Анекдоты про деревни
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 605

601

Как-то здесь был небольшой диспут про ситуацию с супружескими изменами в разных странах. Тема интересная, вот и я тут, спустя время, вспомнил, что читал на эту тему интересное наблюдение в «Письмах из деревни» Александра Николаевича Энгельгардта.
Я про эти письма уже писал, но там материал неисчерпаемый про жизнь русской деревни XIX-го века, вот и на тему семейных отношений нашлось.
Как-то знакомый мужик рассказал Александру Николаевичу, что в деревне состоялся суд. Суд, надо понимать, был товарищеский, без участия официальных лиц.
Причина следующая: Василий, местный житель, избил чуть не до смерти Хворосью, жену Ефёра, тоже местного жителя.
Причина: Хворосью застукали за изменой с Петром, крестьянином из чужой деревни, который здесь работал на мельнице (трудовой мигрант). А мужики смотрят за бабами своей деревни, чтобы не баловались с чужими ребятами; со своими однодеревенцами ничего — это дело мужа, а с чужими – не смей!
Вот Хворосью с Петром и подловили.
Но Петра лишь обсмеяли. А вот Василий на Хворосью взбеленился! Избил её поленом, так, что на печке лежит, повернуться не может.
Спрашивается: причём тут Василий, и как ко всему этому отнёсся Ефёр, муж Хворосьи? А Ефёру пофиг, потому что Пётр его водкой поил. А Василий, любовник Хворосьи, такой измены пережить не мог. Вот и избил.
В итоге его судили. Баба, это же не просто жена, — это трудовая единица. А если она на печке лежит, какая от неё польза? В итоге суд присудил, чтобы Василий Ефёру десять рублей заплатил, работницу к Ефёру поставил, пока Хворосья оправится, а миру за суд поставил полведра водки.
Водку, как рассказал свидетель, тут же и выпили.
Александр Николаевич Энгельгардт, как приезжий интеллигент, спросил только: «А что ж Хворосья?»
На что получил ответ:
«Ничего, на печке лежит, охает»

602

Финнэйром мы с Димасом летаем очень давно. В начале двухтысячных, когда всё только начиналось, мы все были сильно моложе - и я, и Дима, и финский президент Александр Стубб, который президентом еще не был, зато писал колонки для финнэйровского бортового журнала Blue wings.
Писал он что попало - как не злоупотреблять PowerPoint на презентациях, как кормить детей здоровой едой, как финны выиграли звание самой лучшей страны для жизни - это были в чистом виде посты в Фейсбуке, но в то время люди в массе своей еще не стали принудительно авторами цифрового контента и читать такое было весело.
И вот однажды Александр Стубб написал про sustainability, про экологическую ответственность. Это тоже было свежей идеей.
Речь в колонке шла о том, что мы покупаем всякое дерьмо вместо мебели, одежды и техники, дерьмо это ломается, и мы, даже не пытаясь что-то починить, тут же тащим его на помойку и покупаем новое.
Я очень прониклась, потому что я в принципе человек ответственный, и если мне пеняют за порчу окружающего мира, то я сразу пытаюсь исправиться.
Это имеет отношение к делу.
Приехав десять лет назад в Германию, мы тут же купили всю бытовую технику: стиральную машину, сушильную, посудомоечную, плиту, духовку, микроволновую печь, вытяжку, холодильник и всякое прочее. Позже, перебравшись из деревни в наш мегаполис Эттенхайм, часть техники мы по договоренности оставили следующим хозяевам, в том числе и холодильник, а себе снова купили новое, так что на момент коллапса нашим агрегатам было от силы семь лет, на каждом было строго написано Bosch, и мы рассчитывали завещать добро правнукам.
(Очень много лет назад мы с моим бывшим мужем купили его родителям новый холодильник. Разверзся ад, родители выли, рвали волосы, носились по квартире и пророчили, что мы из-за них разоримся, в то время как их холодильник Саратов как раз переживает свой расцвет, его же еще покойный дед Гриша купил. Тут мой бывший муж тоже стал бегать и рвать волосы и орать, что ему тридцать два, деда Гришу он в живых не застал, и если тот купил холодильник Саратов не на одре, то возраст холодильника можно без углеводородного анализа определить как примерно 32+. Дискуссия на этом свернулась, но мой бывший свёкр был в слезах, когда Саратов несли к пухто.)
Но нонче же не то, что надысь, и спустя всего семь лет после покупки бытовая техника Bosch задолбалась нам стирать и морозить, и в течение полугода Дима отнес на помойку сначала духовку, потом посудомоечную машину, потом плиту, а когда дошла очередь до холодильника, я вспомнила президента Финляндии и сказала «нуужнет». Холодильник был огромный, почти американский, и я заявила, что мы, как ответственные потребители, на этот раз вызовем мастера. Дима заранее знал финал, но спорить не стал.
Через неделю пришел мужик в надписях «Global Reparaturservice», походил, поцокал, потом термометр попросил. Свой он как-то не сообразил захватить.
- А на фига термометр-то? - спросил Дима.
- Температуру мерить будем, - важно ответил мужик. - В морозилке. Если она выше нуля, значит, не морозит морозилка.
- Гляди, мужик, - сказал Дима, - видишь воду? При температуре ниже нуля она превратилась бы в лед.
Мужик задумался, записал этот лайфхак, еще пару минут постоял, вздохнул и сообщил:
- Капут холодильник. Сломался.
- Вот это да, - сказал Дима и тоже вздохнул. - А делать-то что?
Мужик сказал, что с нас 80 евро, а делать ясно что - на помойку тащить холодильник, он же не морозит, не видишь, что ли? И Дима очень обрадовался, потому что обычно наши немецкие профи берут дороже. И еще поинтересовался, может ли он теперь заказать новый холодильник или у финского президента на нас другие планы.

