Анекдоты про доживала |
Преподаватель на экзамене: - Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова? - Я могу только предположить... - Попробуйте. - Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло, и разлила его... - Постойте, я только валидол под язык положу...
|
Преподаватель на экзамене: - Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова? - Я могу только предположить... - Попробуйте. - Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло, и разлила его... - Постойте, я только валидол под язык положу...
|
|
Сумасшедшие русские кошки!
- А ну не смей! – услышал за своей спиной соседский пацан, Женька Чупакин, когда попытался пнуть бездомную кошку, сидевшую на солнышке зажмурив от удовольствия глаза.
Эту рыжую жительницу подвала иногда подкармливали сердобольные старушки из подъезда.
Нога, занесённая для удара, зависла в воздухе. Голос за спиной прозвучал твёрдо с намёком на последствия, если посмеет ослушаться.
Как–то сразу пропало желание показывать дружкам, таким же пятиклашкам, как и сам, какой он крутой.
Женька медленно оглянулся, как нашкодивший щенок.
Сзади стоял крепкий мужчина в военной форме.
- А я что? Я ничего. Нога просто затекла, разминал. А вы, наверное, подумали, что хотел кошку обидеть? Нет, я бы никогда, - мямля, под почти нескрываемые улыбки своих дружков, оправдывался мальчишка.
- А ну-ка, мелюзга, присядьте на скамейку, - командным голосом произнёс незнакомец.
Парнишки помялись с ноги на ногу, но сели, переглядываясь, будто спрашивая друг у друга:
- Чего этому мужику надо?
- Да не бойтесь, расскажу вам одну историю и отпущу восвояси. Готовы слушать?
Дети не в такт закивали.
- Случилось это во время второй мировой войны, глубокой осенью, когда уже первый снег выпал и морозно было по ночам, - начал без лишних предисловий военный. – Забросили в одну из таких ночей наших разведчиков на захваченную фашистами местность, узнать остались ли люди в деревне или можно шквальным огнём разнести противника в пух и прах, не переживая за мирное население.
Деревня та была большой, до революции даже мельница своя имелась, только поодаль, в лесу. Потом мельничку бросили, стали муку коллективно в райцентре молоть, дорога к ней успела ещё до войны деревьями и бурьяном зарасти.
Так вот, не повезло нашим парням, заметили их фашисты, стрелять по парашютам стали. Одного из них основательно зацепило. Отнесло ветром разведчиков туда, где у реки та мельница полуразвалившаяся свой век доживала. Дорога к ней через лес шла, на мотоциклах проехать немцам бы не удалось. Ночью бродить по лесу они побаивались, решили утром искать, понимали, что раненные парашютисты далеко не уйдут.
Парни кое-как из запутавшихся на деревьях строп выбрались. А идти куда? Кругом темно, лес, холод, снег идёт. Огня тоже не развести, сразу заметят.
Вот и отправились они к почти разрушенной старой мельнице, которую случайно обнаружили.
Тот, что раненный, идти не мог, его товарищ на себе внутрь затащил. Хоть не под открытым небом на морозе, а под крышей переночевать. Мельница-та накренилась набок с того времени, как её бросили, частью крыши в землю вросла, а всё же держалась.
Надо сказать, что раньше люди суеверные были, считали, что в таких местах нечисть водится, черти там всякие, упыри, живут колдуны. Только другого укрытия не было.
Забрались ребята внутрь и, осмотревшись, чуть не закричали от страха. Из темноты глядели на них пар сорок, а может и больше, светящихся глаз.
Схватившись за фонарик, посветил один из парней в сторону страшных существ, и замер от неожиданности.
В углу, сбившись в один лохматый ковёр, греясь друг о друга, сидели обычные домашние кошки.
Как оказалось, фашисты ещё летом сожгли почти все дома в деревне вместе с жителями, оставили для себя клуб, да пару хат рядом с ним, где ждали подхода своих частей, так кошки, в один момент оказались бездомными и осиротели. Они ушли подальше от страшных людей, говоривших на незнакомом языке, сбились в стаю. Крыша над головой нашлась, а пропитание и раньше часто добывали самостоятельно, не городские всё-таки, не балованные. В лесу хватало птицы, возле речки водились лягушки, а в воде плескалась рыба, которую кошки приспособились ловить. Прежде на мельнице крысы имелись, пушистые охотницы передавили и их, а те из кошачьей братии, кто покрупнее, даже зайцев ловить умудрялись.
