Анекдоты про описывал |
52
Зачем стирать? Я описывал реальную жизнь - таков менталитет самостийных. И заядлось "девы" и христоса всем известны. Я правду пишу. Что за цензура сбу? Дело в том, что здесь лента анекдотов. Нам похую твоя жизнь. Поэтому стираю. хrооt: спасибо. Этот дебил под разными никами достал своими тупыми извращениями
|
53
Давно хотел рассказать эту историю из своего детства , да все как то не было настроения, а тут как раз окном дожди
И вот она снова стучит ко мне в окно, тяжелыми каплями,тук-тук-тук…
Было мне тогда шесть лет. Родители мои развелись и наш самый справедливый суд оставил меня с мамой , которая недолго думая выскочила замуж за морского радиста. Думаю поладили они на почве алкоголя, эту привычку моей маман , наш самый строгий и справедливый не учел , а потому мне еще несколько лет пришлось наблюдать пьесу – на дне , из так сказать первых рядов . Впрочем, вернемся к нашему повествованию. Итак дядька Сережа, а именно так его звали , мужик был добродушный , родом из под Ярославля, где и проживала его родня , куда вскоре и собрались ехать молодожены , а заодно и меня повезли , понятия не имею зачем. Благо на дворе стоял август и в Астрахани стояла жара, так что идея о поездке не сильно меня печалила, гулять пешком я любил, а новые места всегда звали меня…..
Недолго собираясь мы сели в поезд и …Дальше идут идут две страницы мелким почерком со звуками тыдых тыдых, тыдых…описание поездки до Ярославля на поезде. Скучный пейзаж за окном уже описывал некий Куприн, потому даже не буду и стараться.
Первое, что меня смутило в Ярославле, народ на пероне одетый в теплые болоньевые куртки… Хммм - подумал я… Вторая неожиданность - деревенский пазик , который в детстве казался лунным вездеходом, впрочем, дорога по которой мы отправились к родне … оказалась специально предназначена чтоб оправдать это впечатление, если русские горки объединить с батутом, то даже этот аттракцион не полностью бы отразил весь спектр развлечений . Наверное для полного сходства надо было бы добавить игру вышибалы, мяч успешно заменяли летающие чемоданы, постоянно норовившие прилететь кому-нибудь в табло.
Несмотря на мой малый возраст, до меня быстро дошел смысл поговорки – лучше плохо ехать, чем хорошо идти, после того, как автобус остановился на окраине села и нам нужно было идти еще пару километров – вооон до того дома!
Надо отдать должное дяде Сергею, он был жентельменом и понес чемоданы сам, мы же с мамой понесли свои ноги, которые вскоре стали на 15 см длиннее и пару кило тяжелее.
Так сказать первые шаги в лепке из глины…
Трудно поверить в это, но мы дошли до того дома, где нас приветливо встретили Сережины братья и его мама. Еще нас во дворе встречала свинья, но уже с распоротым брюхом, поэтому я сомневаюсь, что она сильно обрадовалась нашему приезду.
Нас проводили в дом, и усадили за стол, был сказан первый тост.
Далее еще несколько страниц мелким текстом со звоном стаканов, бубнением тостов…
День менялся днем, но ничего не менялось в доме, увы не Обломских, с утра все вставали, начинали опохмеляться, все это переходило в завтракобедужин без пробелов, с тостами и звяканьем стаканов. За окном все это время шел дождь… прямо как у Форест Гампе, все виды дождя, от мелкой мороси , до ливня, с шквалистым ветром и грозой и просто тихо постукивающий в ночи по шиферной крыше идеальный вариант для релакса видео на ютюбе. Создавалось впечатление полной гармонии, что происходит внутри и снаружи дома, полный дзен мог бы сказать я, но наука китайских мудрецов еще мне была не известна. Дом пропах сыростью, точнее СЫРОСТЬЮ. Она проникла повсюду, в каждый уголок этого дома, в каждый уголок и казалось заползла в умы и души его жителей.
Через неделю свинина закончилась, а самогон – нет. Эх-сказали трое братьев и как в сказке вскочили на коней, хотя нет.. то было в сказке, наши же герои оседлали старенький урал с коляской и помчались разбрызгивая грязь, в темный,мрачный, пасмурный, сырой лес. Никого не смутило то, что водитель коня не просыхал неделю, впрочем кого это могло смутить? Вернулись они скоро, и бросили на сковородку огромный гриб моховик. Вечерело…в стаканах плескалась самогонка…
Через годы я посмотрел Сталкера, Тарковского… И на меня снова хлынули черно-белые воспоминания, того депрессивного алкогольного настроения средней полосы России…
|
|
55
Вчера мне одна знакомая рассказала на ее взгляд прямо мистическую историю. Хотя на мое понимание я бы отнес ее не к мистике, а довольно распространенной пословице или поговорке. А значит явление весьма распространенное в народе.
В общем, с ее слов, вначале всего как всегда стояла любовь. На этот раз виртуальная в прямом смысле этого слова. Говорят, что такое иногда возникает в переписках на каких-то там чатах и мессенджерах. Вот у нее такая и возникла. Походу красиво писал не то, что я. В общем, писал-писала и дух стал требовать плоти, по крайней мере у нее. Ну то есть она ему уже не однократно намекала на реальные встречи, а он как-то это игнорировал. Обходя эту тему стороной, чем и вызывал у нее некоторую нервозность. Виртуально засыпал ее комплиментами, писал, что она лучшая из тех кого он когда либо встречал, откликался на все ее хотелки и желания. В общем стал для нее второй половинкой, но недосягаемой. Ведь стоило ей намекнуть о реальной встрече, он начинал нести какую-то пургу. О том, что они и так всегда рядом, что просто ей надо присмотреться к окружению и они увидятся. Она конечно присматривалась, но даже чего либо похожего в этом окружении не находила. Подруги, с которыми она делилась этими секретами, говорили, что это какой-то развод. Для чего и кому он нужен, объяснить конечно не могли, но то, что это реальная афера утверждали все. А она им не верила.
Я конечно многое здесь опущу, потому что с моей точки зрения большинство сказанных ею слов конечно муть и эмоции и расписывать мне их лень, а я не любитель таких женских романов. Но вот финал меня заинтересовал.
- Я ведь встретила его, полгода уже встречаемся. На июнь наметили свадьбу. – выдохнув наконец промолвила она.
- С чем тебя и поздравляю! – заверил ее я. – Вот только с чего ты решила, что здесь присутствует какая-то мистика.
- А с того! Что он не из какого моего окружения. Он и работает в другой сфере и живем мы друг от друга через полгорода. И телефона у него нет. Ну в смысле есть, но кнопочный, говорит что с начала двухтысячных его не меняет, придерживается модели. Он вообще старой формации, когда я у него в квартире была никаких девайсов через которые он со мной общаться мог не заметила. Да и вообще он к ним отрицательно относится. Говорит, для работы они ему не нужны, а убивать на них время он не собирается.
