Анекдоты про единственный |
1103
Говорят, что у каждого таксиста есть свой успешный бизнес, а таксует он так, для души. Не знаю. Не уверен. Потому что сколь много ни приходилось в разное время пользоваться такси, а столкнулся с подобным один-единственный раз.
Заказ в тот раз был с Дубровки в Шереметьево при промежуточной остановке на Таганке, время – часов шесть вечера буднего дня, в общем, час пик. Пассажир – высокий молодой человек горячей наружности. Такой, по которой сразу возникает впечатление, что его зовут Карен и он любит читать "Физику для любознательных". Да, именно пассажир. За рулём, соответственно, я. В те дни я менял работу и подумал: чем сидеть дома в промежутке между двумя удалёнками, кто мешает поехать покататься? Развлекусь, наберусь впечатлений, а когда будут звонить – при необходимости легко уйду с линии и приеду на собеседование в кратчайшие сроки. Так что закинул, как обычно делаю, два резюме – на специалиста и на руководителя, нашёл автопарк, берущий таксистов без опыта, и поехал получать удовольствие.
Первым делом пассажир достал телефон. Или, судя по тому, как он к нему относился, скорее ТЕЛЕФОН. Не знаю, что в нём было такого особенного, но вместо того, чтобы погрузиться в него, как многие делают, юноша всячески его крутил, лазил в настройки, запускал приложения и всё время ненавязчиво поворачивал экраном ко мне. Видимо, мне следовало увидеть что-то крутое и выразить подобающий восторг, но такие вещи до меня откровенно туго доходят – поэтому парень сломался и начал рассказывать. Про то, какой это замечательный телефон, как много у него памяти, сколько он всего умеет и прочее в том же духе, время от времени вставляя ремарки в духе "таксисту такой, к сожалению, не купить". Я мысленно пожимал плечами и время от времени односложно поддакивал.
На Таганке джентльмен попросил минут десять подождать и вышел из машины. Вернулся он с другим телефоном, в коробке. Распаковал, не забыв ненароком продемонстрировать мне сумму на чеке, включил, начал рассказывать, что этот телефон ещё лучше и почему именно, одновременно перекидывая с одного на другой какие-то видео, запуская их на обоих для сравнения качества картинки и выполняя уйму других подобных важных вещей. Когда тема телефонов окончательно исчерпала себя, он переключил свой монолог на предстоящий рейс и поведал, что едет в Шереметьево не просто так. На самом деле он улетает в Нью-Йорк. Почему именно туда – потому что в Нью-Йорке у него живёт дядя. А почему с единственной сумкой, почти без вещей – потому что он вовсе не собирается там жить, так, на пару дней потусоваться по клубам и потом назад – он часто так летает, благо есть возможность.
Именно в этот момент, на моё спасение, раздался звонок. Я не люблю и ленюсь возиться с гарнитурами, предпочитаю подключать телефон непосредственно к аудиосистеме автомобиля – так что стоило мне нажать кнопку на руле, как из всех динамиков машину заполнило чарующее контральто, создающее в голове картину узкой талии, декольтированной блузки и двух высших образований размера примерно так четвёртого каждое. Контральто спросило: "Александр Сергеевич, удобно ли Вам сейчас разговаривать?" – и продолжило: "Меня зовут Элеонора, я прочитала Ваше резюме и хотела бы спросить, когда Вам будет удобно подъехать в компанию Газпром-Траляля для собеседования на должность директора департамента?"
Это был первый и, надеюсь, последний в моей жизни случай, когда меня приглашали на должность директора департамента. Но не могу не признать: он произошёл просто идеально вовремя. За весь остаток поездки мы не обменялись ни словом.
|
1104
Скрипка-лиса
Пичка-п..да
Заключили с мужем договор. Когда вечером образуется свободное время, окучиваем друг друга по очереди культурным. Я его - сербским, он меня - своим любимым финским. Не совсем равноправно, сербские фильмы без перевода - они для прокачивания языковых навыков, в общем для пользы, а финские с оным - для укрепления семейных взаимоотношений, поскольку я, мягко говоря, не фанат финского кино, но должна как-то компенсировать мужу страдания. Зато сербские - не больше пятнадцати минут, дальше муж начинает смотреть мутными глазами в глупь себя, а финские я выношу целиком.
