Результатов: 53

51

Про гайцев.
Где-то с месяц назад еду в аэропорт, на трассе есть одно место, где почти всегда дежурят эти веселые ребята со спидганом. Еду не быстро, но и не ползу, так, километров 100-105 (на 110 начинает зуммер пиликать, а это напрягает. А поломать его лень). Не боюсь: у меня хороший радар-детектор. И на тебе: Р/Д только пискнул, как из кустов вылетает гаец со спидганом, радостный такой, фафа-ляля, 102 км, штраф сколько-то рэ. И давай, говорит, документы. Ну на, говорю. Только и ты свои покажи. Он такой слегка офигевший: а тебе какие? А на радар, говорю. Если кто не в теме: радар должен не реже одного раза в год проходить поверку в органах стандартизации и метрологии, о чём выдаётся свидетельство о поверке (метрологический сертификат). О чём я и поведал гайцу. Он аж скривился: грамотный говорит, да? А вот и есть у меня сертификат, говорит! И торжественно достаёт из дипломата КСЕРОКОПИЮ того самого сертификата. Ага, говорю, а вот если бы я тебе ксерокопию прав или техпаспорта показал, чтобы ты со мной сделал? Короче, ещё немного попрепирались, и гайцу пришлось меня отпустить.
Сегодня ехал в аэропорт - ситуация один-в-один. И тот же гаец. Мы даже узнали друг друга. Ну, всё, говорит, сегодня не отвертишься. Вот он, сертификат, ОРИГИНАЛ! Что ж, говорю, сегодня твой праздник. Только давай я твой оригинал всё ж-таки почитаю, номера там сверю, и всё такое. Выдрючиваюсь, короче. И не зря, как оказалось. Слышь, друг, говорю, он у тебя по 21 сентября действителен. А сегодня уже 23! Вы бы видели его глаза...

52

В мае 1980 года трое будущих выпускников средней школы №31, в числе которых был и я, решили устроить небольшой пикник на природе. Моя задача была проста - принести выпивку: на тот момент мне уже исполнилось восемнадцать, и проблем с покупкой алкоголя у меня уже не возникало. В годы нашей юности водку мы старались обходить стороной, предпочитая более «цивилизованные» напитки. Поэтому я взял каждому по бутылке вина - марка его давно стёрлась из памяти.

Со мной были Влад и Витёк. Не помню уже, как распределялись их обязанности, но знаю, что Витёк прихватил всю посуду и даже кухонный нож, так что с инвентарём проблем не возникло. На чьи плечи легли тогда расходы на мясо для шашлыка - история умалчивает, да впрочем, теперь это уже не важно.

От остановки транспорта до заранее оговорённого места нам предстояло пройти всего шесть-семь километров. Воодушевлённые предстоящим весельем, преодолели мы это расстояние быстро и играючи. Всё шло по классическому сценарию: речка, лес, множество сухих дров для костра и идеального шашлыка. В тот день для нас всё сложилось как нельзя лучше.

Но у любой прогулки есть еще и обратная дорога. Есть одна деталь, о которой я чуть не забыл упомянуть: перед возвращением нам предстояло пересечь мост через речную протоку - мост этот как бы служил своеобразной границей между загородом и городом; с одной стороны - природа, с другой - городские атрибуты. Пешеходная дорожка на мосту была довольно-таки узкой, поэтому мы шли колонной: впереди - Влад с Витьком, а я плёлся позади, изнывая от жары и лёгкого похмелья. До автобусной остановки оставался всего километр.

И вот, только мы ступили на мост, как навстречу нам появилась ещё одна троица парней примерно нашего же возраста. По мере их приближения я вдруг понял, что хотя бы одного из них я точно встречал где-то в нашем районе, хоть и не знал его имени - просто знакомое лицо. Наверное, он учился в одной из соседних школ.

Посередине моста наши небольшие компании встретились. Трое из них, выстроившись в ряд, перегородили нам путь. Витёк, недолго думая, залез в сумку рукой и и вынул оттуда кухонный нож, тем самым демонстрируя, что мы не намерены отступать. Я тогда оттолкнул Влада назад и влез между компаниями, решив взять на себя роль дипломата: «Мужики, мы вас не трогали - давайте разойдёмся мирно». Наши «противники», заметив нож и оценив расклад, растерялись и, недоумевая, уступили дорогу, дав нам возможность беспрепятственно пройти.