- Так ты бы напрямую у него спросила раз у вас такие близкие отношения. Может он кого-то из знакомых просил тебе писать.
- В том-то и дело, что спрашивала, а он отмахнулся, типа тебя любимая мне помогло встретить провиденье, а никакие-то там навороты в сетях.
- Ну и где же вы встретились?
- Ты не поверишь, в кинотеатре. Подбежала к очереди за попкорном, я его ужасно люблю, соленый. До сеанса минуты три осталось, метнулась туда-сюда, а он первый в очереди стоит, вам говорит девушка большую или среднюю порцию? Я чуть дар речи не потеряла, откуда он знал, что мне надо. С трудом проговорила, что большую. Он взял, а от моих денег отстранился. В зал зашли, а он садится рядом со мной. Хотя я билет брала предварительно. Он, кстати тоже удивился, что у нас места рядом. Так и познакомились. До дома меня проводил. Что скажешь не мистика?
- Ну я не знаю какая там мистика, но неужели за полгода ты ничего не поняла?
- В том-то и дело, что я чувствую, что это он. Вот прямо чувствую и слова мне одни те же, что в переписке произносит. И отношение ко мне такое же как описывал. И переписка с того же дня пропала. Сколько не смотрю этот абонент в сети с того дня больше не появлялся. И на разговор сколько его не пробовала вывести, он только смеется, говорит, что я все себе придумала.
Послушал я ее, решил написать на Анекдоты ру. Ну а где еще столько аналитиков соберешь. Но и с поговоркой или пословицей проблем я так думаю не возникнет.
|
|
56
Жена уже месяц была с ребёнком в деревне.
Я все никак не мог к ним вырваться, и за это время у меня отросла борода и самомнение.
Бороду я решил оставить, даже несмотря на то, что у жены в списке мужских грехов борода стояла выше любовницы.
Но мне требовался тюнинг. В текущей редакции я напоминал пустырь, заросший бурьяном. Волосы в бороде походили на колючую проволоку, завивающуюся в кольца. А тут как раз недалеко от нашего дома открыли барбершоп. И я пошёл.
В барбершопе царила особая атмосфера. Мне сразу захотелось выпить.
Я почувствовал себя немного викингом и немного Джигурдой.
Мастер был один, и у него уже сидел человек.
Я плюхнулся на кожаный диван и стал ждать своей очереди.
Человек явно пришёл непосредственно передо мной, потому что они с мастером еще только обсуждали основы.
У человека была проволочная борода, очень похожая на мою, и он описывал свои пожелания словно исповедовался:
— Понимаете, это моя первая настоящая борода, которую захотелось оставить. До этого у меня тоже, конечно, были, но так, не всерьёз. А эта. Ну, сами посмотрите. Я же в ней вылитый Бутусов.
Мастер неопределенно покачал головой.
— Ну, Бутусов, он сейчас с бородой, такой же седой, как у меня. Это так красиво. В этом мудрость, глубина.
Когда умолкнут все песни…
— Ладно-ладно, я понял, — спохватился мастер.
Человек натурально собирался петь дальше.
Они продолжили обсуждение брадобрейных нюансов, и мастер уже нетерпеливо щёлкал в воздухе ножницами, как вдруг в барбершоп ворвалась женщина.
— Где он…где этот камикадзе…а! Вот ты где! Расселся!
Судя по тому, что человек в кресле внезапно стал вдвое короче, разом вобрав в себя все конечности, как черепаха, женщина пришла по его душу.
— Что он вам тут наплёл? — кричала женщина, обращаясь к мастеру, — про Бутусова уже говорил? Понятно, так и знала. Ну, какой Бутусов, вы посмотрите на него! Максимум — Конюхов в конце кругосветки. Дед Мазай, от которого сбежали все зайцы.
Очевидно, женщина размышляла над проблемой долго, и метафорический ряд был обдуман не раз.
— Я от тебя уйду, слышишь? — сказала она человеку, потрепав его за спинку кресла.
— Сбривайте! — приказала женщина мастеру.
— Может, сначала узнаем мнение клиента? — огрызнулся мастер.
— Это для вас он клиент, а для меня муж. Вы его один раз увидели, перекрестились и забыли, а мне с этим жить. Сбривайте!
Черепаха робко высунула из кресла голову и кивнула мастеру. Тот отложил ножницы и включил машинку.
Когда женщина и человек с розовым детским лицом ушли, мастер пригласил меня. Я сел в кресло.
— Тоже под Бутусова? — спросил он.
— Нет уж, давайте, как у того мужика, — ответил я.
— Понял, — сказал мастер и включил машинку.
Олег Батлук (c)
|
|
57
Забавные наблюдения встречаются в «Письмах из деревни» химика и агронома Александра Николаевича Энгельгардта. В деревне Энгельгардт оказался не по своей инициативе: в 1870 году университетский профессор с сочувствием отнёсся к студенческим волнениям, за что был арестован, а затем получил предписание отправиться на житьё в свою усадьбу.
Подобный вид наказания дворян был популярен в те времена, облегчённый домашний арест: ездишь себе на охоту, ходишь на рыбалку, да щупаешь деревенских девок, — чем не жизнь?
Однако у Александра Николаевича родовая усадьба Батищево в Смоленской губернии была в совершенно расстроенном состоянии, никакого дохода не приносила. Крепостных уже не было, работников требовалось нанимать за деньги, короче, чтоб с голоду не помереть, хоть сам паши, да коси, подобно Льву Толстому. Но граф пахал из убеждений, а тут по пословице: «Что посеешь, то и пожрёшь!!»
Однако отставной профессор не загрустил, а организовал у себя образцовое хозяйство, и вскоре уже писал друзьям: «Всё идёт у нас отлично: и масло выделываем превосходное, и бархатный сливочный сыр делаем такой, что Эрберу не грех было бы подать своим посетителям, и раков маринуем, и ветчину солим, и гусей коптим, и колбасы чиним, и рябчиков жарим не хуже, чем у Дюссо»
Попутно с организацией производства он писал очерки сельской жизни, которые пользовались большим интересом у читателей журнала «Отечественные записки». Энгельгардт сочувствовал тяжёлой жизни крестьян, которую подробно описывал.
Но его удивляли взгляды деревенских жителей, которые категорически не воспринимали технологических новинок. Когда учёный указывал им на крайне плохое состояние огородничества, и приводил в пример огородников, которые снимали огороды по господским домам, и у которых отлично росли всякие овощи, на это крестьяне убеждённо говорили — они потому выращивают хорошие овощи, что «знают», то есть умеют наговаривать, ворожить! Все усилия барина по борьбе с вредителями, орошению в засуху или осушению в дождливые года земляки осуждали: «Как Господь положил, так тому и быть». В церковный праздник «обновление Царьграда» крестьяне молились царю-граду, чтобы град не побил поля.