В общем, включили наконец Каурисмяки этого. Единственный финский режиссер, мне более-менее симпатичный. Устроились на диване, как сказали бы местные, - ушушкались - это когда уютно устраиваешься в подушках и одеялах, страшно люблю этот глагол. Разлили по бокалам вранац, потянулись к нарезанному сыру... Тут муж тревожно принюхался и сказал:
- Пахнет говном.
Я уже собралась поспорить, вспомнив как однажды в Питере мы компанией из пяти человек в бонтонном ресторане подозрительно присматривались друг к другу, учуяв схожий запах, и мысленно гадали - кто же обосрался. Только я одновременно еще и делала отсутствующий вид, поскольку утром, убегая экскурсить, уже на пороге обнаружила в ботинке кошачью какашку, и теперь решила, что недостаточно отмыла ботинок и все остальное. В конце концов оказалось, что пахнет свежим фондю.
Но на этот раз дело было явно не в фондю. Рассвирепев, выгнала во двор мирно ушушканного в кресле Пышкина. Депортировала из другого кресла в лазарет Сервантеса. Безрезультатно обыскала все углы и закоулки. Несло убийственно. Отодвинула диван. Обнаружила под ним возмущенного таким вторжением в его пространство большого кивсяка - существо мирное, но малосимпатичное, раньше я верещала, их встретив, потом привыкла. Принюхалась на всякий случай к фраппированному кивсяку - нет, явно не он. Мы растерянно бродили по квартире, поводя носами. Вдруг запах исчез, словно выключился.
И только через пару недель, когда под кухонной раковиной захрюкало, а вода в ней угрожающе поднялась вровень с краями, сообразили, в чем дело. Положение осложняли гости, которые вот-вот должны были появиться. Одной рукой муж, словно утопающий в челне, вычерпывал из раковины кастрюлей мутную воду, другой панически жестикулировал. Я философски жарила мясо и бормотала под нос:
- Осада, волны, как злые воры, лезут в окна... Гроба с размытого кладбища плывут по улицам...
На счастье гостей, стихийное бедствие удалось остановить, выключив посудомойку.
И вот наконец сегодня утром пришел сантехник с подручным, как их тут пышно называют - водоинсталятор, веселый пузатый черногорец лет пятидесяти, к тому же, как выяснилось, сосед. Ковырялись мужики долго, больше часа. Мы рядом занимались делами. Я проверяла, кто опять поругался в фейсбуке, муж разбирал накопившиеся бумаги. Периодически совал мне под нос непонятные сербские, вроде анализов котов из ветеринарки, и требовал вердикта. Я коротко отвечала, естественно по-русски:
- В печку!.. в печку!... И это в печку!
В конце концов мужики прочистили трубы и позвали принимать работу.
Смотрели они на меня как-то странно. Опасливо, что ли. Разговаривали исключительно вежливо. От кофе отказались, что тоже странно. И только потом, когда они ушли, до меня дошло. (Культурные люди, сейчас будет лексика.)
По-сербски пизда - пичка. "Пичка матерна" - это все знают. Только что приехавшего в Черногорию или Сербию русскоговорящего предупреждают, чтобы не просил в магазине спички, очень уж созвучно. Про печку почему-то ничего не говорят, хотя тоже созвучно. И вот картина. Сидит строгая баба за компьютером, не работает. Мужик ейный подносит ей бумаги для проверки. На что баба начальственно отзывается:
- В пичку! В пичку! И это в пичку!
То есть буквально по Довлатову, когда Лемкус на симпозиуме энергично подтверждал в своем углу слова американского докладчика:
- Факт!.. Факт!...