Уже на выходе с моста я поделился с ребятами, что средний из тех троих показался мне знакомым. Влад тут же развеял все сомнения: «Так это же Арсен из 61-й школы!». Я, все еще под впечатлением, спросил Витька: «Ты серьёзно мог бы пырнуть ножом?». А Витёк, как всегда, был прямолинеен: «А что тут такого? Они же первые до нас докопались».

УК РФ унаследовал из советского УК ряд статей, защищающих гопников. О превышении необходимой самообороны в частности сказано в статье 114 УК РФ, где предусмотрено наказание за осуществление действий, повлёкших тяжкие телесные повреждения. Само собой разумеется, что такие законы могли придумать только уголовники, которым такое поведение не чуждо. Хотя юристы тут наверное могут меня подправить, что вышеописанная история на официальном уровне едва ли была бы интерпретирована, как самооборона, хотя по своей сути она была как раз такова.

Ну, а всем законопослушным гражданам от всей души желаю не оказываться в таких ситуациях, когда за самозащиту можно обрести весьма продолжительное лишение свободы.

53

Лето 1962 года должно было стать прорывным для подающего надежды актера Андрея Миронова. Несмотря на юный возраст — всего 21 год — за его плечами было уже три эпизодические роли, однако широкой известности они не принесли. Поэтому приглашение на пробы от режиссера Генриха Оганесяна молодой артист воспринял как серьезный шанс.

Предстоящие съемки комедии по пьесе Сергея Михалкова «Дикари» сулили всесоюзный успех, и упускать такую возможность Миронов не хотел. Он сразу выехал в Ригу. Пробы на киностудии прошли более чем удачно, и Андрей получил роль ветеринара Ромы Любешкина.

Фильм, впоследствии получивший название «Три плюс два», задумывался камерным, поэтому актерский состав был небольшим. Партнерами Миронова по съемочной площадке стали Геннадий Нилов, сыгравший вечно недовольного инженера Сундукова, Наталья Кустинская в образе киноактрисы Наташи и Евгений Жариков в роли молодого дипломата Вадима.

Но главной звездой картины была другая актриса. В отличие от Миронова, 28-летней Наталье Фатеевой, уже снявшейся в таких известных фильмах, как «Дело "пестрых"», «Есть такой парень» и «Битва в пути», пробы проходить не пришлось. Режиссер Оганесян сам уговаривал ее сыграть роль самолюбивой и строгой циркачки Зои Павловны. После некоторых раздумий Фатеева дала согласие.

Известная своей принципиальностью и пониманием собственной ценности, актриса даже не приехала на студию в Ригу, пообещав присоединиться к группе непосредственно на месте съемок. Многие в коллективе знали, что Наталья недавно рассталась с актером и режиссером Владимиром Басовым, и некоторые мужчины из съемочной группы втайне надеялись, что звезда может обратить на кого-то из них свое благосклонное внимание.

Участие в этой легкой, "туристической" комедии Наталья воспринимала как своеобразное лечение после непростого расставания. Тем более что съемки должны были развернуться на крымском побережье.

В августе съемочная группа отправилась из Риги в Крым. К пятнадцатому числу они добрались до Зеленой бухты близ поселка Новый Свет и практически сразу приступили к работе.

Оганесян снимал очень динамично. Уже 16 августа были готовы первые эпизоды с участием исключительно мужского состава.

Спустя несколько дней к группе присоединилась утвержденная еще по московским пробам Наталья Кустинская, а затем приехала и Наталья Фатеева.

Андрей Миронов и Евгений Жариков немедленно начали оказывать знаки внимания прибывшим красавицам, причем их симпатии соответствовали сюжету фильма: Миронов был очарован Фатеевой, а Жариков — Кустинской.

Если Кустинская, зная о женатом положении Жарикова, сразу и довольно резко пресекла его ухаживания, то Наталья, хоть и держалась с Мироновым сдержанно и формально, все же позволила ему стать своим верным «оруженосцем».

Восхищенное внимание молодого коллеги, его искреннее желание угодить, ласкало самолюбие Натальи и отвлекало от тягостных воспоминаний.