Lisa Sallier

604

Её звали Брайна. Она родом из маленькой деревни в Могилёвской губернии Российской империи — сегодня это территория Беларуси. В юности она была обручена с мужчиной по имени Гершель. Он уехал в Америку, чтобы построить лучшую жизнь, и пообещал, что когда сможет, заберёт её к себе. Через год он сдержал слово. Брайна села на корабль, имея при себе только надежду и мужество, отправляясь к мечте под названием «Америка».

Они поженились и поселились в небольшом промышленном городке Амстердам, штат Нью-Йорк. Это не было место роскоши или богатства — жизнь была тяжёлой, рабочей. Брайна родила семерых детей: шестерых дочерей и одного сына по имени Иссур. Все звали его Иззи. Но жизнь в Америке оказалась далеко не той мечтой, которую они представляли. Гершель, который когда-то торговал лошадьми на родине, теперь собирал и продавал старый хлам. То немногое, что он зарабатывал, он тратил на выпивку и азартные игры. Дома он был жестоким и холодным. Он даже не называл жену по имени — только «Эй, ты».

Брайна трудились без остановки. Она стирала бельё, убирала дома и делала всё, что могла, лишь бы накормить детей. И всё же бывали дни, когда есть было нечего. Она посылала маленького Иззи к мяснику, тихо прося: «Пожалуйста, дайте кости, которые вам не нужны». Дома она варила эти кости часами, чтобы у детей был хоть какой-то тёплый суп. Спустя годы её сын — теперь известный миру как Кирк Дуглас — вспоминал те времена так: «В хорошие дни у нас были омлеты на воде. В плохие — мы не ели вовсе».

Но Брайна никогда не теряла силы и веры в своих детей. Когда Иззи сказал, что хочет стать актёром — мечта смелая и почти невозможная для бедного мальчика — она не рассмеялась. Она сказала ему идти за своей мечтой. Иззи покинул маленький городок и стал Кирком Дугласом — одной из величайших звёзд Голливуда. И он никогда не забывал свою мать — женщину, которая провела его через голод и боль, имея только любовь и стойкость. В 1949 году, создав собственную кинокомпанию, он не назвал её своим именем. Он назвал её Bryna Productions — в честь своей матери. В 1958 году, когда Bryna Productions выпустила фильм «Викинги», Кирк привёз мать на Таймс-сквер. Огни освещали ночь, и там, на огромном рекламном щите, она увидела: «BRYNA PRESENTS THE VIKINGS». Её имя. Имя женщины, которая не умела читать и писать. Имя женщины, варившей суп из костей. Имя женщины, которую всю жизнь называли «Эй, ты». Теперь её имя сияло над Нью-Йорком. Брайна заплакала — настоящими слезами радости, возможно, впервые в жизни.