- Убежден, что Россия скоро встанет на путь демократизации и гуманизма!
- Факт!
Ну а несчастный американец, естественно, слышал многократное: "Фак!"
Татьяна Мэй©
|
|
1106
"Гаджеты моего детства"
"А мне прожить без музыки нельзя..." (Часть 1)
Всё-таки у меня выдалось счастливое, но наверное тяжёлое, по меркам нынешних детей, советское детство: из гаджетов были "волшебные экраны" (продаются до сих пор, только навороченные), этакий серебристый советский планшет с двумя ручками внизу, которые заставляли перемещаться по горизонтали и вертикали конус, прорисовывавший на покрытом серебряной пыльцой стекле линии, с помощью этого чуда можно было рисовать прямолинейные или криволинейно-корявые рисунки, а затем, встряхнув, стирать (со временем из "Волшебного экрана" начинал сыпаться серебристый порошок, загаживая всё вокруг). Телевизор у родителей я помню еще черно-белый, правда где-то в начале 80-х он сменился на модный тогда цветной "Радуга-719", и шок у меня был как у автолюбителя, купившего авто своей мечты, несмотря на всего две программы, показывающих в нашей почти сельской местности - ЦТ и Ленинградское телевидение. Про телек и видеомагнитофон есть отдельная история, если кто-то попросит продолжения, обязательно расскажу, а здесь я хотел бы рассказать о музыке. Нет, не так - Музыке.
Это сейчас любой школьник загрузит Спотифай, Дизер, СаундКлауд или на худой конец Яндекс Музыку и слушает там что захочет. А тогда это был квест. Заключался он в двух проблемах - что слушать и на чем слушать. И если со первой проблемой можно было как-то разобраться - у друзей были кассеты, то вторую мои родители долго решали совсем не так, как мне хотелось бы (покупкой какого-нибудь хотя бы монофонического магнитофона "Весна-202-1", которые были уже у многих моих друзей). Сначала им как истинным ценителям стереозвука захотелось и купилось проигрыватель виниловых пластинок с радио "Вега РЭ-301С" (Мама от кого-то из "знающих людей" услышала, что "Вега" - самая надежная и качественная техника). Пластинки, конечно, были тоже хороши, но выбор музыки на них был довольно ограничен, например, из советской рок-музыки у нас было ничего не найти, зарубежной эстрады - пара исполнителей. Сегодня кажется смешным, если вспомнить как я врубал на весь дом с трудом купленный пласт "Модерн Токинг" "Поговорим о любви", где названия песен были переведены на русский - "Милая, милая леди", "Ты мое сердце, ты моя душа", "Тебе повезет, если ты захочешь". Кроме них, были "Рикки э Повери", Антонов, Леонтьев и еще какие-то уважаемые люди советской эстрады, а также песни 60-х, молодости родителей, к которым у меня, увы, не лежала душа. Хорошо было старшему брату - он женился и, пожив какое-то время с нами, уехал в другой город, где получил однушку и на заработанные деньги купил аж магнитофонную приставку "Маяк-233 стерео"! А я, не зарабатывающий ещё в силу советских законов, запрещающих эксплуатацию детского труда, начал клянчить у родителей магнитофон.