А вот ещё любопытные наблюдения.
После бракосочетания российской великой княжны с английским принцем распространился слух, будто самых красивых девок будут забирать и, если они честные, отправлять в Англию, потому что царь отдал их в приданое за своей дочкой, чтобы они там, в Англии, вышли замуж за англичан и обратили их в нашу веру. Этому верили все, так что девки готовились прятаться по лесам, чтобы их не отправили за море.
Крестьяне были уверены, что немцы гораздо беднее русских, потому-де, что они у нас покупают хлеб, и что, если бы запретили панам продавать хлеб в Ригу, немцы померли бы с голоду.
Верили, что, когда успеют наделать сколько нужно новых бумажек, то податей брать больше не будут.
Крестьяне, у которых были деньги на покупку новых земельных наделов, боялись покупать: постоянно ходили слухи, что вот-вот землю «поровняют», то есть разделят между всеми поровну, и потраченные деньги пропадут зря.
А во время русско-турецкой войны староста сообщил Александру Николаевичу, что деревенский мужик Кузьма собирается наниматься на земляные работы — засыпать дорогу. На удивлённый вопрос, что за дорога, староста объяснил, что от англичанки к Плевне подземная дорога железная сделана, и что вредная англичанка по этой дороге султану в Плевну войско и харч представляла. Но ту дорогу генералы Скобелев с Гуркой открыли, и чтобы её засыпать, нанимают народ.
Уже после взятия Плевны Энгельгардт, встречая старосту, каждый раз спрашивал:
— Что ж, Кузьма, должно быть, засыпал дорогу от англичанки?
|
|
58
ЭТО ИНТЕРЕСНО
Майн Рид знал, что всадник без головы это не выдумка
.
4 апреля 1818 года в североирландской деревушке Баллирони родился прославленный романист Томас Майн Рид. Отцом мальчика был пресвитерианский пастор Томас Майн Рид Старший, а его мама Анна Энн родилась в семье католического священника.
В 16 лет Майн поступил в Королевский академический институт Белфаста. Проучившись четыре года, молодой человек забил на диплом и в декабре 1839 года отправился в давно манившую его Америку. Для знакомства с загадочной страной ирландец выбрал Новый Орлеан. Пытаясь закрепиться на новом месте, Рид работал коммивояжером, учителем, служил актером в театре.
В конце концов, он уехал из «Города полумесяца» поскольку был не в силах наблюдать за положением местных рабов на хлопковых и сахарных плантациях.
В 1842 году парень, мечтая начать зарабатывать на жизнь писательским трудом, приехал в Питтсбург. Его рассказы, в которых он описывал свои американские впечатления, практически сразу приняли для печати в «Pittsburgh Morning Chronicle». Янки понравились истории написанные неизвестным им автором, скрывавшимся под псевдонимом «Бедный школяр».
В начале 1843 года писатель решил пожить в Филадельфии, где он сдружился с 34-летним создателем жанра классического детектива Эдгаром По. Практически два года мужчины общались в ежедневном формате. Американец, которого трудно было удивить травлением баек, написал одному из друзей: «Майн Рид выдумывает совершенно невообразимые вещи, но делает это так искусно и художественно убедительно, что я всегда внимательно его слушаю».
Когда в конце апреля 1846 года началась «Американо-мексиканская война» (1846-1848) Рид под псевдонимом «Гимназист» стал писать статьи для самой массовой ежедневной газеты США «New York Herald». К этому времени он твердо решил написать приключенческий роман, но как это сделать когда кроме стола, перьевой ручки, чернил и бумаги ты в этой жизни больше ничего не видел?
23 ноября 1846 года Майна в звании лейтенанта зачислили в 1-й «Нью-йоркский добровольческий пехотный полк». Понюхав пороха «Гимназист» стал публиковать в СМИ свои боевые очерки под общим названием «Рассказы застрельщика». Со времен войны за независимость застрельщиками в США выступали «Минутные люди», или «минитмены» парни готовые по тревоге схватить домашнее оружие и выступить навстречу врагу. Будучи хорошими стрелками, они должны были сдерживать противника до подхода частей регулярной американской армии.
В сентябре 1847 года в сражении за город Чапультепек писатель «поймал» пулю в бедро. В горячке боя товарищи решили, что Рид убит. Перетянув ногу ремнем, он провел ночь среди трупов, слыша предсмертные стоны американцев и мексиканцев. Утром обессиленного лейтенанта нашла похоронная команда и передала его военным медикам.
За храбрость, проявленную в сражении, Риду присвоили звание капитана.
5 мая 1848 года Майн, решив, что на собственной шкуре он пережил достаточно приключений, ушел в отставку и отправился в Нью-Йорк.
27 июня 1849 года в нью-йоркском издательстве «Таунсенда» вышел его авантюрный рассказ «Военная жизнь, или приключения офицера лёгкой пехоты».
В 1850 году соскучившись по дому, писатель приехал в Лондон и опубликовал в типографии «Уильяма Шоберля» свой первый роман «Вольные стрелки». Книга была составлена из автобиографических очерков написанных им во время боев с мексиканцами. В США романом никто не заинтересовался, а в Европе книга имела оглушительный успех.
Вскоре «Вольных стрелков» оценили и в США, причем книга «зашла» не только военным, политикам, но и простым янки. Вкусив первый успех, писатель стал ежегодно публиковать по 2-3 приключенческих романа. Среди условно средних вещей встречались произведения, которые и сегодня проглатывают взахлеб миллионы читателей в десятках стран мира:
«Белый вождь» (1855);
«Квартеронка, или Приключения на Дальнем Западе» (1856);
«Оцеола, вождь семинолов» (1859);
«Морской волчонок» (1859);
«Отважная охотница» (1861);
«Мароны» (1862);
«Белая перчатка» (1865).
В 1854 году 37-летний писатель женился на 15-летней Элизабет, дочери своего издателя мистера Хайда. Несмотря на своей возраст супруга стала для него не только верной спутницей жизни, но и секретарем.
Настоящая слава пришла к Риду в 1865 году после публикации «Всадника без головы». Книгу в виде 20 ежемесячных выпусков распространяло английское издательство «Chapman & Hall». Каждая часть романа стоила 6 пенсов.
В Российской империи «Всадник» вышел в двух книгах объединенных подзаголовком «Роман из Техасской пустыни капитана Майна Рида».
