавший сверхъестественным чутьем на пьянку и
зашедший "на огонек", и сержант Михайлюк. На столе стояла уже сильно початая
трехлитровая бутыль с красным вином. Дмых рассказывал очередную историю из
своей афганской службы, когда Петя краем глаза уловил в углу вагончика
какое-то движение.
- Мышь! - заорал он.
Михайлюк, вполне захмелевший к тому времени, встрепенулся и, схватив первый
попавшийся под руку предмет, запустил его в угол. Оказалось, что под руку ему
попалась сложенная пополам нивелирная рейка, которая от удара разложилась и
придавила убегающее животное одним из концов. Лейтенант встал из-за стола,
подошел к полю боя и поднял мышь за хвост.
- По-моему, притворяется - сказал он, поднося мышь к глазам, чтобы получше
рассмотреть добычу. Почувствовав, что блеф её раскрыт, мышь изогнулась и
цапнула офицера за указательный палец.
- Ай! - вскрикнул Дмых и дергнул рукой, разжимая одновременно пальцы. Мышь,
кувыркаясь в воздухе, описала сложную кривую, одним из концов закончившуюся в
банке с вином, где она и принялась плавать. Коллектив наблюдал за ней с немым
укором.
- Что будем делать? - задал привычный сегодня уже вопрос Петя. Неделя явно
была не его.
- Какие проблемы? - спросил замкомроты - Чайник есть?
- Вон стоит, - показал Петя на алюминиевый армейский чайник, не понимая, с
какого бодуна лейтехе захотелось чаю.
Лейтенант взял чайник и вылил из него воду в окно, затем взял банку с вином и
перелил вино вместе с мышью в чайник, а после, через носик чайника перелил
вино назад в банку. Мышь немедленно заскреблась в пустом чайнике, очевидно
требуя вина.
- Всё, наливай дальше, - скомандовал он Пете.
После секундного неверия Пете вдруг стало все равно, и он стал разливать.
Лейтенант выпил первым, после него, убедившись что он не упал, схватившись за
горло в страшных муках, стали пить остальные.
Часом позже, Петя вышел из прорабки и окинул взглядом дом. Ведущий в пустоту
проём балконной двери все ещё имел место быть.
- Эй, бригадир,- позвал Петя, - вы когда дверь-то заложите? - спросил он
высунувшегося в окно Михайлюка. Тот посмотрел на дом и удивился:
- Вот уроды. Спят, наверное, где-то.
Он вышел из вагончика и направился в дом.
Петя присел на деревянную скамеечку, сколоченную из половой доски плотниками,
и зажег сигарету. Он курил, и дым уносило ветром куда-то в серое небо.
Начинались осенние сумерки.
- Уже октябрь, - подумал Петя. Он затряс головой отгоняя грустные мысли.
Из подьезда вышел сержант и, ни слова не говоря, сел рядом с прорабом.
- Ну? - спросил Петя.
- Даже не знаю, что сказать - ответил Михайлюк.
- Что не знаешь? Они дверь будут закладывать сегодня или нет?
Михайлик посмотрел на Петю и сказал:
- Они уже заложили. Входную дверь в квартиру.
Петя бросил окурок на землю и затоптал его носком ботинка. Он что-то
пробормотал.
- Что? - не услышал Михайлик.
- Молдавское Барокко - повторил Петя.
|
|
9
У меня, впрочем как и у многих, на стиральной машине лежат банные принадлежности, среди которых зубная паста и крем для бритья. У них крайне похожие тюбики, цветовая гамма, и даже названия "Бьютискин" и "Дентолгин".
Каждое божее утро спросонья, уже поднося пасту на щетке ко рту, я думаю "Лишь бы не перепутал! Лишь бы не перепутал!!!"
И знаете что?
Ни разу не перепутал!
Кажое божее утро я матюкаясь сплевывал крем для бритья!
Кроме сегодня. Крем для бритья закончился.
|
|
10
Прошлым летом "отдыхали" мы в пригородном санатории. Все как обычно, ничего лишнего - природа, речка, шашлык, водка. Наелись быстро и качественно. Наутро - тяжело.
На счастье, мимо проезжая, к нам наведались мои друзья. Решили остаться на ночь. Сцена: я сижу в тени на лавочке, а мой друг, Серега, у меня за спиной борется с пробкой на бутылке пива. Я ему:
- Смотри, Серый, на дереве белка лазит!
- Где?
- Вон там, спряталась в листьях.
Серега, поборов проблему и поднося пиво ко рту:
- Извини, не вижу я твою белку. Я просто позже тебя приехал.
|
|
11
В магазине связи и дисков: Стоит мужичек, смотрит на диски (долго смотрит, ибо порядочно выпивший), потом выдает продавцу: Можно у Вас диск купить, сынишка попросил. . Какой диск? Ой, щас вспомню (берется за голову)... выдает "Стой и рыгай"! Продавец: Что? Ну диск называется "Стой и рыгай"... ой! ... нет, как-то... "Лежи и блюй"... да, по моему, так... Буровит про себя: лежи и блюй... неет. . бежи и стругай. . ой... неет, б%я как же он... рррр! Щас сыну позвоню! Достает трубу, тыкает указаптельным пальцем по кнопкам (б%я как будто по сенсору и не поднося телефона к уху, включает громкую связь и ждет идут гудки... сын берет трубку, и дальше следует диалог, после которого весь магазин просто лежал (и я в том числе)! Сынок, как диск-то назывется, б%я этот??? СD-RW. Ну точно, Сиди и рви!!!
|
|
12
Не запоминаю цифры принципиально. Не знаю уж откуда во мне взялся этот бзик, может от математики с геометрией, которые сдавал но недолюбливал, может от того что в детстве внушил себе то, что я гуманитарий.