"Покупать что попало не будем" - отрезала Мама, и это прозвучало как приговор. В городке, где мы жили, был один-единственный магазин "Радиотовары", где время от времени "выбрасывали дефицит" (советское выражение) в виде магнитофонов "Иж-303" (он исчезал из продажи в течение часа-двух) и даже заветной (с точки зрения моего хотения и согласия Мамы) магнитолы "Вега РМ-235С-1". Увы, их приходило всего несколько штук и когда мы с Мамой радостно мчали вечером в магазин, там уже либо не было ничего, либо лежал одинокий неисправный экземпляр. "Берите!" - сказал нам продавец. - "Другие еще нескоро будут, а этот вы отнесете в ремонт, там всего-то лентопротяжный механизм полетел, и будете слушать!" (хотел уж написать - "и заговорщически подмигнул мне", но это было б слишком похоже на "Денискины рассказы"). Мама хмурилась и отказывалась. И от "Ижа", и от "Веги". Я уходил с ней из магазина 2 раза почти в слезах. Хорошо, что был друг Кириллка, к которому я ходил слушать его "Весну". Он искренне удивлялся, почему в моей обеспеченной семье мне не могут купить "мафон", а в его безотцовской мама накопила и купили. Я тоже удивлялся, но стиснув зубы, терпел такую несправедливость (только сейчас я понимаю Маму, ей вовсе не денег было жалко, она просто была впечатлительный человек и, наслушавшись дурных советов бабок-соседок, не хотела, чтоб слушание "мафона" засосало меня, плюс штампы советских фильмов про стиляг, которые целыми днями валяются забыв про всё и слушают "запрещенку"...)
По утрам я старался делать зарядку под телевизор, где музыку худо-бедно включали (сейчас меня, наоборот, громкие звуки утром раздражают). Но и там предательски вылезала советская реклама новой модели магнитофона, или даже электрофона - проигрывателя пластинок с магнитофоном в одном корпусе, и это была, конечно же, "Вега-119 стерео"... Его рекламировали по ЦТ сама Алла Пугачёва вместе с Владимиром Кузьминым, исполняя песню "Две звезды".
Мои страдания закончились в 1989 году - Папа поехал по работе в Финляндию и привёз оттуда двухкассетный китайский магнитофон "Ориго". Моему счастью не было предела, таких "мафонов" не было ни у кого.
(Продолжение следует)
|
|
1107
Кухня анестезиолога.
Сколько себя помню — всегда любил готовить, с детства.
Присматривался, помогал по кухне и отцу и матери, какие-то навыки просто вошли в рефлексы.
Вторая волна интереса к кулинарии возникла уже в зрелом возрасте.
Овдовев, я сначала с трудом готовил самые простые блюда, потихоньку подобрался и к таким более сложным вещам типа форшмака, оливье, селёдки под шубой, винегрета, холодца, щей, плова, котлет с пюрешкой и шашлыка, куда без него.
Любопытно, что аборигены потихоньку начали привыкать к советской кухне — пошло всё на «ура», ну, почти всё — селёдка пряного посола вызывала сильное недоумение…
Надо также сказать, что среди моих коллег есть и повара куда покруче меня. Так, невропатолог работал поваром в ресторанах мишленовского уровня во Франции. Или вот, скажем, мой приятель и сосед, известный вам по предыдущим историям Джин — дамский мастер. Так вот, он основательно и упорно решил изучить высокую кухню — что у него получилось весьма и весьма неплохо.
Готовим мы по очереди: я готовлю советские блюда, он — французские блюда с наворотами и пылающими коньяком сковородками… или итальянские, паста с креветками у него просто гениальная.
Будучи реально въедливым — он не стеснялся просить поделиться секретами рецепта в ресторане, очень по-свойски общался с поварами и даже несколько раз раскошелился на единственный стол для гостей прямо в кухне, где вся эта дисциплинированная магия приготовления шедевра происходит на ваших глазах.
Что подало мне идею пригласить вас на кухню анестезиолога.
Анестезиология, кстати, в чём-то похожа на кулинарию — есть ингредиенты и там и там.
Нужно качественно их смешать, в правильных пропорциях, и получить нечто другое, отличное от компонентов.
Так что моя шутка» О, моя кулинарная книга!» при виде моих же старых протоколов наркоза для этого пациента, где всё детально описано — просто следуй выверенному временем рецепту — не совсем шутка, я действительно держу в руках инструкции по приготовлению своего наркозного супчика…
Ну, а повторные наркозы в небольшом городке после четверти века практики — события очень вероятные.