В США книгу сразу же невзлюбили, янки не понравилось как автор изобразил заносчивого плантатора Пейндекстера и вечно пьяного дуэлянта Кассия Колхауна, богача, человека без чести готового пойти на любую подлость, для того чтобы уничтожить независимого мустангера Мориса Джеральда. Автор мастерски познакомил читателей с правосудием по-техасски заключавшемся в быстром и бесправном линчевании зачастую невиновного человека.
Майн Рид знал, что в 1850 году история с «Всадником без головы» взаправду произошла в Техасе. После того как янки отняли эти земли у Мексики одна часть, новых жителей штата занялась земледелием, другая торговлей, а третья бандитизмом. Ковбои-налётчики потрошили банки, грабили состоятельных бизнесменов и нападали на ранчо, перегоняя лошадей и коров на территорию ненавидящей «Штаты» Мексики.
Однажды банда безбашенных отморозков ворвалась на ранчо могущественного конезаводчика Крида Тейлора и угнала у него лучший табун лошадей. Залетные дурачки даже не знали, что мистер Тейлор за час мог собрать мобильный отряд в 200 стволов.
Когда конокрадов настигли на подходе к реке Рио-Гранде, все они погибли в перестрелке, а главарь, получив две пули в ноги, попал раненым в руки преследователей. Самый богатый в округе землевладелец лично перерезал наглому вору горло, и уже было хотел отправиться восвояси, когда в его голове зародилась идея «великолепной» наглядной рекламы. Мистер Тейлор приказал своим подручным отрубить главарю голову, привязать труп к лошади, а его «жбан» приторочить у седла.
После того как указание скотовладельца было исполнено его люди отогнали лошадь несшую страшного наездника подальше в прерии. Сколько времени «Всадник без головы» скитался в приграничных районах Мексики и США остается только гадать, одно можно сказать точно, благодаря нему у мексиканцев появился целый цикл страшных легенд в котором главным героем был конник «Эль Муэрте», или проще говоря, Мертвец.
В 1870 году у Майн Рида начались проблемы с раной, полученной в бою с мексиканцами, после чего его жена недовольная качеством американской медицины увезла любимого в Англию.
В английской столице романист, страдавший от хронической депрессии, написал 7 романов ни один из которых и близко не приблизился к успеху «Всадника без головы».
22 октября 1883 года 65-летний Томас Майн Рид скончался, причиной смерти стало осложнение травмированного пулей колена. Писателя похоронили на «Кладбище всех душ» входящего в перечень некрополей известных у лондонцев под именем «Магическая семерка».
.
ИСТОЧНИК «ЧАСЫ ИСТОРИИ».livejournal.
|
|
59
Я на YОUТUВЕ увидел как гимнасты одеты в свои гимнастические купальники без рукавов а сверху шорты, другие гимнасты в колготки под гимнастический купальник. После просмотра мне захотелось одеть колготки под гимнастический купальник с рукавами. Дальше я думал как сказать родителям о моем желании но идеальной ситуации не было. Спустя несколько дней я решил « Мне нужен многоцветный гимнастический купальник и колготки» эти слова звучали в его мыслях, но как их произнести вслух? Я решился на разговор с родителями и объяснил что хочу одежду состоящую из одной вещи которая объединяет нижнюю и верхнюю часть туловища так как я ленивый чтобы одевать несколько вещей футболку, плавки. Мои родители не современные ведь родились в диком и тупом СССР и даже не знают что такое Леотард, а если сказал бы « Мне нужен гимнастический купальник и колготки. Это то, чего я действительно хочу.» то вообще признали меня сумасшедшим и не известно как они дальше реагировали бы. Как результат они не поняли о чем я их прошу и поэтому быстро закончили разговор, я понял что надо заработать денег и купить самому то, что я хочу. На заработаные деньги через интернет я закал Гимнастический купальник с длинными рукавами из полиэстера и полиэфира плюс лайкра колготки. Но получать посылку надо в магазине. Зашел в магазин спортивных товаров, чтобы забрать посылку и проверить содержимое. Когда я открыл посылку я равнодушно скользнул взглядом по девчоночьему гимнастическому купальнику. Но потом взглянул на него еще раз, чтобы проверить качество. Внутри меня что-то теплое разлилось и я уже был готов померить, но как это сделать? Взгляд снова уперся в гимнастический купальник. Костюм был черным, с длинными рукавами и светлой небольшой полоской на нижней части. Мне показалось, что слишком долго смотрю на купальник. Вдруг привлеку внимание продавщицы молодой, стройной девушки. Вам помочь? спросила продавщица. Не знаю, девушка моя заказала через интернет и попросила меня забрать ее, а решил проверить содержимое и вдруг есть брак? (Я сразу представил себя как юную спортсменку в черном гимнастическом купальнике взлетала высоко вверх). Я также боялся вдруг кто-то из знакомых или родных войдет в магазин тогда надо быстро пользоваться ситуацией. Скажите, пожалуйста, вот этот спортивный костюм, обратился Я к продавщице, стараясь казаться максимально уверенным в себе, Только вот вопрос Этот гимнастический купальник как проверить качество? Сейчас посмотрим продавщица, кажется, ничего не заподозрила. У тебя девушка Вообще-то, знаешь, лучше ей самой прийти. Примерить надо. Она сейчас на работе и не может прийти. Она с меня ростом В принципе, материал тянется и брака нет! продавщица продемонстрировала. Будешь забирать посылку? Я взял купальник за нижнюю часть и слегка ее растянул. Да, беру посылку. Дальше все по стандартной схеме забираю посылку и ухожу, но вдруг запомнит спросит при всех когда приду. « Мальчик, ты купил купальник, он подошел подруге?» Вот я дома представляю как одеваю колготки под гимнастический купальник. Боюсь себе признаться, что хочу это сделать. А что тут стращного почему ему нельзя ЭТО НАДЕТЬ? Мир измениться что ли? Никто же не видит!. Одежда была сброшена быстро. Остался я перед зеркалом в плавках и футболке. Стоп А чем отличается девушка в гимнастическом купальнике и колготках от юноши в плавках, футболке и брюках? Длиной рукавов? Или тем, что костюм у девушки не разделен на две части? Скорее всего что девушка испытывает приятные ощущения от такой одежды которая защищает от солнечных лучей и от укусов насекомых. Я стянул с себя футболку, но плавки решил не снимать. Хотя Нет, все же не надо. Ведь нужно что под колготки. Я легко натянул колготки на себя. Теперь купальник. Я медленно вставил по очереди обе ноги в костюм. Поднял его. До коленок шло свободно. А потом Потом стало обтягивать Классно! Вот еще выше, наделось до пояса. Получилось, как будто в черных плавках (поверх колготок), если не считать рукавов. Я уверенно