Через несколько месяцев она ушла из жизни в возрасте 74 лет, а её сын был рядом. Её последние слова были тихими и полными любви: «Иззи, сын, не бойся. Это случается со всеми». Даже уходя, она утешала его. Кирк Дуглас прожил до 103 лет. Он стал легендой, отцом, продюсером, филантропом — но всегда говорил одно и то же: всем, кем он стал, он обязан своей матери. Женщина, у которой не было ничего, дала ему всё. И сын, ставший звездой, сделал так, чтобы весь мир помнил её имя. Каждая надпись «The Bryna Production» была его способом сказать: спасибо. Она заслужила увидеть своё имя в огнях — и он сделал так, чтобы она увидела.

Из сети.

605

Как мы ходили на "Зелёнку Натали"

Снова в горы. Снова приключения.

Остановка. Сцена 1. Драма.

Лена сверлит Иру взглядом, от которого камни трескаются:
— Ты почему не говоришь, что тебе надо "за угол" и пропадаешь на два часа? Я тоже погулять хотела! Предупреждать надо!
Ира, явно не готовая к такому накалу страстей:
— Мне что, на все горы кричать: «Внимание, горники! Ира пошла пописать! Мои координаты... Ладно, в следующий раз дам пресс-релиз.

В автобусе. Сцена 2. Шаманские планы.

Я к Ире:
— Перекинь мне фотки с прошлого похода. И твои тоже.
Ира напрягается так, будто я попросил её банковские коды:
— Зачем тебе мои фотки?
— На память. В старости буду смотреть... и плакать. От умиления. Или от ужаса, как пойдёт.
— Я всё равно не понимаю. Что ты с моими фотографиями будешь делать?
— Отнесу к шаману вуду. Он тебя заколдует, и ты — моя! А? Шучу. Насчёт тебя у меня нет никаких матримониальных планов. Ты не поверишь, даже если мы пойдём с ночёвкой, я к тебе не пристану. Клянусь моей пенкой! И даже сальными глазами не посмотрю.
— Да я и не думала.
— Ладно, давай остальные фотки.
На том и порешили.

Горы. Сцена 3. Натали и её недвижимость.

Каких-то три часа... и мы на засидке "Зелёнка Натали". 1080 м над уровнем моря! Стол, стулья, очаг — всё из камня. Это дело рук нашего уникального архитектора-отшельника, дяди Миши. Он уже 20 лет строит эти горные "дачи", сделал 24 штуки! Мы нашли 12, теперь наша миссия — найти остальные 12 и разгадать, что дядя Миша курит в горах.
Чуть выше — "Домик Натали".
Я смеюсь:
— Сильно мужик жену любит! "Зелёнка Натали", "Домик Натали". Если хорошо поискать, найдём и "Гараж Натали", и, может быть, даже "Схрон Натали"
Ира смеётся:
— Мне представляется, он спит, просыпается в холодном поту, кричит: "Оппа! Эта пусть будет 'Зелёнка Натали'!" И тут же бежит строить, забыв про все на свете.

Сцена 4. Сосед-жмот

Сели, разложились. Еда, чай с костра, общение... и тут звонок Ире.
— Да? Заменили? Хорошо, поздравляю! До свидания.
Нам:
— Это мой сосед. Который меня залил. Беспокоится. Типа.
Она ему прощает в который раз. Жмот. Заклеил дыру в трубе, в надежде сэкономить. Не прокатило. Заменил. Звонит отчитаться.
Марина удивляется:
— Он звонит сказать, что у СЕБЯ заменил трубу!? Ни фига себе ириска! Он ждёт медаль?
— Да, он звонит сказать, что у СЕБЯ заменил трубу.
Я:
— По его понятиям, ты лох, Ира. Надо ругаться с ним, нудить, ходить по инстанциям, вызывать коллекторов...
— Зачем нервы тратить? Пусть это пойдёт в Копилку Добрых Дел. На том свете зачтётся.
— Ну, если только на том свете...

Сцена 5. Невестка, идущая на...й.