Жариков лишь посмеивался, предрекая Миронову неминуемый провал. И было понятно почему: начинающий актер, "маменькин сынок", не имевший ни московской квартиры, ни прочного театрального положения, ни солидной фильмографии, казался неоперившимся птенцом в сравнении с Владимиром Басовым.

Однако Миронов не сдавался. Он настойчиво оказывал Наталье знаки внимания. Во время пляжных съемок вовремя подавал крем от загара, держал над ней зонтик, бегал за мелкими покупками.

В гостинице, где разместилась группа, Андрей почти каждый вечер приглашал актрису на прогулку. Фатеева заставляла подолгу ждать, Миронов ревновал ее к другим мужчинам, умолял стать его женой. Наталья лишь смеялась над пылким юношей, но с каждым разом отталкивала его все менее решительно. Позже актриса вспоминала:

«С Андреем мы очень подружились. Он был именно хорошим другом, были долгие и теплые отношения, после тяжелого разрыва с Басовым он мою душу очень отогрел. Вот Андрюша, хоть и не имел такого богатства, опыта душевного, – с ним было очень хорошо, он интеллигент настоящий, прекрасный сын своих родителей, я ему за многое благодарна…».

Однажды после вечерней прогулки Наталья пригласила Андрея к себе в номер. Тот ощущал себя на вершине блаженства. Оставшуюся часть съемочного периода Миронов и Фатеева провели вместе.

Их жизнь напоминала семейный быт: они вместе ходили за продуктами, сообща оплачивали проживание.

Но сказочное крымское лето подошло к концу. Съемочная группа разъехалась. Кустинская и Нилов отправились в Ленинград; Миронов, Жариков и Фатеева вернулись в Москву.

Андрей испытывал тайный страх, что их связь останется лишь мимолетным курортным увлечением, однако этого не произошло. В столице они продолжили встречаться. Миронов водил свою избранницу в рестораны и кино, всем своим видом будто заявляя: «Смотрите, со мной — сама Фатеева!».

3 июля 1963 года на экраны страны вышла солнечная, летняя комедия «Три плюс два». Фильм имел оглушительный успех: у кинотеатров выстраивались длинные очереди.

Миронов в одночасье стал узнаваемым актером, а критики предрекали ему блистательную карьеру. Окрыленный Андрей вновь предложил Наталье выйти за него замуж, и на этот раз получил согласие.

Миронов испытывал неподдельное счастье. Наконец он решился представить свою будущую жену матери.

Мама занимала главное место в жизни Андрея. Заслуженная артистка РСФСР, яркая комедийная актриса Мария Владимировна Миронова, была настоящей легендой и, конечно, считала себя несравнимо большей величиной, чем Фатеева.

Одно лишь известие о том, что сын намерен жениться на женщине на семь лет старше его, да еще и с ребенком, стало для Марии Владимировны потрясением. Тем не менее, она согласилась принять Наталью на своей даче.

В один из погожих июльских дней 1963 года Миронов привез Фатееву с ее трехлетним сыном Володей на дачу к родителям.

Поначалу все шло хорошо. Мария Владимировна достойно встретила гостей, вежливо и доброжелательно общалась с Натальей.

Но все неожиданно испортил Вова, сын Фатеевой. Мальчик, набегавшись в саду, вернулся в гостиную и простодушно крикнул:

- Мама, это что, будет наша дача?

Мария Владимировна сурово нахмурилась. Фатеева густо покраснела, а Андрей попытался разрядить обстановку шуткой.

Несмотря на то, что слова принадлежали несмышленому малышу, для матери Миронова они стали роковыми.

После отъезда гостей Мария Владимировна заявила сыну, что никогда не одобрит его брак с «этой женщиной», на которой "клейма негде ставить".

Андрей был очень зависим от матери, и уже 26 июля он отправил возлюбленной из Горького письмо с сообщением о расставании.

В гостиничном номере, где актер писал роковые строки, находился его брат Кирилл Ласкари. Позже он вспоминал, что слезы буквально застилали Андрею глаза и мешали выводить буквы.

Брак Миронова и Фатеевой так и не состоялся, а со временем угасли и их чувства: оба вступили в новые отношения. Но памятью о том ярком романе навсегда остался фильм «Три плюс два» — одна из самых солнечных и жизнеутверждающих комедий в истории отечественного кинематографа…

Из сети

12