просунул руки в рукава и натянув костюм на плечи. Все я готов к подвигам. Взглянул на себя внимательно в зеркало. Получилось очень красиво. Я не думал, что такой наряд идеален для меня. Я вдруг понял, что приятно и не хочу снимать. Теперь я всегда катаюсь на велосипеде в колготках под гимнастический купальник там где не встречу знакомых или родителей. А до этого я сверху одеваю рубашку и штаны. Однажды моя мама посмотрела мне в глаза и стала рассматривать со всех сторон. Слушай, Питер, а что ты носишь под брюками и рубашкой? спросила мама так, как будто столкнулась с какой-то тайной. А что? испугался я. Знаешь, я хоть и советский человек, но помню наш разговор, как ты описывал свою спортивную одежду. Я заволновался, но старался быть спокойным Трусы, а что еще можно? Ну к примеру колготки против укусов насекомых или ядовитых растений. Возможно это хорошая идея. Питер, скажи честно. Сказать что? У меня все в порядке и четко осознаю что одеваю. Я вдруг подумал, что мама что-то знает, но как? Одежду покупает мне мама. Питер, я тебе хочу сказать тебе, что я видела, это нормально что ты сам принял решение. Я слушаю Питер, ты проезжал на велосипеде и увидела из окна на тебе черную одежду, хотя выходил из дома в светлой рубашке с коротким рукавом. Смеяться будешь? Зачем? Я ведь не ругаю тебя, мне интересно что это и как выглядишь. Я разделся и перед мамой стоял в лайкра колготках одетые под черный гимнастический купальник с рукавами. Не плохо и я вижу что ты комфортно себя чувствуешь! Да мне удобно в таком костюм кататься на велосипеде где комары и ядовитые растения, ведь мое тело защищено. Теперь мои родители знали о моей сбывшейся мечте носить колготки под гимнастический купальник и я мог спокойно ходить везде и когда хочу. Однажды меня в парке спросили почему я так одеваюсь и пришлось объяснить что эта всего лишь одежда которая помогает мне быть защищенном от насекомых, контролировать мое тело и просто комфортно. Ты давно так одеваешься? Всегда! И никогда по-другому не одевался? Нет. А зачем? Мои родители бы за такое, отправили бы лечиться. А ты им объясни как я свои советским динозаврам сказал и продемонстрировал. В итоге я создал новый тип одежды для велоспорта и повседневной жизни для пухлых мальчиков каким я сам и есть.
|
|
60
Кофейная лихорадка в Лондоне началась в 1652 году, когда некий Паскуа Розе (армяне называют его армянином, греки — греком, а турки — турком) открыл первую в Лондоне кофейню (точнее, кофейный киоск) у стены кладбища Святого Михаила. Чтобы продвинуть свое предприятие Розе опубликовал рекламную листовку «Достоинство кофейного напитка», в которой он превозносил пользу кофе, утверждая, что «он превосходно предотвращает и лечит водянку, подагру и цингу, а также золотуху, выкидыши и является самым прекрасным средством против селезенки, ипохондрических газов и тому подобного».
Выходу на лондонский рынок нового продукта способствовали пуритане, которые критиковали продажу вина и пива, обвиняя роялистов в их распутной и безнравственной жизни. Кофе имел оглушительный успех — через пару лет Паскуа продавал более 600 чашек кофе в день, к ужасу местных владельцев таверн.
Интересно, что вкус кофе понравился далеко не всем. Один из дегустаторов сравнил его с «сиропом из сажи и эссенции старых башмаков», другому кофе напоминал смесь из масла, чернил, сажи, грязи, сырости и дерьма. Тем не менее, людям нравилось, как «горькая магометанская каша», как ее описывал «Лондонский шпион», разжигала споры и рождала идеи.
Нужно понимать, что до середины XVII века большинство жителей Англии практически постоянно находились в состоянии легкого, а то и очень сильного опьянения. Пить вонючую лондонскую речную воду было опасно и большинство благоразумно предпочитало эль или пиво. Появление кофе положило начало трезвости, заложившей основу для впечатляющего экономического роста в последующие десятилетия, когда люди впервые обрели ясность мысли. Кофейни стали местом, где обсуждали политику, науку, литературу и заключали сделки. Именно из кофеен выросли такие институты, как Лондонская фондовая биржа и страховая компания Ллойда.
Кофейни стремительно завоевали популярность и превратились в важнейшие центры общественной жизни. К 1663 году в Лондоне уже было более 80 кофеен. Их прозвали "университетами за пенни" (чашка кофе стоила тогда пенни), говоря, что там "почерпнешь больше полезных сведений, чем за месяц чтения книг".
По кофе ударила политика. Карл II боялся кофеен как рассадников политического недовольства и заговоров. В закрытых помещениях люди слишком свободно обсуждали политику, критиковали монархию и распространяли новости — все это казалось опасным. И в 1675 году был принят Закон о запрете кофеен. Запрет продержался 11 дней! Его отмена была поддержана несколькими министрами Карла II, которые сами были любителями кофе.
Началась специализация. Стены кофейни Дона Сальтеро в Челси были украшены чучелами крокодилов, черепах и гремучих змей — здесь местные ученые-джентльмены (в их числе были Исаак Ньютон и Ганс Слоун), любили обсуждать научные вопросы за чашкой кофе. В кофейне White's повесы проигрывали целые состояния и делали ставки на то, как долго проживут клиенты (из этих пари в конечном итоге выросла индустрия страхования жизни), в кафе Latin Coffeehouse посетителей поощряли общаться на латинском языке. В кофейне Молл Кинг можно было протрезветь и просмотреть список проституток, к которым затем посетителей могли провести в бордель неподалеку. Существовала даже плавучая кофейня «Безумие Темзы», где щеголи и повесы танцевали на палубе ночи напролет.
Кофейни стали фундаментальным институтом английского общества XVII-XVIII веков. Они создали новый тип публичного пространства — демократичное место, в котором статус оставляли за дверью. Стали основой для бизнес-институтов — биржи, страховые компании, аукционные дома; свободный обмен идеями в кофейнях ускорил научную революцию.
|
|
61
Как отмечали историки, в Ялте, как и в целом в жизни, Черчилль выпивал постоянно, но медленно и с большим количеством еды. Многие его помощники и биографы отмечали, что, несмотря на колоссальное количество выпитого, Черчилль редко бывал пьян в "недееспособном" смысле.
Он просто поддерживал постоянный "алкогольный фон" в крови (как выражался один биограф). Для него норма в Ялте была, по некоторым данным, две бутылки коньяка в день. Утром он предпочитал похмеляться не виски, как в Лондоне, а бутылкой "Советского шампанского" (вместо любимого Brut ТМ от Pol Roger). Именно в такой момент он и попал на легендарную фото.