Я читал здесь в «осуждалках», что гуманитариев как таковых в природе не существует, и люди якобы делятся только на тех, у кого с точными науками все ОК и на дебилов - как вам угодно.
Я же забивать ячейки памяти, бессмысленными комбинациями цифр - принципиально не пытался. Помню конечно самые необходимые. Но только в том объеме который мне кажется сбалансированно-удобным, а в остальном, понимая принципы или даже вначале не совсем, с помощью каркулятора и справочников - слава Богу, разбираюсь.
На школьных занятиях по упомянутым выше предметам, учИтеля я тоже почти не слушал, а все задачи которые под ее руководствам решал весь класс, я решал самостоятельно. К тому, что результаты этих решений, с классом у меня почти никогда не совпадали я относился с пониманием, и бОльшие удивления со мной случались, если однажды это вдруг происходило.
Ну вот. Сижу в офисе, лет 15 назад. Все разбежались - мы вдвоем с супругой и одновременно коллегой. То-ли заскучал - не помню. Пришло в голову позвонить по старым делам, что-то незначительное, а совсем недавно телефон этот был почти "на языке".
Наверно сотовых еще не было, или не захотел открывать справочник. А может и сразу решил стебануться. Говорю супруге, она чем-то занята за компом:
-Прикинь, сейчас возьму, усилием воли вспомню телефонный номер и дозвонюсь! - А она, в свою очередь зная, это мое отношение к цифрам, и за много лет уже устав мне их называть, улыбаясь отмахивается:
-Удачи!
Я напрягаюсь, во всяком случае мне так кажется, я ж "хуй знает" - как они вспоминаются, цифры. Набираю номер и поднося трубку к уху, ей говорю:
-Наблюдай!
Слушаю несколько гудков и равнодушный голос в трубке:
-Морг слушает…
А ведь чувствовал что цифры это не мое.
|
|
13
Молодая женщина пришла на медосмотр, и ей очень неловко за свою расплывшуюся фигуру. Раздевшись, она краснеет и говорит врачу:
— Мне очень стыдно, доктор! Я знаю, что мне нужно следить за своим весом!
Врач, приступая к осмотру, успокаивающе бормочет:
— Да ну что вы… Нечего смущаться… не так уж вы и толсты!
— Вы действительно так считаете?
— Конечно, — говорит врач, поднося к ней палочку для языка.
— А теперь откройте рот и скажите: «Му-у-у!».
|
|
15
«»А это точно поможет»», недоверчиво спрашивала царевна Несмеяна поднося к губам какую-то самокрутку.
|
|
17
Гитлер поручил что-то предпринять, поднять боевой дух армии.
И тогда министр пропаганды Германии Йозеф Геббельс решил сыграть на контрасте и показать противника жалким и ничтожным. Он задумал снять небольшой ролик, где советские солдаты рвут друг друга на части за кусок хлеба.
По некоторым данным на исторические съемки приехал сам Геббельс.
По его задумке, перед судьбоносной битвой за Москву необходимо было поднять упавший дух немецких солдат, которые с трудом взяли Смоленск. Фашисты за месяц брали целые государства, а тут на два с лишним месяца застряли в российской глубинке.
Специально из числа военнопленных были выбраны люди, с неевропейской внешностью. Была поставлена цель замучить их до буквально животного состояния, чтобы ничего человеческого в них не осталось… и швырнуть еду, как стае голодных зверей.
Спустя какое-то время в лагерь приехали большие чины, а вместе с ними целый отряд кинооператоров и режиссеров, лучших в Германии. Свет, камера, мотор! По периметру загона с узбеками выстроились арийцы – высокие, красивые, светловолосые, голубоглазые, как с обложки модного журнала. Они идеально контрастировали с темнокожими, измученными пленниками. Тут же подъехала машина и открыла багажный отсек. Оттуда разнесся немыслимый запах свежеиспеченного сдобного хлеба, от которого сглотнули слюну даже сытые арийцы.
Кульминацией этой мерзкой идеи должна была стать булка хлеба, брошенная в загон под кинокамеры. Это должен был быть великий фильм Рейха, как полуживотные бросаются на хлеб, грызя себе подобных зубами. Для солдат это должен был быть очень поучительный материал: «У вас не должно остаться места для жалости к этому отребью. Это не люди.» Но все пошло не так. Брошенная булка хлеба упала в середину загона, к ней подошел самый младший мальчишка. Гробовая тишина. Бережно ее поднял и трижды поцеловал его, поднося поочередно ко лбу как святыню. А потом передал самому старшему. Потом узбеки сели в кружок, сложили ноги по-восточному и стали передавать по цепочке крошечные кусочки хлеба, словно плов на Самаркандской свадьбе. Каждый получил кусочек, грел об него руки, а потом неторопливо, закрыв глаза, съедал. И в конце этой странной трапезы прозвучало: «Худога шукур».
Немцы были вне себя от досады и ярости.
Планы Геббельса разбились о благородство народа.
Он не представлял, насколько величественными могут быть люди другой расы, какими могут быть отношения между ними, насколько можно любить Родину и с достоинством уважать хлеб.
Из сети
|
|