Солдаты тихонько заговорили друг с другом, удивляясь увиденному, и тут случилось чудо. Кошки обрадовались, словно дети, услышав родную речь. Они подошли ближе, обступили ребят, мурлыкая и громко тарахтя, а потом легли вокруг, прижавшись к ним, и грели всю ночь.
Утром нагрянули немцы. Они тоже набрели на мельницу, хоть до этого не знали о её существовании.
Кошки насторожились и зашипели. Парни в спешке зарылись под какие-то обломки и старые листья, нанесённые внутрь за много лет осенними ветрами.
Ночью выпал снег, и фашисты не смогли обнаружить следов, собак при них тоже, к счастью, не было. Само собой, заинтересовались, нет ли в старой мельнице тех, кого они ищут.
Когда двое солдат, почти на четвереньках пробрались под свалившуюся на бок крышу, они не успели толком ничего рассмотреть в темноте. Громко крича фашисты выскочили наружу с кошками, висящими на них орущими гроздьями.
Животные, услышав ненавистную им речь, бросились на убийц своих хозяев. Они царапали захватчикам лица, в горящих глазах их светилась дикая ненависть.
Отшвырнув бешеных зверей, исцарапанные в кровь фашисты в упор расстреляли всех, кого с себя стряхнули, объявив своим, что внутри людей нет, потому что никто не выживет среди этих одержимых демонами сумасшедших русских кошек. Наверное, отношение к заброшенным мельницам и у немцев связано с мистикой. Как бы там ни было, они ушли. А наш разведчик, который не был ранен, пробрался ночью в деревню. Потом вернулся и передал своим по рации, что кроме фашистов там никого нет.
Если бы не храбрые кошки, наши ребята тогда погибли бы.
Позже их подобрали наступающие советские войска.
Раненный боец поправился и рассказал эту историю после войны своему сыну, а тот, когда вырос, своему сыну.
Мужчина, секунду помолчав, добавил:
- А не верить своим отцу и деду я не имею права, они меня никогда не обманывали.
Больше он ничего не сказал, не стал читать нотаций, объяснять, что такое хорошо, а что плохо…
Молча встал и ушёл, оставив на скамейке ошеломлённых его историей детей.
Теперь мальчишки смотрели на дворовую котейку совершенно иначе. С какой-то гордостью и благодарностью, что ли, будто она лично принимала участие в спасении тех разведчиков.
Соседские старушки очень удивились, когда увидели на следующее утро, как главный хулиган их двора, Женька Чупакин, вынес сидящей возле подъезда кошке кусок колбасы и задумчиво смотрел, как она ест, а потом погладил благодарную Мурку и отправился в школу.
Лана Лэнц
|
|
Преподаватель на экзамене:
Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова?
Я могу только предположить...
Попробуйте.
Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд.
Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших.
Однажды она купила масло, и разлила его...
Постойте, я только валидол под язык положу...
|
|
#16 04/11/2020 - 01:29. Автор: vаl000. -. Преподаватель на экзамене: - Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова? - Я могу только предположить... - Попробуйте. - Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло, и разлила его... - Постойте, я только валидол под язык положу... 0. "тихо доживала свой век" - Не пляшет. Помянутая Аннушка, как мы помним: "Кроме того и более всего было известно, что где бы ни находилась или ни появлялась она тотчас же в этом месте начинался скандал, и кроме того, что она носила прозвище « Чума»."
|
|
Преподаватель на экзамене: - Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова? - Я могу только предположить... - Попробуйте. - Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло, и разлила его...
|
|
Преподаватель на экзамене: Как Лев Толстой повлиял на творчество Михаила Булгакова? Я могу только предположить... Попробуйте. Ну, например, Анна Каренина в реальной жизни не бросилась под поезд. Чуть тронувшаяся умом, забытая всеми, она пережила все войны и революции, и тихо доживала свой век в коммунальной квартире недалеко от Патриарших. Однажды она купила масло, не только купила, но и разлила его... Постойте, я только валидол под язык положу...
|
|
Эта корова устроила в Польше настоящий голливудский побег - рванула из машины, ехавшей на бойню, пробила ограду, сломала руку фермеру, который пытался ее поймать, и… нырнула в озеро Ныса.
Переплыла на остров и заявила: «На котлеты я не подписывалась!».
Хозяин пытался ее поймать целую неделю. Привлекали даже пожарных и ветеринара, но стоило подойти к воде, как корова уплывала на другой берег.
В итоге фермер просто перестал ее преследовать и начал доставлять ей на лодке еду.
Польский политик Павел Кукиз восхитился стойкостью коровы и написал, что если бы все граждане были такими же решительными, страна давно стала бы процветающей.