Он поддерживал постоянный "алкогольный фон" в крови. В Ялте его нормой были две бутылки коньяка в день. Утром он похмелялся "Советским шампанским" вместо любимого Brut ТМ от Pol Roger и попал на легендарную фотографию.
Свою домашнюю "норму" Черчилль описывал так - "перед завтраком мне нужно выпить стакан хереса, пару бокалов скотча с содовой перед обедом, бутылка французского шампанского и бутылка 90-летний бренди нужна будет на вечер".
После Ялтинской конференции Черчилль посетил короля Ибн Сауда, основателя Саудовской Аравии. Ему передали, что в присутствии Его Величества запрещены табак и алкоголь по соображениям религии. В ответ Черчилль заявил, что его "правило жизни предписывает как абсолютно священный ритуал курение сигар и употребление алкоголя до, после и, если необходимо, во время всех приемов пищи и в перерывах между ними". Король милостиво принял позицию и даже предложил Черчиллю воду из священного колодца Мекки.
|
|
62
[b]Эпическая сага о том, как я, скромный зять, завоёвывал Великий Диплом Устойчивости к Неукротимым Семейным Бурям, или Почему в нашем уютном, но порой бурном доме теперь красуется собственный величественный манифест вечного спокойствия и гармонии[/b]
Всё в нашей большой, дружной, но иногда взрывной семье пошло наперекосяк в тот яркий, солнечный, теплый майский день, когда моя неугомонная, строгая, мудрая тёща, Агриппина Семёновна – женщина с железным, непреклонным характером, способным сдвинуть с места тяжёлый, громоздкий паровоз, и с острой, проницательной интуицией, которая, по её собственным словам, "никогда не подводит даже в самых запутанных, сложных ситуациях", внезапно решила, что я, Николай Петрович Иванов, – это настоящая ходячая, непредсказуемая катастрофа для нашего тёплого, уютного домашнего уюта. Случилось это за неспешным, ароматным чаепитием на просторной, деревянной веранде нашего старого, но любимого загородного дома, где воздух был наполнен сладким, пьянящим ароматом цветущей сирени и свежескошенной травы.
Моя очаровательная, пятилетняя племянница Катюша, с её огромными, сияющими, любопытными глазами цвета летнего неба, ковыряя маленькой, серебряной ложкой в густом, ароматном варенье из спелых, сочных вишен, вдруг уставилась на меня с той невинной, детской непосредственностью и выдала громким, звонким голоском: "Дядя Коля, а ты почему всегда такой... штормовой, бурный и ветреный?" Все вокруг – моя нежная, добрая жена Лена, её младшая сестра с мужем и даже старый, ленивый кот Мурзик, дремавший на подоконнике, – дружно, весело посмеялись, решив, что это просто забавная, детская фантазия. Но тёща, отхлебнув глоток горячего, душистого чая из фарфоровой чашки с золотой каёмкой, прищурилась своими острыми, пронизывающими глазами и произнесла с той серьёзной, веской интонацией, с которой опытные судьи выносят окончательные, неоспоримые приговоры: "А ведь эта маленькая, умная девчушка абсолютно права. У него в ауре – сплошные вихри, бури и ураганы. Я в свежем, иллюстрированном журнале 'Домашний очаг' читала подробную, научную статью: такие нервные, импульсивные люди сеют глубокую, разрушительную дисгармонию в семье. Надо срочно, тщательно проверить!"
Моя любимая, рассудительная жена Лена, обычно выступающая в роли мудрого, спокойного миротворца в наших повседневных, мелких домашних баталиях, попыталась мягко, дипломатично отмахнуться: "Мама, ну что ты выдумываешь такие странные, фантастические вещи? Коля совершенно нормальный, просто иногда слегка нервный, раздражительный после длинного, утомительного рабочего дня в офисе." Но Агриппина Семёновна, с её неукротимым, упрямым темпераментом, уже загорелась этой новой, грандиозной идеей, как сухая трава от искры. "Нет, Леночка, это не выдумки и не фантазии! Это чистая, проверенная наука! Вдруг у него скрытый, опасный синдром эмоциональной турбулентности? Или, упаси господи, хроническая, глубокая нестабильность настроения? Сейчас это распространено у каждого третьего, особенно у зрелых, занятых мужчин за тридцать. Я настаиваю: пусть пройдёт полное, всестороннее обследование!" Под этой загадочной "нестабильностью" она подразумевала мою скромную, безобидную привычку иногда повышать голос во время жарких, страстных споров о том, куда поехать в долгожданный, летний отпуск – на тёплое, лазурное море или в тихую, зелёную деревню к родственникам. Отказаться от этой затеи значило бы открыто расписаться в собственной "бурности" и "непредсказуемости", так что я, тяжело вздохнув, смиренно согласился. Наивно, глупо думал, что отделаюсь парой простых, рутинных тестов в ближайшей поликлинике. О, как же я глубоко, трагически ошибался в своих расчётах!
Первым делом меня направили к главному, авторитетному психотерапевту района, доктору наук Евгению Борисовичу Ковалёву – человеку с богатым, многолетним опытом. Его уютный, просторный кабинет был как из старого, классического фильма: высокие стопки толстых, пыльных книг по психологии и философии, мягкий, удобный диван с плюшевыми подушками, на стене – большой, вдохновляющий плакат с мудрой цитатой великого Фрейда, а в воздухе витал лёгкий, освежающий аромат мятного чая, смешанный с запахом старой бумаги. Доктор, солидный мужчина лет шестидесяти с седыми, аккуратными висками и добрым, но проницательным, всевидящим взглядом, внимательно выслушал мою длинную, запутанную историю, почесал гладкий, ухоженный подбородок и сказал задумчиво, с ноткой научного энтузиазма: "Интересный, редкий случай. Феномен проективной семейной динамики в полном расцвете. Давайте разберёмся по-научному, систематично и глубоко." И вот началась моя личная, эпическая эпопея, которую я позже окрестил "Операцией 'Штиль в доме'", полная неожиданных поворотов, испытаний и открытий.
Сначала – подробное, многостраничное анкетирование. Мне выдали толстую пачку белых, чистых листов, где нужно было честно, подробно отвечать на хитрые, каверзные вопросы вроде: "Как часто вы чувствуете, что мир вокруг вас вращается слишком быстро, хаотично и неконтролируемо?" или "Представьте, что ваша семья – это крепкий, надёжный корабль в океане жизни. Вы – смелый капитан, простой матрос или грозный, холодный айсберг?" Я старался отвечать искренне, от души: "Иногда чувствую, что мир – как безумная, головокружительная карусель после шумного праздника, но стараюсь крепко держаться за руль." Доктор читал мои ответы с сосредоточенным, серьёзным выражением лица, кивал одобрительно и записывал что-то в свой потрёпанный, кожаный блокнот, бормоча под нос: "Занятно, весьма занятно... Это открывает новые грани."