И, напоследок — дисклеймер: я анестезиолог весьма обычный, не элитный, далеко не Мишленовского уровня. Что понятно: элитный анестезиолог обычно работает в многопрофильной больнице, чаще всего университетской. Такие ребята обычно моложе меня и потратили раза в два больше времени в тренировочных программах по узкой специализации.
Итак, кухня анестезиолога.
Первая стадия приготовления к наркозу: поставить венку, смерить показатели, проверить лабораторные данные, все легальные бумаги. И, главное, успокоить пациента.
Люди разные, кто больше беспокоится кто меньше — но тревожно любому. Обычная рутина — ставим венки, метим, проверяем консенты и даём успокоительное, в венку.
А вот что делать, если венки нету, а пациент паникует?
Паника — это горная лавина, сначала еле заметная, но быстро набирающая обороты, гасить её надо в зародыше.
Без вены?!? Вот тут и пригождается мой небольшой секрет — успокоительное я даю под язык, как нитроглицерин, вместо « здрасьте «. Такую же тактику я применяю и для падающих в обморок при виде иглы, таких немало.
В двух случаях сурового посттравматического синдрома — я встречал их на паркинге и давал им таблетки под язык, а уж потом мы шли в госпиталь. И это после нескольких отказов от операции и бегства домой…
Помогает ли?
Тут всё вместе: меня принимают всерьёз, меня не считают уродом, бородатый седой хрыч дал мне успокаивающее и, похоже, оно работает… да и хрыч рядом, смешной такой Санта Клаус с акцентом, поставил венку — я и не заметила…
Разгадка тут простая — я их чувствую, даже не глядя, со спины — бедолаг, изглоданных страхом и паникой.
И медсестры, заметив эту странность, почти всегда зовут меня на такие ситуации. Или записывают их за мной, заранее.
А вот и история.
Женщина, с взрослым сыном, в предоперационной, очень тревожная, в холодном поту, низкое давление и снижением сердечного ритма, на пороге обморока, венки, естественно, нет.
Дёрнули меня, я прибежал, таблетки под язык, ноги вверх, голова вниз, тёплые одеяла, ждём… ожила, этот гнусный холодный пот исчез, пульс и давление поднялись, паника закончилась, ставим венку и уже совершенно спокойно готовимся к операции.
Выясняется: здоровье у пациентки неплохое, аллергий нет, единственный предмет уже моего беспокойства — тяжёлые изжоги, по несколько раз в день, особенно во время сна.
Изжога — враг анестезиолога, объясняю ей наглядно: желудок и лёгкие — далеко не друзья, ничего желудочного легким не надо, даже небольшая аспирация желудочной кислоты вызывает тяжёлые последствия.
Приношу медикамент, нейтрализующий кислоту, стопка отвратительной гадости( пробовал сам, знаю) — пить нужно залпом, опрокинув стопку, в один глоток.
Приняла.
И тут же наградила меня шуткой!
Обращаясь к сыну, взрослому мужчине, отлично воспитанному, чувствуется хорошая крепкая семья:
— Данила, ты ждал этого дня 26 лет.. чтобы увидеть свою маму глотающую колёса и пьющую стопку залпом… так вот, сын, это всё — между нами тремя, ясно?
Сын жестом затянул молнию поперёк рта, типа — буду нем как рыба.
Я же уверил пациентку — всё, что случается в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе.
Бреду за её носилками и думаю — благословенны будьте, ребята-фармакологи, давшие нам такое мощное оружие, благодарю вас от лица всех моих пациентов. Судите сами: две маленькие таблеточки и полуобморочная паника задавлена в зародыше, пациент едет в операционную, улыбается и шутит.
Спокойный пациент, улыбающийся пациент — это бонус, совершенно необязательный.
Но, чёрт меня побери — это мой самый любимый бонус!
Взять на себя беспокойство и страх, отняв их у пациента — как по мне — это то, для чего я был создан.
Michael [email protected]
|
|