А еще выкупил корову, чтобы она спокойно доживала свой век.
Кстати, это не единственная беглянка.
В Голландии корова Гермиен сбежала в лес, где пряталась шесть недель, пока местные жители не собрали средства и не отправили ее в заповедник.
Мы думали, что мир изменят политики, философы и изобретатели.
Но, похоже, это сделают коровы.
|
|
К 1794 году Речь Посполитая, когда-то державшая в страхе пол-Европы, доживала последние дни. Страну уже дважды «делили» соседи — Россия, Пруссия и Австрия. Естественно, полякам это не нравилось. Весной 1794 года вспыхнуло восстание. Во главе встал Тадеуш Костюшко — идейный парень, герой американской Войны за независимость, приехавший нести свободу на родную землю. И началось оно грязно.
В апреле 1794 года в Варшаве произошла так называемая «Варшавская заутреня». Ранним утром повстанцы напали на разрозненные отряды русского гарнизона. Солдаты, многие из которых были без оружия и шли в церковь, совершенно не ожидали нападения и были вырезаны. Убивали их страшно, выкалывали глаза, вспарывали животы. Погибло, по разным оценкам, от 2 до 4 тысяч русских. Командующий, генерал Игельстрём, спасся чудом — его вывезла в своей карете любовница.
Восстание разгорелось, начало расползаться все шире и шире. Екатерина II, недовольная тем, как генералы ведут дело, решила, что «полумеры» — это дорого и долго. Нужен был человек, который умел решать проблемы быстро и окончательно. И тогда вызвали Александра Васильевича Суворова.
Суворов не стал размениваться на мелочи. Двигаясь к Варшаве, он по пути разбил несколько польских корпусов. Ключевой момент — пленение самого Костюшко под Мацеёвицами — произошел еще до его подхода, но именно Суворову предстояло поставить точку.
Этой точкой была Прага. Не та, что в Чехии, а весьма мрачное, хорошо укрепленное предместье Варшавы на правом берегу Вислы. Поляки все лето превращали ее в крепость: валы, бастионы, волчьи ямы, больше 100 орудий. Прага была ключом к Варшаве, и защитников там хватало — по разным оценкам, до 20 тысяч человек, включая ополченцев, вооруженных косами (косиньеров).
Суворов, подойдя с 25-тысячной армией, не стал начинать долгую осаду. Уже недолго оставалось до зимы, нужно было или заканчивать быстрее, или оставлять на следующий год. И он решил всё одним ударом. Перед штурмом он издал приказ, который четко разделял его намерения и то, что случилось потом. Приказ гласил: «Идти в тишине... В дома не забегать, просящих пощады — щадить, безоружных не убивать, с бабами не воевать, малолетков не трогать».
В 5 утра 4 ноября 1794 года семь колонн русской пехоты в полной тишине пошли на штурм. Солдат, помнивших о «Варшавской заутрене», гнала вперед ярость и благородная жажда мести. Участник штурма фон Клуген вспоминал: «В жизни моей я был два раза в аду — на штурме Измаила и на штурме Праги… Страшно вспомнить!»
Укрепления, которые должны были держаться неделями, взяли за пару часов. Русские, ворвавшиеся в Прагу, мстили. Принцип XVIII века «возьмёшь крепость — всё твоё» сработал на полную. Как только линия обороны рухнула, начался хаос уличных боев. Солдаты врывались в дома, откуда по ним стреляли, и мстили. Приказ Суворова «не трогать безоружных» утонул в грохоте выстрелов и криках. Александр Васильевич даже приказал поджечь мост на Висле, чтобы его собственные солдаты, вымещавшие сейчас все обиды разом, не перенесли резню в саму Варшаву.
К 9 утра все было кончено. Увидев дымящиеся руины и тысячи трупов, Варшава потеряла всякую волю к сопротивлению. На следующий день магистрат города вынес Суворову ключи от столицы. Суворов в реляции отчитался о 13 тысячах убитых поляков и 12 тысячах пленных. Собственные потери — около 1500 человек. Он отправил Екатерине II, пожалуй, самый короткий и знаменитый отчет в истории: «Ура! Варшава наша!» На что императрица ответила не менее лаконично: «Ура, фельдмаршал!»
Так, одним стремительным и кровавым штурмом, Суворов подавил восстание, закончил войну и решил судьбу Польши. Через год состоялся Третий раздел, и Речь Посполитая исчезла с карты мира на 123 года. Самого же Суворова за Прагу в Европе прозвали варваром, но правда здесь в том, что в сложившейся ситуации он решил дело наименее жестоким способом из возможных.
|
|