Второй этап – сеансы глубокой, медитативной визуализации. Я сидел в удобном, мягком кресле, закрывал уставшие глаза, и Евгений Борисович гипнотическим, успокаивающим голосом описывал яркие, живые сценарии: "Представьте, что вы на спокойном, зеркальном озере под ясным, голубым небом. Волны лижет лёгкий, нежный бриз. А теперь – ваша тёща плывёт на изящной, белой лодке и дружелюбно машет вам рукой." Я пытался полностью расслабиться, но в голове упрямо крутилось: "А если она начнёт строго учить, как правильно, эффективно грести?" После каждого такого сеанса мы тщательно, детально разбирали мои ощущения и эмоции. "Вы чувствуете лёгкое, едва заметное напряжение в плечах? Это верный признак скрытой, внутренней бури. Работаем дальше, упорно и методично!"
Третий этап оказался самым неожиданным, авантюрным и волнующим. Меня отправили на "полевые практики" в большой, зелёный городской парк, где я должен был внимательно наблюдать за обычными, простыми людьми и фиксировать свои реакции в специальном, потрёпанном журнале. "Идите, Николай Петрович, и смотрите, как другие справляются с повседневными, мелкими штормами жизни," – напутствовал доктор с тёплой, ободряющей улыбкой. Я сидел на старой, деревянной скамейке под раскидистым, вековым дубом, видел, как молодая пара бурно ругается из-за вкусного, тающего мороженого, как капризный ребёнок устраивает истерику, и записывал аккуратно: "Чувствую искреннюю empathy, но не сильное, гневное раздражение. Может, я не такой уж грозный, разрушительный буревестник?" Вечером отчитывался доктору, и он хмыкал удовлетворённо: "Прогресс налицо, очевидный и впечатляющий. Ваша внутренняя устойчивость растёт день ото дня."
Но это было только начало моей длинной, извилистой пути. Четвёртый этап – групповая, коллективная терапия в теплом, дружеском кругу. Меня включили в специальный, закрытый кружок "Семейные гармонизаторы", где собирались такие же "подозреваемые" в эмоциональной нестабильности – разные, интересные люди. Там был солидный дядечка, который срывался на жену из-за напряжённого, захватывающего футбола, эксцентричная тётенька, которая устраивала громкие скандалы по пустякам, и даже молодой, импульсивный парень, который просто "слишком эмоционально, страстно" реагировал на свежие, тревожные новости. Мы делились своими личными, сокровенными историями, играли в забавные, ролевые игры: "Теперь вы – строгая тёща, а я – терпеливый зять. Давайте страстно спорим о переменчивой, капризной погоде." После таких интенсивных сессий я возвращался домой совершенно вымотанный, уставший, но с новым, свежим ощущением, что учусь держать твёрдое, непоколебимое равновесие в любой ситуации.
Пятый этап – строгие, научные медицинские тесты. ЭЭГ, чтобы проверить мозговые волны на скрытую "турбулентность" и хаос, анализы крови на уровень опасных, стрессовых гормонов, даже УЗИ щитовидки – вдруг там прячется коварный, тайный источник моих "бурь". Добродушная медсестра, беря кровь из вены, сочувственно вздыхала: "Ох, милый человек, зачем вам это нужно? Вы ж совершенно нормальный, как все вокруг." А я отвечал с грустной улыбкой: "Для мира и гармонии в семье, сестрица. Для тихого, спокойного счастья." Результаты оказались в пределах строгой нормы, но доктор сказал твёрдо: "Это ещё не конец нашего пути. Нужна полная, авторитетная комиссия для окончательного вердикта."
Комиссия собралась через две долгие, томительные недели в большом, светлом зале. Три уважаемых, опытных специалиста: сам Евгений Борисович, его коллега-психиатр – строгая женщина с острыми очками на золотой цепочке и пронизывающим взглядом, и приглашённый эксперт – семейный психолог из соседнего района, солидный дядька с ароматной трубкой и видом древнего, мудрого мудреца. Они тщательно изучали мою толстую, объёмную папку: анкеты, журналы наблюдений, графики мозговых волн. Шептались тихо, спорили горячо. Наконец, Евгений Борисович встал и провозгласил торжественно, с ноткой триумфа: "Дамы и господа! Перед нами – редкий, образцовый пример эмоциональной устойчивости! У Николая нет ни хронической, разрушительной турбулентности, ни глубокого диссонанса! Его реакции – как тихая, надёжная гавань в бушующем океане жизни. Он заслуживает Великого Диплома Устойчивости к Семейным Бурям!"
Мне вручили красивый, торжественный документ на плотной, кремовой бумаге, с золотым, блестящим тиснением и множеством официальных, круглых печатей. "ДИПЛОМ № 147 о признании гражданина Иванова Н.П. лицом, обладающим высокой, непоколебимой степенью эмоциональной стабильности, не представляющим никакой угрозы для теплого, семейного климата и способным выдерживать любые бытовые, повседневные штормы." Внизу мелким, аккуратным шрифтом приписка: "Рекомендуется ежегодное, обязательное подтверждение для поддержания почётного статуса."
Домой я вернулся настоящим, сияющим героем, полным гордости. Агриппина Семёновна, внимательно прочитав диплом своими острыми глазами, хмыкнула недовольно, но смиренно: "Ну, если уважаемые врачи говорят так..." Её былой, неукротимый энтузиазм поугас, как догорающий костёр. Теперь этот величественный диплом висит в нашей уютной гостиной, в изысканной рамке под прозрачным стеклом, рядом с тёплыми, семейными фото и сувенирами. Когда тёща заводится по поводу моих "нервов" и "импульсивности", я просто молча, выразительно киваю на стену: "Смотрите, мама, это официально, научно подтверждено." Маленькая Катюша теперь спрашивает с восторгом: "Дядя Коля, ты теперь как настоящий, бесстрашный супергерой – не боишься никаких бурь и ураганов?" А мы с Леной хором, весело отвечаем: "Да, и это всё благодаря тебе, наша умница!"