Я, Ира и Марина идём к засидке "Баранчик" (товарищ Сталин что вы курите?). Лена отдыхает после суточной смены. По дороге Марина травит байки про свою бывшую невестку, от которых хочется то ли плакать, то ли записаться на курсы самообороны:
— Прип...я какая-то. Звонит сыну: «Я в ресторане, присоединяйся. Чтобы через полчаса нарисовался!» Тот: «Я на работе, какой ресторан?» Она: «Ничего не знаю, руки в ноги и бегом!» Он: «Слышь, подруга, если я не буду работать, мы будем ходить только в ресторан "Доширак"!»
И ещё:
— Звонит: «Езжай домой, я жду с нетерпением!» Он: «Я на работе, допрашиваю людей!» Она: «Домой, я сказала!!! Сейчас я к тебе приеду, построю всех друг за другом и за тобой. А ты возглавишь колонну, идущую на...й и домой!»
— Истерики, пару раз чуть не повесилась. Ой, весело было! В итоге, у всех лопнуло терпение. Развелись. У сына стресс страшный, три года на баб не смотрит. А мы ему: «Сынок, прости нас, мы ошиблись! Приводи кого хочешь, хоть бабу-ягу, мы согласны!»
Я смеюсь:
— Ха-ха-ха! «Мы ошиблись»?! Вы ему кровь выпили, нервы попортили, комплексов добавили! «Прости нас, ошиблись, бывает, дело житейское!» Классика! Ха-ха-ха!

Сцена 6. Бордюрная терапия.

Возвращаемся с "Баранчика". Крутой спуск. Ире страшно, она ползёт вниз на четвереньках. Марина — рядом, повторяя трюк.
Я, как гуру горного фитнеса:
— Надо разрабатывать вестибулярку! Я по бордюрам хожу. И вы ходите! Какие-то считанные недели, и результат налицо: будете спускаться как человек паук.
Марина стонет:
— Ага, бежим, волосы назад. Мне соседки и так кости перемывают: «Эта бабка вообще уже, по горам шастает, маразм подъехал. 60+, с внуками надо сидеть, а она...» Если я ещё по бордюрам начну ходить, они вызовут санитаров.

Сцена 7. Лже-Сусанин и герои-фантомы.

На "Зелёнке" пьем кофе, убираем мусор, гасим костер. Спускаемся. Я по дороге рассказываю Ире русскую историю:
— Ивана Сусанина не было. Пришли поляки к простому деревенскому парню и грозно спрашивают: «Где царь, пся крев?!» А откуда он знает?! Он дальше своей деревни нигде не был! Это же строжайшая гостайна!
Ира:
— В наше время мы про царей знаем всё.
— А 28-ми панфиловцев тоже не было (да простят меня патриоты и военные).
Ира недовольна:
— А ты откуда знаешь?
— Я историю изучаю. Это было тяжёлое время. Стране нужны были герои, пусть и выдуманные, чтобы люди воодушевлялись и сражались яростно.

Сцена 8. Смерть, дрон и сухари.

Спускаемся. Внизу встретили горников.
— О, Света! Говорят, ты много засидок дяди Миши знаешь?
— Я их всех знаю.
— Расскажешь чутка?
— Нет. Я ему обещала никому не говорить.
— А если он умрёт?
— Ну, если умрёт... расскажу. Вы его что, хороните, у него в планах ещё десяток засидок построить.
— Мы его не хороним, но «человек смертен, а главное — внезапно смертен». Ок, мы подождём. (Смеётся.)
Подходят ещё трое горников.
— О, горникам привет! Я вас сразу узнал. Я вас издалека по походке узнаю.
— Как это?
— Да вот так. Прикольная походка у вас.
Он, изображая танцевальные движения, как будто он в клипе 90-х:
— Вот такая походка у меня, что ли?
— Что-то типа и около того.
Почти спустились. Решили напоследок кофейку попить. Подходит ещё один — Пётр Иванович.
Гостеприимные девчонки:
— Кофе будете?
— Буду.
Я:
— Обрадовался.
Он рассказывает, что отдыхал недалеко от нас и над ним пролетел дрон. Задержался, сфотографировал и полетел дальше.
Я не могу удержаться от комментариев:
— Ну всё! Погранцы взяли вас на карандаш. Готовьтесь. Сушите сухари, пишите письма.
Остановка, автобус, дом. Приключения окончены. До следующего раза, Натали!

<< ← 8910111213

Партнеры

Реклама