Евгений Борисович стал нашим верным, негласным семейным консультантом и советчиком. Раз в год я прихожу к нему на "техосмотр": мы пьём ароматный, горячий чай за круглым столом, болтаем о жизни, о радостях и трудностях, он тщательно проверяет, не накопились ли новые, коварные "вихри" в моей душе, и ставит свежую, официальную печать. "Вы, Николай Петрович, – мой самый любимый, стабильный пациент," – говорит он с теплой, отеческой улыбкой. "В этом безумном, хаотичном мире, где все носятся как угорелые, вы – настоящий островок спокойствия, гармонии и мира." И я полностью соглашаюсь, кивая головой. Ведь тёща, сама того не ведая, подтолкнула меня к чему-то гораздо большему, глубокому. Теперь у нас в доме не просто диплом – это наш собственный, величественный манифест. Напоминание о том, что чтобы пережить все семейные бури, вихри и ураганы, иногда нужно пройти через настоящий шторм бюрократии, испытаний и самоанализа и выйти с бумагой в руках. С бумагой, которая громко, уверенно говорит: "Я – твёрдая, непоколебимая скала. И меня не сдвинуть с места." А в нашей огромной, прекрасной стране, где даже переменчивая погода может стать поводом для жаркого, бесконечного спора, такой манифест – это настоящая, бесценная ценность. Спокойная, надёжная, вечная и с официальной, круглой печатью.
|
|
63
Шерше ля фам даже там, где ее нет!
Много лет назад приехал к нам на завод на обучение суровый челябинский мужик. Ну может не челябинский, а магнитогорский, но точно с Урала. И точно суровый. Для простоты назовем его Толей.
Вообще суровые мужики не очень любят за партой сидеть, но обучение на заводе в Италии почему-то считается премией, а не наказанием. Справедливости ради, у нас не скучная теория, а практические занятия- гайки крутить до 16.00. А потом свободное время, от такой расслабухи некоторые мужики творят дичь. Во всяком случае, их жены в этом абсолютно уверены, может по себе судят.
В первый же день гайки пришлось крутить на (итальянском) морозе. Да, в Италии тоже бывает зима. Понятно, что после Урала итальянская зима- это смех, но в те дни было сыро и ветренно. Толик переоценил ресурсы своего организма и оделся крайне легко.
К обеду вид у него был не очень. Покрасневшее от ветра лицо, охрипший голос и обветренные губы, поэтому я подарила страдальцу свой бальзам для губ. Понимаю, не слишком это гигиенично, но у меня заразных болезней нет, просто затерла верхний слой салфеткой и бросила ему, мол пользуйся, чтоб на ветру губы не потрескались. Это не понты, а вынужденная мера, наши работяги всегда губы мажут, т.к приходится много кричать на улице. В цеху тоже, но там нет ветра.
К вечеру Толик вообще расклеился, его знобило и была температура 37, т.е почти смертельная для любого мужчины, поэтому мы отменили все развлечения на вечер и быстренько отвезли его в отель лечиться. Потом я подумала, что лечение водкой с перцом- это, конечно, проверенный метод, но и аспирин или нурофен не помешают, поэтому отправила сообщение «Я сейчас быстро в аптеку, а потом к тебе в отель».
На следущее утро я опять проявила заботу: «Как ты там? Околемался? Одевайся». Все ОК, выздоровел, вышел на учебу и больше не болел до самого отъезда. Работал хорошо, очень подружился с нашими механиками, они его и развлекали каждый вечер.
В рамках «культурной программы» договорились, что в последний день я свожу Толика по магазинам и помогу закупиться. В назначенное время я подъехала к отелю и отправила сообщение «Я жду тебя». Спустился быстро, проехали по магазинам, купили все по списку, даже для тещи подарок.
Вы спросите, зачем я это все рассказываю. Будь у Толика нормальная жена, то и рассказывать было бы нечего, но жена у него была сильно ревнивая.
Проблемы начались, когда она стала стирать его спецовку, а из кармана выпала гигиеническая помада Vichy. Я марку не ради хвастовства пишу, а просто к тому, что ни один мужик ее не купит. Уж лучше он будет губы солидолом мазать, чем тратить деньги на Виши. Суровые челябинские мужики вообще губы не мажут, но Толик был в Италии, его можно простить. И тут он однозначно затупил, вместо того чтобы сказать, что какая-то тетка спасла его от верной смерти на ветру и подарила свою, он стал мямлить, что не помнит где он ее купил. КУПИЛ!
Мужики, кто из вас себе покупал гигиенический бальзам Виши для губ? Как по отзывам, стоит брать или нет? Или лучше блеск для губ Диор, что посоветуете для работы на бульдозере?
Жена, конечно, ревнивая, но не полная дура, она понимала, что муж врёт, поэтому устроила допрос с пристрастием и, судя по всему, добралась и до телефона. А тут сюрприз номер два. Ну ка прочитайте еще раз всю нашу переписку:
1. Я сейчас быстро в аптеку, а потом к тебе в отель- Спасибо, ты- супер, жду в номере.
2. Как ты там? Околемался? Одевайся- Нормально, готов к новым трудовым подвигам.
3. Я жду тебя – Бегу!
Для патологических ревнивцев эти сообщения обозначали только одно- муж изменяет. Ага, со мной, я как раз в его телефоне записана как «Маруся», а не «Василий Дмитриевич», это автоматически ставит меня в ряд потенциальных соперниц. К слову, я его лет на 12-13 старше, но жена этого не знала. Она даже внимания не обратила, что номер у меня итальянский и на автарке станки, а не селфи в стиле «утиные истории».
Но это все происходило на Урале и я об этом ничего не знала, пока в какой-то момент мне неожиданно не пришло сообщение с номера Толика:
- Я так скучаю по тебе. Когда мы увидимся?
Я, мягко говоря, офигела от такого и вполне воспитанно ответила:
- Толик, ты чего перепил? Проспись, а лучше лечись, если с мозгами не дружишь.
- Мне так понравилось... (и смайлик)
- Понравилось крутить гайки на морозе?? Анатолий Батькович, я сейчас эту переписку перешлю твоему директору, и ты будешь крутить гайки в Когалыме всю зиму, еще и без премии останешься. Жду извинений, дебил!
Похоже, что до ревнивой жены стало что-то доходить. А если еще и мужа без премии оставят, то вообще будет ой-ой-ой и ай-ай-ай.
Час спустя перезвонил Анатолий, страшно извинялся. Был на нервах, чувствуется, дома был скандал. Но, чтобы закрыть этот вопрос раз и навсегда попросил прислать фото для его сумашедшей супруги. Я сразу хотела отправить его к черту, но, все взвесив, решила не подводить парня, у него и так не жизнь, а каторга, зачем он вообще женился на такой идиотке. Ладно, отправлю фотку, лови.
Как раз для такого случая у меня есть отличная фотография- со зверской гримассой на кривой роже (материлась я), в каске, желтом жилете и робе 52 размера, подвязанной скотчем. Женщина- мечта поэта! А конкретнее, Владимира Маяковского, он примерно так описывал строителей Кузнецкстроя.
Вообще-то я 42 ношу, но на заводе спецовки только 52 и 54 размера, вот скотчем и подвязали, чтоб я штаны не потеряла. А коллеги-придурки сфотографировали на память, я на них еще тогда наорала, а ведь, как в воду глядели, пригодилась фотка, благодаря ей восстановили мир в чьей-то семье.
|
|
12 |